Дарья Донцова.

Золушка в шоколаде

(страница 1 из 23)

скачать книгу бесплатно

Глава 1

Никогда не откладывай дела на завтра, отложи их на послезавтра, и у тебя будет два свободных дня.

Тяжело вздохнув, я оглядела кухню. Почему большинству хозяек хочется иметь двадцатиметровое пространство для приготовления пищи? Намного удобнее обладать каморкой, куда втиснуты один шкафчик и плита, тогда не возникнет никаких проблем с уборкой. Ну что там чистить в крохотном отсеке? За пятнадцать минут легко наведешь идеальный порядок и пойдешь смотреть телик. А я, несчастная, сейчас стою посреди необъятного помещения и с тоской понимаю: времени, чтобы разобрать кавардак, потребуетя уйма! В мойке высится гора грязной посуды, слава богу, она хоть ограничена высотой крана, а то бы достигла потолка. Впрочем, рано я обрадовалась: те тарелки, что не поместились в раковине, пристроены на столе, там же стоят и чашки с остатками чая, кофе, какао, сока…

На спинках стульев висят свитера и пиджаки. Ни Сережка, ни Костин, ни Кирюшка не способны дойти до шкафа и аккуратно расселить одежду. Наверное, привычка разбрасывать повсюду части гардероба, в том числе и носки, является одним из первичных мужских половых признаков. Скажите честно, ваши мужчины непременно кладут носки в корзину для белья? Если так, то поделитесь опытом, каким образом вам удалось выдрессировать мужа или сына.

А туалет? Я имею в виду круг от унитаза. Лично у меня начинается приступ депрессухи при зрелище поднятого стульчака. А еще мужчины смеют упрекать нас, женщин, в неправильном выдавливании зубной пасты! Ей-богу, это смешно!

Не далее как сегодня утром Сережка гневно завопил из ванной:

– Ну сколько можно объяснять? Не жмите на тюбик посередине! Аккуратненько давите снизу! Нельзя же быть такими косорукими неряхами!

Мы с Катюшей переглянулись и ничего не ответили, хотя у меня с языка чуть было не слетела фраза: «Может, я и «косорукая неряха», только ни разу не оставила на обеденном столе грязную тарелку, не разбрасываю свои ботинки по прихожей и не забрызгиваю зеркало в ванной».

– И что за хрень мокнет в тазу? – не успокаивался Сережа. – Какая-то пакость! О! Лампа-а-а!

Я вошла в ванную комнату.

– Чего кричишь?

– Здесь дохлая болонка! – взвыл Сережка. – С ума сойти!

Я уставилась на пластмассовый тазик, в котором плавало нечто белое, кудрявое, и правда похожее на крошечную собачку, и взвизгнула:

– Мама! Какой ужас!

Сережка схватил полотенце, начал дрожащими руками вытирать вспотевший лоб, и тут до меня дошло: никаких крошечных собачек в нашей квартире нет. Мопсы и стаффиха стерилизованы, а Рамик не способен принести в подоле потомство, наш двортерьер кобель и…

– Это Лолита, – сообщила Лизавета из коридора.

Серега выронил полотенце, но успел поймать на лету.

– Кто?

– Что? – обернулась я.

Лиза хихикнула и заглянула в дверной проем.

– Вы забыли, да? Вот как ко мне относитесь! Не обращаете внимания на мои проблемы, не интересуетесь…

Я привалилась к стене.

У Лизаветы с большим опозданием начались проблемы подросткового возраста, по любому поводу она теперь обижается.

– Сделай одолжение, – прошипел Сережа, – объясни, кто такая Лолита и почему она покончила с собой в нашей ванной? Что за существо утонуло в муках? Пудель? Котенок?

– Овца, – пожала плечами Лизавета.

– Издеваешься, да? – взвыл Сережка. – Да жене козла ни за какие пряники в пластиковом тазу не поместиться!

Лиза засмеялась:

– У козла жена – коза. Супруга овечки зовут бараном.

– Мне без разницы! – рявкнул он.

– О боже! – закатила глаза Лизавета. – Живу с посторонними людьми, которых ничего, кроме еды, не колышет! Плюшевую овечку мне подарила Катька Кудрина на день рождения. Я назвала игрушку Лолита, это моя любимая сплюшка.

В глазах Сергея вспыхнул нехороший огонек.

– Кто? Соплюшка?

– Сплюшка! – топнула ногой Лизавета. – Я с ней сплю!

– Офигеть… – протянул Сережка.

– На ночь я люблю съесть шоколадку, – неожиданно мирно пояснила Лиза, – вчера я уронила кусочек на простыню, перемазала Лолиту, вот и решила замочить овечку и постирать. Она, кстати, очень прикольно мекает. Послушай!

Лиза прошмыгнула в ванную, выхватила кудлатую овечку из воды и затрясла ею перед моим лицом.

– Офигеть, – повторил Сережка, швырнул скомканное полотенце на стиральную машину, промахнулся и ушел, оставив его лежать на полу.

Я молча наклонилась, подобрала. Не стоит злиться на парня, ну недобросил немножко, зато он всегда аккуратно выдавливает зубную пасту из тюбика.

– Молчит, – грустно констатировала Лизавета. – Почему? Так здоровски мекала!

– Овца бекает, – неосторожно возразила я.

Глаза Лизаветы наполнились слезами.

– У меня горе, а вокруг одни зануды!

– Ты вынула из нее батарейку? – спросила я.

– Какую? – прекратила стенать девочка.

– Игрушка издает звуки при помощи источника тока. Если перед стиркой не вытащить его, то твоя «сплюшка» онемеет.

Большая прозрачная слеза потекла по щеке девочки.

– Вот ты какая! – плаксиво протянула она. – Почему не предупредила? Откуда мне знать про батарейку?

– Лизочек, – ласково прожурчала я, – давай рассуждать логически. Ты в котором часу замочила Лолиту?

– В двенадцать комп выключила, съела шоколадку, измазала овечку… – начала загибать пальцы она.

– А я отправилась спать в десять, понимаешь? Я же не видела, как ты замачивала бедную Лолиту в тазу! И никак не могла тебя предупредить!

Секунду Лизавета стояла с открытым ртом, потом закричала:

– Могла бы предусмотреть, сообразить, понять… Ну почему тебе в голову не пришло: Лиза съест ночью шоколадку, запачкает Лолиту и испортит водой любимую сплюшку? Взяла бы и сказала мне заранее: «Не совершай глупости, родная. Оставь Лолочку на стиральной машине, завтра утром я ее тебе осторожненько искупаю». Вот ты какая! Лишь о себе заботишься!

Зарыдав, Лиза швырнула на пол ни в чем не повинного плюшевого уродца и унеслась прочь.

Я онемела от абсурдности ее претензий, потом подобрала овечку, выжала, отнесла на лоджию и положила на пластиковый столик. Пусть сначала обсохнет на солнышке, а потом я подумаю, что делать. Можно ли починить игрушку, не знаю, а вот успокаивающие таблетки для Лизаветы приобрести необходимо. И еще я решила: сейчас не стану высовывать нос из своей спальни, уедут домашние на службу, тогда и займусь уборкой. У меня сегодня выходной, и провести его следует с толком. А какой тут толк, если с утра пораньше я начну раздражаться?

Когда за последним домочадцем захлопнулась дверь, я, облегченно вздохнув, собрала собак, погуляла с ними, раздала псам утреннюю кашу и принялась обозревать пейзаж: грязные чашки, раскиданная одежда и так далее.

Через пять минут в голову закралась крамольная мысль: может, не затевать грандиозной уборки? В конце концов, все снова покроется пылью. Ну согласитесь, есть в труде домохозяйки некий налет мазохизма – трешь-трешь, прибираешь-прибираешь, а воз и ныне там, как говорится. Лучше я сейчас просто распихаю вещи по шкафам и вымою посуду, а уборку кухни отложу на завтра, нет, на послезавтра, тогда у меня получится два свободных дня.

Меня охватило невероятное чувство радости. Господи, как просто стать счастливой: надо лечь спать с мыслью о завтрашней генеральной уборке, а утром отложить противное занятие на неопределенный срок.

Напевая веселую мелодию, я живо сгребла шмотки, ловко расправилась с посудой, сварила себе чашечку кофе, упала в кресло, положила ноги на пуфик, включила телевизор и застонала от восторга. Сериал «Тайны следствия» только начался, по экрану бежали титры, потом появилась Анна Ковальчук в форме прокурора. Как мне повезло! Сейчас оттянусь по полной программе! Раньше семи дома никто не появится, кофе вкусный, булочка с маком свежайшая, кино любимое…

– У нас есть масло? – раздался сердитый бас.

Я подпрыгнула, как кролик, услыхавший шорох змеи в кустах.

– Кто здесь?

– А кого ты ждешь? – протянул Костин, открывая холодильник.

– Вовка! Ты?!

– Неужели я так успел измениться за несколько часов отсутствия, что меня невозможно узнать? – скривился майор. – Извини, конечно, если разочаровал тебя, но… да, это всего лишь я, скромный мент.

– Что случилось?

– Не могу выпить кофе? – обозлился Вовка. – Похоже, я тебе помешал. Ладно, ухожу к себе!

Я тяжело вздохнула. Если в вашем доме живут подростки и мужчина, пребывающий в кризисе среднего возраста, примите мои искренние соболезнования. Покоя вам не будет, и первые, и второй станут занудничать, обижаться по каждому поводу, качать права и требовать к себе эксклюзивного внимания.

Можно, конечно, сейчас пожать плечами и продолжать наблюдать за приключениями Маши Швецовой, но мне неприятна даже мысль о ссоре с Костиным.

Я нажала на пульт, экран погас. Я встала из удобного кресла и с фальшивой радостью сказала:

– С удовольствием сделаю для тебя яичницу!

Вовка опустился на стул и подпер голову руками.

– Кругом одни идиоты, – мрачно произнес он.

– Ты это обо мне? – уточнила я.

– Нет, – без тени улыбки ответил майор, – облом у меня вышел.

– Какой? – лишь из хорошего воспитания поддержала я разговор.

Костин насупился и стал рассказывать:

– Подготовили мы операцию! Тщательно! Учли все мелочи!

Я села у стола и начала кивать. Похоже, приятелю надо выговориться.

– С раннего утра залегли в засаде, – бубнил Костин, без особой охоты ковыряясь вилкой в яичнице. – Представляешь картину? Небольшой лесок, неширокая дорога, ведущая в деревеньку, никого нет, шоссейка тупиковая, только местные катаются. В зеленой полосе притаились парни из ОМОНа и мои ребята…

– Зачем? – заинтересовалась я.

Костин моргнул.

– Вследствие проведенных оперативно-розыскных мероприятий нами был обнаружен тайник, куда предполагаемый преступник сложил похищенные драгоценности. Никаких прямых улик против мужика не было, наоборот, сплошные положительные характеристики: отличный семьянин, великолепный работник, просто зефир в шоколаде. Но я нутром чуял – это он ювелирный магазин грабанул!

– Чутье к делу не пришьешь, – сочувственно кивнула я.

Костин отодвинул тарелку с почти нетронутой едой.

– И тут информатор стукнул про тайничок. Появился шанс взять злодея в тот момент, когда он за золотишком полезет. Вот и устроили засаду. Бойцам велели не шевелиться, не дышать, чтобы фигурант ничего подозрительного не заметил. Он вскроет захоронку, хапнет украденное, ну и… Понятно?

– Более чем, – кивнула я.

– Ага, – фыркнул Вовка, – мне тоже показалось: все тип-топ будет. И покатилось дельце. «Наружка» отрапортовала: объект из дома выехал, движется в сторону шоссе. Я велел «хвосту» отцепиться, не дай бог, еще вспугнут. В общем, паримся в засаде. Раздается шум, появляется машина. Я в непонятках: у нашего подозреваемого «БМВ» черного цвета, а тут красная «Мазда», бабский вариант, нормальный мужик на подобной ездить не станет. Едва удивился, иномарка тормозит, из нее тетка вываливается и прямехонько в лесок, туда, где ОМОН и мои парни. К тайнику шуршит! Я от злости чуть бинокль не сожрал. Вот оно что, думаю, сам побоялся идти, хитрый гад, подослал казачка! Осторожный! И чего делать? Возьмем бабенку – дядьку вспугнем… В общем, пока я обдумывал ситуацию, раздается дикий вопль, женщина вылетает из леса на шоссейку и… падает без чувств. Тишина! Все затаились, никто не понимает, что происходит. И вдруг на дороге появляется черный «БМВ». Притормаживает, но тут же живо разворачивается – и деру. Операция сорвана! Мы к бабе, та без сознания. Вызвали «Скорую», тетку в больницу повезли. Подходит ко мне Валерка Ситников… Урод! Дурак! Дебил! Нет, ты не поверишь!

– Что тебе сказал Ситников?

Костин усмехнулся.

– Валерка залег в овражке и прикрылся лопухами. В общем, и не понять, что в канаве мужик притаился. А тетке той в туалет, оказывается, приспичило. Добежала, сердешная, до удобного местечка, присела… Ситников чуть не умер – ну прямо над его головой… кхм… нависла… Вот и не выдержал. Тихонечко так, вежливенько, он без всякого хамства попросил: «Гражданочка, сделайте одолжение, переместитесь чуть левей, а то вы аккурат над моей башкой пристроились».

Я зарыдала от смеха, а Костин, нахмурившись, завершил рассказ:

– Баба дурой оказалась – заорала, завизжала, на дорогу понеслась. И сознания лишилась. Чума! Сорвала нам операцию.

– А как бы ты отреагировал на ее месте? – еле-еле выговорила я. – Со мной бы точно удар случился. Нашла тихий уголок, вокруг ни души, присела, и тут из-под земли мужской голос. Знаю отлично твоего Ситникова, небось гавкнул, как ротвейлер!

Вовка поморщился и ничего не ответил.

– Доедай яичницу, а то остынет, – напомнила я.

– Неохота, – мрачно ответил майор.

– Она с докторской колбасой!

– Спасибо, – тихо сказал Костин. – Пойду лучше лягу, а то всю ночь не спал.

Я удивилась. До сих пор, несмотря ни на какие неприятности, Вовка не терял аппетита. Более того, хорошая котлета, тарелка жареной картошки или омлет с зеленым горошком всегда служили для майора антидепрессантом. В каком бы гадком настроении ни возвращался наш борец с преступностью домой, слопав многоэтажный бутерброд, он обычно сразу веселел. А сегодня…

– Еще что-то произошло? – с тревогой поинтересовалась я.

– Нет.

– Начальство клизму поставило?

– Игорь Сергеевич в отпуске, я его временно замещаю.

– Машина сломалась?

– Бегает пока.

– С процентом раскрываемости беда?

– Тьфу-тьфу, вроде в этом месяце нормально.

– Тогда ешь яичницу, не пугай меня! – потребовала я.

А Вовка внезапно побледнел и ринулся в туалет. Я понеслась за ним. Услышала булькающие звуки, дождалась, пока бледный майор выйдет в коридор, и налетела на него:

– Тебя тошнит?

– Ага, – признался Костин. – Крутило, крутило желудок, а сейчас просто наизнанку вывернуло.

– Что случилось?

– Наверное, забеременел, – с мученическим лицом ответил приятель. – Сделай одолжение, купи в аптеке тест.

– Вроде у Юли в шкафу лежал один нетронутый, – ляпнула я машинально и тут же остановилась. – Ты издеваешься?

– Вовсе нет, – простонал Вовка. – По какой еще причине может безостановочно мутить здорового человека?

– Что ты пил?

– Кофе.

– И только?

– Да.

– А ел что?

– Ну пирожок.

– И с чем «нупирожок» был? – обозлилась я. – Когда ты кусал его, он лаял или мяукал?

– Мне плохо, а ты издеваешься, – прошептал Костин.

– Встать можешь?

– Конечно.

– Тогда поехали.

– Куда?

– В морг! – рявкнула я, беря ключи от машины.

– Я еще не умер, – мрачно улыбнулся майор.

– А мы еще и не доехали, – процитировала я бородатый анекдот. – Катя, к сожалению, улетела в командировку, поэтому придется обратиться к врачу в поликлинике. Хорошо, что она предусмотрительно записала нас в хорошее место, где, правда, к счастью, никто пока не был.

– Не хочу к доктору, – закапризничал майор, – терпеть не могу поликлиники. Еще анализы сдавать заставят…

– Ладно, – кивнула я, – тогда «Скорую» вызову. Вдруг у тебя аппендицит?

– Час от часу не легче! – закатил глаза Костин. – Ты ведь не оставишь меня в покое?

– Нет, – решительно ответила я. – Если ни с того ни с сего человеку вдруг стало плохо, необходимо выяснить причину недомогания.

Глава 2

В поликлинике было немноголюдно, но девушка, сидевшая за стойкой с табличкой «Справочная», выглядела какой-то замотанной.

– Вам чего? – бесцеремонно спросила она.

– У мужчины сильно болит живот, – ответила я, удивленная тоном девицы.

– Вы у нас на учете? – насторожилась та. Она явно надеялась избавиться от докучливых посетителей, потому что сразу добавила: – Неприкрепленных не обслуживаем, идите по месту жительства или вызывайте «Скорую».

Но я разочаровала нахалку, спокойно ответив:

– Да, мы оплатили полный пакет услуг – от осмотра терапевта до гоститализации. Фамилия заболевшего Костин, имя Владимир.

Протяжно вздохнув, девушка взяла «мышку», уставилась в монитор компьютера и с глубокой тоской констатировала:

– Есть такой. И чего надо?

– Пока консультацию врача, – собрала я в кулак все свое терпение.

– Ладно, – кивнула она, – ступайте в регистратуру, вам там дадут талончик.

Усадив бледного Вовку на диван, я начала сложную процедуру под названием «получение медицинских услуг лицом, оплатившим контракт». Для начала пришлось купить бахилы, чтобы проникнуть в холл первого этажа. Приобретение бахил не обозлило, а, наоборот, порадовало меня – значит, здесь пытаются соблюдать чистоту. Преодолев первое препятствие, я оказалась у регистратуры, и здесь завязался милый разговор. Женщина примерно моих лет без всякой улыбки спросила:

– Цель визита?

– Посещение врача.

– Какого?

– У мужчины тошнота, боли в животе, слабость… – начала я перечислять симптомы Вовкиного недуга.

– Гинеколог будет в семнадцать часов, – перебила меня регистраторша.

Я кашлянула, посмотрела на прикрепленный к белому халату бейджик и, изо всех сил сохраняя вежливость, сказала:

– Уважаемая Елена, больной – мужчина.

– Нарколог в отпуске, – прозвучало в ответ.

– Стоматолог нам тоже не нужен! – все же не сдержавшись, рявкнула я.

Елена усиленно захлопала густо накрашенными ресницами, скривила напомаженный рот в недовольную гримасу.

– Не пойму никак, – проронила она – чего вы хотите-то?

Я вцепилась пальцами в пластиковую столешницу рецепшен.

– Елена! Владимир Костин – мужчина, гинеколог ему без надобности, у него нет органов, по которым специализируется данный врач. К наркологу ему тоже ни к чему, заболевший не алкоголик. У него неполадки с желудком, и дантист тут ни при чем. Думаю, лучше дайте направление к хирургу, чтобы исключить аппендицит.

– Я бы посоветовала гастроэнтеролога, – вымолвила Елена.

Я обрадовалась, – очевидно, в этой цитадели медицинских услуг долго запрягают, да быстро едут.

– Замечательно, – кивнула я, – мы готовы отправиться в кабинет.

– Приходите двенадцатого октября в семнадцать тринадцать, – флегматично заявила Елена.

– Но сегодня третье сентября, – ошалело напомнила я.

– Верно. Гастроэнтеролог со вчерашнего дня в отпуске.

– Зачем тогда вы предлагаете отправиться к нему на прием?

Елена выпучила глаза и стала похожа на пекинеса.

– Но он же вернется и окажет вам помощь!

– Двенадцатого октября?

– Ну да.

– А сегодня третье сентября, – повторила я.

– Правильно, – закивала Елена. – Может, у вашего мужа живот сам по себе и пройдет! Сплошь и рядом такое бывает: утром скрутит, а вечером отпустит.

Я уставилась на мило улыбающуюся регистраторшу. Стоявшая позади меня и явно прислушивавшаяся к нашей беседе дама начала судорожно кашлять. Внезапно мне на ум пришел анекдот, который вы, вероятно, знаете.

Перед закрытием поликлиники в кабинет хирурга вбегает человек и кричит:

– Доктор, мне плохо!

– Обращайтесь завтра, – бубнит врач, не отрывая глаз от каких-то бумажек, – рабочий день закончен.

– Я ранен, – вопит мужчина, – кровь хлещет!

– О господи, – вздыхает эскулап, – а Марь Иванна только-только кабинет помыла.

– Умираю, – не успокаивается надоеда.

«Гиппократ» поднимает взор и видит перед собой парня, у которого из уха торчит здоровенный нож.

– Дружочек! – бурно радуется хирург. – Вам не ко мне, а к отоларингологу, в пятый кабинет…

– Так что, записывать на двенадцатое октября? – оживилась Елена.

Я стукнула кулаком по столешнице, регистраторша подскочила на стуле.

– Значит, так, – прошипела я, – слушай меня внимательно. Владимир Костин ответственный сотрудник МВД…

– Ой! – испугалась Елена.

– Большой начальник…

– Ой-ой!

– Генерал, – в ажиотаже врала я, – представлен к званию маршала. Сейчас щелкнет пальцами, и к вам сюда явятся ОМОН, группа немедленного реагирования, администрация президента, съемочная бригада программы «Время» и налоговая инспекция!

Елена прижала ладони к лицу.

– У вас все в порядке с бумагами? – ехидно поинтересовалась я. – Все чеки на месте? Проверочки не опасаетесь?

Елена вскочила и бросилась в глубь регистратуры.

– Девочки, – послышался из-за шкафов ее задыхающийся голос, – тут маршал из налогового управления явился, с милицией! У него боли в животе… Ой, он меня убить грозится! Ага! Да! Сейчас!

Поправляя на ходу прическу, Елена прибежала назад и развила бурную деятельность. Не прошло и десяти секунд, как к Костину, ничего не знающему о своем начальственно-эксклюзивном статусе, подбежали три хорошенькие медсестры и защебетали:

– Сюда, пожалуйста.

– Вас примет Олег Николаевич.

– Чудесный доктор!

– Осторожно, не споткнитесь!

– Аккуратненько, тут плиточка на полу выщерблена…

Мне стало смешно и противно одновременно. Ну и что изменилось в медицинском обслуживании после того, как оно стало платным? Только бахилы появились, все остальное осталось прежним.

– Девушка, – окликнула меня Елена, – надо завести господину маршалу карточку.

Я вытащила из сумочки бордовую книжечку.

– Вот его паспорт.

Регистраторша с явным интересом перелистала документ.

– Такой симпатичный, молодой и холостой, еще и с постоянной московской пропиской… – протянула она. – Чего же семью не завел?

– Если я отвечу на ваш вопрос, это поможет установить правильный диагноз? – прищурилась я.

Елена покраснела.

– Вам в твердом или мягком? – вдруг спросила она.

– Простите, не поняла.

– Историю болезни в каком переплете заводить? В бумажной обложке или из искусственной кожи? Последняя практичней.

– Хорошо, – кивнула я, – давайте дерматиновую.

– Триста рублей.

– За что?

– Сами же захотели элитный вариант, – обиделась регистраторша. – Кстати, определитесь с цветом: есть розовый, голубой, черный, синий, коричневый.

– Самый темный, – скрипнула я зубами.

– Десять рублей.

– За подбор цвета? – издевательски поинтересовалась я.

– Угу, – серьезно кивнула Елена, – это не входит в перечень услуг, указанных в вашем контракте. Вы сядьте пока вон на тот диванчик и подождите.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное