Филип Дик.

Кланы Альфанской Луны

(страница 4 из 18)

скачать книгу бесплатно

   – Но я мало зарабатываю. И что хуже всего, приходится быть наготове целые сутки. Мне сообщают о месте происшествия, и я мчусь туда на сверхскоростном прыгуне. Видите?
   Повернув голову, девушка указала пальцем на свое правое ухо. Риттерсдорф заметил в нем маленький цилиндр и догадался, что это мини-приемник.
   – Он постоянно настроен на прием. Это значит, что я не могу отходить дальше нескольких секунд бега от своего прыгуна. Конечно, можно ходить в рестораны, театры и в гости, однако…
   – Здорово, – сказал Чак. – Может быть, вы когда-нибудь спасете мне жизнь.
   А про себя подумал: «Итак, если бы я выпрыгнул из окна, она смогла бы ЗАСТАВИТЬ меня жить. Прекрасная способность…»
   – Я спасла уже очень многих. – Девушка протянула руку. – Можно мне тоже сигарету?
   Чак подал ей пачку и щелкнул зажигалкой, ругая себя – как всегда – за нерасторопность.
   – А чем вы занимаетесь? – спросила девушка. С неохотой – не потому, что не любил рассказывать о себе, а из-за своего столь низкого положения в глазах общественного мнения – Чак обрисовал свою работу в ЦРУ. Джоанна внимательно слушала.
   – Так вы помогаете нашему правительству удержаться у власти! – воскликнула она, восхищенно улыбаясь. – Это же замечательно!
   Очарованный, он сказал:
   – Спасибо.
   – Но это так и есть! Подумать только – в этот самый момент тысячи роботов бродят по всему большевистскому миру, останавливают людей на улицах городов и в дремучих джунглях и произносят ваши слова… – Ее глаза сияли. – А я всего лишь помогаю местному отделению полиции…
   – Есть такой закон, – сказал Чак, – который я называю Третьим Законом Риттерсдорфа о Неадекватной Отдаче. Он гласит: работа кажется тебе все менее и менее значимой пропорционально времени, в течение которого ты ею занимаешься. – Чак уже начал забывать ужасающе-отчаянное состояние, в котором пребывал совсем недавно.
   Джоанна прошлась по комнате.
   – У вас еще много вещей? Или вы уже все перевезли? Я помогу вам украсить комнату. Смайл Раннинг Клам тоже поможет – насколько в его силах, конечно. Дальше по коридору живет расплавленное металлическое существо с Юпитера по имени Эдгар; сейчас оно в спячке, но как только проснется, то обязательно зайдет. А комнату налево от вас снимает мыслящая птица с Марса – вы знаете, такая, с разноцветным оперением… У нее нет рук, но она может двигать предметы с помощью телекинеза. Она тоже обязательно поможет, только сегодня она занята – высиживает потомство.
   – Подумать только! – воскликнул Чак. – Какая интересная компания!
   – Кроме того, – продолжала Джоанна, – этажом ниже живет ленивец с Каллисто. Он висит на трехногой лампе и спит. Такие лампы появились здесь…, в шестидесятых годах прошлого века.
С заходом солнца ленивец просыпается и идет за пищей. А ганимедянина вы уже видели.
   Она энергично, хотя и несколько неумело затянулась сигаретой.
   – Да, мне здесь нравится: можно встретить самые необычные формы жизни. До вас в этой комнате жил венерианский лишайник. Однажды я спасла ему жизнь, когда он высох… Вы ведь знаете, лишайникам постоянно нужна влага. Здешний климат слишком сухой для них. В конце концов лишайник подался на Север, в Орегон, где постоянно идут дожди.
   Обернувшись, девушка внезапно замолчала и внимательно посмотрела ему в лицо.
   – Да, вы выглядите так, словно у вас большие неприятности.
   – Да нет, ничего особенного. Все эти неприятности больше воображаемые. На них вполне можно наплевать.
   «Неприятности… – подумал он. – Если бы я думал головой, то никогда бы не втянулся в них. Мне просто не стоило жениться на Мэри».
   – Как зовут вашу жену? Вздрогнув, Чак ответил:
   – Мэри.
   – Пожалуйста, не убивайте себя из-за того, что расстались с ней, – проговорила Джоанна. – За пару недель вы обязательно придете в норму. Сейчас вы чувствуете себя как половинка Разделенного надвое живого существа. Биологическое разделение всегда ранит, я знаю… Протоплазма, которая иногда снимала здесь комнату, страдала всякий раз, когда разделялась, однако ей приходилось идти на это, чтобы расти.
   – Да, рост, наверное, ранит… – Подойдя к старинному двустворчатому окну, Риттерсдорф еще раз взглянул вниз на летающие колеса, экранопланы, пешеходов. Он действительно был очень близок к смерти…
   – Это не такая уж плохая комната, честное слово, – сказала девушка. – Мне приходилось жить в разных местах. Конечно, любой полицейский из нашего отделения знает Замок Бездельников, – призналась она. – Здесь всегда много шума: воровство, драки; было даже одно убийство. Это не совсем спокойное место… Как вы, наверное, уже догадались.
   – И однако…
   – И однако мне кажется, вам лучше остаться здесь. По крайней мере, вы будете не один. Особенно по ночам, когда неземные существа оживляются – вы скоро узнаете об этом сами. А Смайл Раннинг Клам очень хороший. С ним стоит подружиться. Он многим помогает. Ганимедяне обладают одной чертой характера, которую Святой Павел называл «каритас»… Святой Павел учил, что каритас – величайшая из добродетелей. По-современному это значит сопереживание, сочувствие, – добавила она.
   Внезапно дверь открылась. Чак обернулся и увидел двух своих старых знакомых, коллег из ЦРУ – шефа Джека Элвуда и напарника по составлению речевых текстов Пита Петри. При виде Чака оба облегченно вздохнули.
   – Черт побери! – воскликнул Элвуд, – мы уж думали, что опоздали. Мы разыскивали тебя, Чак. Джоанна Триест обратилась к Элвуду:
   – Я из местного отделения полиции. Пожалуйста, предъявите ваши удостоверения личности. – Ее голос был холоден, как лед.
   Элвуд и Петри небрежно махнули черными корочками ЦРУ и подошли к Чаку.
   – Что, интересно, здесь делает полиция? – поинтересовался Элвуд.
   – Это друг, – ответил Риттерсдорф. Джек Элвуд пожал плечами. Очевидно, он не собирался вдаваться в подробности.
   – Ты не мог найти себе жилище поприличней? – Элвуд оглядел комнату. – Здесь как-то странно пахнет.
   – Это только на время. – Чаку стало неловко.
   – Ты совсем испортился, – проговорил Петри. – На работе не появляешься… Нам кажется, тебе сейчас лучше поехать в Управление и заняться делом. Для твоей же пользы. Нечего торчать здесь одному и думать черт знает о чем.
   Он пристально посмотрел на Джоанну Триест, очевидно, стараясь определить, не предотвратила ли та попытку самоубийства. Никто, однако, не стал просвещать его на сей счет.
   – Так ты поедешь с нами? В Управлении накопилась уйма дел, наверное, тебе придется просидеть там всю ночь.
   – Спасибо вам, – поблагодарил Чак. – Но мне нужно перевезти вещи. И хотя бы немного прибраться.
   Ему опять неимоверно захотелось остаться одному. Спрятаться, забиться в угол и ни о чем не думать.
   – Я могу побыть с ним, – предложила Джоанна Триест. – По крайней мере пока не получу очередной вызов. Меня обычно беспокоят около пяти вечера, когда интенсивность движения резко возрастает. А до тех пор…
   – Послушайте!.. – резко проговорил Чак. Все трое вопросительно посмотрели на него.
   – Если кто-то ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хочет совершить самоубийство, то НИКОМУ НЕ УДАСТСЯ ОСТАНОВИТЬ ЕГО. Возможно, вы отсрочите дело. Может, какой-нибудь пси даже сумеет вернуть его к жизни. Но все равно через какое-то время он найдет способ выполнить свое намерение. Поэтому, ради Христа, оставьте меня, наконец, в покое. – Чак уже с трудом боролся с усталостью. – У меня на самом деле уйма дел. В четыре я встречаюсь со своим адвокатом. Мне некогда с вами болтать.
   Взглянув на часы, Элвуд сказал:
   – Мы отвезем тебя к адвокату. Пошли. – Он махнул Петри рукой.
   – Может, увидимся, – сказал Чак Джоанне. – Когда-нибудь.
   – Он слишком устал, чтобы соблюдать приличия. – Спасибо вам, – невнятно добавил он, даже точно не зная, за что благодарит девушку.
   Выделяя каждое слово, Джоанна произнесла:
   – Знайте, что Смайл Раннинг Клам, находится в комнате напротив и слышит все, о чем вы думаете. Если вы снова задумаете что-то не то, он узнает и вмешается. Поэтому…
   – Хорошо, – вздохнул Чак. – Я не буду делать этого здесь, В сопровождении Элвуда и Петри он направился к двери.
   Джоанна двинулась следом.
   Выйдя в коридор, Чак заметил, что дверь в комнату липкой плесени открыта. Огромный желтый холм слегка заколыхался в знак приветствия.
   – И вам спасибо, – с легкой иронией проговорил Чак, проходя мимо.
 //-- * * * --// 
   Они летели на колесе Элвуда в адвокатскую контору Нейта Уилдера, в Сан-Франциско, когда шеф сказал Чаку:
   – Насчет этой операции «Пятьдесят Минут»… Мы запросили разрешение включить своего человека в состав экспедиции. Стандартный запрос, его, естественно, удовлетворили. – Он задумчиво поглядел на Чака. – Думаю, придется использовать симулакрума.
   Чак рассеянно кивнул. В такого рода проектах, когда существовала серьезная опасность потерять агента, ЦРУ всегда применяло роботов. Управление имело небольшой оперативный бюджет и понапрасну не рисковало своими людьми.
   – Симулакрум уже готов, – продолжал Элвуд, – и находится у нас в офисе. Его изготовил филиал «Дженерал Дайнэмикс» в Пало Альто. Если хочешь, можешь взглянуть на него.
   Он достал из кармана пиджака листок бумаги.
   – Даниэль Мэйджбум, двадцать шесть лет, англосакс. Окончил Стэнфордский университет с дипломом магистра точных наук. Затем в течение года обучался в Сан-Хосе, после чего был принят на работу в ЦРУ. Это его легенда. Никто не будет знать, что этот участник экспедиции – робот… Только мы еще не решили, кого посадить за пульт управлять Дэном, – прибавил Элвуд. – Может, этим стоит заняться Джонстону?
   – Он все завалит, – убежденно заявил Чак. Любой биоробот мог до определенной степени действовать самостоятельно, однако в подобной экспедиции потребуется принимать слишком много решений. Предоставленный самому себе, Даниэль Мэйджбум быстро разоблачил бы себя. Поэтому в обычных ситуациях он будет двигаться и говорить сам, но когда придет время серьезных решений – оператор, сидящий в полной безопасности на первом этаже здания ЦРУ в Сан-Франциско, возьмет управление на себя.
   Припарковав колесо на крыше здания адвокатской конторы Нейта Уилдера, Элвуд неожиданно предложил:
   – А может, Чак, ты займешься управлением Мэйджбума? Ведь Джонстон действительно не лучшая кандидатура для этой работы.
   Чак удивленно посмотрел на начальника.
   – Почему я? Это же не мой профиль. В ЦРУ имелась группа специалистов-операторов для дистанционного управления биороботами.
   – Понимаешь, Чак, мы хотим сделать тебе подарок, – медленно проговорил Элвуд, наблюдая за оживленным вечерним движением летательных аппаратов, которые, подобно облаку, окутывали город. – Ты сможешь быть рядом с женой, если можно так выразиться.
   Помолчав, Чак ответил:
   – Я отказываюсь.
   – Ты сможешь видеть ее.
   – Зачем? – Чак чувствовал, как в нем закипает гнев. Его опять принуждали.
   – Давай посмотрим правде в глаза, – мягко сказал Элвуд. Психологи из Управления прекрасно знают, что ты все еще любишь ее. А для работы с Дэном нам нужен постоянный оператор. На несколько недель Петри займется твоими текстами, а ты попробуй, осмотрись, не понравится – вернешься к своей основной работе. Ты ведь столько лет составлял речевые тексты, что за пультом будешь как у себя дома, я уверен. Ты только представь: полетишь с Мэри на одном корабле, вместе с ней высадишься на Альфу III M2…
   – Нет, – повторил Чак. Открыв дверцу машины, он сошел на посадочную площадку на крыше. – Скоро увидимся. Спасибо за доставку.
   – Ты ведь знаешь, – сказал Элвуд, – я могу приказать тебе сесть за пульт. И прикажу, если почувствую, что это необходимо для тебя. Такое вполне может случиться. А пока я сделаю вот что: запрошу досье твоей жены из ФБР и выясню, что она за человек. В зависимости от этого… – он сделал неопределенный жест рукой, – я и приму окончательное решение.
   – И каким же человеком должна быть моя жена, чтобы мне понадобилось шпионить за ней при помощи симулакрума? – поинтересовался Чак.
   – Женщиной, способной вернуть тебя к жизни, – ответил Элвуд и захлопнул дверцу аппарата. Петри включил двигатель, и машина поднялась в темнеющее небо. Чак проводил ее взглядом.
   «Вот типичная манера Центрального Разведывательного Управления, – саркастически отметил про себя Чак. – Что ж, за столько лет мне следовало бы привыкнуть к такому стилю работы».
   Однако Элвуд был прав в одном: Чак действительно запрограммировал очень много симулакрумов, вкладывая в их уста тщательно выверенную, УБЕДИТЕЛЬНЕЙШУЮ риторику. И если он сядет за пульт, то не только сможет успешно руководить Действиями Даниэля Мэйджбума – или как там он еще называется, – но и…
   Чак на секунду задумался.
   …Но и превратить симулакрума в тонко настроенный инструмент, в ЧЕЛОВЕКА, который будет способен развлекать, убеждать и даже РАЗВРАЩАТЬ собеседника. Сам Чак Риттерсдорф не смог бы стать настолько красноречивым – он был мастером только в своем ремесле.
   Кроме того… Даниэль Мэйджбум в руках Чака Риттерсдорфа мог бы достичь многого с Мэри Риттерсдорф… Никто не понимал этого лучше, чем его начальник. Поэтому нет ничего удивительного в том, что Элвуд так настойчиво убеждал его заняться этой работой…
   Чак почувствовал легкое возбуждение. Ведь подглядывать в замочную скважину, что ни говори, все-таки чрезвычайно интересно… Особенно если об этом никто не узнает.
   «Да нет, серьезно, – убеждал себя Чак, – отсюда явно можно извлечь что-нибудь полезное для себя…»
   Скорее всего, решение лежало где-то посередине: надо, чтобы Даниэлем Мэйджбумом управлял надежный человек. Кто-нибудь, кто будет действовать в его интересах.
   «А в чем, собственно, состоят мои интересы?»
   Чак машинально вошел в кабину лифта, погруженный в раздумья. Потому что новая мысль – совсем не та, которую подсказал ему Джек Элвуд, – внезапно проникла в его сознание.
   «В таких необычных обстоятельствах… Агент-симулакрум рядом с Мэри на удаленной луне другой звездной системы… Среди психически нездоровых индивидуумов разложившегося общества… И я буду управлять этим симулакрумом… В таких исключительных обстоятельствах может произойти все, что угодно…»
   Это была не та идея, чтобы обсуждать ее с кем-либо; Чаку было даже трудно ясно сформулировать ее для себя. Однако она имела свои преимущества перед самоубийством, а ведь он был так близок к смерти…
   «При таких обстоятельствах я без труда смогу организовать убийство Мэри. Посредством умной машинки, которую изготовила для ЦРУ фирма „Дженерал Дайнэмикс“… У меня будет хороший шанс оправдаться в суде. Симулакрум, которым управляют с такого дальнего расстояния, часто действует самостоятельно – его электронный мозг иногда берет верх над управляющим сигналом. Игра явно стоит свеч… В суде я заявлю, что робот действовал сам, представлю кучу технической документации, доказывающей, что симулакрумы сплошь и рядом вытворяют подобные вещи… В архиве ЦРУ полно таких случаев.
   И пусть только следствие попробует потянуть этот воз – доказать, ЧТО ЭТО Я выдал симу команду на убийство».
   Чак подошел к двери адвокатской конторы Нейта Уилдера, продолжая мучительно соображать. Дверь автоматически открылась, и он вошел.
   Неплохая, в сущности, идея; ее следовало всесторонне обдумать. Хотя бы с технической стороны.
   Чак был сам себе противен, но мысль, раз появившись, уже не оставляла его. Подобно идее фикс, она прочно завладела всем его существом, и с ней было не так-то легко справиться. И все же…
   Такое преступление никак нельзя назвать идеальным. На Чака Риттерсдорфа сразу же падет главное подозрение… Окружной прокурор или прокурор штата – или кто там занимается подобными делами – быстро догадается, кто стоит за этим… А также газетчики, среди которых встречаются самые дотошные умы Соединенных Штатов…
   Однако подозревать и доказать – две совершенно разные вещи.
   В какой-то мере ему поможет завеса высокой секретности, скрывающая деятельность Центрального Разведывательного Управления…
   Землю и Альфанскую звездную систему разделяет более трех световых лет – огромная дистанция. Слишком большая, чтобы при обычных обстоятельствах совершить хорошо продуманное убийство. Кроме того, значительное смещение электромагнитного сигнала при входе и выходе из гиперпространства может вполне сносно рассматриваться как постоянно действующий фактор. Хороший адвокат сможет сделать чертовски громкое дело на одном этом моменте.
   А Нейт Уилдер – как раз такой адвокат.


   В тот же вечер, поужинав в ресторане «Голубая Лисица», Чак позвонил домой своему шефу Джеку Элвуду.
   – Хочу взглянуть на создание, которое вы назвали Даниэлем Мэйджбумом, – осторожно сказал он.
   Лицо шефа на небольшом экране сморщилось в улыбку.
   – Отлично. Это легко сделать – возвращайся в свои шикарные апартаменты, и Дэн приедет к тебе. Сейчас он у меня: моет посуду на кухне. Так что же заставило тебя решиться?
   – Да так, особой причины нет. – Чак повесил трубку. Он вернулся к себе и стал ждать Дэна. Вечером, когда старинные лампы были включены, комната выглядела еще более Удручающей.
   Через некоторое время он услышал голос в коридоре – мужской голос, который спрашивал о нем. Затем в голове возникли мысли липкой плесени:
   «Господин Риттерсдорф, здесь какой-то человек ищет вас. Пожалуйста, откройте дверь и примите его».
   В коридоре стоял невысокий пожилой мужчина в вышедшем из моды костюме и с заметным животиком.
   – Это вы Риттерсдорф? – произнес гость требовательным, сердитым тоном. – Ох, что за дыра! Здесь полно всяких странных тварей. Непонятно, что здесь делает землянин? – Он вытер красное, потное лицо носовым платком. – Я Банни Хентмэн. Вы ведь писатель, не так ли? Или это все мистификация?
   – Да, я пишу речевые тексты для роботов, – сказал Чак. «Конечно, это дело рук Мэри. Очередное предложение о работе. Чтобы выжать из меня побольше».
   – Вы что, не узнали меня? – сердито проговорил Хентмэн. – Разве я не известен всему миру? Вы, наверно, не смотрите телевизор. – Он раздраженно запыхтел сигарой. – Итак, я здесь. Вы хотите работать на меня или нет? Послушайте, Риттерсдорф, я не привык валяться у кого-либо в ногах. Но пишете вы прекрасно – должен признать это. Где ваша комната? Или мы так и будем торчать в коридоре?
   Заметив полуоткрытую дверь комнаты Чака, он без приглашения направился к ней, прошел внутрь и скрылся из виду. Быстро соображая, Риттерсдорф последовал за нежданным пришельцем.
   «От него, очевидно, так просто не отделаться, – понял он. – Ну и пусть: устроим небольшую проверку для Дэна Мэйджбума».
   – Понимаете, – сказал он телекомику, прикрыв за собой дверь, – я не очень-то стремлюсь получить это место.
   – Знаю, знаю, – проговорил Хентмэн, кивая. – Вы патриот. Вам нравится делать роботов-разведчиков. Слушайте. – Он вытянул палец. – Я могу платить вам ВТРОЕ больше, чем они. Кроме того, вы получите полную свободу в выборе тем. Конечно, последнее слово всегда останется за мной в смысле использования и подачи материала…
   Комик с ужасом оглядел комнату.
   – Боже! Эта келья напоминает мое нищее детство в Бронксе. Вот это и есть настоящая бедность. Что случилось? Неужели жена обобрала вас до нитки через суд? – Его глаза подрагивали, выражая сочувствие. – Да, знаю, такое может случиться. Сам трижды разводился, и каждый развод стоил мне бешеных денег. Закон на стороне женщины, ничего не поделаешь! А эта ваша жена… Привлекательная, однако… – Хентмэн неопределенно взмахнул рукой. – Не знаю. Она несколько холодновата – понимаете, что я имею в виду? Из тех, кто высчитывает все наперед. Не завидую вам, дружище. С такими женщинами нужно постоянно быть начеку, не то она подсунет тебе горькую пилюлю в самый неподходящий момент. С ними нельзя связываться надолго: лучше ограничиться простой интрижкой. Он с жалостью посмотрел на Чака.
   – Но, как я вижу, вы из тех, кто воспринимает женщин слишком серьезно. Бьется с открытым забралом, так сказать… Вот, батенька, что я вам скажу: эта женщина переедет через вас всеми четырьмя колесами и оставит плоским, как ослиная задница.
   В дверь постучали, и в голове Чака снова возникли мысли Смайла Раннинга Клама:
   «Еще один посетитель, господин Риттерсдорф. На этот раз помоложе».
   – Извините, – сказал Чак Хентмэну и направился к двери. Симпатичный молодой человек, одетый по последней моде – в новый костюм от «Братьев Хардинг», – увидев Чака, сказал:
   – Господин Риттерсдорф? Я Даниэль Мэйджбум. Господин Элвуд просил зайти к вам.
   «Великолепная работа. Ни за что не признал бы в нем симулакрума». Чак был в восторге.
   – Здравствуйте, – сказал он, – заходите.
   Познакомьтесь, Мэйджбум. Это знаменитый комик Банни Хентмэн. Вы должны знать – топ-топ, бум-бум – Хентмэна, который появляется на экране в костюме кролика с глазами-крестиками и большими хлопающими ушами.
   – Очень, очень рад, – воскликнул Мэйджбум, протягивая руку; мужчины обменялись рукопожатием, оценивая друг друга. – Смотрел ваше шоу много раз и просто умирал со смеху.
   – Здравствуйте, – пробормотал Хентмэн, сурово посмотрев на Чака.
   – Дэн – наш новый сотрудник, – объяснил Чак. – Я первый раз встречаюсь с ним. – Потом добавил:
   – Мы будем вместе работать.
   – Нет, – энергично возразил Хентмэн, – вы будете работать со мной, разве вы не поняли? Я принес готовый, уже составленный контракт. Мои юристы потрудились на славу. – Он полез в карман пиджака, сердито глядя на Чака.
   – Я, наверное, не вовремя, – заметил Мэйджбум, осторожно отпрянув назад. – Могу зайти позже, господин Риттерсдорф. Чак, если позволите.
   Хентмэн взглянул на Мэйджбума. Затем, пожав плечами, развернул контракт.
   – Глядите, сколько я буду платить вам. Видите? – Он потыкал в бумагу пальцами с зажатой в них сигарой. – Разве ваша работа по изготовлению шпионов даст вам столько? Поймите же, заставлять Америку смеяться не менее патриотично – смех укрепляет наши моральные ценности и помогает победить красных. Наша работа ГОРАЗДО более патриотична, чем та, которой вы сейчас занимаетесь. Все эти роботы, эти холодные идиоты вызывают у меня содрогание.
   – Совершенно согласен с вами, – неожиданно заговорил Даниэль Мэйджбум. – Однако, господин Хентмэн, есть ведь и другая сторона медали, если вы позволите мне вставить пару слов. Господин Риттерсдорф, то есть Чак, выполняет работу, которая под силу лишь немногим. Программирование симулакрумов – это поистине искусство, ведь неумело обученный робот похож на медведя – даже ребенку под силу отличить его от живого человека. А если программа написана мастерски…
   Мэйджбум широко улыбнулся.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Поделиться ссылкой на выделенное