Дарья Донцова.

Али-Баба и сорок разбойниц

(страница 3 из 24)

скачать книгу бесплатно

Я схватил орудие землекопа и бросился к оврагу. Значит, несчастная девушка, возникшая в свете фар, никакое не привидение. Я сбил ее, а она своим внезапным появлением спасла мне жизнь. Да, именно так. Не возникни внезапно в свете фар ее лицо, бледное, с огромными глазами и крупной родинкой на щеке, я бы не стал выворачивать руль влево и не попал бы в кювет. Нет, я пронесся бы еще несколько метров и слетел с высокого обрыва в карьер. Я убил незнакомку и тем самым спас себя.

Я орудовал лопатой, как сумасшедший, снег летел в разные стороны, забивался в ботинки, в рукава… Леша пару мгновений стоял молча, потом спустился в кювет, отнял у меня лопату и сказал:

– Сбрендил, да?

– Там девушка, – я указал пальцем в снег.

Леша покачал головой.

– Привиделось тебе.

– Нет! Буду ее искать.

– Некогда мне тут толкаться, – обозлился Леша, – мне по времени платят.

Я сунул ему свой кошелек.

– Возьмите сколько надо!

– Ну, раз так, – протянул эвакуаторщик и вернулся в кабину.

Я продолжал раскапывать снег и через полчаса был вынужден признать: никакого изуродованного тела в кювете нет. Чувствуя невероятную усталость, я сел в кабину эвакуатора. Леша хмыкнул:

– Ты к доктору, в сумасшедший дом, сходи, там тебе помогут!

Я тупо уставился в окно. Какой смысл разговаривать с этим черствым парнем?

Дома я вынул из кармана шапочку и стал ее внимательно изучать. Если бы не странная, коническая форма, то головной убор походил бы на тот, который носят врачи и медсестры. Но, насколько я знаю, медики носят нечто похожее на беретки или «таблетки». А тут многоугольная, странная конструкция, собранная из шести клиньев. Значит, девушка была… Отчего она стояла на пустом шоссе, зимой, вечером, одна, да еще без верхней одежды? Я очень хорошо помню ее лицо, голую шею и воротничок белой блузки или платья. Куда подевался труп? А может, незнакомка не пострадала? Успела увернуться от «десятки» и убежала? Может, ее и не было? Вдруг инспектор ГАИ прав? Мне привиделся фантом! При этой мысли я обозлился и одернул себя. Ну, Иван Павлович, совсем ты разума лишился! В призраки верить стал! А шапочка? Она-то вполне материальна!

Нет, эта загадка имеет простое объяснение. Тела в овраге не было, это точно, я перелопатил весь снег. Уйти сбитая девушка не могла, значит, ее и не существовало, это был глюк. Я был страшно напуган нештатной ситуацией, судорожно пытался затормозить, отсюда и неадекватное восприятие действительности. А шапочка? Небось лежала в канаве давно и прилипла к фаре…

Пальцы помяли белую ткань. Не слишком-то похоже, что она валялась пару недель под открытым небом. И что прикажете делать? Рассказать Норе? Или не стоит? Совсем запутавшись, я лег на кровать и взял газету. Под руки попалась «Комсомольская правда», даже не знаю, каким образом это издание очутилось у меня на столике. Я вообще-то следую совету профессора Преображенского, который настоятельно рекомендовал не читать газет на ночь.

Скорей всего, я случайно прихватил «Комсомолку» из кабинета Норы вместе с ворохом писем, пришедших в наш фонд «Милосердие». Вот моя хозяйка – та настоящая газетоманка, пролистывает кучу печатных изданий, самых разных, от натужно-респектабельных до откровенно желтых. Она не брезгует ничем и порой страшно веселится, зачитывая мне статьи типа: «В деревне „W“ женщина, сожительствовавшая с котом, родила черепаху». Наши газетчики меня искренне поражают. Если уж печатаешь на страницах своего издания откровенную утку, то постарайся придать ей хотя бы налет правдивости. Хотя люди вроде нашей домработницы Ленки охотно станут повторять эту глупость.

Я бездумно листал «Комсомолку», потом мне стало скучно. Лучше уж возьму Сенеку или Аристофана. Но для этого надо встать, а сил нет. Бессонная ночь давала о себе знать. Я положил «Комсомолку» на столик и уже совсем было решил вздремнуть, но тут перед глазами вновь возникло лицо той девушки с дороги: огромные глаза, большая родинка на щеке, крупные, пухлые, сексуальные губы. Только шапочки на ее голове не было, волосы красивыми волнами спускались на плечи. Мне понадобилась целая минута, чтобы сообразить: я вижу не глюк, не привидение. Смотрю на фотографию, помещенную на последней странице «Комсомолки».

Сами понимаете, что сон с меня словно ветром сдуло. Я сел, схватил газету и впился глазами в текст. «Ушла из дома и не вернулась. В декабре прошлого года, в районе девяти часов вечера пропала Ирина Медведева, студентка УПИ. Ирина Медведева была одета в темно-зеленую куртку с капюшоном, отороченным мехом лисы, от фирмы „Барберис“, темно-коричневые вельветовые джинсы „Прада“, светло-розовый пуловер „Томми Хилфипер“ и сапоги „Альберто Челлини“ из кожи питона черного цвета, на меху. Нижнее белье: комплект от Валентино телесного цвета. При себе имела черную сумочку, часы „Шопард“, серьги и два кольца той же фирмы, мобильный телефон „Нокиа“. Рост – 1,64, вес – 50 кг, глаза – темно-карие, волосы цвета шатен, вьющиеся. Особая примета: крупная родинка на щеке. Если кому известно о местонахождении Ирины Медведевой, просим сообщить по телефонам…»

Далее шли цифры и фраза, набранная более ярким шрифтом: «Гарантируется огромное вознаграждение».

Глава 4

Я перечитал заметку трижды и только потом побежал в кабинет хозяйки.

– Нора!

Элеонора отложила счета, подняла на меня глаза и хмыкнула:

– Ну? Что еще плохого случилось? Домработница пришла?

– Ленка? – удивился я. – Но она ведь в больнице, со сломанной ногой! Вы забыли?

Нора хмыкнула.

– Почему ты считаешь меня дурой, вроде никаких поводов к этому я не даю. Естественно, я понимаю, что Ленка застряла в больнице максимум месяца на три, а при ее весе полагаю, что и через полгода она еще не сможет приступить к своим обязанностям. Я наняла другую бабу, она скоро должна явиться!

Я насторожился. Нора требует от прислуги, чтобы та жила в доме постоянно. Учитывая, что у хозяйки парализованы ноги, это понятно. У меня в ее доме есть большая комната, которую Нора велела обставить в соответствии с моим вкусом.

Более того, она неоднократно подчеркивала, что это и мой дом, поэтому я имею полное право проводить свободное время как хочу. То есть, читай между строк, Элеонора не станет протестовать, если я приведу к себе любовницу. Последнее время Нора открыто стала спрашивать:

– Ваня, ты хочешь прожить жизнь холостяком?

Думается, тут не обошлось без моей маменьки Николетты, которая общается с Элеонорой много лет. Собственно говоря, благодаря этой дружбе я и попал на службу к Норе.

Но мне не слишком хочется приводить в свою берлогу дам. Я снимаю в случае необходимости квартиру, теперь с этим проблем нет. Домработница Ленка тоже живет здесь. У меня к ней куча претензий. Ленка ленива, отвратительно убирает помещения, разгоняя пыль по углам, и всегда переворачивает все бумаги на моем столе. Еще она не умеет гладить рубашки. Я так и не смог внушить неумехе, что на рукаве не должно быть заглаженной складки, спускающейся от плеча к манжету. Готовит домработница отвратительно. Зато она очень честная – не способна взять без разрешения даже спичку. И еще, Ленка неприставучая. Переделав все дела, она запирается в своей спальне и самозабвенно проводит время в кресле у телевизора с вязаньем. Кособокие кофты и пуловеры своего производства она потом дарит мне и Норе на день рождения, а мы, чтобы не обижать «рукодельницу», иногда облачаемся дома в жуткие тряпки и хвалим Ленку.

Одним словом, у нас сложилась семья, пусть немного, на чужой взгляд, странная, но мне в ней комфортно. И вот теперь в квартире должна появиться совершенно неизвестная женщина. Согласитесь, это не слишком приятное известие. А ну как новая домработница окажется истеричкой?

– Вы, надеюсь, нашли ее через агентство? – воскликнул я.

– Нет, – ответила Нора.

Я испугался:

– По объявлению в газете?

– Ваня, – возмутилась хозяйка, – я еще не выжила из ума. Нам ее отдает Раиса Ямпольская.

Я испугался еще больше: Раиса – дочка старинной подруги Норы. Она отличается редкостной жадностью и никогда не делает добра окружающим. Еще она никогда не признается, где раздобыла ту или иную полезную вещь. Как-то раз моя матушка, Николетта, дошла почти до бешенства, пытаясь выяснить, где Раиса взяла мыло с отрубями.

Ямпольская на все ее вопросы отвечала сухо:

– Купила в магазине.

– В каком? – не успокаивалась маменька.

– В большом, – не сдалась Раиса.

Но Николетту тоже трудно сбить с толку, поэтому она не дрогнула.

– И где он находится?

– В центре.

– Улицу назови.

– Не помню, длинная такая.

– Ну какое там метро?

– Я на нем не езжу, станций не знаю.

В конце концов разъяренной Николетте пришлось признать свое поражение. Мыло она потом все-таки раздобыла, принесла домой кусок и с возмущением воскликнула:

– Раиса – отвратительная особа! Считает, будто весь мир создан только для нее!

Сами понимаете, что эта дама никогда не отдаст хорошую прислугу. Следовательно, наша новая домработница такая же неумеха, как Ленка, или еще хуже.

Наверное, мрачные мысли отразились на моем лице, потому что Нора, усмехнувшись, добавила:

– Ну, не дрожи, все не так плохо. Раиса уезжает с мужем в Америку, на пару лет. Анатолий получил место переводчика при ООН. Естественно, прислугу они не берут, она достается нам по наследству. Рекомендации великолепны.

Я слегка успокоился. Может, эта баба хоть немного умеет готовить? Честно говоря, мне надоело питаться «изысками», которые вдохновенно стряпает Ленка.

– Что ты ворвался ко мне с таким безумным видом? – прищурилась Нора.

Я мгновенно вспомнил о газете, положил «Комсомолку» на стол перед хозяйкой, рядом устроил белую шапочку и начал рассказывать о случившемся.

К одному из несомненных достоинств Норы относится умение слушать собеседника.

Нора внимает вам, никогда не перебивая. Она потом задаст все интересующие ее вопросы, но в момент вашего рассказа никогда не воскликнет: «Ну, хватит, по второму кругу болтать пошел!»

Вот и сейчас она выслушала мой рассказ и взяла газету.

– Да, – протянула хозяйка, – эта Ирина Медведева явно не из бедных слоев. Часы «Шопард», драгоценности той же фирмы, вещи от известных фирм. Ты уверен, что именно ее видел на шоссе?

– Стопроцентно! – с жаром воскликнул я. – Эта родинка очень приметна.

– Все это очень странно, – протянула Нора, – даже загадочно. Впрочем, сейчас выясним.

Не успел я поинтересоваться, что она собирается делать, как Элеонора схватила телефон.

– Алло, здравствуйте. Мне случайно попалась на глаза газета «Комсомольская правда». Тут опубликовано фото… да… да… Скажите, Ирина нашлась? Нет… Видите ли, тут такое дело, мой секретарь…

Я смотрел в окно, за которым веселые снежинки исполняли польку. Первый раз я оказался в столь откровенно идиотской ситуации.

– Сейчас приедет, – сообщила Нора, бросая трубку на столик.

– Кто?

– Отец этой Ирины, некий Семен Юрьевич, – пояснила Нора, – он уже в пути.

И тут прозвенел звонок. Я пошел в прихожую. Да уж, этот Семен Юрьевич явно владеет фантастическим искусством телепортации. Пять секунд назад он пообещал явиться и, пожалуйста, тут как тут.

Я открыл дверь и увидел нечто огромное, черное, больше всего похожее на стог подгнившего сена.

– Вы Семен Юрьевич? – от неожиданности спросил я.

Гора зашевелилась и ответила очень тонким голосом:

– Нет, меня зовут Муся.

– Как? – удивился я.

– Муся, – повторил стог дискантом. – Я Марина Евгеньевна по паспорту, но мне не нравится, когда меня так кличут, лучше Муся…

– А где Семен Юрьевич? – окончательно растерялся я.

– Не знаю, – отозвалась Муся, – со мною Орест Михайлович.

Я осмотрел лестничную площадку, искренне недоумевая, кто такой Орест Михайлович. Между лифтом и квартирой Элеоноры никого не было.

– А Элеонора Михайловна дома? – пропищала Муся.

Я моментально понял, что к чему: это новые клиенты.

– Да, конечно, проходите, она в кабинете. Вы договаривались о встрече?

– Так велено было приезжать, – ответила Муся и двинулась в прихожую.

Элеонора, покупая квартиру в элитном доме, особое внимание обратила на холл.

– Надоело мне плечами о стены стукаться, когда пальто надеваешь, – в минуту откровенности сказала она мне, – я полжизни в наперстке прожила, теперь хочу жить во дворце.

Жажда простора ввергла Нору в дополнительные расходы, потому что она купила сразу две квартиры на одной площадке и объединила их. Поэтому у нас был только один сосед, Валера, но о нем как-нибудь позже. Прихожая у нас просто огромная, но сейчас, когда туда ввалилась Муся и заняла почти все пространство, мне показалось, что помещение сузилось до размеров спичечного коробка.

Внезапно Муся грохнула о пол два здоровенных чемодана, которые до сих пор держала в руках, и пискнула:

– Ой, здрассти!

Я обернулся. Из коридора выкатилась в инвалидном кресле Нора.

– Мы вот тут, – завела Муся, – от Раисы Сергеевны. Доброго вам здоровьичка, извините, отдыхать небось вам помешали. Вы не беспокойтесь, только комнату укажите!

И тут я сообразил, что это не клиентка, а наша новая домработница. Однако внешность у нее устрашающая.

– Ты не торопись, – раздался за спиной Муси сочный бас. Из-за громадной фигуры вынырнуло маленькое, тщедушное существо, похожее на кузнечика, больного рахитом.

Несчастное создание было облачено в костюм, явно купленный в магазине игрушек. Круглая, почти лысая голова яйцевидной формы сидела на тоненькой шейке, которую я запросто мог обхватить двумя пальцами. На ногах непонятного субъекта были крошечные ботинки, под мышкой он держал роскошную папку из натуральной кожи.

– Это кто? – весьма невежливо ткнула в него пальцем Нора.

– Орест Михайлович, – ответила Муся, – я женой ему прихожусь!

Я постарался не расхохотаться. Да эта Муся спокойно может раздавить муженька, если ненароком сядет на него.

– Но мне никто не говорил, что вы семейный человек! – возмутилась Нора. – Речь шла лишь о домработнице!

– Мы завсегда парою, – сообщила Муся. – Орест Михайлович – повар, я на подсобных работах, убрать, почистить, перевернуть чего, перенести, прибить… Все могу, даже часы чиню.

– Коли не ко двору пришлись, то мы уйдем, – загудел Орест Михайлович.

Муся подхватила поставленные чемоданы.

– Стойте, – выпалила Нора и уставилась на «кузнечика»: – Это вы пекли пироги с рыбой на день рождения Раисы?

Орест Михайлович гулко кашлянул.

– Расстегайчики? Мы-с. Вам какие по сердцу больше пришлись, с севрюжиной или с вязигой?

– Я все съела и чуть не скончалась от обжорства, – вздохнула Нора. – Ваня, покажи им комнату, пусть распаковываются и приходят в кабинет.

Я решил проявить галантность и попытался перехватить один из чемоданов семейной пары, но потерпел сокрушительную неудачу. Саквояж был, похоже, набит камнями или надгробными плитами.

– Что вы, – засуетилась Муся, – я сама доволоку.

Она легко подхватила багаж и поинтересовалась:

– Идтить куда?

Я отвел супружескую чету в их спальню и со вздохом заметил:

– Кровать тут одна, довольно узкая. Завтра куплю для вас побольше.

– Не беспокойтесь, – заявила Муся, – Орест Михайлович на постельке ляжет, а я на полу, вот туточки, у окошка.

Муж спокойно сел в кресло. Ситуация показалась мне странной. Конечно, Орест Михайлович размером с одну руку своей жены, но все-таки он мужчина, и, следовательно, на полу должен спать он, а не женщина, пусть даже такая сильная и огромная, как Муся.

– У окна дует, – решил я укорить Ореста Михайловича, – в кладовой есть раскладушка.

– А не надо, – отмахнулась Муся, – я завсегда на полу сплю. На кровати мне неудобно, спина болит. Спасибо вам за заботу!

В прихожей опять прозвучал звонок. Муся дернулась было на выход, но потом притормозила и воскликнула:

– Вы мне покажьте, как дверь отворять!

– Раскладывайте пока вещи, – предложил я, – завтра с утра к работе приступите.

– Как велите, – мигом согласилась Муся.

Я пошел ко входу, глянул на экран видеофона и увидел мужчину лет пятидесяти. Это, скорей всего, и был Семен Юрьевич.

Глава 5

Гость снял дорогое кашемировое пальто, подбитое собольим мехом, поправил безукоризненный пиджак, явно сшитый на заказ, и весьма нервно спросил:

– Вы знаете что-то об Ирине? Имейте в виду, за сведения о моей дочери обещана награда!

– Пойдемте в кабинет, – предложил я.

Семен Юрьевич, не сказав ни слова, проследовал за мной к Норе.

Выслушав рассказ Элеоноры, он повернулся ко мне:

– Вы уверены, что видели лицо Иры?

Я кивнул:

– У вашей дочери яркая внешность, к тому же родинка на щеке…

Семен Юрьевич вздохнул:

– Ничего не понимаю.

– Мы тоже, – развела руками Нора.

Наш гость посидел какое-то время молча, затем достал дорогое портмоне и коротко поинтересовался:

– Сколько?

– За что? – уточнила Нора.

– Я хочу нанять вас для поисков Ирины.

Элеонора откатилась от стола.

– Финансовые вопросы решить просто. Вы оплачиваете наши расходы по делу. Естественно, получаете все чеки, квитанции и прочие документы, подтверждающие траты. Если мы успешно справимся с поставленной задачей, то вы заплатите нам…

Хозяйка протянула намечающемуся клиенту листок.

Семен Юрьевич кивнул:

– Хорошо.

– Ежели мы не сумеем вам помочь, – продолжала Нора, – это, конечно, нонсенс, но надо предусмотреть любой исход дела, оплата составит один процент от вышеуказанной суммы.

– Нет проблем, – нервно воскликнул Семен Юрьевич, – начинайте.

– Иван Павлович, – велела Нора, – оформляй договор.

Я вытащил из стола необходимые бумаги. Элеонора – расчетливая бизнесвумен, сумевшая создать с нуля великолепно работающую империю. Все, за что берется моя хозяйка, мигом начинает приносить доход. Вначале ее игра в частного детектива меня раздражала, потом я привык, ну а год назад мне стало понятно: новое увлечение дает нам немалые деньги. Слух о способностях Норы разнесся по Москве со скоростью света, и если первое время она очень переживала от отсутствия клиентов и даже давала объявления в газетах, то теперь выбирает лишь интересные дела. Детективное агентство «Ниро», владелицей которого является моя хозяйка, оформлено по всем правилам. У нас на руках имеются необходимые лицензии и разрешения. Расследования – это увлечение Норы, поэтому она никогда не берется за то, что кажется ей простым или глупым. Хобби должно доставлять удовольствие, а то, что оно еще и прибыльно, Норе с ее миллионами казалось лишь приятным дополнением. Теперь же деятельность сыщика стала давать немалые деньги. Согласитесь, Нора очень счастливый человек. Мало кому удается заниматься любимым делом, да еще преуспеть в нем.

Подписав все мыслимые и немыслимые бумаги, Нора отдала Семену Юрьевичу копию договора и велела:

– Теперь рассказывайте.

Тот удивленно спросил:

– О чем?

– Все, что знаете о дочери, – ответила Нора. – О ее друзьях, врагах.

– Зачем?

– Вот уж глупый вопрос! – начала злиться Нора. – Любопытство меня вовсе не мучает! Вы же наняли нас для поисков Ирины. Вы предполагали, что мы станем действовать вслепую? И вообще, с чего вы взяли, будто она пропала?

– Так она дома с декабря не появлялась, – резонно ответил Семен Юрьевич.

– Может, она к любовнику ушла, – рявкнула Нора, потом, повернувшись ко мне, спросила: – Помнишь Лену Малкову?

Я кивнул:

– Да.

Нора глянула на Семена Юрьевича.

– Не так давно прибежала к нам женщина в слезах: дочка у нее исчезла, вроде вашей ситуация. Вечером она разоделась, словно на Пасху, и ушла. Домой не вернулась ни ночью, ни на следующее утро, словно в воду канула. И что мы выяснили? Очень быстро разузнали: девица просто перебралась к любовнику, а родителям ничего не сказала, справедливо полагая: предки не одобрят такого поведения.

Семен Юрьевич тяжело вздохнул:

– Ира не такая.

– Ну все в определенном возрасте хороши, – отмахнулась Нора, – впрочем, посмотрим на проблему с иной стороны. Ну когда еще покуролесить, если не в двадцать лет? В пятьдесят поздно, да и не захочется уже коленца выкидывать.

Семен Юрьевич вздохнул:

– У нас другая ситуация.

– Какая? – быстро спросила Нора.

Клиент медлил с ответом, явно раздумывая, стоит ли вводить нас в курс дела. Элеонора окончательно разозлилась и довольно резко сказала:

– Есть три места, где от души советую вам говорить правду: у доктора, у адвоката и у меня. Каким образом мы сумеем вам помочь, не владея никакой информацией об Ире?

Семен Юрьевич тяжело вздохнул:

– Ладно, слушайте.

Он начал рассказ. Я молча записывал самое интересное в блокнот.

Семен Юрьевич никогда не был женат на матери Иры. Женщина, подарившая ему дочь, была случайной знакомой. Они встретились на какой-то вечеринке, выпили, и праздник завершился любовными объятиями.

В молодости Семен был отчаянным бабником, падал на все, что шевелится. Впрочем, счастливой семейной жизни эта привычка не мешала. Жена Семена, тихая, безответная Наташа, делала вид, что ничего не знает о похождениях супруга. Его она в неверности не упрекала, программных заявлений типа: выбирай, либо она, либо я – не делала. Наташа, несмотря на юный возраст, оказалась мудрой женщиной с сексуальным аппетитом, как у ленивца. Муж по полгода не залезал к ней под одеяло, а супруге этого и не хотелось. После рождения дочери Кати Наташа с головой ушла в пеленки, а Семен начал усиленно заниматься карьерой.

Надо сказать, что бессловесная Наташа в результате осталась в выигрыше. Бабы менялись у Семена словно носки, больше двух, трех дней ни одна не задерживалась, накотовавшись, он всегда возвращался к жене и, чувствуя перед ней вину, делал ей подарки.

Несмотря на редкостную похотливость, Семен оказался ловким бизнесменом и сейчас ворочает огромными деньгами. Наташа и любимая доченька Катенька не отказывают себе ни в чем. Короче говоря, жить бы Семену да радоваться, но тут неожиданно грянул гром среди ясного неба.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Поделиться ссылкой на выделенное