Дмитрий Медведев.

Национальные приоритеты

(страница 7 из 35)

скачать книгу бесплатно

   Одно из главных достижений последнего времени (может быть, и скромных достижений, но имеющихся), на мой взгляд, сегодня заключается в том, что мы вдохнули жизнь, вдохнули некую энергию в социальную сферу. Запустили там определенные преобразования, и из «черной дыры», куда бесконечно проваливались деньги, социальная сфера превратилась в площадку для модернизации.
   При этом конкретные точечные вливания, как уже говорилось, выполнят свою сверхзадачу, если станут одновременным катализатором системных изменений в соответствующей сфере. Более того, очевидно, что денежные вливания, не подкрепленные структурными переменами, могут дать неадекватный, кривой эффект, создать новые проблемы и усилить диспропорции.
   Так, например, увеличение финансирования жилищного строительства при нынешнем уровне монополизации рынка строительных услуг может привести к взвинчиванию цен и обогащению кучки локальных монополистов. Не только может – уже приводит. При этом эластичность предложения жилья в соответствии со спросом в краткосрочном периоде будет достаточно низкой. И это лишь отчасти связано с ограниченностью производственных мощностей, само наращивание которых требует и времени, и соответствующих инвестиций.
   Гораздо сложнее социальный аспект этой проблемы. Кроме того, есть вопрос контроля за рынком земли и строительными организациями, который и по сей день является важнейшим ресурсом региональных и местных властей. Ресурсом, от которого наши коллеги, конечно, никогда не захотят отказаться, да этого и не надо. Но должна быть налажена сложная многокомпонентная работа по взаимодействию федерального центра, региональных и муниципальных властей, для того чтобы создать нормальный, а не коррупционный механизм распределения и продажи соответствующих земель.
   В чем новизна ситуации на сегодняшний день в образовании и здравоохранении? Сегодня на передний план выходит проблема качества образования и качества медицины. Конкуренция сегодня – это конкуренция качества, и сохранение прежней системы организации финансирования в этих отраслях будет означать неизбежное и критическое отставание в качестве предоставляемых услуг. Именно поэтому мы сейчас сконцентрировались на создании новой модели финансирования образования и медицинских услуг.
   Приведу простой пример. Россия, будучи членом «Большой восьмерки», тем не менее имеет расходы на обучение одного студента в вузах в три раза меньше, чем в среднем по «восьмерке». И понятно, что оплата преподавательского труда принципиально различная, это все присутствующие в зале отлично знают. Но ведь это вопрос, в конечном счете, и качества знаний.
   Важно также иметь в виду, что резкий рост стоимости услуг в области здравоохранения и образования, связанный с изменением требований к их качеству, ставит перед обществом ряд очень сложных проблем.
   Во-первых, это проблема невозможности финансирования таких услуг исключительно за счет одного источника, тем более когда существует сложившаяся система скрытых платежей за эти услуги.
   Во-вторых, как при росте стоимости услуг сохранить их доступность?
   И, наконец, в-третьих, – это, собственно, проблема качества, которое непосредственно связано с конкуренцией в этих сферах.
Очевидно, что при отсутствии механизмов конкуренции в этих сферах любые инвестиции в них будут вызывать лишь всплеск инфляции.
   Именно на решение этих проблем и должны быть направлены структурные и институциональные изменения в образовании и здравоохранении.

   Нам следует не просто инвестировать в отрасли, а сделать эти инвестиции эффективными, приносящими максимальную отдачу.

   И одновременно создать гибкие механизмы перераспределения финансовой ответственности по этим услугам между государством, обществом и бизнесом. Для этого реализуются пилотные проекты в здравоохранении и в образовании.
   Из всего сказанного вытекает один важный вывод. Цель национальных проектов – в том виде, в котором они сегодня сформулированы и реализуются, – представляет собой длящуюся во времени задачу. Их реализация требует времени, существенно выходящего за рамки 2008 года и даже за любую бюджетную «трехлетку».
   Что это означает с точки зрения практической политики?
   Во-первых, нам нужна длительная, рассчитанная на перспективу программа развития сфер, отнесенных к приоритетам.
   Во-вторых, среднесрочная программа правительства должна иметь эти приоритеты в качестве стержня, вокруг которого следует обсуждать и разворачивать другие программы развития страны.
   В-третьих, именно приоритетным сферам необходимо уделять первостепенное внимание при формировании бюджетных показателей, ориентированных на результат. И именно состояние этих сфер должно являться базовым при оценке эффективности деятельности власти всех уровней.
   Таким образом,

   национальные проекты, как я уже сказал, должны стать технологией достижения поставленных целей в приоритетных сферах: в здравоохранении и в образовании. И не только технологией, а, по сути, способом модернизации названных отраслей.

   Очевидно, что и сами эти проекты будут меняться, так как по мере реализации часть из них свою задачу, будем надеяться, выполнят, а часть – продолжат работать. Причем продолжат работать до окончательного достижения заданных параметров, которыми и будут очерчены конечные границы этих проектов.
   Благодарю вас за внимание и еще раз поздравляю с праздником. Спасибо.


   Думаю, что ошибочно понимают глобализацию те, кто считает, что она означает полную модификацию всех моделей развития на основе какой-то одной, пусть даже самой прогрессивной доминирующей модели.
   Это лишь один из сценариев, причем далеко не самый лучший. Такая глобализация в итоге приведет к построению неэффективного общества.
   Другой сценарий, который в большей степени соответствует самому духу глобализации, – это предоставление возможности всем странам для выбора наиболее эффективного пути развития. Глобализация здесь должна обеспечивать возможность выбора лучших решений в зависимости от их качества, а не от субъекта, который это решение предлагает.




   Добрый день, уважаемые дамы и господа!
   Очевидно, что мир уже долго живет в условиях глобализации. Условно датой ее начала можно считать 12 октября 1492 года – дату высадки Христофора Колумба в Новом Свете. Она была продолжена промышленной революцией и мировыми войнами, а также финансовой и технологической экспансией развитых стран.
   Известно, что глобализация – это процесс глубочайших качественных изменений всех без исключения сфер деятельности человека. И очевидной, прописной истиной стало также то, что она имеет как положительные, так и отрицательные последствия. Лари Саммерс сравнивал глобальные рынки капитала с реактивными самолетами, которые быстрее и удобнее доставляют людей туда, куда они хотят попасть, но при этом он отмечал, что и падения здесь более драматичны. Глобализация подразумевает возможность потреблять товары, производимые в любой точке мира. Однако национальные производители уже не могут навязывать потребителю свои товары по любой цене. Протекционизм дает им не более чем временную передышку.
   Многие исследователи и политики считают, что это означает неизбежную бедность в странах с заведомо более низким стартовым уровнем развития, но в споре с таким утверждением есть по меньшей мере три аргумента: первый аргумент – любая страна имеет так называемые относительные преимущества. У стран с лучшим производственным потенциалом может просто не хватить времени произвести к сроку необходимый рынку продукт или услугу. Так, скажем, не хватает времени у директора компании заниматься бухгалтерией, даже если этот директор знает эту бухгалтерию лучше главного бухгалтера. Вторая позиция – каждая страна имеет возможность привлекать зарубежные инвестиции и технологии для размещения производства и создания рабочих мест. И, наконец, третья позиция – спрос на импортные товары растет по мере повышения уровня жизни. И при правильной экономической политике у национальных производителей остается достаточно времени на адаптацию и повышение качества товаров.
   Важная характеристика глобализации в том, что чаще всего она сопровождается добровольной гармонизацией различных стандартов деятельности и ее регулирования. Однако при всей востребованности и пользе этого аспекта она не может основываться на какой-либо одной модели развития экономики или общества. Ведь у каждой страны, у каждой нации есть самобытные культурные ценности и самостоятельно избранные пути и модели развития.

   Думаю, что ошибочно понимают глобализацию те, кто считает, что она означает полную модификацию всех моделей развития на основе какой-то одной, пусть даже самой прогрессивной доминирующей модели.

   Это лишь один из сценариев, причем далеко не самый лучший. Такая глобализация в итоге приведет к построению неэффективного общества.
   Другой сценарий, который в большей степени соответствует самому духу глобализации, – это предоставление возможности всем странам для выбора наиболее эффективного пути развития. Глобализация здесь должна обеспечивать возможность выбора лучших решений в зависимости от их качества, а не от субъекта, который это решение предлагает.
   По мере того как глобальные процессы стирают экономические границы между странами, люди начинают требовать соразмерного уровня и качества жизни на планете. По сути люди начинают требовать справедливости. Несмотря на долговременный характер такой цели, стремление к этому у людей самых разных стран будет проявляться все очевиднее, будет только нарастать.
   Наша страна, как активный член мирового сообщества, также сталкивается с новыми проблемами. Открытая экономика России сегодня предоставляет намного больше возможностей для развития, чем прежняя, закрытая. Вместе с тем, в отличие от закрытой, она не позволяет двигаться по всем направлениям широким фронтом, а заставляет делать рациональный выбор, основанный на анализе сравнительных преимуществ. Ключевыми факторами, демонстрирующими потенциал стран в условиях глобализации, являются человеческий, производственный и природный потенциал.
   В XX веке население планеты увеличилось в четыре раза – с приблизительно полутора миллиардов до более чем 6 млрд. человек. По прогнозам, в текущем столетии население планеты вырастет чуть более чем в полтора раза, произойдут существенные структурные перемены в самом составе народов. Причем их готовность вступить в глобальный мир тоже будет разной. Соотношение численности населения развитых и развивающихся стран, а вместе с этим экономический и политический потенциал будут смещаться в пользу последних, то есть так называемых развивающихся экономик. Именно поэтому мы, кстати, хотели бы специализировать Санкт-Петербургский форум на анализе потенциала развивающихся рынков.
   По прогнозам, экономический удельный вес Европы к 2050 году может снизиться практически в два раза. Уже сегодня около 50 % населения Земли проживает в четырех странах, так называемых странах БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай). Сегодня на долю развитых стран с 1,2 млрд. человек приходится 86 % мирового ВВП, на долю развивающихся экономик – 2,5 млрд. человек и 13 %, а на долю слаборазвитых, в которых проживает 2,3 млрд. человек, – всего 1 %. И есть еще одна достаточно любопытная цифра: по данным «Форбс», суммарный капитал 600 богатейших людей планеты составляет более 1 трлн. долларов. Это в целом вполне сопоставимо с валовым внутренним продуктом крупнейших государств.
   Возможно ли остаться всем в стороне от глобализации?
   Здесь наиболее интересным примером является пример Советского Союза. Его обычно приводят как пример самодостаточной страны с якобы замкнутыми экономическими границами. Глобализация, по мнению отдельных аналитиков, начала распространяться на Советский Союз после 1985 года и в конечном счете стала причиной его распада. По мнению некоторых экономистов, Советский Союз отказывался от участия в международном разделении труда и тем самым препятствовал развитию глобальной экономики. Так, в частности, пишет в своей недавно вышедшей книге известный американский аналитик Бринк Лидси. Однако так ли это?
   Советский Союз, вне всякого сомнения, был одним из важнейших субъектов глобализации. Более того, это была страна, которая стремилась к глобализации. Она изначально планировалась как пусть искусственный, но базисный элемент всемирной интернациональной коммунистической системы. Экономика СССР все же была достаточно широко интегрирована в мировую. Не нужно забывать и про кооперацию в рамках так называемого СЭВ. Если бы Советский Союз был действительно самодостаточной страной, то его экономика не зависела бы, например, от колебаний мировых цен на нефть. Но ведь экономический кризис Советского Союза случился после обвала мировых котировок на нефть в середине 1980-х годов. Разумеется, внешние факторы – это не единственная причина развала страны, но довольно существенный катализатор накопившихся внутренних проблем. В этой связи надо более подробно проанализировать новые вызовы развития как отдельных стран, так и мировой экономической системы в целом, которые возникают по мере глобализации. Глобализации, уже не являющейся «улицей с односторонним движением», какой она была еще несколько лет назад. Подъем Китая, Индии, Бразилии и России, ряда других стран изменил картину мирового развития.
   Первая проблема. В новой ситуации все большую опасность начинает представлять несбалансированность мировой торговли и инвестиционных потоков между крупнейшими экономическими центрами, а также длинные периоды дефицитной бюджетной политики ведущих стран. Эта озабоченность объясняется тем, что по мере интеграции мировых рынков возрастает значение рисков и угроз дестабилизации мировой экономической системы в целом. В случае резких колебаний курсов мировых валют и процентных ставок индексов фондовых рынков под удар ставится не только и не столько конкретная экономика, сколько весь мировой финансовый порядок. Особое опасение вызывает тот факт, что крупнейшая в мире экономика – экономика Соединенных Штатов Америки, эмитента до сих пор единственной резервной валюты, – имеет огромный торговый и бюджетный дефицит, финансируемый во многом за счет притока иностранного капитала. Причем в значительной мере притока из развивающихся экономик – Китая, других государств, с которыми ведутся достаточно горячие споры относительно уровня валютного курса. Другой важный экономический центр, Западная Европа, сталкивается с исключительно низкими темпами экономического роста, не в последнюю очередь, кстати, в результате неадекватного роста собственной валюты.

   Россия, как мы надеемся, сегодня проводит сбалансированную и ответственную бюджетную и финансовую политику. Это дает нам некое моральное право инициировать обсуждение вопроса о необходимости более сбалансированных правил игры

   в этой сфере, о том, как изменить текущее состояние без ущерба для мирового экономического роста и без резких колебаний валютных курсов.
   Роберт Манделл сказал в своей нобелевской речи, что сегодня остается два нерешенных вопроса: самый важный – это непродуктивная изменчивость валютных курсов, которая может обострять международные отношения в периоды кризисов, а другая проблема – это отсутствие международной валюты.
   Сегодня ситуация в мире меняется, и на первый план выходят новые лидеры мирового развития со своими устойчивыми валютами. Соответственно современному миру необходима, и очень серьезно необходима, более безопасная финансовая система. Система, в которой нет доминирующей резервной валюты.
   Все предпосылки для такого развития событий существуют, но есть и препятствия на пути движения капиталов, которые сдерживают этот процесс. По мере их устранения, по всей вероятности, может формироваться система, основанная на нескольких коллективных и резервных валютах. Вырастет ли в конечном счете из этой системы международная валюта – это вопрос, который будет стоять перед будущими поколениями. Но уже сегодня международные финансовые организации должны обратить свое внимание прежде всего на финансовую политику наиболее развитых стран, действия которых могут создать проблемы для всей мировой финансовой системы. Это тем более важно, что сегодняшние приоритеты, в том числе приоритеты Международного валютного фонда в странах Азии, Латинской Америки распространены несколько иначе. И та практика, которую проводит наша уважаемая организация, основанная на принципе «деньги за реформы», по всей вероятности, не имеет далеко идущих перспектив. Более полезной для всех была бы деятельность МВФ, направленная на стабилизацию мировых валютных рынков на основе ответственной финансовой политики ведущих стран.
   Мы приняли у себя в стране решение о снятии всех формальных ограничений на капитальные и финансовые операции, о создании нефтяной биржи с расчетами в рублях, об уплате налогов и таможенных пошлин в национальной валюте. И по мере повышения в мире, так сказать, спроса на рубли наша валюта также может стать одной из резервных, как и валюты других центров экономического развития. Реализация инициативы по отмене налогообложения дивидендов, получаемых от прямых инвестиций внутри холдингов, должна простимулировать и процесс становления России в качестве регионального центра капитала.
   Вторая проблема – это угроза финансовых и экономических кризисов, которая обостряется в результате появления дефицита ресурсов для расширения мировой экономики. Быстрый рост экономик Китая и Индии без долгосрочного ответа со стороны производителя уже спровоцировал рост и поддержание на достаточно высоком уровне цен на основные энергетические ресурсы. Так называемый золотой миллиард пока справляется с этой проблемой, хотя и в ведущих странах высокие цены на бензин вызывают довольно серьезные изменения в структуре потребления людей. В беднейших регионах мира как не было, так и нет доступа даже к базовым энергетическим продуктам. Кроме того, все более острыми становятся накапливающиеся десятилетиями экологические проблемы. Между тем ведущие производители и потребители такого важнейшего энергетического продукта, как нефть, продолжают общаться лишь в рамках так называемых клубных организаций. Россия, которая играет на этом рынке роль и производителя, и потребителя, является сторонником общего диалога заинтересованных сторон и предлагает конкретные решения имеющейся проблемы.
   Адекватным ответом на эти угрозы нашей общей энергетической безопасности является взаимная ответственность производителей и потребителей энергетических ресурсов. Необходимы совместные действия по ряду ключевых направлений – я имею в виду установление предсказуемого инвестиционного режима в странах-производителях, расширение использования альтернативных, а в ряде случаев и возобновляемых источников энергии, стимулирование эффективного использования энергоресурсов. И наконец, обеспечение предсказуемого спроса на энергию на основе долгосрочных отношений, включая обмен энергетическими активами.
   Третья проблема – глобальным вызовом является сохраняющаяся несправедливость правил мировой торговли и инвестиций в отношении менее развитых стран. Развитые страны уже прошли на сегодняшний день так называемую точку необратимых изменений. За этой точкой находятся новая экономика, новое общество и новые социальные отношения, а до нее остались прежняя экономика, окостеневшая структура общества и архаичные общественные отношения. За последние 20 лет, по оценке экспертов ООН, разница между лидерами и аутсайдерами увеличилась вдвое. Это означает, что растет разрыв в качестве жизни, в качестве образования, в качестве других показателей, характеризующих потенциал развития. Необходимо понимать, что с точки зрения международных отношений растущий разрыв между двумя группами государств недопустим.
   Этот разрыв навсегда сделает систему взаимоотношений между государствами не только несправедливой, но и потенциально конфликтной и с политической, и с военной, и с социально-экономической точек зрения. Поэтому

   новые правила игры в мировой экономике должны подразумевать взаимное, а не одностороннее открытие рынков развивающихся и развитых стран для товаров, услуг и инвестиций.

   Еще одной глобальной проблемой, особо остро стоящей в менее развитых странах, является защита прав на интеллектуальную собственность в мире. Сегодня она обостряется не только в менее развитых странах, но и в ведущих экономиках. В частности, из-за развития торговли объектами авторских прав через глобальную информационную сеть Интернет. Большинство мер, до сих пор предпринимаемых мировым сообществом, ограничивалось давлением на те государства, которые были замечены в массовом и систематическом нарушении авторских прав. Однако представляется, что это борьба со следствием, а не с причиной. Проблема более глубока, и решение необходимо искать в балансе между приемлемой для пользователей ценой и жесткими совместными действиями всех стран по соблюдению законов об авторском праве, а также создании новых адекватных юридических конструкций.
   Мы должны четко представлять, какое место могла бы занять Россия в мировом разделении труда. Очевидно, что в сегодняшней ситуации Российская Федерация может претендовать на лидерские позиции в ряде секторов мировой экономики, для этого у нас есть все необходимые ресурсы и предпосылки. Очевидно, что мы должны наиболее эффективным образом распорядиться теми преимуществами, которые у нас исторически сложились. При этом понимая, что положение страны в мировом сообществе определяется прежде всего качеством человеческого капитала и наличием технологий, обеспечивающих глобальные конкурентные преимущества. При этом неправильно было бы искусственно создавать условия для роста в тех секторах, в которых Россия едва ли сможет в ближайшие годы конкурировать на мировом рынке по объективным причинам. Конкурировать в массовом производстве недорогих товаров, например, с Китайской Народной Республикой, которая имеет абсолютные преимущества в виде дешевой рабочей силы, учитывая демографическую ситуацию в нашей стране и в целом нехватку рабочей силы, – вообще бессмысленно.
   Тогда где же наше место в мировой экономике?
   Позволю обозначить себе несколько позиций.
   Первая позиция. Во-первых, мы должны полностью использовать природную креативность наших людей. Это наше историческое богатство. Интеллектуальный потенциал России позволяет нам рассчитывать на место одного из мировых интеллектуальных центров, в рамках которого будут развиваться интеллектуальные услуги для крупнейших корпораций мира.
   Вторая позиция. Нашим несомненным и очевидным преимуществом являются природные ресурсы. По оценкам специалистов, в начале третьего тысячелетия на долю России приходилось, в частности, около 6 % мировых разведанных запасов, а по типам – 35 % природного газа, около 30 % железа, никеля, олова и бурых углей, 14 % урана и 13 % нефти, не говоря уже о крупнейших запасах лесных ресурсов и драгоценных металлах. Мы не собираемся снижать долю России в поставках на мировой рынок энергоносителей и товаров, основанных на переработке природных ресурсов, но своей главной задачей мы видим увеличение глубины их переработки и поставку на мировой рынок конкурентоспособной продукции, продукции последних технологических переделок с высокой долей добавленной стоимости.
   Третья позиция – нашим преимуществом является уникальное географическое положение России. Оно создает предпосылки для развития у нас крупнейших транспортных коридоров, которые могут ускорить передвижение товаров, мировой торговли, сделают Россию одним из крупнейших коммуникационных и логистических центров мира.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Поделиться ссылкой на выделенное