Екатерина Вильмонт.

У страха глаза велики

(страница 1 из 11)

скачать книгу бесплатно

Глава I
КУРТКА

– Матерь божья! – воскликнула Степанида, входя в прихожую, где стояли три громадные пластиковые сумки, в каких обычно возят товар челноки. – Нешто вы уезжать собрались?

– Ах нет! – рассмеялась Юлия Арсеньевна. – Заходи, Стешенька, я тебе сейчас все объясню.

Вот уже два месяца Степанида после школы приходила к Юлии Арсеньевне. Это была ее работа, за которую она получала пусть небольшие, но свои деньги и страшно этим гордилась. А кроме того, она привязалась к Юлии Арсеньевне как к родной, и та отвечала ей любовью и вниманием. Работа была нетрудная для Степаниды – прибрать в квартире, сбегать в магазин, в сбербанк, в аптеку. А еще Юлия Арсеньевна учила Степаниду говорить без ошибок, вести себя как надо, и Степанида нисколечко на нее не обижалась. От Матильды она пока скрывала, что работает, тем более что они в последнее время очень мало виделись. Матильда возвращалась поздно, когда Степанида уже была дома, так что заметить она ничего не могла. Вот и сегодня сразу после уроков Степанида помчалась на улицу Гиляровского.

– Ах, Стешенька, сейчас мы с тобой этими сумками как раз и займемся.

– Да откуда ж они, Юлия Арсеньевна, и что в них?

– Их привезла Леночка, это... Помнишь, я тебе говорила, что жена знаменитого актера Муравина создала благотворительный фонд помощи нуждающимся артистам?

– Вроде да...

– Ну вот, а Леночка и ее подружка Лора решили собрать кое-какую одежду лишнюю у своих коллег...

– Так там одежда?

– Ну да.

– А нам-то что с ней делать?

– Мы с тобой ее разберем, что-то, может, надо выбросить, что-то постирать или почистить...

– Почистить? – всплеснула руками Степанида. – Да вы знаете, сколько сейчас химчистка стоит?

– Нет-нет, наше дело только разобрать вещи и рассортировать. Леночке просто некогда самой, ты же знаешь, как она занята.

– Сделаем! – пожала плечами Степанида. – Но неужто артисты отдают непостиранное?

– Очень возможно, у них нет времени и денег тоже.

– А кто ж стирать и чистить будет? – допытывалась Степанида.

– Насчет стирки не знаю, а вот сеть итальянских химчисток, вернее, ее хозяйка обещала сделать это бесплатно.

– Тогда они и постирают, наверное.

– Возможно.

– Только вот что, Юлия Арсеньевна, я лучше сама все сделаю, а вы ступайте в комнату и дверь закройте, а то, не дай бог, еще кашлять начнете... От пылищи да вонищи.

– Стеша! Что ты вообразила? Это ж все-таки не от бомжей вещи.

– А кто их, артистов, знает? Вон у нас в доме на втором этаже один артист живет – пьянь пьянью, и от него всегда так воняет.

– Это, конечно, прискорбно, но эти вещи не от него, а скорее для него!

– Тоже верно, – улыбнулась Степанида и открыла первую сумку. Вытащила оттуда полиэтиленовый пакет, заглянула в него и вытряхнула содержимое на пол в прихожей. – Ой, гляньте, какие хорошие вещи!

– Действительно, почти новые! – обрадовалась Юлия Арсеньевна. – И смотри, все чистенькое, что там у нас?

– Две юбки, два джемпера и лифчик, совсем новый, в упаковке еще! Это мы отложим сразу.

Она достала из сумки еще один пакет и тоже вытряхнула на пол.

Там оказался вполне приличный шерстяной пиджак. Степанида повела носом.

– Это в чистку, табачищем разит! – определила она.

– Кстати, Стеша, проверь карманы. Мало ли кто что мог забыть, – посоветовала Юлия Арсеньевна.

Действительно, в кармане пиджака Степанида обнаружила полупустую пачку сигарет, три проездных талончика за прошлый квартал и шариковую ручку.

– Ой, и что теперь с этим делать? – спросила она.

– Да ничего! Сигареты отдадим кому-нибудь, кто курит, билетики можно только выбросить, а ручка... Ручка тебе пригодится. Не разыскивать же владельца из-за такой ерунды, – улыбнулась Юлия Арсеньевна. – Вот если кто-то забыл документы вынуть или еще что-то важное, тогда другое дело.

Однако больше ничего не попалось. Юлии Арсеньевне кто-то позвонил, и она ушла в комнату, а Степанида взялась уже за последнюю сумку. Вытащила оттуда теплый шарф, шапку-ушанку и мужскую куртку с множеством карманов и кармашков. Она стала методично их проверять. Во внутреннем, застегнутом на «молнию» кармашке что-то шуршало. Она открыла «молнию» и достала из кармана аккуратно сложенную бумажку. Развернула ее. «Если со мной что-то случится, прошу винить в этом Тимофея Михайловича Холщевникова». Степанида даже рот открыла от изумления. Ни фига себе! Вот это записочка! Но что же делать? Степанида задумалась. Если человек написал такую записку и сунул ее в карман куртки, значит, он чего-то боялся... И если куртка с запиской попала сюда, то, наверное, с ним случилось-таки несчастье, в котором скорее всего виноват этот самый Холщевников. А записку не нашли... Кому, интересно, она предназначалась? Вероятно, милиции...

– Стешенька, ты о чем задумалась? – заставил ее очнуться голос Юлии Арсеньевны.

– Да так, ни о чем... – ей не хотелось пугать впечатлительную пожилую даму. И она решила при первой же возможности позвонить Валерке. Он обязательно что-то умное присоветует. Она спрятала записку в свою сумку, а куртку положила в отдельный пакет. Ее надо тоже сохранить для следствия. Больше ничего интересного ей не попалось.

Покончив с разборкой вещей, она сбегала в магазин и на почту, потом протерла влажной тряпкой полы, попила чайку с Юлией Арсеньевной и помчалась домой, незаметно прихватив с собой пакет с курткой.

Матильды дома не было. И Степанида сразу же позвонила Валерке.

– Степка, привет! – обрадовался он. – Что новенького?

– Валер, надо поговорить!

– Опять что-то случилось? – догадался он по таинственному тону подружки.

– Ага!

– В чем дело-то?

– Слушай, я нынче такую записку нашла... «Если со мной что-то случится, прошу винить Тимофея Михайловича Холщевникова».

– Что? Где ты ее нашла? – взволновался Валерка.

– В куртке!

– В чьей?

– Кабы знать!

– То есть?

– Ну, понимаешь... Я заходила к Юлии Арсеньевне...

Валерка до сих пор не знал, что Степанида работает у нее за деньги.

– И что?

– Ну, там ее дочка привезла сумки с одеждой... для этой, как ее... благотворительности, и я это шмотье разбирала, ну и вот...

– А где куртка?

– У меня, я ее потихесеньку унесла.

– Потихесеньку? – рассмеялся Валерка. – Молодчина! Слушай, это может быть очень интересное дело. Вот только бы узнать, чья куртка. Но, судя по тому, где она оказалась...

– Вот-вот, я то же самое подумала. Если ее вот так отдали незнакомому, значит, хозяина уже нет...

– Ну, необязательно! Знаешь, по-всякому бывает. Например, он спрятал записку в карман, а его жене, допустим, эта куртка не нравится, вот она и отдала ее в отсутствие мужа. И тогда он вполне может написать еще такую же записку. Кстати, очень возможно, что он распихал такие записки по всем своим карманам, и тогда...

– Тогда нам тут делать нечего, да?

– Ну, в общем и целом... Да, Степка, в таком случае нам тут делать нечего.

– А если нет, если он только одну записку оставил? Может же такое быть?

– Все бывает...

– Валер, значит, ты считаешь, мы можем просто махнуть на это рукой?

– Думаю, да.

– Но как же, Валерка? – закричала Степанида. – А если его убили? И никто не знает про этого Холщевникова?

– Но что мы можем? Только отнести эту записку в милицию.

– Ну хотя бы!

– Степка, если бы мы хоть отдаленно представляли себе, чья это куртка. А то в милиции нас вообще за трепачей могут принять. И потом, что, если это просто дурацкий розыгрыш?

– Розыгрыш? – ахнула Степанида.

– Да, да, именно розыгрыш! В актерской среде это очень даже принято. Сама подумай, какой-то весельчак решил отдать свою курточку и поглядеть, что из этого получится.

– Дурак он, что ли?

– Почему бы и нет? Розыгрыши бывают умные, а бывают вполне идиотские. Тем более с пьяных глаз.

– Ты серьезно?

– Еще как серьезно! Аськина мама как-то рассказывала, что у них в театре одному артисту позвонили и сказали – вас приглашают в какой-то маленький подмосковный городок выступать в Доме культуры; словом, наговорили ему сорок бочек арестантов, пообещали хорошие деньги заплатить, ну и все такое, он был не избалован и поехал. Его, естественно, никто не встретил, он долго блуждал по этому городку и в результате простудился, заболел воспалением легких. Вот такие розыгрыши тоже бывают.

– Козлы!

– Это точно. Так что история с запиской тоже здорово смахивает на розыгрыш.

– Может быть, – задумчиво проговорила Степанида. – А я уж невесть чего себе навоображала...

– Представляю! – усмехнулся Валерка. – А как вообще дела, Степка? Как Матильда?

– Матильда? Нормально, только я ее почти и не вижу.

– А на лето какие планы?

– Какие планы? Я не знаю. Тетя Саша с Игорьком в деревню поедет, меня с собой зовет.

– Поедешь?

– Неохота. Мы, наверное, компьютер купим, и я буду на нем учиться... А чего там в деревне делать?

– Воздухом дышать. А меня на даче опять запрут. Я там помру с тоски. Раньше еще, когда Аська с Мотькой там жили, было терпимо, у нас всегда дела находились, а теперь... Кстати, ты не в курсе, Аська на лето не приедет?

– Не знаю, Матильда ничего не говорила.

– А у Мотьки летом гастроли будут?

– Вроде да. Валер, а если это все-таки не розыгрыш, тогда как?

– Степка, тебе не терпится опять что-то расследовать?

– Ничего подобного, просто... А вдруг мы сможем спасти этого человека?

– Во-первых, какого человека? А во-вторых, в милицию он и сам мог заявить. Но почему-то этого не делает, а если мы заявим, то можем ему только хуже сделать, понимаешь? Не говоря уж о том, что нас с таким заявлением скорее всего просто пошлют куда подальше. Спасай того, не знаю кого! Конечно, если очень постараться, можно найти хозяина этой куртки...

– Как?

– Спросить у дочки Юлии Арсеньевны, у кого она брала вещи, ну и методом исключения...

– Чего? – не поняла Степанида.

– Объясняю – надо будет составить список этих людей и проверить их всех.

– Это долго. Валер, а вдруг она точно помнит, чья это куртка?

– Возможно и такое. Но тогда тебе придется все ей рассказать. Хотя...

– Что?

– Можно что-нибудь придумать... Допустим, что в куртке нашлись деньги или еще что-то ценное. Правда, если она точно помнит, чья куртка...

– Да, тогда придется это вернуть, а возвращать-то нечего.

– То-то и оно. Вот что, Степка, если ты в ближайшие дни увидишь Елену Александровну, попробуй как-нибудь навести ее на разговор об этих вещах, вдруг что-то сумеешь выведать...

– Попробую.

Они еще поговорили о том о сем и простились. И тут же кто-то позвонил в дверь. Это явилась Алка.

– Привет, до тебя не дозвонишься, ты с кем трепалась? – накинулась она на Степаниду.

– С Валеркой.

– У любви, как у пташки, крылья?

– Да какая там любовь! – отмахнулась Степанида. – Просто сегодня такая история вышла...

Степанида рассказала Алке про записку.

– Ну ни фига себе! А эта куртка у тебя?

– Да.

– Покажи! – потребовала Алка.

– Зачем?

– Надо!

Пожав плечами, Степанида достала куртку.

– На, гляди!

Алка взяла ее в руки, пощупала материал.

– Курточка недешевая! – сказала она.

– Почем ты знаешь?

– «Хьюго Босс», фирма дорогая, будь спок, я-то знаю.

Алка принюхалась:

– Туалетная вода «Дюна», фирма «Кристиан Диор».

– Чего? – вытаращила глаза Степанида.

– Того! Говорю же – мужик этот душился туалетной водой «Дюна»!

– Алка, ты брешешь?

– Почему это я брешу? Даже не собираюсь! Просто я знаю этот запах!

– Папа твой, что ли, этой водой душится? – предположила Степанида.

– Ясное дело.

– Тогда понятно. Ну, что еще скажешь?

– Что мужик этот был не бедный!

– А что нам это дает?

– Не знаю, пока ничего, а там посмотрим. Мы, Степка, должны заняться этим делом.

– Думаешь? А Валерка говорит: это свободно может быть розыгрыш.

– Розыгрыш?

– Ну да!

Степанида пересказала ей Валеркину теорию. Алка сморщила нос.

– Кретин он, что ли, этот дядька? Какой интерес в розыгрыше, если не видишь его результатов? Кому надо неизвестно кого разыгрывать? Ты сама-то подумай! Разыгрывать людей, которые собирают ношеные шмотки для благотворительности? Да они скорее всего и не обратят внимания на какую-то бумажонку в кармане. Выкинут, и все дела.

– Но я же вот обратила внимание!

– Ты – исключение! Нет, Степка, никакой это не розыгрыш, я просто уверена. На все сто!

Степанида задумалась. В словах Алки был резон.

– Ну и что ты предлагаешь?

– Для начала тебе нужно поговорить с этой артисткой, дочкой Юлии Арсеньевны.

– О чем?

– Степка, ты сдурела, да? Сама, что ли, не понимаешь?

– Не понимаю, если честно.

– Ты должна ей сказать всю правду! А она сообразит, что к чему. Может, вспомнит, чья это куртка. Говорю ж тебе: куртка дорогая, фирменная, она, артистка эта, уж точно обратила на нее внимание. Такие куртки не каждый день выбрасывают. Когда она должна шмотки забрать?

– Вроде бы завтра.

– Степка, у тебя ее телефон домашний есть?

– Есть, а что?

– Как что? Как что? – возмущенно завопила Алка. – Это же самой глупой козе понятно! Позвони ей и спроси!

– У нее, наверное, спектакль...

– А ты позвони и выясни. Вдруг сегодня она дома?

Степанида нашла записную книжку и позвонила дочке Юлии Арсеньевны, артистке Елене Пивоваровой по прозвищу Пивочка. Но у нее никто не брал трубку.

– Нету ее, – мрачно сообщила Степанида.

– Значит, позвонишь ей завтра с утра.

– Утром она спит.

– Ничего, проснется! – сурово ответила Алка. – Такое дело...

– Ал, а если она ничего не знает, не помнит?

– Тогда спросишь у нее про всех, кто давал шмотки! И мы разберемся!

– Ну ты даешь! – покачала головой Степанида.

– В нашем деле только так!

– В каком это нашем деле?

– В детективном! Я, Степка, уже решила. Буду следователем!

– Еще сто раз перерешишь!

– Посмотрим!

– Посмотрим!

Подружки рассмеялись.

– Конечно, лучше бы это случилось через недельку, когда школа кончится, но... Ой, Степка, а меня ведь на дачу законопатят! – сокрушенно воскликнула Алка. – Это уж как пить дать. Мама отпуск даже берет...

– Значит, постараемся все успеть до тех пор! В конце концов, нам надо выяснить только одно – чья это куртка. И отдать записку в милицию.

– Правильно! Только ты, Степка, наберись храбрости и позвони утречком артистке...

– Ладно.

Когда Алка ушла, Степанида села за уроки, твердо решив утром связаться с Еленой Александровной. Ей даже во сне не могло присниться, какие события начнут разворачиваться еще сегодня вечером, не имеющие, впрочем, ничего общего с таинственной запиской.

Глава II
ПОТРЯСАЮЩАЯ НОВОСТЬ

Покончив с уроками, Степанида хотела приготовить ужин, но потом вспомнила, что у Матильды сегодня последний спектакль в этом сезоне, а после спектакля будет еще банкет, и вернется она очень поздно. Значит, никакой ужин готовить не надо. А себе она просто сделает два бутерброда с докторской колбасой и чай с лимоном. Так она и поступила. Интересно, что Матильда собирается делать в отпуске? Что-то она ничего об этом не говорила. Правда, они редко виделись в последнее время, а уж поговорить по душам и вовсе не удавалось. Ничего, зато теперь наговорятся. Правда, с Юлией Арсеньевной теперь станет сложнее, если Матильда будет дома сидеть. Она мигом сообразит, что тут что-то не так... А впрочем, Степанида ведь ничего плохого не делает. Попив чаю, она включила телевизор и прилегла на диван. Но фильм был скучный, и она мигом уснула.

– Степка, что за дела? – раздался Мотькин голос. – Почему спишь на диване, одетая?

Степанида открыла глаза.

– Мотя, что?

– Вставай, Степка! Разденься и ляг по-человечески!

– Ой, Мотя! Какая ты!.. – восторженно завопила Степанида.

Матильда стояла над ней в новом, невероятно красивом платье, в туфельках на высоченных каблуках, и ее синие глаза сверкали.

– Мотя! Откуда платье-то? Я его не видела! А цветов-то сколько! Как прошел спектакль?

– Ой, Степка! Такой успех, такой успех! Даже жуть берет! Слышала бы ты, что про меня на банкете говорили! Степка, я тебе тут всяких вкусностей привезла!

– С банкета, что ли, уперла?

– Да ты что! Конечно, нет! Просто мне Яков Леонидович специально для тебя дал с собой... И вообще... Степочка, я такая счастливая! И у меня для тебя есть сюрприз! Потрясающий сюрприз!

– Какой? – загорелась Степанида.

– Я тебе пока не скажу!

– Почему это?

– Ты сперва закончи учиться, а тогда...

– Мотька, это свинство! – возмутилась Степанида. – Зачем тогда говорила? И потом, до конца школы осталось шесть дней! Ну, Мотенька, пожалуйста, скажи!

– Степка, мы с тобой... Одним словом, через день после окончания учебного года мы с тобой уезжаем!

– Уезжаем? Куда? В деревню?

– Нет, не в деревню. В город.

– В Харьков, что ли? – разочарованно протянула Степанида. Ее совсем не тянуло в родной город.

– Нет, Степка, подымай выше! – в голосе Матильды слышалось ликование.

– В Питер?

– А в Париж не хочешь?

– В Париж? – ошалела Степанида. – В Париж?

– В Париж, Степка, в Париж! Мы с тобой! На целых три недели!

– Моть, ты меня разыгрываешь, да?

– Нет, Степка, нет! Это правда! Не хотела я тебе говорить раньше времени, хотела вообще все полным сюрпризом сделать... Но вот... проболталась...

– Нет, ты скажи, это правда? – все не верила Степанида.

– Да! Правда!

– Мы к Аське поедем?

– Конечно, к Аське! Она нас вместе пригласила! Мы будем жить у нее и поездим по Франции. Но главное – Париж... Ах, Степка, что это за город... Знала бы ты...

– Но почему она нас пригласила, вернее, почему она меня пригласила? Я же с ней тогда... так по-хамски... а она...

– Потому что Аська, она... она умная и все понимает. Степка, ты что, не рада?

– Рада, еще как рада... Просто не ожидала... Моть, а ведь на это много денег надо!

– Не волнуйся, все просчитано, – устало улыбнулась Матильда. – Только поговорим про это завтра. У меня что-то силы кончились...

И она ушла в ванную. Степанида осталась сидеть в полном обалдении. Она поедет в Париж? Неужели это правда? Она просто боялась поверить в такое счастье. Но, с другой стороны, Матильда наверняка не врет. Она сказала, что на следующий день после окончания занятий... Ой, а как же Юлия Арсеньевна? Голова у девочки пошла кругом. Когда Матильда вышла из ванной, у Степаниды сжалось сердце. Она была такая хрупкая, почти прозрачная и уже еле передвигала ноги от усталости.

– Степка, все разговоры завтра. А сейчас спать. И утром не буди меня, ладно?

– Ладно, – вздохнула Степанида. Легко сказать спи, разве тут уснешь?

Она и впрямь полночи ворочалась в постели и уснула лишь под утро. Естественно, когда вскочила, ни о каких разговорах с Еленой Александровной не могло быть и речи. Да Степанида о ней и не вспомнила.

В школе Алка сразу же бросилась к Степаниде.

– Ну что?

– Что? – растерялась Степанида.

– Ты ей звонила?

– Кому?

– Артистке!

– Ой, Алка! – хлопнула себя по лбу Степанида. – Я вообще про это забыла!

Алка воззрилась на нее с недоумением. Степанида забывчивостью не страдала.

– Да что с тобой, подруга? Сдурела, да?

– Ага! – расплылась вдруг в блаженной улыбке Степанида. – Алка, поклянись, что никому не скажешь!

– Про что?

– Про то, что я тебе сейчас скажу.

– Клянусь!

– Алка, мы с Матильдой в Париж едем!

– Чего?

– В Париж! К Аське! На три недели!

– Врешь!

– Еще чего! Мне вчера Мотька сказала.

– И ты сразу с глузду съехала? – воспользовалась Алка Степанидиным выражением.

– А ты бы не съехала?

– Съехала бы, наверно, – честно призналась Алка. И вздохнула не без зависти: – Счастливая ты, Степка. В Париж поедешь, это ж надо! Ой, а как же быть с нашим делом, а?

– Но мы же вчера решили, что постараемся успеть до конца занятий. Я сегодня проспала, но зато вспомнила – у Елены Александровны сегодня в театре выходной, постараюсь ее застать.

– Ладно, только держи меня в курсе дела, хорошо?

Тут прозвенел звонок, и они побежали в класс.


После уроков Степанида собралась было бежать сразу к Юлии Арсеньевне, но Алка удержала ее.

– Степка, куртка где?

– Дома, а что?

– Как что? Если ты собираешься про нее говорить, она должна быть при тебе, а то эта артистка может подумать, что ты ее просто присвоила.

– Алка, ты что?

– Ничего. Дело, конечно, твое, только я тебе советую ее взять с собой.

– Черт, Матильда, наверное, дома... Ал, пошли со мной, отвлечешь ее внимание, а заодно скажешь, что мы куда-нибудь вместе собираемся.

– Хорошо, – сразу согласилась Алка.

Однако Матильды дома не было. Степанида быстренько взяла припрятанную куртку и, простившись с Алкой, помчалась к Юлии Арсеньевне. Дверь ей открыла Елена Александровна.

– Степанида, здравствуй! Ты молодчина, помогла маме с этим шмотьем, – негромко проговорила она. – Мама плохо спала и прилегла отдохнуть.

– Елена Александровна, – шепотом сказала Степанида, – мне очень-очень нужно с вами поговорить.

– Очень-очень? – улыбнулась та. – Ну что ж, пойдем на кухню. Слушаю тебя.

– У меня к вам целых два дела! Первое... Елена Александровна, я через неделю уезжаю на три недели и не смогу приходить...

– Уезжаешь? Куда? В Харьков?

– Нет! В Париж!

– Как в Париж? – поразилась Елена Александровна. – Зачем?

– С Матильдой. К Аське.

– А! Понятно! Везет тебе, Степанида! Париж...

– А вы были в Париже?

– Была. Целых две недели! Это сказка, Степанида!

– Но как же будет с Юлией Арсеньевной?

– Ничего, как-нибудь справимся, мама все-таки уже окрепла за последнее время. Правда, она скучать по тебе будет.

– Я тоже буду скучать, – призналась Степанида.

Елена Александровна потрепала ее по щеке.

– А какое еще у тебя ко мне дело?

– Ой, да! Елена Александровна, вы случайно не помните, кто вам отдал вот эту куртку?

Она вытащила куртку из пакета.

– Нет, Степанида, не помню, – пожала плечами Елена Александровна. – А какое это имеет значение?

– Понимаете, я нашла в кармане вот такую записку...



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться ссылкой на выделенное