Сергей Дышев.

Воры в законе и авторитеты

(страница 6 из 31)

скачать книгу бесплатно

И дело не только в том, что восторжествовал закон и воцарилась справедливость. Как раз вопреки нашему хилому закону был осужден матерый преступник и оказался там, где и положено быть руководителю банды убийц, – в тюрьме.

Славянское братство под «кавказским соусом»

Второй старейший брянский вор в законе Георгий Зенцов (Жора Фиксатый, Жора Брянский, Молдаван), в отличие от Барыги, не проявил себя в столь шумных событиях. В 1992 году Зенцов был осужден за разбойное нападение, отбывал наказание в Виннице. В августе 1997 года он вышел из мест лишения свободы, а уже 6 сентября его вновь привлекли к уголовной ответственности за два разбойных нападения. Процесс состоялся, и он получил свои 12 лет.

В том же 1992 году в Брянскую область приехал Табагуа Мираб Валикович, 1954 года рождения, уроженец грузинского города Кутаиси. Прописался в области. До 1994 года он тихо проживал в своем доме, никого не тревожа. Никто не знал, что он – вор в законе. Потом он уехал в Санкт-Петербург, где решал криминальные дела. Сигнал в УВД Брянской области о том, что на территории области прописан и живет вор в законе Табагуа Мираб Валикович, пришел из ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Оперативники установили Мираба и начали им заниматься. С 1995 года Мираб периодически уезжал, потом возвращался. В Брянске он завел сожительницу, у них родились дети.

Позже стало известно, что в Петербурге у Табагуа была серьезная стычка с вором в законе Ромео, его сильно избили. Мираб три месяца лежал в Военно-медицинской академии в Петербурге.

В июне 1994 года с подачи Табагуа и по рекомендации вора в законе Барыги, который по-прежнему отбывал наказание, в Петербурге был коронован брянский авторитет Рогаченок – Олег Рогачев, 1969 года рождения. По некоторым данным, на той сходке не было ни одного вора славянской национальности – исключительно кавказцы.

Рогаченок трижды привлекался к уголовной ответственности по 89-й, 144-й, 212-й статьям. В приговоре 1988 года Клинцовского городского суда значилось, что Рогачев украл несколько банок консервированных продуктов, молоток, гвоздодер. Невысокий полет для авторитетного вора. В зоне всегда числился в отрицаловке, но отметить его «заслуги» было некому: там, где он сидел, воров в законе не было. Имеет инвалидность третьей группы (астма). Недавно сумел добиться переосвидетельствования на вторую группу инвалидности, которая дает по закону послабление – освобождает от административной ответственности (арест на 15 суток и др.).

В течение года после коронации Рогаченок путешествовал: разъезжал по России – был в Москве, Курске, Смоленске, странах СНГ – в Беларуси, Казахстане, в новом качестве устанавливал связи с ворами. Ныне занимает лидирующие позиции, так как других воров, кроме него и Мираба, в области нет. На правах законника проводит разборки, не забывая при этом о собственных интересах. Как учит блатная мудрость: «Кто больше даст, тот больше прав». Из-за чего в криминальных кругах Брянской области все больше недовольных «политикой» Рогаченка и Мираба.

Табагуа как бы стоит в стороне, но многим известно, что ни один серьезный вопрос Рогаченок не решает без участия своего «крестника» Мираба. Табагуа же стремится распространить свой контроль над юго-западными районами Брянской области, Минской и Гомельской областями Беларуси. Он поддерживает на брянской земле приехавших на поселение выходцев из Грузии, Армении, Северного Кавказа. Оседают они в сельской местности. Кстати, только в Климовском районе за последние годы поселилось более ста человек.

Оба брянских законника стремятся взять под контроль фирмы, которые их могут финансировать. Бандиты зарабатывать на поприще коммерции не приучены. А грабеж – дело не всегда надежное. По мнению оперативников, молодой вор Рогаченок в своем кругу, на разборках, во взаимоотношениях со своими и чужими допускает еще много тактических ошибок.

Со скандалом провалилась поездка Рогачева на воровскую сходку в Москву в апреле 1996 года. На повестке дня стоял «архивный вопрос» участия авторитетов преступного мира в выборах Президента России. Сотрудники Управления по организованной преступности при УВД Брянской области 17 апреля задержали Рогачева и следовавшего с ним Солдатенко, жителя Гомеля и руководителя крупного преступного сообщества, действующего на территории России и Беларуси. Обоим предъявили обвинения в совершении административного правонарушения и арестовали на 10 суток. У Солдатенко изъяли более двух тысяч долларов США – не имел документов на приобретение валюты, и автомобиль «Мерседес-300» – такой же, как и у Президента Ельцина. Кстати, машина эта принадлежала высокопоставленному лицу из Москвы, а Солдатенко пользовался ею по доверенности. Рогачев тоже ехал не с пустыми руками. Крупная сумма валюты предназначалась для воровского общака.

Оперативники быстро выяснили, что в 1992 году Солдатенко лишили прав управления автотранспортом на три года. А пользовался он водительским удостоверением, которое ему выдали незаконно в 1994 году.

На следующий день для вызволения «делегатов» были брошены несколько адвокатов. Они выдали «на-гора» массу жалоб во все инстанции: в суды, прокуратуру и УВД области, требуя освобождения задержанных.

Солдатенко заявил, что доллары получил в фирме города Гомеля в качестве зарплаты. Оперативники проверили и выяснили, что такой фирмы не существует, сам же авторитет нигде не работает. Просьбы освободить криминальных лидеров и вернуть им деньги и машину посыпались из Москвы, Гомеля, других городов. Причем в ходатайствах невиданную активность проявили и высокопоставленные государственные чиновники. И сумели «дожать». 31 июля судья Советского районного суда, без участия представителей УОПа, рассмотрела заочно это дело и вынесла решение о возврате автомашины и валюты. Узнали об этом оперативники гораздо позже.

Впрочем, с судебной практикой на брянской земле часто происходят странные вещи. Однажды судебная коллегия по уголовным делам областного суда дала шокирующе легкие сроки за бандитизм членам преступной группировки ингушей, а троих вообще приговорила к условной мере наказания. После чего один из бандитов скрылся в Чечне, где воевал против федеральных войск. И только Верховный суд России отменил эти приговоры.


В Брянской области прописано около 160 чеченцев, включая членов семей. Погоду они не делают. Общака как такового у них нет – каждый работает на себя, соответственно никому не «отстегивает». Брянским авторитетам это не нравится. Единственно, что сдерживает местных бандитов от конфликтов, – это то, что за преступления против ингушей или чеченов им придется отвечать по закону. И другой немаловажный фактор: чечены, как правило, не остаются в долгу. Отстреляв обидчиков, быстро собирают «юрты» и уезжают к себе в горы.


Азербайджанцы предпочитают держаться в тени: Брянск – город небольшой, с Москвой не сравнишь. С местными властями, криминалитетом все вопросы стараются уладить полюбовно. Исправно отстегивают на общак. С представителями других кавказских национальностей – грузинами, армянами, чеченами, ингушами – связей и контактов практически не поддерживают, считая их людьми низшей касты.

О воровском общаке, «законниках» и попранных традициях

Один из опытнейших знатоков воровского мира в Брянской области – полковник милиции Вячеслав Храпоненков. Мы говорили – о воровском движении в России в наше время.


– Вячеслав Александрович, какие характерные черты вы бы отметили у новой плеяды воров в законе?

– Неуемная жадность к деньгам и роскоши. Молодой «законник» Рогаченок, освободившись в 1993 году, через некоторое время обзавелся «Мерседесом-600», «Нивой», радиотелефоном, мебелью. Купил дом за десятки миллионов рублей в Клинцах, оформив его на родственника. Как тут не задаться «наивным» вопросом – откуда эти деньги? Естественно, из воровского общака. Только чисто теоретически он создается для поддержки заключенных. На самом деле им пользуются авторитеты. Скажем, на какие деньги другой держатель общака, ранее судимый Афанасьев из Брянска по кличке Гусь, выстроил двухэтажный дом с сауной и гаражом, обзавелся автомобилем, новейшей бытовой аппаратурой? И приближенный Гуся Магомедов по кличке Монгол тоже вряд ли ропщет на судьбу: приобрел квартиру, красивый автомобиль для себя и для супруги. Несостоявшийся педагог, закончивший два курса факультета пединститута, Фомичев по кличке Фома купил себе трехкомнатную квартиру в центре города площадью более 100 квадратных метров. Это неоспоримый факт: деньги, которые поступают в общак, используются в личных целях. А зэкам перепадает с барского стола по паре пачек сигарет, чая, масло да мыло и прочая мелочовка. В принципе, вся деятельность воров в законе направлена на улучшение своего благополучия. От старых традиций практически ничего не осталось. Мне приходилось встречаться с людьми, которые были коронованы еще в старые времена, в 50-х годах. Они говорят, что «сейчас воры все законы подгоняют под себя». Хотя бы такой закон: «Вор должен жить скромно». Как от этого отойти? Второе правило: «Вор не должен иметь семьи». Сейчас у каждого – если не жена, то любовница. Имеют минимум одного ребенка. Если зайти в следственный изолятор, то кому там прежде всего передают посылки – единицам. Хотя там сидят тысячи. Как-то на четвертую зону привезли селедку – в качестве «спонсорской помощи». Стали проверять – сертификата нет. Где достали эту селедку – неизвестно. По всей видимости, у кого-то забрали и привезли на зону. Мы посоветовались и решили, что принимать такой «дар» нельзя даже для заключенных. Себе дороже. Авторитеты, как правило, нужды не знают. Арестанту Барыге возили и будут возить и деньги, и чай, и все, что ни запросит. Кстати, однажды в беседе с коммерсантом я спросил, сколько он платит в общак? А он ответил: «Я не плачу». И рассказал, что, когда приехали «быки» от авторитета и назначили ежемесячную таксу в общак, он платить отказался. Но поставил условие: «Даете расчетный счет колонии, СИЗО – я перечисляю деньги, доставляю продукты, предметы первой необходимости. Я должен знать, кому идут мои деньги и кто действительно в них нуждается». Больше «крутые» не приезжали.


– Как проходили ваши встречи с «законниками»?

– На первой встрече Рогачев сразу встал в позу, чуть ли не король. Я спросил: «Ну а кто ты есть? Глава администрации района? Если так, давай будем решать административные вопросы». Он ответил: «У вас свои законы, а у нас – свои…» Рогаченок ведь практически ни одного дня не работал. Тем не менее с пенсией по инвалидности в 150 рублей «ухитряется» содержать жену, ребенка, купил квартиру и «Мерседес-600»… Мераб тоже не работает. К нему обращаются «фирмачи», чтобы выбить из должников долги. В 1993–1994 годах банки давали деньги без проверки кредитоспособности. Потом, чтобы вернуть их, вынуждены были отдавать бандитам до 50 процентов возвращенной суммы. Если кредит был, скажем, 120 миллионов, то 60 из них преподносили вору в законе. Плюс забирали и проценты. Система поборов существует везде. С одного места на рынке могут брать до 100 рублей. Затем эти деньги через посредников стекаются к казначею, где их уже отслеживает сам вор в законе.

– Не без помощи прессы сложилось убеждение, что ряд организационных, производственных, бытовых вопросов, защитных функций представители преступного мира могут решить и выполнить лучше, чем милиция, государственные органы. Например, мирный разбор конфликтов, охрану бизнесменов, защиту пострадавших от беспредельщиков и иные социальные функции.

– Эти социальные функции не что иное, как один из способов выколачивания денег. Элементарный пример. У автовладельца угоняют машину. Затем выходят на связь к хозяину и ненароком замечают, что знают о его беде, предлагают помочь «отыскать» автомобиль за треть, а то и половину его стоимости. И часто пострадавший вынужден идти на этот договор. А преступный мир, откровенно глумясь и выкачивая деньги, создает миф о своей всесильности… Да, у преступников нет волокиты и бюрократии. Им надо сделать дело – они сели в машину и поехали. Так мы живем: вор в законе ездит на «шестисотом» «Мерседесе», а, скажем, начальник управления по организованной преступности – на «девятке» 1993 года выпуска. Как его догонишь? В их распоряжении огромные финансовые средства, которые мгновенно подключаются, чтобы решать криминальные вопросы. А когда к нам люди приходят – быстро ничего не сделаешь. И тем не менее делаем. Если надо, то неделю, две, двадцать дней будем охранять свидетелей во время и после суда. А когда бандитов уже арестовали, то давление практически иссякает. Самое главное – процесс закрепления показаний. Что потом может сделать потерпевший, если он уже дал показания, всех опознал на очных ставках? И на суде не откажется от своих слов, тем более это тоже влечет ответственность, тоже могут возбудить уголовное дело. Ведь почему мы проигрываем на судах? Потому что пострадавшие часто упускают время, не обращаются сразу после первого наезда, угроз. И лишь после физического насилия бегут к нам. А если б пришли сразу, то можно было бы провести ряд оперативно-розыскных мероприятий, следственных действий по закреплению фактов преступной деятельности. Ведь спустя время многое невозможно восстановить. И получается, что дело идет в суд, а потом – возвращается на доследование. В нашем законодательстве немало пробелов, которые не дают нам привлечь к уголовной ответственности акул преступного мира. Сажаем «шестерок», а криминальную структуру разрушить не удается. Эта безнаказанность развращает наше общество. Мы уже несколько лет ждем принятия закона о борьбе с организованной преступностью, а его все нет…

Разговор с вором в законе о нашей и их жизни

Кабачок на углу двух улиц был уютным, в нем ощущалась приятная камерность (не от слова «камера»). Здесь состоялась обещанная мне встреча. Меня представили худощавому, подвижному человеку с аккуратной бородкой. На носу – очки в тонкой золотой оправе, волосы с проседью, на вид под пятьдесят. Одет хозяин был с изысканностью цыганского барона: черные сафьяновые сапожки, шаровары, жилетка поверх белой рубашки: одежда человека, который позволил себе раскрепоститься во всем после сложных житейских обстоятельств. Мы сели за стол, я поблагодарил за согласие встретиться и, вкратце рассказывая о себе, мимоходом изучал собеседника. Точнее, его руки. На запястье – часы в золотой оболочке, на татуированных пальцах, поверх синевы выколотых колечек, – дорогие перстни с бриллиантами, на одном – маленькая алмазная «розочка» – тонкая ювелирная работа. Я сразу отметил подвижные, длинные пальцы, по ходу разговора они жили своей жизнью. Руки повторяют и предсказывают жизнь. У него были руки вора-профессионала. И характерная для горца склонность к жестикуляции, когда эмоции нужно подкрепить, усилить выразительным движением, пляской рук.

На кого он был похож? Не на классического мафиози, готового по любому поводу отдать команду «фас» своим подручным. Не походил он и на классического князя зла, какого изобразил в фильме «Гений» Смоктуновский.

Жесткие морщины от носа, запальчивый голос – этот человек имел огромную эмоциональную энергию.

Если б встретил его в поезде, в зале ожидания аэропорта, вряд ли бы признал за классического вора. Скорее за главу артистического семейства на поприще эстрады, шоу-бизнеса, который сам уже отошел от арены или сцены, но все решает и направляет.

Он пользовался модным сотовиком из коричневой пластмассы – под цвет теплого дерева, получал звонки, отвечал, наконец передал телефон приближенному человеку: «Сам отвечай!»

Собеседник пил из маленькой чашечки кофе, я потягивал пиво. Потом он показывал мне порезы на животе и на руках, так, порой в запале, ветераны войны показывают свои раны. Я старался понять его, потому что по жизни всегда был на другом полюсе. Так суждено было каждому из нас по рождению, и каждого из нас, а мы оказались одногодками, судьба повела в свою сторону. Оттого и полушария мозга у каждого были устроены по-разному. Впрочем, у любого человека в его черепной коробке свой индивидуальный набор грязи, глупости и ума.

– Что представляет собой воровское движение, какое место занимает в обществе? Чем общность «воры в законе», которая представляет достаточно весомую силу, полезна для России? Вопрос задаю исходя из того, что любую общность людей можно оценивать и с точки зрения значимости и ценности для народа, страны, в которой живут.

– Вопрос сам по себе непростой. Полезно… Разделим это понятие. В чем именно полезно?

– Для людей.

– Для каких людей? Для всех хорошими быть невозможно. Потому что в таком случае не существовала бы ни одна структура. Что прежде всего заключается в понятии «вор в законе»? Про нас чего только не говорят: и детей воруют, продают наркотики, с проституток деньги берут, последние люди, руки по локоть в крови… Вор в законе – это прежде всего честность, совесть, принципиальность. Если этих трех качеств нет в этом человеке, то он уже не тот, за кого себя выдает, то есть конкретно, за вора в законе. Это в народе говорят «вор в законе». А вор есть вор. У нас нет старшин, майоров, генералов. Молодой может закрыть рот старому, невзирая, что он вчера в семью попал, а тот уже сорок лет вором. Право голоса имеют одинаковое. Единственно, к старому вору больше уважения. И то, если он заслужил его за то время, которое пробыл в семье, если заслуги есть. Но заслуги в чем опять-таки? Прежде всего в том, что он всегда порядочен, честен, в том, что он с честью это имя носит. Его ломали в тюрьмах, лагерях, карцерах, и он вышел таким же, каким и был, не сломленным. И в том арестантском окружении, в зоне, где он находился, все по-людски, по-человечески было, и он за это отвечал: людей не ломали, не унижали, не оскорбляли. Вообще у нас такого наказания нет – насиловать мужчину, женщину. У нас нет таких наказаний. А вот при коммунистах создавали такие камеры – «пресс-хаты», кидали туда людей и насиловали. Ставили выбор: или тебя изнасилуем, или делай то, что мы тебе скажем. И вот так ломали людей. А когда туда попадали воры – даже у отморозков, у вертухаев рука не поднималась такое совершить с ними. Боялись ответственности: ведь потом дома с их родителями могло кое-что случиться. Они боялись и с ворами уже ничего не могли сделать. И тогда старались воров рассеять. Против пресс-хат воры всегда выступали – и страдали, и голодовали, и ждали, пока не приедут из Москвы разбираться. Вот что я имел в виду, говоря о честности. Не о себе заботиться, об окружающих – мужиках. В свою очередь, воры благодаря мужикам выживали в лагерях, они своей пайкой делились с ними. Мужики могли выйти на работу, воры же по нашим понятиям не должны работать. Нормальный хозяин, который знает воров не по книжкам и фильмам, а по жизни, старался иметь у себя в лагере вора. Почему? Он знал, что до пенсии доработает. Что у него не будет ЧП в лагере, не будет резни, никого не зарежут, не изнасилуют. Будет порядок. Единственное нарушение режима – картежная игра была. Но игра до дозволенного. Определенная была ставка. Если человек не способен был заплатить, прибегали к ворам и там уже договаривались, как скостить долг, решалось по-разному: или он идет на производство, отрабатывает, или отсрочку дают.

– Вам приходилось, естественно, сидеть?

– Да, я двадцать лет отсидел.

– По какой статье, если не секрет?

– У меня постоянно кошелек был – 144-я.

– То есть вы вор в законе чисто классический?

– Да, я – карманник. У меня пять судимостей, одна была за тунеядство, а четыре – за карманные кражи.

– У вас много друзей?

– Товарищей много, а друзей мало. На пальцах могу посчитать.

– Они тоже авторитетные люди вашего круга?

– Да. Многих я потерял. В последние годы, когда началась перестройка и коммунизм угасили, старые воры говорили: «Вспомните еще эти денечки!» И действительно, правы они были. Хотя и при коммунистах бывало подбрасывали нам оружие, наркотики, патроны, лишь бы посадить. Знали, что с нами, ворами, ничего не сделать – если не было преступления. Меня брали всегда с поличным – за кошелек. Был случай, подбросили кошелек, но потом сам сотрудник милиции на суде признался, что его заставили это сделать. Его даже уволили за это. Но меня все равно не освободили, и легче от этого не стало. Потому что был и пострадавший, он совсем другое говорил. Но я что хочу сказать? При коммунистах, когда сидели, мы знали, что дали срок, десять лет, пятнадцать лет – мы его отсидим. А сегодня гарантии нет, что освободишься. Почему? Потому что люди сидят без надежды. Взять мужиков, которые работали на свободе, у них семья. И что-то у него случилось, он сел. И, вкалывая на зоне, он не то что семью не может обеспечить, а даже на махорку себе заработать. Вот говорят: куда общаки деваются – вот туда и деваются, на зоны. А не то, что там пишут, яхты строят себе, всевозможные коттеджи. И строятся, у многих есть это. Но это не с общака идет. Общак идет туда: покупают бушлаты, матрасы, все буквально для жизни. Приезжают к начальнику лагеря, спрашивают, что тебе не хватает? Он перечисляет, поясняет: не могу обеспечить. Привозим, получай. В каждом городе есть положенцы, и они следят, чтоб на зоны и тюрьмы поступления были, продукты. Тюрьма не в состоянии прокормить людей, не то что одеть-обуть. А на Севере вообще караул! С Азии туда мы везли валенки. Народ, основная масса заключенных в тюрьмах на нас надеются. Как вот в церкви есть бог, так и в тюрьме есть вор. Как в церкви надеются на бога, что бог пошлет, так и в лагере, и в тюрьме люди надеются только на воров – на то, что воры им пришлют, воры их поддержат. И поэтому, если с вором, не дай бог, что-то случится в тюрьме или если он сказал, вот это надо сделать, – все «на рога встанут», невзирая, обиженные, не обиженные, но будут делать так, как скажет вор. А не так, как скажет начальник. Сколько таких случаев было! Люди голодовки объявляли, резали животы, вскрывались, ужас, чего не делали ради того, чтобы с ворами встретиться. В карцерах сидели, гнили только ради того, чтобы его к вору посадили, потому что свой вопрос есть, который решить надо. И пока не попадут в камеру к вору, бывало, по сорок пять суток в изоляторе отсиживали.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Поделиться ссылкой на выделенное