Елена Малиновская.

Нечисть по найму

(страница 5 из 28)

скачать книгу бесплатно

   – Кир, – смущенно промямлила я, старательно отводя взгляд от полного, страдающего одышкой трактирщика, – слушай, не будь занудой. Ну припозднилась немного с оплатой. Сейчас только к себе поднимусь и сразу деньги отдам.
   – Мне надоело все это! – взревел, словно разъяренный бык, Кир, вытирая со лба пот грязным, засаленным полотенцем. – Почему я должен переживать по пустякам? У нас был уговор: пять серебряников каждый четверг без учета еды. И то пожалел я тебя, более чем на треть аренду сбавил, как постоянной клиентке. Кто ж знал, что от тебя больше проблем, чем от пьяных гномов, отмечающих выгодный заказ? Появляешься под утро, днями и ночами шляешься неизвестно где. Вчера в платье уходила, сегодня в мужской одежде пришла, причем явно с чужого плеча. Слушай, мне проблемы с городской стражей не нужны. Если чем незаконным подрабатываешь, то изволь десять процентов охраняющей гильдии платить. Я хочу быть уверенным, что ты на хвосте никакую облаву не притащишь.
   Я молчала, уставившись в пол и чувствуя, как щеки у меня начинают полыхать от негодования. Впервые в жизни меня отчитывали как несмышленую девчонку. Что самое обидное – все это происходило на глазах у храмовника. То-то он веселится сейчас, наверное.
   – Ну, чего притихла?! – вызверился еще пуще Кир и больно схватил меня за руку. – Или сейчас же выкладывай сотню серебряников как начальный взнос на полгода для гильдии, которая нас от стражников бережет, или собирай манатки и выметайся на все четыре стороны. Впрочем, если денег нет, то одно предложение имеется…
   Тут трактирщик выдержал драматическую паузу, затем вкрадчиво зашептал мне на ухо, не обращая внимания на то, что я поморщилась от его тяжелого чесночного дыхания.
   – Тут Хилли приходила из гильдии веселых вдовушек. Она уже давно на тебя глаз положила. Ты деваха симпатичная, спросом пользоваться будешь. Глядишь, через год-другой на золоте есть начнешь да в бархат одеваться. Да и мне кое-какой медяк перепадет, если я тебя уговорить помогу. Ну?
   «На редкость неудачно день начался, – с тоской подумала я. – Звезды, что ли, в насмешку крестом над головой встали? То юнец озабоченный, то от гильдий неприличные предложения… Врезать бы этому хаму как следует, да нельзя. Некогда сейчас новое жилье искать. А сотню серебряников я так быстро не отыщу. Конечно, к вечеру-то раздобуду, только храмовник вряд ли согласится до ночи в городе задержаться».
   Трактирщик же тем временем, ошибочно приняв мое молчание за согласие, довольно ухмыльнулся и совсем было вознамерился на правах первого клиента пощупать предложенный товар. То есть потянул свои загребущие ручонки к моему стройному и прекрасному телу. Хотя на самом деле оно сейчас было потным и совсем не настроенным на флирт. Я взвизгнула, словно добропорядочная мать семейства, впервые услышавшая неприличный анекдот в исполнении орка, и с размаха залепила ему пощечину, в последний момент благоразумно сдержав ярость своей звериной натуры.
   – За что?! – взвыл хозяин заведения, держась за щеку и глядя на меня выпученными глазами.
   – За то, – твердо ответила я. – Арендную плату за месяц вперед внесу, а гильдиям передай – пусть идут со своими предложениями куда подальше.
Кстати, Хилли мне еще десять серебряников должна за известные ей художества.
   – Ну знаешь ли!.. – Трактирщик задохнулся от возмущения и грузно осел на низкий колченогий стул. – Меня твои темные делишки мало интересуют. Или плати полторы сотни серебряников, или лети, птичка, ищи другой уголок.
   – Только что ведь была сотня! – возмутилась я, до глубины души пораженная таким быстрым ростом цен.
   – А нечего руки распускать, – обиженно отозвался Кир, потирая щеку, на которой еще виднелся отчетливый след моей пятерни. – Если бы не кочевряжилась, так и быть, пару монет уступил бы. Авось от вашего бабского племени не убудет, если иногда небольшие шалости позволять станете.
   – Да иди ты! – от души посоветовала я, пытаясь судорожно сообразить, где взять такую бешеную сумму.
   А еще этот храмовник с его наймом. Если бы не договор – даже препираться с трактирщиком не стала бы. В городе полно заведений, в которых хозяева за достойную плату смотрят сквозь пальцы на чудачества постояльцев. Кстати, чего это Шерьян притих? Уж не задумал ли чего дурного?
   Кир от милого пожелания дальней дороги побагровел еще сильнее, хотя это казалось почти невозможным, затем вновь вцепился в мою многострадальную руку. Я едва не взвыла от неожиданности и огорчения – ну точно же синяки оставит! – и всерьез вознамерилась расквасить трактирщику нос. Все равно новое жилье, по всей видимости, искать придется. Так почему не уйти, громко хлопнув дверью напоследок?
   – Уважаемый. – (Спокойный голос за спиной остановил мой благородный порыв накостылять мерзкому кровопийце и душегубу.) – Мне кажется, вы делаете девушке больно.
   – Тебя не касается, – прошипел Кир и мстительно еще сильнее сжал пальцы.
   – Неужели? – холодно поинтересовался Шерьян и встал рядом со мной так, чтобы солнечный свет падал на медальон.
   Я с облегчением выдохнула, когда трактирщик торопливо убрал руку.
   – Так-то лучше, – одобрительно заметил храмовник, с любопытством наблюдая, как стоящий напротив него мужчина стремительно бледнеет.
   Я в удивлении почесала нос. Кажется, у этого медальона имеется еще какое-то значение, которое мне пока неизвестно. Иначе почему Шерьяна так боятся окружающие? Неужто все население Мейчара поголовно состоит из упырей, вурдалаков и прочей нечисти?
   – Простите, милостивый государь, – залебезил Кир, порывисто вскочив со стула и согнувшись в подобострастном поклоне. – Просто эта недостойная особа задолжала мне весьма крупную сумму. Вот и я вспылил немного.
   – Ничего себе! – не утерпев, прервала я его оправдания. – Я тебе должна только пять серебряников за прошедшую неделю. Нечего привирать! Другое дело, что ты угрожать начал, деньги выколачивать.
   – Тефна! – укоризненно осадил меня храмовник. – Не вмешивайся, пожалуйста, когда мужчины разговаривают о деле.
   Я застыла, совсем позабыв закрыть рот. И как прикажете реагировать на такое заявление? Кроме как самодурством и притеснением женского пола это не назовешь.
   – Правильно, сударь, – угодливо захихикал трактирщик. – Я всегда считал, что негоже бабам без мужей по городу шляться. Обязательно в какую-нибудь историю угодят. Пусть дома сидят да детей ростят. Все равно ничего путного от них не дождешься.
   Я наконец-то закрыла рот и издала сдавленное хриплое рычание. Киру все же удалось всерьез вывести меня из себя. Кажется, сейчас в этой комнате одним представителем мужского пола станет меньше.
   – Тефна, иди наверх. – Шерьян мягко обнял меня за плечи, не давая разразиться гневной тирадой. Затем развернул по направлению к лестнице и ощутимо подтолкнул вперед. – Нам действительно некогда. Собирай вещи, а я пока поговорю с этим столь разумным и благочестивым человеком.
   Разумный и благочестивый человек в лице мерзкого упыря и скряги Кира расцвел от незамысловатого комплимента, будто девица, получившая предложение руки и сердца от заезжего принца на белом коне. А я немного успокоилась, уловив в голосе храмовника плохо скрытую усмешку. По всей видимости, трактирщик сейчас получит хороший урок. Пусть на собственной шкуре ощутит, что под внешностью прекрасного принца зачастую обычный забулдыга и любитель распускать руки скрывается. Впрочем, что-то меня совсем не в ту степь понесло.
   Я вихрем взлетела по крутой скрипучей лесенке и вприпрыжку вбежала в свой номер, где сразу же метнулась к рукомойнику и торопливо смыла с лица и шеи пыль и пот. От прохладной воды сразу же полегчало, даже мыслительные способности вернулись. По крайней мере, я сообразила, что перед переодеванием стоит запереться. А то знаю я этих мужчин – без разницы, каким богам они служат и служат ли вообще. Все равно умудряются в самый неподходящий момент в комнату вломиться, совсем позабыв о необходимости предварительно постучать.
   С усилием задвинув засов, я быстро разделась и с головой зарылась в свои многочисленные наряды, выбирая более-менее приличное одеяние для поездки. Не в узком же платье с разрезом до бедра мне в походе щеголять.
   Спустя некоторое время я облачилась в штаны из плотной, но легкой материи, сверху накинула просторную рубашку и с усилием застегнула приталенную кожаную жилетку. Надо же, как я, однако, в боках раздалась. А все дурная привычка перед выходом на мало-мальски серьезное дело сладкие пончики в немереном количестве поглощать.
   Немного повздыхав горестно после такого неприятного открытия, я быстро побросала в дорожную сумку смену белья, несколько теплых вещей и кучу мелочей, без которых не мыслит жизни любая уважающая себя девушка. После чего в последний раз скорчила зверскую рожу своему отражению и, с усилием закинув увесистую ношу на плечо, поспешила вниз, в глубине души предвкушая увидеть поверженного трактирщика.
   Тем большим было мое разочарование, когда еще с лестницы я услышала громкий жизнерадостный гогот Кира. Иногда он затихал, тогда до меня доносился вкрадчивый голос Шерьяна, который произносил несколько слов, и вновь все перекрывал искренний смех трактирщика.
   По-моему, любопытство родилось раньше меня. Поэтому я замедлила шаг, а потом и вовсе остановилась, пытаясь понять, о чем или о ком идет речь.
   – Тефна, – сразу же раздался оклик храмовника, – я знаю, что ты уже закончила сборы. Выходи быстрее!
   Я тихонько ругнулась. Чем дальше, тем мне все сильнее не нравятся непонятные особенности поведения работодателя. По самым скромным представлениям выходило, что чутье у него развито намного лучше, чем у любого другого человека. И потом, не оставляло меня нехорошее подозрение, что иногда мужчина не гнушался просто-напросто прочитать мои мысли. Эх, чего уж жаловаться. Знала ведь, на что шла, когда договор с храмовником заключала.
   Пришлось принять как можно более невозмутимый вид и гордо выйти в зал. Увиденное там неприятно поразило меня. Начнем с того, что Кир оставался живым и здоровым. То есть Шерьян никаким образом не вступился за мою честь, на что я втайне, если говорить совсем уж откровенно, надеялась. Более того, храмовник сейчас сидел чуть ли не в обнимку с мерзавцем трактирщиком, а перед ними стояла початая бутылка дорогого и весьма редкого вина, которое хозяин заведения хранил как зеницу ока.
   – А вот и наша красавица! – пьяно улыбнулся при виде меня Кир. – Иди сюда, драгоценная. Мы как раз о тебе разговариваем.
   Я растерянно кашлянула, не зная, как отреагировать на такое признание. Значит, Шерьян времени зря не терял и решил втихаря порасспрашивать обо мне. Ну-ну, интересно, много ли разузнал?
   – Кир расхваливал тебя на все лады, – совершенно трезвым голосом произнес храмовник, умело подливая трактирщику еще вина. – Сетовал, что такая умница без мужского внимания чахнет.
   – Да-да-да, – перебил трактирщик Шерьяна. Одним махом опустошил стакан, зажмурился, с блаженным выражением на лице прислушиваясь к происходящему у себя в животе, и продолжил: – Девка ты молодая, здоровая. Детишек много нарожаешь. Да и срок уже твой проходит. Вы, бабы, товар хоть и дорогой, но быстро портящийся. Через год-другой располнеешь, подурнеешь, кто ж тебя замуж возьмет? Да еще с твоим склочным характером. Так что не сумлевайся даже – иди за него замуж! Я бы и сам на тебе женился, будь помоложе. Но уж больно в тебе дурости много – выбивать замучаешься.
   Я горестно возвела глаза к закоптелому потолку. Нет, сегодняшний день меня явно задумал погубить в самом расцвете сил. Вот зачем мне муж, скажите, пожалуйста? Чтобы мной командовал, деньги, заработанные непосильным трудом, отнимал да по ночам бегать в облике кошки запрещал? Зачем вообще мужчина в доме нужен? Совершенно бесполезный предмет – только место зря занимает и ночью храпит. Спасибо, мне и одной неплохо живется.
   Шерьян поднял голову и с усмешкой взглянул на меня, словно услышав мои мысленные гневные рассуждения. Потом, пользуясь тем, что Кир как раз присосался к бутылке, допивая последние капли алкогольного пойла, с таинственным видом приложил к губам палец, призывая к спокойствию. Я раздраженно фыркнула. Да молчу, молчу, потому как знаю: если начну говорить, то уже вряд ли остановлюсь. Все накипевшее этим замшелым сторонникам домостроя выскажу, и далеко не факт, что цензурно.
   – Так что? – негромко спросил храмовник, дождавшись, когда трактирщик наконец-то обратит на него внимание. – Придержите комнату для Тефны? Пока она уладит все дела, связанные с замужеством.
   – Без проблем! – важно кивнул Кир. – Нет, задаток-то, конечно, за пару месяцев стребую, куда уж без этого. А с гильдиями сам поговорю. Коли ручаетесь, что она ничем незаконным не будет больше заниматься…
   – Слово храмовника, – быстро отозвался Шерьян, при этом не забыв сложить за спиной пальцы особым образом.
   Я лишь понимающе хмыкнула при виде знакомой фиги. Как же, прекрасно знаем эти ваши обряды, которые клятву в пустой звук превращают.
   – Тогда по рукам! – радостно воскликнул трактирщик. – Давно уже хотел от этой девицы избавиться. Сами понимаете – одинокая, молодая, симпатичная. А у меня наемники постоянно ошиваются. Для них же слова «нет» просто не существует. Все ждал, что рано или поздно, но какая-нибудь неприятность точно случится.
   Я кивнула, подтверждая размышления Кира. Конечно, наемники отказов не принимают. Дело только в том, что у меня давно были весьма дружеские отношения с главой их гильдии. И как свидетельство этого на редкость выгодного знакомства – охраняющий знак, при виде которого любой разгоряченный выпивкой мужчина сразу же трезвел, смиренно извинялся и с быстротой молнии исчезал в неизвестном направлении.
   – Сколько в итоге возьмешь? – хмуро спросила я, поняв, что храмовник за меня расплачиваться не собирается.
   – Сейчас подсчитаю. – Кир с трудом встал со своего места и, покачиваясь, отправился к столу, за которым обычно производил расчеты. – Пять серебряников за прошлую неделю, да аванс на два месяца, да серебрушка за просрочку. Итого – десять монет.
   «Чего?» – едва не удивилась я в голос. Нет, Кир всегда готов был приврать, но – не себе в обиду. А хорошо считать в уме он мог в любом состоянии. Хоть мертвецки пьяный, лежа под столом.
   – Спокойно, – предугадав мой вопрос, тихо шепнул незаметно подошедший храмовник и легонько сжал мой локоть. – Все в порядке. Плати, сколько он сказал, и идем уже отсюда.
   Я с сомнением покосилась на Шерьяна. Оказывается, у него масса достоинств, весьма полезных в наших темных делишках. Эх, жаль, что он служитель бога, иначе бы в напарники взяла.
   Кир благодушно смотрел, как я с болью в сердце и слезами на глазах отсчитываю требуемую сумму. Затем небрежно смахнул маленькую кучку монет в ящик стола, даже не удосужившись проверить. Точно, околдовал его храмовник. Такого отродясь не бывало.
   – Доброй дороги! – настигло нас около самого порога напутствие трактирщика. – Надеюсь, ваше путешествие не затянется сверх уплаченного времени.
   Вот тогда-то меня в первый раз посетило неясное дурное предчувствие. Будто кто-то неосторожно взял фальшивый аккорд, который неприятно резанул по ушам. Ох, во что-то неладное я влезла. Моя интуиция меня никогда не обманывала. Зря, что ли, до ста лет дожила и даже хвоста не лишилась по глупости или недомыслию.
 //-- * * * --// 
   Как я и предполагала, Шерьян даже не предложил мне помочь донести дорожную сумку. Я пыхтела под тяжестью ноши, обливалась потом и буравила спину храмовника злобным взглядом, пытаясь поспеть за быстрым шагом моего работодателя. Долго так продолжаться не могло. Когда перед глазами замельтешили черные мушки, я поняла, что еще немного – и просто-напросто свалюсь в обморок от теплового и солнечного удара. Поэтому присмотрела себе симпатичную тень от аккуратного двухэтажного домика, где и остановилась, даже не подумав окликнуть Шерьяна. Тот пробежал по инерции почти половину улочки, затем заподозрил неладное и оглянулся. Я гордо восседала на своей сумке и вальяжно обмахивалась рукой, старательно делая вид, будто не понимаю, почему мужчина вдруг покраснел от возмущения. И вообще – не имею никакого отношения к этому странному типу, который выбрал для прогулки самое жаркое время суток.
   – Тефна, – прошелестел храмовник голосом, до неузнаваемости измененным бешенством.
   – Шерьян? – Я с показным изумлением подняла брови. – Что-то случилось?
   – Вообще-то да. – Осознав, что я не собираюсь покидать своего места, он с сожалением сделал несколько шагов назад. – Если ты забыла, то напомню: мы очень спешим.
   – Правда? – еще сильнее удивилась я. – Тогда напомню и я, что на самом деле это ты спешишь. В нашем договоре не было ни слова о сроке выполнения работы.
   Я осеклась под пристальным, немигающим взглядом Шерьяна. Кажется, мне наконец-то удалось вывести этого типа из себя. И практически без усилий с моей стороны. Интересно, как именно будет сейчас ругаться храмовник? Служителям бога вроде запрещено сквернословить. Всегда мечтала услышать, как они выпутываются из столь печальной ситуации.
   К моему огорчению, Шерьян даже общеизвестное орочье ругательство не употребил. Просто горестно возвел потемневшие от ярости глаза к небу, прошептал пару слов на каком-то древнем наречии и уже через миг крепко подхватил меня под локоть. Я невольно поморщилась от боли: пальцы мужчины чересчур сильно впились в мое предплечье. Однако стойко продолжила восседать на прежнем месте, изо всех сил противясь попыткам работодателя поднять меня на ноги.
   – Пойдем. – Храмовник произнес это спокойно, но почему-то от его негромкого голоса меня мороз продрал по коже. – Не выводи меня из себя.
   Чувство самосохранения призывало меня не вступать в пререкания с работодателем, здравый смысл робко намекал, что я уже достаточно отдохнула и без проблем преодолею оставшийся путь до дома Шерьяна. Но тут совершенно некстати вмешалось въедливое любопытство.
   «И что он с тобой сделает? – с сарказмом вопросило оно. – Достанет свой жуткий меч и примется с дикими криками гоняться за тобой по всему городу? Да его мигом стражники задержат и в темницу на пару суток упекут до выяснения обстоятельств. А этого времени вполне хватит на то, чтобы со всем скарбом, нажитым непосильным трудом, перебраться к гномам».
   – Я устала, – прохныкала я, не без усилий освобождая руку из мертвой хватки храмовника. – И вообще, где твое хорошее воспитание? Несчастная, слабая девушка из сил выбивается, тащит на себе неподъемный груз, а ты тут налегке прогуливаешься.
   – Это ты-то несчастная, слабая девушка? – искренне возмутился Шерьян. Воровато огляделся по сторонам и продолжил, чуть понизив голос: – Ты здоровая нечисть, которая без проблем уложит взрослого мужчину на обе лопатки и даже не запыхается при этом. Хватит канючить! Сумку взяла – и вперед!
   Конечно, в чем-то он был прав. Благодаря звериной ипостаси мои возможности куда шире, чем у обычного человека. Полагаю, я даже Шерьяна могла бы сейчас усадить к себе на загривок и допереть до места назначения. Но это еще не означает, что за мной не надо ухаживать, оберегать и лелеять. В конце концов, он мужчина, он пусть тяжести и тягает! Тем более что в человеческом облике я ничем не отличалась от обычной девушки. И мои силы сейчас были весьма ограничены столь хрупкой оболочкой.
   – Не пойду, – гордо фыркнула я. – Тебе надо, ты и тащи. А я, так и быть, рядом пошагаю.
   – Тогда ты рискуешь отправиться в путешествие налегке. – Шерьян чуть скривил уголки рта в усмешке. – Мне твое барахло и даром не нужно.
   Я скептически поджала губы, показывая, что мне его угрозы совершенно безразличны. Нет, ну в самом деле, безумно интересно, как храмовник собирается неуступчивую нечисть с места сдвинуть. Быть может, он меня на руки возьмет и так дальше понесет? Ради такой романтики я даже готова со всем своим добром расстаться.
   Реальность оказалась банальной донельзя. Шерьян, словно уловив мою последнюю крамольную мысль, как-то весьма нехорошо ухмыльнулся и больно схватил меня за запястье, рывком поднимая на ноги.
   «Отлично! – мысленно фыркнула я от с трудом сдерживаемого смеха. – Он будет меня тащить за руку всю дорогу, а я тогда имею полное право упираться, ругаться и громко плакать от подобного самоуправства. Интересно, как долго его нервы выдержат столь оглушительное звуковое сопровождение?»
   Мои раздумья прервались самым прозаическим образом. Неожиданно мир вокруг меня покачнулся и резко перевернулся с ног на голову. Этот бесчувственный чурбан, не мудрствуя лукаво, просто-напросто закинул меня к себе на плечо и прогулочным шагом двинулся вниз по улице. М-да, как-то не так я себе представляла сей способ передвижения, когда думала о том, что храмовник понесет меня на руках. Оказывается, это весьма неприятно, когда находишься в подобном положении. И потом, чего хорошего путешествовать вниз головой? Меня сразу же начало ощутимо подташнивать, а волосы безжалостно забились в рот, мешая выразить праведное возмущение.
   – Отпусти меня! – наконец прошипела я.
   Попыталась подрыгать руками и ногами, показывая, что не шучу, но потерпела сокрушительное поражение. Нет, кулаками-то в спину Шерьяна мне удалось побить, но толку от этого было ноль – словно в каменную стену стучишь. А ногами я боялась лишний раз пошевелить. Мало ли, вдруг отпустит, и рухну я тогда с высоты человеческого роста лбом на булыжную мостовую. Даже перекинуться не успею.
   – И не подумаю, – спокойно уведомил меня Шерьян.
   Я поперхнулась. Наморщила лоб, пытаясь придумать, как выбраться из столь унизительного положения. Превратиться в кошку? Опасно – сейчас день. Мало ли кто в окна подглядывает, тем более после громкой недавней ссоры.
   – Шерьян, – ласково проворковала я, понимая, что еще немного – и рискую отправиться в длительную поездку без элементарной смены белья. – Пожалуйста. Я очень прошу. Меня укачивает.
   Храмовник печально вздохнул, но все же остановился и легко поставил меня на землю, бережно прислонив к каменной ограде, по которой я тотчас же и сползла на мостовую. Как-то весьма отрицательно на меня действуют подобные резкие перемещения. Кровь то приливает к голове, то отливает – тут любой в обморок грохнется.
   – Ну и как ты себя чувствуешь? – Шерьян проявил великодушие и дал мне целую минуту на то, чтобы прийти в себя.
   – Отвратительно, – простонала я. – Никогда так больше не делай!
   Он промолчал. Потом задумчиво почесал подбородок и негромко произнес:
   – Тефна, я знаю тебя меньше суток, но ты уже успела меня до печенок достать своими истериками и выяснениями отношений на пустом месте. Поэтому давай договоримся: между нами только деловые, рабочие отношения. Когда я заключаю договор, то мне абсолютно без разницы, кто будет выполнять работу – девушка или парень, человек или орк. Главное, чтобы все было сделано в кратчайшие сроки и наилучшим образом. Поэтому говорю тебе сейчас, чтобы потом не было никаких обид. Меня совершенно не трогают твои капризы. На первый раз, так и быть, я прощаю тебя. Но если подобное повторится, то будут приняты адекватные меры. Не спрашивай, какие именно, иначе ночью перестанешь спокойно спать. Тебе все ясно?
   Я поперхнулась от железного отзвука, прозвучавшего в голосе храмовника. Значит, вот оно как. Истерики ему мои надоели. Ну что же. Мне не привыкать подчиняться чужим правилам. Посмотрим, храмовник, кто в конечном счете выйдет победителем из этой игры.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное