Филип Дик.

Захват Ганимеда

(страница 3 из 15)

скачать книгу бесплатно

   – Этот ниг, сэр, оказывается, телепат. Окончил школу при Бюро психоделических исследований. Таким образом, за ним практически невозможно вести слежку, находясь рядом с ним, особенно с помощью кого-либо вроде мисс Хайаси. Он тут же узнает, в чем заключается ее задание, и, насколько я понимаю, не позволит ей сообщить нам какую бы то ни было информацию о себе. Более того, скорее всего, он немедленно расправится с ней.
   Маршал Коли с явным раздражением отозвался:
   – Немедленно свяжитесь с ней по радио. Предупредите ее, отзовите ее. Мы не можем попусту разбрасываться такими ценными агентами.
   Полковник бросился выполнять приказ. Маршал Коли мрачно вздохнул.
   – А ведь какая могла бы быть шкура! – наконец пробурчал он. Его слова слышал только он сам да суетящиеся вокруг сущики.

   Гас Свенесгард насухо вытер потную лысину одним энергичным движением руки с зажатым в ней шейным платком и еще раз взглянул на карту. В верхнем углу карты красовался зловещий штамп: «Совершенно секретно. Только для военного персонала с допуском класса А». Разумеется, это его ничуть не беспокоило. Один из его Томов обнаружил ее в развалинах лабораторий Окриджской атомной станции, и теперь он мог делать с ней что угодно.
   – Ага, значит, вот оно, это место, – пробормотал он, глядя в глубоченную яму, которая с каждой минутой становилась все глубже и глубже. У Гаса было оборудование для рытья; впрочем, особого значения это не имело, поскольку при нем было множество трудолюбивых Томов и неплохая буровая установка. А кроме того, масса времени.
   – Да будет тебе, Гас, – прокричал мастер Джек Холер, перекрывая шум работающей буровой. – Все прекрасно знают, что ты ищешь не библиотеку. То есть, я хочу сказать, что ты абсолютно никого не проведешь, так что кончай. – Он многозначительно взглянул на своего работодателя.
   – А на карте значится «Библиотека». – Гас помахал изрядно поистертым и измятым документом над головой. Так оно и было, хотя Гасу не верилось, что перед войной ооновские служаки зарыли такую вещь здесь, на его плантации. Это явно было кодовым обозначением… чего-то другого.
   Цель была так близка, что он будто ощущал ее вкус на языке. Ему так хотелось достичь ее – аж все тело ломило.
   – Это ведь военная карта, да? – продолжал настаивать Холер. – А сам знаешь, выкапывать что-либо принадлежащее воякам по оккупационным законам строго воспрещено. Вот ты, похоже, и продолжаешь бубнить про эту самую библиотеку.
   Гас улыбнулся и ответил:
   – Ну конечно, здесь запрятаны пятьдесят тысяч ооновских солдат с автоматами. Сидят и ждут не дождутся, когда можно будет отбить эту треклятую планету обратно.
   – И ты собираешься их выдать? – ошеломленно уставился на него Джек Холер. – Взять и загубить такое дело? – На лице у него теперь явственно читалась неприкрытая ярость. – А где же твой патриотизм?
   – Я просто пошутил.
   – Тогда что же там?
   – Девочки.
Пятьдесят тысяч девственниц, – подмигнул ему Гас.
   Мастер, разочарованный, вернулся и продолжил наблюдение за работающими Томами и буровой установкой.
   Гас едва слышно – так, чтобы не мог услышать ни Холер, ни кто-либо еще, – пробормотал себе под нос:
   – Я тебе сказал, а ты мне не поверил. Ну и не верь на здоровье. – Потому что он говорил правду.
   В последние дни войны ООН с помощью компьютера отобрала значительное количество лучших – с генетической точки зрения – представительниц прекрасной половины всех рас рода человеческого и поместила их в гомеостатическое подземное убежище, полностью изолированное от окружающего мира… а потом занялась бесконечной процедурой уничтожения всех материалов, касающихся существования и местоположения самоподдерживающегося убежища, – все это на случай, если вторгнувшиеся на землю пришельцы, а ныне оккупанты, будучи мерзкими скользкими червяками, вознамерятся полностью изничтожить человеческую расу. Однако у пришельцев с Ганимеда подобных намерений явно не было; более того, они оккупировали захваченную Землю самым что ни на есть искусным, осмотрительным и гуманным образом – по крайней мере, так можно было судить по их политике до настоящего времени. Поэтому, рассудил Гас Свенесгард, эта колония первоклассных дамочек утратила свое значение, а также, поскольку жизнь под землей была явно не сахар, то, освободив их из заточения, он совершит вполне благородный поступок. Они будут ему только благодарны. Они проникнутся почтением к своему избавителю. В общем, так или иначе, все должно было сложиться наилучшим образом.
   На дальнейшее у него были вполне определенные планы. За освобождение – сколько именно женщин там находится, Гас точно не знал: может, сотня, а может, и две – он хотел, как выразился бы его юрист Айк Блитзен, получить соответствующее вознаграждение.
   Некоторые из действительно крупных владельцев плантаций, бургеров, что далеко ходить – вроде Чака Пепитона и Джизуса Флореса, – имели целые гаремы как белых, так и цветных, хотя цветные технически по законам Теннесси могли считаться только сожительницами, а не законными супругами. Более того, именно в этом и заключался весь смысл бургерства, именно это и было окончательным критерием принадлежности к нему. Ему это было известно. Как и всем прочим. Поскольку женщины стали крайне дорогим товаром. На рынках Юга они ценились куда выше, чем Томы. Хорошего коричневого Тома, скажем, можно было приобрести за пятьдесят ооновских долларов, а вот женщина… обошлась бы раз в шесть дороже, разумеется в исправном состоянии.
   Именно этим он и собирался заняться – состоянием девушек, которые и были настоящим состоянием. Потому что старые довоенные ооновские деньги быстро обесценивались, по мере того как ганийские оккупационные власти постепенно изымали их из оборота или уничтожали, а тех бумажек, что они печатали взамен, никто в здравом уме даже бы и не коснулся, настолько нелепо они выглядели. Например, чьи изображения они на них печатали? Президента Джонсона? Сталина? Нет, гани решили выпендриться, покопались в истории и вытащили оттуда портреты всяких уродов вроде Канта, Сократа, Юма и им подобных. Например, взять десятидолларовую купюру с генералом Дугласом Макартуром – через месяц они совсем исчезнут. А вместо генерала появится некто по имени Ли Бо, какой-то древний китайский поэт. Да даже при одной мысли о таком кого хочешь передернет.
   Таким образом, оккупационная валюта стала самым настоящим средством грабежа, с помощью которого гани пытались лишить терранцев их привычных ценностей и заменить их бесполезным хламом. И все это прекрасно понимали, даже на Севере, где всем заправляют эти несчастные червелизы, или, как их стали называть короче, чизы… причем заправляют по указке ганийского военного командования. Впрочем, чего еще ждать от чизов?
   Да, возможно, его плантация и является самой маленькой во всем Теннесси, что ж с того? Это не имеет никакого значения, во всяком случае, перестанет иметь после того, как бур проникнет в надежно изолированное подземное убежище, рассчитанное на сотни лет обитания и битком набитое цветущими непорочными девами, до которых не удалось добраться ганийским червякам – или змеям, это уж как вам нравится или как вам больше всего не нравится. Змеи обычно извиваются, и у них острые ядовитые зубы. Червяки же… ну, червяки обычно слепые. А то и еще похуже. В свое время он разводил овец и видывал глистов… доводилось видеть и опарышей. Поэтому, с его точки зрения, гани больше напоминали не змей, а червей, что было куда хуже.
   – Бур дошел до чего-то твердого, – внезапно услышал он голос Холера. – Похоже на металл. Причем не просто металл, а что-то вроде твердой хромостали.
   – На какой глубине? – спросил Гас.
   – Точно, как вы и предсказывали, – семьсот футов.
   – О’кей, – кивнул он. – Установите бур большого диаметра – тот, внутри которого помещается человек. Хочу спуститься вниз. Причем я спущусь первым, а потом скажу, когда можно будет следовать за мной.
   Вскоре облаченного в специальную сбрую Гаса, обмазанного жирной пластиковой смазкой, чтобы не застрял по дороге, начали осторожно опускать вниз следом за фонарем, освещавшим внутренности трубы. За Гасом, просто на всякий случай, спускали Тома с игольным пистолетом. В левой руке Гас сжимал автоматический пистолет с фосфорными пулями, а в правой – пачку документов, удостоверяющих, что он – законный бургер Пятнадцатой плантации Теннесси… Бумаги должны были убедить женщин, что он не какой-нибудь там ганийский чиз. Кроме того, при нем были вырезки из газет со дня Капитуляции, в основном говоривших о крайне гуманной политике ганийцев в отношении продолжения рода человеческого, материалы, в которых опровергали заполонившие Землю слухи о неминуемой поголовной стерилизации и тому подобном.
   Он чувствовал себя совершенно уверенным, настроение было приподнятым. Спускаясь вниз, он даже принялся напевать себе под нос какую-то бодрую мелодийку. Потом вдруг задумался: откуда это она выскочила? Ах, ну да, конечно! Должно быть, он подцепил ее у этой дамочки Джоан Хайаси, с которой встречался сегодня утром у себя в отеле «Олимпус». Интересно, удалось ли ей пробраться в неусмиренные горные районы, а если и удалось, то пришили ее тут же жаждущие крови приверженцы Перси X или нет? Плохо, коли так: у него имелись в отношении ее кое-какие планы.
   На глубине семи тысяч футов его фонарь наконец вдруг высветил огромную пещеру, размеров которой было не определить. Пока он, раскачиваясь из стороны в сторону, старался как можно скорее достичь ее дна, он вдруг увидел…
   Электронное оборудование, причем более чем странное – с таким ему никогда раньше сталкиваться не приходилось. Казалось, здесь были целые тонны всякой электроники, проводов и печатных плат, гелиевых аккумуляторов, транзисторов и непонятных кристаллических объектов неизвестного назначения, поблескивающих в свете фонаря.
   Оказавшись наконец на полу пещеры, он подумал:
   «Так, значит, вся эта история насчет девочек была придумана лишь затем, чтобы заставить нас докопаться досюда. На случай, если мы одичаем и нам будет плевать на всякую науку. Эти чертовы ооновские психологи обвели нас вокруг пальца. Они…»
   Тут его что-то ужалило в шею. Противопехотная гомотропная игла. Ноги тут же подкосились, и он медленно опустился на колени. Почувствовав, как сознание покидает его, Гас начал молиться, чтобы это оказался всего-навсего парализатор, а не метаболический токсин, вызывающий остановку сердца. Он с усилием повернул голову и увидел Тома, который спускался следом за ним. Почему этот Том бездействует? И тут его осенило! В него выстрелил именно этот Том. Должно быть, мелькнула у Гаса мысль, он работает на Перси X!
   В наушниках Гаса вдруг послышался голос Холера, едва не срывающийся на визг:
   – Эй, Гас, почему-то включился твой индикатор жизнедеятельности. Что случилось?
   «Он включился, – мелькнула у Гаса смутная мысль, – потому, что я мертв».
   Мгновение спустя Холер, крутясь и раскачиваясь, с громкими криками спускался вниз.


   Когда ионокрафт достиг северной границы плантации, включилось разговорное устройство и произнесло:
   – Дальше лететь не могу, нет лицензии. Мне придется либо изменить курс, либо высадить вас здесь, мисс. Прошу принять решение.
   – Я бы хотела, – ответила Джоан Хайаси, – чтобы ты доставил меня вон к тем горам, – и указала пальцем вперед.
   – К сожалению, это невозможно, – отозвалось такси и развернулось, следуя периметру плантации. Горы стали удаляться.
   – О’кей, – устало произнесла Джоан. – Высади меня здесь.
   Ионокрафт приземлился в пустынной болотистой местности, в нескольких милях от гор. Джоан вышла и несколько мгновений мрачно наблюдала за тем, как воздушный кэб выгружает ее записывающую аппаратуру. Впрочем, она в какой-то мере была готова к такому обороту событий и надела высокие ботинки.
   – Удачи вам, мисс, – попрощалось такси, дверь закрылась, и ионокрафт взмыл в небо. Она следила за ним до тех пор, пока машина не скрылась из вида, потом, тяжело вздохнув, стала прикидывать, как быть дальше.
   Возможно, она и сможет добраться до гор, где скрывается Перси, но вот аппаратуру ей не донести. Значит, придется оставить ее здесь. Но в таком случае какой вообще смысл тащиться в горы?
   Вдруг кто-то окликнул ее:
   – Мисс Хайаси!
   Она удивленно обернулась и только тут сообразила, что голос доносится из правой чашечки ее лифчика.
   – Да, – ответила она. – В чем дело?
   – Небольшая ошибка, – отозвался голос, который, как она наконец поняла, принадлежал маршалу Коли. – В ходе вашей подготовки я забыл предупредить вас, что ваш приятель, Перси X, со времени вашей последней встречи прошел интенсивное обучение в школе при Бюро психоделических исследований.
   – Ну и что с того?
   Ей почему-то не понравился тон ганийца: тот явно старался сообщить ей какую-то неприятную новость, подсластив при этом горькую пилюлю.
   – Мисс Хайаси, он – телепат.
   Буквально рухнув на штабель аппаратуры, она лихорадочно пыталась осмыслить услышанное. Наконец Джоан спросила:
   – И что же мне теперь делать? Сидеть и ждать, когда он меня убьет? Да ведь он, вполне возможно, в эту самую минуту уже засек меня.
   – Спокойно, мисс Хайаси, – произнес и сам явно встревоженный червяк. – Если вы переключите свой передатчик в лифчике на непрерывную передачу, мы сможем взять пеленги и заберем вас оттуда.
   – Заберете меня? – раздраженно спросила она. – Или то, что от меня к тому времени останется? – Она рывком расстегнула молнию своего нейлонового комбинезона, сорвала лифчик, положила его правой чашечкой на камень и уже подняла ногу в тяжелом ботинке, как из приемника снова послышался голос:
   – Мисс Хайаси, – пропищал он. – Предупреждаю, если вы…
   Фраза оборвалась, когда она с силой опустила каблук и с удовлетворением отметила хруст раздавленного микроскопического устройства. Теперь лифчик лежал у ее ног, мертвый. Она вдруг испытала чувство непривычной свободы. В одно мгновение, одним импульсивным движением она перечеркнула все годы служения ганийцам в качестве верного чиза. Возможно, через какое-то время она и вернется к своим хозяевам. Но… сейчас она не могла позволить себе думать об этом: возможно, Перси сейчас читает ее мысли.
   Послышался гул двигателя. Она подняла голову и в ужасе замерла.
   Над верхушками деревьев показался другой ионокрафт, еще более дряхлый, чем первый. Наконец он неуклюже приземлился в нескольких ярдах от нее. Дверца со скрипом приоткрылась, тут ее, видимо, заело, и только сильный толчок изнутри помог ей завершить начатое. Взгляду Джоан предстала обшарпанная кабина аппарата, выпущенного, по-видимому, еще до войны.
   – Тебя прислал Перси X? – с замиранием сердца спросила она.
   – Я сам по себе, – металлическим голосом отозвался кэб. – Не часть флота, как у вас на Севере. Делаю что хочу. За двадцать ооновских долларов могу доставить вас в ниговские земли. Я следовал за вами, мисс. Знал, что этот чизовский урод выкинет вас здесь.
   – А на тебе летать не опасно? – с сомнением поинтересовалась она.
   – Ничуть. У меня отличный Том-механик. Я купил его на скопленные деньги, – ответствовал кэб и поспешно добавил: – По закону гомеостатическим механизмам первого класса разрешено иметь Тома – во всяком случае, было разрешено после войны. Просто в основном машины слишком глупы, чтобы тратить денежки на такое. Залезайте, мисс.
   Она забралась в кабину. Кэб, отчаянно скрипя и дребезжа, загрузил оборудование в багажный отсек. Джоан застегнула комбинезон и занялась макияжем в предвкушении встречи с предводителем последних на планете сил сопротивления.
   – Можете не беспокоиться, – снова заговорил кэб. – Я все время вожу людей в горы. У меня монополия – больше никто туда не летает. Этим я и зарабатываю на жизнь. На обычных маршрутах мне с другими не тягаться, то есть я хочу сказать, попахивает здесь, ну, да сами небось чувствуете. Один парень, которого я как-то вез, заявил, что я будто кошками обоссан. Как вам кажется, правду он говорил или просто хотел меня унизить?
   – По-моему, – слицемерила Джоан, – он хотел подорвать твое чувство самоуважения. Должно быть, у него с головой не все в порядке.
   – Обычно я перевожу нигов, которые хотят присоединиться к Перси X, – они стекаются сюда со всей Северной Америки. Да, впрочем, и со всего мира. Но вы-то белая, то есть, я хочу сказать, никак не цветная. Больше всего советую остерегаться телохранителей Перси, в особенности человека по имени Линкольн. Как бы он не пристрелил вас, прежде чем успеете рот открыть. Я смотрю, у вас с собой записывающая аппаратура, да?
   – Хочу попробовать записать кое-что из ниговской музыки.
   – Так вы, стало быть, в музыкальном бизнесе? Слушайте, может, споете мне какую-нибудь песенку повеселее. Просто чтобы время скоротать.
   – Я не пою, – ответила Джоан.
   – А вот эту, «Далеко ли до Луны», знаете?
   Она утвердительно угукнула.
   – Моя любимая, – продолжал кэб. – Помните, как Джун Кристи исполняла ее еще в тысяча девятьсот пятидесятом? – И подлетающее к становящимся все выше горам такси замурлыкало бодрый мотивчик. Через некоторое время они уже летели над вершинами. Тут кэб наконец прекратил напевать и сказал: – Давайте-ка рассчитаемся прямо сейчас, пока вас не убили. С вас двадцать ооновских долларов. – Его слова прозвучали неожиданно резко.
   Когда купюры исчезли в специальной щели, кэб начал снижение по головокружительной, вызывающей тошноту спирали.
   – Посадочные системы совсем разрегулированы, – пожаловалась машина, когда шасси коснулось земли, кэб подпрыгнул и наконец замер. – Даже готов вернуть вам доллар, если считаете…
   – Не стоит, – сказала Джоан, вручную открыла дверцу, выбралась из кабины и оказалась лицом к лицу с двумя молодыми и очень крутыми с виду нигами в форме цвета хаки, армейских ботинках и с лазерными автоматами. Кэб, поспешно выгрузив записывающую аппаратуру, взмыл в воздух и лег на обратный курс.
   – Нет, ты только глянь, – бросил один из нигов другому. – Какая беляночка, а?
   – Прямо милашка, – плотоядно глядя на Джоан, отозвался тот.
   – Как насчет поразвлечься, крошка? – спросил первый.
   Его напарник бросил на него презрительный взгляд и ткнул локтем в бок.
   – Слушай, брось! Еще подцепишь от нее какую-нибудь белую заразу.
   – Можете провести меня к Перси X? – спросила Джоан.
   Но ниги продолжали переговариваться между собой, будто она ничего и не говорила.
   – Да и вообще, что с нее проку, с этой белой чизки?
   – Похоже, она привезла нам гостинцев. Ты только посмотри, какая у нее бешеная техника. – Оба наклонились и принялись разглядывать аппаратуру. – Да с ней все, что угодно, сделать можно.
   – Зато с девкой ничего не поделаешь. – Теперь парень обращался к Джоан. – Ты уж извини, крошка, но не будет тебе ни последнего желания, ни повязки на глаза, вообще ничего. Некогда нам всякими глупостями заниматься.
   Потерявшая от ужаса дар речи Джоан смотрела, как он вскидывает к плечу автомат и нацеливает его прямо ей в лоб, в то время как второй насмешливо напевает: «То-то, крошка, вот и все».

   Когда к Гасу Свенесгарду вернулось сознание, первое, что материализовалось перед его туманным взором, оказалось рылом и холодными змеиными глазами на лице червяка-ганийца. Он сразу узнал маршала Коли. Должно быть, это просто кошмарный сон, мелькнула смутная мысль. Гас потер лоб и поморщился от боли.
   Но это оказалось не сном.
   Оглядевшись, Гас обнаружил, что лежит возле дыры, проделанной им и его командой вероломных Томов. Стояла ночь, серпик луны давал света как раз достаточно, чтобы кишащие вокруг Коли сущики еще больше напоминали кошмарный сон. Интересно, как им удалось вытащить меня наверх? Впрочем, похоже, им все, что угодно, по плечу, мрачно подумал он. Потому-то они и победили, потому-то они и здесь.
   – Мне вас нисколько не жаль, мистер Свенесгард, – холодно прошипел Коли. – Знаете что, сэр? Вы – человек конченый. Лучше бы вам умереть в этой пещере, как умер ваш мастер. Как совершенно очевидно, вы прекрасно знали, что делаете. Пытаясь отыскать тайное хранилище оружия ваших разгромленных ооновских войск, вы действовали в прямом противоречии с законами, введенными оккупационными властями.
   – Нет, – с трудом выдавил Гас, – я искал вовсе не оружие. Оружие мне ни к чему. – Он с трудом сел.
   – Тогда что же? – Резкий вопрос буквально ввинтился в него.
   На какое-то мгновение он уже собрался было выложить червяку все, как есть. Но тот, скорее всего, просто не поверит ему.
   – Неважно, – печально отозвался он. – Но, клянусь честью матери, я никогда не стал бы использовать оружие против вас.
   – Что бы ни было у вас на уме, – рявкнул маршал Коли, – оружие уже в руках мятежных нигов. И если до этого они всего лишь досаждали нам, теперь они станут серьезной угрозой. И вы, и эта Джоан Хайаси – вы оба мятежники. Поэтому мы убьем вас обоих. И разумеется, немедленно.
   С этими словами маршал Коли языком подал знак, и Гаса тут же стиснул в железных объятиях огромный, явно безмозглый сущик и грубо потащил к стоящему неподалеку ганийскому кораблю.
   Мгновение спустя, уже внутри корабля, Гаса бесцеремонно швырнули в терранское кресло, видимо где-то позаимствованное ганийцами.
   Его прошиб пот. Но он все еще не сдавался: вытащил свой широкий платок и трясущейся рукой промокнул взмокший лоб.
   – Ты просто не понимаешь, Коли. Я не хотел говорить тебе, но я собираюсь – или теперь уже, похоже, собирался – начать военную кампанию против нигов. Завладев всей этой аппаратурой, я собирался использовать ее против Перси X. Это истинная правда, клянусь честью матери. Более того, я собирался покончить с Перси лично ради тебя, раз и навсегда. Просто вы понятия не имеете, кто ваши истинные друзья.
   – Я всегда считал, – едко заметил Коли, – что мисс Джоан Хайаси тоже наш истинный друг. Но она прервала связь с нами и сейчас практически наверняка примкнула к мятежникам-нигам. Причем прихватила с собой ценнейшую информацию о наших будущих операциях в этих краях.
   – Так, значит, эта японская девица, эта Хайаси, работала на вас? – Он ненадолго смолк, пытаясь придумать, что говорить дальше. В голове бешено крутились мысли. Уголком глаза он видел, как сущики налаживают какое-то устройство. У него тут возникло подозрение – причем сильное и сразу, – что он знает, каково назначение этого механизма, – ему доводилось видеть изображения подобных устройств. Червяки использовали их для снятия с человека кожи заживо, причем медленно, чтобы не попортить ее. Он снова отер лысину и подумал: «Скоро они привяжут мне руки, и я не смогу даже вытереть пот со лба. А еще через некоторое время я превращусь в кусок кожи – шкуру, как они ее называют, – в знаменитой коллекции Коли». – Я вам не нужен, – наконец громко сказал он, когда сущики подкатили машину к его креслу. – Я слишком мелкая сошка. А ведь тебе нужен Перси, верно? Он – ниг, и на самом деле именно он доставляет тебе основные неприятности.
   – Раз уж я не могу заполучить его, – холодно заметил Коли, – придется довольствоваться тобой. – Он подал языком знак сущикам привязать Гаса.
   – Подожди, – хрипло заговорил Гас. – Тебе вовсе не нужно удовлетворяться мной. Ты можешь заполучить Перси X собственной персоной. – Он поколебался и продолжал: – Я могу привести вас прямо к нему.
   Ганийский генерал снова подал сущикам знак, и те отпустили Гаса. По крайней мере, на какое-то время.
   – И как же, интересно, ты намерен сделать это?


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Поделиться ссылкой на выделенное