Денис Чекалов.

Ночь вампиров

(страница 3 из 29)

скачать книгу бесплатно

Он не бежал к дверям, и я не знал, есть ли здесь второй выход, открытый в это время суток.

Теперь уже недовольные крики раздавались и в центре зала – там, где Франсуаз расталкивала плотную толпу.

– Он бежит вдоль стены и направо. Чуть левее, Френки, чуть левее. Вот так. Здесь есть еще выходы, Вик?

Содержатель дискотеки сделал знак трясущейся рукой. Я перемахнул через края ограждения, и мне пришлось оттолкнуться рукой о противоположную стену, чтобы приземлиться на пыльный пол.

Человек был впереди.

Он обернулся и снова посмотрел на меня. Потом он повернулся вокруг своей оси и исчез, и я понял, что именно там находится запасной выход.

Яркий свет рассыпался над моей головой.

5

Я подбежал к двери и распахнул ее.

Если бы человек, которого я преследовал, собирался меня остановить, ему не представился бы для этого более удобный случай. Поэтому я отступил в сторону, предоставив ночному воздуху принять удар, который мог предназначаться мне.

Ничего не произошло; вдалеке шли четверо человек, громко переговариваясь по-харрански. Я расслышал шаги убегающего аспониканца – быстрые, ровные, они стучали по асфальту, красиво, как негромкий перестук копыт скаковой лошади.

Я вынул пистолет из на кобуры на поясе, хотя и знал, что вряд ли стану открывать огонь на улице, по которой идут люди. Незнакомец удалялся, но все же я выждал еще пару секунд, позволяя глазам привыкнуть к ночной темноте.

Я знал, что преследуемому не страшна темнота.

Франсуаз, выбегая, сильно ударила меня в спину, и я едва не вывалился в открытую дверь.

Девушка пронеслась мимо меня, и я понял, что могу не спешить.

Я неторопливо вышел из продымленного здания дискотеки, и свежий ночной воздух едва не заставил меня потерять сознание, таким он показался мне чистым.

Звуки музыки все еще доносились сюда, но они уже не могли заглушить шагов на полупустынной улице.

Человек бежал теперь в другую сторону – он свернул через несколько кварталов. Шагов Франсуаз я почти не слышал – Френки бегает очень легко, несмотря на высокий рост.

Я заключил сам с собой пари, что девушка догонит парня через пять-шесть минут.

Я перешел на другую сторону улицы и пробежал взглядом по череде домов. Я не нашел ни одного двора, который обещал бы быть проходным, поэтому подпрыгнул и, ухватившись за край каменного забора, перемахнул на другую сторону.

Я поставил на то, что здесь не водятся собаки, и выиграл.

К счастью, цепных крыс здесь тоже не разводили.

Я прикинул, что Франсуаз уже успела вдвое сократить расстояние между собой и преследуемым, и еще раз подивился ее энергии.

Я неторопливо пересек двор, и споткнулся только два раза. Я перелез через следующий забор, но не стал спускаться, а прошел по нему немного, и затем взобрался на крышу.

Затем я спрыгнул на асфальт и успел оправить пиджак к тому времени, как аспониканец выскочил из-за угла.

Я сбил его с ног и стал поджидать Френки.

Девушка подоспела минуты через две; ее лицо раскраснелось, глаза сверкали.

– Не запыхалась, дорогая? – спросил я.

Девушка зло посмотрела на меня, затем перевела глаза на того, что находился на асфальте.

Человек встряхнул головой и приподнялся на локте.

– Спокойно, приятель, – сказал я по-харрански. – Тебе необходима помощь.

Я не заметил в его глазах проблесков разума – и их не было там не от того, что я уронил его на землю.

Он наполовину сидел, и это оказалось кстати.

Я упер носок ботинка в его спину и, толкнув, перевернул его на спину.

Его тело передернулось, и он попытался встать. Его ладони уперлись в асфальт, мускулы напряглись. Я завел руки ему за спину и наложил на него наручники.

Франсуаз присела перед лежащим человеком.

– Никто не сделает тебе ничего плохого, – ласково произнесла она. – Мы отвезем тебя туда, где тебе помогут. И все будет хорошо.

Я помог аспониканцу встать. Он не произнес ни слова, и только в его глазах тускло тлело какое-то чувство, которое собиралось взорваться.

Он слабо дернулся, пытаясь освободиться.

– Нам нужно найти двух остальных, – произнесла Франсуаз. – До того, как они убьют еще кого-нибудь.

– Он не скажет, – ответил я.

Франсуаз испытующе взглянула на безумца.

– Ты думаешь? – спросила она.

Человек раскрыл рот, и теперь я смог увидеть, почему его зубы показались мне темными.

Это была кровь.

Он так и не произнес ни слова.

– В нем нет уже почти ничего человеческого, Френки, – сказал я. – Он слишком долго пробыл вдали от людей, лелея свое безумие. Пошли – мы найдем двух других и без его помощи.

Девушка пожала плечами.

– Поведем вместе или мне подогнать сюда машину?

– Они выпили кровь только из одной жертвы, – ответил я. – Не думаю, что он очень опасен.

Я держал безумца сзади, за одну из скованных рук. Поэтому я не мог видеть, что происходит в его глазах.

– Берегись! – закричала девушка.

Человек рванулся так сильно, что мне пришлось выпустить его.

Меня отбросило назад, и, падая, я увидел, как сумасшедший разводит руки, точно птица, собравшаяся взлететь.

Звенья наручников, созданные их прочного сплава, расходились и лопались, точно слепленные из пластилина. Одно за другим падали они на асфальт, звеня каплями весеннего дождя.

Франсуаз отпрыгнула назад быстрым плавным движением хищницы.

Я постарался привстать, но понимал, что у меня уже нет шансов подняться на ноги. Поэтому я вынул из кобуры пистолет.

Я направил на аспониканца дуло в тот момент, когда он обернулся.

Он в третий раз поглядел на меня своими пронизывающими, и в то же время отталкивающе пустыми глазами.

Теперь он более походил на обезьяну, нежели на человека; безумие, которым было поражено его сознание, полностью поглотило в нем все человеческое, распахнув двери стремлению разрушать.

Его спина была согнута, плечи приподняты, а шея наклонена; длинные немытые волосы еще более усиливали сходство с ужасной тварью, созданной чьим-то расстроенным воображением.

Человек помедлил, глядя на меня; его зубы раздвинулись, и он зарычал, подобно собаке.

Он не мог решить, какого из двух своих врагов атаковать первым.

– Постарайся успокоиться, приятель, – сказал я.

И он выбрал.

Человек устремился на меня молча, вытягивая вперед руки. Самое страшное было не в том, что он собирался ударить меня ими или задушить. Нет, грязный обозванный сумасшедший держал руки перед собой, полурасставленными, в жесте, какой никогда нельзя увидеть у атакующего человека.

В такой позиции руками можно сделать только одно – обхватить свою жертву и вцепиться ей в горло.

Я знал, что передо мной сумасшедший, больной, но не преступник; и все же у меня не имелось другого выхода, нежели нажать на спусковой крючок.

Три пули крупного калибра вошли в тело человека, заставили его остановиться, а затем отбросили на асфальт. Его тело сотряслось, точно сама жизнь уходила из него в эти мгновения.

Но я знал, что это не так.

Я поднялся на ноги единым прыжком – не так, конечно, красиво, как это делают в кино, но, по крайней мере, я смог устоять.

Темные глаза аспониканца были открыты, и они оставались живыми.

– Не подходи к нему, – предупредила девушка.

Человек вскочил, разбрызгивая по асфальту струи гноящейся крови. Я понял, что его физическое тело было мертво уже много месяцев.

Он обернулся ко мне, разевая пасть, и я увидел, что его клыки успели увеличиться за эти мгновения раза в два.

– Его не взять живым, – крикнула Френки. – Он слишком силен.

Разорванные наручники продолжали звенеть на руках вампира, точно праздничные кастаньеты во время фиесты.

Он ринулся ко мне, быстрый, сильный и ничего не боящийся.

Я снова выстрелил трижды, и тело парня снова отбросило на асфальт.

Его серая рубашка теперь представляла собой сплошное бурое кровавое месиво, в котором кровь смешалась с клочками мяса и лоскутами грубой материи.

В то же мгновение, когда тело вампира коснулось асфальта, он стал подниматься вновь.

Франсуаз вынула два своих пистолета и произнесла:

– Улыбнись, придурок.

Голова чудовища оборотилась к девушке, и тут же отдернулась далеко назад, когда Френки всадила три пули в пасть и глаза вампира.

Девушка нажимала на спусковой крючок до тех пор, пока голова твари не превратилась в раздавленное, бесформенное месиво.

– Вперед, – крикнула она.

Я вернул пистолет в кобуру, ибо это оружие уже не могло повредить растекшейся на асфальте нечеловеческой твари.

Я прыгнул на вампира и наступил ему коленом на горло. Потом я обхватил обе его руки, прижав их к земле.

Молниеносным движением Франсуаз оказалась на коленях перед телом вампира. В ее правой руке, выхваченный из кармана куртки, тускло сверкал длинный металлический цилиндр.

Суть процесса остается той же самой, меняется только технология.

Девушка нажала на верхнюю честь цилиндра, и электрический поршень с мощностью, способной пробить бетонную стену, вогнал деревянный кол в тело твари.

Тело человека сотряслось, пальцы скрючились, вцапарапываясь в асфальт. Его рот растворился в оглушительном протяжном крике, и я увидел, что его лицо уже успело почти полностью восстановиться.

Бурый кровяной фонтан вылился из сердца вампира, обмывая собой деревянный кол.

Девушка поднялась, отряхивая руки, и вернула в карман автоматический молоток.

– Они убили больше, чем одного человека, – констатировала она.

Я разгладил складку, появившуюся на моем пиджаке в результате падения.

– Гораздо больше, – подтвердил я. – Для того, чтобы вампир получил такую силу, он должен был выпить, по крайней мере, человек десять. И не забывай, что их трое.

Девушка пнула ногой тело человека, желая убедиться, что он уже не пошевелится.

– Странно, что первое тело нашли только сегодня, – пробормотала она. – Пошли, я собираюсь принять ванну, прежде чем мы продолжим.

Я придержал ее за руку.

– У тебя глаза светятся, – произнес я.

– Да?

Глаза девушки, обычно серые и непроницаемые, сейчас на самом деле светились ровным алым светом, пронзая темноту.

– Я ничего не имею против, – пояснил я, – но так мне плохо видно.

– Извини.

Девушка пару раз моргнула, и ее глаза вновь стали серыми.

6

Франсуаз переложила ногу за ногу, от чего полы ее белого махрового халата распахнулись и соскользнули по бедрам.

Девушка украдкой взглянула на меня, проверяя мою реакцию. Френки полагает, что белый цвет халата идеально подходит к ее загорелой бархатистой коже. Это так, но я счел, что не стоит давать ей повода возгордиться, поэтому никак не стал реагировать.

– Результаты будут готовы довольно быстро, – заметила она, бросая взгляд на изящные золотые часики на своем запястье.

Я пододвинул к ней чашку горячего шоколада.

– Вампир две ночи провел в каком-то укромном месте, – сказал я. – И я не думаю, чтобы он постилал на пол простыни. Если мы узнаем, чем был испачкана его одежда, это позволит сузить зону поисков.

Франсуаз взяла чашку и отряхнула волосы, еще влажные после ванны. Затем она поменяла положение ног, следя за тем, чтобы обнажиться почти до пояса.

Девушка давала мне второй шанс.

Я отломил половинку пирожного, и Френки швырнула в меня подушкой.

– Итак, у нас есть два вампира-убийцы в городе с населением в несколько миллионов, – сказала она.

– Это означает, что, с одной стороны, нам будет сложно их найти, а с другой, у них не возникнет сложностей с поиском пищи.

– Судя по состоянию, в котором находился первый экземпляр, они убивают много и часто. Это делает их очень опасными и заставляет атаковать людей снова и снова.

Я кивнул.

– Они избегают своих сородичей, потому что слишком опасны даже для обычных вампиров, – продолжал я. – У них нет союзников, поэтому мы не знаем, где они могут показаться.

Френки строго посмотрела на меня и целомудренно запахнула халат, давая понять, что я не проявил себя как смышленый мальчик, и в свое время буду за это наказан.

– Тем не менее нам придется перешерстить все места, где обычно появляются вампиры, когда появляются в нашем городе.

– Попытаемся определить, что им нужно, и чего они будут искать, – сказал я.

– В первую очередь им требуется пища. Каждое существо занимает свое место в цепочке питания, в зависимости от уровня своей организации.

Девушка сделала глоток из своей чашки.

– Растения находятся в начале пищевой цепочки. Они потребляют энергию непосредственно, питаясь солнечными лучами. Они же преобразуют эту энергию в формы, пригодные в пищу для других существ.

Франсуаз обмакнула пирожное в шоколад и внимательно осмотрела его, прежде чем откусить.

– Следующая ступень пищевой цепочки – вы, животные. Вы потребляете энергию в форме растений и мяса других животных.

– Спасибо за животное, – сказал я.

Девушка пожала плечами.

– Тебе хорошо известно, что с биологической точки зрения люди и есть животные. Мы, демоны, питаемся человеческими душами и эмоциями – любовью, состраданием, страхом или отчаянием.

– Насколько я понимаю, это зависит от разновидности демона, – заметил я.

– Мне не нравится слово «разновидность», – возразила девушка. – Я тебе не морская свинка. Самые слабые демоны ограничиваются негативными эмоциями. Они подпитываются ими, как бактерии. Суккубы полностью поглощают душу человека.

Френки погрозила мне пальцем.

– Считается, что после этого человек полностью подпадает под власть суккуба. Только что-то я этого не вижу.

– Ты мало стараешься, – пояснил я.

Франсуаз швырнула в меня вторую подушку. Я засчитал себе небольшую победу – больше подушек поблизости нее не оказывалось, и Френки пришлось бы либо оторваться от шоколада, либо перестать вести себя, как маленькая девочка.

– Вампиры появились на земле практически одновременно с людьми; это была тупиковая ветвь эволюции. С точки зрения места, которое они занимают в цепи питания, вампиры находятся между людьми и демонами. Они поглощают астральную сущность человека, но делают это в материальной форме – они пьют кровь.

Я продолжил:

– Вампир не обязательно должен пить кровь; он может питаться, как обычный человек, подобно тому, как хищник в состоянии иногда поедать траву. Однако кровь вызывает сильное привыкание, и избавиться от этой привычки вампиру довольно сложно.

– Люди всегда боялись вампиров и пытались бороться с ними, – сказала девушка. – Осознать опасность того, кто пьет кровь, проще для простого обывателя, чем если речь идет о тех, кто поедает душу.

Она улыбнулась и пробежала пальцами по моей руке. Я почувствовал, как глоток энергии, пульсируя, перелился из меня в суккубессу. Девушка тихо засмеялась.

– Многие вампиры не знают, что они вампиры, – произнес я. – Они ведут обычную человеческую жизнь. Также, вампир, осознавший себя вампиром и попробовавший крови, тоже может побороть это пристрастие.

– Но обычно этого не происходит, – кивнула Франсуаз. – Поглощение астральной сущности вместе с кровью дает вампиру животную силу, скорость и выносливость. Ты сам мог наблюдать, как этот человек разорвал стальные наручники, словно это были гнилые нитки.

– В то же время, питание кровью заглушает в вампирах волю к сознательной жизни и интеллект, делая их полубезумными тварями, – продолжал я. – Только очень развитые в духовном плане вампиры способны пить кровь, пользуясь даруемой ею силой, и оставаться с ясным сознанием.

– В конечном счете, именно это не позволило вампирам стать доминирующей расой, – подтвердила девушка. – И тем опаснее вампиры-одиночки, сохранившие ясность интеллекта. К счастью, сейчас мы имеем дело не с одним из них.

– Вампир-одиночка претендует на то, чтобы стать демоном, – сказал я. – И обладает почти равной демону силой.

Френки фыркнула.

– Но он не способен жить в мире с окружающими. Люди для вампиров – только жертвы, а демоны с вами сотрудничают.

– И что же я получил в обмен на свою душу? – поинтересовался я.

– Меня, – ответила девушка.

Я постарался выглядеть крайне разочарованным.

– Впрочем, хотя вампиры и не могут обычно отказаться от крови, в то же время большинство из них не отваживается нападать на людей, – сказал я.

– Да, вампиры, как правило, пьют кровь животных. Они селятся либо в удаленных от города захолустьях, либо в городских трущобах, где можно ловить голубей и диких кошек. Кровь животных заставляет вампиров медленно деградировать. Она не наделяет их астральной силой, и притупляет их сознание понемногу, подобно наркотикам.

– Только в Городе Темных Эльфов существуют три центра для реабилитации вампиров, существующие на средства благотворительности, – произнес я. – Два из них открыли и спонсируем мы. В таких центрах вампирам помогают избавиться от дурных пристрастий и стать полноценными членами общества. К сожалению, далеко не все из них хотят, чтобы им помогли.

– Многим вампирам свойственно острое чувство неполноценности, – девушка оставила в сторону пустую чашку, отряхнув в нее с пальцев крошки пирожного. – Они ненавидят людей за то, что те не дают собой питаться, но еще больше они ненавидят нас.

– За что же? – спросил я.

Франсуаз встала и распустила пояс своего халата.

– Мы не отказываемся от своих скверных привычек, – проворковала она. – Иди ко мне.

7

– Вы посмотрите – ну что это такое?

Лейтенант Маллен тыкал в газетный лист так оживленно, что тот, изгибаясь, верхней стороной ударял полицейского по носу.

Жирный заголовок, идущий поверх ярко-оранжевого фона, гласил:

«Нападение вампира-убийцы».

Чуть пониже, более мелким шрифтом, шли менее сенсационные заголовки:

«Говорящий теленок в Гавани Гоблинов»
«Порча на судне из Асгарда»

и

«Привидение в доме мэра»

– С каких пор вас волнует то, что пишет желтая пресса? – усмехнулась моя партнерша, откидываясь на спинку кресла.

Маллен ловким ударом нокаутировал газетный листок и, сложив его вчетверо, победоносно засунул в карман.

– С тех пор, как там печатают мое имя, – ответил он. – Если мы не накроем убийцу в течение пары дней, мне будет обеспечена хорошенькая неделька. И как они умудрились успеть втиснуть это в вечерний выпуск?

– Что говорят ваши эксперты, лейтенант? – спросил я.

Маллен вынул из другого кармана длинный свиток, карту города Темных Эльфов, и развернул его на столе.

– Они отметили места, где, как им кажется, наш парень мог провести последние две ночи. Как им кажется. Только позволь этим умникам из анклава Магов открыть рот, и они тут же начнут бахвалиться, что, дескать, грязь на одной улице не такая же, как на другой. Но дай им простейшее поручение – и они заштрихуют вам полгорода, а потом еще и вторую половину.

– Как я понимаю, ваши люди уже прочесывают эти места? – спросила Франсуаз.

– Уж будьте уверены, – Маллен недобро усмехнулся с видом человека, который только что приступил к долгой, изматывающей и абсолютно бесполезной работе. – Нет ничего проще, чем искать кого-то среди нелегальных эмигрантов.

– Эти люди вряд ли станут сотрудничать, даже если ни в чем не виноваты, – согласился я. – Ладно, это уже кое-что. Поехали, лейтенант.

– Сотрудничать? – всхрапнул полицейский. – Да вы попробуйте хотя бы изловить одного или двух – это уже задачка. Они прячутся в каждую нору, в каждую дыру – боятся, что их вышлют на родину.

– Значит, так, – Франсуаз произнесла это столь решительно, словно с ней кто-то ожесточенно спорил. – Мы не станем наступать на ноги вашим людям, лейтенант. Мы поговорим с теми, кто не станет отвечать на вопросы стражников. Два активных вампира – это слишком много.

– Подумать только, – пробормотал Маллен. – А я ведь собирался лечь сегодня пораньше.

– А что говорит окружной прокурор? – спросил я.

– Он лопает свои картофельных чипсов еще больше, чем обычно, – многозначительно сообщил Маллен, ибо сам по себе данный факт, по его мнению, значил очень многое. – Говорит, что от стрессов у него повышается аппетит. Я вот думаю – может, он тоже вампир?

– Вы сказали своим людям, чтобы они проявляли осторожность? – спросила Франсуаз.

– Я пошлю священника перед каждой полицейской машиной, – огрызнулся Маллен. – Не все так легко принимают некоторые стороны нашей реальности, мадемуазель Дюпон.

– Я в детстве был очень разочарован, – подтвердил я, – когда узнал, что, если свернуть фантик снова, в нем не появится новая конфета.

– А вас не спрашивают, – огрызнулся Маллен. – Окружной прокурор заявил, что если мы не уладим ситуацию за ночь, он вызовет охотников из Высокого анклава Дроу.

– Только не охотники из Анклава, – усмехнулась Френки. – Они повскрывают весь асфальт на центральных улицах и перебьют светофоры, как сделали это в прошлый раз.

– Так что с вашими людьми? – напомнил я.

– Мои парни должны найти их и следить, пока не подоспеет спецназ.

Маллен хлопнул себя по пиджаку.

– Значит, поехали.

Потом он спросил:

– Скажите, Амбрустер, почему правдой обычно оказываются злые сказки?

* * *

– Когда это Маллен рано ложился спать? – спросил я.

Девушка задумалась.

– Может быть, эта история нарушила ему свидание, а он постеснялся сказать об этом прямо?

– Кто может пойти на свидание к Малленом? – заинтересовался я.

Если остановить машину на двадцать футов дальше или на двадцать футов ближе – стоит заранее застраховать ее от угона и разграбления. Но перед баром Рона Педро ее можно даже не закрывать.

Заведение Рона давно должно было быть закрыто, но Рон нас ждал.

– Новости на улицах распространяются быстро, – заметил я, захлопывая за собой дверцу.

– Не быстрее, чем страх, – ответила Франсуаз.

Я скользнул взглядом по пустой улице.

– Здесь действительно чувствуется страх, – подтвердил я. – Не тот громкий, когда люди собираются в кучки и с нетерпением ждут последних выпусков газет. Это иной страх – тихий, гнетущий, он заставляет людей забиваться в норы, как крыс, и чувствовать себя, как крысы.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное