Елена Арсеньева.

Час игривых бесов

(страница 5 из 30)

скачать книгу бесплатно

Я растерянно оглянулся на свой дом и увидел маму, которая стояла на балконе и смотрела на меня. Кажется, это был последний раз в моей жизни, когда я оглянулся на мать, ища у нее поддержки. Вот как бы до сей секунды я еще держался за ее подол, а тут раз – и отпустил. Но каким-то немыслимым образом я понял, что в аптеку мне и впрямь идти уже не надо. Что она меня нарочно выставила из дому именно в это время, чтобы я с этим гномом встретился.

И вот я стоял, весь такой растерянный, тополя пахли горько, одуряюще, может, я от этого поглупел, не знаю, только я кое-как собрался, поднял коробки – ох, какие тяжеленные они были, я даже удивился, что такое в них может оказаться, и, буркнув не то «спасибо», не то «до свиданья», потащился домой.

Как только я появился, моя мигом получшевшая маманя с необычайно деловитым видом принялась коробки распаковывать. Я потом понял, что таким образом она маскировала свою неловкость и растерянность. Однако содержимое коробок и в самом деле могло заинтересовать кого угодно. В белой были продукты, в том числе шампанское, аж две бутылки. Колбаса «Московская», полукопченая, и сервелат, и буженина, и сыр очень жирный и мягкий, сроду такого не ел, у нас же бывал в продаже в основном «некондиционный» восковой «Пошехонский», который в рот не вломишь, однако ничего, лопали его за милую душу, потому что он тоже был в дефиците, и еще что-то ужасно вкусное и ранее не виданное оказалось в коробке, я уже точно не помню… Да, еще зефир в шоколаде, любимейшее мое лакомство, я б за него душу черту продал… Ну вот я и думаю, а не продал ли я ее в самом деле за тот зефир в коробке с белыми розами производства фабрики «Рот-Фронт»?..

Но еда – это еще ничего, это мелочи. Главное же, что в другой коробке, которая крафт-бумагой была обернута, оказались еще две красоты невиданной: одна с небольшим телевизором «Sony» – самым настоящим, японским! – а вторая с видеомагнитофоном, тоже «Сонькой», маленькой, плоской, изящной, и набор кассет, несколько фильмов. Фильмы были – эротика, но не фигня позорная, даже не Тинто Брасс, к примеру, а шедевры: «Греческая смоковница», «Девять с половиной недель», «Калигула», «Мессалина» и все такое, полный джентльменский набор того времени. И еще один фильм, который меня наизнанку вывернул, хотя это была, строго говоря, не эротика, тем паче не порнуха, а просто великолепное кино – «Сердце ангела». Я сначала диву давался, почему среди траха-перетраха оказалась эта лента, а потом понял: потому что там отцом героя был дьявол! Ну а у меня почти так же вышло, только дьявол оказался не моим родным отцом, а приемным.

* * *

Прочитав электронный адрес, по которому надлежало отправить начало «заказного романа», Алена только головой покачала. Дважды ей приходилось с помощью компьютера и элементарной догадливости распутывать довольно сложные интриги [4]4
  Об этом можно прочитать в романах Елены Арсеньевой «Дамочка с фантазией» и «Крутой мэн и железная леди».


[Закрыть]
, поэтому она втихомолку считала себя уже почти что хакершей со стажем.

Однако этот электронный адрес не давал, увы, никакой зацепки, с помощью которой можно было бы подобраться к заказчику, потому что был зарегистрирован не у какого-нибудь городского провайдера, а непосредственно во всемирной паутине: в поисковой системе Rambler, которой часто пользовалась Алена и где у нее и самой имелся незамысловатый адресок: dmitrieva.a@rambler.ru. Просто в один прекрасный день ее обычный электронный адрес, зарегистрированный у одного из нижегородских провайдеров, начал глючить, почтовый ящик оставался пустым, общаться с издательством и друзьями приходилось исключительно по телефону, счета за междугородные переговоры непомерно выросли, ну вот Алена и кинулась за помощью к Rambler'у.

Завести там адрес оказалось просто, как ясный день: открываешь основную страницу, кликаешь на надпись: Получить адрес, а потом отвечаешь на вопросы анкеты, которая называется: «Регистрация нового пользователя».

Вопросы тоже просты до безобразия. Сначала придумываешь свой логин – имя, стало быть. Писательница Дмитриева записала себя как dmitrieva.a. Затем сочиняешь пароль из восьми знаков, причем там должны иметь место как цифры, так и буквы, и выглядеть членораздельно паролю совершенно не обязательно. У Алены пароль смотрелся сущей абракадаброй: nw3ijs5g. Разумеется, свой пароль нормальные люди никому не открывают: кому охота, чтобы в их почтовый ящик лазили все кому не лень? Алена тоже хранила его в таком строгом секрете, что постоянно боялась забыть. Впрочем, на сей случай у Rambler'а имелись особые примочки: секретный вопрос и ответ на него. Секретный вопрос и ответ используются для восстановления забытого пароля. Секретным вопросом для Алены было: «Имя вашего любимого человека?» Забыть ответ на этот вопрос она не боялась… Затем требовалось указать какой-нибудь реальный, существующий e-mail для связи, чтобы на него, в случае чего, мог быть выслан забытый пароль. Понятно, что этот самый e-mail можно было указать какой угодно: к примеру, открыть последнюю страницу любой газеты и перекатать ее электронный адрес. Сугубым враньем могли быть ответы на все прочие вопросы регистрационной анкеты: ваше реальное имя, ваша фамилия, ваш пол, ваш возраст, частота пользования Интернетом, образование, сфера деятельности, ваш социальный статус… Потом требовалось ввести число, указанное внизу анкеты – и дело сделано, у тебя есть адрес в Rambler'е, вычислить тебя по которому невозможно. Отследить получателя нереально в принципе! Ведь лазить в почтовый ящик можно не с собственного компьютера (Алена с большой натяжкой допускала, что какой-то конкретный компьютер, слишком часто общающийся с конкретным почтовым ящиком, пусть даже этот ящик зарегистрирован во всемирной паутине, вычислить все же возможно… хотя не факт!), а из одного из многочисленных Интернет-кафе, которых теперь несчитано развелось по всем мало-мальски приличным городам. Так что Алена постаралась не обращать внимания на детективный зуд, который не давал ей покоя, отказалась от попытки подобраться поближе к своему работодателю и всецело предалась работе.

Не стоит, между прочим, думать, что эта работа совсем уж сказать – не бей лежачего. Да, на дискете была изложена подробная история Саблина, но это же такая занудная скукота! Все в тексте выглядело унылым и обтекаемым. Понятно, почему Саблину потребовался литературный обработчик: эту тоскливую газетную «передовицу» никто и никогда не стал бы читать. Алена, как могла, расцветила, оживила и обогатила ее что словесно, что психологически, в этом можно признаться без ложной скромности. Результатами труда своего писательница осталась довольна, хотя, честно сказать, она не слишком-то перетрудилась: возилась с первой частью жизни Саблина всего лишь каких-то два часа и немедленно перекинула материал на загадочный адрес своего работодателя: galka.n.om@rambler.ru.

Galka.n?! Шо це таке? Galka, в смысле, галка – птица вороньей породы. Но она вряд ли имеет отношение к адресу. Galka.n? А может быть, воспринимать это как одно слово – galkan?

По своей привычке докапываться «до самой сути» Алена немедленно сунулась в словари, но ни в немецком, ни в английском, ни во французском, ни в итальянском, ни в испанском языке не нашла перевода. Других лексиконов у нее не имелось. Или слово выбрано случайно, или имеет какой-то смысл, однако его Алене вовек не разгадать.

Но господь с ним, с этим galka.n'ом. Это еще не самая большая странность. Точнее, это просто странность. А вот в самом обработанном тексте были не только странности, но и страшности, вернее сказать, вещи еще не пугающие, но очень сильно настораживающие. Неизвестно, конечно, что окажется в новом отрывке, который ей придется обрабатывать, однако сейчас отчего-то мерещится, будто писательница Дмитриева, желая подзаработать, ввязалась в нечто криминальное. А то и в сущую уголовщину.

Конечно, деньги не пахнут, однако… Однако пахнет кровь. А уж как пахнут трупы!..

Ладно, ладно, зачем подпускать такие страсти-мордасти? Рассчитывай на худшее, но надейся на лучшее – вот в чем величайшая мудрость жизни. Поэтому надейся, писательница, что твой скорбный труд не пропадет, что тебе удастся не только невинность соблюсти, но и капитал приобрести, слупить с работодателей все обещанные семь тысяч евро, остаться при том при всем живехонькой-здоровехонькой, а затем, по установившейся традиции, написать об этом для любимого издательства запутанный и кровавый детектив, который можно назвать именно что «Заказной роман»! Ни в коем случае нельзя пренебрегать дарами судьбы, однако Алена забыла некую прописную истину, гласящую: «Timeo Danaos et dona ferentes!», что означает: бойся данайцев, дары приносящих. В роли этих самых данайцев выступала в данном случае именно судьба, а Алена уже не раз могла убедиться, что от этой щедрой на дары подружки всякого можно ждать…

Итак, короче говоря, она закончила обработку первой части будущего романа еще до полуночи. Перечитав текст, отправила его galka.n'у и пошла спать. Вообще-то, конечно, следовало и свою работу поработать, ведь сроки сдачи очередного романчика в издательство, как всегда, поджимали, однако две тысячи евро наличными, внезапно образовавшиеся в бюджете, невольно подвигли писательницу к небольшой расслабухе. Ничего смертельного не произойдет, если она сегодня ляжет спать в нормальное человеческое время, пусть даже пресловутое количество знаков останется не отщелканным. Нет, дело даже не в этих развращающих, расслабляющих, случайных, шальных деньгах, а в том, что Алена сегодня перенесла такие жуткие стрессы! Из-за них она даже Игорю позвонить забыла – сразу кинулась смотреть дискету, потом отрабатывать содержимое конверта. Все-таки от себя, от работоголика ненормального, не убежишь. Что же касается Игоря… Какой смысл ему звонить, если завтра вечером он будет сторожить «Барбарис» – тут-то влюбленная писательница и навестит его, тут-то и возьмет, как принято выражаться, тепленьким…

Лелея эту надежду, она и отправилась спать, ну и видела во сне, конечно, любимого мальчишку. И себя с ним. Они стояли обнявшись, и Алена утыкалась в это его чудное, обожаемое, горячее местечко между шеей и плечом, перечеркнутое тонкой цепочкой крестика, и пощипывала эту цепочку губами, и шептала:

– Игорь, Игорь, Игорь, я вас люблю… – Вот так, почему-то на «вы», как раньше, когда они еще только обменивались взглядами, исполненными затаенного желания, а больше ни на что не отваживались, потому что смертельно боялись друг друга.

Эта мимолетная мысль об их забавном, обоюдном, так до конца и не преодоленном страхе друг перед другом почему-то оказалась некоей, с позволения сказать, нитью Ариадны, которая привела в сон Алены воспоминание о страхе совсем другого свойства: о темноте, о промельке неонового света, источаемого дисплеем, о широкой костистой руке с фалангами, густо поросшими волосками. Алена рванулась во сне к Игорю, но его уже не было рядом, и ничьи руки ее не обнимали, и некому было ее обнять, а потом вдруг возникло его лицо: бледное, напряженное, злое, и сквозь длинные спутанные пряди, упавшие на лоб, Алена видела его глаза, один из которых был прекрасен, как всегда (черные солнца, называла их она, черные туманы!), а второй залит краснотой, заплыл кровавым пятном… Совершенно понятно, что влюбленная барышня зарыдала и проснулась в слезах, потом еще пометалась в постели, поняла, что уснуть не сможет, с облегчением обнаружила, что на часах не три утра, к примеру, а шесть, то есть налицо законные основания восстать с постели и сесть за компьютер, что она и сделала в скором времени, после некоторых необходимых косметических манипуляций.

Хотелось позвонить Игорю, хотелось, хотелось! Но звонить в седьмом часу утра любимому мужчине, который привык просыпаться к полудню, это… это нечто, определение чего просто не укладывается ни в какие слова и не лезет ни в какие ворота.

Поэтому Алена потащилась к письменному столу, хотя глаза были на мокром месте.

Первым делом она всегда проверяла электронную почту, и стоило ей открыть Outlook Express и включить модем, как в нижнем углу экрана выскочило изображение конвертика, что означало: мыло прилетело!

Или, говоря по-русски, читайте письма.

Писем оказалось два, причем первое было ответным с адреса galka.n.om@rambler.ru и гласило: «Отлично, Елена Дмитриевна! Вот это оперативность! Ну что ж, продолжим наше сотрудничество! Сегодня в вашем почтовом ящике вы найдете конверт с соответствующим содержимым. Новый файл для обработки прилагается к этому письму. Надеюсь, вас заинтересовал материал? Судя по вашей оперативности – да, чему я весьма рад. Желаю удачи, Саблин».

Несколько минут Алена сидела, снова и снова перечитывая письмо. Потом открыла прилагаемый файл.

Интересно… Судя по легкому, свободному стилю письма, Саблин не испытывает затруднений с подбором слов и умеет излагать свои мысли в эпистолярном жанре. Тон письма вполне светский! Одно только слово «весьма», которое употреблено вместо «очень», способно много сказать внимательному читателю. Однако кондовая стилистика текста, который прилагался для обработки, а также простонародный лексикон, звучавший в квартире Алены минувшим вечером, все эти «ладно-ка», «больно надо», «сплю и вижу»…

Не стыкуется!

«Речевые характеристики персонажей» – так называлась курсовая работа по стилистике, которую студентка Лена Володина – как в незапамятном прошлом звали Елену Ярушкину, Алену Дмитриеву тож, – писала на каком-то курсе своего филфака. Речевые характеристики персонажа по имени Иван Саблин оказались весьма загадочными. Такое ощущение, что он был един в двух лицах.

Разгадка может быть простейшей: например, у Саблина есть секретарь, а может, секретарша, которая и ведет от его имени электронную переписку, и секретарь этот – человек образованный и культурный.

Разгадка может быть детективной: Саблин – отличный актер, который не хочет, чтобы писательница просекла его истинную суть. Поэтому и придуривается как может, однако нечаянно выдал себя письмом.

А впрочем, писательница, не все ли тебе равно, какие мотивы движут заказчиком? Твое дело – отрабатывать полученный аванс. Вернее, авансы.

В течение дня, значит, ее наличный фонд увеличится до четырех тысяч евро. О, очень недурно. Все идет к тому, что где-нибудь в феврале, исполнив все договорные обязательства перед «Глобусом», писательница Алена Дмитриевна вполне сможет позволить себе небольшую расслабуху. Например, скатается в какой-нибудь зарубеж. И она даже знает, конкретно в какой…

Париж называется.

А пуркуа бы не па? Ее знакомая, хорошая девочка Марина, участница летних приключений, звала в гости, обещала приглашение прислать. Провести пару недель в Париже – ну что может быть лучше для восстановления душевного равновесия красивой женщины? Прошлым летом Алена восстановилась по полной программе: в таку-ую крутую детективщину ввязалась, таки-ие сердечные сотрясения пережила [5]5
  Об этом можно прочесть в романе Елены Арсеньевой «Поцелуй с дальним прицелом».


[Закрыть]
, что похудела на два килограмма и стала выглядеть лет на пять моложе. И без всяких, заметьте себе, посещений салонов красоты!

Но не кажи гоп, пока не перескочишь, деньги пока еще не заработаны. Вообще, довольно-таки рискованно: подбрасывать их в почтовый ящик. А вдруг кто-нибудь сунется туда прежде Алены? Кто-нибудь из досужих соседей?!

Может, написать Саблину и попросить придумать для выплаты гонорара что-нибудь пооригинальнее и понадежнее? Ага, а он поймет это как намек и опять завалится в гости таким же экстравагантным способом, как и в прошлый раз!

Нет, довольно с Алены вчерашних содроганий. Пусть будет как будет. Вся штука в том, чтобы почаще бегать сегодня к почтовому ящику. Только и всего. Может быть, повезет наткнуться и на «почтальона», а главное, проследить, откуда он появится. Вдруг да и в самом деле он окажется соседом Алены? А почему бы и нет? Оказался же бедолага, страдалец Костя Простилкин, которому догадливая писательница мимоходом спасла жизнь, здоровье и состояние, любовником ее соседки с первого этажа! [6]6
  Об этом можно прочесть в романе Елены Арсеньевой «Крутой мэн и железная леди».


[Закрыть]
Мир тесен, это общеизвестно, но то, что он тесен просто до безобразия, Алена Дмитриева знает лучше других.

На всякий случай она немедленно спустилась к почтовому ящику, хотя это была сущая дурь, конечно: ожидать, что деньги окажутся там. Ну, пошла просто так, на всякий случай, чтоб не думалось!

Задуматься, однако, пришлось, потому что в ящике обнаружился-таки искомый сверток, завернутый в белый фирменный пакет продуктового отдела супермаркета «Этажи». Алена извлекла пакет дрожащими руками и собралась развернуть прямо на площадке, однако где-то наверху стукнула дверь, и Алена огромными прыжками понеслась через две и даже три ступеньки в свою квартиру. Не хватало еще предстать перед соседями в халате, шлепанцах, с вытаращенными от изумления (вдобавок ненакрашенными!) глазками… и пачкой евро в руках!

Однако подобная оперативность наводила на очень многие мысли. Неужели Саблин или кто-то из его подельников (а почему она употребляет именно это непрезентабельное слово? Ладно – кто-то из его соратников, клевретов, союзников, сателлитов, приятелей, друзей, близких людей, помощников, ассистентов, адептов… и так далее, и так далее!) и в самом деле обитает в этом доме, в этом подъезде? А может быть… Алена посмотрела на время получения электронной почты ее сервером и увидела, что письмо от Саблина пришло в два часа ночи. Ну, с тех-то пор была прорва времени приехать к ней хоть из центра Сормова, хоть из какого-нибудь, условно говоря, Афонина – и бросить в ее почтовый ящик ценную посылочку. И вообще, ну что за манера до всего докапываться, допытываться, доискиваться? Не проще ли принимать с благодарностью дары судьбы et dona ferentes?

Вот именно!

Она задумчиво повертела в руках пакетик. Магазин «Этажи» находится в двух кварталах от ее дома. Значит ли это, что Саблин живет где-то рядом? Или у него просто есть машина? Ведь в модный, популярный да и в самом деле отличный супермаркет «Этажи» народ повадился ездить со всех концов города, стоянка перед магазином забита автомобилями, пешему человеку шагу не шагнуть, можно только боком-боком пробраться. Нет, это никакой не след!

Алена подсела к компьютеру и, подавив желание немедленно начать отрабатывать очередную порцию гонорара, решила сначала посмотреть, какой сюрприз принесло ей еще одно утреннее письмо, явившееся с совершенно незнакомого адреса: pomme@express.khabarovsk.ru.

Незнакомого-то незнакомого, но слово khabarovsk… Вернее, Khabarovsk, вот так, с большой буквы! Это же Хабаровск, чудный город на Амуре, где Алене повезло побывать лет десять назад, когда она подрабатывала в одном из скороспелых нижегородских журналов, который посылал своих корреспондентов по разным городам и весям и на этом деле вдрызг разорился… Кое-кто из корреспондентов сподобился съездить на Кавказ или на Украину, кое-кто – в заманчивую зарубежчину, ну а Алена Дмитриева, которая любила Дальний Восток, побывала в Хабаровске. У нее там остались друзья, в том числе – задушевная подружка Маша. С ней Алена состояла в постоянной электронной переписке. Маша была известной в городе гадалкой и периодически осчастливливала подругу своими пророчествами, которые, как и свойственно пророчествам, то сбывались, то не сбывались, однако вносили в унылую жизнь нашей писательницы немалый таки оживляж.

Но это не Машин адрес, а какого-то pomme. Pomme по-французски яблоко. Что ж оно за яблоко такое? Забавно, однако. Гном… яблоко… что-то это напоминает Алене… А, ну да, понятно что. Сказку «Белоснежка и семь гномов». В этой сказке Белоснежку отравили яблоком. Гном – пусть один, а не семь – был вскользь упомянут в «заказном романе», яблоко – вот, выкатилось из гиперпространства, а кто сыграет роль бедненькой отравленной Белоснежки, которая из любопытства впустила в дом злодейскую старуху, из любопытства попробовала яблочко? Уж не любопытная ли писательница Алена Дмитриева уподобится ей?..

О-хо-хо! Не хотелось бы!

А кстати, как насчет любопытной Варвары, которой на базаре нос оторвали?

Может быть, пора угомониться, как поется в песенке?

Может быть, но любопытство угомониться не пожелало и заставило-таки Алену дрожащей ручонкой открыть в своем электронном почтовом ящике письмо от pomme.


Есть такая пьеса, ее в школе проходят, – «Горе от ума». Всем известная комедия, написанная еще в XIX веке Александром Сергеевичем Грибоедовым. Прочь из Москвы, сюда я больше не ездок… Что станет говорить княгиня Марья Алексевна? Чуть свет уж на ногах, и я у ваших ног! С корабля на бал… А судьи кто? Спешил, летел, дрожал, вот счастье, думал, близко… Он франкмасон и вольтерьянец!.. Ну и так далее, и тому подобное. У Грибоедова было «Горе от ума». А писательнице Алене Дмитриевой по жизни то и дело приходилось претерпевать горе от собственного буйного воображения. Как правило, прежде чем войти в какую-нибудь житейскую ситуацию, она накручивала, наворачивала вокруг этой ситуации бог знает что. То есть воображала ее себе во всех подробностях – все трудности и проблемы, которые в ходе этой ситуации могут встретиться, все чаемые дивиденды, все нечаемые убытки, охи-вздохи, горести-радости… Затем наступала встреча с реальной жизнью, которая, как правило, отличалась от воображаемой примерно так же, как всякая подделка отличается от реальности. Обычно получалось по пословице: «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги, а по ним ходить!» Но иногда получалось с точностью до наоборот: неуемное воображение Алены заставляло ее совершенно напрасно мандражировать от волнения и беспокойства. Совершенно так же вышло с этим несчастным pomme, с этим электронным яблоком!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Поделиться ссылкой на выделенное