Дмитрий Калюжный.

Забытая история Российской империи. От Петра I до Павла I

(страница 6 из 37)

скачать книгу бесплатно

   Западная часть волны поразила юго-восточную Англию (там обнаружен занесенный илом лес, все деревья которого не вырваны с корнем, а срезаны на высоте примерно полутора метров ударной воздушной волной, предшествовавшей водяному валу). Та же участь постигла и северо-запад Европы: Нидерланды, Германию, северную Францию, – следы затопления сохраняются здесь до сих пор. В Прибалтике вода прибывала сравнительно медленно через узкие проливы, но незатопленными здесь остались только Сувалькия и Аукштайтия, где и выжило пра-литовское племя, оказавшись примерно на полвека отрезанным от остального мира.
   Карпаты, Судеты, Альпы и Пиренеи не дали волне затопить Центральную и Юго-западную Европу. Часть волны проникла в Средиземное море через Гибралтарский пролив и долину Гаронны и вызвала там сравнительно медленный подъем уровня воды, однако некоторое время существовал Суэцкий пролив (там, где теперь канал).
   Следы затопления есть в низменных частях Юго-Западной Африки и Северной Америки, а независимое свидетельство о последнем по времени резком изменении уровня Мирового океана, в том числе увеличении стока из Черного моря, дает график водного режима Нила. Из него следует, что последний «мокрый» период, когда воды Нила, подпираемые повышением уровня Средиземного моря, стояли на 4–7 метров выше ординара, был в XIV веке.
   Есть указания на то, что катаклизм имел место в 1259/1260 годах, но что тогда происходило, известно одному Господу Богу. Историки, основываясь на немногочисленных записях, сообщают, что в ожидании конца света обезумевшие люди убегали в леса, кончали жизнь самоубийством.
   Но остались физико-химические свидетельства об экстраординарных природных событиях. Например, керны коренных полярных льдов обоих полушарий Земли, относящихся к 1259/1260 годам, показывают исключительно мощные кислотный и сульфатный пики. Ни после этого, ни как минимум за 5000 лет до этого ничего подобного не отмечено. Существует мнение, что в тот год некое катастрофическое событие, загрязнив атмосферу твердыми и летучими продуктами, послужило «затравкой» для начала Малого Ледникового периода.
   Вулканологи (см. Langway C. C. Jr., Clausen H. B., Hammer C. U. An inter-hemispheric time-marker in ice cores from Greenland and Antarctica /Ann. Glaciol., 10, 1988, p. 102–108) грешат на грандиозное извержение вулкана, однако привязать сульфатный и кислотный пики «1259 года» к конкретному вулкану не удается. Правда, сравнение с известными извержениями вулканов позволяет оценить мощность катаклизма [12 - См., например, Rampino M.R., Self S., Stothers R.B. Volcanic winters. – Annual Review, of Earrth and Planetary Sc. Lett., 16, 1988, p. 73–99, или работы Raynaud D. The total gas content in polar ice core. – The climatic record in polar ice. Cambridge, 1983, p. 79–82.; и Gerlach T.M., Graeber E.J. Volatile budget of Kilauea volcano. – Nature, v.313, № 6000, 1985, p. 273–277.] примерно в 1000 мегатонн аэрозоля, содержащего не менее 100 миллионов тонн серной кислоты.
Такое резкое воздействие на окружающую среду не могло пройти без очень серьезного ущерба для флоры и фауны, – но поскольку о конкретном гигантском извержении вулкана для этого времени нет упоминаний, то возможна и версия не вулканического события, катастрофы, вызванной внеземным источником.
   Миграции крыс и распространение чумы в XIV–XV веках можно рассматривать как прямое следствие этого катаклизма. И не только вспышку одной болезни – обыкновенной чумы, но и бубонной чумы, и туберкулеза, и цинги и т. д.
   В XIV веке из-за постоянных штормов практически прекратилось мореплавание в Атлантике. С этого же времени люди начали строить дамбы и плотины – что в Москве, что в Голландии. Раскопки возле Боровицкой башни Кремля открыли четырехъярусную плотину. На территории северной Германии сохраняются следы «дюнкерской трансгрессии» – занесенные песком и илом леса и деревни.
   В связи с этим характерно и само обозначение Средневековья в письменных источниках XV–XVI веков. Первым в 1469 году зафиксировано латинское выражение «media tempestas», где слово tempestas означает не просто время, а «время бурь, катаклизмов» (ср., например, англ. tempest – буря), то есть оно передает явно негативную характеристику событий предшествующего временного промежутка. Далее появляется формула «media antiquitas» (1494) – «средняя античность», промежуток примерно с середины XIII по середину XV века. Во французском языке само слово antique, как и в итальянском – antico, вошло в обиход в XV веке; оно произошло, полагают, из латыни, но по-латыни antequos означает «до каких-то событий».
   До каких же это «событий», чем они характерны?
   Мы находим подсказку у Джорджо Вазари (1511–1574), крупнейшего искусствоведа XVI века. Его представления о хронологии отличаются от современных: из его книги следует, что «древнеримский» Цезарь был еще жив в 1313 году, а чуть раньше при владычестве готов появился «готический стиль»: «Манера эта была изобретена готами, ибо после того, как были РАЗРУШЕНЫ древние постройки и войны погубили архитекторов, то ОСТАВШИЕСЯ В ЖИВЫХ стали строить в этой манере, выводя своды на стрельчатых арках и заполняя всю Италию черт знает какими сооружениями…»
   Кстати отметим стоящие в некоторых языках особняком латинизированные слова, отмеченные на письме с XVI века, а появившиеся в языке, надо полагать, лет за сто-двести до него: английское disaster и французское dйsastre – «катастрофа», которые явно связаны с исчезновением светила, поскольку astrе означает именно светило. Да и само греческое слово катАСТРофа (крушение, гибель), известное буквально всем языкам, содержит этот корень.
   В русских хрониках, датируемых XIII–XIV веками (хоть они и содержатся в более поздних списках), отмечаются покраснение неба, землетрясения, лесные пожары, двухмесячная тьма, небывалые наводнения и прочее. Вологодская летопись: «Солнце погибло» (см.: Торопцев А. Москва – путь к Империи, 1147–1709, С. 72, 128).
   Мы в России имеем немало геологических, почвоведческих и прочих подтверждений катастрофы, – а может, и нескольких катастроф. В европейской части России отсутствуют россыпные месторождения, медленно образующиеся в корах выветривания, – они попросту смыты. Так же смыт и гумус Черноземья на абсолютных высотах (от уровня моря) ниже 120–140 метров: например, в районе Полтавы чернозем расположен меридиональными полосками на высоких местах, а в низинах его практически нет. В районе г. Волжского Волгоградской области на глубине 1 метра имеются места залегания 10-20-сантиметрового слоя беломорской ракушки и гальки, разделяющего выше– и нижележащие слои одной и той же красной глины.
   Прямое свидетельство постепенно затухающих последствий потопа с севера – высыхание Аральского моря. На картах XV–XVI веков отдельного Аральского моря нет, оно существует на них как часть Каспийского, в которое впадали и Аму-дарья и Сыр-дарья, образуя Мангышлакский лиман. Нет его и на французской академической карте 1706 года, составленной на основании данных второй половины XVI века. Мало этого, на месте нынешней Барабинской степи указано огромное озеро, обозначенное как Бараба или Ямище!
   В 1717 году Петр I отправил в Хиву корпус А. Бековича; одной из целей экспедиции была разведка восточного и южного побережий Каспия, поскольку у Петра были сведения, что в конце XVI века существовал водный путь между Каспийским и Черным морями. Такой путь действительно был: в XVI веке Дон и старое русло Волги сообщались протоками в районе Царицына. Такая ситуация тоже могла быть остатком бывшего затопления.
   На французской карте конца XVIII века (сост. R amp;J Ottens) Арал уже есть, но из него в Каспий еще существует сток, а на картах второй половины XIX столетия он уже отсутствует, как и Барабинское Ямище.
   Чуть больше двадцати лет назад абсолютная высота водного уреза Арала составляла 53 метра, а минимальная абсолютная высота водораздела Арал-Каспий – около 70 метров. Это значит, что за последние двести лет уровень Арала опустился, по крайней мере, на 20 метров, поскольку в XVIII веке он стекал в Каспий. И раз еще недавно уровень Каспия лежал на 28 метров ниже уровня океана, можно оценить временноўй интервал, когда произошел перелив северных вод: вторая половина XIII – первая половина XIV века.
   Важным свидетельством морского потопа является соленая с привкусом горечивода, которая еще в начале XVII века стояла, например, в окрестностях Старой Руссы: «Бог вод, Нептун, послал жителям и соляную воду: они проводят ее трубами и каналами в дома и вываривают из нее соль, которой достает не только для их употребления, но и на продажу соседям. Впрочем, она не очень вкусна и не сообщает приятного вкуса кушаньям, которые с нею варятся. Жителям надо брать для одного блюда втрое больше своей соли, тогда как для нашей было бы достаточно и половины того количества» (см.: О начале войн и смут в Московии. М.: Рита-принт, 1997. С. 190).
   Эта горчащаяполусоленая (то есть разбавленная пресной морская) вода опять-таки указывает на XIII–XIV века, как на время ее происхождения, ибо сейчас такой воды в Старой Руссе нет!.. От того же потопа в 15 км от Нижнего Новгорода образовались нерудные соляные копи, которые были известны в XV–XVI веках. Однако на подавляющей части Восточно-Европейской низменности (в отличие от солончаков Прикаспия) соленой воды не стало уже примерно через 50 лет после потопа из-за высокого среднегодового уровня осадков.
   Одно из интереснейших мест, где сохранились следы той катастрофы, – Москва. Абсолютные высоты в долине Москвы-реки колеблются в пределах 110–150 метров, а прошедшая здесь волна должна была быть высотой 120–140 метров (учитывая нагонные явления). Такая мощная «промывка» образовала коренные берега Москвы-реки, и даже сегодня можно наблюдать ее остаточные явления: оползень на Воробьевых горах и пруд на середине оползня.
   В период затопления Москва действительно могла выглядеть, как группа из 7 островов, то есть «холмов». В таком случае после спада «горькой воды» в Предъяузье должна была образоваться соляная старица, и она появилась, о чем свидетельствует название улицы Солянки.
   Были ли поселения на месте Москвы до XIV века, или нет – доподлинно неизвестно, однако на высоких местах (например в районе нынешнего цирка на Воробьевых горах) на глубине всего около 6–6,5 метра залегают кости мамонтов…


   Первым центром Руси считается Киев. Затем этих центров стало четыре: Владимир, Галич, Вильна и Новгород. Это были центры Руси Владимирской, Руси Червонной, Руси Литовской и Руси Новгородской. Каждая из них могла стать центром будущего общего государства, но со временем только Владимирская Русь приобрела явные преимущества.
   Как и почему это произошло?
   Практически все труды по истории России написаны на основе детерминистского стиля мышления, требующего непременного нахождения причин и следствий в событиях. Авторы исторических трудов, зная «ответ», строят однозначные цепочки событий, приводящие к известному им результату, основываясь на деяниях властных лиц, описанных в «источниках». А «источники» составлены опять же авторами, занятыми поиском причин и следствий!
   На этом пути никаких закономерностей развития (эволюции) сообществ найти нельзя. Во-первых, исторический процесс не линеен: в процессе развития общество попадает в ситуации неустойчивости, когда выбор того или иного направления движения случаен, а потому искать здесь закономерности бессмысленно. А во-вторых, попытка искать закономерности там, где их нет, приводит к выдвижению ложных причин, что не помогает понимать исторический процесс, а только запутывает исследователя.
   На деле преимущество Владимирской Руси перед другими центрами было в том, что Новгород, Галич и Вильна создали у себя чисто аристократический строй, такой же, каким он был в Киеве, – некое подобие «феодальной демократии». Князья, то есть представители монархического начала, были просто наемниками, которых вече (как в Новгороде или Киеве) то приглашало, то изгоняло по собственному желанию. В Галиче княжескую власть боярство вообще ликвидировало. В Литовско-Русском государстве аристократия постоянно пыталась утвердить свои вольности перед лицом единодержавной власти, что ей и удалось – правда, ценой существования государства.
   Мы говорили уже не раз: не следует представления сегодняшнего дня переносить на те давние времена, – на деле-то демократии ни в Киеве, ни в Новгороде не было никакой. По словам И. Л. Солоневича, «там была феодально-торговая аристократия (в Вильне была феодально-земельная). И это она, а никак не «народ», всячески ограничивала и связывала княжескую власть. И уж, конечно, не во имя «народа», а в своих собственных классовых интересах».
   Киевщина опустела от работорговли, которая была главным промыслом «лучших людей» – боярских «демократов», и от бегства населения на восток и на север от усобиц. И в Галиче, и в Вильне, и в Киеве аристократия, будь она земельная или торговая, «съела» верховную княжескую власть. В Новгороде развилась своеобразная форма торгового феодализма, так сказать, венецианско-ганзейского стиля, – и новгородские низы сделали выбор в пользу Москвы, бросив своих бояр в важной для судьбы Новгорода битве при реке Шелони.
   А вот на Руси Владимирской ситуация складывалась иначе. Первые попытки «самовластия», независимости от бояр, приписываются Андрею Боголюбскому, Великому князю Владимиро-Суздальскому в 1157–1174 годах. Он сделал ставку на низовую массу, покинул и Суздаль, и Ростов, а свою резиденцию перенес во Владимир, где не было никакой аристократии, где жили «смерды и холопы, каменосечцы и древоделы и орачи». Интересно, что еще до его рождения, в 1073 году, все эти смерды, древоделы и орачи поднимали восстания против боярской аристократии; наверное, Андрей переехал к ним поближе совсем не случайно.
   Итак, почему объединение началось со Владимира, ясно: единение Великого князя с народом и «подавление» самовластия бояр позволяло народу жить лучше, а государству – быть сильнее. Однако есть и второй вопрос. Почему во Владимирской Руси возвысилась именно Московское княжество, одно из самых маленьких и захудалых?
   Изложим традиционную версию.
   Московское княжество стало самостоятельным при младшем сыне Александра Невского, Данииле Александровиче (1276–1303).
   Оно было одним из самых небольших, но московскому князю удалось его значительно расширить. В 1301 году он отвоевал у Рязани Коломну, на следующий год присоединил Переяславское княжество. Так к Москве перешла большая и густонаселенная территория, что увеличило мощь княжества. А с вхождением в Московское княжество при сыне Даниила, Юрии (княжил в 1303–1325), Можайска вся территория Москвы-реки оказалась в его руках.
   За три года Московское княжество увеличилось почти вдвое, и Юрий Данилович почувствовал силу для вступления в борьбу за великое княжение во Владимире. Основным его соперником было соседнее Тверское княжество, князья которого в этот период владели ярлыком на Владимирское княжение, как представители старшей ветви, и поэтому имели больше прав на великокняжеский престол, и в конце концов московский князь Юрий Данилович получил ярлык на великокняжеский престол во Владимире. Затем ярлык попал в Тверь, но в 1327 году брат Юрия, московский князь Иван Данилович Калита вернул ярлык в Москву.
   Ему удалось скупить ряд сел в других княжествах, установить свою власть над Угличем, Галичем и Белоозером. Его стала поддерживать церковь: митрополиты сделали Москву своим постоянным местопребыванием. В годы его княжения татары и не подходили к московским владениям!
   С Ивана Калиты начинается процесс сложения нового русского государства, пока в составе Золотой Орды. Но укрепление Руси не входило в цели Орды; ее руководителям нужна была стабильность на торговых путях и управляемость в подвластных землях, не более. В 1340-х годах они наделили великокняжеским титулом князей Твери, Рязани и Нижнего Новгорода, и на Руси стало четыре Великих князя, которые самостоятельно собирали дань и по отдельности вели дела с Ордой.
   В 1375 году началась московско-тверская война, в которой на стороне Москвы оказались Ярославское, Ростовское, Суздальское и даже Кашинское (Тверской удел) княжества, а также Новгород. Тверской князь Михаил Александрович капитулировал. По заключенному договору владимирский стол признавался «вотчиной» (наследственным владением) московских князей, а статус тверского князя был приравнен к статусу князя удельного. Отныне судьба владимирского престола решалась уже не в Орде, а на Руси. Этому способствовало и ослабление Орды вследствие раздиравших ее усобиц и частых смен ханов.
   Перед смертью Дмитрий Донской (княжил в 1359–1389) составил завещание, согласно которому передавал владимирский великокняжеский престол старшему сыну Василию как свою вотчину, не упоминая о ханском ярлыке; так произошло слияние территории Владимирского и Московского княжеств, а спор Москвы и Твери был решен окончательно в пользу Москвы, которая становилась главным городом Руси. Ее границы достигали на севере Новгорода, на востоке – Нижнего Новгорода; на юге доходили до «дикого поля».
   Итак, важным этапом на пути к созданию единого русского государства был территориальный рост Московского княжества в конце XIV – начале XV века. При Дмитрии Донском к Москве были присоединены Дмитров, Стародуб, Углич, Кострома, обширные территории в Заволжье. В 1393 году сын Дмитрия, Василий I, добился подчинения Москве Муромского и Нижегородского княжеств.
   В 1395-м, в ходе войны с Золотой Ордой, в пределах Руси появился Тимур: он дошел до города Ельца и разграбил его. Василий Дмитриевич с войском вышел к нему навстречу, но битва не состоялась, – Тимур повернул назад. Причины этого не приводятся, но, видимо, в его завоевательные планы не входила война с Русью, тем более во время еще не закончившейся схватки с Ордой.
   В 1408 году неожиданный для Василия Дмитриевича поход на Русь совершил новый ордынский правитель, эмир Едигей. Его войска сожгли Нижний Новгород, Ростов, Дмитров, Серпухов, разорили села. Достигнув Москвы и получив денежный выкуп, он ушел.
   Василий II Васильевич Темный, который с перерывами княжил с 1425 до 1462 года, вел борьбу за престол с братьями и одновременно отражал набеги ордынцев. В этот период сильно окрепло боярство; многие вотчины уже не контролировались князьями, и бояре переходили от одного князя к другому. В результате князья уже не могли принимать важных решений без совета с боярской думой.
   Но Василию Темному удалось нейтрализовать сепаратистские наклонности боярства и повернуть Московию к старым «монархическим» правилам. Экономическую основу политического влияния бояр составляло владение вотчинами. Василий, пользуясь правом верховного собственника земли, конфисковал («записал на себя») все земли бояр-мятежников, поддержавших его конкурента Дмитрия Шемяку, князя галицкого. Эта акция послужила уроком для всего боярства.
   Заключительными этапами «собирания» русских земель вокруг Москвы стали присоединения Ярославского (1460-е), Ростовского (1474), Тверского княжеств и Новгородской земли, а также западнорусских земель из состава Великого княжества Литовского. И пока Москва набирала мощь, Золотая Орда рассыпалась. Она к 1480 году уже практически не существовала, распавшись на несколько воюющих между собой ханств, а правивший тогда хан Ахмат был ханом не Золотой Орды, а так называемой Большой Орды, занимавшей сравнительно малую территорию между Днепром и Доном и подвергавшейся нападениям других ханов – и из Крыма, и с Волги.
   Таково традиционное описание прошлого Московии. Но характерно, что не только о Юрии Долгоруком (отце Андрея Боголюбского), применительно к Москве, но даже о периоде княжения здесь Даниила ничего толком неизвестно, – и это не наше мнение, а И. Е. Забелина. Московская знать и в XVI, и в XVII веках возводила свои родословные сказки лишь ко временам его внука, Дмитрия Ивановича Донского, не ранее.
   Официозная версия утверждает, что городу Москве более 850 лет, ибо он основан Юрием Долгоруким, о чем упомянуто в летописи под 1147 годом. Однако подлинные документы о городе мы имеем лишь начиная с XV века и с некоторой степенью уверенности можем говорить о его истории с XIV века. И эти данные, в отличие от легенды, подтверждаются тем, что именно с этого времени на территории Москвы начали строить церкви. Но каков же был город и где строили церкви? Исследования краеведов А. Щуйко и А. Синельникова показывают, что совсем не в городе Москве!
   Собранный и проанализированный ими материал заставляет серьезно задуматься. Оказывается, древнейшие храмы на территории Москвы – церкви Благовещения Святой Богородицы, Архангела Михаила и прп. Иоанна Лествичника (ее разобрали, когда строили этом месте Ивана Великого). Самые древние!
   Также одним из самых древних на территории современной Москвы полагают храм Рождества Иоанна Предтечи на бору (Боровицкий холм), на месте языческого капища. Год основания неизвестен; обычно пишут: наверное, скорее всего, вероятно этот храм был построен Юрием Долгоруким… а может быть, в 1321 году. Каменным он стал с 1461 года, и это был старейший каменный непрерывно сохранявшийся храм в Кремле; изначально его называли храмом Св. Иуара.
   В 1847 году его аккуратно разобрали из-за ветхости, о чем Иван Забелин в своей книге «Истории города Москвы» (М.: Столица, 1990. С. 64), со ссылкой на другую книгу об истории этой же церкви и цитатой из нее сообщает:
   «2-го октября 1846 г. Государь Император Николай Павлович при осмотре Новаго дворца… Высочайше повелеть соизволил церковь св. Иуара (как в это время прозывался древний храм по имени предела) перенести в башню Боровицких ворот, ныне же существующие ее строения разобрать» (Успенский А. И. Судьба первой церкви на Москве. М., 1901. С.15). При разборке каменного храма под кирпичным сводом каменного жертвенника (у Предтеченского престола) была найдена захороненная лошадиная голова с костями. Под КИРПИЧНЫМ сводом КАМЕННОГО жертвенника!
   Лошадиная голова!
   О принесении в жертву лошадей как части традиции, «одной из многих, сохранявшихся до недавнего времени», читаем в книге Н. Пенник и П. Джонс «История языческой Европы».
   «Церемониальное убийство лошади и приготовление сакрального блюда из ее мяса являлось частью североевропейской языческой традиции. Лошадь считалась тотемным животным Водана/Одина… Папа Григорий III (731–741 гг.) запретил употреблять в пищу лошадиное мясо, назвав это «грязным и оскверняющим деянием». Собор в Келкиде (787 г.) также осудил потребление мяса лошади как «обычай, позорящий народ Британии»… Но традиция не исчезла мгновенно. Так, конину ели даже монахи аббатства Св. Галла, за что возносили хвалу Господу в благодарственной стихотворной молитве, написанной монахом Эккехардом (ум. в 1036 г.).
   Употреблять в пищу конину запретили и в Париже в 739 г. Языческие жертвоприношения заклания лошадей продолжались в Дании вплоть до начала 11 в. Лошадей убивали во время похорон английского короля Иоанна, императора Карла IV в 1378 г. и Бертрана Дувесклина в 1389 г. В 1499 г. ландскнехты принесли в жертву коня в честь окончания Швабских войн. На похоронах генерала кавалерии Фридриха Казимира в Трире в 1781 г. его коня убили и опустили в могилу…
   Лошадей продолжали приносить в жертву и при закладке зданий… Так, лошадь принесли в жертву в 1318 г, когда был основан монастырь Кенигсфельден в Германии. Существует множество примеров, когда череп лошади помещали в церквях и других священных сооружениях. При возведении церкви Св. Ботольфа в Бостоне (Линкольншир) лошадиные кости замуровали в пол… Восемь лошадиных черепов обнаружили внутри кафедры проповедника в зале собраний на Бристоль-стрит в Эдинбурге в 1883 г.; также их нашли и под сиденьями на хорах в Лландаффском соборе в Уэльсе. Аж в 1897 г. череп лошади замуровали под фундаментом новой методистской церкви в Блэкхорс-Дроув… Случаи принесения в жертву лошадей зафиксированы и в Голландии в 18 в.»…
   И вот мы видим лошадиный череп в храме Св. Иуара в Кремле, который стал каменным с 1461 года, в гробнице под кирпичным сводом прямо в алтаре.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37

Поделиться ссылкой на выделенное