Елена Малиновская.

Практическая демонология

(страница 3 из 28)

скачать книгу бесплатно

Прадед до самой смерти помнил ни за что, ни про что нанесенное оскорбление. Отец рассказывал, что у несчастного всегда голос дрожал и слезы на глаза наворачивались, когда он вспоминал, как едва бороды не лишился. Думаю, мой предок не отказался бы от возможности поквитаться с правнучкой старого врага. Конечно, сильно навредить он при всем желании не смог бы, но напугать до полусмерти – за милую душу.

Кстати, раз принялся о Северянине рассказывать, то не могу не упомянуть и о том, чем дело с кровной местью закончилось. Добился-таки своего варвар. Уж не знаю, с какими черными колдунами он дружбу завел, но факт остается фактом. Через полгода после злополучного визита в наш замок до прадеда дошел слух, будто бы в столице, не получив очередного донесения из пограничной заставы, заволновались и отправили туда гонца. А потом еще несколько, перепроверяя первоначальные донесения. Потому как крепость оказалась совершенно пустой. Никого, словно там никогда и не жили люди. Оружие, одежда, запасы продовольствия – все нетронутое осталось. Впрочем, одного человека все же удалось обнаружить. Того самого воина, который некогда не позволил казнить мальчишку-варвара. Только вот беда – старик не перенес неведомого испытания и сошел с ума. Лишь о демонах кровожадных, которые человека одним ударом когтистой лапы располовинивают, что-то постоянно бормотал.

А Северянин добился в этой жизни большого успеха и всеобщего признания. За многочисленные таинственные услуги, которые он оказывал королю, варвар получил много денег и титул, правда, не наследный. Разные слухи ходили о причинах подобной благосклонности нашего правителя. Одно знаю точно: в те годы попасть в опалу к монарху было самым страшным наказанием, потому как несчастные исчезали бесследно, едва только навлекали на себя каким-нибудь проступком гнев короля. Святая инквизиция, конечно, пыталась провести свое расследование, но очень быстро поубавила рвение, словно получив приказ сверху.

Никто не знает, что именно послужило причиной смерти Северянина. Одним пригожим летним вечерком он удалился в свою опочивальню, ласково поцеловав на ночь жену и погладив по голове малолетнего сына. К слову сказать, мужчина никогда не приглашал супругу ночью разделить с ним ложе. Она не имела права даже входить без стука к нему в спальню. Для выполнения супружеского долга служили краткие мгновения уединения в комнате жены, и только в дневное время. На следующее утро, когда мужчина не вышел к завтраку, обнаружилось, что дверь в его опочивальню выломана. Причем так, будто над ней потрудились дикие звери огромной силы, но никак не люди. Люди, по крайней мере, не оставляют на стенах и деревянных предметах следы когтей. Хозяин же дома пропал. Ни следов борьбы, ни признаков торопливых сборов. Все осталось на своих местах. И, что самое удивительное, ночью никто из домочадцев не заметил ничего подозрительного. До сих пор не представляю, как можно было не услышать звуков, с которыми ломали дверь.

Откуда я это знаю? В каждом доме найдется парочка болтливых слуг, которые с радостью растрезвонят о причудах хозяина по всему городу.

А мой прадед по вполне понятным причинам очень ревностно следил за обидчиком и тщательно записывал все, что узнавал о нем. Через его дневники и я ознакомился с укладом жизни Северянина. И на этом, пожалуй, закончу вспоминать о нем. Слышал я об этом человеке еще кое-что интересное, но это к делу уже не относится.

И вот теперь правнучка знаменитого варвара сидит передо мной и просит о помощи. Забавно, очень забавно.


Девушка безуспешно ожидала от меня хоть каких-нибудь слов в ответ на свое признание. Я же молча разглядывал ее, пытаясь найти в чертах лица хоть какое-то сходство с Северянином. Нет, ничего общего. Видимо, Таша унаследовала внешность от матери.

– И что дальше? – наконец, произнес я, убедившись, что девушка не торопится продолжать рассказ.

– А то, – неожиданно рассердилась она. – Как вы, наверное, знаете, прадед увлекался черным колдовством. Но, к величайшему счастью, остальные мои родственники дурному примеру не последовали. Кроме брата, которого так заинтересовали семейные легенды, что он поклялся раскрыть тайну исчезновения предка. Дирон всеми правдами и неправдами добивался у отца, чтобы он отдал ему дневники Северянина. Брат считал и продолжает считать, будто в них прячется секрет невероятной власти прадеда. Но отец упорствовал, не без оснований полагая, что негоже в такие темные дела лезть. Ни к чему хорошему это все равно не приведет.

– Разумно, – слабо улыбнулся я. – Черное колдовство – не игрушки для юнца.

– Не такой уж Дирон юнец, – возразила Таша, несколько уязвленная моими словами. – Ему уже двадцать!

Я скептически ухмыльнулся, но промолчал. На мой взгляд, его возраст как раз укладывался во временные рамки того опасного периода, когда юноши пытаются доказать всему миру свою значимость. Сам-то, помню, в его года такую катавасию устроил, что до сих пор удивляюсь, как вообще жив остался.

– Какое отношение его увлечения могут иметь к угрозе твоей жизни? – спросил я, решив все же вернуться к более фамильярному стилю разговора и вновь перейти на «ты».

Таша неожиданно отвела глаза и залилась смущенным румянцем. Потом глубоко вздохнула и чуть слышно призналась:

– Мой отец погиб при очень странных обстоятельствах около двух месяцев назад. Ночью упал с лестницы. Все сошлись во мнении, будто это был несчастный случай, только я в это не верю.

– Почему? – резко подался я вперед.

– Я хорошо знала отца, – с явной неохотой ответила Таша. – Он никогда и ни за что не вышел бы ночью из своей спальни и тем более не отправился бы гулять по дому. Считай это причудой, но мой отец до жути боялся темноты. Он даже спать не мог без расставленных по всей комнате горящих свечей.

Я в очередной раз удивленно хмыкнул. Интересные дела творятся в доме этой милой девушки, ничего не скажешь.

– Кормилица рассказывала, будто в детстве отца что-то сильно напугало, – продолжила тем временем Таша. – Он никогда не рассказывал, что именно, но с тех пор чувствовал себя в доме неуютно. Помню, как в детстве меня это веселило. Как же, взрослый мужчина, смелый и отважный в остальных вещах, а по пустым коридорам передвигается едва ли не бегом, постоянно оглядываясь по сторонам. Одно время он даже хотел продать дом, но что-то его остановило. То ли покупателя не нашлось, то ли остальные родственники воспротивились.

Девушка вдруг жалобно сморщилась и всхлипнула, кривя губы, после чего тихонечко прошептала:

– Я сама не хотела, чтобы дом продавали. А теперь…

Я сочувственно вздохнул и щедро плеснул собеседнице в бокал изрядно остывшего вина. Таша благодарно улыбнулась и сделала маленький глоток.

– Позволь, я угадаю, – произнес я, давая возможность девушке хоть немного успокоиться. – По завещанию отца именно ты стала наследницей дневников прадеда. И после оглашения этого решения вокруг тебя стали происходить загадочные вещи. Не так ли?

– Не совсем, – качнула головой Таша. – По последней воле отца мне отошел дом. О дневниках в завещании не было ни слова. Их вообще не нашли, хотя перерыли весь кабинет и спальню отца. Особенно усердствовал, конечно, брат. Кстати, он тоже вряд ли может считать себя обделенным. Даже наоборот. По воле отца Дирон получил все денежные сбережения нашей семьи. Думаю, они намного превышают нынешнюю стоимость дома.

– А твоя мать? – поинтересовался я. – Или ей ничего не досталось?

– Моя мать умерла, когда мне не было и года, – сухо проговорила Таша. – Воспаление легких. Правда, отец быстро женился во второй раз. Мою мачеху зовут Бирия. Ты, наверное, не поверишь, но это весьма милая женщина. Конечно, особой любви ко мне и Дирону она никогда не проявляла, но это вообще не в ее характере. Бирия очень замкнутая и молчаливая.

Однако и дурного слова от нее мы никогда не слышали. По завещанию она получила щедрое пожизненное содержание; кроме того, я не имею права выгнать ее из дома. Как и остальных родственников, которые там проживают в настоящий момент.

– Остальные родственники? И много их?

– Не очень. Брат отца – дядя Рений. Тетушка Дишия, сестра матери. И сын Бирии от первого брака – Ромуал. Но он сейчас не живет постоянно с нами, переехав в дом жены. Тридцать лет как-никак, вот Ромуал и обзавелся своим жилищем. Впрочем, в ночь гибели отца он как раз гостил у нас. Да и потом очень часто навещал свою мать, поддерживая после похорон.

– Понятно, – сказал я, чувствуя, как мозги начинают закипать от такого количества новых имен. Ладно, ближе к делу разберемся.

Таша внезапно опустила голову и с нескрываемой обидой в голосе пожаловалась:

– Странно, я всегда считала себя любимицей отца. Не думала, что он так со мной поступит. По сути, мне достался лишь ветхий, разваливающийся дом, который я даже продать по собственному желанию не имею права. Ведь родственников мне запрещено выселять согласно последней воле отца. А вот к Дирону он всегда относился достаточно прохладно. Помню, какая ссора между ними вспыхнула, когда брат попросил показать ему дневники прадеда.

Я скептически поднял брови. Надо же, за скромной внешностью собеседницы что-то весьма хищное скрывается. Вот уже и недовольство от слишком маленького полученного наследства выражает.

– Не подумай дурного. – Таша поняла, что сказала что-то не то, и поторопилась объяснить свои слова: – Мне не нужно наследство, полученное таким путем. Видят Светлые Боги, я бы с радостью прожила всю жизнь в нищете, лишь бы отец остался жив. Просто странно все это. Если отец так не любил дом, то почему он оставил его именно мне?

Это был хороший вопрос. Жаль, что на него у меня пока не находилось ответа. Я задумчиво забарабанил пальцами по подлокотнику. Нет, еще слишком рано делать какие-нибудь предположения. Дождемся продолжения рассказа.

– Ты так и не сказала, кто именно тебе угрожает, – напомнил я. – Тебя пытались убить?

– Я не уверена в этом, – смущенно призналась Таша. – Понимаешь, все, кому я говорила про свои опасения, поднимали меня на смех. Мол, нельзя быть такой впечатлительной и во всем видеть злой умысел. Но…

Девушка запнулась, и у нее в глазах вновь отразилось отчаяние. Врете, милая леди, и врете нагло. Если бы ты не была уверена в том, что кто-то хочет тебя убить, то никогда бы не пришла ко мне. И тем более не стала бы пытаться соблазнить меня. Видать, любящий отец и впрямь оставил тебя без гроша за душой, если тебе пришлось пойти на столь крайние меры. Хотел бы я знать, что именно тебя напугало до такой степени, что ты готова была, не задумываясь, прыгнуть в кровать к некроманту.

– Не беспокойся, – улыбнулся я. – Я тебя на смех не подниму.

Девушка молчала, словно в нерешительности.

– Смелее, – подбодрил ее я. – Я вряд ли смогу защитить тебя, если не буду знать, против чего именно придется выступить.

– Было всего два случая, – наконец начала Таша, немного приободренная моими словами. – Спустя неделю после оглашения завещания я отправилась ночью на кухню. Привычка такая с малых лет осталась – что-нибудь сладенькое перед сном съесть. На обратном пути услышала какой-то непонятный шум, доносящийся из кабинета отца. Подумала, мало ли, вдруг Дирон дневники ищет. Пусть себе ищет, я ведь знала, как они важны для него. Решила, что не буду мешать, а тихонечко к двери приоткрытой подкрадусь и проверю, точно ли это брат бумагами шуршит. Сейчас понимаю, что глупо было так поступать – вдруг грабители какие залезли, но уж очень любопытство мучило. Так вот, подкралась, смотрю, а в кабинете темно и тихо, будто послышалось мне все. Естественно, я не утерпела и в комнату вошла. И с порога словно во что-то вязкое угодила. Не воздух, а кисель вокруг – ни пошевелиться, ни крикнуть. Что-то мерзкое и очень холодное к шее тянется, прямо к знаку Светлой Богини, который мне от матери достался. Дотянулось – и сразу же пропало все, будто привиделось. Я в комнату к себе стремглав кинулась, всю ночь заснуть не могла, свечи не тушила. А наутро увидела, что у меня на шее жуткие синяки, прямо пятерня чья-то отпечаталась. Неделю пришлось шарф повязывать, пока не прошло все. Я-то, дура, сначала мачехе пожаловалась, а она меня на смех подняла. Мол, ухажеров надо более ласковых выбирать. Как будто не знает, что я ни с кем и никогда!..

Последнюю фразу девушка выпалила с неподдельным возмущением, но тут же запнулась на полуслове, услышав, как я многозначительно хмыкнул. Не ожидал, если честно, что представление, которым меня пытались соблазнить не так давно, могла разыграть девственница.

– А второй случай? – нетерпеливо спросил я, великодушно не вдаваясь в подробности невольного признания. – Он был недавно?

– Три дня назад, – с трудом выдавила из себя Таша. – Первое время после того происшествия я по вполне понятным причинам боялась ночью выходить из своей комнаты. То и дело казалось, будто за дверью кто-то шебаршится или вздыхает тоненько. Но потом успокоилась немного. Даже заставила себя несколько раз посреди ночи выглянуть в коридор, чтобы убедиться, что там никого нет. Только я себя убедила, что мне все привиделось, как… Словом, у меня в комнате стоит огромное зеркало, очень и очень старинное. Говорят, в него еще Северянин смотрелся. Оно мне никогда не нравилось, потому что в нем я какая-то совсем страшная получалась. Лицо кривое, глаза опухшие. В другое зеркало посмотришься – вроде ничего, а в это без слез не взглянешь. Поэтому я его к стене повернула, чтобы не расстраиваться лишний раз. И вот три дня назад около полуночи вдруг услышала стук в комнату. У нас обычно так рано не ложатся, поэтому я смело открыла дверь. Решила, что брат захотел пожелать спокойной ночи или Ромуал что-нибудь забыл сказать за ужином.

Я недоуменно нахмурил брови. Ромуал – это дядя Таши или сын ее мачехи? Вроде бы верным является второй вариант. Интересно, а во время первого покушения он тоже был в доме?

– Так вот, – продолжила тем временем девушка, не заметив моего секундного замешательства, – за дверью никого не было. А через миг у меня за спиной раздался такой неприятный скрип, будто кто-то ногтями по стеклу провел. Я обернулась и увидела, что зеркало уже не к стене повернуто, а ко мне. И за мной в глубине коридора отражается чья-то черная высокая фигура. Я даже испугаться не успела, как получила удар по затылку. Пришла в себя только на рассвете. Шишка до сих пор болит. Я только Бирии заикнулась про это за завтраком, как она руками замахала – мол, слышать твои глупости больше не хочу. Больше никому и ничего говорить не стала, боялась, что мне никто не поверит или за умалишенную сочтут. После завтрака собралась и в ближайший городок Риккий поехала, чтобы найти того, кто мне помочь сумеет. Знающие люди сказали, что если речь о колдовстве идет, то лучше всего к некроманту обратиться. Посоветовали к тебе, мол, семейство уважаемое и ни в чем дурном не замечено.

Я почувствовал себя польщенным. Приятно, когда узнаешь, что другие о тебе хорошо думают.

– Можно я посмотрю на твою шишку? – попросил я, решив на всякий случай проверить правдивость рассказа девушки.

– Конечно, – не стала возражать Таша. Я встал и подошел к сидящей девушке. Аккуратно пробежался пальцами по ее густым волосам, распущенным, чтобы быстрее высохли после невольного купания. Таша чуть слышно ойкнула, когда я принялся ощупывать ее затылок, но продолжала сидеть смирно. Да, она меня не обманывала. Шишка была, и была здоровой. Видимо, били от души. Удивительно, что девушка после такого удара живой осталась.

Я прошептал несколько слов и легонько погладил затылок Таши. Некромантия не исключает использование других видов магии, в том числе и целительной. Незачем моей гостье мучаться просто так. Девушка сначала испуганно дернулась, когда ощутила, как мои пальцы запульсировали теплом, но почти сразу же расслабилась и едва ли не мурлыкнула от удовольствия.

– Вот и все, – произнес я, возвращаясь на свое место. – Больше эта травма тебя не побеспокоит.

– Спасибо, – удивленно поблагодарила Таша, с недоверием ощупывая свой затылок. – Но разве некроманты могут излечивать?

– Почему нет? – пожал я плечами. – То, что обычно мы используем один вид колдовства, совсем не исключает возможности для изучения других разновидностей магии. Сила-то одна, просто разные люди ее по-разному применяют. Конечно, целитель из меня плохонький, но красивой девушке, как видишь, помочь сумел.

Таша вспыхнула от смущения и удовольствия, в один момент залившись трогательным румянцем, и довольно заулыбалась. Я невольно засмотрелся на ямочки у нее на щеках, потом тряхнул головой, отгоняя непрошеные фривольные мысли, и продолжил расспросы:

– Я правильно понял, что после второго нападения ты еще успела позавтракать дома? Как тебе показалось, никто не удивился, увидев тебя за столом?

– Вроде бы нет, – неуверенно отозвалась Таша. – Все вели себя как обычно. Может быть, только Бирия выглядела несколько расстроенной. Но у нее после смерти отца глаза всегда на мокром месте.

– Понятно. – Я задумчиво почесал лоб.

Наверное, на этом хватит расспросов. Остальное уже выясним на месте. Хотя нет, оставалась еще одна вещь, на которую я бы хотел взглянуть прямо сейчас.

– Таша, – проникновенно произнес я, стараясь, чтобы мой голос прозвучал как можно более мягко и чарующе, – я бы хотел взглянуть на знак Светлой Богини, который висит у тебя на шее. Ведь именно он был на тебе во время первого покушения, не так ли? Девушка завороженно кивнула и даже потянулась рукой к серебряному амулету, который висел у нее на шее. Миниатюрная копия чаши благодати, которая стоит в любом храме Богини как символ плодородия и ее щедрот. Но сразу же очнулась и растерянно нахмурилась, испуганно отдернув руку. Поняла, наверное, что абы кому давать не следует такие вещи. Тем более – перешедшие от матери к дочери. Иначе они могут потерять силу, накопленную предыдущими поколениями.

– Я буду очень аккуратен, – уверил я Ташу, постаравшись, чтобы это прозвучало как можно более убедительно. – Можешь даже не давать мне его в руки. Просто покажи знак Богини поближе.

Девушка обреченно вздохнула, словно молчаливо жалуясь на нелегкую судьбину, которая занесла ее в логово некроманта, но покорно нагнула голову, снимая амулет и протягивая его мне. Он закачался на тоненьком кожаном шнурке, пропущенном между ее пальцев. Я зябко растер ладони и осторожно протянул руки вперед. Сначала ничего не происходило, только кожу неприятно пощипывала непонятная энергия. Видно, амулет и в самом деле уже давно хранился в одной семье, раз обладает настолько ярко выраженными защитными свойствами. А через мгновение руку свело от невыносимого холода. Будто я случайно окунул ее в жидкий лед, которым так любят плеваться снежные птицы Руры, живущие на самых высоких вершинах северных гор за землями варваров.

Я едва сдержался от болезненного стона и поспешно отвернулся, не желая пугать девушку страдальческой гримасой. Не люблю показывать свои слабости перед посторонними людьми, тем более если они женского пола. Затем резко встряхнул кистью, рассеивая без остатка чужое колдовство. Точнее – слабый отпечаток его, который сохранился на амулете. Стоит признать, знак Богини, которым владеет Таша, в действительности является весьма могущественным амулетом. Даже страшно представить, какой силы был первоначальный удар, направленный на девушку, если по прошествии такого количества времени я почувствовал его отголоски.

– Спасибо, – наконец, когда моя рука вновь обрела чувствительность, пробормотал я, устало откидываясь в кресле.

Закрыл глаза и принялся массировать виски, пытаясь систематизировать все полученные знания. Одно я знал наверняка: Таша попала в очень серьезную беду. Два раза смерть проходила от моей гостьи так близко, что около нее до сих пор ощущается аромат погребальных благовоний. И еще, не оставляло меня неясное дурное чувство, будто Таша не все мне рассказала. Интересно, могли ли эти два покушения напугать девушку до такой степени, что она, не задумываясь особо, была готова расплатиться своей девственностью? Сдается мне, что вряд ли. Если уж после первого случая Таша рискнула остаться в доме, то почему после банального удара по голове она поспешно бежала куда глаза глядят? Точнее – к порогу единственного на всю округу некроманта. И потом, если я знаю про былую вражду наших семейств, то, полагаю, и Таша в курсе ее. Более нелепого и странного выбора для найма телохранителя при всем желании придумать сложно.

– Таша, – я с любопытством склонил голову набок, – ты все мне рассказала?

Девушка сначала замялась, как-то виновато отвела глаза, но потом нашла в себе силы посмотреть прямо на меня.

– Да, – глухо проговорила она. – Я рассказала все, что тебе необходимо знать.

Я не удержался от торжествующей улыбки, услышав столь расплывчатую формулировку, но настаивать на откровенности не стал. Позже разберемся с этим вопросом.

– Ну что же, – произнес я. – В таком случае рад сообщить, что ты только что наняла меня для своей защиты.

Девушка вспыхнула от радости, но через мгновение поникла и тихонечко всхлипнула, потянувшись к шнуровке платья.

– У меня нет денег, чтобы заплатить тебе, – глухо призналась она, роняя первую крупную слезу себе на подол. – Я уже говорила, что отец оставил меня без гроша в кармане. И даже после завершения дела деньги не появятся. Мне совершенно нечем отдать тебе аванс.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное