Дмитрий Янковский.

Мир вечного ливня

(страница 8 из 45)

скачать книгу бесплатно

В таких невеселых раздумьях я миновал вахту и выбрался на улицу, под липкий моросящий дождик. Другие сотрудники Кирилла, все без исключения, рассаживались по машинам – кто за руль, кто по двое-трое пассажирами. Я глянул на часы и понял, что на переход в метро не успею. Такие дела.

К моему удивлению, с мягким гудением приоткрылось темное водительское стекло серебристого «Мерседеса», и я увидел улыбающееся лицо Влада.

– Далеко тебе ехать? – спросил он.

– Вообще-то далеко. На метро уже не успеваю.

– А куда именно? Да ладно. Садись, подброшу.

– Да нет. Не напрягайся.

– Садись, говорю! Что ты как девка ломаешься?

Переться на метро не хотелось. Не улыбалось также под дождем ловить такси за накрученную ночную цену. Полчаса проторчу на обочине, не меньше. А тут вроде как коллега предлагает помощь. Глупо отказываться. Не очень уверенно я шагнул к машине и открыл серебристую дверь. Из салона тут же пахнуло кожей и чем-то еще, что вызывало стойкую ассоциацию с большими деньгами, хотя раньше я этого запаха никогда не чувствовал.

– Тебя что, заклинило? – Влад наклонился, чтобы заглянуть мне в лицо. – Или боишься сиденье запачкать? Забей. От этой кожи любая грязь отмывается.

«Любая грязь отмывается, – мысленно повторил я, забираясь в машину. – Вот она – философия».

– До дома не обязательно, – сказал я, захлопнув дверцу. – Можно до «Площади Революции», а я там перескочу на нужную ветку.

– На метро разъезжаешь? – усмехнулся Влад. – И что ты собираешься дома делать? Дрыхнуть? Днем отоспишься! А мы – работники ночи. Ночь – наша жизнь. Ночью нам надо не спать, а дышать полной грудью. А? Как тебе? Мамаша моя до утра будет с Кириллом сидеть, деньги считать и распределять куда надо. А мы уже все, отработали! И весь ночной город в нашем полном распоряжении. Погнали в клубешник, а то одному в ломяк.

– Куда?

– В клуб. Ну, танцы там, бухло, трава, экстази, кому что нравится. Мальчики. Бабы.

Последним он меня зацепил. И хотя разум подсказывал, что лучше ехать домой, а не искать среди ночи на задницу приключения, но зверь, сидящий внутри меня, взбунтовался. Измученный многомесячным половым воздержанием, загнанный разумом в клетку, он зарычал и заклацал зубами, натянул мои нервы, как вожжи, и сумел перехватить часть управления мотивациями.

– А что там за цены? – это было последнее разумное, что я смог произнести.

– Дурак ты, что ли? – недоуменно пожал плечами Влад. – А на что еще деньги нужны?

Я хотел возразить, но зверь во мне не дал раскрыть рот. Он-то уж точно был уверен, что деньги только для того и нужны, чтобы жрать и предаваться другим плотским радостям. Хотя из всех плотских радостей сейчас он хотел лишь одну. И желание его было столь сильным, что я не смог больше сопротивляться.

– Ладно. В клуб так в клуб.

Влад удовлетворенно наступил на газ, и «Мерседес» рванулся вперед с такой силой, что меня вдавило в спинку сиденья. При этом мотора почти не было слышно, а через секунду мой новый знакомый нажал какую-то кнопку – и салон заполнила тугая, как ударная волна, музыка.

Упругие толчки и однообразные визгливые гитарные пассажи воздействовали не только и не столько на слух, сколько на весь организм, сотрясая и будоража его, рождая эмоции напрямую из происходящих в крови химических процессов. Я был оглушен, я был ошарашен, подавлен, но, как только перестал сопротивляться, ритм завладел мной и перевел чувства на не очень высокий, но устойчивый уровень возбуждения. Скорость, с какой машина рассекала пространство ночного города, вместо того чтобы напугать, вызвала щемящий, почти детский восторг. И тут из мощных динамиков, поверх ритмичного взревывания баса, раздался тонкий женский визг, граничащий с ультразвуком. Мне захотелось подхватить его и завизжать тоже. Я с огромным трудом удержался.

Влад между тем вписался в крутой поворот, еще поддал газу и с заносом вылетел на проспект Мира. В голубом свете фар я заметил у обочины патрульную машину дорожной инспекции, но никто, к моему удивлению, нас не остановил. Остановили такси, медленно телепавшееся вдоль обочины. А мы промчались мимо, как вихрь, заставив милицейские плащи рвануться от ветра.

За парковку у входа в клуб Влад отдал швейцару двести рублей. С моей точки зрения, это была несусветная сумма, я бы лучше пару минут прошелся пешком. Странно было, что самый рядовой помощник режиссера так швыряется деньгами. Охранники в вестибюле на моего спутника не обратили ни малейшего внимания, а вот в меня вперились взглядами, словно увидели на лбу неприличное слово.

– А ну стоять! – один резко рванулся ко мне, целясь в грудь портативным металлоискателем.

Я хотел отпрянуть, но, видимо, охранник перешел ту невидимую границу, после которой я не в состоянии контролировать собственные рефлексы. Руки сами схлопнулись на его запястье, далеко выбив металлоискатель, а колено коротко, но сокрушительно вонзилось ему в живот. Охранник сухо крякнул, согнулся пополам и рухнул на пол, а второй успел сделать в мою сторону только один шаг. На следующем я врубил ему кулаком промеж глаз, он отлетел к стене, ударился затылком и сполз вниз, закатив глаза.

– Ты что? – ошарашенно спросил Влад.

– Черт… А чего они кидаются?

– Ну ты и дикий… Это же фейс-контроль! Ладно, потом объясню. А сейчас надо уладить все, а то неудобно.

Следующие полчаса ушли у нас на улаживание конфликта. Точнее, улаживал его Влад в беседе с толстячком-директором в его кабинете, а я сидел рядом, улыбался и кивал время от времени, совершенно не понимая, что происходит.

– Вы нас, пожалуйста, извините, – директор налил нам виски в стаканы со льдом. – Ребята новенькие, постоянных посетителей в лицо не знают. А ваш друг так странно одет…

– Это наш новый сотрудник, – ответил Влад. – Кирилл взял себе сценариста.

– О! Еще одного?

– Нет, вместо старого.

– Очень приятно познакомиться! – директор привстал и протянул мне пухленькую ладошку. – Вы, наверное, занимались единоборствами?

– В юности, – отшутился я, пригубив виски.

Если честно, то самогон самогоном, правильно про него говорили. Сивуха сплошная.

– Повыгоняю я этих охранников, – директор тоже приподнял стакан, погонял в нем виски со льдом и залпом выпил. – Ну что за дела? Вдвоем с одним посетителем справиться не могут!

– Крупные очень, – охотно пояснил я. – Это вредит скорости реакции и устойчивости. Знаете, как говорят? Большой шкаф громко падает.

Все сдержанно посмеялись.

– Но дохлячков мне нельзя, – посетовал директор. – Уважать не будут.

– Так устроен мир, – я философски развел руками.

Поначалу мне было неловко за происшедшее у входа, но постепенно я расслабился. Импонировало то, что директор, важная шишка и толстосум, разговаривает со мной как с равным. Только потому, что я работаю в фирме Кирилла. Раньше я ощущал силу от того, что принадлежу к отряду, где каждый прикрывает спину каждого, но и здесь все оказалось очень похожим. Ведь принадлежность к клану Кирилла, оказывается, тоже выводила меня из ряда простых смертных. Пару дней назад, если бы я повалил этих охранников, меня бы скрутили, отмутузили палками и сдали ментам. Это точно. А теперь за то же самое угощают виски и извиняются.

– А кстати, Владик! Раз уж мы встретились, давай я тебе клубную карту продлю.

– Сейчас не могу… – Вадим напрягся лицом. – Сегодня же еще не седьмое число.

– Да нет… – директор широко улыбнулся. – В виде извинения за происшедшее я тебе бесплатно этот месяц закрою. Не разорюсь, честное слово. И сценаристу вашему тоже сделаю голден-кард, а то что он будет в коллективе как белая ворона?

Директор позвал секретаря – хмурого юношу с желтоватым цветом лица, – и тот, взяв мои документы, через пять минут вернул их с крашенной под золото клубной картой.

– Добро пожаловать в наши члены, – хихикнул директор. – Не забывайте нас.

Мы попрощались и спустились в зал. Интерьер мне очень понравился – все было стилизовано под внутренности то ли полуразрушенного космического корабля, то ли фантастического завода на неизвестной планете. Хромированные трубы, рамки под картины, вырезанные автогеном из нержавеющей стали, непонятные иероглифы, флюоресцирующие на полу. Но больше всего меня поразило, как сияет все белое в ультрафиолетовом свете. Прямо-таки полыхает – белые узоры на моем свитере превратились в нечто таинственное, коктейли в стаканах посетительниц переливались перламутровыми туманами. Именно посетительниц, поскольку мужчин в зале было явное меньшинство, а в основном тут отдыхали девушки – часть сидела за десятком столиков, а часть пританцовывала под негромкую музыку на краю танцпола. Некоторые с интересом поглядывали на нас.

Более громкая музыка доносилась из соседнего зала, но была приглушена стеклянными дверями настоящего шлюза, как в космическом корабле. Официантки и бармен были одеты в блестящие костюмы-скафандры со множеством вшитых светодиодов разного цвета. Все это двигалось, переливалось, вызывая ощущение нереальности происходящего.

– С тобой так по клубам можно деньги зарабатывать, – довольно усмехнулся Влад. – Давай присядем.

Он усадил меня за столик, сваренный из перфорированных металлических полос.

– В каком смысле?

– Ты, наверное, понятия не имеешь, сколько стоит здешняя золотая клубная карта. Ровно тысячу зеленых денег на месяц. Не то чтобы много, но вот так, чтобы походя срубить по штуке на рыло… Вечер пропал не зря.

– Что значит «стоит»? – не понял я.

– А то и значит. Это кредит на все услуги клуба. Пей, ешь, пои девочек… Все бесплатно в пределах суммы. Но думаю, что у тебя пока фантазии не хватит, как просадить штуку за месяц.

Я сглотнул.

«Ничего себе, – подумалось мне. – Никогда еще два моих удара не оплачивались так щедро. По тысяче долларов за удар».

– И что, я прямо могу подходить к бару и заказывать?

– Конечно. А когда предъявят счет, расплатишься картой. С нее снимут то, что ты просидел за вечер, и вернут. Все просто. Ты что, кредитками не пользовался?

Я решил не отвечать.

– Все точно так же, – добавил Влад. – Только наличные в банкомате не снимешь. Ну, давай отдыхать. Первым делом, раз так все обернулось, я предлагаю обмыть твою новую должность. Она явно дана тебе свыше. Знамение-то ничего себе, а? Что предпочитаешь из спиртосодержащих напитков?

– Водку.

– Стильно, – с пониманием кивнул Влад. – Но водкой мы быстро нажремся, и весь вечер пойдет насмарку, а завтра будем искать лбом что-нибудь холодненькое. Мы же отдыхать собрались, а не проверять, кто скорее в салат лицом попадет? Предлагаю начать с коктейлей, а там поглядим.

– Похоже, ты в этом лучше меня разбираешься. Командуй тогда. Кстати, можно один вопрос?

– Валяй хоть десять.

– Что имел в виду директор, когда говорил, что я странно одет? И почему охранники на меня кинулись?

– А… Ну, вообще-то одежда у тебя действительно доисторическая.

– Да нет. Совсем новая!

– Какая разница? Ты же ее, небось, на рынке в Лужниках покупал?

– Нет, на Черкизовском.

– И это по ней видно. Видно, что эти брючата и свитер вместе стоят тысячу рублей.

– Восемьсот, – поправил я.

– Вот видишь. А плащик от деда тебе достался?

– От отца.

Влад не выдержал и расхохотался.

– Погоди, – я приблизил к нему лицо. – Я не понимаю, чем мои костюмные штаны хуже твоих джинсов, да еще с дырами на карманах? Всегда ведь в рестораны пускали в костюмах, а в джинсах нет. Что, мир вверх ногами перевернулся?

– Ага… – продолжал хохотать Влад. – Точнее, нет. Если бы ты пришел в нормальных костюмных штанах, баксов за восемьсот, тебя бы еще под ручки проводили и за столик посадили. Но видно ведь, что твои брюки скроены и сшиты в подвале возле станции Каширская!

– По какому признаку видно?

– Да отстань ты! Достал. Пойдем лучше коктейли возьмем.

Начали мы с прозрачных коктейлей, которые нам подали в тонких высоких стаканах. Коктейли были красивыми, особенно в ультрафиолетовом свете, казалось, что в стакане медленно полыхает холодное голубое пламя. И мы это пили.

– Прикольно, – оценил Влад, потягивая жидкость через трубочку.

– Что они туда намешали?

– Скорее всего, джин с тоником. А что?

– Да нет, ничего.

Никогда не думал, что доведется попробовать джин. Хотя что такого? Виски я сегодня уже попробовал.

«Интересно, все ночи теперь будут такими насыщенными?» – подумал я.

Хотя вряд ли подобных впечатлений хватит надолго. Однако я не мог быть ни в чем уверен, поскольку, как оказалось, совершенно не представлял себе ночной жизни Москвы. Точнее, представлял, но очень поверхностно. По-обывательски, что ли? Влад же в ночной жизни был профессионалом.

Следующим ходом мы повторили коктейли, и меня потихоньку начало забирать. Не так, как от водки, уводить в заторможенность, а, наоборот, разгонять все сильнее. Это можно было списать просто на хорошее настроение, но я прекрасно отдавал себе отчет, что дело все же в легких алкогольных напитках.

– Мальчики, вам тут не скучно одним? – раздался у меня за спиной приятный женский голос.

Слово «скучно» прозвучало в устах незнакомки как «скушно», лениво так, с глубокой и теплой буквой «ш». У меня по спине пробежала волна теплых мурашек, и я обернулся. Перед нашим столиком стояли две девушки – одна крашеная блондинка, другая, наоборот, черненькая и смуглая. Обеим лет девятнадцать на вид, обе упругие, обтянутые лоснящейся кожей и яркой тканью.

– Не против, если мы к вам подсядем? – поинтересовалась черненькая. Судя по голосу, первой к нам обратилась не она, а улыбчивая блондинка.

– Ты как? – покосился на меня Влад.

– Да я не против. Садитесь.

Девушки вспорхнули на стулья и вперились глазами в карту напитков.

– Я Ника, – улыбнулась мне блондинка.

– А меня зовут Эльвира. – Черненькая подсела ближе к Владу. – Мне «Маргариту».

– Мне тоже.

– Пойду закажу, – проявил я разумную инициативу, чувствуя, как разгоняется сердце от возбуждения.

Девушки были не просто красивы, а такие, о каких я и мечтать не мог, – как на журнальных обложках. Влад глянул на меня с насмешливым прищуром, но ничего не сказал.

У барной стойки я решил, что никогда не пробовал коктейль под названием «Маргарита» и это есть не что иное, как пробел в моей богатой приключениями биографии. Взял четыре стакана с апельсиново-желтым содержимым – все в счет своей карты – и, чуть покачиваясь, вернулся за столик. Странное дело! Водку ведь приходилось кушать стаканами, а тут от двух коктейлей стало весело. Может, оттого, что тоник в них газированный?

– «Маргарита»! – воскликнула блондинка Ника, придвигаясь еще ближе к моему стулу.

– Вообще-то меня зовут не Маргарита, а Саша!

Все захихикали.

– А Маргарита – это его подпольная кличка, – Влад подлил масла в огонь.

Коктейль оказался очень забавным, сладко-горьким, хотя понятно, что так быть не может. То есть он отдавал вкус как бы в два захода – сначала горький водочный, а затем вкус апельсинового сока.

– Водка? – спросил я.

– Текила! – поправил меня Влад. – Александр-Маргарита у нас сын снежного человека. Он не знает, из чего готовят коктейли.

Девушки с готовностью захихикали.

Нас все сильнее разбирало, так что воспоминания о дальнейшем вечере сохранились у меня фрагментарно. Помню, как мы с Никой выплясывали на танцполе и у меня произошло отчетливое раздвоение личности – зверь, живущий во мне, неожиданно вырвался на свободу и начал откровенно лапать девушку за задницу и за грудь, а я сам проявил рыцарство и вступился за Нику, надавав нахалу по рукам. Окружающая публика была в диком восторге от такого фокуса. Ника, надо сказать, тоже.

Потом мы брали еще коктейли, потом я заказал-таки сто граммов водки. Потом помню свое отражение в зеркале и разверзшийся овал унитаза у самого лица. Перед унитазом я стоял коленопреклоненный, как перед идолом. Кстати, было с чего, поскольку унитаз того явно заслуживал – был он совершенно прозрачным, как глыба хрусталя, а в эту кристальную массу были вплавлены ягодки – вишни и клубнички.

Выбравшись из туалета, я провел среди посетителей клуба тест-опрос, не видел ли кто-нибудь мою Нику. Мнения разделились. Потом оказалось, что Ника, Эльвира и Влад тоже были в туалете, только в другом и все вместе. Меня одолел приступ ревности, и я решил добавиться. У барной стойки увидел, что полненькая посетительница заказала прозрачный коктейль с плавающими в нем клубничками и вишенками. Мне это напомнило унитаз, и я решил, что должен попробовать этот коктейль непременно. Взял. Это уж точно было из водки с чем-то огненно-пряным. С первого глотка я немного отрезвел и пошел мириться с Никой, хотя мы вроде и не ссорились.

Второй глоток меня на какое-то время выключил, и я пришел в себя снова в туалете, но на этот раз не один. Со мной в одной запертой кабинке находилась совершенно голая Ника и та толстушка, с которой мы повстречались у стойки. Толстушка не совсем голая – в рубашечке и без штанов. Но больше всего меня удивило, что я и сам-то был не вполне одет. Дальше начался настоящий цирк с унитазом в качестве гимнастического снаряда. Было здорово, но даже сквозь кураж опьянения меня мучила совесть, что я участвую в настоящем групповом половом акте. Успокоил я себя тем, что акт был не совсем групповым – толстушка оказалась скорее зрителем, чем участником. Еще точнее – ассистентом. Но справлялась с этой ролью мастерски.

Потом снова помню себя за столом, в обнимку с рыдающей Эльвирой. Влад отплясывал с Никой на танцполе. В какой-то момент я испугался, что сижу за столом без штанов, но посмотрел вниз и успокоился – все было в порядке. Коктейль передо мной был уже красного цвета, но я не мог вспомнить, когда его поменял. Эльвира рыдала и жаловалась, что она хотела стать историком, а тратит тут время впустую, потому что Влад поимел ее и не дал денег. Я пошел разбираться с Владом. Тот сунул мне стодолларовую банкноту и продолжал веселиться, а я долго не мог понять, за что он мне заплатил. Потом вспомнил и отдал деньги Эльвире. Она допила мой коктейль и, продолжая рыдать, удалилась в неизвестном направлении.

У меня голова шла кругом, к тому же музыку сделали громче и она била по мозгам, вызывая легкую, но напрягающую тошноту. Я встал и решил подыскать место потише, что привело меня сначала к бармену, где я за все расплатился новенькой карточкой, а затем в какое-то подсобное помещение, с диваном, столиком и широким зеркалом. Угнездившись на узком диване, я прикрыл ладонью глаза от света и быстро провалился в пульсирующий нервный сон.


Тяжелые капли дождя били в размокшую глину, словно пули, поднимая водяную пыль и фонтанчики грязи. Тучи висели над землей толстым слоем, едва пропуская свет солнца.

С первых шагов я не удержался и плюхнулся на колени. Это испугало меня до одури – впервые в жизни я оказался пьяным во сне. А вокруг тот же чужой лес, и та же дорога через него, с размытыми следами гусениц и широких колес.

– Черт! – прошипел я, пытаясь подняться.

Испуг во мне нарастал, не только из-за совершенной немыслимости состояния, но и оттого, что я вспомнил слова Кирилла. Не того, который нанял меня сценаристом, а того, который взял снайпером. Он говорил, что если я умру во сне, то наш неписаный контракт потеряет силу. Даже если не в бою умру, а так просто. Погибнуть же пьяным в здешних условиях было проще простого – появись над головой рейдер, я был бы для него очень легкой мишенью. К тому же впервые в подобных снах я оказался совсем без оружия, в костюмных брюках и свитере, то есть в том, в чем уснул.

И все же боевой опыт так просто не пропьешь. Первым делом я скатился с дороги и залег в большой луже, затем подумал и ползком начал углубляться в лес. Что делать дальше, представлялось смутно, но во мне крепко сидела уверенность, что без оружия лучше уйти от дороги как можно дальше. Наконец я устал и залег за рухнувшим перегнившим деревом. Где-то, наверное километрах в трех от меня, застучал пулемет калибра 7.62. Кажется, наш, российский. Грохнула граната, выпущенная из подствольника.

– Жарко тут у них, – шепнул я.

Падающая с небес вода и чувство близкой опасности отрезвили и освежили меня. Не полностью, я все еще был в стельку, но голова начинала работать все яснее. Слева короткими очередями пулемету ответили трое автоматчиков. Затем присоединился четвертый. Этот вообще был профи – посылал с каждым нажатием на спусковой крючок ровно по три пули. Такому приему за день не научишься. Надо нажимать на спуск, говорить про себя «двадцать два» и лишь после этого отпускать. Казалось бы, просто, но на самом деле выдержка должна быть железная. И просто на стрельбище, когда грохот кругом, а автомат дергается в руках, швыряясь гильзами, и уж тем более в бою. Но, несмотря на ответный пулеметный огонь, неведомый стрелок продолжал, как ни в чем не бывало, – «тук-тук-тук, тук-тук-тук». Наконец пулемет умолк.

И только тут до меня дошло, что это первый сон из странной военной серии, где людское оружие работает против людского. Мало того – российское против российского. На тренажере, как называл его Хеберсон, ничего подобного никогда не было.

«Похоже, прав Кирилл, здесь все иначе», – подумал я.

Стрельба еще какое-то время продолжалась, смещаясь в сторону, затем стихла. Через лес здесь никто не ходит – просто некуда, в основном движение происходит вдоль дороги, а все отклонения отрядов связаны с подавлением артиллерии на господствующих рядом с дорогой высотах. Поэтому, углубившись в чащу, я ощущал себя в относительной безопасности. Проснуться по собственной воле, я уже знал, не получится, так что оставалось одно – продержаться живым до того момента, когда меня разбудят. Найдет ведь кто-нибудь меня на диване! Вот только когда – неизвестно.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

Поделиться ссылкой на выделенное