Денис Юрин.

Наследие орков

(страница 8 из 40)

скачать книгу бесплатно

   Выбор Эммой одежды был великолепен, правда, у Дарка не было возможности сообщить ей об этом. Девушка больше не появилась, видимо опасаясь искушать судьбу. Карту и запакованные по пакетам покупки в раздевалку принес охранник. Молчаливый рослый субъект в строгом костюме деликатно удержался от смешков и хмыканья, но все-таки демонстративно окинул худосочную, с его точки зрения, фигуру Аламеза снисходительным взглядом.
   «Что делать? – подумал про себя Дарк, когда дверь за мускулистым парнем закрылась. – Когда сутками лазаешь по подвалам и чердакам, дерешься, стреляешь и прыгаешь из окон горящих домов, катастрофически не хватает времени на систематические занятия спортом. Да и на дешевом кофе с отравой из забегаловок мышечную массу не нарастишь. Вот уж когда устану от беготни, пошлю всех к черту с их нытьем, дрязгами и мировыми проблемами, вот уж тогда точно раскормлюсь. Буду растить мясо, соблюдать режим и с мудрым видом вещать по телевизору о необходимости правильного, сбалансированного питания».
   К несчастью, моррон знал, что времена праздного безделья и самосовершенствования никогда не наступят. Он мог обмануть других, но только не себя, прекрасно понимавшего, что подобная смена образа жизни просто невозможна. Разогнавшийся локомотив не может мгновенно остановиться, а конь, замерший на полном скаку, тут же падает с разрывом сердца. Его удел – постоянное движение, быстрая смена темпа равносильна смерти, мгновенной или мучительной, сопровождаемой зудом старых ран и появлением новых, совершенно неожиданных болячек и недугов.
   Неизвестно почему, наверное мечтая еще раз взглянуть в очаровательные глаза сногсшибательной эфиолки, Дарк поступился принципами и покинул магазин не тайком, через служебный вход, а демонстративно пройдясь в обновах по торговому залу. Приветливо махнув рукой на прощание прекрасной Эмме, в чьи крепкие сети соблазна уже попала новая жертва, Дарк вышел на улицу и тут же, не успев отойти и пары шагов от магазина, сообщил по телефону о пропаже банковской карты. Интонациям трясущегося от испуга голоса мог бы позавидовать самый талантливый актер, а та настойчивость, с которой моррон не переставал долдонить в трубку, что карту, скорее всего, украли, а он уже покинул Гуппертайль и теперь не знает, что делать, не оставляла сомнений в правдивости его слов.
   Насолить магазину Аламез не хотел: несмотря на неприветливую встречу, прием, в общем и целом, оказался радушным, даже более чем радушным, но положение беглеца обязывает быть неблагодарным и заботиться только о себе. «Магазину просто не повезло, он не успеет снять деньги с моего банковского счета. Ближайший межбанковский процессинговый центр находится в Фальтенберге, значит, на проведение трансакции должно уйти не менее шести часов, – размышлял Дарк, не спеша бредущий по направлению к центру города. – В то же время сигнал о несанкционированном использовании карточного счета уже поступил из телефонной службы процессинга в ближайший полицейский участок».
   Какими бы сложными паролями и хитрыми электронными уловками ни пользовались полицейские, пытаясь защитить свою единую сеть от посягательств со стороны незаконопослушных граждан, но желание время от времени покопаться в базе данных правоохранительных органов было настолько велико, что превратилось чуть ли не в самоцель деятельности многих преступников.
Одни взламывали пароли или искали, как сокровища, закопанные глубоко под землей оптоволоконные кабели, другие не жалели денег на подкуп полицейских и на покупку самодельной аппаратуры по дистанционному перехвату и считыванию. Одиннадцатый Легион усердно устраивал на работу в отделы электронной коммуникации полицейских управ своих членов, а Ложа Лордов-Вампиров неустанно поставляла любовниц начальникам тех же самых отделов. В результате о том прискорбном факте, что беглец Аламез позволил себя обокрасть в Гуппертайле, мгновенно узнали все, но ни вампиры, ни морроны не могли и подумать, что Дарк сам наводил их на собственный след.
   «Вампиры потеряли меня на вокзале, следующее известие обо мне поступило из Гуппертайля, притом когда я якобы уже покинул город. Предположим, вампиры и морроны действуют заодно и оперативно обмениваются информацией о моих перемещениях, значит, и те и другие будут искать меня в южном направлении: в Виверии и, конечно же, в самой Варкане. Ну что ж, все идет хорошо, пускай и дальше мчатся на юг, а мне пора отправиться на северо-восток и посетить милое сердцу Полесье», – усмехнулся Дарк, злорадствуя при воспоминании о том, что Картиш Адамур, глава Совета Клана, стал жертвой собственной лености и тугодумия.
   Еще полгода назад Дарк с пеной у рта пытался доказать необходимость внедрения агентов непосредственно в сами межбанковские процессинговые центры, а не довольствоваться скудной, усеченной информацией, предоставляемой этими центрами в полицию. Если бы Картиш не был столь упрям в своей глупости, то сегодняшний трюк наверняка не удался бы. Агент-программист из Фальтенбергского процессингового центра легким нажатием пары клавиш сопоставил бы данные, поступившие в полицию, с входящими данными телефонного звонка и кратким описанием внешности последнего покупателя по карте, непременно составляемым и отправляемым в процессинговый центр при любой оплате с карты, производимой в другом городе. Даже если бы он был неопытен в сыскных делах и несказанно глуп, то все равно бы пришел к единственно возможному заключению, что карту не крали, а сумасшедший владелец просто чудит. Но, к счастью, мир зиждется на самовлюбленных дураках и лентяях, неспособных мыслить и из зависти не позволяющих это делать другим.
 //-- * * * --// 
   Глаза великана открылись, инстинктивно повинуясь позывам назойливой телефонной трели. Волевой лоб, плавно переходящий в лысину, нахмурился, отчего по всему лицу пробежала волна витиеватых, похожих на инеевый узор на стекле морщин, а огромная рука властно опустилась на трубку дребезжавшего аппарата.
   В ранний утренний час в кабинете никого не было, но разговаривать по громкой связи человек-гора в дорогом костюме не любил, тем более когда на дисплее телефона высвечивалось имя Марты, его неофициальной помощницы по грязным, пикантным, деликатным, скандальным и прочим позорящим светлый лик преуспевающего бизнесмена делам.
   – Да или нет? – скупо прошептал мужчина в трубку, напряженно вслушиваясь в затянувшееся молчание на другом конце провода.
   – Мы взяли его, но он успел передать диск курьеру, – быстро и вкрадчиво забормотал приятный женский голос, который немного портили кашель и хрипотца.
   – Тупицы, – устало прошептал великан и, небрежно бросив трубку, снова закрыл глаза.
   Огюстину Муэрто Дору, некоронованному королю пищевой промышленности Старого Континента, уже давно надоело объяснять своим нерасторопным помощникам, что его интересует только результат, притом окончательный, а не промежуточный. Он сидел в кабинете и ждал, ждал всего одного слова, всего одного краткого и четкого «да», слетающего с женских губ. А вместо этого его пытались неумело успокоить или озадачить потоком противоречивой, путаной информации и малозначительных, неинтересных фактов. Тупость и нерасторопность слуг злила хозяина, он устал от их заискивания и сбивчивых рассказов о ходе поисков. Ему нужен был результат, но как раз результата никак не удавалось добиться.
   Телефон зазвонил во второй раз, Огюстин Дор потянулся за трубкой, всерьез начиная размышлять о замене докучливой Марты на кого-нибудь менее раболепного, но более сообразительного и трудолюбивого.
   – Выслушайте, прошу… – заискивающе произнесла Марта и замолчала в ожидании господского ответа.
   – Он передал диск курьеру, что дальше? – снизошел до разговора некоронованный король.
   – Курьер ликвидирован, но диск забрал некто Генрих Краузе из фальтенбергской полиции. Следим за ним, ждем указаний!
   – Зачем следите и чего ждете?! – прогремел голос великана, окончательно выведенного из себя тупоумием подчиненных. – Ты что, надеешься, что я лично буду санкционировать каждый твой шаг, или данное в детстве обещание престарелой мамочке хорошо вести себя не позволяет тебе убивать более двух полицейских в день?!
   – Шеф, но в полицейской управе Фальтенберга никакого Генриха Краузе не числится! Парень бывалый и сам, кажется, в бегах… Я думала, он работает на вас…
   – Через час диск должен быть на моем столе, – уже спокойно произнес Огюстин Дор и повесил трубку.
   Могучее тело уставшего великана опустилось в кресло и расслабилось, бесцветные рыбьи глаза закрылись, а морщинки разгладились, мгновенно исчезнув с широкого лба. Порой и королям приходится ждать, погружая свой царственный мозг в крепкий, но отнюдь не беззаботный сон.
 //-- * * * --// 
   Колокола гуппертайльского собора прозвонили одиннадцать раз, оповещая горожан не только о времени, но и об окончании субботней утренней службы. Одним глотком Дарк осушил чашку остывшего кофе и, закурив последнюю сигарету, стал внимательно следить через окно маленького кафе, как из массивных церковных ворот, высотой чуть более четырех метров, не спеша начали выходить люди. Их было немного, всего около двадцати, все старше сорока и с явным отпечатком на челе непосильного груза житейских проблем. А совсем недавно, еще лет сто назад, все было бы совсем иначе. Весело щебеча и галдя, из собора на площадь хлынул бы многолюдный поток взволнованных проповедью священника горожан. Живая река нарушила бы размеренное, неторопливое движение карет и дилижансов, внесла бы в жизнь города сумятицу и неразбериху, которая непременно продлилась бы до самого вечера, как минимум часов до восьми, пока не закрылись бы лавки торговцев и не опустела бы находившаяся всего в нескольких шагах отсюда рыночная площадь. В ту пору субботняя проповедь была чем-то особенным, пожалуй, одним из самых важных церемониалов в жизни города, теперь же кучка престарелых прихожан мгновенно растворилась в многоликой толпе горожан, забывших за будничными, суетными делами о боге.
   Ни для кого уже давно не было секретом, что Единая Церковь окончательно и бесповоротно утратила свои позиции в обществе. Массовые церковные ритуалы доживали последние дни. Лишь изредка, по самым известным и значительным религиозным праздникам, под высокими сводами соборов и церквей собиралось более-менее приемлемое число верующих, чтобы не считать залы полупустыми. Если кто-нибудь в последнее десятилетие удосужился бы провести социологический опрос «Веруешь ли ты, сын мой?» – то самым распространенным ответом наверняка бы стало: «Верую, обращаюсь к богу по праздникам и на дому». Люди, в основной массе своей, настолько слабы и двуличны, что не могут признаться даже самим себе, что забыли о боге и что повседневные заботы и жажда развлечений в редкие часы досуга напрочь стерли из их мозгов стремление к духовному и возвышенному, чистому и святому. Многие уже давно не верят, но боятся показаться асоциальными и бездушными, боятся попасть под сформированный обществом стереотип: «Раз ты не веришь, значит, сатанист», поэтому большинству приходится чуть ли не каждый день врать, обманывая таких же тайком неверующих соседей.
   Дождавшись, пока последний прихожанин покинет лоно святой обители, Дарк быстро поднялся и, на ходу расплатившись с подбежавшим официантом, вышел из кафе. Из пасмурной выси небес накрапывал то ли дождь, то ли мокрый снег. Беглец был осторожен: то и дело оглядывался по сторонам и перешел на противоположную сторону площади только после того, как приветливо замигал зеленый свет светофора. Слежки или открытого нападения он не боялся, однако одной встречи за утро с лихачом-водителем ему показалось вполне достаточно. Новая одежда нравилась Аламезу, да и повторно валяться в грязи не хотелось.
   «Двери храма всегда открыты» – это фигуральное выражение одного из основателей Единой Церкви стало призывом к действию для его ретивых последователей, причем было почему-то истолковано второпях, то есть как в прямом, так и в переносном смысле. В любую погоду и вне зависимости от времени суток скрипучие двери деревенских церквей, ворота удаленных монастырей и городских соборов оставались открытыми, как будто предлагая уставшим путникам зайти и остаться с Истинной Верой навеки.
   Прошедшая через века традиция оказалась как нельзя кстати. Скорее по привычке, нежели боясь преследователей, Дарк еще раз проверил, не следят ли за ним и, стараясь не думать о своей затерянной в потемках мироздания душе, ступил на каменные плиты собора.
   Широкие колонны, украшенные резными узорами, фресками, барельефами и скульптурами святых, словно огромные стволы корабельных сосен, уходили ввысь и, пересекаясь, образовывали величественный свод. Повеяло холодом и печалью, в голове моррона возникла мысль о ничтожности и бесцельности существования. Какое-то время Дарк стоял неподвижно среди поражавшей размерами залы и озирался, пытаясь вспомнить, как выглядело внутреннее убранство собора пятьсот двадцать семь лет назад, в тот самый день, когда он в первый раз переступил его порог.
   «Пожалуй, все как прежде, – подытожил наблюдение Дарк, – только нет флагов гуппертайльского герцога и рыцарских орденов, чуть меньше священников, да и посетителей не ахти!»
   Действительно, в храме находилось не более десяти человек, притом занятых своими делами и не обративших внимания на робко застывшего у порога юношу. Двое священнослужителей копошились возле алтаря, расставляя в строго определенном канонами церкви порядке священные предметы, несколько прихожан сидели на скамьях, вслушиваясь в нежные звуки струившейся из-под сводов собора музыки и думая о чем-то своем. Возможно, они мечтали или просто заснули, убаюканные мелодичным голосом пастыря, пропустив долгожданный конец проповеди. В конце концов, чем бы ни вызывалась их сонливая неподвижность, а Дарку она была только на руку. Он пришел в храм по мирскому делу, а не исповедоваться в тайнах бессмертной души.
   Подойдя вплотную к одной из колонн, Аламез стал внимательно изучать барельеф, изображавший подвиг гуппертайльских рыцарей при Кертонской битве. Одновременно нажав на голову самого сиятельного герцога и левый башмак павшего барабанщика, Дарк едва успел отскочить в сторону. Часть колонны бесшумно отъехала влево, и перед беглецом открылся узкий проход. Как только Аламез ступил внутрь колонны, отверстие мгновенно закрылось, и платформа пола медленно поползла вниз.
   Двойная жизнь не столько сложна и опасна, сколько разрушительна для сознания. Страх быть пойманным и раскрытым вкрадывается в голову постепенно и с каждым днем все больше и больше овладевает мозгом, лишает возможности трезво оценивать возникающие ситуации, подавляет собственное «я» человека. Члены любого тайного сообщества – потенциальные параноики, боящиеся собственной тени и, как никто другой, ощущающие на себе молчаливую враждебность окружающего мира. Их удел – притворство, а образ жизни – постоянный маскарад, от которого можно быстро устать или окончательно сойти с ума, потеряв самого себя в обилии играемых ролей.
   Дарк не мог точно вспомнить, кто первый из морронов предложил устраивать «лежбища», маленькие, скрытые от посторонних глаз закутки, которые служили членам Клана не только тайными убежищами, но и приютами, где можно было немного побыть собой, отдохнуть от притворства и навязываемых жизнью ролей.
   О маленьком укрытии в самом сердце Гуппертайля знали немногие. Лет триста назад ему по секрету сообщил о «лежбище» в соборе его лучший друг, Мартин Гентар, бывший маг, дипломат и некромант. Годы шли, магия ушла из жизни людей, уступив место чудесам божественного происхождения. «Живую» воду стали называть «святой», а тот, кто не хотел свернуть с увлекательного пути познания, должен был или идти в монахи, или прятаться по дальним пещерам и заброшенным ответвлениям канализационных стоков крупных городов.
   Старый друг и в каком-то смысле учитель Дарка питал отвращение к церковным песнопениям. Лишь однажды он решился уйти в монастырь и потом сожалел об этом опрометчивом шаге на протяжении долгих веков. Врожденная же любовь к комфорту не позволила Мартину встать на тернистый путь отречения от мирских благ, поэтому в далекую эпоху гонений на магов и духовно-светских перемен бывший некромант сменил род деятельности. Он стал архитектором, как раз одним из тех ученых мужей, которые начинали строить гуппертайльский собор более шестисот лет назад.
   Платформа остановилась настолько резко, что Дарк чуть не упал в простиравшуюся впереди пустоту. В подземелье царил кромешный мрак, но в отличие от других подвалов, в которых Дарку приходилось довольно часто бывать, здесь не веяло холодом и пробирающей до костей сыростью. Правая рука моррона зашарила по стене в поисках факела, однако, к великому удивлению ее хозяина, наткнулась на маленький компактный выключатель. Щелчок, вспыхнул яркий свет, мгновенно озарив убранство далеко не аскетического убежища. Дарк удивленно присвистнул. Любовь бывшего некроманта к удобствам оказалась столь велика, что не умещалась в узких рамках конспирации и самоотречения. Широкая двуспальная кровать и мягкие диваны, обилие электронной аппаратуры, колб с реактивами и, конечно же, произведения искусства, развешенные по стенам вперемежку с редкими экземплярами коллекционного оружия, навевали мысль, что ты попал не в убежище пугливого беглеца, а в подземную лабораторию непризнанного, но тем не менее весьма обеспеченного гения. Увиденное никак не укладывалось в голове Дарка и совершенно не соответствовало его представлению о походных условиях.
   Включив отопление и проведя экспресс-ревизию в запасах съестного, Аламез проверил спиною мягкость диванов, и только после того, как мышцы полностью расслабились, а ушибленный утром затылок перестал болеть, моррон принялся размышлять о дальнейших действиях.
   «Последний посетитель был в убежище недавно, месяца три, а может быть, четыре назад. Об этом месте знали всего трое: я, Мартин и Анри. Холодильник полон, срок годности консервов не истек, а вещи в идеальном порядке: вазы не побиты, мебель и ковры на своих местах, значит, здесь был не Анри. Старый усач, определенно, не удержался бы и опробовал весь арсенал развешенного по стенам оружия, начиная от охотничьего ножа и заканчивая тяжелым двуручным топором, самым грозным и малоценным предметом коллекции. Поскольку хрупкие реторты и колбы в сохранности, а оружие не свалено в угол, значит, последним здесь все-таки прятался Мартин, но вот только вопрос: от кого?»
   Привычки профессиональной ищейки взяли верх над желанием выспаться. Дело в том, что о Мартине и о старом вояке Анри Фламере уже давно ничего не было слышно. Около тридцати лет назад они бесследно исчезли, не на шутку встревожив и озадачив Совет Клана, членами которого, кстати, сами являлись.
   К сожалению, Дарк был несведущ в естественных науках. Мутные, почти до конца испарившиеся осадки в ретортах и колбах, а также хаотично разбросанные по столу листы с записями свидетельствовали о том, что Мартин проводил какие-то эксперименты, но вот над чем бился пытливый ум бывшего некроманта – для Аламеза оставалось загадкой. Эликсир вечной молодости, зелье левитации, лекарство от какой-нибудь не излечимой медициной болезни, просто мазь от прыщей, вечно зудящих и портящих внешний вид ранимых подростков, – зная размах и непостоянство натуры гения, нельзя было исключать ни одного из возможных вариантов. Закончив ломать голову над тем, что все равно никогда не смог бы понять, Дарк отошел от лабораторного стола и занялся привычным для него делом, то есть поиском улик.
   Записок, заметок, написанных на человеческом языке, а не пугавших каждого здравомыслящего человека формул, маг после себя не оставил. В бесчисленных тайниках, найденных сыщиком, не было ничего, кроме пыли, обрывков истлевших тряпок и денег. Вытащенных на свет божий помятых бумажек с портретами выдающихся личностей Старого Континента и дальверийских глав правительств было вполне достаточно, чтобы совершить увлекательное кругосветное путешествие в сопровождении трех десятков весьма притязательных красавиц или на месяц арендовать для прогулок океанский лайнер.
   «Хоть что-то ценное, хоть недаром зашел», – недовольно ворчал Дарк, выкладывая на стол оружие и забивая сумку помятыми купюрами. Бегство моррона близилось к концу, ему оставалось добраться до гуппертайльской аэробазы, долететь оттуда в Мальфорн и сделать пересадку на Урву. Военный арсенал при этом только бы мешал, гражданские авиалинии не любили, когда пассажиры перевозили оружие, а фальшивое удостоверение полицейского котировалось только на территории КС, то есть до полесской границы. Вряд ли командир авиалайнера позволил бы недогадливому полицейскому открыть иллюминатор на высоте десяти-одиннадцати тысяч метров и вывалить полный боекомплект над нейтральными пограничными землями. Деньги же Дарку могли пригодиться, тем более что расследование в Полесье могло затянуться на неопределенное время, а многочисленным набором банковских карт пользоваться было нельзя. Частенько Дарк прятался от преступников и врагов, но моррон не смог предусмотреть, что однажды ему придется бежать от своих. У него не было абсолютно чистой карты, как, впрочем, и документов, с которыми его не могли бы узнать.
   «Главное, добраться до Урвы, главное, покинуть пределы Сообщества, – тешил себя надеждой Аламез, утрамбовывая ветхие, помятые купюры в сумку. – В Полесье все просто, не как здесь, у нас. Если нет денег, то с голоду дохнешь, а если в кошельке что-то шелестит, то и документы любые сделаешь, и оружием под завязку отоваришься». Наконец-то набитая деньгами сумка примялась, и тугие замки «молнии» сошлись. Спать уже не хотелось, преследовавшая всю дорогу моррона усталость при виде мягкой кровати куда-то ушла, затаилась, чтобы застигнуть его вскоре вновь, но в неподходящей для сна обстановке.
   Взяв сумку и еще раз окинув взглядом пристанище, в котором ему не суждено было отдохнуть перед долгой дорогой, Дарк направился к выходу. Бесследное исчезновение Мартина и Анри по-прежнему оставалось загадкой, ломать голову над которой, к сожалению, не было ни времени, ни сил. Успокаивало лишь то, что, по крайней мере, месяца четыре назад Гентар был жив.
 //-- * * * --// 
   Случайности – они на то и случайности, что происходят крайне редко. В основном же причинами провалов миссий и неожиданной гибели агентов бывают логические просчеты. Однако люди неохотно расписываются в своих ошибках и предпочитают свалить вину на кого-нибудь другого, а уж если непосредственного виновника найти трудно, то на выручку личностям с врожденными дефектами интеллекта приходит палочка-выручалочка: превратное стечение обстоятельств. «Извини, так получилось… Ну, кто же мог знать, что… Так сложились обстоятельства» – наверняка эти магические слова многократно доводилось слышать каждому и непременно тогда, когда затеи были изысканны, хитроумны и просто обречены на успех.
   О том, что он был беспечен и совершил непростительную ошибку, променяв пару надежных пистолетов на охапку бумажных купюр, Дарк понял сразу же, как только вступил внутрь колонны и медлительный подъемник повез его наверх, туда, откуда доносилось приглушенное эхо перестрелки. Опасность была совсем рядом, она поджидала его впереди. В церковном зале, где испокон веков звучала только успокаивающая музыка да профессионально поставленные голоса священнослужителей, теперь бушевало настоящее сражение, причем, судя по доносившимся звукам, стороны не гнушались применения автоматического оружия и взрывчатых средств армейского образца.
   Дарк думал, что враги остались далеко позади, знал, что обязательно встретится с ними, но не предполагал, что так скоро: сегодня и здесь. Оставив на потом размышления на тему: «Каким образом преследователям удалось так быстро выйти на мой след?» – он судорожно пытался сообразить, что же ему делать буквально через несколько секунд, когда подъемник достигнет верхней точки и створки колонны раскроются, предательски выпустив его прямо в гущу бушующего сражения. Не важно, кто ждал его снаружи, ждали ли они именно его и почему стреляли друг в друга. Главное сейчас было выжить, уцелеть без оружия среди стаи озлобленных, кровожадных парней, азартно нажимающих на курки и вырывающих чеки противопехотных гранат.
   Иногда время тянется, сейчас же оно летело, как сумасшедшая птица, решившая геройски погибнуть в полете от истощения сил. Лифт остановился, створки открылись, и под ставший нестерпимо громким гул стрельбы к ногам Дарка свалилось бездыханное тело.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Поделиться ссылкой на выделенное