Дмитрий Янковский.

Разбудить бога

(страница 6 из 30)

скачать книгу бесплатно

– Ну и что? – Олень посмотрел на меня тем же взглядом, каким иногда смотрела Зинаида Исаевна. – Сколько бы ни было, осталось их слишком мало. Порог перейден. Баланс нарушен. Все. Видишь, как падают листья? Надо уметь наслаждаться и такой красотой.

– Думаешь? – зло спросил я.

– Ничего другого не остается. И чем дальше, тем будет хуже. Агония человечества будет очень тяжелой. Болезненной. Люди никому не нужны. Даже себе. Они выкашивают друг друга в войнах, взрывают себя в толпе, выкидывают друг друга из окон, чтобы завладеть квартирой, а потом продать ее. Накачивают себя наркотиками, чтобы упасть красиво, как эти листья. Даже дети уже никому не нужны. Их попросту перестали рожать. Люди подсознательно чувствуют, что миру приходит конец.

– И ничего исправить нельзя? – с напором спросил я.

– Когда тебе снится кошмар, ты что-нибудь можешь исправить? – Олень посмотрел мне в глаза так, что я испугался до ледяных мурашек. Это не было взглядом травоядного. Это не было взглядом хищника. Нет! На меня через черные глаза Оленя смотрел какой-то древний демон, я ощутил это совершенно явственно.

«Ни хрена себе добрый волшебник!» – ужаснулся я, вываливаясь из сна.

Наверное, я вскрикнул, потому что, когда открыл глаза, Катя встревоженно приподнялась на кровати.

– Что с тобой, Саша? – спросила она.

– Ничего. Кошмар.

– Опять? – напряглась она. – Сфера взаимодействия?

– Нет, – ответил я. – Просто кошмар.

– Честно?

– Да.

За окном светало. Я уткнулся в подушку и снова заснул.

Глава 5
Стекла

Окончательно мы с Катькой проснулись около двух часов дня. Макс давно бодрствовал, что понятно было по гулким взрывам и коротким автоматным очередям, доносившимся из гостиной, где стоял домашний кинотеатр. Иногда звенели падающие гильзы.

– Хорошо, что эта ужасная ночь позади, – Катька обняла меня и прижалась щекой к плечу. – Хочешь соку?

В гостиной шарахнуло особенно сильно, взвизгнули осколки, посыпалось откуда-то битое стекло и кирпич.

– Томатного, – ответил я. – Когда плохо высплюсь, это единственное средство, способное привести меня в чувство.

Кто-то сдавленно крикнул за дверью, звонко лязгнул затвор.

– Знаю, – улыбнулась она.

Мы встали, оделись и направились в столовую. Проходя через гостиную, я махнул Максу.

– Сань, ты обещал отвезти меня в тир! – оторвался он от экрана.

– Отвезу, – подтвердил я.

Фильм шел новейший, наверняка из тех, что я привез от Гоги-пирата три дня назад. Очевидно, по сюжету назревала танковая атака, если бронированные машины, со свистом висевшие над выжженной землей, можно было назвать танками. С натяжкой можно, наверное.

В холодильнике отыскалась запотевшая банка итальянского томатного сока. Не из тех, на пакетах с которым гордо красуется надпись «без консервантов», а действительно натуральный продукт. Двадцать долларов за банку – достаточная гарантия того, что не будешь пить всякую рекламируемую дрянь.

Катька взяла телефон и принялась звонить Анечке – нашему домашнему доктору.

Выпив сок, я достал из холодильника вчерашние суши с осьминогами и начал выкладывать их на поднос. Полгода назад у нас была кухарка, но вскоре мы от ее услуг отказались – по тем же причинам, что и от услуг многих наемных работников. Проще через Интернет заказывать еду в японском ресторане, чем связываться с трясущимися от жадности агентствами, предлагающими работников. Меня раздражало, что любой бизнесмен средней руки и выше мечтает получать деньги, ничего не давая взамен. В Москве это превратилось в какой-то спорт. Получится или нет? Сколько раз надо пообещать дать денег, а потом кинуть, чтобы человек перестал работать? Кто-то в этом спорте выигрывал по очкам, кто-то проигрывал, получив выстрел в голову, но сама игра не прекращалась. Однако больше всего меня напрягало то, что мы с Катькой теперь в этом спорте стали едва ли не чемпионами. Правда, лично у меня это не вызывало никакого азарта.

– Я договорилась с Анечкой на три, – сообщила Катя, кладя телефонную трубку. – Успеем?

– Должны, – кивнул я.

Мы перекусили, после чего я позвонил Пашке и велел готовить машину, а сам занялся выяснением подробностей вчерашнего покушения. Для этого надо было задействовать нашу собственную службу безопасности. Я набрал номер Эдика.

– Саша? – спросил он несколько удивленно. Я в последнее время редко к нему обращался, не было повода.

– Да. У меня тут очень щекотливое дельце.

– Зинаида рассказывала. С ментами проблемы?

– Нет. На это забей. Наоборот, я хочу сам создать им некоторые проблемы. Короче, надо у них изъять жмурика и кинжал, которым он меня чикнул. Это важно.

– Изъять?

Я ожидал удивления в его голосе, но услышал лишь легкое напряжение. Нервы у Эдика были, наверное, из хромированной стали.

– Именно так, – подтвердил я. – Изъять. Жмурика из криминального морга, а кинжал из хранилища вещдоков.

– Саш, ты понимаешь, как это сложно?

– Понимаю. Поэтому обращаюсь к тебе, а не к Ахмаду. Тебя мне рекомендовали как человека, для которого нет ничего невозможного в его области.

– На понт и на слабо меня, Саш, брать не надо. Обидно ведь! Что я, пацан какой? Если ты не шутишь, то возникает вопрос цены.

– Хочешь, я тебя удивлю? – улыбнулся я.

– Валяй.

– Бюджет на это дело не ограничен.

– В смысле? Лимон, что ли?

– Нет, Эдик. Вообще не ограничен. Постарайся уложиться в пятерочку, но если не выйдет, я еще подтяну средства. Но отчет потребую по каждому шагу и за каждую копейку, чтобы ты поскромнее кидал себе на карман.

– Ты меня сегодня второй раз обижаешь.

– Забей, Эдик. Меня вчера так сильно обидели, что ты уж как-нибудь переживешь. Веришь?

– Ладно, не грузись.

– Добро. Берешься?

– Без вопросов. Хочешь, я тебя тоже удивлю?

– Валяй.

– Пятерочка мне не нужна. В лимон уложусь.

– А смысл?

– Вопрос чести.

– Что?! – ему и впрямь удалось меня удивить.

– Понимаешь, если я с этим делом справлюсь, моя репутация укрепится, – ответил Эдик. – Это почти меркантильный интерес. Ты ведь сам потом снова обратишься ко мне, а не к Ахмаду.

– Почти меркантильный?

– Почти. Есть ценности подороже денег.

– Да ну, – поддел я его, желая выяснить, что он думает по этому поводу.

– Вот тебе и ну. Это Ахмад или Сулейман могут с лохов просто взять денег, а работу сделать спустя рукава. Я нет.

– Почему? Это что-то новое на рынке труда.

– Нет, Саш. Это старое. Новое – то, что делает Ахмад. Поглядим еще, кто дольше продержится, как ты говоришь, на рынке труда.

– Какая разница, кто сколько продержится? Они за год нахапают больше, чем ты с такими принципами за десять.

– Может, и так. Но у меня два сына. Не знал? Хотелось бы передать им дело с хорошей репутацией. А что касается денег… Ты ведь мне позвонил по миллионному делу, не к Ахмаду.

«Вот это номер, – подумал я. – Может, не так все плохо в мире, как мне казалось? Погорячился Северный Олень, точно погорячился. Возможно, нашему престарелому миру до агонии еще далеко».

Я продиктовал Эдику фамилию следователя, который меня допрашивал, и велел работать оперативно.

– Зачем тебе труп? – спросила Катя, присев на диван.

– Исследовать, – серьезно ответил я. – Хотя нет, вру. На самом деле не хочу, чтобы этот жмурик лежал в ментовке.

– А смысл?

– Не знаю. Кать, что-то происходит вокруг нас, что-то очень странное. Я бы сам хотел разобраться. Без ментов, без чужих экспертов и, уж конечно, без вмешательства ученых из Академии наук.

Я подумал, стоит ли Катьке рассказывать о приснившемся. Что рассказать, а что утаить?

– Мне сегодня Олень приснился, – признался я.

– Тот самый?

– Да. Но вообще сон был настолько странным, что я не понял, на чем он основан. Реальный это был контакт с некой сущностью или только проекция моего воображения.

– Рассказывай, – потребовала она.

– Мы с Оленем говорили о гибели мира. Тему начал он. А потом он так посмотрел на меня… Кать, я во сне до судорог испугался. Его глазами на меня глянул какой-то жуткий доисторический демон. Я вот сейчас вспоминаю, и мурашки по коже. И теперь вообще не понимаю, что собой представляет этот чертов Олень.

Слово «чертов» снова вызвало на спине волну ледяных мурашек, а сердце неприятно заныло в груди.

– Мне кажется, это отображение какой-то части твоего подсознания, – предположила Катя. – Проявляющаяся во сне.

– У меня тоже до сегодняшнего дня это была версия номер один. Сейчас сомневаюсь. Не мог я такого придумать.

– Мог, – успокоила она меня. – Ты же спал, а сон разума всегда рождает чудовищ. У нас столько всего внутри! Миллиарды лет эволюции оставили свои следы. Почти стертые, но не до конца. Где-то в глубине нашего естества, на генном уровне, мы запросто можем помнить рев хищных динозавров.

– Нда… – вздохнул я. – Но грибница, растущая из трупа, – это произошло не миллиард лет назад, а вчера. Беспокоит меня эта хрень. Честно.

– Меня тоже, – ответила Катька. – Но надо ехать, Анечка ждет. Грибница грибницей, но если клинок был отравлен, это представляет более значимую опасность на данный момент.

– Согласен. – Я кивнул. – Поехали. Только давай Макса возьмем, я его обещал в тир завезти.

– Это еще зачем? – напряглась Катька.

– Он меня вчера огорошил. Говорит, что я когда-нибудь стану старым и не смогу стрелять из винтовки. Поэтому, если он не научится, некому будет тебя защитить от злых колдунов.

– Чисто мужская позиция, – фыркнула Катька. – А я, значит, сама о себе уже не в состоянии позаботиться?

– Ты к тому времени тоже будешь старой, – улыбнулся я.

– Очень смешно.

Она фыркнула и встала с дивана.


Анечка заведовала крупной частной клиникой на севере Москвы. Пашка повез нас не по шоссе, а боковыми улочками, чтобы не увязнуть в пробках. Благодаря ему до клиники мы добрались минут за сорок. Я бывал здесь несколько раз осенью, когда Макс болел, но сейчас тут многое изменилось. Охраны на въезде стало побольше, и оружие у них стало посолиднее – импортные пистолеты-пулеметы вместо дробовиков. «Стечкин», которым я полгода назад вооружил Пашку, пришлось сдать на посту, получив взамен алюминиевый номерок.

Корпуса клиники тоже частично реконструировали. Добавилось затемненных зеркальных стекол, никелированных труб и автомобильных пандусов для подъезда к самому входу. Пашка заехал по одному из них и остановился у дверей. Я выбрался на очищенный от снега асфальт, ежась от пронизывающего холода.

– Макс, побудешь с Павлом? – спросила Катька у сына, выходя следом. – Мы с Сашей одни быстрее управимся.

Они что-то еще говорили, но я не расслышал. Мое внимание привлекло нечто важное, чего я никак не ожидал увидеть так скоро. Внизу, метрах в тридцати от нас за прутьями забора, в толпе на тротуаре мелькнул огненно-рыжий сполох. Не только волосы незнакомки, но и ее длинношерстная шубка была ярко-рыжего цвета.

«Так-так, – подумал я. – Сон в руку. Алиса?»

Конечно, это могло быть и простым совпадением, но я был почти уверен, что рыжая девушка в толпе – Алиса из сна. Это меня не на шутку встревожило, поскольку я не знал, чего ожидать от ее появления. Но ничего не произошло. Заметив мой взгляд, она смешалась с толпой и скрылась из вида.

– Что там? – настороженно поинтересовалась Катька, проследив направление моего взгляда.

– У меня паранойя, – соврал я. – Повсюду чудятся снайперы.

– Тебя же резали, а не стреляли. – Она зябко поежилась и подняла воротник белой шубы.

– Привычка, – пожал я плечами. – Пойдем.

Мне было стыдно за вранье. Надо было Катьке обо всем рассказать, но я был уверен, что ей не понравятся снящиеся мне рыжие незнакомки. Точнее, не сами незнакомки, а тот факт, что они мне снятся. Не хотелось ее расстраивать попусту.

Мы поднялись на третий этаж, где нас встретила Анечка.

– Привет, – улыбнулась она, открывая дверь в кабинет. – Давайте-ка раненого сюда.

Катька уселась на кушетку, а я разделся и улегся спиной кверху на операционный стол.

Анечка осмотрела повязку, вздохнула.

– Так-так… – Она осторожно сняла бинт с раны. – Ох эскулапы… Кто же так зашивает? Им бы так зашить одно место! Потерпи, не дергайся.

Она вызвала ассистентку и попросила принести какие-то инструменты.

– Вовремя приехали, милые мои, – сказала Анечка. – Если бы края раны в таком виде срослись, шрам бы остался как от удара серпом. Сейчас укольчик сделаем, и я подправлю шов. Совести у людей совсем не осталось. И ведь врачи!

Она вколола мне анестезию, продолжая непрерывно болтать. Спина потихоньку немела. И вдруг зазвонил телефон.

– Влад, – сказала Катька, передавая мне мобильник.

– Да, – ответил я в трубку.

– Саня? Ты где? – послышался в трубке голос Влада.

Мне показалось, что он либо пьян в стельку, либо укололся фенамином.

– В Караганде. По роумингу, – недовольно ответил я.

Влад хихикнул, потом спросил неожиданно:

– Приколоться хочешь?

– Ты с дуба рухнул? – разозлился я. – Или феном обдолбился?

– Нет. Я фотки смотрел. Ну те, что мы вчера сделали. Ножик, которым тебя почикали.

– И что?

– Да я всю ночь парился, где видел такую рукоятку, как на ноже.

– И что? – Я всерьез напрягся.

– А нигде, – беззаботно ответил Влад.

– Ты заколебал! – разозлился я. – Мне тут жопу скальпелем режут, а ты прикалываешься!

– А, извини, я не знал. Думал просто, может, тебе надо.

– Что надо?

– Ну про кинжал. Ты же его зачем-то фотографировал!

– Так, Влад, погоди, – попробовал я внести ясность. – Ты что-то знаешь про кинжал?

– Нет. Я знаю только про рукоять. Точнее даже не я…

– Стоп! – я не позволил ему увести разговор в сторону, уже окончательно поняв, что Влад как следует закинулся каким-то суровым стимулятором. – Что именно тебе известно про рукоять?

– Да не знаю я ничего про рукоять! Зато знаю про Спящего Бога.

Вот уж чего я от Влада не ждал, так это столь резкого поворота.

– Саша, не дергайся, – попросила Анечка. – Я же скальпелем работаю, а не зубной щеткой. Потом не можешь поговорить?

– Нет!

Я подозревал, что уже минут через пять от Влада ничего нельзя будет добиться. Поэтому откладывать разговор было никак нельзя.

– И что ты знаешь про Спящего Бога? – осторожно спросил я в трубку.

– Это не я. Это индийские брахмапутры. Короче, я недавно зацепил одну чумовую деваху…

– Влад, мне совершенно не интересна твоя сексуальная жизнь. Что ты знаешь про Спящего Бога?

– Это не я, это она. Она, прикинь, блин, тантристка. Ну собираются в клубешнике на закрытую типа дискотеку, ну и там дают джаз. Трахаются по науке и все такое. Даже дрочат толпой.

– И что?

– В смысле? – не понял Влад.

– Ты говорил про Спящего Бога.

– И что?

– Ты не договорил.

– А на чем я закончил?

– На том, что они там дрочат толпой! – психанул я.

Анечка фыркнула.

– Ну да. Я в шоке был, когда увидел.

– А Спящий Бог тут при чем? – я уже почти дошел до точки кипения.

– Ну я же говорю, блин, у них там все по науке. Типа эту хрень индийские брахмапутры придумали тыщу лет назад. Так вот они среди прочего придумали бабу с шестью руками, богиню. И ее мужа со здоровенным членом. Он тоже у них за бога катит. А еще у них есть тайный бог. И он, прикинь, все время дрыхнет! Вообще. Беспробудно. Наверно, закинулся чем-то конкретным. Но ты же еще не знаешь, в чем прикол! Я тебе не говорил?

– Нет!

– Ну так слушай. Этот бог все время спит. И знаешь, что ему снится? Мы, блин, все. А? Круто?

– И что?

– Да то, блин! Мы ему снимся, и земля, и звезды, и другие боги, и вообще все ему снится. Поэтому оно все есть. Мы есть, потому что снимся этому богу. И вообще весь мир. И если этот бог проснется, то всему пипец.

– Какой пипец? – ошарашенно спросил я.

– Полный, – категорично ответил Влад. – То есть если Спящий Бог вдруг проснется, то все исчезнет и не будет ни-че-го. Ваще. Круто?

– Пожалуй. А мораль в чем?

– Да нет там никакой морали. Они все аморальные, дальше некуда. Но девка чумовая, я тебе говорю. Такие номера выделывает… Шнурки, блин, языком умеет завязывать. Натурально!

– А если Бог опять заснет? – спросил я без особой, надо признать, надежды.

– А хрен знает, – произнес Влад. – Наверное, начнется новый мир. Но этого уже точно не будет.

– Понятно, – ответил я и отключил телефон.

– Что там? – спросила Катька.

– Потом расскажу.

– С тантристами связались? – спросила Анечка. – Не советую, милые мои. Они являются переносчиками очень привязчивых идей. Если хотите группового секса, то лучше податься к свингерам. Там никаких идей, чистая дружба между постоянными парами. В разных вариантах, естественно. А у тантристов секс – не главное. Главное у них, милые мои, – единение с божеством. А божества у них жутковатые, на мой взгляд. Если хотите, могу дать адресок свингерского клуба. Или позвоню, когда соберусь к ним.

– Нет. – Катька помотала головой. – Это мы вообще не о том. Ты же знаешь, мы фильм снимаем. Там по сценарию индийская мифология.

– А, ну да, понимаю, – улыбнулась докторша, закончив меня резать. – Но если что, звоните. Групповой секс очень благоприятно сказывается на психическом здоровье, если не игнорировать меры безопасности. Ну вот, готов нормальный шов. Теперь, Сашенька, пойдем в лабораторию, я анализы возьму. Катерина беспокоится, что в рану могли быть занесены опасные вещества.

Сдав анализы, я договорился позвонить Анечке завтра и узнать о результатах. В лифте Катька на меня насела.

– Что там? – настойчиво спросила она. – Влад что-то раскопал?

– Пока не знаю. Но он познакомился с какой-то девицей. Вроде она тантристка, разбирается в индийской мифологии. И, кажется, у индийцев есть какой-то тайный Спящий Бог. Те, кто в него верят, считают, что мир существует, только пока этот Бог спит, поскольку все сущее ему снится.

– Вот голова у меня дырявая! – неожиданно воскликнула она. – Ну конечно! А я-то думаю, где-то ведь уже слышала про Спящего Бога! Пелевин в одной из книг о чем-то таком писал. Точно! Да-да! Именно в таком варианте.

– Ему-то откуда знать? – удивился я.

– А у него прикол такой. Узнает всякие малоизвестные вещи, потом немного приукрашивает и строит на них часть сюжета. У него действительно упоминался Спящий Бог, который видит весь мир во сне.

– Надо разузнать, какая литература есть по этому поводу. Но это вечером, а то Макс надуется, если я его в тир не отвезу.

– Вечером? Саш! Ты что, забыл? Сегодня же двадцать второе число! У нас вечеринка с концертом.

– Нда… – я потер лоб. – Точно. Ладно, тогда, когда доберусь до компьютера.

Мы покинули корпус клиники и сели в машину. Паша весело болтал с Максом, рассказывая, как он ловил бандитов, работая в ментовке.

– Едем? – спросил он.

– Да. К Адику в тир.

Когда Пашка обменивал у охранников номерок на «стечкин», мне в голову пришла удивительная мысль. Как-то в пылу событий я совсем упустил из внимания «беретту» Кирилла, которую в кабинете у меня выхватил невидимка. Пистолет ни мне не попался на глаза, ни ментам! Хотя они досконально осмотрели помещение в поисках улик.

«Так-так, – подумал я с некоторой растерянностью. – Это что же выходит? Выходит, значит, что невидимка был не один? Вот это номер! Почему же второй меня не грохнул, если завладел пистолетом?»

Мне стало страшно. Давненько смерть уже не подходила ко мне так близко. Но напугало не близкое ее дыхание, а то, что кто-то зачем-то меня помиловал, хотя мог беспрепятственно пристрелить. Зачем тогда нападать, если не доводишь дело до конца? Непонятное всегда тревожит больше, чем внятная опасность, по крайней мере со мной всегда так. Я пытался найти рациональное объяснение случившемуся, но не мог. Попросту не хватало данных. Наконец я зацепился за версию, что между невидимками могли возникнуть некие разногласия по поводу моей судьбы. Тот, кто хотел меня убить, был убит мной. А кто сомневался, тихо ушел, когда представилась такая возможность. И пистолет прихватил. Версия была жиденькой, из пальца высосанной, но другой я придумать не мог.

Мы пересекли МКАД и направились к загородному поселку, где располагался тир Адика.

– Саня, – негромко сказал Паша, останавливаясь в заторе на выезде. – Может, мне кажется, но красный «Фокус» едет за нами от самой больницы.

– Баба за рулем, – обернувшись, сказала Катя. – Рыжая. Сань, ты знаешь ее?

У меня екнуло сердце.

– Нет, – ответил я, для проформы обернувшись.

Красный, точнее ярко-рыжий «Форд-Фокус» встроился в поток в пяти корпусах позади нас. За рулем сидела Алиса – совершенно точно. Та самая девушка, которую я видел во сне. Руль она держала вальяжно, одной рукой, устремив взгляд поверх наших голов, словно до нас ей не было никакого дела.

– Давно ты ее заметил? – спросил я Пашку.

– Говорю же, от самой больницы. Но она держалась намного дальше, только сейчас приблизилась.

– Хвост! – радостно воскликнул Макс. – Сань, за нами следят, да? Это киллер или шпионка?

– Пока не знаю, – честно признался я.

Поток медленно двигался, но за постом дорожной милиции начал набирать скорость и вскоре рассосался. Рыжий «Фокус» отстал примерно на километр, время от времени скрываясь за изгибом дороги.

– Попробуй оторваться, – сказал я Павлу.

Он усмехнулся и вдавил акселератор. «Майбах» так рванул вперед, что нас перегрузкой вдавило в спинки сидений. Водитель Пашка был опытный – он вывел машину на осевую, врубил ксенон и погнал посреди дороги, распугивая зазевавшихся водителей мощным аккордом клаксона. «Форд» исчез позади. Он физически не мог тягаться с «Майбахом» ни по одному показателю. Машина за двадцать тысяч долларов все же сильно отличается от машины за восемьсот тысяч.

Не дожидаясь, когда загорится зеленая стрелка на светофоре, Пашка вывернул руль и свернул с трассы на дорогу, ведущую в поселок. Нам кто-то зло посигналил, но перекресток быстро пропал за поворотом. Машина начала сбавлять скорость, мы проехали несколько первых кварталов, после чего пересекли бульвар и остановились у знакомого дома.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Поделиться ссылкой на выделенное