Дарья Донцова.

Уха из золотой рыбки

(страница 5 из 25)

скачать книгу бесплатно

– Это не твоя мама, позови, пожалуйста, Асю.

– Ее нет, – сообщила девочка.

– А когда придет?

Ответа не последовало.

– Она в институте?

– Нет.

– А где?

– Не знаю, не помню, в Митине, кажется.

– Дома есть кто из взрослых?

– Одна сижу, – грустно ответила собеседница, – болею, у меня отит.

– Отит? Это очень больно!

– Ага, жутко.

– Как же тебя зовут?

– Алла.

– Скажи, Аллочка, когда родители придут?

– У меня только мама, – бесхитростно сообщил ребенок, – на телефонной станции служит, у ней работа в час заканчивается.

Я взглянула на часы: полвторого.

– Ладно, дружочек, подскажи ваш адрес.

– У, какая хитрая, – насторожилась девочка, – ни за что!

– Ты его просто не знаешь, маленькие детки не помнят, где живут.

– Я маленькая? – возмутилась Алла. – Мне шесть лет, в первый класс хожу и великолепно знаю название улицы.

– И какое же оно?

– Проезд Петра Ратникова, дом три, – гордо ответила Аллочка.

Я отсоединилась и включила зажигание. Развитая, бойко разговаривающая малышка, оставшаяся одна дома, должна четко усвоить очень простое правило: никому, даже тетенькам с приятным голосом, нельзя сообщать, что сидишь дома в одиночестве. Последствия могут оказаться самыми печальными.

По двери в квартиру Аси сразу можно было понять, что лишних денег у хозяев не водится. Самая обычная, деревянная, не железная, не стальная, не бронированная, выкрашенная темно-коричневой краской. С боку болтался на проводе звонок. Я нажала пупочку, дверь моментально открылась.

– Вам кого? – устало выронила худая, какая-то блеклая женщина.

– Можно Асю Корошеву?

– Нет, – опустив глаза, сказала хозяйка, – абсолютно невозможно.

– Когда она придет?

– А вы кто такая?

– Сотрудник компании «Кока-кола», разрешите представиться, Дарья Васильева, менеджер отдела оплаты. Ася Корошева летом работала у нас лотошницей, мы остались ей должны деньги.

– И много? – заинтересовалась тетка.

– Тысячу рублей.

– Мне отдать можете? – оживилась собеседница.

– А вы кем Асе приходитесь?

– Матерью, я Софья Николаевна Корошева.

– Запросто, только следует оформить расписку.

– Это без проблем, – засуетилась Софья Николаевна, – заходите, ботиночки скидавайте, я полы помыла.

Я получила противно холодные резиновые шлепки и вошла в небольшую, бедно обставленную, но хирургически чистую комнату.

– Да вы тут садитесь, – хлопотала хозяйка, – за стол, на нем писать удобно.

Я вынула из кошелька голубую купюру, положила на протертую клеенку и попросила:

– Несите паспорт Аси.

– А без него нельзя?

– Ну, в общем, можно, только отчего вы не хотите документ дать?

– А его отобрали, – пояснила Софья Николаевна.

– Почему? – удивилась я.

– Когда свидетельство о смерти выдали.

Секунду я пыталась переварить информацию, потом воскликнула:

– Ася умерла?! Она же молодая совсем!

– Двадцать только исполнилось, – отозвалась она.

– Ужас!

– Это с какой стороны посмотреть, – отрезала Софья Николаевна.

Я на какое-то время растерялась, но потом взяла себя в руки.

– Господи, что вы говорите! С какой стороны ни смотри – это катастрофа.

– Хорошо вам рассуждать, – окрысилась Софья, – вы с ней не жили, а я пятнадцать лет мучилась.

– Как пятнадцать? – Я решила поймать бабу на вранье. – Вы только что про двадцать говорили.

– Правильно, – кивнула Софья, – только она мне не родная.

Аську моя сестра Зинка незнамо от кого родила, а когда девчонке пять лет исполнилось, возьми да из окошка прыгни. Вот ведь какая безответственная, дите кинула, только о себе и подумала. Хорошо Зинке, сама в могилу улеглась, а мне…

Я на секунду перестала воспринимать ее речь. Недавно моя лучшая подруга Оксанка рассказала анекдот. Одному мужчине сообщили, что ему осталось жить до утра, и ни часом больше. Ну пришел дядька домой, рассказал жене о перспективе. Супруга поохала, поплакала, да и легла спать, несчастный муж попытался разбудить ее, а баба недовольно заявила:

– Отстань, Ваня. Тебе-то хорошо, завтра на работу идти не придется, а мне рано вставать.

– … надо бы в детский дом сдать, – услышала я голос Софьи, – да пожалела я Аську. Эх, вечно через свое доброе сердце страдаю.

Очевидно, в душе Софьи Николаевны накопилось слишком много негативных эмоций, потому что она сейчас говорила безостановочно. Так река сносит плотину, преграждающую воде путь, и разливается широким морем.

Ася и в самом деле росла трудным ребенком. В школе она, правда, училась хорошо, голова у девочки оказалась на месте. Зато уже во втором классе Корошева принялась воровать, сначала по мелочам, тырила ластики, ручки, заколки, блокнотики, игрушки. Потом стала шарить по карманам в раздевалке, а в девятом классе утащила кошелек с зарплатой у географички. Софья Николаевна еле-еле уговорила преподавателя не обращаться в милицию. Дальше – больше. Появились сомнительные друзья, сигареты, выпивка, модные вещи.

– Где ты взяла эту юбку? – неистовствовала Софья Николаевна. – А косметику? На какие шиши шикуешь?

– Отвяжись, – дернула один раз плечиком Ася, – на Тверской стою, тебе какое дело?

Софья Николаевна испугалась. Она тоже, как покойная сестра, не вышла замуж и тоже родила девочку. Вдруг бесшабашная Аська на самом деле решила заняться проституцией? Еще заразит ребенка СПИДом.

– Крови она у меня цистерну выпила, – вываливала Софья Николаевна, – сил по ней горевать не осталось. Да к тому все и шло.

– Как погибла Ася? – тихо спросила я. – И когда?

– А в июле, двадцатого числа, мне, правда, позже сказали, тело в морге лежало, неопознанное.

– Вы не удивились, когда девочка не пришла ночевать?

– Так она и на неделю загулять могла! – пояснила Софья Николаевна. – Ну совсем без головы была, умотает незнамо куда, потом, здрасте, является. Да вам меня не понять. Небось ваши дети по подвалам не шляются, водку не пьют и со всей улицей не трахаются.

Из моей души вырвался вздох, это верно. И Аркадий, и Машка никогда не доставляли мне особых хлопот, подростковый возраст они прошли спокойно, без эксцессов. Но если представить на минутку, что в нашей семье подрастает такая Ася, смогла бы я спокойно лечь спать, зная, что девочка где-то шляется? Скорей всего, нет, понеслась бы искать непутевое дитятко. Впрочем, хорошо сейчас рассуждать, а коли так бегать придется каждую ночь? Некоторые детки выдавливают из своих родителей любовь по капле, словно зубную пасту из тюбика. И не надо осуждать Софью Николаевну.

– Под машину Ася попала, – спокойно объяснила она, – где-то на МКАД, дорогу перебегала пьяная.

– Водителя не нашли?

Софья отмахнулась:

– Нет, конечно. Ее саму-то дальнобойщики обнаружили, приспичило, вот в кусты и побежали, а там Ася. Видать, тот, кто сшиб, тело в овраг спихнул и умчался. На Митино похоронили, теперь памятник поставлю, и все, моя совесть чиста.

– Подруги у нее были?

– Целый двор.

– Не припомните имен?

– Зачем?

– Следует свидетеля позвать, чтобы видел, как я вам деньги отдавать буду.

– Погодите, – велела Софья и вышла.

Не успела я подумать, что неплохо бы покурить, как хозяйка вернулась вместе с худенькой девицей самого безобразного вида.

Голова пришедшей была выкрашена в три цвета. Сейчас это очень модно, и Зайка тоже носит разноколерные прядки. Только волосы Ольги мягко перетекают от светло-розового через пепельный к блондинке, а у девушки, стоящей передо мной, на макушке торчали ярко-синие лохмы, челка походила на перезрелый баклажан, а виски радовали зеленым кислотным оттенком.

В ушах у красавицы висела связка колечек, на шее красовалась татушка: красно-черная бабочка.

– Это Галя, – сообщила Софья.

Я молча написала на бумаге пару слов и отдала ассигнацию Софье. На лестничную клетку мы с Галей вышли вместе.

– Повезло Соньке, – хриплым, то ли простуженным, то ли прокуренным голосом заявила Галя, – такие деньги ни за что отхватила.

– Если ответите на мои вопросы, можете столько же получить, – быстро предложила я.

Галочка обрадовалась:

– А что спрашивать станете?

– Можно к вам зайти? Вы, очевидно, недалеко живете?

Галя засмеялась и толкнула дверь:

– Здесь, соседи мы.

Я вошла в узкий коридор и чуть не задохнулась от запаха. Галочка спокойно поинтересовалась:

– Воняет вам?

– Ну… не очень приятный аромат.

– Отчим на мясокомбинате работает, – объяснила Галя, – спецовку принес постирать. Как на его комбинезон взглянешь, так никакой колбасы не захочешь, топайте в мою комнату.

Я села в кресло возле неубранной кровати и, стараясь не смотреть на серый от грязи пододеяльник, приступила к допросу.

– Хорошо знали Асю?

– Так мы соседи.

– Приятная она девушка была?

– Говно, вечно у всех все тырила.

– Она вам ничего про историю с «Кока-колой» не рассказывала?

– С чем?

– Ася летом пристроилась торговать у метро газировкой.

Внезапно Галя прищурилась:

– А не врите.

– Я всегда говорю правду! Ваша подружка стояла возле станции «Спортивная» с лотком.

– Да и фиг с ним. Можете меня не проверять, все знаю про фирму, между прочим, могу очень хорошо работать.

Я растерялась.

– Вы о чем?

– Ясно, – с удовлетворением отметила Галя, – удостовериться хотите? Да рассказала мне Аська все! Хоть вы ее и предупреждали, что нельзя. Брехло она была и воровка, я не такая, честно трудиться стану.

– Ты про «Кока-колу»?

– Ой, – погрозила мне пальцем Галочка, – ну и хитрюга! Могу рассказать, в чем дело, возьмете тогда?

– Начинай, – велела я.

Галочка принялась вываливать информацию. Если опустить многочисленные матерные слова, которыми девушка, абсолютно не смущаясь, пересыпала свою речь, вкратце дело обстояло так.

Ася пристроилась работать в фирму. Служба у нее оказалась более чем специфическая, следовало гулять около метро с сотовым телефоном, приглядывая за бомжами, если вдруг затевалась драка или другая какая разборка, девушка должна была мгновенно сообщить об инциденте ментам, которые дежурили на соседней улице.

Глава 6

Представляете, как я оторопела, услыхав эту информацию.

– Наблюдать за бомжами и вызывать милицию? Ты меня разыгрываешь?

Галя вытащила из тумбочки пачку дорогих сигарет «Собрание», я слегка удивилась, на мой взгляд, подобная марка никак не могла быть ей по карману.

– Да ладно вам прикидываться! Говорю же, я знаю все! Хотите скажу, сколько Аське платили?

– Ну?

– Пятьдесят долларов за смену.

– Обалдеть можно! За вызов милиции к бомжам?!

– Здорово притворяетесь, – одобрительно кивнула Галя, – возьмете меня вместо Аськи? Вы ведь небось пришли сумочку искать, догадались, что ее Корошева стырила? Говорила я ей сто раз: не … у людей вещи, нарвешься!

Обычно я быстро соображаю, как следует реагировать на те или иные заявления, но сейчас растерялась и только хлопала глазами, глядя на Галю. Та, очевидно, решила, что гостья колеблется, поэтому принялась аргументировать просьбу.

– Все равно же вам людей нанимать придется, так почему не меня? Аську-то взяли, а она не работник, воровка и дура. Я намного лучше, никогда чужого не прихвачу.

– А сигареты? – неожиданно осенило меня. – Неужели сама дорогую пачку купила?

– Так разве это воровство? – выкатила глаза Галя. – Скажете тоже! В кафе с девками пошли, пивка попить, пачка на столе валялась, забыл ее кто-то, я и прибрала, не пропадать же добру. Ладно, знаю, вы за сумочкой пришли, думали, она у Аськи дома спрятана. Только она в своей квартире ничего не держала, мне приносила. Уж очень Софья Николаевна любопытная. Аська за порог, а мачеха бегом в ее комнату, весь шкаф перероет, потом выложит на стол и визжит: «Это откуда взялось?» Ясно же, сперла, чего орать? Вот, держите, видите, я честная.

С этими словами Галя наклонилась и вытащила из-под кровати пакет с надписью «Рамстор». Стряхнув клоки серой пыли, девица протянула его мне. Я машинально взяла сверток, раскрыла и обнаружила небольшую черную мужскую сумку, именуемую в народе «педерастка».

– Она? – спросила Галя.

Ничего не отвечая, я полезла внутрь кожаной барсетки. В трех отделениях оказалась куча вещей – носовой платок, дорогая ручка, связка ключей, визитница, таблетки от головной боли, кредитная карточка VISA и маленькая коробочка, набитая визитками.

Я вытащила одну. «Самойленко Юрий Мефодьевич, генеральный директор объединения «Газнефтебизнеспром». Ниже в несколько строчек шли телефоны, сверху ручкой написан номер, начинавшийся с цифр 799. Очевидно, это были обычные визитки, я тоже сообщаю некоторым людям свой мобильный и так же пишу его сверху, в правом углу.

– Очень странно, – вырвалось у меня.

– Чего же тут такого? – отозвалась Галя.

– Где портмоне? Неужели в сумочке не имелось наличных денег?

Галя рассмеялась:

– Так Аська небось из-за них барсетку и сперла. Только я ничего не знаю, мне она уже такую принесла, без кошелька.

– И откуда у нее она?

Галя покачала головой:

– Ох и хитрая вы! Говорю же, все знаю. Сумчонка одному из бомжей принадлежала. Он ее в машине оставил, в «Мерседесе», у охраны. Как уж Аська туда пробралась, хрен ее знает, только залезла и… Талантливая была.

Моя голова окончательно пошла кругом. Бомж, который имеет при себе сумку стоимостью примерно в пятьсот долларов, вместе с золотым «Монте-Кристо»[2]2
  «Монте-Кристо» – фирма, выпускающая самые дорогие в мире пишущие ручки.


[Закрыть]
и «платиновой» кредиткой VISA? Ладно, это хоть как-то можно объяснить, но то, что маргинал оставил ее в «Мерседесе» у своего охранника, вообще не лезет ни в какие ворота!

– Он сам к Ленинградскому вокзалу пошел, – спокойно объяснила Галя, – а Аська и подсуетилась. Так берете меня в фирму?

Я кое-как сгребла остатки сообразительности в кучу.

– Ладно, убедила, поговорю с начальством, нам нужны такие хорошие, положительные девочки, только сумочку я заберу с собой.

– Конечно, – закивала Галя, – да про меня не забудьте! Ждать стану, мне деньги до усеру нужны.

Сев в «Пежо», я моментально набрала номер, написанный на визитке.

– Алло, – ответил приятный баритон.

– Самойленко Юрий Мефодьевич?

– Слушаю.

– Меня зовут Дарья Васильева.

– Слушаю, – повторил собеседник.

– Мы с вами не знакомы.

– Вполне вероятно.

– Видите ли… совершенно случайно я нашла сейчас кожаную сумочку, а в ней ваши визитки, ручка, кредитная карточка…

– Если привезете в течение трех часов, – перебил меня бизнесмен, – получите вознаграждение.

– Ну, – протянула я, – наверное, у вас проблемы, связанные с потерей карты VISA, ладно, так и быть, говорите адрес.

Служебный офис Самойленко поражал великолепием. Расположенный на десятом этаже суперсовременного здания из стекла, роскошный кабинет просто подавлял посетителя: кожаная мебель, сделанная на заказ, стол и книжные шкафы, выполненные из цельного массива дуба, люстра явно вывезена из Англии. Есть в Лондоне один такой крохотный магазинчик, размером с нашу бывшую кухню в блочной пятиэтажке в Медведкове, торгующий электроприборами по заоблачным ценам. Занавески явно расшиты вручную, а ковры ткали трудолюбивые туркменские женщины. Если кто-нибудь станет вам петь песню о том, что лучшие покрытия для пола можно купить в Египте или Турции, не верьте. Эксклюзивные ковры, настоящее произведение искусства, создают лишь в Туркмении. Во всем мире словосочетание «туркменский ковер» известно так же хорошо, как «русская икра», «французские духи» и «швейцарские часы». Юрий Михайлович окинул меня быстрым взглядом. Очевидно, он разбирался в драгоценностях, потому что мигом стал любезен.

– Прошу вас, садитесь. Извините, что разговаривал с вами немного грубо, но, сами посудите, ситуация слегка странная. Сумку у меня украли где-то в середине июня, сейчас ноябрь…

– Очень хорошо вас понимаю, – кивнула я и, чтобы окончательно расслабить собеседника, вытащила из кошелька свою кредитку и, показав ее, сообщила, – один раз я ухитрилась потерять сей пластиковый прямоугольник. Уж не знаю, какие порядки в том банке, где вы держите деньги, а мой устроил целый спектакль. Вот я и решила вам помочь!

– Алена, – позвал Юрий секретаршу, – ну-ка, быстро кофе, конфеты, коньяк, VIP-набор…

Я улыбнулась:

– Лучше чай и без спиртного, я за рулем, хотя мой сын Аркадий давно настаивает, чтобы мать возил шофер.

– Аркадий, – бормотнул Юрий, – редкое имя, мой приятель не так давно разводился с женой и нашел адвоката, очень знающего парня, тоже Аркадием звали.

– Если фамилия Воронцов, то это мой сын.

Юрий хлопнул себя ладонью по лбу.

– Я болван! Вы сказали – Даша Васильева! Бывшая жена Макса Полянского!

– Правильно, а вы знаете Макса?

– Господи, конечно! У нас теперь общие интересы.

Тут подоспел чай, конфеты, лимон, варенье и VIP-набор: записная книжка, ежедневник, настольные часы вкупе с шариковой ручкой.

Поболтав пару минут, мы с Юрием обнаружили кучу общих знакомых и ничтоже сумняшеся перешли на «ты».

– Однако, – усмехнулась я, указывая на сувениры, – мне было обещано денежное вознаграждение.

Юрий рассмеялся:

– Извини, я не знал ведь, к кому в руки попала сумочка.

– А где ты ее посеял?

Юрий глянул на часы.

– Время есть?

– Ах, – махнула я рукой, изображая капризную, богатую даму, изнывающую от скуки, – честно говоря, не знаю, куда его девать!

– Вот что, поехали, пообедаем, – предложил Юра, – заодно расскажу тебе интересную историю.

Я, конечно, знала, что жены богатых людей, а подчас и они сами страдают от скуки. Все, что нужно, у них уже есть: куплены и обставлены дома, имеются машины, произведения искусства… Рано или поздно наступает момент, когда приобретать вещи становится просто неинтересно. Например, одна моя знакомая, Анна Плотникова, имеет семь норковых шубок, которые надевает по дням недели. В понедельник серую, во вторник белую, в среду рыжую… Сами догадываетесь, что в подобной ситуации покупка восьмого манто не обрадует. Я, для того чтобы выплеснуть свою кипучую энергию, занимаюсь детективными расследованиями, а Анна носится по раутам. Ресторан, тусовка, концерт. «Jedem das seine»[3]3
  «Jedem das seine» (нем.) – каждому свое.


[Закрыть]
– как говорят немцы, или, по-нашему, в каждой избушке свои игрушки. Но если мне страшно нравится заниматься криминальными расследованиями, то Анна скучает и пытается расширить круг развлечений, участвуя в карнавалах, маскарадах, соревнованиях по скоростному поеданию пиццы… И еще в Москве имеется несколько весьма процветающих фирм, которые занимаются устройством развлечений для богатых и скучающих. Какие только идеи не приходят в голову их сотрудникам, но то, что рассказал Юрий, было уж слишком.

У него есть жена Ниночка, естественно, нигде не работающая. На свою спутницу жизни Юра пожаловаться не может: очень положительная, не пьющая, не гулящая. Но… Их единственный сын вырос, выучился и женился. Домашнее хозяйство ведет экономка, территорию вокруг дома обслуживает садовник – одним словом, делать Нине решительно нечего, и она стала киснуть от скуки, периодически устраивая мужу скандалы. Юра нормально относится к своей второй половине, они вместе со студенческих лет и многое пережили, прежде чем стали богаты, поэтому он спокойно сносил истерики, понимая, что жене просто нечем заняться. Но потом он начал срываться и тоже орать. Неизвестно, чем бы закончилось дело, но неожиданно Нина повеселела и стала пропадать по вечерам.

Поговорка «седина в бороду, а бес в ребро» относится не только к мужчинам, и Юрий заподозрил неладное. Но, будучи человеком порядочным, он не стал следить за супругой, а просто сказал:

– Если завела любовника, скажи честно.

Ниночка захихикала и раскололась. Одна из ее подружек, такая же богатая и томящаяся от безделья, Кира Топоркова, предложила ей удивительную забаву.

Вечером, в районе девяти, дамы приезжали в фирму, которая организовывала приключение, и переодевались. Элегантные платья, дорогие туфли, роскошные сумочки и эксклюзивные украшения оставались в сейфе. Взамен они получали мини-юбки, обтягивающие кофточки-стрейч, колготки из сетки и обувь на невозможном каблуке. Картину дополнял соответствующий макияж и парик. Потом «ночные бабочки» выпархивали на улицу. И дальше начиналось самое интересное: ловля клиентов. Поймать мужчину, жаждавшего продажной любви, было не так уж и просто. К тому же Ниночка и Кира справили сорокалетие. Но в конце концов и на них находились любители, начинался спор о цене. За процедурой из припаркованных рядом тонированных «девяток» наблюдала охрана. Еще несколько парней, наголо стриженных, втиснутых в обтягивающие джинсы и коротенькие, до пупа, кожаные куртки, стояли в непосредственной близости от места действия, изображая из себя сутенеров. За углом дежурила патрульная машина, набитая ментами. В тот самый момент, когда «проституткам» следовало садиться в тачку к клиентам, один из «сутенеров» подавал знак, и патруль выскакивал из засады. Милиционерам очень прилично платили, и они были готовы участвовать в забаве сутками.

– Меня вчера трое сняли, – щебетала Ниночка, блестя глазами, – такой адреналин!

– А Семен знает? – только и сумел поинтересоваться Юра. – Киркин муж как к вашей новой игрушке относится?

Нинуша захихикала:

– Еще как знает! Он с нами ездит, одного из сутенеров изображает! Слушай, давай вечером вдвоем отправимся, а?

Юра от неожиданности согласился и втянулся в игру. Он давно не ходит по улицам пешком, смотрит на мир из окна собственной иномарки, питается в закрытых клубах и не посещает обычные магазины. А тут пришлось проскакать несколько часов под дождем, пить пакостный растворимый кофе в забегаловке, набитой самыми простыми людьми, и вот странность, Юра вновь ощутил себя молодым и веселым, и еще – вид Ниночки в юбочке «по самое не хочу» произвел на Юру особое впечатление, и у супругов просто начался медовый месяц.

Но потом забава приелась, и тогда фирма предложила новую, более экстремальную развлекаловку. Если раньше клиенты выходили «на дело» вечером, ближе к ночи, и постоянно видели около себя охрану, то теперь нужно было выбираться днем, и поблизости никого не оказывалось. Вернее, секьюрити, конечно, присутствовали, фирме не нужны неприятности, клиентов стерегли, словно формулу топлива для ракет, но участники игры не знали, где находятся бодигарды. Вкратце дело обстояло так. Группу богатых людей, семь-восемь человек, переодевали бомжами. Потом с них собирали по пятьсот долларов и складывали в сейф, «нищих» привозили на вокзал и отпускали клянчить милостыню. На все про все давалось два часа. Потом подбивали итог. Тот, кто «настрелял» денег больше всех, оказывался победителем и срывал банк, забирал всю сумму, хранящуюся в железном ящике. Если же «бомжи» являлись назад с пустыми руками, доллары доставались фирме, в придачу к нехилой оплате, которую она требовала за свои услуги.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Поделиться ссылкой на выделенное