Денис Чекалов.

Между двух войн

(страница 5 из 31)

скачать книгу бесплатно

Обычно в день покупки торговцы приезжали к своркам дважды. Поэтому Арран вернулся в Своркмиддл спустя несколько часов. Сворки не собирались нападать на скотоводов; но люди почувствовали охвативший их гнев.

Перепуганные фермеры бросились бежать. Несколько из жителей Своркмиддла, чьи родственники особенно сильно пострадали от отравленного мяса, начали преследование.

– Вы определили яд? – спросила Френки.

Сворк помедлил пару мгновений.

– Нет, – ответил за него я.

Сворк был крайне удивлен. Он знал, что эльфы не обладают телепатическими способностями.

– Значит, я поеду в Своркмиддл, – произнесла девушка, и направила своего скакуна через лес.

– Она разбирается в ядах, – пояснил я.

– Да ну? – мрачно осведомился один из ящеров.

– Любая женщина – в душе гадюка, – пояснил я.

Франсуаз сразу же подтвердила это положение, не поблагодарив меня за поддержку.

– Я присоединюсь к вам позже, – сказал я. – А пока, мой юный друг, тебе пора возвращаться домой.

4

– Как вы поняли, что сворки ничего не знают про яд? – спросил Арран.

– Сворки горды. Если им есть, чем похвастаться, они выкладывают это сразу.

– А как вы смогли успокоить сворков? – не унимался парнишка. – Я всем телом чувствовал, какие они злобные. А потом вдруг притихли.

– Когда человека охватывает ненависть, – ответил я, – он готов к любой реакции. К страху, проявлению вины, к агрессии.

– И?

– Самый простой способ успокоить его – никак не реагировать на злость. Это покажется ему необычным, а людей парализует все необычное. Он не будет знать, что делать дальше. И поддержит ту линию поведения, которую задашь ты.

Мне было хорошо известно, что это срабатывает далеко не всегда. Но я видел, Арран сможет постоять за себя в обычной драке. Эту сторону жизни парнишке давно показал отец – и, может быть даже, перестарался.

Арран был готов задать следующий вопрос, но в этот момент на тропе появились всадники.

– Ни с места! – властно приказал один из них.


Данное требование было лишено всякого смысла. Трое наездников стояли на тропе, как пробка в толстой бутыли с медовым пивом.

Единственная причина, по которой главный из всадников произнес эти слова, состояла в том, что ему слишком уж нравилось отдавать приказы.

Если бы он сумел додуматься до такого, то наверняка командовал бы по вечерам солнцу садиться, а по утрам снова взбираться на небосклон.

Перед нами, в седле низкорослого ездового ящера, восседал Клифф Уотертаун – констебль города Беркен. Именно оттуда был родом юный фермер Арран.

Клифф отличался высоким ростом и хорошим сложением. Но слой жира уже начал нарастать на мускулах, заставляя гигантскую фигуру оплывать и разбухать вширь.

Лицо Уотертауна носило нездоровый красноватый оттенок – частью от злоупотребления вином, частью из-за скверного характера.

Бедный ящер казался под ним почти раздавленным.

Позади констебля замерли двое солдат.

Одетые в такую же броню, хотя и без тожественных эполетов, сидящие на точно таких же ящерах, они казались младшими братьями Уотертауна, или даже его упрощенными копиями.

– Прекрасный вечер, констебль, – произнес я, сам придерживаясь прямо противоположного мнения. – Мы с вами не виделись со времен Лернея. Куда ведет вас долг на этот раз?

Уотертаун даже не заметил, что роли переменились. Мгновение назад он отдавал команды – а теперь сам отвечал на вопросы.

– Мы едем в Своркмиддл, – отвечал констебль столь грозно, словно стремился до смерти напугать все деревья в округе. – Призвать к ответу этих наглых тварей.

Я вздохнул. Происходило именно то, чего я боялся больше всего. Мне только-только удалось успокоить разгневанных сворков, как теперь люди спешили подлить масло в огонь взаимной ненависти.

Следовало остановить констебля прежде, чем он успеет наломать дров.

– Что же произошло? – спросил я.

Этот вопрос становился у меня коронным.

– Что произошло? – загремел Уотертаун.

Он наклонился вперед так сильно, что едва не свалился с ящера.

– А то, что эти мерзкие твари вздумали нарушить договор. Много лет назад Беркен, наш свободный город, заключил с ними союз. И многие другие города тоже так поступили.

«Пообрывал бы руки тем, кто эти договоры подписывал», – читалось на красном лице констебля.

– Но своркам нельзя верить, нет! Они так только и ждут, чтобы поймать какого-нибудь человека и сожрать его.

Уотертаун выглядел при этом таким огромным и красным, словно сам только что съел двух-трех людей.

– И вот что я вам скажу – я своими глазами видел следы! Три сворка неслись за каким-то бедолагой через весь лес. Наверняка уже слопали его, и кусочка не осталось.

– Нет, господин, они вовсе… – начал Арран.

– Заткнись, сопляк! – загромыхал Уотертаун. – Откуда тебе знать, как поступают сворки. Ты, небось, ни одного и в глаза не видел. Сидишь всю жизнь за матушкиной юбкой.

Он вновь повернулся ко мне.

– Народ города Беркен выбрал меня, чтобы я следил за порядком, так-то! И я не потерплю, чтобы эти раскоряки жрали моих граждан. Мы едем в Своркмиддл и покажем их, кто хозяева в этом лесу. Я послал гонца в Вестпекские казармы – мы встретимся с ними у развилки. Так что посторонись!

Ситуация становилась все более угрожающей. Что могло произойти, только приблизься полк вооруженных солдат к городу сворков!

Я широко улыбнулся и приступил к тому, что умел делать в совершенстве – начал лгать.

– Полноте, констебль, – добродушно произнес я. – Никто никого не собирался есть. Это было…?

Здесь я на мгновение запнулся, но тут же продолжил:

– Соревнование по бегу. Именно так. Видите ли, ноги у сворков длиннее, чем у человека. Дает ли это выигрыш в скорости? Найти ответ можно было только путем дружеского пари. И я лично фиксировал результаты.

Последнее утверждение было истинной правдой, и я сам себе удивился.

Обрюзгшее лицо Уотертауна сперва побелело, потом краска снова стала приливать к нему. Наверное, моя ложь была настолько бесстыжей, что констебль на несколько секунд лишился дара речи.

Придя в себя, он вновь подался вперед.

– Все это чушь клопиная, – произнес Уотертаун. – Я сам разберусь, как все было на самом деле. И вот что. Я знаю, что кое-кто здесь считает вас героем.

Он смачно сплюнул в грязь.

– Герой Лернея и все такое. Но я так считаю. У нас, в Беркене, есть храбрецы и почище некоторых приезжих.

Уотертаун ткнул пальцы в свои золотые эполеты.

– Видите это? Они означают, что власть здесь представляю я. Всякие там герои мне не нужны. А теперь дорогу.

– Как скажете, констебль, – улыбнулся я.

Отсалютовав, я осторожно направил своего ящера в объезд всадников.

– Вперед! – проревел Клифф Уотертаун столь грозно, словно вел за собой не двоих солдат, а огромную армию.

В то же мгновение он покачнулся, издал удивленный возглас, и грузно шлепнулся наземь.

Почва в лесу всегда была влажной, а в этой части тропы, после недавних дождей, превратилась в жидкое грязевое болото. Констебль приземлился в него всем телом, подняв облака брызг.

Когда Уотертаун поднялся на ноги, его парадная форма была вся покрыта черными расплывающимися пятнами. Густой слой грязи покрывал лицо озадаченного офицера, круглый шлем свалился и наполовину затонул, как севший на риф корабль.

– Не повезло? – участливо спросил я.

Я уже успел спрятать в рукав короткий кинжал, которым перерезал ремешки упряжи.

Констебль с ненавистью посмотрел на меня.

– На этот раз, – глухо произнес он.

Уотертаун тяжело взгромоздился на своего ящера. Покрытый грязью шлем он держал в руках.

– Возвращаемся, парни, – раздался его короткий приказ.

5

– Ты сбросил местного шерифа с ящера? – спросила Френки.

– Ты говоришь так, будто это плохо.

Проводив домой юного фермера до границы города Беркен, я без промедления направился в Своркмиддл. Франсуаз ждала меня за городом – нам было необходимо поговорить без свидетелей.

– Конечно, плохо, – ответила она. – Я хотела бы посмотреть, как он шмякнется в грязь.

– В следующий раз сброшу его, чтобы ты порадовалась, – огрызнулся я. – Какова ситуация в городе?

– Нам повезло. Никто пока не умер. Мне удалось определить, что это был за яд – его делают из белых вивверн.

– Почему сворки сами не справились?

– В Лесном краю такие твари не водятся. Я встречала их, когда ходила в поход далеко на юг, в Каменную пустыню. Сворки просто не могли знать о таком веществе. Но все равно, они очень уязвлены.

– Можно вылечить заболевших?

– Да, отвар уже на огне. Представляешь, они боятся, что я спалю им весь город. А ты уверен, что Уотертаун не вернется?

– Предстать перед гвардией Вестпекских казарм, с ног до головы в грязи – нет, наш констебль скорее позволит миру разрушиться, чем согласится на публичный позор. Он вернулся в Беркен. Опять-таки, самолюбие не позволит ему пуститься в новый поход. Его бы засмеяли солдаты.

– Но он ведь не поверил в твою байку про соревнование по бегу?

– Нет, конечно. Зато она позволит ему спасти лицо, и оправдать бесславное возвращение. Раз Уотертаун не смог победоносно войти в Своркмиддл, ему ничего другого не остается, как самому отстаивать версию о состязании. Иначе во всей этой истории он будет выглядеть слишком глупо.

– Он такой и есть, – хмыкнула Френки.

– Меня беспокоит то, что констебль может вытворить завтра. Он замнет сегодняшнюю неудачу, и наверняка уже выслал гонца в Вестпек, отменяя просьбу прислать войска. Но Уотертон злопамятен. Он не забудет, и не простит.

– Ладно. Пошли, Старейшина уже ждет тебя.

Своркмиддл, город зеленых сворков, раскинулся на берегах медлительной лесной реки Эльды. Жители верили, что в глубинах ее вод обитают могущественные боги, что защищают их дома и приносят удачу.

Три широких каменных моста были переброшены над голубыми волнами. И на каждом из них – будь то ранее утро, солнечный день или же темная, непроглядная ночь – всегда сидело несколько сворков.

Они вслушивались в мысли реки, обращались к богам с молитвами и благодарностью.

Проходя вдоль каменных парапетов, я смотрел на волны реки, и видел лишь воду – но не богов.

– Сегодня здесь так пусто, – заметил я.

– Большинство остались в домах, ухаживают за теми, кто отравился. Остальные молятся на реке. Троим я велела следить за огнем – хотя мне показалось, что они не в восторге.

Я улыбнулся. Сворки не привыкли никому подчиняться.

– Надеюсь, сам Старейшина не пострадал? – спросил я.

– Он постится.

– Что?

Я повидал многое, но постящийся сворк необычен даже для Золотого леса.

– Так ему велели боги реки? – спросил я.

– Нет. Он считает, что это полезно для здоровья.

Старейшина Своркмиддла жил в главной дозорной башне. Двое стражников стояли у входа.

– Что же – на сей раз, пост и вправду помог его здоровью. Добрый вечер, господа.

В отличие от людей, зеленые сворки не придавали значения внутреннему убранству. Каменные стены оставались голыми и холодными; но они не производили впечатление нежилых.

Старейшина Своркмиддла был погружен в то, что люди назвали бы медитацией. Он размышлял о звездах, об устройстве Вселенной и о ночной тишине.

– Печальный вечер, – произнес он, когда я и Френки вошли в комнату.

– Прекрасный, – возразил я. – Мне известно, что горожане теперь вне опасности. Это уже очень хорошо. Какие шаги предпримут жители Своркмиддла?

Большинство сворков относились к чужакам настороженно, даже могли проявлять враждебность, как произошло этим вечером на лесной тропе. Мудрый старик составлял исключение.

– Я уже разослал патрули вокруг всего города, – ответил он. – Мы будем проверять все мясо, которое привозят торговцы.

– Выставьте караульных по течению реки, – сказала Френки.

Старейшина глубоко огорчился.

Это не было в точности чувство, которое испытывают люди. Печаль сворка носила, скорее, метафизический характер – куда катится наш мир, думал он, если люди – люди! – начинают указывать своркам, что делать.

Франсуаз была права, и это огорчало его еще больше.

– Но как же охранять все русло? – спросил Старейшина.

Он надеялся, что таким образом сможет сбить спесь с непочтительной девчонки.

– Все не надо, – ответила девушка. – Выше по течению находится город коронетов. Расскажите им, что кто-то собирается отравить реку. Они перепугаются еще больше, чем вы. Эльда берет начало в непроходимых джунглях, на юге – не думаю, будто отравитель рискнет так далеко углубиться в Лес. Поделите с коронетами оставшуюся часть русла, делайте пробные забор воды через каждый час.

Старейшина огорчился еще сильнее. Френки не только не осознала свою невоспитанность, но продолжала распоряжаться в его городе.

Однако она вновь оказалась права, и сворку оставалось только согласиться.

Он пришел к выводу, что недостаточно долго постился, и только поэтому не сумел поставить девушку не место.

Я наблюдал за этой сценкой, как взрослый следит за соперничеством детей.

– Что вы еще намерены делать? – спросил я.

– Я уже пригласил Х’Нурра, своркмиддлского дознавателя. Он и двое городских стражников отправятся в Беркен, и все выяснят.

Я знал Х’Нурра со времен Лернея, и высоко ценил его способности следователя. Тем не менее, я ответил:

– Лучше этого избежать, Старейшина.

– Почему? – удивился сворк.

– Люди – странные существа, – сказал я. – Человек всегда уверен в своей правоте. Если он обидел кого-то – то сам же считает себя оскорбленным.

– В этом нет смысла, – возразил сворк.

– Верно. Но таково поведение людей. Кто-то попытался отравить ваш город. Следы ведут в Беркен, вы хотите начать поиски там. Но, стоит своркам пересечь границу города – люди сразу же обвинят вас во всех грехах.

– Тогда что нам делать? – спросил сворк.

– Я сам отправлюсь в Беркен, и выясню, откуда взялось отравленное мясо.

Старейшина хотел возразить, что расследование станет топтаться на месте. Ведь у эльфов нет телепатических способностей. Но потом он решил, что лучше не спорить. В конце концов – кто может понять эти существа?

6

– Вот оно, родовое гнездо! – провозгласил я, окидывая старинную усадьбу взором, затуманенным от воспоминаний. – Как приятно вновь вернуться под своды этих деревьев.

Франсуаз с подозрением взглянула на меня.

– Ты, кажется, говорил, что никогда раньше здесь не был?

– Это правда. Наши родовые имения разбросаны по всем уголкам света. Но такую трогательную фразу нельзя было не сказать. Кстати, Френки – а где здесь вход?

Живая изгородь тянулась и тянулась перед нами, словно череда бесконечных дел, которые ты намереваешься сделать утром в понедельник, а возишься с ними до субботы.

– Разве нас не должны встречать? – спросила девушка.

– Кто?

– Слуги.

– Мы, эльфы, не признаем слуг. Слуги вечно сплетничают о своих хозяевах, да таскают серебро, когда за ними не смотришь.

Я спешился.

– Они с готовностью отказываются от ночного сна, лишь бы вдоволь помечтать, как будут перерезать господину горло. Знаешь, кто верховодит во всех революциях? Слуги!

С этими словами я приблизился к живой изгороди и принялся пристально ее осматривать.

– А знаешь, Френки, карта не лжет, – сообщил я.

– Как же!

Франсуаз замахала у меня перед носом огромным листом.

– Жаль, что ты плохо училась в школе, – заметил я. – Ты машешь картой с такой энергией. Знай ты основы аэродинамики, смогла бы перелететь через изгородь. Как на дельтаплане.

Френки замерла.

– Эродинамики? – спросила она. – Ты надо мной издеваешься?

– Нет, – сказал я, опускаясь на колени перед изгородью. – Вот если бы я говорил о «порнодинамике», это была бы шутка.

– Не обращайся со мной, как с дурой, – возразила девушка. – Я прекрасно знаю, что такое «дельтаплан».

– Разумеется. По-твоему, это план, который идет сразу за «альфа» и «браво».

Франсуаз хмыкнула.

– Все же ты надо мной издеваешься.

Я встал, отряхивая колени от травы.

– Въезд был здесь, Френки. Только он зарос.

– Им так долго не пользовались?

– Да; год или два. Этого времени хватило, чтобы его поглотила живая изгородь. А какой-нибудь нерасторопный гоблин из службы дорог так и продолжал подравнивать кусты. Если не боишься порвать шортики – то вперед.

Я перебрался через живую изгородь и вступил на дорогу. Вернее, так было отмечено на карте; на самом же деле оказался в густом подлеске, в котором вполне могла спрятаться парочка гиппопотамов.

– Эй! – воскликнула девушка. – А ты мне не поможешь?

– Разумеется.

Я вернулся, наклонился над живой изгородью – она была достаточно низкой – и обнял девушку за талию. Затем я легко поднял Франсуаз и перенес на другую сторону.

Френки довольно зарделась – ей нравятся подобные знаки внимания.

– Не забудь, – бросил я девушке через плечо, – привязать куда-нибудь наших верховых ящериц и захватить багаж. Не волнуйся – скот здесь не крадут, у фермеров это не принято. А вот чемоданы могут распотрошить.

Рот Франсуаз распахнулся от удивления – ведь и наши скакуны, и вещи остались по другую сторону изгороди, а я уже направлялся к дому.

– Эй! – закричала девушка. – А как же вся эта лекция про слуг?

– Эльфы не признают слуг, – с достоинством отвечал я. – Но это не значит, что мы согласны сами делать всю грязную работу.


– Когда ты пригласил меня на природу, – заметила Франсуаз.

Слова у нее выходили не очень отчетливо – но я же не заставлял ее тащить все чемоданы сразу. Могла бы и два раза сбегать.

– Я не думала, что стану заниматься поднятием тяжестей и продираться сквозь джунгли.

Девушка свалила все чемоданы в центре холла и уселась на них, как воин на поверженном чудовище.

То, что окружало ее, и впрямь мало походило на родовую аристократическую усадьбу.

Согласно традициям Золотого леса, дома здесь не строили; их выращивали из живых деревьев. За несколько лет, что имение не знало за собой пригляда, оно превратилось в настоящие заросли.

– Не смотри, что неказисто, – заметил я. – Скоро из столицы пришлют работников – не слуг! К вечеру ты не узнаешь этого места.

Я сложил руки на груди и погрузился в медитацию. Задача, которую предстояло решить, требовала полной сосредоточенности.

– О чем ты думаешь? – спросила Френки.

– Перебираю в уме список дел, которые ты должна выполнить… Будет непростительно что-то забыть. И не забудь – на публике ты обращаешься ко мне «сэр».

7

– Мне показалось, ты говорил про официальный визит.

Широкая стойка бара хранила на себе следы тысячи кружек, выпитых и разлитых здесь его посетителями.

Франсуаз устроилась за ней с видом завсегдатая, закинула ногу за ногу и с любопытством оглядывала зал.

– Иногда, Френки, – ответил я, – подобные встречи лучше проводить вне деловой обстановки.

Толстый трактирщик, с лысой морщинистой головой и широкими плечами, поглядывал на нас недовольно – словно в его обязанности входило отпугивать посетителей, а не привечать их.

– Послушайте, милейший, – я обратился к нему. – Когда обычно приходит комендант Линден?

– Когда приходит, – голос содержателя таверны гудел, как ветер в печной трубе. – Тогда и приходит.

Он отвернулся от нас и стал протирать кружки.

– Этот хам даже не спросил, что мы будем пить, – прошипела Франсуаз.

– Мы чужаки; он не собирается нас обслуживать.

– Вот как.

Девушка легко вскочила на стойку, усевшись на нее и плавно повернулась на крепких ягодицах.

– Не получится, Френки, – я покачал головой. – Он же стоит спиной.

Трактирщик озадаченно обернулся, и девушка уперла носок своего сапожка прямо в его жирное горло.

– Они всегда поворачиваются, – пояснила демонесса. – А теперь, мальчонка – есть у тебя медовый нектар?

Подобная сценка для этого заведения явно была не обычной. Впрочем, глаза хозяина полезли на лоб не от удивления. Я спрашивал себя – как у него изо рта еще не вывалился язык.

Впрочем, наверное, и хорошо, что этого не произошло. Вряд ли кого-то могло бы порадовать подобное зрелище.

– Не советую брать нектар, – заметил я. – Пчел здесь мало, мед паршивый. Лучше закажи кленового сока.

– Ты слышал? – ласково проворковала девушка.

Трактирщик был бы и рад ответить, но стройная нога Франсуазы пригвоздила его к стене. Он попытался кивнуть, но делать этого не стоило – бедняга только сильнее сжал себе горло и едва не потерял сознание.

– Значит, услышал!

Франсуаз поджала ноги и пружинисто поднялась на стойке. Резким, громким шлепком она ударила хозяина ладонями по ушам.

– Помогает от глухоты, – пояснила девушка и, как ни в чем не бывало, вновь опустилась на свой табурет.

Если в голове у трактирщика и оставались мысли, то состояли они из разрозненных слов, одно за другим непечатных. Впрочем, это не помешало ему наполнить две кружки и передать нам.

– А говорят, что здесь живут настоящие парни, – заметила девушка, утыкаясь носом в свой сок. – Ни один из них даже не встал, чтобы помочь приятелю.

Девушка не ошиблась. Несмотря на то, что к этому времени зал таверны был почти полон, никто из посетителей так и не поднялся с места.

Все, что они сделали – это повернули лица к стойке, а потом так же молча вернули головы на место.

– Так только они и говорят, – усмехнулся я.

Кленовый сок был выше всяких похвал; я сказал бы об этом трактирщику, но мне показалось, что он сейчас не оценит комплимент.

– Остальные кличут их иначе…

Мне не хотелось произносить при девушке малопристойное название.

– Пожирателями навоза? – подтвердила Франсуаз, делая очередной глоток. – Да, скотоводов никто не уважает – ни воины, ни торговцы… Знаешь, Майкл.

Она повернулась ко мне и положила мне на колени правую ногу.

– Шестеро парней сбежали от меня на первом свидании. Наверное, им не нравятся мои манеры? А вот с тобой я чувствую себя свободно.

– Скорее всего, это потому, что я не твой парень, – ответил я, возвращая ее ногу на место. – А вот и старина Джоэл. Веди себя прилично.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Поделиться ссылкой на выделенное