Дарья Донцова.

Брачный контракт кентавра

(страница 4 из 24)

скачать книгу бесплатно

Диана поморщилась, но продолжила рассказ:

– Отец Иры рано спился, мать с утра до ночи на работе крутилась. Ирка с детства хозяйство вела: воду таскала, дрова колола, за коровой ходила. Где уж тут время на учебу найти? Еле-еле восьмилетку окончила и в прислуги подалась. Тут неподалеку, в Казакове, церковь стоит. Галина, мать Иры, сильно верующая была и дочь постоянно с собой на службу таскала. А потом устроила ее у местного батюшки дом вести. Ира к пяти утра на работу через лес несколько километров бегала.

– Не позавидуешь ей, – покачала я головой.

– Верно, – согласилась Диана. – В шестнадцать лет Ира забеременела от Федора. Он был старше ее, парню тогда двадцать исполнилось, его родители в Мопсине дачу снимали.

– Это называется совращением малолетних и сурово карается, – вновь влезла я со своим замечанием.

– Ага, – не стала спорить Диана, – да только Ире повезло. Родители парня испугались и дело замяли – сыграли свадьбу. Дочка у них родилась. Галина, мать Иры, молодым избу оставила, а сама в Казаково уехала, у нее там еще один дом был. Федя диссертацию защитил, все отлично уладилось.

– Повезло, – кивнула я.

– Я тоже так сначала думала, – кивнула Диана. – Но счастья Ире немного было отпущено, она совсем молодой умерла.

– От чего же она ушла на тот свет? – проявила я живой интерес.

Диана пожала плечами.

– Говорили, у нее сердце больное было, с детства тяжелой работой надорванное. Федор долго по ней не убивался, женился неприлично быстро на женщине по имени Вета.

– Федор плохо относился к первой жене? – предположила я.

– Наоборот! Идеальный был муж – не пил, не курил, рубли в дом тащил, коттедж отстраивал, запретил Ире работать, содержал и ее, и Таню. Немного скупой и слишком авторитарный, но тут Ира сама виновата. Ей следовало овладеть хоть какой-нибудь профессией и самой встать на ноги. Если полностью зависишь от мужа и выпрашиваешь у него деньги на губную помаду, то не удивляйся, что он перестал уважать тебя, – отчеканила Диана. – Надо отстаивать свою самостоятельность, а Ирка полностью подчинилась Федору. Она после свадьбы стала такая тихая, словно прибитая. Пошла лаборанткой работать, пробирки мыла в нашей поликлинике в Анохине, а потом Федор ей запретил.

– Ясно, – пробормотала я. – А за какое преступление посадили Привалову-младшую?

– Вот уж чего не знаю, того не знаю, – покраснев, ответила соседка. – Я стараюсь в чужие дела нос не совать. Ты живи спокойно, наплюй на глупые сплетни. Все неправда!

– Что? – уперлась я в Ловиткину взглядом.

– Ну… про привидение… про проклятие… – нехотя выдавила Диана.

– С этого места, пожалуйста, поподробнее, – оживилась я.

Диана опустила голову.

– Деталей я не знаю. В Мопсине существует дурацкая легенда о белом человеке, который приходит из леса, чтобы уничтожить всех, кто поселился в усадьбе Ирки.

– Супер! – только и сумела сказать я. – Откуда взялся призрак?

Диана затеребила рукав домашнего платья.

– Это же деревня! Тут тебе понарасскажут и про торт с красными розами, и про черную руку!

– Бисквит и рука – детские страшилки, – не согласилась я.

– Призрак тоже, – возразила Ловиткина. – Якобы триста лет назад здесь убили купца.

Он остановился в доме, который стоял на месте вашего, и хозяин, польстившись на толстый кошелек постояльца, зарубил его топором. С той поры купец иногда приходит на место преступления и наказывает хозяев дома.

– Какой злопамятный! – не удержала я улыбку.

– Угу, – кивнула Диана и поежилась.

– А еще тупой, – не успокаивалась я. – Неужели не видит, что владелец дома другой?

– Призраки подслеповаты, – сухо сообщила соседка.

Я рассмеялась в голос.

– А еще в Гражданскую войну здесь трех девок застрелили, – округлила глаза Диана.

– Совсем не удивительно, – заявила я. – Тогда постоянно людей жизни лишали: красные придут – белых бьют, белые село возьмут – красных под расстрел. А еще были банды зеленых, только не подумай, что я говорю о гринписовцах.

Видно, мои слова задели соседку, и она решила наказать слишком развеселившуюся Лампу.

– Думай как хочешь, но в доме нечисто. И Мишу у Приваловых убили. Ой! – Диана прикрыла рот рукой.

Но я вцепилась в нее, как терьер в мячик.

– Живо рассказывай!

Глава 6

– Извини, – пробубнила Диана, – не хотела тебя пугать. Может, не будем говорить на эту тему?

– Нет уж, рассказывай, что за страшная история связана с домом, – не успокаивалась я.

– Привидение! – опять воскликнула Ловиткина.

Я отмахнулась от нее, как от надоедливой мухи.

– Об исторических казусах потом потреплемся. Лучше расскажи о Мише!

Соседка опустила голову.

– Его убили.

– В доме? – я решила до конца все разузнать.

– Да, – прошептала Диана. – Говорят, в твоей теперешней спальне.

– Ни секунды не сомневалась, что несчастье приключилось именно там, – вздохнула я. – Излагай подробности.

– Тебе они нужны? – начала сопротивляться Ловиткина. – Понимаешь, мне не хочется первой открывать тебе тайну.

Я поудобнее устроилась в кресле и заявила:

– Рано или поздно кто-нибудь из мопсинцев все равно бы проболтался, а мне приятнее узнать эту историю от тебя.

– Вы тогда сразу участок продадите и уедете… – плаксиво протянула Диана. – А мы успели подружиться, Тихон твоих собачек обожает! Вот Некрасовых мне совсем не жаль, а по тебе скучать буду. И Тиша! Он без мопсих от тоски умрет!

– Кто такие Некрасовы? – удивилась я незнакомой фамилии.

– Да жили тут… – шмыгнула носом Ловиткина. – Леонид и Галина. О покойных плохо не говорят, но они вредные были. Леня врач, а никому из наших даже давление измерить не хотел. Один раз у Наташи Мироненко сердечный приступ случился, ее муж, Андрей, кинулся к Некрасову, попросил сделать жене укол. А тот, с позволения сказать доктор, ему ответил: «Мопсино не мой участок, я не на работе, „Скорую“ вызывай». Андрюша попытался усовестить его, мол, уже позвонил ноль-три, но пока медики сюда доберутся, Наташе совсем плохо станет, и Леонид же клятву Гиппократа давал! Некрасов не смутился и заявил: «Чего и кому я давал– не твое дело. Только начни вам помогать, живо на шею сядете!» – «Ну ты и скот!» – вспылил Андрей. И знаешь, что сказал в ответ Некрасов?

– Что? – спросила я.

– Он сказал: «Правильно. И буду тебе крайне благодарен, если донесешь сию мысль до каждого жителя деревни. Прямо сейчас можешь кричать: „Некрасов сукин сын, не ходите к нему, ни за какие пряники умирающему стакана воды не подаст“. Авось тогда меня оставят в покое». Вот как!

– Жестко, – кивнула я.

– Они ни с кем не здоровались, – продолжала Диана, – за продуктами в Москву катались, ни разу в местную лавку даже за хлебом не сунулись. Понимаешь, почему никто из наших не расстроился, когда парочка в аварию попала? Говорят, их машину в лепешку смяло!

Я сообразила, что Диана уводит разговор в сторону от Приваловых, и коротко сказала:

– Вчера ко мне приходила Татьяна, дочь Федора. Она искала мачеху и отца.

Глаза Дианы чуть не выкатились из орбит.

– Она же умерла! Говорили, ее на зоне зарезали! Ой, не слушай меня…

– Наоборот, – вздохнула я, – как раз очень хочу тебя послушать. Сделай одолжение, расскажи, что знаешь, но только не неси больше чушь про привидения. Сразу хочу тебя успокоить: я не верю ни в призраки, ни в приметы, ни в инопланетян. Никуда из поселка убегать не собираюсь, мне здесь очень нравится.

Диана набрала полную грудь воздуха, задержала на пару секунд дыхание, с шумом выдохнула и начала рассказ…

История, до глубины души потрясшая мопсинцев, случилась много лет назад. Ирина к тому времени умерла, Федор женился на Вете, и зажили они вполне счастливо. Несмотря на то что в Мопсине любили первую жену Привалова, никто его за скоропалительный второй брак осуждать не стал. Все понимали, что одному поднимать ребенка трудно, к тому же Вета оказалась очень милой, приветливой женщиной и определенно подходила Привалову в супруги намного больше Иры – Иветта работала вместе с Федором в НИИ.

А еще женщина разводила цветы. Едва она поселилась в Мопсине, как в саду Приваловых появились невиданные растения. Пару месяцев коренное население ахало издалека, пытаясь понять, что там такое ярко-синее и пурпурно-красное растет, а потом женщины протоптали дорожку к Вете. Вторая жена Федора щедро делилась с соседками семенами, причем экзотическими цветами дело не ограничилось. Иветта знала, какие огурцы спокойно перенесут капризы подмосковной погоды, что следует сделать, чтобы вырастить отличные помидоры, и познакомила мопсинцев с такими овощами, как дайкон и топинамбур.

Кроме того, Вета любила животных. Она держала собак и кошек, умела их лечить, поэтому со всей округи к Приваловым тащили четвероногих со сломанными лапами, с больными желудками и прочей бедой. Именно Вета убедила мопсинцев провести поголовную вакцинацию домашних любимцев и избавить их от блох. Короче говоря, не прошло и года, как аборигенам поселка стало казаться, что Иветта обитает тут с рождения, настолько близким человеком она для всех стала.

– Повезло Татьяне, – говорили местные бабы, глядя, как девочка идет утром к остановке автобуса, чтобы ехать в школу. – Одета чисто, накормлена, Вета ей вместо матери стала. И Миша у нее симпатичный, не капризный. Вот у Андреевых беда – там все пьют и дерутся, скоро небось поубивают друг друга.

Но события развивались совсем не так, как предрекали местные кумушки. Не просыхавшие от водки Андреевы колошматили друг друга чем ни попадя, потом обнимались, рыдали и жили счастливо до следующего запоя, а у интеллигентных, даже в праздник не прикладывающихся к стопке Приваловых случился кошмар.

Когда Мише исполнилось девять лет, Танечка отметила восемнадцатый день рождения, но еще училась в школе. Дело в том, что в семь лет девочка попала под машину. Травмы были очень тяжелые, больше года малышка провела в больнице, потом последовал долгий период реабилитации, врачи не советовали утруждать сильно ослабленный организм учебой. Вот почему, достигнув совершеннолетия, Танюша училась в одном классе с теми, кому едва исполнилось шестнадцать.

Тот год выдался дождливым и холодным. Диана каждый вечер топила печь – и зимой, и летом. Газового котла у Ловиткиной тогда не было, впрочем, большими деньгами она тоже не обладала, особняк со всеми удобствами еще не возвела и замуж за Илью не вышла. Правда, уже получила от парня предложение руки и сердца, но жених пока жил в Москве, в Мопсине не показывался.

Однажды в непогожий летний день около семи утра Диана замерзла и решила подбросить в печь дровишек. Тихо ругая сквозь зубы сошедшую с ума природу, Ловиткина влезла в плащ и потопала к поленнице у забора. Не успела Диана подойти к навесу, как услышала нервный голос Веты:

– Федя, надо в милицию бежать!

– Успокойся, он скоро явится, – ответил муж.

– Но уже утро! – напомнила Вета.

– Проголодается – прибежит, – заявил Привалов.

– Вокруг посмотри, – не унималась Вета, – темнота и холод! Только сумасшедший выйдет в такую погоду гулять!

– Экая ты тревожная… – рассердился Федор. – Наверняка он ночевал у приятелей в доме.

– Я всех, кажется, обошла, Миши нигде нет! – воскликнула Вета.

– Послушай, – сказал муж, – парень решил проявить самостоятельность, мало кто в таком возрасте слушается мать. Друзья позвали, он побежал, остался у кого-то. Вернется – я его накажу, оставлю без телевизора на неделю. Пошли домой.

Диана схватила дрова и вернулась в избу, диалог Веты и Феди не вызвал у нее удивления. Но в полдень, когда Ловиткина пришла в магазин за хлебом, ей рассказали, что Миша исчез. Мальчик лег вечером спать, но утром его в кровати не было. Сначала родители решили, что он тайком вылез в окно и побежал к приятелям, а потом заснул в гостях, но вскоре стало ясно: Миши нет в селе.

В Мопсине началась паника. До сих пор, несмотря на творившийся в стране криминальный беспредел, в деревне было тихо и дети здесь никогда не пропадали.

И вот такой случай… Еще до того, как за дело взялись сотрудники милиции, мопсинцы сами отправились на поиски ребенка. Руководил спасательной операцией Семен Петров. Вета слегла в постель, Федор откровенно растерялся, а Тани не было видно, вроде она заболела.

Семен проявил недюжинные организаторские способности, отряд мужчин и женщин отправился в лес. Ходили почти до ночи, но безуспешно. А на следующее утро милиция неожиданно наткнулась на тело Миши в глубоком овраге, недалеко от Мопсина. Почему мальчик очутился там, куда не заглядывали даже взрослые, зачем вообще залез в чащу? Все эти вопросы жители деревни Мопсино задавали друг другу до тех пор, пока судебный медик не сообщил: Миша, по всей вероятности, стал жертвой педофила. Маньяк попытался изнасиловать мальчика, но не успел совершить задуманное – либо мерзавца что-то спугнуло, либо он слишком сильно ударил ребенка по голове и тот скончался до того, как насильник над ним надругался.

Вот когда всем обитателям деревни стало по-настоящему страшно. Многие спешно установили на окна решетки, детям запретили выходить за ворота без взрослых, их загоняли в дома, как только на улице начинало смеркаться.

А потом в Мопсино нагрянула милиция и арестовала… Таню. Даже воспаленная фантазия местного сарафанного радио не могла бы придумать столь драматичного поворота событий. Оперативники пошли по домам, старательно опрашивая население, и в конце концов один из милиционеров заглянул к старухе Панкратовой. Он не отказался от чашки чая, а еще предварительно порасспрашивал других соседей, потому что разговор с Панкратовой начал вопросом:

– Говорят, тем утром, когда пропал Миша, вы встретили Татьяну и она выглядела странно?

– Да, – подтвердила старуха. – Ударил град, я вышла прикрыть парник, но градины внезапно перестали сыпаться. Такая тишина наступила, как в могиле! Вдруг слышу – трещит что-то. Вгляделась и увидела Таню. Но в каком виде! Вся грязная, руки в глине, волосы тоже, взгляд безумный…

– Вы ее окликнули? – заинтересовался оперативник.

– Ну да, – кивнула бабка. – Спросила, не нужна ли помощь да где она была, что случилось.

– И как девушка отреагировала? – вкрадчиво спросил милиционер.

– Заплакала. Сказала, что идет со станции, а по дороге упала в лужу. Мне ее так жалко стало, прямо до слез, – пробормотала Панкратова. – А почему Таню арестовали?

Мужчина помолчал мгновение, потом сообщил:

– В тот день, когда вам до слез стало жаль девушку, она убила в овраге своего брата. Следствие располагает неопровержимыми уликами, подтверждающими факт совершения преступления Татьяной Приваловой. На суде все услышите.

В зал заседаний мопсинцы явились почти в полном составе.

Татьяна сидела на скамье подсудимых и за весь процесс не произнесла ни слова. Вместо девушки говорил адвокат, лысый потный мужик в поношенном костюме. Защитник попытался вызвать сочувствие к клиентке, рассказал, что Таня рано лишилась матери, не получала тепла и ласки, мачеха проявляла о падчерице лишь формальную заботу, вот она и сорвалась, убила мальчика в состоянии аффекта.

– Ни о каком нервном срыве и речи быть не может! – возмутился прокурор. – Привалова тщательно спланировала преступление. Она обманом завела Михаила в лес, убила его и бросила в овраг в надежде, что труп не найдут. Криминалисты обнаружили на обуви Приваловой частицы почвы, совпадающие по составу с взятой с места нахождения тела. Только в том овраге растет очень редкое для Подмосковья растение мшанка розовая, а более нигде в данной местности. Так вот на подошве обуви Приваловой обнаружена пыльца этой самой мшанки. Соседи, Елена Панкратова и Григорий Водоносов, видели, как Татьяна Привалова, вся в грязи, возвращалась ночью из леса. Водоносов не стал разговаривать с девушкой, а Панкратова с ней пообщалась. В деле имеются ее показания, изобличающие убийцу мальчика.

По залу пролетел общий вздох. Диану затошнило, слушать приговор она не стала, о том, что Татьяна получила большой срок, ей рассказали соседки.

Глава 7

– Страшная история, – поежилась я.

– Отвратительная, – передернулась Диана.

– А почему ты сказала, что убийство произошло в моей спальне? – запоздало удивилась я. – Насколько я поняла, Мишу лишили жизни в лесу.

– Кто сказал такую глупость? – изумилась Диана.

– Ты, – напомнила я, – в самом начале разговора.

Ловиткина поджала губы.

– Понятия не имею, отчего это брякнула. Вероятно, ты меня неправильно поняла.

У меня отлегло на душе. Конечно, не очень приятно знать, что в твоем уютном домике ранее жила девушка-убийца, но совсем жутко услышать о совершенном в нем кровавом преступлении.

– Федор и Вета отсюда сразу уехали, – завершила рассказ Диана, – дом супруги продали, он потом несколько раз из рук в руки переходил.

– Диана Эдуардовна, – заглянула в столовую домработница, – там Егор приехал, аквариумы с черепахами чистить надо.

– Иду, – неохотно ответила Ловиткина.

Я поднялась.

– Мне пора.

Диана кивнула.

– Хорошо, спасибо за помощь с зубом. Прости, что не предупредила тебя о «стоматологической операции». Побоялась – если узнаешь, не сможешь с нужной силой рвануть дверь.

Я засмеялась.

– Да уж, не каждый день представляется возможность драть клыки соседям… Думаю, огромное количество людей с удовольствием бы проделало подобное.

– Точно, – хихикнула Ловиткина.


Едва переступив порог нашего дома, я услышала писк телефона и побежала искать свой мобильный. Аппарат нашелся в столовой, на диване.

– Лампуша, – чуть задыхаясь, произнесла Катюша, – у нас остался лак для паркета?

– После ремонта в кладовке стоит маленькая баночка, – подтвердила я. – А зачем тебе?

– Я утром заметила в столовой, около окна, странные царапины. Совсем свежие, похоже, какая-то из собак пол скребла. И плинтусу досталось. Подмажь, пожалуйста, а то темные пятна появятся, – попросила Катюша. – Я уронила плед с дивана, стала его поднимать и увидела.

– Конечно, покрашу их лаком, не беспокойся, – пообещала я. – У меня же отпуск. А что положено делать женщине в свободное время? Приводить в порядок запущенное хозяйство.

Катюша рассмеялась и отсоединилась, а я стала искать повреждения и обнаружила их там, где говорила подруга, – в непосредственной близости от окна.

Чтобы представить себе фронт предстоящих работ, я присела на корточки и стала изучать царапины. Это безобразие явно совершил кто-то из собак, причем преступник стопроцентно мопс. У Рейчел и Рамика слишком большие лапы и мощные когти, если стаффордширихе или двортерьеру взбредет на ум рыть подкоп, от паркетин останутся одни стружки и плинтус не устоит.

– Эй, Муля, Феня, Капа, Ада, идите сюда! – закричала я.

Четыре бежевые тушки, энергично виляя скрученными хвостами, немедля явились на зов. Я внимательно оглядела их складчатые мордочки.

– Значит, так, милые мои, не бывает идеальных преступлений, встречаются нерадивые, ленивые, тупые следователи, которым неохота сопоставлять улики и рыться в фактах, или они не способны делать логические выводы, вот почему некоторым преступникам удается избежать наказания. Но я не принадлежу к оному племени. Живо показывайте лапы!

У Мули оказались слишком тупые когти, поэтому я сразу сняла с нее подозрения, Феня с Адой тоже не заинтересовали «эксперта», а вот Капа… Мало того, что у нее был частично обломан «маникюр», так еще и в подушечках передних лап обнаружились занозы.

– Ты меня поражаешь, – покачала я головой, направляясь к аптечке. – Рыть окоп в столовой? Зачем? Ты хотела выйти на улицу? Поленилась добежать до двери?

Внезапно вспомнился сон, привидевшийся мне после того, как я, выпив чаю со снотворным, свалилась на диван. В моем сне я наблюдала за Капой, которая яростно скребла передними лапами пол у окна. Значит, находясь в полудреме, я и на самом деле видела мопсиху.

Я выдвинула ящик, где мы храним аптечку, послышался характерный скрип, и собак как ветром сдуло из столовой. Мопсы расчудесно понимают: коли Лампа полезла к йоду и таблеткам, лучше побыстрее смыться, а то еще получишь укол в холку или в уши потекут капли.

– Трусихи, – резюмировала я. – Все свободны, кроме Капы. Капуся, иди сюда, надо вытащить занозы, это неприятно, но не смертельно.

Продолжая звать Капитолину, я задвинула ящик, услышала тот же противный звук и насторожилась. Минуточку! Я внезапно вспомнила одну деталь: когда спала на диване, вдруг раздался скрежет, такой неприятный, что на пару минут я вынырнула из забытья, увидела истово орудующую конечностями Капу и снова крепко заснула. Но что могло скрежетать и отчего собака впала в раж?

Забыв про занозы, я вернулась к дивану, села на него и стала подпрыгивать на подушках. Нет, диван новый, он не скрипит. В столовой нет ничего железного, ржавого, что способно издавать «мелодию», подобную тарахтению старого трактора, переезжающего через рельсы. И Капитолиной овладевает охотничий азарт только тогда, когда она чует добычу. Может, под домом поселились мыши? Но у нас нет подвала! И что из этого следует?

Постояв пару минут в раздумье, я вышла во двор, порадовалась солнышку и пошла в ту сторону, куда выходят окна столовой.

Следующий час я самым тщательным образом исследовала стену коттеджа и отмостку, прикрывавшую землю около дома. Все кирпичи были на своих местах, ни один из них не вынимался, да и плитка выглядела образцово. Версия о том, что Татьяна открывала тайник, оборудованный снаружи здания, рушилась на глазах.

В конце концов я устала и бездумно огляделась. Весна пришла и в Мопсино. Правда, погода нестабильна, но вскоре зацветут тюльпаны, появится сочная зеленая травка. Кстати, птички уже весело поют по утрам. У нас на участке полно пернатых, но, к сожалению, мне неизвестно, как они называются. Это юркие маленькие создания с желтыми грудками. Одна из них свила гнездо вон на той невысокой шарообразной туе. Мой взгляд переместился на вечнозеленое растение, и я тут же расстроилась. Туя стояла, опустив ветви. Неужели деревце решило засохнуть? Хоть и не мы его сажали, шар достался нам от кого-то из прежних хозяев, но все равно жалко. Надо сказать о незадаче Катюше. Она давно увлекается садоводством, возможно, ей удастся спасти дерево.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Поделиться ссылкой на выделенное