Дэвид Геммел.

Сумерки героя

(страница 6 из 29)

скачать книгу бесплатно

   Но сегодня что-то и в трансе беспокоило его. Не храп Ю-ю и даже не растущий холод. Кисуму был хорошо закален против холода и жары. Состояние покоя ускользало от него, и казалось, что меч в ножнах, лежащий у него на коленях, слегка вибрирует под пальцами.
   Кисуму раскрыл глаза и оглядел лагерь. Стало очень холодно, между деревьями сочился туман. Одна лошадь заржала от страха. Кисуму сделал глубокий вдох и опустил взгляд на свой меч. Овальный бронзовый эфес светился. Кисуму взялся тонкой рукой за обернутую кожей рукоять и вытащил меч из черных лакированных ножен. Клинок сиял голубым огнем, таким ярким, что больно было смотреть. Встав на ноги, раджни увидел, что краденый меч Ю-ю тоже светится.
   Один из часовых внезапно испустил крик. Кисуму отшвырнул в сторону ножны и помчался через лагерь за повозку с провизией. Там никого не было, но туман продолжал подниматься, и в нем что-то хрустело. Кисуму, присев на корточки, осмотрел землю. Его пальцы коснулись чего-то мокрого, и при ярком свете меча он увидел, что это кровь.
   – Проснитесь! – закричал он. – Проснитесь!
   В тумане что-то двигалось. Гигантская белая фигура мелькнула перед Кисуму и тут же исчезла. Туман клубился вокруг его ног, пронизывая леденящим холодом. Кисуму безотчетно отскочил назад, рубанув мечом сверху вниз. Как только меч коснулся тумана, в воздухе с треском и шипением сверкнула голубая молния, рядом послышался низкий гневный рык. Кисуму, прыгнув вперед, пронзил туман мечом. Голубая молния сверкнула снова, по лагерю прокатился гром.
   Откуда-то слева завопил другой часовой. Кисуму оглянулся. Ю-ю Лиань сплеча рубил туман, и его меч тоже сверкал молниями. Часовой лежал на земле у самой опушки леса, что-то белое, обвившись вокруг его ног, тащило его за деревья. Кисуму бросился к нему. Часовой вопил что есть мочи. Подбежав ближе, Кисуму увидел, что его лодыжку захлестнуло нечто, похожее на хвост огромного белого червя. Кисуму рубанул по этому хвосту. Возникший рядом Ю-ю с пронзительным криком грохнул по червю своим клинком. Часовой, освободившись, отполз обратно, а червь скользнул в туман.
   Ю-ю с боевым кличем устремился в погоню, но Кисуму ухватил его за ворот волчьего кожуха и удержал на месте. Ю-ю, потеряв равновесие, брякнулся наземь.
   – Останься тут, – спокойно сказал Кисуму.
   – Мог бы просто сказать, – проворчал Ю-ю, потирая ушибленный зад.
   Кисуму отступил на середину лагеря. Все охранники и носильщики уже собрались там, в ужасе пяля глаза на туман, где что-то щелкало и постукивало.
   Туман взвился вверх.
   Кисуму ткнул в него мечом. Голубая молния сверкнула снова, и из клубящейся мглы раздался жуткий, исполненный боли вой.
   – Что это? – спросил Ю-ю, занеся свой меч.
   Кисуму не ответил. Две лошади с визгом упали.
   – Стой тут и отгоняй туман, – велел Кисуму и побежал через поляну.
Туман раздался перед ним, слева что-то шевельнулось. Кисуму упал, откатился вправо, тут же вскочил. Длинная когтистая лапа метнулась к его лицу. Кисуму отшатнулся и отсек ее своим сияющим мечом. Послышался вой, и на миг он увидел страшную морду с огромными красными глазами навыкате и кривыми клыками. Морда мелькнула и пропала в тумане.
   Небо светлело, туман откатывался в лес.
   Вскоре над горами взошло солнце, и воцарился покой. Две лошади лежали мертвые, со вспоротыми животами. От пропавшего часового не осталось и следа.
   С восходом солнца меч Кисуму погас, сталь приобрела свой обычный серебристый блеск.
   На земле у его ног дергалась отрубленная когтистая лапа. Как только солнце коснулось ее, она почернела, задымилась, и повалил смрад.
   Кисуму зашагал обратно. Ю-ю, присоединившись к нему, весело заметил:
   – Кто бы они ни были, с двумя раджни им не сладить.
   Мадзе Чау откинул полог шатра и вышел наружу.
   – В чем дело? Что за шум?
   – На нас напали, – ответил Кисуму. – Мы потеряли одного человека и двух лошадей.
   – Разбойники вернулись?
   – Нет, не разбойники. Я думаю, нам нужно поскорее убираться отсюда.
   – Как скажешь, раджни. – Мадзе Чау воззрился на Ю-ю. – А это еще кто такой?
   – Я Ю-ю Лиань, и я тоже сражался с демонами. – Он вскинул меч и выпятил грудь. – Когда демоны явились, мы ринулись…
   – Стой! – Мадзе Чау поднял руку, и Ю-ю умолк. – Стой тихо и молчи. – Купец повернулся к Кисуму: – Мы с тобой продолжим этот разговор в носилках, когда тронемся в путь.
   Бросив недовольный взгляд на Ю-ю, старик скрылся в шатре. Кисуму двинулся дальше, Ю-ю побежал за ним.
   – Не знал, что эти мечи могут так светиться.
   – Я тоже не знал, – сказал раджни.
   – А я думал, ты объяснишь мне, в чем тут дело. Мы с тобой пара хоть куда, верно?
   Кисуму подумалось, что Ю-ю послан ему в наказание за какой-то великий грех, совершенный в прошлой жизни. Взглянув на бородатую физиономию, раджни без единого слова зашагал прочь.
   – Хоть куда, – повторил Ю-ю.
   От сгоревшей лапы не осталось и следа, но на опушке Кисуму обнаружил множество отпечатков трехпалых когтистых ног. Лю, молодой капитан стражи, подошел к нему, боязливо поглядывая на лес.
   – Ваш ученик сказал, что это были демоны.
   – Он не мой ученик.
   – Виноват. Но вы тоже так думаете?
   – С демонами мне до сих пор встречаться не приходилось. Поговорим об этом потом, когда выберемся из этого леса.
   – Да, господин. Кто бы они ни были, большая удача, что ваш друг оказался здесь со своим сияющим мечом.
   – Он мне не друг, но нам действительно повезло.
 //-- * * * --// 
   Мадзе Чау, задернув шелковые занавески паланкина, спросил:
   – Так значит, демоны?
   – Другого объяснения я придумать не могу, – ответил Кисуму. – Я отрубил одному лапу, но на солнце она тут же сгорела.
   – Не слыхал, чтобы демоны водились в этой части света, однако мои познания о Кайдоре ограничены. Мой клиент тоже не упомянул о них, приглашая меня сюда. – Мадзе Чау задумался. Однажды он воспользовался услугами колдуна и вызвал демона, чтобы убить своего делового соперника. Наутро соперника нашли с вырванным сердцем. Мадзе Чау так и не узнал, кто совершил это – потусторонние силы или обыкновенный убийца, нанятый колдуном. Самого колдуна два года спустя посадили на кол после неудавшегося покушения на готирского императора. Говорили, что в императорском дворце появился рогатый демон и убил нескольких часовых. Может быть, теперь кто-то из многочисленных конкурентов Мадзе тоже нанял колдуна, чтобы тот напустил на него этих тварей? Мадзе почти сразу же отказался от этой мысли. Погибший часовой стоял на дальнем конце лагеря, в противоположной стороне от хозяйского шатра, и лошади помещались там же. Если бы заклятие было направлено против Мадзе Чау, оно сосредоточилось бы на шатре, где он спал. Стало быть, это просто случай – но весьма тревожный. – Лю сказал мне, что твой меч сиял, как яркая луна. Никогда прежде о таком не слышал. Разве у вас, раджни, мечи волшебные?
   – Если и так, мне об этом ничего не известно.
   – И ты не можешь этого объяснить?
   – Ритуалы раджни берут начало из древних времен. На каждый меч накладывается сто сорок четыре заклятия. Благословляется железо перед плавкой, благословляется сталь, и носящий священный сан оружейник закаляет ее своей кровью после трех дней поста и молитвы. Наконец, меч возлагают на алтарь храма в Ри-ашоне, и все монахи собираются в этой величайшей из святынь, чтобы дать клинку имя и последнее благословение. Таких мечей, как у раджни, больше нет на свете. Никто не помнит происхождения многих заклинаний, и произносятся они на языке, которого не понимают более даже изрекающие их священники.
   Мадзе Чау выслушал Кисуму молча. Это была самая длинная речь, которую когда-либо произносил обычно лаконичный раджни.
   – Я не знаток в военном деле, – сказал наконец Мадзе, – но мне кажется, что мечи раджни издревле предназначались не для сражений с простыми смертными. Почему бы иначе они проявили магические свойства, когда демоны оказались рядом?
   – Согласен, – кивнул Кисуму. – Я должен поразмыслить над этим.
   – Может быть, ты тем временем объяснишь, откуда взялся этот громогласный олух в вонючей волчьей шкуре?
   – Он землекоп, – невозмутимо сообщил Кисуму.
   – Так нашему спасению способствовал землекоп?
   – С краденым мечом раджни, – кивнул Кисуму.
   – Где же ты его отыскал? – осведомился купец, глядя в глаза воину.
   – Он был в числе разбойников, напавших на нас. Когда я пришел в их лагерь, все прочие разбежались, а он остался.
   – Почему ты не убил его?
   – Из-за меча.
   – Ты испугался? – От удивления Мадзе Чау на миг забыл о хороших манерах.
   Кисуму как будто ничуть не оскорбился таким вопросом.
   – Нет, не испугался. Дело в том, что когда раджни умирает, его меч умирает вместе с ним. Ломается или дает трещину. Меч связан с душой своего владельца и уходит с ним в иной мир.
   – Может быть, твой приятель украл его у живого раджни, который теперь его ищет?
   – Нет. Ю-ю не солгал, говоря, что снял его с тела мертвого раджни. Я знал бы. Я думаю, меч сам избрал его. И привел сначала в эту страну, а потом и в наш лагерь.
   – Ты веришь, что мечи обладают разумом?
   – Я не могу вам этого объяснить, Мадзе Чау. Я сам начал это понимать лишь после шести трудных лет учения. Скажу как сумею. Вы давно спрашиваете, почему я согласился сопровождать вас. Вы пришли ко мне, потому что вам сказали, что я лучше всех, однако не ожидали, что я соглашусь покинуть Чиадзе. Не так ли?
   – Так, – подтвердил Мадзе Чау.
   – В то время у меня было много предложений. Как меня учили, я пошел в священное место и сел там, держа меч на коленях и ожидая указаний Всемогущего. Когда мой разум очистился от всех желаний, я стал размышлять о полученных мною предложениях. Дойдя до вашего, я почувствовал, как меч в моих руках потеплел, и понял, что должен отправиться в Кайдор.
   – Значит, меч стремится туда, где опаснее?
   – Возможно. Но я думаю, он просто показывает раджни волю Всемогущего.
   – А эта воля неуклонно ведет тебя навстречу Злу?
   – Да.
   – Неутешительно. – Мадзе Чау решил, что с него довольно. Он не любил всякого рода волнений, а это путешествие оказалось чревато слишком многими событиями. А теперь выясняется, что само присутствие Кисуму сулит им новые приключения.
   Выбросив из головы мысли о демонах и мечах, Мадзе Чау закрыл глаза и представил себе свой сад с ароматными цветущими деревьями. Эта мирная картина успокоила его.
   Но тут у самых носилок землекоп затянул своим громким, ужасным, фальшивым голосом какую-то гнусную песню. Мадзе Чау мигом открыл глаза. Песня на грубом северном диалекте повествовала о прелестях и буйной телесной растительности доступных женщин.
   У Мадзе Чау закололо за левым глазом.
   Кисуму позвонил в колокольчик, носилки плавно остановились. Раджни открыл дверцу, соскочил наземь, и песня оборвалась.
   – Так ведь там дальше самое смешное, – огорченно заявил громогласный олух.

   Лалития была не из тех женщин, которых легко удивить. Уже к четырнадцати годам она знала о мужчинах все, что стоит знать, а ее способность удивляться истощилась задолго до этого. Осиротевшая и очутившаяся на улицах столицы в восемь лет, она научилась воровать, попрошайничать, убегать, прятаться. Ночуя под причалами в гавани, она иногда видела, как грабители волокут свои жертвы к воде, закалывают их и бросают трупы в море. Она слышала, как дешевые трактирные шлюхи обслуживают своих клиентов. Она наблюдала, как городские стражники собирают дань с этих женщин, а потом пользуются ими бесплатно.
   Рыжеволосая девочка училась быстро. В двенадцать лет она уже возглавляла шайку юных карманников; они орудовали на рыночных площадях и платили страже десятую долю своих доходов, чтобы их не трогали.
   Два года Лалития – Рыжая Хитрюга, как ее тогда звали, – копила свои заработки, пряча деньги в только ей известных местах. В свободное время она прогуливалась по темным улицам, подглядывая за богачами, пирующими в лучших тавернах города, и перенимала манеру поведения и разговора знатных дам, их томную грацию и скучающий вид, который они напускали на себя в обществе мужчин. Эти дамы держались всегда очень прямо, а двигались медленно, плавно и уверенно. Солнце никогда не прикасалось к их молочно-белой коже. Летом они носили широкополые шляпы с тонкими, как паутинка, вуалями. Рыжая Хитрюга смотрела в оба, впитывала и запоминала.
   В четырнадцать лет удача изменила ей. Убегая от купца, у которого только что срезала кошелек, она поскользнулась на каком-то гнилье и растянулась на булыжнике. Купец поймал ее и держал, пока не явилась стража.
   «На этот раз ничего не выйдет, Рыжик, – сказал ей один из солдат. – Ты обокрала Ваниса, а он важная птица».
   Судья приговорил ее к двенадцати годам заключения. Она отсидела три из них в кишащей крысами тюрьме, а потом ее вдруг вызвали к начальнику, молодому офицеру по имени Арик. Стройный, с холодными глазами и слегка порочным лицом, он был по-своему красив.
   «Я видел, как ты прогуливалась нынче утром у дальней стены, – сказал он семнадцатилетней узнице. – Ты не похожа на простолюдинку».
   Рыжая Хитрюга использовала положенное ей прогулочное время для упражнений в манерах, которые переняла у столичных дам.
   «Подойди поближе, дай на себя посмотреть, – велел он. Она подошла, и он отшатнулся. – Да у тебя вши». – «И блохи тоже, – хрипловатым шепотком ответила она. – Боюсь, моя ванна неисправна. Не пришлете ли слугу починить ее?» – «Разумеется, сударыня, – ухмыльнулся он. – Вам бы следовало раньше обратиться ко мне с этой безделицей». – «Да, следовало бы, – протянула она, приняв томную позу, – но я, право же, так занята».
   Арик позвал стражника и велел препроводить ее обратно в камеру. Час спустя за ней пришли два солдата. Ее провели через всю тюрьму в крыло, где квартировал Арик. В купальном помещении стояла бронзовая ванна, доверху наполненная душистой мыльной водой. Рядом ждали две женщины-заключенные. Солдаты приказали Лалитии раздеться. Она скинула с себя грязное платье и села в ванну. Одна из женщин принялась отмывать ее рыжие волосы, другая скребла мочалкой кожу. Это было чудесно, и Рыжая Хитрюга блаженно зажмурилась, расслабляясь.
   После омовения ей просушили, расчесали и заплели волосы, надели на нее бледно-зеленое атласное платье.
   «Ты не привыкай к этому, милка, – сказала ей на ухо толстуха банщица. – У него девки больше недели не держатся – быстро надоедают».
   Рыжая Хитрюга продержалась год, а в восемнадцать ее помиловали вчистую. Арик поначалу забавлялся ею, а потом начал обучать ее более сложным тонкостям благородного поведения. Свое помилование она вполне заслужила, ибо плотские желания Арика были весьма разнообразны и порой причиняли боль. В обмен на свою свободу она стала развлекать мужчин: приятелей, которым Арик хотел угодить, соперников, которых он желал использовать, врагов, которых он хотел уничтожить. В последующие годы Лалития, как стала именоваться Рыжая Хитрюга, обнаружила, что мужчины раскрывают свои тайны с большой легкостью. Возбуждение действовало на их языки и мозги с равным успехом. Умные и блестящие мужи становились детьми, жаждущими ей понравиться. Желая прихвастнуть, они выбалтывали ей самое сокровенное. Глупцы!
   Арик на свой лад был добр к ней и разрешал оставлять у себя подарки, приносимые любовниками. Через несколько лет Лалития стала, можно сказать, богата. В конце концов Арик дал ей благословение на брак со старым купцом Кандаром. Год спустя тот умер, и Лалития возликовала. Наконец-то она могла вести жизнь, о которой мечтала всегда. Состояния Кандара хватило бы на целых две жизни, да вот беда – оно оказалось дутым. Он умер по уши в долгах, и снова Лалития вынуждена была положиться на свой ум и свои прелести.
   Ее второй муж оказался непокладистым и упорно не желал покидать этот мир, хотя ему было уже за семьдесят. Пришлось прибегнуть к крайним мерам. От мысли отравить его Лалития отказалась – старичок был, в сущности, милый и добрый. Вместо этого она обильно приправляла его еду специями и возбуждающими желание травами, стоившими очень дорого. Когда старик наконец испустил дух, подтвердивший его смерть лекарь заметил, что никогда еще не видел более счастливого покойника.
   Лалития, став теперь по-настоящему богата, принялась транжирить свое состояние с непостижимой быстротой. Начала она с того, что вложила деньги в ряд торговых предприятий, из которых все провалились; затем приобрела землю, которая, как ее уверили, должна была сильно увеличиться в цене, но вместо этого обесценилась. Однажды ее портной прислал уведомление, что она ни единой тряпочки не получит, пока не оплатит все счета. И Лалития с изумлением обнаружила, что платить ей нечем.
   Она обратилась к Арику и снова предложила ему свои услуги.
   Теперь, в тридцать три, она имела недурной доход, красивый дом в Карлисе и любовника, такого богатого, что он мог бы, пожалуй, купить весь Кайдор, не став от этого беднее.
   Откинувшись на атласную подушку, Лалития смотрела на высокого, атлетически сложенного человека, стоящего у окна.
   – Я уже поблагодарила тебя за подвеску, Серый Человек? – спросила она.
   – Кажется, да. И весьма красноречиво. Так почему же ты не хочешь прийти ко мне на праздник?
   – Я неважно себя чувствую последние дни. Мне нужно отдохнуть.
   – Мне показалось, что сейчас ты была в полном здравии, – сухо заметил мужчина.
   – Это потому, что ты такой великолепный любовник. Где ты этому научился?
   Он, не отвечая, посмотрел в окно. Комплименты скатывались с него, как вода с грифельной крыши.
   – Ты любишь меня? – спросила она. – Хоть чуточку?
   – Обожаю.
   – Тогда почему ты ничего не рассказываешь о себе? Ты ходишь ко мне уже два года, а я даже твоего настоящего имени не знаю.
   Он перевел взгляд своих темных глаз на нее.
   – Как и я твоего. Пустяки все это. Мне нужно идти.
   – Будь осторожен, – сказала она вдруг, сама себе удивившись.
   – О чем ты?
   – В городе поговаривают… у тебя есть враги, – сконфузилась она.
   – Купец Ванис, например? Да. Я знаю.
   – Он способен… подослать к тебе убийц.
   – Вполне способен. Ты уверена, что не хочешь прийти?
   Она кивнула. Он вышел не прощаясь, как всегда, и дверь закрылась за ним.
   «Дура, дура, дура!» – обругала себя Лалития. Арик и Ванис говорили об убийстве при ней. Если его кредитор умрет, Ванис сумеет спастись от разорения. Арик предупреждал ее, чтобы она молчала. «Этот вечер всем надолго запомнится, – сказал он. – Разбогатевшего мужика убьют в его же собственном дворце».
   Перспектива лишиться богатых подарков поначалу вызвала у Лалитии раздражение. Впрочем, за два года она поняла, что брачного предложения от Серого Человека не дождется. Притом он начал посещать другую куртизанку в южной части города, и Лалития предвидела, что скоро он перестанет бывать у нее. Но мысль о его предстоящей смерти не шла у нее из головы.
   Арик всегда был добр к ней, но если бы ей вздумалось его выдать, он не колеблясь приказал бы ее убить. И все-таки она чуть не проболталась, чуть не рассказала Серому Человеку о том, что его ждет.
   – Я не люблю его, – сказала она вслух. Она никогда никого не любила. С чего же ей тогда захотелось его спасти? Отчасти, наверное, потому, что он никогда не считал ее своей собственностью. Он платил ей за удовольствие, не проявлял жестокости и пренебрежения, не судил ее, не старался подчинить себе. Не лез ей в душу, не совался с советами.
   Она встала с постели и нагишом подошла к окну, где он только что стоял. Глядя, как он выезжает за ворота на своем мышастом мерине, она ощутила тяжелую грусть.
   Арик назвал его разбогатевшим мужиком, но в нем нет ничего от простолюдина. От него веет властью и целеустремленностью. В нем чувствуется нечто стихийное, непобедимое.
   – Не думаю, что им удастся убить тебя, Серый Человек, – с внезапной улыбкой прошептала Лалития.
   Эти слова и сопутствующий им подъем духа удивили ее – а ведь она думала, что жизнь ее уже ничем удивить не может.

   Кива еще не бывала прежде в обществе знатных господ, хотя в детстве ей довелось видеть нарядные экипажи, где сидели дамы в шелках и атласе. Теперь она стояла у западной стены Большого Зала с серебряным подносом, на котором лежали воздушные пирожки с сыром и пряным мясом. Всего слуг было сорок, а гостей – двести человек.
   Никогда Кива не видела такого количества шелков и драгоценностей. При свете сотни ламп сверкали браслеты. Серьги, шитые серебром и жемчугом наряды – даже на туфлях искрились рубины, изумруды и бриллианты.
   Рядом остановились молодой дворянин и дама. Дворянин в коротком плаще с собольей опушкой и красном камзоле с золотой вышивкой взял с подноса пирожок.
   – Они превосходны – попробуйте, душенька.
   – Я попробую вас, – прощебетала дама, шурша белым атласным платьем.
   Он с улыбкой зажал кусочек между зубами, а она засмеялась и взяла пирожок, прижавшись губами к его губам. Кива поняла, что она для них все равно что невидима. Это было странное чувство. Дама и господин отошли, так и не взглянув на нее. Другие гости тоже проходили мимо не глядя, хотя порой брали у нее пирожки. Когда поднос опустел, Кива пробралась вдоль стены и спустилась по короткой лесенке в кухню.
   Норда наполняла кубки вином.
   – А когда же Серый Человек появится? – спросила Кива.
   – Позже.
   – Но ведь это его гости.
   – Он уже там. Ты разве не заметила, как они все ручейком струятся в малый зал?
   Кива заметила, но не поняла, что это значит. У двери в малый зал стоял молодой сержант Эмрин. И она решила не смотреть на него – незачем давать лишний повод к ухаживаниям.
   – Большинство дворян и купцов, которые здесь собрались, хотят получить что-то от Рыцаря, – пояснила Норда. – Поэтому первые три часа он сидит в Ореховой гостиной и принимает их. С ним Омри, который записывает просьбы.
   – Сколько же народу обращается к нему с просьбами! Должно быть, его здесь очень любят.
   Норда заливисто засмеялась:
   – Дурочка. – Она взяла свой поднос и пошла к лестнице. Видя, что другие девушки тоже улыбаются, Кива смутилась. Набрав пирожков, она вернулась в зал.
   Теперь там играли двадцать музыкантов, и танцоры под быстрый, живой мотив кружили по блестящему полу. Через широкие двери, открытые на террасу, в зал вливался свежий морской бриз.
   Танцы продолжались целый час, и у Кивы устали руки держать поднос. Спрос на пирожки поубавился. Норда, пробравшись к ней по стенке, сказала:
   – Пора идти за прохладительным.
   Кива последовала за ней вниз.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное