Елена Кондаурова.

Осколки четырех миров

(страница 4 из 34)

скачать книгу бесплатно

Ее первой инстинктивной реакцией на мужское прикосновение, как всегда, был ужас. Она вся сжалась и замерла, только теперь почувствовав, что, оказывается, все это время бесстыдно прижималась к нему спиной и тепло, которому она так радовалась, было его теплом. Она запаниковала. Все, чего ей хотелось теперь, – это оказаться как можно дальше от него, что она и попыталась сделать. Как можно осторожнее она стала отодвигаться от него, молясь про себя всем богам, чтобы он не проснулся. Боги не услышали ее молитву. Он не спал уже давно и только крепче притиснул ее к себе, не давая ей встать.

– Не дергайтесь, моя дорогая, и перестаньте трястись. Я же не вам не Ценг, набрасываться не стану. – Темперамент огненных Наргийских Ценгов давно уже вошел в поговорки на Нерхаше. – Как вы себя чувствуете после наших приключений?

– Неплохо, но было бы лучше, если бы вы позволили мне встать.

– Нет, не лучше. Вам лучше еще полежать, а нам нужно поговорить.

– Интересно, о чем? Кстати, что вы сделали с моими телохранителями? Они спят как сурки.

– Точнее, как собаки. Ничего, немного сна им не помешает.

– Они должны не спать, а охранять меня! – Кинари сделала вид, что возмущена, а сама под шумок снова попыталась встать. На этот раз он не стал ее удерживать.

– Да куда вы так рветесь все время? Неужели для вас лучше сидеть на холодных камнях подальше от меня, чем на теплых, но рядом со мной? Я вроде бы не кусаюсь. – Последние слова прозвучали чуть обиженно, и Кинари стало стыдно.

– Я не рвусь. Я просто не хочу, чтобы мои слуги видели меня в таком положении. – Отговорка была так себе. Кто и когда обращал внимание на слуг? Но уходить она передумала. Только села и обняла колени руками.

– Они спят, как вы верно заметили. И не проснутся, пока я не захочу. Мы можем разговаривать спокойно.

– Ну хорошо. Это вы помогли мне с демоном?

– А как вы думаете? Вы вообще понимаете, что попали в ловушку и чуть не погибли? Какая нелегкая понесла вас в эту тюрьму?

– Это мое дело! – немедленно ощетинилась Кинари. – Я не виновата, что на прикосновение к ней настроили охрану! Почему с ней вообще обошлись так жестоко? Вы же видели ее ожоги! Почему они не вылечили ее сразу после того, как поймали?

Вайгар пристально посмотрел на жену.

– А почему она сама себя не вылечила? Она же из Дешэ, если я не ошибаюсь? Кроме того, я спросил не про эту ловушку. Охрану можно сбросить со счетов, а демона – нет. Кто подставил вас таким образом, дорогая? Только не говорите, что вы не знаете! Кто-то из Заргонов, да? Ваш старый знакомый?

Кинари опустила голову. Бессмысленно врать Лару. Но говорить правду она не хотела.

– Как вам удалось справиться с демоном? Что вы с ним сделали?

Вайгар пожал плечами.

– Я с ним не справился. Он по-прежнему при вас, только в клетке. Нам с вами придется потом попросить помощи, чтобы убрать эту тварь. И все-таки кто он, Кинари? Или мне вернуться в тюрьму и вытрясти из вашей служанки все, что она знает? У меня получится.

В его словах за насмешкой спряталась угроза, но ее она не напугала.

Кинари только покачала головой.

– Боюсь, что вы ее там не застанете. Она умерла сразу после того, как выпустила на меня демона. Я сама видела, она просто растворилась в воздухе. Не просто рассыпалась в пыль, а растворилась, если вы понимаете, о чем я.

Вайгар понимал. Из пыли можно было собрать кое-какой материал, а из воздуха – нет.

– Вот как! Однако. Умеет ваш друг обрубать концы.

Аура Кинари вспыхнула ненавистью.

– Он мне не друг! Он мой враг, я не успокоюсь, пока не уничтожу его!

Ничего себе. Вот что значит настоящая искренность!

– Ну-ну, успокойтесь, дорогая! Вам сейчас нельзя никого ненавидеть, возьмите себя в руки. Сами знаете, вам теперь нужны только положительные эмоции. – Вайгар обнял ее и прижал к себе. От вспышки ненависти ей опять стало холодно, и на этот раз она не отстранилась, как обычно, уходя от его прикосновений, а даже была благодарна ему за тепло и за поддержку. Он был прав, демон никуда не исчез. – Хорошо, я не буду о нем спрашивать. Пока... Итак, какие у нас планы на будущее? – спросил он, когда почувствовал, что она успокоилась в его руках. Это прозвучало так естественно, что Кинари как-то забыла возмутиться тем, что он так беспардонно объединяет их личные планы в один общий. Напротив, почувствовала некоторое облегчение оттого, что он не собирается вот прямо сейчас бросать ее одну, наедине с демоном и со всеми проблемами, которые у нее возникнут в связи с этим. Она всегда старалась быть сильной, любая помощь со стороны казалась ей унизительной, и, кроме того, после предательства, пережитого ею в юности, она попросту никому не верила. Но сейчас она со всей ясностью понимала, что одной ей не справиться. И либо она теперь пойдет на поводу у своего упрямства и поставит все под удар, либо хотя бы частично доверится своему мужу, который уже сделал для нее намного больше, чем предполагала их сделка. Правда, возможно, что он всего лишь заботился о своей будущей собственности, но это к делу не относится. Мотивы у него могут быть какие угодно, это его дело. Гайре Кинари дурой не была и умела быстро принимать решения.

– Вы правы, он из Заргонов, – тихо сказала она, немало удивив своего супруга, который никак не ожидал от нее такого ответа. – Официально – Заргон-Ангриц, но на самом деле – Заргон-Заргон.

– То есть?

– Он незаконный сын Заргон-Крэйга от одной из женщин Заргонов. Какой-то дальней родственницы. Официальная жена его отца не могла иметь детей, хотя я с трудом представляю себе, как такое возможно, а им нужен был наследник.

– А вы откуда это знаете?

– Он несколько лет был любовником моей матери. Она знала о нем все. И то, что он скрывал, в том числе.

– И он был в состоянии это скрывать? Что, в Нарге в то время не было в гостях ни одного Лара? Да и вообще, как такое можно скрыть? У него ведь должна быть очень характерная внешность. Ну и нравы у вас в Нарге! У нас бы такого в приличный дом на порог не пустили!

– Вы правы, Вайгар. Но вы ошибаетесь. Внешность у него была прекрасная, но, несмотря на это, он всегда вызывал подозрения. Слишком сильный для истинного гайра и слишком неуравновешенный, даже для Заргона. Когда я была еще совсем ребенком, ему надо было срочно жениться. И у него с этим были большие проблемы: никто не хотел иметь с ним ничего общего, тем более детей. Мне всегда казалось это странным, учитывая то, что он просто безумно нравился женщинам.

– А вы уверены, что он их не заклинал? Ему это было раз плюнуть.

– Вы так говорите, как будто уверены, что именно это он и делал!

Вайгар посмотрел на нее, как на ребенка.

– Разумеется, я уверен. Послушайте, я – Лар, и я не раз пользовался своей властью, чтобы затащить в постель понравившуюся девчонку, особенно по молодости. Но то, что мог сделать я, и в подметки не годится тому, что мог сделать он. Не убеждайте меня, что он этим не пользовался.

– Да, я знаю, что пользовался, но не всегда. У него просто не было такой необходимости. Он был красив как бог. – Ненависть и тщательно подавляемое восхищение.

– Хорошо, предоставлю вам судить об этом. – Вайгар и раньше ревновал жену ко всем, кто оказывался к ней слишком близко, но к этому выродку, вызывающему в ней такие эмоции, его ревность просто зашкаливала. – И все-таки, что же он сделал такого, что вы его так ненавидите?

– Вы наверняка слышали, что моя мать покончила жизнь самоубийством? Так вот, она это сделала из-за него. – Ненависть, ненависть, стыд, боль, отчаяние, презрение к самой себе. Обычно чистую ауру жены замутил дым страдания.

– Ясно. – На самом деле Вайгару ничего не было ясно. Для такой женщины, как Тимани Тенг-Дешэ, чтобы покончить с собой требовалась куда более серьезная причина, чем молодой любовник. Не тот уровень. Но вытаскивать подробности из Кинари сейчас, когда она в таком состоянии, он не стал. Успеется еще. – И вы хотите ему отомстить? Или, судя по демону, он вам? – Кинари промолчала, и он решил перевести разговор в более спокойное русло. – Хорошо. Так что же нам теперь следует предпринять? У вас есть какие-нибудь идеи?

– Я думаю, что, когда мы доберемся туда, где можно будет повесить портал, нам нужно отправиться в Наргу, – слегка оживилась Кинари. – На некоторое время, пока здесь все не утрясется.

Мысль была здравая, и Вайгар кивнул, соглашаясь. Оставаться сейчас в Йасиаре действительно было глупо, хотя в ближайшее время им придется сюда вернуться.

– И еще. Вы мне очень помогли с демоном, но я вижу, что это дорого обошлось вашему здоровью.

Вайгар удивленно приподнял бровь. Интересно, каким видит его целительница Тенг? Каким образом она вообще может видеть здоровье?

– Я это чувствую, – ответила Кинари на его немой вопрос. – Я приглашаю вас погостить во дворце Тенгов. Там есть все необходимое, чтобы быстро привести вас в норму. И потом, вы же ни разу не видели свою дочь. Не хотите познакомиться с ней?

А вот это уже ни в какие ворота не лезло. Дворец Тенгов! Еще бы он не хотел познакомиться с дочерью! С дочерью, в знакомстве с которой ему было так твердо и высокомерно отказано пять лет назад. Он посмотрел на черноволосую голову жены, лежащую у него на плече. Мало того, что она позволяет ему прикасаться к себе, так еще и все остальное. У любого другого на его месте сердце заколотилось бы от счастья, но Вайгар никогда не был склонен к самообольщению. Сердце у него сжалось от недоброго предчувствия. Его непредсказуемая супруга точно что-то задумала. Что-то такое, что не сможет сделать одна, и потому просит его помощи таким вот образом. Соблазняет и заманивает, как русалка рыбака. Вайгар готов был рискнуть собой, но ему трудно было согласиться рискнуть ею. Однако условия были определены, и фигуры на доске расставлены. Надо было вступать в игру или уходить.

– Хорошо, – спокойно кивнул он. – Я буду рад увидеть дочь.

Глава 3

На следующее утро Вайгар проснулся во дворце Тенгов в шикарных гостевых апартаментах на огромной, застеленной синим шелковым бельем, кровати. Разумеется, в одиночестве. Соблазнение его супругой не зашло так далеко, чтобы пригласить его в собственную спальню. А вот интересно, если бы он стал торговаться, она пошла бы на это? Вайгар криво усмехнулся самому себе. Он лучше нее знал ответ на этот вопрос. Она скорее умерла бы страшной и мучительной смертью.

Он встал и, не утруждая себя одеванием, пошел в ванную комнату, отразившись попутно во всех зеркалах, любовью к которым так славились склонные к самолюбованию Тенги. Впрочем, с такой внешностью... Зеркала были везде, начиная от спальни, и заканчивая туалетом. Интересно, как можно любоваться собой, сидя на унитазе? Извращение какое-то. Ванная целиком и полностью оправдала его надежды. Зеркал там было больше, чем везде. Даже пол был зеркальный. Вайгар никогда не видел себя в таком интересном ракурсе и довольно долго разглядывал свое отражение, как самый настоящий Нарцисс, ожидая, когда в ванну наберется вода.

А уже лежа в теплой душистой пене, расслабившись и разнежившись, как морской лев на солнцепеке, он рассматривал свое отражение в зеркалах на потолке. Надо было признать, что по-своему он тоже был хорош, все-таки мать его была из Турэнов. Стройный, смуглый, темноволосый и светлоглазый. Но лицо жесткое, горбоносое, с четко очерченными скулами. Лицо воина, а не бога. Интересно, как выглядел этот Заргон-Заргон? Как ангелочек с крылышками? Белый и пушистый?

Бог.

Тоже мне! Вайгар не знал, имела ли Кинари представление о том, как выглядят местные боги, когда сравнивала его с богом. А Вайгар имел. Довелось пообщаться. Правда, не с богом, а с богиней, но впечатлений хватило. Если они все такие, то...


Это случилось примерно семь лет назад, ранней весной, когда кровь Вайгара обычно начинала бродить, как хмельной напиток, и его, как пацана, тянуло на всякие подвиги. Когда он был помоложе – на женщин, хороших и разных, а потом, когда это уже приелось, – на всякого рода экстрим. В тот раз он решил пойти в горы. В гордом одиночестве, потому что Лару компания, как правило, ни к чему, и почти безо всякого снаряжения, но с оружием. Ранняя весна в горах – это нечто. Красиво безумно, и так же опасно. Он был один и мог позволить себе рисковать собой так, как ему заблагорассудится. Благо, что никто не начнет ему втирать насчет неоправданности такого риска, об ответственности и прочей чепухе, забивать голову которой ранней весной казалось ему преступлением против жизни вообще и его собственной жизни в частности. Ему казалось, что сам воздух гор заставляет его дышать глубже и чаще, а сердце гонит кровь по жилам в два раза быстрее. Несколько раз он чуть не погиб, карабкаясь по горам во время охоты на диких коз, и это дало ему такой мощный всплеск адреналина в крови, что он постоянно пребывал в состоянии какой-то эйфории, опьянения жизнью и ранней весной.

Вот тогда она и появилась. Очень просто, без всякого небесного знамения, вышла к его костру в один из тихих прохладных вечеров. Она была один в один похожа на женщину, и на несколько секунд и показалась ему молодой и красивой женщиной, непонятно как забредшей в эти дикие места. Его первой реакцией на ее появление в течение тех нескольких секунд, когда он еще думал, что она просто женщина, была досада. Досада на то, что нарушили его одиночество, и сделала это именно женщина. Он уже знал с точностью до мельчайших подробностей, что последует за этим появлением, и ему заранее было скучно почти до зевоты. Женщины никогда не были для него проблемой, успели наскучить и уже не будоражили его воображение так, как раньше, превратившись в каждодневную утомительную необходимость. Нечто вроде зарядки.

К сожалению, ему недолго было суждено оставаться в блаженном неведении, потому что зрение Лара быстро расставило все по своим местам. Да, она была похожа на женщину, но женщиной не была даже близко. Она вообще не была человеком. Потому что все люди, когда он смотрел на них глазами Лара, имели ауру и были похожи на сгустки разноцветной энергии. А это существо даже в призрачном облике выглядело как человек. Почти. Когда Вайгар это понял, он впился в нее взглядом, глядя то так, то этак и пытаясь совместить оба образа. Это оказалось не очень сложно, потому что они почти не отличались друг от друга. Она была высокой и стройной, возможно, даже выше самого Вайгара, но одета намного легче, чем он, несмотря на весеннюю свежесть. Ее пепельные волосы в призрачном облике выглядели почти так же, как и в материальном, но были длиннее, пышнее и окружали голову дымчатым ореолом, плавно переходящим на спине в призрачные темно-серые крылья. Ее руки заканчивались длинными белыми ногтями, подозрительно похожими на когти, а ноги стояли очень странно, ни на что не опираясь и оставляя видимой полоску воздуха между ней и землей. Но самым необычным зрелищем были ее глаза. В них не было зрачков. То есть они были, но не черные, как у людей, а ярко-белые, как две точки ослепительного солнечного света. А ее оружие! У нее ведь было оружие! На вид самое обычное, полный боекомплект, как и у самого Вайгара, но в призрачном мире на него стоило посмотреть. Его почти сплошь покрывала затейливая вязь светящихся незнакомых букв, а силой оно было накачано просто под завязку. Вайгар и сам умел заговаривать и подкачивать оружие, это давало определенное преимущество в бою, но это было нечто. В целом же от этого существа исходило ощущение чего-то неопределенного и неуловимо опасного, и больше всего она напоминала ему местную хищную птицу с пристальным немигающим взглядом огромных черных глаз, которая размерами была такова, что вполне способна была утащить какого-нибудь зазевавшегося пастуха. Существа, подобного этому, он никогда не видел, да и вся ситуация слабо напоминала обычный вечер в горах.

– Как тебя угораздило забрести сюда, Вайгар? – мягким, звучащим как мурлыканье кошки голосом спросила она.

Он растерялся и пробурчал в ответ что-то невнятное.

– Понятно, – сказала она, улыбнувшись. – Пригласишь меня к своему костру?

Он кивнул, отодвигаясь, так и не обретя потерянный несколько минут назад дар речи. Она присела к костру и внимательно посмотрела на Вайгара. Внезапно он почувствовал себя так, как, вероятно, муха чувствует себя под микроскопом или обычный человек под взглядом Лара. Сказать, что это было неприятно, значит ничего не сказать. Это было страшно и противно. Это внушало такой ужас, что от него смерзалось все внутри. Казалось, что все движения его души, все, что принадлежало лично ему, Вайгару, теперь вынесено на всеобщее обозрение, все рассматривается в мельчайших подробностях, обсуждается и здесь же, на месте, ему выносится приговор. Суровый, справедливый и окончательный.

– Что, не нравится? – ласково спросила она уже готового вспылить Лара. Правда, ласка эта больше напомнила Вайгару ласку змеи, обвивающейся вокруг шеи. – Но ведь ты тоже рассматривал меня, и довольно бесцеремонно. Так что мы квиты.

Она отвела взгляд, и Вайгару стало немного легче. Он даже смог задать вопрос. Грубый, прямой и неуклюжий, совсем недостойный хорошо воспитанного гайра.

– А вы кто?

Она рассмеялась, и смех зазвучал переливами маленьких серебряных колокольчиков.

– Называй меня Нави, человек!

– Я не человек, я – гайр! – возмутился Вайгар, как будто она обязана была знать разницу между ними.

Она ее знала.

– Я вижу, иначе я бы не подошла к тебе, малыш. Ты видел меня, а на это мало кто способен. – Она опять посмотрела на него, склонив набок красивую хищную голову. – Ты хороший мальчик, – нежно сказала она, не обращая никакого внимания на праведный гнев Вайгара по поводу малыша, а теперь еще и мальчика. – Плохо то, что ты никого не любишь. Но это дело поправимое. Скоро ты полюбишь безумно, безнадежно и безответно, чтобы на своей шкуре почувствовать, каково это. Может, тогда ты перестанешь играть чувствами других людей, неважно, гайры они или нет. – Он хотел что-то возразить, но она не дала. – Я скажу тебе еще одну вещь, которую тебе следует знать. Я и другие мои сородичи жили на этой планете задолго до того, как здесь появились вы. Рано или поздно вам придется с этим считаться. И с нашими врагами тоже. Они уже появились среди вас. Но вы нужны нам. И нам, и им в равной степени. Это все, прощай. – И она исчезла так легко и внезапно, что он даже не заметил, как это произошло.

Он долго не знал, как ему к этому относиться, но только до тех пор, пока не женился на Кинари. После этого он стал относиться к ее словам максимально серьезно, время от времени ломая голову над смыслом сказанного.

* * *

Но это совсем не означало, что все, сказанное загадочной гостьей, пришлось ему по душе. Скорее, наоборот. И сейчас, лежа в ванне, он в очередной раз вспоминал ее слова и опять заходился в бессильной злобе.

– Это мое, сука, ты поняла меня? То, что я люблю ее, это мое! Я так решил, а не ты, наглая стерва!

Он лежал, вцепившись руками в края ванны, как будто пытался выломать куски мрамора, из которого она была сделана. Наконец приступ миновал. Вайгар сумел взять себя в руки и успокоиться. Надо было жить дальше. Он резко встал и, не вытираясь, пошел бриться. На краях мраморной ванны, как на мягкой податливой глине, остались отпечатки его ладоней.


Через полчаса он вышел из своих апартаментов холодный, спокойный и невозмутимый, готовый ко всем подлостям, которые могла преподнести ему капризница-судьба в ближайшем будущем. Впрочем, как скоро выяснилось, не ко всем.

Он медленно шел по длинным дворцовым коридорам, неслышно ступая по мягким ковровым дорожкам, и думал о том, что еще никогда в жизни он не был так слаб, как сейчас. Кинари смогла это почувствовать и предложила свою помощь, но где гарантия, что остальные Тенги будут так же вежливы к ослабевшему Лару? Вряд ли он сейчас в состоянии оказать хоть сколько-нибудь эффективное сопротивление. Хотя, если учесть, что он пребывает на вражеской территории в качестве гостя, возможно, его и выпустят отсюда живым. И он сможет даже уйти. До ближайшего поворота.

Занятый своими невеселыми размышлениями, Вайгар вышел в огромный холл, из которого поднималась на второй этаж самая величественная лестница из всех, которые ему довелось видеть в своей жизни. Дворец Тенгов вообще отличался крайней степенью величественности. Его хозяева, похоже, любили производить впечатление на гостей. Вайгару было даже жаль, что он сам не смог отреагировать на родной дом его жены с должным восхищением, потому что дворец ему совсем не нравился. Он казался ему слишком большим, тяжелым и претенциозным. Он вообще не понимал, как можно долго жить во всем этом мраморном великолепии и не сойти с ума от давящей тяжести холодного гладкого камня. Сам Вайгар тоже любил мрамор, но не до такой же степени! Неожиданно его внимание привлекло быстрое движение со стороны лестницы. И, прежде чем он успел сообразить, что это такое, зрение Лара, материнская кровь и многолетняя воинская выучка взяли свое. Он метнулся в сторону движения стремительным размазанным броском и кубарем покатился по скользкому (будь он неладен, этот мрамор!) полу. И только потом осознал, что в руках у него двухлетний карапуз, сверзившийся с лестницы, и что это за ним он рванул так, что чуть не порвал связки. А еще через пару секунд почувствовал, что этот чертов ребенок жжется, как ядовитый нерхашский плющ, а также орет и вырывается, добавляя своему спасителю все новые и новые ожоги.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Поделиться ссылкой на выделенное