усадьбу и спросил, не может ли он откупить торп. И ему, ясное дело, продали
торп. Всего лишь часть золота и серебра из его мешка понадобилась на это дело.
Потом торпарь построил новый красивый дом и большую чудесную оранжерею и
так благоустроил свой торп, что его просто нельзя было узнать.
Сикстен же приходил туда каждый день и во всем помогал торпарю. А
родителям он сказал, что поскольку они желают, чтобы когда-нибудь он стал
хозяином усадьбы, то теперь самое время обучиться ему садовничать. А лучшего
учителя, чем этот торпарь, не найти. Родителям Сикстена показались разумными
его речи. И они очень радовались, что он выказал такое рвение. Никогда раньше
за ним этого не замечалось.
Когда же Сикстен под конец явился рука об руку с Малин к родителям, они
тотчас поняли, почему он захотел садовничать. Что Сикстен сделал хороший выбор
- они иначе и не думали, хотя невеста была всего-навсего дочь простого
торпаря.
И вот начали готовиться к свадьбе. Малин вся сияла от радости и была так
счастлива, так приветлива со всеми. Только одно происшествие чуть не омрачило
ее счастья. В день свадьбы, когда невесте надо было надевать свадебный наряд,
к ней пришла цирюльница с горячими щипцами и хотела уложить ее волосы большими
буклями, как тогда носили. Тут Малин вскочила и закричала:
- Вы что, ума решились! Хотите сжечь мои цветочки?
Цирюльница от испуга даже выронила горячие щипцы из рук. Они упали на
ковер и прожгли там дыру. А цирюльница решила, что Малин не в себе.
- Прости меня! - ласково извинилась Малин и сама надела миртовый венец
себе на голову.
А невесты красивее Липы-Цветолюбицы никто никогда не видел. Но только один
жених видел мелкие нежные благоухающие цветочки в волосах невесты.
