Денис Чекалов.

Между двух войн

(страница 4 из 31)

скачать книгу бесплатно

9

Над рыночной площадью зажигались огни – алые и голубые, изумрудные и цвета нежного янтаря.

Ни одна вспышка не оставалась самой собой дольше, чем на мгновение. В центре нее рождался новый оттенок, ширился, пока не достигал краев волшебного всполоха, и сменялся другим.

Люди стояли внизу, подняв головы, завороженные волшебным зрелищем. Торговцы и покупатели – на пару минут они позабыли о выгодных сделках и приятной тяжести золотых монет. Их глаза были устремлены в небо.

Это не походило на фейерверк – огни которого, прекрасные и манящие, остаются столь же холодными и далекими для зрителя, стоящего на скучной земле, как и ночные звезды.

Всполохи волшебства, раскинувшиеся над рыночной площадью, были иными, теплыми. Они касались сердец всех, кто любовался ими, и от того на душе становилось так легко и спокойно, как бывает только в счастливом детстве, а после – в хороших снах.

– Как он это делает? – шепотом спросила Франсуаз.

– Не знаю, – негромко ответил я. – Наверно, он сам этого не понимает.

Высокий человек стоял в центре площади; он ничего не делал, и только воздевал руки к небу, любуясь на созданные им чудеса.

– Почему его называют «Фокусником»? – спросила Франсуаз. – Ведь это настоящее волшебство – прекрасное волшебство.

– Эдди не любит громких названий.

Представление кончилось; люди подходили к магу, чтобы пожать ему руку, похлопать по плечу. Рука девушки потянулась к поясу за монетой; я удержал ее.

– Эдди не берет денег за свои представления…

– Тогда чем же он живет?

– Это рыночная площадь; здесь десятки закусочных и таверн, и везде он может есть и ночевать бесплатно.

Франсуаз нахмурилась:

– Трактирщики так ценят его талант? Или все потому, что он привлекает к ним клиентов?

– Не знаю, – ответил я. – Наверное, они сами этого не понимают.

– Командир! – Эдди Стравицки подошел к нам и принялся жать мне руку – так сильно, что мне стало неудобно перед моей спутницей. – Сколько же мы не виделись?

– Месяца два, – ответил я. – И я больше не командир. Мы можем посидеть где-нибудь, в тишине? Эта молодая леди хочет тебя о кое о чем попросить.


– А он рассказывал вам, как спас мне жизнь в Лернейских горах?

Эдди отделял от нас целый стол, заставленный нехитрыми, зато отменно приготовленными блюдами.

Однако Фокусник говорил с таким пылом, и столь энергично перегибался через столешницу, что я стал опасаться – как бы он не свернул мне нос.

– У вас еще будет уйма времени, чтобы поговорить об этом, – улыбнулся я. – Кстати, вы произвели большое впечатление на мою спутницу.

– Ну что вы, – Эдди смутился, как шестиклассник, которого поцеловала девочка. – Это всего лишь простые фокусы.

– Я знаю, в Столице вы были врачом, – произнесла Френки. – Вели хорошую практику. Почему не вернулись?

Я поморщился. Всякий раз, когда Франсуаз старается быть вежливой, она выбирает не те темы.

Эдди развеселился.

– Отчего я остался здесь? Я вам сейчас покажу.

Смотрите.

В его руке появился пистолет – быстро и неизвестно откуда. Можно было подумать, что перед нами очередной трюк иллюзиониста; но я знал – это боевая подготовка эльфийского пехотинца.

– Проверьте.

Эдди перекинул оружие через стол, словно это была деревянная поделка. Франсуаз поймала ствол на лету. Быстрыми, профессиональными движениями она осмотрела пистолет.

– В прекрасном состоянии, – похвалила она. – Держите.

Я покачал головой.

– Привычка, – Эдди снова немного смутился. – Да и между представлениями мне почти нечего делать.

Четким движением, которое не шло ни ему, ни этому рыночному трактиру, он поменял магазин и послал патрон в патронник.

Лицо Фокусника при этом не теряло своего радостного, почти мальчишеского выражения; словно руки его орудовали со смертоносным металлом сами по себе, помимо сознания и воли.

– Вы спрашиваете, почему я остался? Смотрите!

– Нет! – закричала Франсуаз.

Эдди-Фокусник поднес ствол пистолета к виску и спустил курок.

Девушка уже успела вскочить; ее тело перегнулось через стол, рука тянулась вперед, чтобы остановить самоубийцу.

Раздался короткий щелчок; Эдди Стравицки разразился оглушительным смехом.

– Не работает, – пояснил он. – Огнестрельное оружие здесь не действует. Луки, арбалеты, мечи – сколько угодно. Но никакой техники. Ни танков, ни вертолетов, ни винтовок – ни кусочка из этой ерунды.

Эдди оживился.

– Знаете, я видел, как тут два городка собрались воевать друг с другом. Просто умора. Натащили всяких железяк, деревяшек. Я рассказал им, как в свое время было у нас – так они тут же раздумали сражаться. Эй, трактирщик! Принеси-ка нам еще пряников.

– Это правда, – негромко произнес я, пока наш собеседник отвлекся, беседуя с управляющим. – Год назад Эдди остановил здесь большую войну.

– Просто поговорив с ними?

– Да, Эдди такой… Он стал здесь чем-то вроде святого.

– И, конечно, не любит говорить об этом?

– Ты угадала.

Фокус, который наш друг проделал с пистолетом, отчего-то не вызвал у девушки такого же восторга, как его волшебные огни.

– Однако вернемся к нашему делу, Эдди, – произнес я, когда Стравицки вновь повернулся к нам. – Этой девушке нужен помощник – хороший вор, который согласится съездить с ней в Золотой Лес. Она хорошо заплатит. Ты знаешь подходящего парня?

На лице Эдди отразилось недоумение.

Франсуаз вполголоса процедила, чтобы слышать мог только я:

– Если он сейчас заржет и скажет: «знаю – тебя!», то я оторву ему яйца и заставлю их проглотить.

– Золотой лес? – разочарованно протянул Эдди. – Там же скука смертная. Людей там заботят только урожай да местные сплетни. А знаете, как называют нашу Равнину? Каменной Пустыней. Только потому, что ни один из них ни разу здесь не был.

– Я понимаю, – кивнул я. – Ты не любишь Золотой лес. Но может, ты знаешь кого-то, кто согласится?

Эдди задумался.

– Нет, простите, леди. Вот вчера – да, вчера здесь многие были. Приехали на праздник. Но теперь их уже давно след простыл.

– Хороший вор не остается там, где совершил удачную кражу, – согласился я. – Так что, Френки, прости – я сделал все, что мог.

– Господин? – трактирщик подобострастно наклонился надо мной. – Вас спрашивает вестовой на дороге.

Он не был и вполовину так любезен, когда увидел меня впервые; значит, такое впечатление на него произвел гонец.

Мне это не понравилось.

– Оставляю вас, голубки, – пробормотал я, поднимаясь со стула. – Почирикайте тут.


– Не откроешь?

Франсуаз легко сбежала по высокой лестнице, спускавшейся с террасы трактира. Если меня что-то и восхищало в демонессе, так это умение двигаться быстро и бесшумно, несмотря на высокий рост.

Я стоял у нижней ступеньки, нерешительно держа в руках широкий конверт. Красная гербовая печать не оставляла сомнений, откуда он.

– Из Столицы? – осторожно спросила девушка.

– Да, – кивнул я. – Письмо из дома. Когда мы были на войне, то радовались, когда получали весточку от своих. А сейчас мне почему-то не весело…

– Боишься, что твой отпуск закончен?

Я не ответил.

– Давай сюда.

Франсуаз взяла у меня конверт и вскрыла его длинным кинжалом.

– Если какая-то дрянь, – пообещала она. – То я тебе не скажу, и просто выкину вон. Идет?

– Нет, – с грустью ответил я. – Эльфы так не поступают. Проклятье… Я ведь хотел затеряться в этой глуши именно для этого – забыть, что я эльф. Дай письмо.

Девушка повиновалась. Вокруг меня шумела толпа; люди успели забыть о чудесном волшебстве Эдди, которое еще недавно так восхищало их.

Так и мне скоро предстояло вернуться к реальности, сбросив с глаз приятную вуаль волшебства.

Часть II
1

Нескончаемой чередой в вышине ползли облака, и закат окрашивал их в цвет крови.

Шорохи наполняли лес – тихие и тревожные. Гигантские аукубы, прозванные золотыми деревьями, гордо вздымали кроны над своими меньшими собратьями, и маленькие, юркие обезьянки сновали по их стволам.

Это был час, когда просыпаются ночные вивверны; гигантские, прожорливые твари, что неслышно скользят среди вечнозеленых кустов – быстрые, похожие на ручей расплавленного серебра. Выбирались из своих нор василиски, и гигантские цикады готовились к ночному концерту.

Мы ехали по узкой тропе. Гордо вышагивали верховые ящеры, поводя длинными хвостами. Большеглазые лемуры, прячась за широкими листьями, выглядывали из зарослей, чтобы посмотреть – кто дерзнул вступить под влажные своды леса.

– Все-таки ты меня обманул, Майкл, – произнесла девушка.

Она употребила гораздо более крепкое слово, однако я уверен, что читатель слишком хорошо воспитан и потому просто не поймет его значения.

– Не понимаю, о чем ты, моя милая замарашка, – отвечал я. – Я сделал все, как ты хотела. Ты просила, чтобы я оставил свои дела, обязательства, подвел людей, которые на меня рассчитывают…

– Хороши люди, – вклинилась Франсуаз. – Мазурик в рясе. Такой не постесняется у нищего грошик спереть.

– Ему незачем. Побирушки платят ему подать, за право попрошайничать в городе… Но я отвлекся. Ты почти на коленях умоляла меня все бросить.

– Майкл, в Золотом Лесу людям грозит опасность.

– Это веская причина, чтобы не ехать сюда. И тем не менее. Без вопросов! Без возражений! Одно твое слово – и я срываюсь с места, чтобы тебе угодить. А что я прошу взамен? Золотые горы? Божественный эликсир? Нет – всего лишь маленькое одолжение.

– Так уж и маленькое.

Девушка мрачно воззрилась на мой жилетный карман, в котором лежало пришедшее из столицы письмо.

Оно гласило:

«Майклу Фрэнсису Куэйлу Амбрустеру, эксвайру.

Настоящим имеем честь напомнить Вам, что наступила первая четверть оборота созвездия Красного Великана. Это означает, что наступила Ваша очередь представлять Великий Совет эльфов на Собрании в Золотом Лесу, которое состоится в конце текущей недели.

Примите наши уверения в нашем глубочайшем почтении.»

– Какое дело эльфам до Золотого Леса? – спросила девушка.

– Нам принадлежит часть тамошних плантаций. Время от времени лендлорды собираются – так просто, чтобы не разучиться разговаривать. Согласно традиции, в этом должен участвовать и наш представитель – но, клянусь редькой, прока от этого нет.

– А разве там нет консульства или посольства?

– Никто не согласился бы гнить в такой дыре. В Лесу живут только люди, ящеры и морские свинки. Эти три народа почти не общаются. Нашими землями занимаются управляющие, из местных.

Я задумался.

– Правда, после Лернея там поселилось несколько эльфов. Как и я, они не спешили вернуться домой. Но они поступили на службу в вольные города, и не могут представлять Высокий Совет.

– А зачем тебе я понадобилась?

– Френки. Я аристократ, и не могу притащиться в город один, верхом на осле. Мне нужен сквайр.

– Оруженосец?

– Нет, его обязанности гораздо шире. Он носит чемоданы, присматривает за лошадьми и низко кланяется, когда я вхожу. Сквайр это свита, без которой я не могу, в своей новой роли.

– Девушка не может быть сквайром, – заметила Франсуаз. – И оруженосцем. Это все слова мужского рода.

– Если волнует грамматика, считай себя обезьяной дженльмена…

Френки осадила скакуна и развернула его. Я подумал, что она слишком серьезно восприняла мои слова и решила влезть на дерево за парой бананов.

У зарослей раскидистой ежевики девушка спешилась. Она наклонилась, и вытащила на дорогу нечто, чему я не смог подобрать названия.

Правда, он сам называл себя Джонни Сан-Пауло – но ведь тогда он был жив.

– Как сквайр, ты можешь заниматься уборкой, – заметил я. – А вот мусорить на дороге тебе не пристало.

– Мы его видели, – мрачно сказала Франсуаз, не делая даже попытки вернуть Джонни на место. – И могли опознать. Кто-то очень боится разоблачения.

2

Я и моя спутница уже достигли середины леса, когда вдалеке раздался шум. Вначале едва слышный, он нарастал, становясь все ближе.

Кто-то, не разбирая дороги, бежал сквозь заросли – то ли не зная, какие опасные твари водятся в здешних краях, то ли, напротив, уже повстречавшись с одной из них.

Моя спутница осадила ящера, длинный меч со свистом вылетел из заплечных ножен.

– Всего лишь человек, – негромко вымолвил я. – Тем более, напуганный. Незачем доставать меч, Френки.

Девушка бросила на меня сердитый взгляд. Она не любит, когда кто-нибудь пытается ее поучать.

Я продолжал:

– Люди всегда пытаются убежать. А ведь ноги у них такие короткие. Тогда почему они так поступают?

Немного склонив голову, я прислушивался к трелям цикад – первым, еще неуверенным, неровным, но столь же красивым, как пение ангелов.

Однако Френки не собиралась дожидаться, пока несчастный беглец превратится в ужин для ночных хищников. Она ударила сапогами по бокам ящера, и направила его между высоких деревьев – туда, где в глубине леса раздавался шум.

Я резко подался вперед, и схватил ее скакуна за уздцы.

– Не стоит, – произнес я. – Ты только напугаешь беднягу. Услышит, что кто-то скачет ему навстречу – и решит, будто это еще один лесной хищник. Сразу же бросится бежать от тебя.

Девушка встряхнула пышными волосами.

– Оставить его умирать, Майкл? – спросила она.

– Нет, – ответил я. – Но бессмысленно до утра гоняться за ним по всему лесу. Чего доброго, ты загонишь его прямо в пасть твари, от которой собиралась спасти. Он уже недалеко. Бежит прямо – чересчур напуган, чтобы петлять. Еще пара минут, и окажется прямо перед нами…

Словно в подтверждение моих слов, шум шагов стал особенно громким. Человек действительно был уже близко.

Девушка мрачно взглянула на меня – она терпеть не может, когда я оказываюсь прав.

– Мне не стоило с тобой ехать, Френки, – заметил я. – Тебе предстоит день за днем созерцать мое величие. Это просто тебя раздавит… А вот и наш новый друг.

Незнакомец выскочил на тропу и на мгновение остановился, испуганный.

Прямо перед ним возвышались два крупных ящера – а со страху они показались ему огромными. То, что на скакунах сидят люди, беглец увидел не сразу.

Вообразив, будто попал в засаду неведомых лесных тварей, он громко заверещал и попробовал броситься наутек.

– Ну что я говорил? – спросил я.

Наклонившись, я ухватил незнакомца за шиворот и заставил остановиться. Тот сделал еще несколько шагов, топчась на одном месте, и только после этого понял, что кто-то держит его.

– Тише, тише, – произнес я. – Ты уже добежал до цели.

Человек поднял голову. Это был парнишка лет семнадцати. Одежда выдавала в нем фермера. Рослый, мускулистый, силой он бы не уступал взрослому мужчине, даже опытному воину.

Но открытое лицо беглеца оставалось детским. Такое наивное выражение свойственно подросткам, которые всю жизнь провели в родительском доме.

– Я отпущу тебя, если пообещаешь никуда не убегать, – произнес я. – Хорошо?

Юноша кивнул – скорее, просто оттого, что привык соглашаться со старшими. Было похоже, что смысл самих слов прошел мимо него.

Стоило мне разжать пальцы, как перепуганный паренек ринулся бежать – едва ли не быстрее, чем мчался до встречи с нами.

Франсуаз ухватила его за шиворот. Девушка не стала церемониться с постреленком и дважды хорошо встряхнула его – как поступают с половичком, когда собираются вытрясти из него пыль.

– Сказано тебе – стой на месте, – приказала она.

Я соскочил с ящера – мне не хотелось разговаривать с пареньком, глядя на него сверху вниз.

– Итак, мой юный друг, – произнес я. – Отец послал тебя в селение сворков, чтобы отвезти им свежего мяса. Но своркам не понравилось то, чем ты собирался их угостить. Они решили изловить тебя, и торжественно съесть на центральной площади. Что же плохого было в этом мясе, если покупатели предпочли полакомиться тобой?

Страх, который испытывал юноша, убегая от сворков по лесу, был ничем по сравнению с тем ужасом, что охватил беглеца сейчас.

Он забился в руках Франсуазы, как пойманная в сеть рыба. Но девушка уже успела соскочить с ящера, и крепко держала парнишку.

– Откуда вы могли это знать? – спрашивал юноша.

Лицо несчастного стало бледным, язык плохо слушался его.

– Вы читаете мысли, как сворки, – кричал он. – Может, вы и есть сворки, и только притворяетесь людьми. Залезли в мою голову, и теперь я не отличаю человека от ящеров.

– Эта история написана на твоем лице, – произнес я. – Ты одет, как фермер, при этом очень нарядно. Сложно поверить, что обычно ты носишь эти красивые, кожаные туфли. На танцах в городе я тоже не могу тебя представить…

– Танцы – грех, – с горячей убежденностью произнес паренек.

Повторяя речи своего отца или местного священника, юноша словно наполнялся своего рода духовной силой, которая помогала противостоять опасностям.

– Танцы придумали сворки и древесные свины, чтобы отвлекать людей от работы. Тот, кто тратит время на танцы, предает род человеческий, ибо не жнет, не сеет, не пашет и не пасет молочных броненосцев. Танцы…

Френки взглянула на юношу, и тот поспешно замолчал.

– А поскольку развлечения не для тебя, – продолжал я, – ты мог нарядиться только по одному поводу – отец послал тебя к покупателям. Если бы на вас напали разбойники, это случилось бы на дороге. Значит, ты бы и бежал по дороге, к своей ферме – или к дому клиентов, что оказалось бы ближе. Но ты не помчался бы через лес, зная, что там живут нехорошие многоножки. Тем более, спускается вечер.

Я повернул руку ладонью вверх.

– Значит, на тебя напали у покупателей. Кто же мог навести страх на такого сильного и крепкого юношу?

Грубая лесть мгновенно подействовала на паренька, и он уже позабыл, что мгновение назад считал всадника опаснейшим из своих врагов. Юноша снова расправил плечи, и на его лице появилась горделивая, хотя и несколько глуповатая улыбка.

– Ни люди, ни свины не смогли бы тебя напугать. Значит, ты ездил к своркам. Как видишь, все очень просто.

– Здорово, – искренне восхитился юноша. – Я часто видел, как тетушка Энн взбивает молоко тлей. И знаете, из него всегда получается масло. Я вот никогда не мог понять, как это происходит. Так же и с вами. Сперва я не взял в толк, откуда вы все про меня разузнали. А теперь вижу.

Сравнение с тетушкой Энн, взбивающей молоко в масло, показалось мне весьма неприятным. Паренек, тем временем, продолжал:

– А как вы поняли, что я вез своркам мясо?

Я снисходительно улыбнулся, простив малышу неудачное сравнение.

– А что еще фермер мог бы предложить своркам?

– Во, здорово!

Физиономия юноши засветилась, как начищенный таз.

– Научите и меня, как делать такие фокусы. То-то я удивлю своих.

– Прежде всего, – произнес я. – Надо научиться…

– Ты как-нибудь потом откроешь лесную школу, – сказала Франсуаз. – Если нас не съедят здесь. Впрочем, ты и сворков до смерти заболтаешь. Что произошло?

– Я не знаю, – честно произнес паренек. – Только их селение показалось за поворотом, как двое уже бросились на меня.

– Они говорили с тобой?

– Нет, то есть да. То есть нет. Я не знаю. Я чувствовал их мысли – все они хотели съесть меня.

– Не хотели, – возразила девушка. – Будь так, парализовали бы на месте. Нет, они собирались гнать тебя через лес, чтобы нагнать страха и измотать. Только зачем? Что ты им сделал?

Парнишка выглядел виновато, словно считал собственную неосведомленность очередным пороком.

– Как есть, не знаю, – сказал он. – Крестьяне, которых отец послал со мной, бросились наутек, и я тоже. Вот и все.

Я пожал плечами. Незачем было прерывать наш важный разговор, и задавать бессмысленные вопросы. Вот когда сворки появятся – все сами нам и объяснят.

– Отец всегда говорил, что сворки – наши враги, – авторитетно произнес парнишка. – Когда я был маленьким, он даже ходить в сторону их селения мне запрещал. Но теперь я взрослый, и он позволяет мне самому вести с ними обмен.

Френки фыркнула. Она терпеть не может слабых мужчин, а гордость «взрослого» юноши из-за того, что папочка позволил ему что-то сделать, вообще показалась девушке смехотворной.

Однако хруст и шорох, раздавшиеся в зарослях, сразу придали ее мыслям новое направление. Перед нами появились три огромных сворка.

3

Сворки напоминают лизардменов, только раза в два больше. Ростом они не уступают эльфам, а их огромные челюсти сделали бы честь любому дракону.

Три рептилии не двигались; лишь волны враждебности, рожденные в их сознании, обрушивались на головы людей.

– Меня зовут Арран, – сказал юный фермер. – Вы скажете им, чтобы они отстали от меня?

– Конечно, скажу.

Зеленые тела сворков начали подрагивать. Дикая злоба, пылавшая в них, схлынула – так озерные волны покидают берег после отлива.

– Двуногая мартышка, – обратился ко мне главный.

Слова его были окрашены злобой, но больше для вида.

– Отдай нам этого карапуза, мы его съедим. Вас двоих не тронем. Может быть.

Я улыбнулся, – боевой задор сворков исчез так же быстро, как и появился.

– Здесь, в Лесном краю, сворки не едят людей, – возразил я.

– Всегда можем начать, – огрызнулся сворк.

Несмотря на грозный тон, он уже не испытывал злости. В глубине души, мой собеседник чувствовал смущение – не подобает благородному сворку вести себя, как тупая вивверна.

Тем более, перед лицом чужаков.

– Что произошло? – спросил я.

Прежде чем ответить, сворк несколько мгновений помешкал.

Он колебался, стоит ли доверять свои проблемы существу, у которого нет чешуи.

А случилось следующее.

Три зеленых сворка, преследовавшие Аррана, жили в небольшом лесном городе под названием Своркмиддл. Время от времени они приобретали у фермеров свежее мясо броненосцев.

Когда Арран, как обычно, привез окорока с отцовской фермы, сворки тут же принялись лакомиться. Спустя несколько часов те, кто принимал участие в пиршестве, стали ощущать сильное недомогание. Местный врачеватель сразу определил, что мясо отравлено. В городе началась паника.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Поделиться ссылкой на выделенное