Джудит Макнот.

Само совершенство

(страница 8 из 65)

скачать книгу бесплатно

Не дожидаясь, пока Рейчел уведомит его о том, что поняла его указания, Зак обратился к Эмили. Тон его стал несколько мягче:

– Эмили, ты слышишь выстрелы и едешь на лошади сюда. Твоя мать ранена, но она в сознании, и ты понимаешь, что рана ее не смертельна. Ты в панике. Ее любовник бежит к своему грузовику, и ты хватаешь телефон, который находится в комнатке конюха, и вызываешь «скорую помощь», после чего звонишь отцу. С этим все ясно?

– А как насчет Тони?.. Я хотела сказать – Рика? Я должна гнаться за ним или, может, должна взять в руки пистолет, собираясь в него стрелять?

Обычно такого рода вопросы обсуждались во время репетиции, и Зак понял, что поступил неосмотрительно, решив снять все с первого дубля, тем более что со вчерашнего вечера он подумывал о том, чтобы несколько изменить сценарий. Возможно, Рейчел не следует стрелять первой. Немного подумав, Зак покачал головой.

– Давай сыграем так, как написано в сценарии. Будем импровизировать, если потребуется. – Зак обвел взглядом собравшихся. – Есть еще вопросы?

Он дал им не больше секунды на раздумья, после чего, кивнув Томми, сказал:

– Давай снимать.

– Выключите кондиционер! – крикнул Томми, и через мгновение компрессор перестал гудеть. Звукооператор надел наушники, оба линейных оператора приникли к камерам, а Зак встал между камерой и мониторами и стал следить за изображениями на мониторах, сравнивая с тем, как сцена разыгрывается вживую.

– Красный свет, пожалуйста, – сказал он, давая указание включить предупреждающий красный сигнал снаружи – знак того, что в здании ведется съемка. – Камеры пошли! – Он дождался подтверждения того, что камеры и звукозаписывающая аппаратура движутся с нужной скоростью.

– Камера! – через мгновение крикнул оператор верхней камеры.

– Камера! – эхом откликнулся Сэм Хаджинс.

– Мотор! – откликнулся звукорежиссер.

– Пометьте дубль на хлопушке, – приказал Зак, и ассистентка быстро шагнула перед камерой Сэма с черно-белой хлопушкой в руках, на которой маркером был написан номер эпизода, который они снимали, и номер дубля.

– Эпизод 126, – объявила она, повторив то, что записано на хлопушке, – дубль 1. – Она щелкнула хлопушкой перед камерой и быстро шагнула назад.

– Съемка! – крикнул Зак.

По команде режиссера Рейчел вошла в кадр. Движения ее были нервными, она боязливо оглядывалась, лицо ее отражало идеально выверенную смесь страха, возбуждения и беспокойства.

– Рик? – дрожащим голосом позвала она, в точности как было написано в сценарии, и когда рука любовника внезапно появилась из пустого стойла, ее сдавленный крик прозвучал весьма натуралистично.

Стоя возле камеры со скрещенными на груди руками, Зак наблюдал за всем этим сквозь холодный прищур, но когда Остин стал целовать и ласкать Рейчел и потащил ее на сено, все пошло не так. Остин действовал неуклюже. Он явно испытывал смущение.

– Стоп! – крикнул Зак, приходя в ярость от сознания того, что ему, вероятно, придется наблюдать за тем, как Остин целует и ласкает жену еще не один раз.

Выйдя под свет софитов, он окинул актера уничижительным взглядом. – Не помню, чтобы ты целовал ее, как стыдливый мальчик из церковного хора, в моем номере в отеле. Попробуй повторить вчерашнее шоу вместо того любительского представления, которое даешь нам сейчас.

Лицо Остина, напоминающее своим юношеским обаянием черты Роберта Редфорда, приняло багровый оттенок.

– Господи, Зак, почему ты не можешь отнестись к этому как взрослый человек и…

Не обращая на него внимания, Зак повернулся к Рейчел, которая смотрела на него с угрюмой злобой, и, не выбирая выражений, сказал:

– А ты… ты должна пылать страстью, а не мечтать о том, чтобы тебе сделали маникюр, когда он тебя трахает!

Следующие два дубля были очень хорошими, и вся съемочная группа это видела, но оба раза Зак останавливал съемку еще до того, как Рейчел успевала потянуться за пистолетом, и все приходилось начинать заново. Он делал это отчасти потому, что внезапно стал получать извращенное удовольствие от того, что заставляет их публично совершать действия, которые накануне сделали его всеобщим посмешищем. Но главным его мотивом было не это. Зак чувствовал, что с этой сценой что-то не так.

– Стоп! – крикнул он, забраковав четвертый дубль, и шагнул вперед.

Остин поднялся с сена взвинченный и уже, пожалуй, готовый подраться с режиссером. Одной рукой он обнимал Рейчел, у которой к этому времени наконец проснулась совесть, и она явно испытывала смущение. Но злость ее никуда не делась.

– А теперь что не так, ты, сукин сын?! Последние два дубля были идеальными! – заорал Остин, но Зак сделал вид, что его не слышит. Зак уже решил, что попробует поставить сцену так, как он придумал вчера.

– Заткнись и слушай! – рявкнул он. – Мы попробуем разыграть все по-другому. Что бы там ни имел в виду автор романа, я считаю, что, когда Джоан ранит своего любовника, пусть случайно, она теряет все наше сочувствие. Мужчина одержим ею, как в смысле секса, так и эмоционально, и она использовала его для удовлетворения собственных потребностей, но никогда даже не думала о том, чтобы ради него оставить мужа. Этот пистолет должен выстрелить в нее, или он становится в этом фильме всего лишь жертвой, а главная идея фильма как раз и состоит в том, что не он один, а все персонажи в нем – жертвы.

Зак услышал шепот удивления и одобрения тех, кто находился за кадром, но ему их поддержка не требовалась. Он и так знал, что прав. Он чувствовал свою правоту, не напрасно именно благодаря этому легендарному чутью он снискал признание киноакадемиков за фильм, который казался заурядным до той поры, пока его не стал снимать Зак. Повернувшись к Рейчел и Тони, которых, судя по всему, неожиданное изменение сценария впечатлило, хотя им и не хотелось демонстрировать это слишком явно, Зак сказал:

– Последний дубль, и, я думаю, дело сделано. Все, что вам придется сделать, – это еще раз проиграть сцену борьбы за пистолет так, чтобы Джоан получила рану прежде Рика.

– А потом? – раздраженно поинтересовался Тони. – Что я делаю после того, как осознаю, что я в нее попал?

Зак задумался ненадолго, после чего убежденно заявил:

– Отпусти пистолет. Пусть она его перехватит. Ты не хотел в нее стрелять, но она этого не понимает. Ты отступаешь, однако она хватает пистолет и направляет его на тебя. Она плачет – плачет по себе и по тебе. Ты начинаешь пятиться, Рейчел, – сказал он, повернувшись к ней, целиком захваченный разворачивающейся перед его мысленным взором сценой, – я хочу, чтобы ты рыдала навзрыд. Я хочу услышать твои всхлипы. А потом ты закрываешь глаза и нажимаешь на курок…

Зак вернулся на свой командный пост.

– Пометь номер эпизода.

Помощница оператора выступила перед камерой с хлопушкой, объявив следующий дубль:

– Эпизод 126, дубль номер пять!

– Снимаем!

Этот дубль должен был стать последним, совершенным произведением, Зак чувствовал это, наблюдая за тем, как Остин схватил Рейчел и повалил на охапки сена, жадно впившись губами в ее губы, грубо тиская ее. Звуковое сопровождение будет записано позже, и когда Рейчел протянула руку за пистолетом, Зак крикнул ей:

– Давай же, сопротивляйся! Дерись в полную силу! – И, не в силах преодолеть искушение, с сарказмом добавил: – Представь, что он – это я!

Прием сработал, она завизжала и, набросившись на не ожидавшего такой мощной атаки Тони, воспользовавшись его мгновенным замешательством, схватила пистолет обеими руками и наставила его на любовника.

Потом в этом месте окажется звук настоящего пистолетного выстрела вместо тихого хлопка от холостого патрона, коим был заряжен пистолет. Зак смотрел, как Тони вырвал у нее пистолет, выжидая, когда настанет тот самый миг, когда пора кричать «пли». Когда по его сигналу Тони нажмет на курок и Рейчел, упав навзничь, незаметно раздавит пакетик с бутафорской кровью, спрятанной у нее под платьем возле плеча. Пора!

– Пли! – закричал Зак, и все тело Рейчел дернулось в тот момент, когда раздался оглушительный выстрел, эхом разнесшийся по всей конюшне.

Все замерли. Этот громкий выстрел, прозвучавший в тот момент, когда все ждали услышать лишь тихий щелчок, ввел в ступор всех присутствующих. Рейчел медленно сползла на пол, выскользнув из объятий Тони, но на том месте, где должна была быть «рана», никакой бутафорской крови не было.

– Что за?.. – воскликнул Зак и бросился к Рейчел. Тони склонился над ней, но Зак отшвырнул его. – Рейчел! – позвал он, перевернув ее. В груди ее было крохотное отверстие, и из него вытекала лишь тонкая струйка крови. Тогда он опомнился и крикнул, чтобы кто-нибудь вызвал «скорую». Он лихорадочно искал ее несуществующий пульс, при этом не переставая повторять про себя, что рана не может быть смертельной. Рана почти не кровоточила, и находилась она ближе к ключице, чем к сердцу, и, кроме того, профессиональные медики были всего в нескольких ярдах от съемочной площадки, как требовала техника безопасности.

И тут началось светопреставление: женщины завизжали, мужчины закричали, все кинулись к Рейчел, стало нечем дышать.

– Прочь к дьяволу! Все вы! – заорал Зак и, так и не отыскав пульс, стал делать ей искусственное дыхание.


Прошел час. Зак продолжал стоять у дверей конюшни, поодаль от всех остальных. Он ждал известий от медиков и полицейских, находившихся сейчас на конюшне с Рейчел. Патрульные машины и кареты «скорой помощи» запрудили всю лужайку и подъездную дорогу, и их красные и синие мигалки неистово вращались в душной, влажной темноте.

Рейчел была мертва. Зак чувствовал это, знал. Он уже видел смерть, помнил, как она выглядит. И несмотря на это, он не мог поверить в очевидное. Копы уже допросили Тони и линейных операторов. Теперь они задавали вопросы всем, кто присутствовал при трагедии. Но они не задали ни одного вопроса ему. Их не интересовало, что видел он, режиссер, которому по должности надо видеть больше других. И то, что его ни о чем не спрашивали, казалось Заку очень странным даже сейчас, когда он едва ли был способен адекватно оценивать происходящее. Удивительно, что никому из них не пришло в голову с ним поговорить.

Где-то наверху, высоко над головой, загорелся прожектор. Луч ослепительно белого света заметался по лужайке, и лишь потом Зак услышал гул вертолета. Подняв голову, он увидел на корпусе вертолета красный крест и впервые вздохнул с облегчением. Рейчел собирались доставить в ближайшую больницу, что означало, что медикам все же удалось вернуть ее к жизни. И едва эта успокоительная мысль пришла ему в голову, он увидел нечто такое, отчего весь похолодел. Копы, оцепившие район трагедии, сейчас снимали заграждение и пропускали на территорию съемок темный седан. И в свете прожекторов спускающегося вертолета Зак смог рассмотреть эмблему на двери со стороны водителя. Это был автомобиль следователя по особо опасным делам.

И все прочие тоже это увидели. Эмили начала всхлипывать, уткнувшись в плечо отца, и Зак услышал, как выругался Остин, а Томми принялся его успокаивать и что-то негромко повторять. Диана, побледнев, с ужасом смотрела на машину следователя, и все прочие просто… просто молча переглядывались.

Но никто не смотрел на Зака, никто не решался к нему подойти. Он же, хоть и был не в себе, находил это странным, даже если его и устраивало то, что все оставили его в покое…

Глава 8

Весь следующий день актеры и съемочная группа по распоряжению полиции оставались в отеле. Полиция опрашивала каждого из присутствующих на съемке. Зак провел весь день во взвинченном и в то же время заторможенном состоянии. Полиция отказывалась делиться с ним какой-либо информацией, в то время как средства массовой информации на всю страну трубили о случившемся. Если верить полуденному выпуску новостей компании Эн-би-си, пистолет, из которого была убита Рейчел, был заряжен разрывной пулей, пулей, конструкция которой предусматривает существенное увеличение диаметра при попадании в мягкие ткани с целью повышения поражающей способности. Именно в силу этих конструктивных особенностей смерть Рейчел наступила мгновенно. В вечерних новостях Си-би-эс выступал эксперт по баллистике. Этот эксперт говорил, стоя возле подставки, напоминающей мольберт, и водил указкой по схематичному изображению тела Рейчел, поясняя всей Америке, какие именно несовместимые с жизнью повреждения нанесла эта пуля и куда именно она попала. Зак с излишним усилием нажал на кнопку отключения пульта, после чего направился в ванную комнату, где его тут же вырвало. Рейчел была мертва, и, несмотря на то что их брак не был счастливым, несмотря на то что она собиралась развестись с ним, несмотря на то что она предпочла ему Тони, смерть ее и сами обстоятельства ее смерти казались Заку каким-то чудовищным омерзительным фарсом. Десятичасовая программа новостей по Эй-би-си окончательно добила его, обнародовав результаты вскрытия, согласно которым Рейчел Эванс Бенедикт была на седьмой неделе беременности.

Зак откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. В горле стоял ком. Он чувствовал, что его как в воронку засасывает в бездну боли и темноты. Рейчел была беременна. Но не от него. Он не спал с ней уже несколько месяцев.

Небритый Зак бесцельно бродил по своему номеру, временами задаваясь вопросом о том, почему, если всю его команду держат взаперти в отеле, никто не придет к нему, чтобы выразить соболезнования или просто скоротать время. Телефон отеля раскалился от звонков – но с ним пытались связаться в основном люди из Голливуда, которых интересовало их с Рейчел грязное белье, на искреннее же сочувствие с их стороны рассчитывать не приходилось. Зак отказывался отвечать на звонки, за исключением звонков Мэтта Фаррела. Отвлечь его было некому, и потому Зака все время преследовал один вопрос: кто мог настолько ненавидеть Рейчел, чтобы желать ее смерти? За проведенные в вынужденном заточении часы Зак успел перебрать в уме всех членов съемочной группы. У каждого была своя причина ненавидеть Рейчел, однако у Зака не укладывалось в голове: кто же возненавидел ее настолько, что лишил жизни?..

И как бы он ни гнал от себя эту мысль, он все же понимал, что у полиции могут быть подозрения и на его счет. При этом ему самому такого рода обвинение представлялось настолько нелепым, что он был твердо убежден в том, что служители закона тоже это понимают.

Через двое суток после смерти Рейчел в дверь его номера постучали. Зак мрачно уставился на двух высоких угрюмого вида полицейских, которые допрашивали его вчера.

– Мистер Бенедикт… – начал один из них.

Однако Зак не дал ему договорить и сорвался на крик:

– Какого черта вы, ублюдки, теряете со мной время?! Я требую немедленно сообщить мне, что вы сделали для поимки убийцы моей жены?..

Он был настолько возбужден, что совершенно не контролировал ситуацию, а потому последующие действия одного из полицейских застали его врасплох. Через секунду Зак уже стоял лицом к стене, со скрученными за спиной руками. Почувствовав холодное прикосновение стали, он услышал характерный щелчок наручников и голос второго полицейского:

– Захарий Бенедикт, вы находитесь под арестом по подозрению в убийстве Рейчел Эванс. Вы имеете право хранить молчание и вызвать адвоката. Если вы не можете позволить себе адвоката, то…

Глава 9

– Господа присяжные, вы услышали шокирующие показания очевидцев и увидели неопровержимые улики… – Элтон Петерсон, представлявший сторону обвинения, стоял прямо и неподвижно, и его пронизывающий взгляд медленно скользил по лицам двенадцати присяжных, которым предстояло решить судьбу судебного процесса, который привлек к себе беспрецедентное внимание общественности скандальными разоблачениями, касающимися жизни голливудских звезд первой величины. К скандалам, связанным с супружеской неверностью небожителей, публика уже привыкла, но вот убийство… Это было что-то новенькое.

За стенами зала суда все коридоры были забиты репортерами со всего мира, с нетерпением ожидавших развития событий в деле Захария Бенедикта. Когда-то средства массовой информации виляли перед ним хвостом, а теперь они, захлебываясь от восторга, комментировали все подробности его падения с голливудских высот, смакуя пикантные подробности, не стесняясь выдавать предположения за факты, вовсю заигрывая с доверчивыми американцами, готовыми проглотить любую «утку» под пиво с вечерними новостями.

– Вы слышали доказательства, – напомнил присяжным Петерсон, делая упор на последнем слове. – Подтвержденные свидетельства десятков свидетелей, многие из которых были настоящими друзьями Захария Бенедикта. Вы знаете, что ночью накануне убийства Рейчел Эванс Захарий Бенедикт обнаружил ее обнаженную в объятиях Энтони Остина. Вы знаете, что Бенедикт был в ярости, что он набросился на Остина и его пришлось оттаскивать от него. Вы слышали свидетельства постояльцев отеля, которые находились в коридоре у дверей номера Бенедикта и слышали все, что было сказано в номере. Из показаний этих свидетелей вам известно, что Рейчел Эванс сообщила Бенедикту, что разведется с ним и выйдет замуж за Энтони Остина и что при разводе намеревается получить половину принадлежащего Захарию Бенедикту имущества. И те же свидетели заявили под присягой, что Бенедикт предупредил жену, позвольте процитировать… – Петерсон сделал паузу, чтобы заглянуть в свои записи, но сделано это было лишь для большего эффекта, потому что ни один из присутствующих в зале суда не мог забыть этой угрозы. Повысив голос, Петерсон с выражением продекламировал: – «Я убью тебя раньше, чем позволю тебе и Остину получить мои деньги!»

Схватившись за перила, перед которыми на скамье сидели присяжные, обвинитель, впиваясь взглядом по очереди в каждого из двенадцати, сказал:

– И он действительно убил ее, леди и джентльмены. Он убил ее хладнокровно и расчетливо, убил вместе с ребенком, которого она носила под сердцем! Вы знаете, что он ее убил, как знаю это я. Но то, как он ее убил, делает его злодеяние еще более мерзким, более отвратительным, потому что выявляет то, каким бессердечным чудовищем является Захарий Бенедикт. – Отвернувшись, Петерсон принялся расхаживать по проходу, описывая то, каким образом, по его мнению, было совершено преступление, подталкивая слушателей к тому выводу, который сделал сам: – Захарий Бенедикт не совершил убийство в состоянии аффекта, как, возможно, поступил бы на его месте другой. Нет, спонтанность – не для него. Он выждал двадцать четыре часа для того, чтобы закончить свой драгоценный фильм, и только затем убил ее, выбрав такой циничный способ мести, что я не нахожу слов, чтобы дать ему оценку! Он вставляет в пистолет разрывную пулю и в последний момент, когда снимается заключительная сцена фильма, он меняет сценарий так, чтобы его жена, а не Энтони Остин, получила бы эту пулю во время их схватки!

Элтон замолчал и снова схватился за перила.

– Я ничего не придумываю и ничего не домысливаю. Вы все слышали свидетельские показания, которые подтверждают каждое сказанное мной слово. В день убийства, когда вся съемочная группа отдыхала во время перерыва, Захарий Бенедикт один пошел на конюшню, якобы для того, чтобы проверить реквизит. Несколько человек видели, как он туда направлялся, он и сам этого не отрицает, но никто не заметил, чтобы после этого что-то изменилось. Все вещи были на прежних местах. Вопрос: что же он там делал? Ответ очевиден: он заменил холостые патроны, которыми, как заявил под присягой помощник по реквизиту, он сам зарядил пистолет, смертоносными разрывными пулями. Я напомню вам еще раз, что на пистолете были отпечатки пальцев Бенедикта. Его, и только его, – оставленные им там, вне сомнений, по ошибке после того, как он начисто протер оружие. А когда все приготовления были сделаны, Бенедикт не захотел поскорее закончить мерзкое преступление, которое замыслил. Нет, он не ищет простых путей. Захарий Бенедикт стоял возле оператора и наблюдал за тем, как ласкают друг друга его жена и любовник, заставляя их повторять все вновь и вновь! Он останавливал их всякий раз, когда жена готова была схватить оружие. И когда он вдоволь «навеселился», удовлетворил свою извращенную мстительность, когда не мог больше затягивать тот момент, который требовался по сценарию, тот момент, когда жена должна была потянуться за оружием и пристрелить Тони Остина, – Захарий Бенедикт решил изменить сценарий! – Обернувшись, Петерсон указал пальцем на Зака. Голос его дрожал от праведного гнева. – Захарий Бенедикт – наглядный пример того, как развращают человека богатство и слава. Он возомнил себя сверхчеловеком. Он возомнил, что может жить по своим законам, что законы писаны не для таких, как он. Он верил, что ему все сойдет с рук. Что вы позволите ему выйти сухим из воды. Вы, леди и джентльмены, уважаемые присяжные…

Густой баритон Петерсона звучал убедительно. Настолько убедительно, что едва ли не каждый из присутствующих в зале суда, исполнившись пафосом речи обвинителя, повернул голову в сторону Зака, сидевшего за столом рядом со своим защитником. Находившийся рядом с ним адвокат, почти не разжимая губ и не поворачивая головы, прошипел:

– Проклятие, Зак, посмотри на присяжных!

Зак поднял голову и машинально сделал то, что велел ему защитник, но едва ли он мог изменить настрой присяжных. Если бы Рейчел задалась целью все подстроить так, чтобы его обвинили в ее убийстве, она бы не смогла выполнить задачу лучше. Все улики были против него.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65

Поделиться ссылкой на выделенное