Дмитрий Суслин.

Дом на окраине

(страница 2 из 11)

скачать книгу бесплатно

   Аня и Маша не обиделись и послушно, взявшись за руки, прошли под навесом, который соединял дом и сарай, отворили скрипучую дверцу и отправились в сад.
   – Вот это да! – Маша даже рот открыла от удивления. – Вот это да!
   – Отпад! – сказал Аня.
   Сад был огромен. Высокие кудрявые яблони, которых было наверно полтора десятка, не меньше, были окружены кустами малины и вишневыми деревьями. Плодов на них пока еще не было видно, но ясно было, что через месяц ветви деревьев будут сгибаться под их тяжестью. Девочки стали бродить по саду, продираясь сквозь заросли кустарников, и делились впечатлениями.
   – Здесь можно играть в Тарзана, – сказала Маша.
   – И в Робина Гуда!
   – И в прятки! А так же в догонялки, в футбол и в войнушку!
   – А на ветвях вон того дуба, – Аня указала на дерево, растущее в самом конце сада, прямо у забора, – можно построить шалаш и ночевать в нем.
   – Ночевать? – Маша засомневалась. – Прямо всю ночь?
   Аня посмотрела на нее насмешливо:
   – Конечно, а ты что, боишься?
   Она захотела раззадорить сестру, но та неожиданно не поддалась и быстро согласилась:
   – Боюсь. А ты разве нет?
   Аня была вынуждена признаться, что тоже боится. Они обе никогда не ночевали за пределами своего дома, да еще и без родителей. Но шалаш все же решено было построить.
   За садом был огород. Вернее, когда-то может быть, он и был огородом. Сейчас же это был заросший бурьяном пустырь. Около прогнувшегося серого никогда не крашенного забора возвышались заросли лопухов.
   Зато за забором открывался замечательный вид на извилистую с пологими берегами реку и лес, тянущийся с того берега до самого горизонта.
   – Класс! – в один голос сказали сестры и решили, что отправятся на реку завтра же, если конечно удастся уговорить маму.
   Вдоволь налюбовавшись замечательным пейзажем, и запланировав множество интересных мероприятий связанных с рекой и лесом, девочки собрались было отправиться обратно домой, как Маша вдруг с испугом глянула за спину сестре, не в силах произнести ни слова.
   – Что ты там такое увидела? – Аня тоже замерла и сразу же перешла на шепот.
   – Там, там, – прошептала в ответ Маша, – сама погляди.
   Аня с трудом повернулась и увидела, как из густых зарослей высоченных лопухов на них с сестрой маленькими любопытными глазками смотрит странное существо.
   – Я боюсь! – пискнула Маша.
   – Дурочка, чего ты испугалась! – деланно, хотя у самой мурашки забегали по спине, засмеялась Аня. – Это же свинья! Ты что свиней никогда не видала?
   – Не видала. Вживую никогда не видала, – призналась Маша. – Только в книжках и в кино.
А скажешь, ты нет?
   Аня вынуждена была признаться, что тоже никогда не видела живых свиней.
   – Ну, конечно же, это свинья, – уверенно прошептала она, не отрывая взгляда от животного, которое в свою очередь, тоже замерло, и не двигалась с места. – Видишь, у нее пятачок и уши?
   – Да, тогда почему же она черная? Разве свиньи бывают черные?
   – А разве нет?
   – Конечно, нет. Они все розовые.
   И действительно свинья в лопухах была черная, словно уголь.
   – Может она грязная? – сделала предположение Аня.
   – Если бы она была грязная, то у нее хоть что-то но было чистое, – не согласилась Маша, – а у этой нет ни единого светлого пятнышка. Значит это не свинья.
   – Свинья, – стала спорить Аня. – Только она это, как ее, свинья-негр. Вот!
   – Что ты несешь? Какая еще свинья негр?
   – Ну, люди же бывают, белые и черные. Почему свиньи не могут? Может это африканская свинья?
   – Ты еще скажи, что есть китайские свиньи, которые желтые!
   Весь этот разговор происходил шепотом. Девочки испуганно прижались друг к другу и не сводили с животного глаз.
   – А может это волк? – вдруг ахнула Маша и попыталась бежать, но ноги ее тут же приросли к земле и не сдвинулись с места.
   – Это с пятачком-то? – усомнилась старшая сестра и удерживая сестру за руку. – Разве бывают волки с пятачками?
   В этот момент таинственная черная свинья хрюкнула и скрылась в лопухах. Девочки от неожиданности вздрогнули и чуть не бросились наутек. Но что-то их удержало. Некоторое время они не двигались с места, затем пошушукались и решили проверить, ушла свинья, или прячется в лопухах. Их разобрало любопытство.
   – В конце концов, – сказала Аня, – свиньи на людей не бросаются.
   – А вдруг бросаются? – Маша все-таки немного сомневалась.
   – Боишься? – тут же поддела ее Аня.
   – А вот и не капельки.
   – Тогда пойдем, посмотрим.
   – Хорошо, только ты иди первая.
   – Это еще почему?
   – Потому что ты это придумала, и еще ты старшая.
   – Ладно.
   И Аня направилась в лопухи. Маша за ней, при чем шла она так медленно, что сильно отстала от Ани, и вскрикнула от ужаса, когда та неожиданно исчезла из виду. Именно исчезла. Только что она была перед ней, раздвигала толстые лопуховые стебли, и вдруг совершенно неожиданно ее не стало. Словно сквозь землю провалилась.
   – Аня! Анечка! – в ужасе закричала девочка. – Где ты? Что с тобой?
   Никто не отзывался. Маша почувствовала, что ее начинает бить дрожь. Ноги просто отказывались ее держать.
   – Аня! Где ты? – бормотала она. – Аня!
   Сначала она хотела побежать обратно и позвать родителей, но потом ей вдруг стало стыдно, что она бросает сестру в беде, вдруг, пока она будет бегать, лишенная в нужный момент ее помощи Аня погибнет, и ее гибель будет на ее совести. Так что она все-таки набралась храбрости и тоже полезла в лопухи. Сердце ее при этом колотилось как бешенное. Девочка подумала, что еще немного, и оно просто не выдержит и разорвется.
   – Аня! Анечка! – сквозь всхлипывания бормотала она.
   И вдруг она радостно ахнула, потому что увидела сестру. Та спокойно смотрела на нее из ямы, и Маша поняла, что вела себя как последняя дура и трусиха.
   – Анька! Подлая! – радостно воскликнула она. – Разыграла? Спряталась? А где хрюшка? Чего ты молчишь?
   И тут она испугалась, а вдруг Аня не разыграла ее, а в самом деле свалилась в яму и сломала ногу или руку, и от боли не может и слова сказать.
   – Ой! С тобой все в порядке? Я сейчас за папой сбегаю, мы тебе вытащим! – затараторила она и уже хотела повернуться, но Аня остановила ее.
   – Заткнись! – закричала она. – Чего расхныкалась?
   – Ты, – растерянно залепетала в ответ Маша, – ты ничего не сломала?
   – Не бойся, ничего я не сломала. Просто здесь скользко, вот я и съехала, как с горки. Немного испугалась, правда. Интересно, а куда же подевалась эта свинья? Осторожнее! Тоже не свались.
   – Вылезай, – жалобно взмолилась Маша. – А то мне страшно.
   – А чего это тебе страшно? – усмехнулась Аня. – Это ведь я свалилась, а не ты.
   – Все равно страшно. А вдруг ты не сможешь отсюда вылезти?
   – Конечно не смогу, если ты мне не поможешь. Тут очень скользко.
   – А как же я тебе помогу?
   – Дай руку!
   Маша хотела подать сестре руку, но увидела, что рядом с ямой земля действительно глинистая мокрая и скользкая и сразу же сделала шаг назад.
   – Так нельзя, – сказала она. – У меня сил не хватит, тебя вытащить.
   – Это верно, – вздохнула Аня. – Я тебя еще сюда уволоку. Тогда найди что-нибудь.
   – Что?
   – Что-нибудь!
   – А что что-нибудь?
   – Ну, лестницу, что ли, или какую доску. Корягу, наконец.
   – Где же я тебе все это найду?
   Аня разозлилась:
   – Ну уж поищи где-нибудь! Давай быстрее, пока предки панику не подняли. Шевелись! А не то, они нас фигушки куда одних пустят.
   Маша поняла, что ситуация действительно серьезная и побежала на поиски подручных средств для спасения сестры.
   Аня осталась в яме одна – злая и раздосадованная. Она сердилась, в первую очередь на себя, за то что так глупо угодила в яму, на свинью, которая неизвестно, что здесь делает.
   И тут вдруг объявилась сама виновница создавшегося положения. Черная свинья с тихим удовлетворенным хрюканьем вылезла из лопухов и встала на том самом месте, где только что стояла Маша. Она уставилась на Аню, как-то недобро склонив голову набок. Казалось, что она усмехается.
   – Чего тебе надо? – зло спросила девочка. – Видишь, что натворила? Рада теперь, небось, что я из-за тебя страдаю?
   Свинья открыла рот, ну точно улыбнулась, и закивала головой, так что черные уши ее мотнулись, словно пожухлые лопухи.
   – Ой, – произнесла Аня. – Ты что же меня понимаешь?
   Свинья снова хрюкнула, затем повернулась к девочке задом и вдруг по собачьи заработала задними ногами. Из-под ее копыт в яму полетели комья склизкой глины.
   – Что ты делаешь? – чуть не со слезами закричала Аня. – Я же вся перепачкаюсь! Думаешь, мне хочется быть такой как ты?
   Но свинья в этот раз не стала хрюкать в ответ, а отчаянно продолжала работать. Земля фонтаном летела в Аню, и та не успела опомниться, как ее ноги по колено были засыпаны тяжелой мокрой глиной. Она попыталась выдернуть ногу из земли, но та застряла и не хотела вылезать. Аня испугалась.
   – Мамочка! – жалобно закричала она. – Помогите!
   Свинья, не прекращая работать, удовлетворенно что-то прорычала. Аня внезапно поняла, что мерзкая тварь хочет ее закопать.
   – Маша! – закричала он. – Маша! Ты где? На помощь!
   Тут вдруг свинья вздрогнула и перестала работать. Какое-то время она к чему-то прислушивалась, потом сорвалась с места и исчезла из виду.
   На ее месте появилась Маша. В руках у нее была длинная жердь, с прибитыми на ней перекладинами. Она с любопытством уставилась на сестру.
   – Ты чего это орешь?
   – А ты чего так долго?
   – Думаешь, легко было найти лестницу? Но я нашла. Я тут все обегала и нашла. Ой, а чего это ты? Чего это ты закопалась?
   Ане наконец удалось вытащить ноги из земли. Джинсы и кроссовки на ней стали коричневыми от глины.
   – Давай сюда свою лестницу! – приказала она.
   Маша спустила ей лестницу, и Аня благополучно выбралась на поверхность.
   – Уф! – вытерла она рукавом вспотевшее лицо. – Ты знаешь, Машка, эта свинья наверно сумасшедшая.
   – Это почему?
   – Она пыталась меня закопать.
   Маша вытаращила глаза от удивления:
   – Да ну?
   – Вот тебе и ну. Пока тебя не было, она опять приходила, и стала в меня землей швырять. Еще бы немного и точно бы закопала. Работала, словно трактор.
   Ей неожиданно стало смешно. Только теперь, наверху ей припомнилось, как смешно выглядела черная свинья, когда разбрасывала задними ногами землю. Аня даже рассмеялась.
   – Это наверно соседская свинка, пришла сюда поискать чего-нибудь вкусненького, а тут мы. Вот она и разозлилась.
   Маша смотрела на сестру недоверчиво.
   – Чего смотришь? Пошли быстрее домой.
   И девочки побежали домой. Уже около сада Маша обернулась и увидела, как мелькнула в лопухах черная блестящая спина.


   Солнце уже садилось, когда девочки пришли домой. Мама и папа давно покинули лавочку и вовсю хозяйничали в доме. Окна были уже закрыты, но в горнице по-прежнему было сыро и затхло. Мама собирала в кучу все матерчатые вещи предыдущей хозяйки, готовясь вынести их на улицу, чтобы там потом все сжечь, она ни за что бы не согласилась пользоваться бельем умершей старухи, а папа пыталась разжечь печь. Он напихал в нее дрова до предела, насовал между ними газет и теперь пытался все это поджечь. Однако у него ничего не выходило. Газеты горели плохо, и даже когда разгорались, то дрова при этом ни за что не хотели заниматься.
   – Да что это за черт! – ворчал папа, чиркая в очередной раз спичкой. – Где я столько газет наберу?
   – Ты наверно слишком много дров наложил, – заметила мама.
   – Ты так думаешь?
   – Конечно. Нет пространства, нет воздуха, вот они и не разгораются.
   Папа выложил пару поленьев, но тут выяснилось, что у него закончились газеты.
   – Ну вот! – разочарованно произнес он. – Чем же я теперь разжигать буду?
   В этот момент вошли Аня и Маша.
   – Господи, Аня, что с тобой? – воскликнула мама. – Где ты была? Что с твоими джинсами? Сейчас же переоденься!
   – Я спрашиваю, где мне взять хотя бы еще одну газету? – закричал папа.
   – Откуда я знаю? – отмахнулась от него мама. – У меня и так голова кругом идет, а ты еще со своей газетой.
   – Ага, – повысил голос папа, – так вы сегодня хотите остаться без ужина?
   – Ты нас сюда завез, ты и думай!
   – Я вас сюда завез? Так значит?
   Кажется, между родителями назревала ссора. Этого нельзя было допускать. Маша и Аня подбежали к отцу и наперебой стали расспрашивать, для чего ему нужна газета. Тот сразу успокоился.
   – Да вот, огонь хочу развести. Дрова что-то сырые, сразу не разгорелись. Там в сенях вы не видели газет, девчата?
   – Нет не видели, – ответила Аня снимая с себя грязные джинсы и доставая из сумки колготки. – Только зачем тебе газета? Раз дрова сырые, ты их лучше слегка бензином облей, они сразу заполыхают!
   – Конечно! – обрадовался папа. – И как этот я сразу не догадался? Какая же ты у нас молодец, Анютка!
   Он убежал к машине за бензином и очень скоро вернулся с полным одноразовым стаканчиком.
   – Папа, – спросила его Маша, которая все это время вертелась у печки, – а черные свиньи бывают?
   – Черные свиньи? – папа тщательно обрызгал поленья горючим. – Конечно бывают, также как и розовые слоны или голубые крокодилы.
   – Нет, а если серьезно?
   – Если серьезно, то не знаю. Не о тот ты сейчас думаешь.
   – Ну, папа!
   Папа зажег спичку, и дрова окружило яркое мощное пламя.
   – А мы с Аней видели черную свинью, вот! – объявила Маша.
   В этот момент из печки повалил серый и горький дым, от которого и папа и Маша сразу закашлялись. Он окутал мужчину и девочку, а потом повалил в комнату.
   – Караул! – закричала Аня. – Пожар!
   – Не понимаю, – бормотал папа и растирал кулаками слезящиеся глаза. – Он же должен идти в трубу. А он сюда…
   Мама подошла к печке, внимательно ее оглядела, и сказала:
   – Надо было сначала заслонку отодвинуть, а потом уж огонь разводить. Эх вы, деревенские жители! Потому прежде и не разгоралось, что не было тяги.
   Она отодвинула заслонку, и дыма сразу стало меньше.
   – Чего же ты сразу не сказала? – возмутился отец. – Я столько промучился, а ты…
   Дрова сразу загорелись и весело затрещали. Папа не мог оторваться от огня и радовался, как ребенок.
   – Сейчас мы как следует протопим печку, и сырости как не бывало, – повторял он. – Тащите сюда кастрюлю, я буду готовить ужин. Сейчас накормлю вас до отвала.
   – Ну уж нет, – сказала мама, – ужинать сегодня будем всухомятку.
   – Это почему же? – возмутился отец. – Я, например, хочу горячего супчика!
   – Супчик готовить не в чем, – ответила мама.
   – Как это не в чем? Здесь же полно посуды? Вон кастрюли, сквородки, миски. Я не понимаю!
   – Ну папа же, – стала объяснять отцу Маша, – до посуды мы еще не добрались. Она же грязная! Ее не мыли и не чистили год, а то и два.
   – Если не два, – подтвердила Аня, заглянув в одну из кастрюль. – Вообще-то сварить суп можно, но только из лягушек. Папа, ты любишь суп из лягушек?
   Папа пожал плечами. Он был явно расстроен. Деревенская жизнь не спешила баловать его, напротив посылала суровые жизненные невзгоды.
   – Что ж, давайте всухомятку, – вздохнул он так, словно поставил на своей жизни крест.
   Они поели взятые с собой консервы, которые вдруг всем четверым показались невероятно вкусными.
   – Это потому что свежий воздух! – объяснила мама. – Дома вы так никогда не ели.
   – Этак я могу и поправиться, – с беспокойством заметила Аня, хватая очередной кусок хлеба.
   – Тебе это не помешает, – сказал папа, – вон какая худющая. Бухенвальдский крепыш.
   Это была его старая шутка.
   – По твоему я должна быть как свинка?
   – Ну почему сразу как свинка?
   – Ну свиньи же все жирные.
   – Кстати! – вспомнила Маша. – Папа, ты так и не сказал. Черные свиньи бывают?
   – Что ты ко мне привязалась с черными свиньями? – возмутился папа. – Это что, очередная шутка?
   – Вовсе нет, мне просто интересно.
   – Ну ответь же ты им, – вмешалась мама.
   Папа слегка задумался.
   – Да, наверно есть. Почему бы им не быть? В Англии есть хозяйства, где специально разводят именно черных свиней.
   Маша разочарованно вздохнула:
   – А я думала, что свиньи бывают только розовые.
   После ужина, появилась новая проблема. Ночлег. За окном стало смеркаться, надо было готовиться к ночлегу.
   – Включи свет, – сказал папа старшей дочери.
   Аня подошла к выключателю, который находился около двери и надавила тумблер. Все посмотрели на лампочку, которая никак на это действие не среагировала.
   – Перегорела, – радостно объявила Маша. – А мы с собой конечно же лампочек не взяли.
   – Разве обо всем упомнишь? – проворчала мама, убирая со стола остатки ужина.
   Папа встал и пригляделся к лампочке.
   – Да нет, – сказал он. – Она не перегорела. Целая.
   Он выкрутил лампочку, внимательно осмотрел, еще раз сказал, что она совершенно рабочая и ввернул обратно.
   – Попробуй еще раз, – попросил он Аню.
   Аня пощелкала выключателем, но свет так и не появился.
   – Может пробки перегорели? – предположила мама.
   – А где тут счетчик?
   – Я видела его за печкой.
   Папа посмотрел за печкой и сказал:
   – Сегодня света не будет. Придется ложиться рано. Впрочем, в деревне все так и делают. Встают с рассветом, ложатся с закатом. Как куры.
   Все горестно вздохнули.
   – А где мы будем спать? – спросила Маша.
   В горнице была всего одна кровать, старинная, железная и на пружинах, но зато еще был диван, тоже очень старый и покрытый клеенкой. Решено было, что девочки улягутся на диване валетом, а родители на кровати. Пришлось ложиться в одежде, потому что хозяйские матрац и перину мама безжалостно отправила на улицу. Их надо было высушить, выбить, а лучше всего выкинуть и достать что-то новое.
   Перед тем как лечь, папа неожиданно вспомнил, что забыл машину загнать во двор и поставить под навес.
   – Пусть пока постоит снаружи, – недовольно сказала мама. – Ничего там с ним не будет.
   – Ну уж нет, – не согласился папа. – Мало ли что может случится? Ты не знаешь, какие хулиганы деревенские мальчишки.
   И он пошел к машине. Маша и Аня тоже вышли из дома, чтобы посмотреть, как отец поставит шестерку во двор. Папа открыл настежь ворота, прошел к своему жигуленку, помахал дочерям рукой и с видом бывалого авто гонщика сел за руль. Девочки ожидали, что сейчас услышат шут от включающегося двигателя, но автомобиль не издавал ни звука, хотя видно было, как папа что-то там делать на панели управления. Прошла минута, но автомобиль по-прежнему оставался немым.
   Аня и Маша очень удивились и побежали к отцу.
   – Что случилось? – спросили они, запрыгивая в салон.
   – Что-то не заводится, – ответил отец. Он был явно сильно растерян. – Не пойму, что происходит. Вроде бы все в порядке.
   Он еще что-то поделал, затем вышел из машины, открыл капот и скрылся из глаз. Через пять минут он вернулся и снова стал вертеть ключ зажигания. И опять ответом ему была тишина.
   – Что такое? Все вроде бы в норме. Ничего не пойму, – бормотал отец.
   – Может, вода залилась в мотор, когда шел дождь? – предположила Маша.
   – Ты что, совсем? – Аня покрутила у виска пальцем. – Так не бывает. Правда, папа?
   – Конечно не бывает, – согласился отец.
   – А если оставить открытым багажник? – не сдавалась Маша. – Тогда бывает?
   – Не багажник, а капот, – поправил дочку папа. – Если оставить, то тогда конечно.
   – Но ведь ты не оставил?
   – Не оставил.
   – Почему же тогда не заводится?
   – Если бы я знал, – папа начал злиться. – Не болтайте глупости мне под руку. Чего выскочили. Быстро идите спать.
   – Ну папа!
   – Я кому сказал?
   Пришлось слушаться.
   – Это все из-за тебя, – по дороге в дом, ворчала Аня на сестренку. – И чего ты пристала к папе со своей ерундой?
   Маша надула губы и ничего не отвечала. Вдруг она показала пальцем на машину и закричала:
   – Смотри, опять эта свинья!
   Аня обернулась и тоже успела заметить, как за машиной мелькнуло что-то черное и блестящее. Ошибиться было невозможно. Это была их старая знакомая. Маша неожиданно села на крыльцо и пролепетала:
   – Знаешь, Аня, а я ее боюсь.
   Ане тоже стало не по себе, но она все же храбрилась:
   – Кого ты боишься? Хрюшку?
   – Ну да. Она ведь черная. Это не нормальная свинья. Это, это нехорошая свинья. Таких свиней не бывает.
   – Папа же сказал, что бывает.
   – Он говорил про других свиней, про тех, которые в Англии, и которые не прячутся от людей и не пытаются закопать их.
   Аня, которой самой было не по себе, вспомнила, что она старшая и решила успокоить сестру:
   – Это наверно свинья прежней хозяйки. Которая тут раньше жила. Хозяйки больше нет, а свинья осталась. Она наверное одичала.
   Маша широко открыла глаза и шепотом спросила:
   – Анечка, а куда подевалась хозяйка?
   – Какая хозяйка?
   – Ну, та, которая тут прежде жила.
   – Так она же умерла.
   – Почему?
   – Не знаю. Потому что была старая. А старые люди всегда умирают. Она умерла, а этот дом оставила в наследство папе.
   Маша заговорила еще тише. Ане пришлось приблизиться к ней вплотную, чтобы услышать, что она говорит.
   – Значит, мы будем жить в доме мертвой старухи?


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться ссылкой на выделенное