Сергей Дышев.

Воры в законе и авторитеты

(страница 5 из 31)

скачать книгу бесплатно


1995 год

В мае в Москве сотрудники РУОПа столичного региона обезвредили «грузинскую» вооруженную группу из 9 человек, которая напала на пассажиров автобуса рейса Йошкар-Ола – Москва. Три преступника арестованы, изъяты пистолет Макарова, боеприпасы, милицейская форма. Еще четверо из «грузинской группы», специализирующейся на квартирных грабежах, были арестованы позднее.


«Армянскую» преступную группировку ликвидировали в Восточно-Сибирском экономическом регионе. Четверо бандитов длительное время занимались вымогательством денег и имущества. Действовали в различных областях России. У преступников изъяты огнестрельное и газовое оружие, 2 радиостанции, 400 граммов изделий из золота, 5 автомашин.


1996 год

Закончено расследование по «азербайджанскому» бандформированию Аллахвердиева. Доказано совершение в городах Нижнем Новгороде, Томске, Казани и Баку 35 преступлений, в том числе убийства 14 человек и 21 разбойного нападения. Привлекается к уголовной ответственности 25 человек, из них 11 – по ст. 77 УК РСФСР.


Ликвидирована межнациональная устойчивая преступная группа, занимавшаяся незаконным сбытом, перевозкой и хранением наркотиков. Задержаны 6 преступников, изъято денег и ценностей на сумму свыше 200 миллионов рублей, 10 тысяч долларов США, автомашина «ВАЗ-21011», а также наркотическое средство метадон.


1997 год

Весной 1997 года на московской конспиративной квартире был задержан известный армянский вор в законе Вартан Асатерьян. 34-летний авторитет криминального мира первую судимость за разбой получил в 16 лет. Отсидел в общей сложности почти 10 лет. При аресте у него изъяли три паспорта с разными прописками – в Ереване, Москве и Тамбове. Кроме того, у Вартана обнаружили 10 граммов героина, 3 грамма метадона и 34 бриллианта.


Статуправление Москвы сообщает: в столице и области проживает по недействительным документам или без них до 300 тысяч человек. В Москве официально зарегистрировались и проживали всего 8715 зарубежных граждан – как правило, студенты столичных вузов и различного рода специалисты-командированные. Нелегалы, как правило, не в ладах с законом. Вьетнамцы, живущие в общежитиях «Салют-2» и «Салют-3», контролируют среди своих сограждан валютные сделки, проституцию, перевозку денег и товаров. В бытовом плане – страшное перенаселение. Но самое ужасное, когда они начинают жарить соленую селедку. Самый законный способ борьбы с нелегалами – выдворение.

Он не любил свою кличку барыга

До 1992 года на территории Брянской области проживало два вора в законе. Борис Петрушин, он же Барыга, 1948 года рождения, восемь судимостей. Себя именовал более звучно – Боря Брянский. Имел большой авторитет в уголовном мире. Курировал пять областей.

Второй вор в законе – Георгий Зенцов, он же – Жора Фиксатый, Жора Брянский, Молдаван.

В 1993 году Барыга был привлечен к уголовной ответственности – за организацию банды. По тем временам это был сложный и трудоемкий уголовный процесс.

Да и вообще уникальный случай: впервые в области за 40 лет сумели осудить вора в законе по редкой в практике судов 77-й статье – «за бандитизм».

Круче крутого

Детство Бори Петрушина прошло в городе Умань. Характером ершистый, он всегда стремился верховодить сверстниками. И всегда давал понять, что круче его никого не существует. Однажды Борю «достал» участковый: хватит бездельничать и тунеядствовать, гражданин Петрушин, устраивайся на работу. Не знал милиционер, что любые нравоучения и попытки давления приводят Борю в крайнюю степень бешенства. И он за себя не отвечает. На следующий день, накалившись до предела, Боря прихватил украденное накануне ружье и отправился сводить счеты. В милиционера он выстрелил почти в упор. Но обознался, ярость затмила глаза. Пострадал другой сотрудник. Задержали Петрушина на следующий день. Милиционер выжил, рана оказалась несмертельной. Преступник получил 10 лет лишения свободы.

Отсидев, Боря долго на свободе не задерживался, вновь попадал за решетку. На Северном Кавказе отсидел четыре года по 206-й статье за хулиганство. Компания там была солидная, воры в законе короновали его, признав своим. До 1988 года Барыга совершил шесть ходок – из сорока лет жизни половина за решеткой. Хоть для вора года в тюрьме – «его богатство», но жизнь все-таки одна и хочется комфорта. Внешне Петрушин остепенился. Прописался в городе Сельцо Брянской области, завел семью, вскоре родился ребенок. Как авторитетнейший человек в своих кругах, поддерживал связи с другими знатными ворами – Дато Ташкентским, Шакро, Гиви Резаным, Яблочком. Московские воры в законе определили его княжить в центрально-черноземных областях: Брянской, Воронежской, Тульской, Калужской и Смоленской. Что он с удовольствием и делал, руководя сборами в воровской общак. Правда, занимался и не совсем свойственным вору делом: перепродавал краденые машины. За что и получил нелюбимую кличку Барыга.

Но все это не мешало Петрушину набирать вес в, так сказать, мирском обществе. Хорошим его приятелем вдруг стал заместитель УВД Брянской области полковник Корчагин, который мог снять телефонную трубку и укоризненно отчитать начальника РОВД: «Чего вы там гражданина Петрушина прессуете?» После чего руководителю преступного сообщества отменяли административный надзор. Правда, эта «дружба» Корчагину таки вышла боком: его задвинули на руководство лечебно-трудовым профилакторием. И в партийной номенклатуре у Барыги были свои – заведующий административными органами обкома Вершков. Говорят, совершенно не случайно крестной дочкой Петрушина оказалась дочь старшего прокурора области. И еще один интересный факт. На поприще боевика у Барыги с молодежным задором действовал Руслан Немешаев, 1966 года рождения – бывший секретарь райкома ВЛКСМ.

Вполне достойное общество крутилось вокруг вора в законе Бори Брянского. «Наместник» чувствовал себя всесильным в своей вотчине, как в той песне: «у меня все схвачено, за все заплачено». «Светские традиции» были больше ему по нраву, нежели аскетические нормы жизни законника, который, как известно, не имел права иметь жену, семью, иметь связи с милицией и властями, заниматься торговлей и любым другим бизнесом. Но Барыга, как уже говорилось, не брезговал заниматься сбытом краденых машин, числился снабженцем кооператива и безраздельно распоряжался деньгами общака – святая святых любого преступного сообщества.

Тех, кто не хотел отстегивать в общак, «лечили» старыми испытанными способами. Одного довольно известного в Брянске бизнесмена приручили в кратчайшие сроки. Вначале выпотрошили его офис, вынесли все, что по недавним временам считалось большой ценностью и дефицитом: персональные компьютеры, вычислительную и копировальную технику. Предприниматель еще не пришел в себя, а вдумчивые ребята уже посетили его с предложением помочь разыскать все похищенное, естественно, за определенную плату. Как только богатенький дядя раскошелился, тут же, к концу дня, вся техника стояла в офисе. В лучшем виде. А затем, уже по рекомендации простодушного коммерсанта, «фирма» «выручала» и других, попавших в такую же беду.

Болтливый Пузогрей войны стоит

Возможно, благоденствие Барыги продолжалось бы и до наших дней, но случилось внешне заурядное событие, которое фатальным образом отразилось в судьбах многих людей. В 1989 году из тюрьмы вышел авторитетный рецидивист Владимир Гуров. Был он весьма зол, и даже воздух свободы не умиротворил его. И имелись на то причины. В течение пяти лет сроку ему ни разу не подослали «грев», тем более денег. А ведь он, как человек с понятиями, когда был на воле, всегда отстегивал на общак. Гурик, как звали его, сделал бы предъяву Барыге со всеми вытекающими последствиями. Но по чину своему не имел права: все же Барыга – вор в законе. И тогда он стал искать возможность, чтобы насолить «наместнику», настраивал против него своих друзей – Атамана (Николая Атаманенко) и Чечика (Михаила Чечикова). Им, знавшим тюремные законы на своем опыте, не приходилось долго пояснять, что значит воровать из общака. Эти настроения как-то само собой подогрелись при случайной встрече с двумя приближенными Барыги – Александром Зинаковым по кличке Пузогрей и личным водителем Бори Александром Клюевым. Водитель пожаловался, что шеф требует по дешевке уступить ему его личную машину. А откажешь, ясное дело, еще больше проиграешь. Тут и начался треп. Чечик ворчал: «Барыга мужицкие бабки лопатой гребет, совесть потерял!» А Атаман присовокупил: «Разве не западло вору в законе машинами спекулировать?!»

Помалкивал лишь Пузогрей, а как разошлись, сразу отправился к Барыге и обо всем подробно настучал. Осерчал Петрушин: «Как посмели его авторитет законника подвергнуть сомнению?» Когда за спиной вора идут такие разговоры и он никак не реагирует – авторитет его тут же посыплется, как песочный домик. Требовать объяснений или простить – такое не допускалось. Тем более с характером Барыги.

«Зондеркоманда» чистит стволы

Воры в законе всегда расправляются со своими врагами чужими руками. И Петрушин решил организовать «зондеркоманду». Для этого пригласил преданного ему до гроба уголовника, пятикратно судимого Мыцу – Михаила Беляева, 1949 года рождения. Привели еще двоих – ранее судимого Петра Заикина, 1965 года рождения, и уже упоминавшегося Руслана Немешаева, который полгода как успешно закончил карьеру секретаря райкома ВЛКСМ и устроился работать в кооператив Барыги. Руслан, кстати, был племянником Михаила Беляева. Соратники по борьбе вооружились тремя пистолетами «ТТ» и 28 марта подъехали к квартире Атаманенко. Барыга и Мыца остались ждать в машине, а Заикин и Немешаев, выломав дверь, ворвались в дом. Но хозяина там не оказалось, и разбойники ограничились похищением вещей.

Два дня «зондеркоманда» отдыхала и под руководством Барыги строила новые планы. На усиление взяли дважды судимого Гену Шлянцева, 1955 года рождения по кличке Гендер. На этот раз решили заявиться к Гурову. Дверь открыла мать Гурика. Мыца, который был дружен с Гуровым с самого детства, поздоровался с женщиной, потом протянул руку вышедшему навстречу гостям другу. Барыгу это вывело из себя. «Ты с ним здороваешься? – заорал он. – Его замочить надо, за то, что против вора в законе пошел». Барыга сел за стол, а банда по условленной договоренности набросилась на Гурика. На глазах матери его избивали кулаками, рукоятками пистолетов, затем ногами. Потом Петрушин дал знак, и бандиты отпустили жертву. «Придешь ко мне 7 апреля в Сельцо вместе с Чечиком и Атаманом. Будет разборка, мурики!»

Команда ушла, а Гуров, вытирая кровь, предупредил мать, чтобы ни в коем случае не подходила к двери: «Убьют меня скоро».

Но случилось неожиданное: 2 апреля Барыгу взяли под стражу сотрудники милиции. Повод был: 24 марта его задержали сотрудники ГАИ за управление автомобилем в нетрезвом виде. К тому же он оказал сопротивление. А тут по оперативным каналам стало известно о готовящейся кровавой разборке. Поэтому на следующий день взяли и дружка – Мыцу, на лечение в ЛТП. Но он оказался проворным и сумел на ходу спрыгнуть из спецавтобуса.

События тем не менее продолжали развиваться, втягивая в свое русло все новых людей. Гурик совершает совсем немотивированные ситуацией действия: просит мать вызвать телеграммой его жену Любу, которая находилась в Ленинграде. «Любаня прошу отпросись хоть на день жду среду все плохо. Володя».

Супруга выполнила пожелание и в среду была у Гурова. А там уже собрался совет. Прибыли и остальные приговоренные – Атаманенко с женой и Чечиков. На повестке дня стоял вопрос: «Как жить дальше и с кем бороться». Путем нехитрых логических умозаключений пришли к выводу, что сдал компанию сучара Пузогрей. Пока не поздно, решили с ним поквитаться. Атаман выехал в город, нашел Пузогрея и приволок в «штаб-квартиру». Там толстяка изрядно поколотили, забрали золотые вещи: кольцо и любимую цепочку. После чего Атаман с супругой и Чечик разошлись по домам.

А Мыца, лихо сбежавший по дороге в ЛТП, укрылся в поселке Чайковичи под Брянском и вместе с Заикиным лечился водочкой и вкусно закусывал деревенским салом и солеными помидорами. Ждали босса, трехдневный срок задержания которого истекал 4 апреля. Вечером на конспиративную квартиру приехал возбужденный племяш Руслан. Он поведал, что верному Пузогрею начистили рыло.

Но Барыги не дождались. В ожидаемый срок его не выпустили. Мыца в этой ситуации принял командование на себя. Отстоять авторитет шефа ему надо было во что бы то ни стало. К дому Гурова приехали около восьми вечера. Гурик продолжал совершать немотивированные поступки. Вместо того чтобы позаботиться о безопасности семьи, он ударился в глухой запой. Возможно, посчитал, что борьба бессмысленна. «Зондеркоманда» ворвалась в квартиру. Пьяный до бесчувствия Гурик валялся на постели. Его опять били рукоятками пистолета. Он мычал и так и не смог понять, что за люди пришли и за что его так больно бьют. Затем бывший комсомольский вожак достал пистолет «ТТ» и дважды выстрелил в низ живота и грудь. Мыца сделал контрольный выстрел в голову. На свою беду, жена так и не уехала в спасительный Ленинград. Любу вытащили из квартиры, посадили в машину. Когда поздно ночью ее привезли на заброшенное кладбище недалеко от Чайковичей, она все поняла. Стрелять заставили Пузогрея: чтобы слабый характером подельник не посмел выдать «исполнителей приговора». Тот сделал вид, что согласился, но неожиданно исчез в кустах и дал стрекача.

«Заложит, гад!» – сказал Мыца.

Кладбище – лучшее место для смерти

С убийством Любы решили повременить: за убийство двоих вышка обеспечена. Вновь поехали в Чайковичи, прихватив женщину с собой. В доме они пили водку, развлекались с Любой. Тут заявились Клюев и Гендель. Бандитов приятно поразило, что они не арестованы. Значит, Пузогрей их не заложил, побоялся, теперь будет молчать. Вновь встал вопрос о Любе, которая связанная сидела в углу хаты. Приехали еще двое: член банды Андрей Кленин, 1965 года рождения, условно осужденный на три года, и его приятель – таксист Владимир Дерюгин. Всей компанией опять поехали на кладбище.

Встал вопрос: кто будет убивать? И опять по бандитской логике делать кровавую работу поручили нестойким, незаматеревшим, чтобы не предали, – водителю Барыги Клюеву и таксисту Дерюгину, который на свою голову оказался в этой компании. Но Дерюгин тут отказался от такой «чести» и бросился бежать. Заикин выстрелил ему вслед. Но было темно, пуля лишь поцарапала щеку таксисту. Тогда Заикин схватил монтировку, догнал Дерюгина и убил его двадцатью ударами по голове.

Люба до самой последней минуты не теряла мужества. Может, она горько пожалела, что связала свою жизнь с бандитом, и вот теперь так несправедливо и с ней обошлась судьба. Но тогда она сказала убийцам: «Уж убейте меня скорее!»

Стрелять вызвался Кленин. Он взял протянутый пистолет и выстрелил Любе в горло.

Тела несчастных сбросили в протекавшую неподалеку речку. Глухой ночью поехали по домам.

Милиция обнаружила в квартире труп Гурова 5 апреля. В тот же день нашли в речке тела Гуровой и Дерюгина. Буквально через несколько часов арестовали Клюева. Он не отпирался, рассказал, с кем совершал преступления. На следующий день, 6 апреля, были задержаны остальные члены банды: Беляев, Немешаев, Заикин, Кленин и Шлянцев. Немешаеву удалось уйти и скрыться, но в августе его поймали.

Пьяному автомобилисту тюрьма по колено

Петрушин тоже сидел – по-прежнему находился под следствием за управление машиной в нетрезвом виде. Но по главному преступлению – организация банды и подготовка убийств – он был недосягаем. Прямых улик против Барыги не было. Обвиняемые частично или полностью сознались в совершенных преступлениях. Заикин поведал о затяжном конфликте между группировками Петрушина и Гурова. Но всего этого было недостаточно, чтобы обвинить главаря. Все шло по привычной схеме: организатор преступления оставался недосягаемым, а «шестерки» тянули срок.

Старший оперуполномоченный по особо важным делам Владимир Пахоменко и следователь прокуратуры, конечно, вполне могли удовлетвориться достигнутыми результатами. Все участники убийств, грабежей – за решеткой, признали свою вину. Дело планомерно готовится к суду. Но они посчитали делом своей чести надолго упрятать в тюрьму и вора в законе Петрушина. А пока он получил полтора года лишения свободы за управление машиной в нетрезвом виде и сопротивление сотрудникам милиции.

После этого прошел год. Следствие по делу шестерых бандитов затягивалось, и, казалось, уже нет никаких надежд на то, чтобы изобличить организатора.

Подсадная парочка. Тонкая разработка

И все же Пахоменко продолжал свои попытки. Он сделал ставку на внутрикамерную разработку. В этом деле ключевую роль сыграл некто Гришин (назовем его так). Вместе со своей супругой он был арестован по обвинению в серии краж и грабежей. В уголовном мире он имел определенный авторитет, а еще больший авторитет он сделал себе сам: рассказывал о своих связях с именитыми ворами в законе, в том числе и с Дато. Люди Петрушина слушали его открыв рот. И однажды Гришин сообщил весть с воли: мол, Дато передал, что Барыга – гад, он нарушил воровские законы, тырил из общака и т. д. А посему он разрешил в наказание сдать его ментам. Разумеется, никакого «Дато» не было. Но члены банды поверили. Первым стал рассказывать Руслан Немешаев. В своем заявлении 12 августа 1991 года он раскрыл истинную роль Барыги в подготовке убийств, о том, как они совершали преступления по его указке. Бывший комсомольский работник прозрел. «На первоначальном этапе следствия никто из нас не называл Петрушина, – каялся он в своем заявлении. – Но сейчас в ходе бесед с другими заключенными я понял, что Борис Петрушин так же, как и все другие зэки, скотина, и для него нет ничего святого».

Потом прорвало и других подельников. Никому не хотелось оказаться крайним. Только Беляев не предал своего кумира. Видно, не позволяла воровская совесть. Барыга спас его от зверской расправы в камере орловского СИЗО – зэки за какую-то провинность решили сделать ему «правилку».

Жена Гришина тоже согласилась исполнить роль «подсадной утки». Сидела она в камере с любовницей Мыцы, которую арестовали по подозрению в краже. Работа была проведена чисто, и вскоре на свет появилось заявление, в котором женщина рассказала о том, что была свидетельницей убийства зимой 1990 года некоего Юрия Баронова по кличке Мэр. У него с Петрушиным случился конфликт по поводу общаковых денег. Баронов, достаточно авторитетный человек в криминальных кругах, решил еще более возвыситься – стал собирать деньги для общака. Это не понравилось Барыге: ведь «святое» дело по статусу может принадлежать лишь вору в законе. Конфликт завершился по обычному сценарию. Барыга в сопровождении верного Мыцы и боевика по кличке Вася Бульдог заявился на квартиру Мэра. Потом «друзья» отвезли его в лес, где Беляев по указанию Барыги и задушил ослушника.

Братва скакала словно зайцы

«Убийственные» факты были как нельзя кстати. 2 октября у Петрушина выходил срок, и братва готовилась к торжественному приему шефа. Об этом оперативники уже имели информацию. Сидел Барыга в колонии в поселке Брасово Брянской области. 1 октября в строжайшей тайне за ним прислали персональный автозак. Ему предъявили санкцию на арест и обвинения в соучастии в убийстве.

2 октября к стенам колонии подкатила целая кавалькада иномарок. Верные соратники собрались у ворот с цветами, водкой и шампанским, готовились с помпой встретить своего правителя. В лучшем ресторане областного центра столы ломились от самых изысканных кушаний. Но именитый арестант был далеко от места встречи – в брянском СИЗО. А вместо него нагрянули оперативники в черных масках и без лишних слов быстренько всех повязали. Тех, кто проскочил, догоняли на вертолете – ловили, как зайцев в поле. «Шорох» стоял по всей округе.

Барыга был потрясен. Тем не менее он ни в чем не сознавался и все отрицал. Провели очные ставки с подельниками. Но это дало обратный результат. При виде грозного вожака бывшие соратники дружно стали отказываться от показаний. Впрочем, все уже было задокументировано, отснято и доказано.

Тюрьма задрожала, но выстояла

Преступный мир сделал ответный ход: стали давить и запугивать. Владимиру Пахоменко сообщили, что наймут на его голову киллера за сто тысяч. О следователях и оперативниках начали распространять клеветнические слухи. Дошло до того, что у одного из свидетелей белым днем похитили семилетнего ребенка.

Петрушин по-прежнему держал глухую оборону, отрицал свою руководящую роль, наличие общака и через адвокатуру руководил процессом.

И вот настал день суда. В целях безопасности заседания решили проводить по месту отсидки авторитета – в СИЗО, в актовом зале. После акций запугивания и давления соратники, да и остальные мирные граждане были уверены, что обвинения «посыплются» и Барыгу оправдают. Тем более известно было, что и судью брянского областного суда Владимира Дорошкова тоже «предупредили».

28 апреля суд вынес приговор. Если бы рухнули стены тюрьмы, то, вероятно, эффект был бы не таким. Но старые стены выдержали небывалый вердикт. За организацию вооруженной банды Петрушину присудили 10 лет лишения свободы, верный сподвижник Беляев получил 15 лет. Остальные члены банды – чуть меньше.

Так закончилось это неимоверно трудное дело. Барыга отбывал наказание в колонии строгого режима в Якутии, сейчас – в городе Златоусте Челябинской области.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Поделиться ссылкой на выделенное