Дмитрий Воронин.

Противостояние

(страница 2 из 40)

скачать книгу бесплатно

   – Да, госпожа! – Его глаза сверкнули. – У меня есть почти настоящий меч! Мне отец подарил…
   – И кто твой отец?
   – Его зовут Тан арЛемад, и у него самая большая лавка!
   – Значит, ты сын достойного человека, Тамир арТан, – тепло улыбнулась волшебница. – А скажи, молодой человек, хотел бы ты иметь такие вот кольчуги, как на этих достойных рыцарях?
   Глаза мальчика вспыхнули.
   – Да! – почти крикнул он. – Хочу!
   Откажись он сейчас, заяви, что мечтает всю жизнь просидеть в никому не интересной лавчонке, снабжавшей нищих жителей села всякой всячиной, это ничего бы не изменило. Лейра уже приняла решение, и судьба Тамира на ближайшее время была определена. Если переживет обучение – Орден получит очередного рыцаря. Если нет… что ж, предсказывать будущее не получалось и у Творцов.
   – Гент, – она повернулась к высоченному светоносцу, ширина плеч которого могла поспорить с длиной его меча, – отведи молодого Тамира к остальным детям. Думаю, он достоин стать рыцарем.
   – Пойдем, парень, – пробасил рыцарь. Его лицо скрывал глухой шлем, а потому и невозможно было сказать, улыбается ли он, презрительно кривится или сохраняет равнодушие.
   Еще двоих детей, мальчика и девочку, Лейра отвергла, бросив на каждого не более чем по мимолетному взгляду. Совершенно бесперспективный материал… она знала, родители этих бездарей будут счастливы, что их никуда не годные чада останутся дома.
   С тех пор, как она сама была отобрана поиском, прошло очень много лет. Лейра забыла свой страх, забыла слезы отца и матери. Это не означало, что волшебница вычеркнула родителей из памяти, нет, получив статус адепта – первый настоящий статус в иерархии Ордена, – она позаботилась о том, чтобы старики ни в чем не нуждались. Но между нею и родичами выросла вечная каменная стена. Они были очень разными – простые горожане, всю жизнь работавшие ради куска хлеба для себя и дочери, не могли быть ровней блестящей волшебнице. Да, теперь в их доме водилось золото, и нужда в тяжком труде отпала навсегда. Но проходили годы, а Лейра все реже и реже находила время переступить порог… не отчего дома, конечно, ту хибару давно бросили за ненадобностью, но и в новый, скромненький по ее представлению и роскошный по меркам обычных граждан Инталии дом она не стремилась попасть. Лишь на похороны пришла – это считалось долгом перед родителями, и Лейра не желала вызвать в своем окружении шепоток осуждения.
   В первые месяцы учебы она не раз плакала в жесткую подушку, проклиная тот день и час, когда выбор проводившей поиск Попечительницы пал на нее. Потом смирилась. А со временем поняла, что магия – ее стихия. Что владеть силами, неподвластными простым смертным, – высшее счастье. Ни роскошные наряды, ни богатый дом с вышколенными слугами, ни золото не сравнятся с властью над магическими потоками.
   И потому Лейра Лон искренне считала, что тем, кто сейчас будет сочтен достойным влиться в ряды Ордена, она оказывает истинное благодеяние.
   – Госпожа…
   Лейра тряхнула головой, отгоняя воспоминания.
Да уж, смерды невероятно глупы, если пытаются спрятать своих чад от столь блистательного будущего.
   Невысокая девочка стояла перед ней, переминаясь с ноги на ногу. Волшебница даже не заметила, как малышка вошла. Была она одета не просто бедно – даже самый последний пахарь, отправляя ребенка на встречу с Попечительницей, оденет дитя во все лучшее. А то, что носила эта крошка… даже обносками назвать было сложно. Тряпье.
   Чумазая мордашка смотрела на Лейру с испугом… но было в этом взгляде и что-то еще. Что-то такое, с чем Лейра давно уже не встречалась. Ей понадобилось несколько долгих мгновений, чтобы понять, что этот взгляд наполнен робкой, трогательной надеждой.
   Она быстро просканировала ауру девочки. Редкие голубые сполохи на туманно-сером фоне. Негусто…
   – Как тебя зовут?
   Обязательный вопрос к каждому кандидату. Так было заведено еще тысячи лет назад, еще до Разлома. Пусть тогда и не существовало ни Ордена Несущих Свет, ни Альянса Алого Пути, ни других магических школ – но уже тогда волшебники искали учеников, выбирая тех, кто казался наиболее достойным. Магия истинного имени была утрачена во время катаклизма, не выжил ни один из тех, кто владел древним искусством, погибли книги и свитки. Сейчас даже самые сильные волшебники из Альянса Алого Пути – наедине с собой Вершительница Лон готова была признать, что среди алых есть воистину выдающиеся знатоки своего дела, – не способны прочитать прошлое или будущее по имени. Что ж… не судьба. А традиция осталась.
   Девочка молчала.
   – Скажи мне свое имя… – повторила вопрос волшебница, доброжелательно улыбаясь.
   – Я… – девочка вдруг всхлипнула, – я не знаю, госпожа.
   Лейра бросила короткий взгляд на уже вернувшегося в зал Гента арВельдера, командира телохранителей и… и не только. С могучим рыцарем, хотя он и был почти на шестьдесят лет моложе вечно юной волшебницы, ее связывали очень приятные воспоминания.
   – Приведи управителя.
   – Да, госпожа.
   На людях Гент всегда был предельно сдержан, хотя о связи Попечительницы и великана-светоносца не знали разве что лошади в конюшне школы – и то только потому, что им эти людские развлечения были в высшей степени безразличны.
   Буквально через минуту управитель стоял перед ней, уже наряженный в свой лучший камзол и увешанный сверх всякой меры побрякушками – в ином месте это сочли бы как минимум проявлением дурного вкуса, но тут все же захолустье… Пусть до столицы и недалеко, но ни один сколько-нибудь значимый тракт через село не проходит, а потому и высокие гости в этих местах появляются редко.
   – Чего изволит госпожа?
   Управитель прямо-таки лучился желанием угодить. Пожелай Попечительница – и он с радостью облизал бы пыль с ее бархатных туфель.
   – Чья это дочь?
   – Ничья, госпожа. Приблудная она…
   – Объясни.
   – Обоз тут проходил три года назад… да какой там обоз, срам один… пару телег всего. Разбойнички в то время пошаливали в наших лесах, так и выловили их потом рыцари орденские, дай им Эмиал всяческих благ и силы могучей на веки вечные. М-да… а тогда разбойнички в самой силе были, обоз тот и вырезали подчистую…
   – В обозе были ее родители?
   – Не ведаю про то, госпожа, как есть не ведаю. А только денька через три опосля того девка эта как раз в село и пришла. Говорить совсем не говорила, токмо плакала все время. Ну, люди у нас добрые, пригрели…
   – Живет у кого?
   – Да живет-то… – управитель замялся, – живет-то она, почитай, одна. У всех детки свои, кому ж приблудную в дом брать на ум придет-то? Есть тут хижинка за околицей, пустующая уж лет так двадцать, туда девку и поселили. Ну и помогали, кто чем может…
   Волшебница снова пробежала взглядом по девчушке. Было совершенно очевидно, что сердобольные и щедрые жители села не слишком пеклись о сироте. Да и еду, вне всякого сомнения, если и давали – то лишь за какую-нибудь работу. Гусей пасти, воды натаскать, белье постирать… А уж чтобы приодеть – так эта мысль ни в чью голову явно не пришла.
   – Зовут-то ее как?
   – Эта… кто ж ее знает-то… Приблудой все и кличут…
   Управитель выглядел пристыженным. Нет, вряд ли он был вконец испорченным человеком, по крайней мере сейчас чувствовал себя в достаточной мере неловко. Но все же душа его зачерствела – как и у многих в этом селе. Лейра бывала в местах, где осиротевшую девочку непременно взяли бы в какую-нибудь семью, растили бы наравне с родными детьми.
   Нельзя сказать, что волшебница испытывала к девчушке какую-то особую жалость. Мало ли бездомных детей в Инталии – пусть и меньше, чем в иных государствах. Все-таки прекрасная Инталия не зря считается лучшим местом для жизни, власть Святителя не слишком тяжела. И все же жалеть каждого – никакой жалости не напасешься. Орден должен делать свое дело, не размениваясь на мелочи. Если бы не эта голубизна в ауре, девочка вернулась бы в свою хижину, наверняка сырую, холодную и невероятно бедную, и там бы и осталась… пока не умерла бы от какой-нибудь болезни, не имея даже мелкой монеты, чтобы заплатить знахарю за травяной сбор.
   Но сейчас ей повезло.
   Попечительница задумалась, перебирая в памяти то немногое, что знала о древней магии истинного имени. По большому счету, она даже не слишком верила в то, что имя может изменить судьбу человека, тем более имя, данное не родителями. Но почему бы и не попробовать? Хотя заклинания, пробуждающие силы истинного имени, давно ушли в небытие, но некоторые обрывки старинных правил именования остались в летописях. Пусть и мало кто те летописи читает, пусть детям дают бесполезные имена в честь родных, героев или правителей, тщетно надеясь, что имя позволит ребенку повторить славную судьбу. Не все так просто…
   Истинное имя включает в себя очень многое. Будучи выбранным мудро, оно сопровождает человека всю жизнь, отводя невзгоды… а если ошибиться, то несчастный будет просто притягивать к себе горести и болезни. Быть может, с этой точки зрения случайные имена и к лучшему, в них нет силы – ни доброй, ни злой.
   «Ну что ж, попробуем…»
   Определить возраст девочки с точностью до месяца было не так уж сложно. Конечно, в идеале надо было бы знать день и час рождения, но увы… для этого Попечительнице пришлось бы приложить столько сил, что о поиске придется забыть. Цвет глаз… Цвет волос… когда ребенку дают имя, всегда приглашают волшебницу, ибо сложно у новорожденного угадать истинный цвет волос, который проявится много позже. Волосы у девчонки, кстати, неплохие, цвета спелой пшеницы, и хорошо сочетаются с зелеными глазами. Да, волосы многое могут сказать – например, что раньше она не голодала… вот вымыть бы их не мешало.
   – Поговори со мной, девочка.
   – Что… что я должна сказать, госпожа?
   – Все, что угодно, – чуть поморщилась Лейра. – Я хочу слышать твой голос.
   Девочка заговорила… Попечительница не вслушивалась в слова, ей достаточно было звучания. Наконец она сделала короткий жест, призывая малышку замолчать.
   – Кто были твои родители? Ты помнишь хоть что-то?
   Это был не очень важный вопрос, но истинное имя должно иметь некоторую связь с прошлым. Хотя бы для того, чтобы скомпенсировать возможные неточности других компонентов. По речи установить место, где она жила раньше, было не очень сложно – малышка явно из Кинтары… только вот родилась ли она там или просто выросла, вот в чем проблема.
   Отрицательное мотание головой, всхлип, слеза в уголке глаза.
   – Я ничего не помню, госпожа…
   И вдруг девочка упала перед Попечительницей на колени.
   – Возьмите меня, госпожа, возьмите! Вы не пожалеете! Я очень работящая, я все делать умею, и стирать, и убирать, и все-все! И я… – она сделала паузу, – я много не ем… я совсем мало ем, совсем мало!
   – Встань, – коротко бросила Лейра. – Я возьму тебя… и теперь тебя будут звать…
   Она сделала паузу, еще раз взвешивая все компоненты. Их было недостаточно, большую часть формулы приходилось подменять интуицией, а то и простыми догадками. Ну что ж, если даже не получится… это тоже будет опыт. В первой части имени Лейра была почти уверена, вторая ускользала и…
   – Теперь твое имя Альта Глас. Повтори.
   – М-мое имя Альта, госпожа. Альта Глас…
   – Хорошо. Ты, – она повернулась к управителю, – девочку вымыть. Одеть. Накормить.
   – Будет исполнено, госпожа…

   Осмотр детей подходил к концу. Гент шепнул на ухо своей госпоже, что на улице ожидают очереди четверо. Пока успехи поиска в этом селе были незначительны. Двое мальчиков, которые могли в будущем стать рыцарями. Сиротка Альта, чьи магические способности хотя и были ниже среднего, но все же давали ей шанс стать учеником или – при некотором везении и бездне упорства – адептом. Дорога в более высокие сферы для нее закрыта, Эмиал был не слишком щедр, наделяя девочку талантом. Еще одна потенциальная волшебница – ее уровень был чуть выше, чем у Альты. Паренек, обещавший в отдаленном будущем стать неплохим магом, быть может, уровня мастера. Вот и все. Пятеро. Много для этого захудалого села, мало для тех целей, что были поставлены перед Попечительницей. То ли народ Инталии вырождается, утрачивая магическое начало, присутствующее изначально в каждом живом существе, то ли она, Попечительница, стареет и уже не может разглядеть задатки в детях. Пора готовить смену… жаль только, что Орделия на эту роль не подойдет. Не сумеет.
   Снова прошептав заклинание, усиливающее дар чтения ауры, Лейра приготовилась проверять следующего кандидата – невысокого, крепкого мальчугана, одетого неброско, но качественно.
   И вздрогнула, словно от удара.
   Аура ребенка была черной. Черной, как грозовая туча, в которой бьются яркие голубые сполохи молний. Настолько яркие, что волшебница даже зажмурилась…
   Да, перед ней был потенциальный маг огромной силы. Быть может, превосходящей ее собственную. «Нет, кого я обманываю? – мысленно пробормотала она. – Он будет куда сильнее. Уровень Творца, ничуть не меньше… можно подумать, бывает больше. Но черная аура…»
   Следовало отдать Лейре должное – она решилась не сразу. Пожелания Святителя на этот счет были однозначны… ну, допустим, маги Ордена никогда особо не прислушивались к указаниям номинального правителя Инталии, предпочитая думать в первую очередь о своих интересах. Но и сам Орден в подобных случаях занимал принципиальную позицию. Практически в каждом поиске происходило нечто подобное, бывало, что и не один раз, но ей впервые довелось встретиться с таким проявлением силы.
   Аура – на всю жизнь. Ее не изменить… можно лишь чуть подправить, самую малость сместить в ту или иную сторону. В более простом случае можно было бы рискнуть, пойти против неписаных правил – ясное дело, что ни сам Святитель, ни Вершители Ордена не рискнут поставить свою подпись под документом подобного рода. Пойти – в надежде на то, что ситуацию удастся переломить.
   Не в этом случае.
   Она еще раз, прищурившись, посмотрела на танец слепяще синих протуберанцев в черном мареве. Тяжело вздохнула, смиряясь с неизбежным. Лейра Лон была опытной волшебницей, многое повидавшей, давно растратившей все иллюзии и разучившейся видеть мир в розовом свете. Ей приходилось, не допуская в голосе и нотки неуверенности, отправлять людей на смерть, в том числе и тех, кого она знала и к кому испытывала вполне дружеские чувства. Ей приходилось жертвовать малозначительными людьми ради поставленных целей. Такова судьба Вершителя – в его жизни вместе с приемом титула не остается места сантиментам.
   Но было кое-что, к чему она так и не смогла привыкнуть. И все же должна была сделать это сама. Безусловно, любой из светоносцев исполнит ее приказ. Но это будет неправильно.
   Пусть это будет лишь ее грех.
   И Лейра нанесла удар.
   Что-то незримое сорвалось с ее пальцев, понеслось к ребенку, на лету приобретая форму и видимость, – полупрозрачная острая стрелка ударила мальчика точно в сердце. Айсбельт – самое древнее из известных заклинаний, первое, созданное людьми. Простейшее. Почти не требующее ни сил, ни умения. Крошечная ледяная стрела, не способная причинить вред ни рыцарю в доспехах, ни даже воину в кожаной броне. Да и плотная толстая одежда вполне могла уберечь от удара – потому-то давно уже никто не воспринимал айсбельт как оружие. От него мало толку – разве что от огненных птиц защититься.
   Но сейчас, в бревенчатом доме, в окружении людей, именно ледяная стрела была наиболее подходящим к случаю боевым заклинанием. Не вызовет пожара. Не затронет невиновных.
   Мальчишка даже не успел понять, что его убило. Ледяная стрела без труда пробила тонкую рубаху, кожу – и разорвалась в теле мелким хрустальным крошевом. Сердце, на которое обрушилась волна холода, неуверенно ударило раз, другой… и остановилось. Навсегда.
   По залу прокатился вздох удивления. Даже невозмутимые рыцари повернули головы к своей госпоже, словно испрашивая объяснений.
   – Черный? – прошептала Орделия.
   – Как ночь, – тоже шепотом ответила Лейра. – Кажется, я только что убила Творца Сущего.
   – Он был так силен?
   – Он мог бы стать Творцом, – поправила ее Попечительница. – Но – лишь на службе у Тьмы, у Эмнаура. У наших врагов.
   Она встала и чуточку надменно оглядела присутствующих, словно спрашивая, посмеет ли кто-нибудь задать вопрос Вершительнице. Никто не посмел… да и, признаться, подобные сцены случались и раньше, а потому и причины были очевидны. Волшебница учуяла нечто такое, что необходимо незамедлительно покарать смертью. Бывает. Ей виднее. В конце концов, на то и Вершители, чтобы вершить суд по своему усмотрению. И ни перед кем не отчитываться в своих действиях.
   – Во имя Эмиала, – отчеканила она. – И да пребудет с ним Свет.
   – И да пребудет… – послышался нестройный хор.
   – Гент, найди его родственников. Всех до единого.
   Рыцарь кивнул и вышел. Трое светоносцев последовали за ним, звякая кольчугами и цепляя низкую притолоку дверей перьями покрытых белой эмалью шлемов.
   Родственников обнаружилось трое. Сердобольные сельчане выдали их тут же, стоило только узнать о том, что Попечительница убила ребенка, темного душою. Дай волю – и сии достойные люди сами растерзали бы бывших соседей в клочья, лишь бы отвести от себя обвинение в пособничестве Тьме. Мать, отец – явно из обеспеченных, одетые так, чтобы дать это понять всем окружающим. И старик лет семидесяти, совершенно лишившийся волос и почти – зубов. Но не утративший ни злобного блеска в глазах, ни умения сыпать проклятиями. Их втолкнули в зал, тут же вокруг троицы сомкнулось кольцо рыцарей.
   Прошло несколько мгновений, затем Лейра жестом позволила рыцарям расступиться.
   Аура этих людей читалась куда хуже, чем детская. Но одно можно было сказать с уверенностью – женщина не виновата в том, что породила на свет отродье зла. Ее аура была пусть и размытой, но вполне нейтральной. К тому же не содержала и намека на синие всплески – магии женщина была почти лишена.
   А вот мужчины оказались куда интереснее. Оба имели неплохие магические задатки – скорее всего в их семье дар передавался по мужской линии. К счастью – нереализованные задатки, нетренированные… а не то к проклятиям старика следовало бы отнестись с куда большей серьезностью. Сын был заметно сильнее – тоже потенциально. Тенденция очевидна: дети этого мальчишки могли бы стать величайшими из темных магов…
   Отец достаточно молод, он вполне может сделать еще одного ребенка… этой женщине или какой-нибудь другой. Раз Гент привел только троих, значит, он устроил жителям допрос с пристрастием и теперь мог с уверенностью заявить, что в чужих домах у этого мужчины детки не подрастают. Ни одна нормальная женщина не призналась бы в прелюбодеянии даже священнику Эмиала – но лгать прямо в глаза рыцарю-светоносцу было по меньшей мере глупо. И опасно для жизни.
   Старик же… Лейра поморщилась – еще одно тяжелое решение, но принять его необходимо.
   – Женщина, ты свободна.
   – Я разделю судьбу мужа, – вскинула та голову, и в глазах плеснулась такая ненависть, что, если бы ауру можно было изменить одними лишь эмоциями, в этот момент она превратилась бы в абсолютную черноту.
   Лейра сделала вид, что не слышит этих слов. Теперь она обращалась к рыцарям и волшебницам из своей свиты.
   – Души этих двоих мужчин идут во Тьме. Куда ведет этот путь?
   – К смерти души… – пронесся шепот. На формальные вопросы Света не следовало отвечать громко.
   – Как помочь душам избежать такой судьбы?
   – Им поможет Свет…
   – Что порождает Свет, что разгонит даже истинную Тьму?
   – Огонь…
   – Да будет так. Пусть очистительный огонь откроет этим заблудшим душам путь к спасению.
   – И да пребудет с ними Свет.
   Лейра подошла к женщине вплотную. Рыцари чуть сдвинулись вперед, чтобы не позволить обреченным, если вдруг им придет в голову такая мысль, броситься на Попечительницу.
   – Ты все еще хочешь разделить судьбу мужа? – тихо спросила волшебница.
   – Да, госпожа. – Сухой ответ, безжизненный голос.
   Лейра задумалась. Быть может, следовало отдать Генту приказ – и строптивицу свяжут, бросят куда-нибудь в подпол, пусть остынет, подумает о том, что жизнь не так уж плоха. Затем пожала плечами…
   – Уважаю твой выбор.

   Костер еще горел, и большая часть жителей села стояла на площади. Лейра смотрела на них с плохо скрываемым отвращением – это не люди, это квинтэссенция всего мерзкого, что только может быть в живом существе. Еще недавно они наверняка любезно здоровались с казненными, вместе посещали храм Эмиала, вместе справляли не слишком роскошные, но дорогие сердцу сельские праздники. Сплетничали, делились новостями…
   А потом с радостью выдали односельчан заезжим представителям власти и с каким-то грязным удовольствием следили за актом сожжения.
   Грязь и дерьмо… хоть это слово и не пристало произносить Вершительнице, но тут оно уместнее всего. Души их – средоточие фекалий, и будь на то воля волшебницы, она все село предала бы огню, просто дабы ликвидировать скверну, не дать ей перейти в последующие поколения.
   Хотя, если задуматься, так ли уж эти смерды отличаются от всех остальных?
   О своем приказе она не жалела. Тьма должна быть уничтожена – в противном случае она лишь придаст силы врагу, а если состоится столкновение… «Когда состоится», – поправила она себя, понимая, что мир в Инталии не может длиться вечно: слишком велики противоречия между Светом и Тьмой, между служением Эмиалу и поклонением Эмнауру. Когда состоится столкновение, даже капля способна перевесить чашу весов. А маги Триумвирата и Ночного Братства ищут последователей не только в Гуране, их эмиссары проникают повсюду. И отдать им потенциального мага огромной силы было бы сумасшествием. Как и отдать человека, пусть и необученного, но способного передать магический дар детям. У самой Лейры за прошедшие десятилетия родилось трое детей, но ни один из них не обладал достаточным даром, чтобы пойти по стопам матери. Такое вообще случается редко: как правило, способности передаются через поколение, а то и через два. Найди гуранцы этого мужчину, чье тело сейчас дымилось среди углей, – и до полной импотенции он оплодотворял бы подкладываемых под него женщин… и страшно подумать, сколько сильных магов сможет вырастить Империя. И бросить в бой.
   – Мы уезжаем? – поинтересовался Гент, не отходивший от волшебницы ни на шаг.
   Лейра повернулась к возлюбленному…


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Поделиться ссылкой на выделенное