Дарья Калинина.

Цветочное алиби

(страница 3 из 21)

скачать книгу бесплатно

– Что за реквизит у певицы? – недоверчиво осведомился у нее оперативник.

– Но я ведь не только пою, но еще и танцую. У меня в репертуаре сегодня был танец с саблями. Я несла сабли.

– Сабли? – заинтересовался оперативник. – И что это за сабли? Ими можно убить?

– Нет, конечно! Просто куски мягкой жести, обернутые яркой фольгой!

– Но я могу на них взглянуть?

– Они у меня в костюмерной.

За саблями послали. А потом оперативники долго и пристально изучали эти самодельные кусочки металла.

– М-да, – пробормотал один из них. – Легче консервной банкой человека убить, чем этой бутафорией. Что же, вернемся к пропавшему из кухни тесаку. Где он?

– Откуда я знаю? Вы что, его еще не нашли?

– Нет.

– Так сначала найдите, а потом уж доставайте меня своими вопросами.

– Мы поищем, – зловеще прокаркал оперативник. – Поищем и обязательно найдем.

Аю похолодела. Плохи ее дела. Совсем плохи. Ведь действительно могут и найти проклятый тесак. А в ресторане полно глупых старух, которым может померещиться бог знает что. Взять хотя бы бабу Тату. Она одна стоит целого сарафанного радио. Причем новости она способна исказить до такой степени, что понять трудно, о чем первоначально шла речь. Баба Тата вполне может наболтать оперативникам, что лично видела, как Аю прятала тесак, да что угодно может наплести.

И как раз в тот момент, когда Аю уже прощалась со своей свободной жизнью, в кабинет к оперативникам заглянул какой-то высокий мужчина с густой, тщательно подстриженной рыжей бородой и такими же рыжими густыми волосами, падающими у него на плечи словно шлем. Почему-то при одном взгляде на этого рыжего здоровяка Аю стало легко и весело.

– Дирекция ресторана, – пророкотал здоровяк, – вас просит зайти к ним.

– Зачем?

– Нам кажется, что мы нашли орудие убийства.

Оперативники немедленно сорвались с места. И даже Аю последовала за ними. Никто ее не остановил. Так что она лично присутствовала, когда огромный мясницкий тесак достали из-за груды кастрюль, сложенных в углу кухни.

В этих кастрюлях обычно готовился гарнир для банкетов. Или отваривались овощи для салатов. В каждую из них помещалось не меньше двадцати-тридцати литров воды. И вот за ними как раз и лежал тесак мясника.

– На нем кровь, – заметил один из оперативников. – Все ясно! Оружие на экспертизу!

Мясник пытался что-то вякать, доказывая, что только вчера разделывал тесаком туши прибывших барашков. Что так запарился с мясом, что даже ножи не помыл. И что кровь на тесаке вполне может принадлежать несчастным овечкам, которых он порубил на более или менее мелкие части и запихнул в морозильные камеры.

– Эксперты определят, чья это кровь! – зловеще произнес оперативник и, взглянув на Аю, добавил явно специально для нее: – А также наши эксперты выяснят, чьи вообще отпечатки имеются на орудии убийства.

После этого оперативник повез Аю в отделение.

– Вы меня арестовали?

– Пока что нам просто нужны ваши отпечатки пальцев.

Ясно?

Чего уж тут неясного! Сначала отпечатки пальцев снимут. Потом заявят, что хотя на тесаке их и нету, но это выглядит все равно подозрительно. Оперативники явно нацелились на Аю как на главную подозреваемую.

– С вашим мужем вы не были официально разведены? Я правильно понимаю?

– Не были.

– Значит, в случае его смерти вы являетесь законной наследницей?

– Как и он моим наследником!

– Но у вас-то наследовать нечего! Насколько я понял, у вас комната в коммунальной квартире. А вот у вашего мужа была отдельная жилплощадь.

Аю промолчала. Когда они с мужем начинали совместную жизнь, то у него была жалкая «двушка» даже не в «хрущевском» доме, а в каком-то довоенной постройки барачного типа ангаре. Горячей воды там не было просто потому, что трубы отсутствовали. Газовые горелки тоже. И в морозы все отапливались как и чем придется.

У самой Аюши жилье хотя и числилось коммунальным, но на самом деле она давно продала маленькую папину комнатку и перебралась сначала в комнату побольше, а потом и в совсем просторную. Из этой просторной комнаты с потолками под пять метров получилась очень уютная квартирка. На первом этаже находилась просторная гостиная, она же столовая и кухня. Там же были расположены туалет и ванная комната. А на втором этаже у Аю была устроена спальная.

В их квартире почти у всех соседей были подобные квартирки. Русский человек изобретателен. И чего ради, скажите на милость, терять драгоценные квадратные метры, если можно строиться не только вширь, но и ввысь?

– Я не убивала мужа ради его клоповника, – прошептала Аю, обращаясь больше к самой себе, чем к ментам. – Я его вообще не убивала! Неужели вы думаете, что мне было под силу нанести такой удар?

Оперативники и следователь переглянулись. Да, это было слабым местом в их версии. Рост Аю не превышал метра пятидесяти четырех сантиметров. Телосложение очень изящное – типично азиатское. А косточки хрупкие, как у настоящей птички. Сама она весила иногда сорок четыре, иногда сорок шесть килограммов. А когда ее вес достигал пятидесяти, Аю считала, что непозволительно разжирела.

– Ваш муж не ожидал нападения, – наконец произнес один из оперативников. – Вы воспользовались фактором внезапности.

Да что же это такое! Они открыто обвиняют Аю в том, чего она не делала! Обвиняют без малейших доказательств!

– Знаете что! – вспыхнула Аю. – Вы все-таки не заговаривайтесь уж слишком! Мне тот тесак, который вы нашли, даже элементарно в руки не взять. А если и взять, то уж точно не поднять. И я своего мужа не убивала. Что он делал возле ресторана, понятия не имею! Если он и ждал меня, чтобы поговорить, то никакого разговора у нас с ним не получилось.

– Почему?

– Вы спрашиваете, почему не получилось? Господи помилуй, а потому что его убили!

Она доказывала явно туповатым ребятам, что не виновата, битых два часа. И лишь после этого они ее отпустили. И не потому, что поверили ей. А потому, что действительно не могли ей ничего предъявить, кроме родства с потерпевшим. Конечно, найдись в доказательство вины Аю хотя бы малюсенькая улика, они бы ее сцапали. А так, нет, не посмели.

На дворе, когда Аю отпустили, была уже ночь. Но Аю вылетела из отделения словно пробка. Плевать, что метро закрыто! Плевать, что вокруг темным-темно. Как-нибудь она доберется до своей норки! Небось ей не впервой шататься по ночам, по холоду, по темноте.

Какое счастье, что ее отпустили! Господи, даже представить себе страшно – очутиться в тюремной камере!

– Ой, ой, ой! – бормотала Аю, забравшись в теплое нутро такси и продолжая трястись от холода. – Ой, ой, ой!

– Девушка, что с вами? – опасливо покосился на нее таксист. – У вас такой вид, словно вы с того света вернулись.

– Так и есть.

– А вы, часом, не больная? – еще более опасливо поинтересовался мужик. – А то мне заразы в машине не нужно.

– Я не больная.

– А трясетесь чего?

– Меня только что обвинили в убийстве собственного мужа и чудом не упрятали в каталажку на долгие годы! Как думаете, это достаточный повод, чтобы начать трястись?

Аю хотела добавить еще кое-что, но сочла, что и этого будет достаточно. И замолчала.

Водитель покосился на нее еще раз, явно рассчитывая на то, что Аю всего лишь шутит. Убедился, что на шутку ее заявление мало похоже. И поспешно нажал на газ, больше к Аю с разговорами не приставая.

Глава 3

Дома Аю встретил ее песик – Клоун. Очаровательное крохотное существо, карликовый шпиц с белоснежной густой шерсткой и темными блестящими глазками-бусинками. Одно время Аю лелеяла мысль выучить Клоуна различным трюкам и брать его с собой на выступления. Но очень быстро оказалось, что Клоун ни на что подобное не годен.

Не то чтобы Клоун был глуп или ленив. Песик с удовольствием выполнял все трюки. Быстро и охотно схватывая цирковую премудрость буквально на лету – кувыркался, прыгал, лаял по команде, но… Но все это он делал только под настроение и только дома. Стоило ему оказаться перед публикой, как он превращался в полного тупицу.

Помучившись с Клоуном, Аю оставила идею сделать из него пса-артиста. Да и зачем? Она сама зарабатывала больше, чем они с Клоуном могли потратить. А Клоун, чтобы отплатить хозяйке добром за ласку, всегда старался чем-то ее порадовать. Вот и сейчас, несмотря на позднее время, он встретил ее у дверей, попрыгал и сделал в воздухе сальто. А потом умчался и вернулся назад с уже теплыми тапочками, которые Аю перед уходом оставляла у батареи центрального отопления, а Клоун их ей притаскивал, когда она возвращалась домой.

– Спасибо тебе, кнопочка, – ласково поблагодарила песика Аю.

Клоун вопросительно посмотрел на нее, потом на входную дверь.

– Нет, я пришла одна, – со вздохом произнесла Аю.

Теперь Клоун покосился на поводок и ошейник.

– Нет, и гулять мы тоже не пойдем.

Клоун слегка огорчился. Но нрав у него был слишком веселый, чтобы надолго грустить из-за мелочей. И он снова весело запрыгал по коридору. Вопрос прогулки у них с Аю решался очень просто. Клоун был таким маленьким, что охотно пользовался кошачьим лотком, не испытывая при этом ни малейшего конфуза. Так что гулять они с Аю ходили исключительно ради удовольствия, а не потому, что Клоуну это было позарез нужно.

Оказавшись дома, Аю первым делом забралась под душ. Но долго не могла согреться. Она все прибавляла и прибавляла струю горячей воды. Кожа у нее покраснела, но внутри Аю сидел озноб.

Она простояла в горячей воде почти полчаса, но так до конца и не согрелась. Пришлось догреваться горячим чаем, которого Аю выпила целых две кружки, щедро разбавив напиток веселящим душу виски. Она бы предпочла коньяк, тогда чай получался не только веселящим, но и ароматным, однако коньяка в доме не нашлось. Наверное, подружки Аю, когда были у нее в последний раз, допили все остатки.

Наконец, кое-как согревшись, Аю принялась думать. Положение у нее было хуже не придумаешь. Как быть дальше? Испуганное сердечко подсказывало – бежать! Но разум возражал. Куда бежать? Как бежать? И ведь если бежать, значит, подтвердить подозрения милиции на свой счет.

– Нет, никуда я не побегу! Я сама найду убийцу! И докажу, что совершенно не виновата. Вот что я сделаю!

И заметно приободрившаяся, как всегда с ней бывало, когда решение уже принято и его нужно выполнять, Аю расчесала свои длинные темные волосы, которыми она очень гордилась. Просушила их и отправилась в кровать.

Она надеялась, что моментально уснет. Но не тут-то было. Сначала Аю вертелась без сна, а потом позвонил ее домашний телефон.

– Кто это может быть?

Сердце у Аю совершило несколько тревожных скачков. В глубине души она знала, кто может звонить ей в такой поздний час. Знала и поэтому не хотела подходить к телефону.

– Не о чем тут говорить, – пробормотала она, обращаясь к невидимому собеседнику. – Я тебе уже все сказала. Да и ты сказал мне достаточно. Все, дело сделано.

Но человек, звонящий ей ночью по телефону, кажется, так вовсе не думал. Телефон все звонил и звонил, пока Аю не выдернула шнур из розетки. Потревоженный Клоун пришел к ее кровати и несколько раз недоуменно тявкнул, глядя на хозяйку. Почему ты не хочешь поговорить с ним? Ведь ты же хочешь этого, я вижу!

– Ах, да отстань ты! – воскликнула Аю, обращаясь к песику и едва сдерживая слезы. – Тоже нашелся заступник! Если хочешь знать, то он сам во всем виноват! И лучше бы тебе не знать всего, что он сделал!

Она рухнула обратно на подушки, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не зареветь. Личная жизнь разбилась вдребезги. А еще ее обвиняют в убийстве бывшего мужа. И кто ответит, какая из этих двух бед более болезненна.

Аю снова стало трясти, как в ознобе. Она накрылась вторым одеялом, но это не помогало.

– Буду решать проблемы по мере их поступления, – попыталась она вразумить себя. – Сначала разберусь с убийством. А потом… Потом, глядишь, и личную жизнь налажу.

Однако уже утром вчерашнее ее решение – самостоятельно расследовать убийство – показалось Аю далеко не таким правильным и взвешенным. Начать с того, как и что она будет расследовать? Она понятия не имела, с какой стороны подступиться к этому делу. Ведь ничего подобного в своей жизни она не делала!

И чем дольше размышляла Аю над этим вопросом, тем ясней понимала – она просто не сможет этого сделать! Ведь она даже толком не выяснила, почему расстались ее родители, которые, казалось, души друг в друге не чаяли. Просто приняла на веру слова отца, что матери надоела холодная угрюмая Россия. И она захотела вернуться в родной Вьетнам.

Вообще-то, в глубине души Аю мало верила в нечто подобное. Потому что прекрасно помнила: во Вьетнаме хотя и было тепло и почти не было зимы, но жизнь там тоже была не сахар. Особенно для одинокой женщины с двумя маленькими детьми на руках.

Однако в телефонных разговорах с дочерью ее мать в качестве оправдания своего бегства твердила о своей любви к родине. И о том, что расстаться с родиной не смогла. А вот с обожаемым мужем очень даже смогла. И Аю должна ее понять. Но Аю так ничего и не поняла. Правда, и выяснять ничего не стала.

И вот теперь она думала: если уж она не стала выяснять, что же произошло у ее горячо любимых родителей, какая кошка пробежала между ними, то как она сумеет расследовать убийство собственного давно забытого мужа? Ведь это же надо куда-то ходить, с кем-то разговаривать, что-то спрашивать. А что? С кем? Куда? И у кого?

Мысли Аю все еще беспорядочно метались, когда в ее дверь позвонили. Аю насторожилась. Кто это мог быть? Неужели ОН? Все-таки пришел? Несмотря на строгий запрет, который наложила Аю на его визиты? Господи, хоть бы это в самом деле был ОН!

В том, что звонили именно Аю, сомнений не было. Дверь из общего коридора, которая выходила на лестницу, была снабжена сразу семью звонками. По числу проживающих в квартире семей. И сейчас звонил именно ее звонок, звонили к Аю.

Но если бы звонил ОН, то звонок был бы другим. Сначала три короткие трели, потом одна длинная. И снова три короткие. ОН всегда так звонил. Только так и никак иначе. Значит, не ОН. А кто же? Милиция! Тяжело вздохнув, Аю подавила в себе трусливое желание не подходить к двери. И все-таки подошла.

– Кто там? – спросила она и взглянула в глазок.

Там стоял высокий рыжеволосый мужчина. Чем-то его лицо было Аюше знакомо. К тому же рядом с ним стояла еще какая-то высокая светловолосая женщина тоже со славным и открытым лицом. И директор ресторана, в котором Аю вчера пела. Этот последний и заставил ее открыть дверь.

– Добрый день, – растерянно произнесла она. – То есть доброе утро. Вы ко мне?

Вопрос был явно глупым. К кому же еще могли прийти эти трое? Но вопроса умней она просто не придумала.

– К тебе, – кивнул ей коротконогий и лысый Геннадий Карлович – директор их ресторана.

На самом деле он был одним из директоров. Исполнительным, что ли. Но в отличие от двух других директоров он находился в ресторане почти постоянно. И собственно говоря, он им и управлял. За глаза сотрудники звали его Крокодилом Геной. Во-первых, за подходящее имя. А во-вторых, за явное сходство его фигуры с коротколапым аллигатором.

– Пройти можно?

– Да-да! – заторопилась Аю. – Проходите! Клоун, угомонись! Вот тапочки. А впрочем, можете и так. Я давно не убиралась.

Гости вошли и с интересом огляделись.

– Неплохо ты устроилась, – похвалил Аю ее директор. – Интересное решение планировки квартиры. Сама додумалась или кто подсказал?

– У всех соседей так сделано. Я тут ничего не придумывала. Просто вызвала мастеров, они все и сделали.

– Молодец, молодец! – рассеянно повторил директор.

Но Аю видела, что его мысли далеки от ее квартиры. И хвалит он ее только для того, чтобы хоть что-нибудь сказать.

– Послушай, Аю, – произнес Геннадий Карлович, когда наконец устроился в глубоком гостевом кресле, которое стояла у Аю, опять же, в гостевой зоне. – Ты ведь этого мужика не убивала, верно?

– Конечно!

– Вот и я так думаю. Зачем тебе его убивать?! Даже если он тебе и муж, так что с того?

– Не убивала я его, Геннадий Карлович.

Аю едва не плакала. И за что ей все это? Мало того что у нее такая личная драма, так теперь еще и на репутации вечное пятно. Если настоящий убийца не будет найден, то все в ресторане станут шушукаться за ее спиной. И это еще хорошо, если просто шушукаться! А то ведь могут и просто арестовать и посадить в тюрьму! Без вины виноватую!

– Нет, Аю, – твердо произнес Геннадий Карлович. – Этого я не могу допустить!

Аю изумленно на него уставилась. Она и не подозревала, насколько Геннадий Карлович был заинтересован в ее судьбе. Обычно-то директор свысока кивал певице в ответ на ее приветствие и проходил мимо. Вот и все их общение. С чего бы это ему так перемениться к ней?

– Пойми меня правильно, – поморщился Геннадий Карлович. – Нам эта шумиха вокруг твоего имени нужна еще меньше, чем тебе самой. Репутация нашего заведения и так пострадала. А если станет известно, что моя сотрудница свела счеты с собственным мужем у меня в ресторане, то это же просто скандал! Форменный скандал!

Вот оно что! В голове у Аю прояснилось. Выходит, Геннадий Карлович заботится не о ней, а о репутации своего ресторана. Что же, по крайней мере, это понятно. И все же в душе у Аю промелькнуло нечто похожее на сожаление. На нее лично директору плевать. Его заботит только судьба заведения. И всем прочим на нее тоже плевать. А ей сейчас так нужен близкий человек рядом. Вот если бы рядом с ней в этот тяжелый момент был хотя бы один человек, кто бы искренне ей сочувствовал, насколько было бы легче!

Но, увы, такой роскоши, как поддержка близкого человека, Аю не знала с пятнадцати лет. Именно с тех пор, как умер ее отец. И снова Аю почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Но она опять думала не про убийство и не про своего давно усопшего родителя. За что же ОН был с ней так жесток?

И Аю вспомнила их последний вечер вдвоем. О том, чтобы заговорить с ним по душам, не могло быть и речи. И Аю просто выгнала его. Выгнала, потому что не могла найти предлога, чтобы оставить.

– Аю! – прозвучал у нее над ухом голос директора. – Ты где, девочка?

– Я тут.

– У тебя было такое лицо, словно ты улетела за сотни километров, – недовольно пробурчал директор.

И Аю торопливо, словно ее поймали на чем-то недозволенном, возразила:

– Нет, я тут.

– Надеюсь, ты меня понимаешь?

– Я понимаю. Но Геннадий Карлович… Я не виновата!

– Верю! И мы должны это доказать!

– Мы? – снова изумилась Аю. – Мы? Доказать?

– Да, мы должны доказать, что ты ни в чем не виновата.

– Вообще-то, я тоже думала самой поискать убийцу своего мужа. Но я не представляю, с чего начать.

– А тебе и не нужно! – бодро заверил ее Геннадий Карлович. – Тебе и не надо представлять. Тебе поможет настоящий профессионал!

– Это кто же?

– Моя жена, – пророкотал рыжий бородач, хранивший до сих пор молчание.

При звуке его голоса Клоун испуганно присел на задние лапки. А потом уважительно подкрался поближе к стулу рыжего великана и занял место возле его ноги. Это было самым явным проявлением душевного расположения со стороны Клоуна. Песик безошибочно уяснил для себя, кто является самым сильным самцом – вожаком стаи. И занял место поближе к нему.

Теперь Аю наконец вспомнила, где видела этого рыжего великана. Это именно он вчера появился и сообщил оперативникам, что найден тесак.

– Моей жене частенько приходилось распутывать и куда более запутанные истории, – продолжал рокотать бородач. – Так что она справится. Можешь быть в этом совершенно уверена.

Аюша перевела взгляд на высокую блондинку, которая сидела рядом с рыжим мужчиной. Та ободряюще кивнула ей и широко улыбнулась. Улыбка у блондинки оказалась настолько заразительной и дружелюбной, что Аю невольно улыбнулась ей в ответ.

– Мы были вчера в вашем ресторане, – произнесла блондинка. – И слышали, как ты поешь и танцуешь. Ты просто молодец!

– Спасибо вам.

– Говори мне ты. Кстати, меня зовут Мариша! И обойдемся без отчеств. Не люблю разводить цирлих-манирлих.

– Хорошо, – кивнула Аю. – А как мы будем расследовать?

Мариша тряхнула головой.

– Для начала ты должна рассказать мне все, что ты знаешь о своем муже.

– Но мы с ним не виделись пять лет.

– Неважно. Когда-то вы были супругами. И вряд ли взрослый человек за каких-то пять лет может в корне измениться.

Аю вздохнула и покосилась на мужчин. Разговаривать в их присутствии она, честно говоря, немного стеснялась. Но ни директор, ни рыжий бородач, которого звали смешным английским именем Смайл – маленький, хотя он был огромный, громкий и широкоплечий, словно древний викинг, ее смущения не поняли. Они продолжали сидеть и с явным интересом ожидали рассказа Аю.

– Мой муж сильно пил, – произнесла Аю, как можно более нейтральным тоном. – Бил и дрался. Я вытерпела ровно два месяца. А потом, подсчитав количество синяков, которые появились у меня за это время, и разделив их на количество счастливых или, во всяком случае, спокойных дней, собрала свои вещи и ушла.

– И все?

– Все.

– А как же любовь?

Как ни странно, этот вопрос задала Аю не Мариша, а сам Геннадий Карлович. Аю даже смешно стало. Любовь ему подавай! Романтик кривоногий!

Однако она смеяться не стала, а наоборот, очень вежливо сказала:

– После того как муж поколотил меня ни за что в первый раз, любовь куда-то испарилась. Я сначала и сама не поняла, как это произошло. И еще целый месяц жила с ним как бы по инерции. А потом меня внезапно осенило, что без этого человека я буду чувствовать себя куда счастливей, чем рядом с ним. И… И ушла.

– Ясно, – кивнула головой Мариша. – Насчет причин, по каким вы расстались с мужем, мне все ясно. А что ты можешь сказать о своем муже как о человеке вообще? Он ведь не все время пил?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Поделиться ссылкой на выделенное