Кир Булычев.

Сапфировый венец

(страница 1 из 3)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Кир Булычев
|
|  Сапфировый венец
 -------

   Пашка Гераскин всегда жалеет, что не родился Наполеоном. Он уже нашел у себя несколько наполеоновских достоинств. Он умеет заниматься сразу несколькими делами. Например, если он пишет сочинение, то обязательно при том слушает последние известия и дышит по системе йогов.
   Вы думаете, он притворяется? Нет, ужас в том, как говорила мне Алиса Селезнева, которая сидит с ним за соседним столом, что Пашка сам верит чепухе, которую придумывает про себя. А это уже опасно.
   Ведь в сочинении, которое он создал, слушая последние известия и дыша по системе йогов, было больше ошибок, чем слов. Но Пашка, конечно же, объяснил свои ошибки тем, что его отвлекала Алиса, которая все спрашивала, который час. И еще ему мешал Джавад Рахимов с заднего стола, у которого насморк, а самое главное – в словаре, которому так верит наша учительница, слишком много опечаток, а уж об учебных компьютерах и говорить не приходится – сирианцы, которые готовят вторжение на Землю, запустили в них супервирус. Мы все будем писать с ошибками, и тогда сирианцы нас поработят.
   – Это еще почему? – в отчаянии воскликнула Каролина Павловна, классная руководительница 6-го класса «Б», в ужасе зажмуриваясь, чтобы не видеть Пашкиных изобретений на экране компьютера.
   – Потому что они запутаются в вывесках. Они думают, что надо читать «Добро пожаловать», а у нас всюду будет написано «Бобрам пожаловаться».
   – Все! – сказала Каролина. – Гераскин, ты получил свою заслуженную двойку, и, если у тебя больше нет оправданий, уходи из класса. Твоей талантливой головке пора отдохнуть, чтобы не треснуть от напряжения.
   – Это плодотворная идея, – согласился Пашка. – Но если я уйду, то буду чувствовать себя негодяем.
   – Почему же?
   – Потому что вы не узнаете о том, что я услышал в новостях.
   – Что? – воскликнули хором Маша и Наташа Белые – самые любопытные девочки на свете.
   – Найдена морская черепаха, которой, по крайней мере, триста лет, длиной почти полтора метра.
   – Ну и что? – удивился Аркаша Сапожков. – В морских заповедниках такие черепахи не редкость. Ведь уже скоро сто лет как их никто не убивает.
   – Но на этой черепахе, – добавил Пашка, – есть надпись.
   – Какая надпись? – спросила Алиса.
   – Очень простая: «SOS!»
   – А что это значит? – спросила Наташа Белая.
   – Спасите наши души, – ответил Джавад Рахимов. – Это каждый моряк знает. Мало ли кто и что написал на панцире?
   – Там есть и еще какие-то слова, – сказал Пашка, – сейчас их расшифровывают в Институте фундаментальных наук.
   – Ну и пускай расшифровывают, – сказала Каролина Павловна. – Это не должно тебе, Гераскин, мешать учиться русскому языку.
   – Вот именно! – Пашка даже подпрыгнул. – Дело в том, что надпись на панцире морской черепахи сделана на русском языке!
   И вот тогда все замолчали.
Это была самая настоящая сенсация.


   – Алиса, – сказал Пашка после урока. – Я знаю, какие у тебя связи!
   – Не подлизывайся, – ответила Алиса. – Говори прямо – что тебе нужно.
   – На черепаху посмотреть. Я думаю, что быстрее всех расшифрую надпись на черепахе. Давно что-то я не делал выдающихся научных открытий.
   – Даже не знаю, как тебе помочь, – вздохнула Алиса.
   – Знаешь! – расхохотался Пашка. – По глазам догадался, что ты намылилась в Институт фундаментальных наук на черепаху посмотреть! Ты же обожаешь тайны.
   Алиса не стала запираться. Оказывается, и на самом деле она уже провидеофонила в институт своей подружке Магдалине, самому младшему научному сотруднику.
   Магдалина ждала их у входа.
   Пашке она не удивилась. Она была с ним знакома. Если ты знаком с Алисой, значит, и Пашку знаешь. Таков мировой закон.
   С Алисой Магдалина просто поздоровалась, потому что никаких каверз от нее не ждала. А Пашке сказала:
   – Умоляю, ничего не трогай руками.
   – Не могу обещать, – честно ответил Пашка. – Я пришел к вам сделать открытие. Может, понадобится и трогать.
   – Не бойся, Магда, – сказала Алиса. – Я за ним пригляжу.
   – Ну, на твою ответственность!
   Черепаха медленно плавала в мелком бассейне, который занимал половину комнаты. Над ней жужжали приборы, к ней были прикреплены датчики, а вокруг бассейна стояли ученые с умными и не очень умными лицами.
   – Так, – сказал Пашка. – Попрошу пропустить меня в воду.
   – Зачем? – спросила Магдалина.
   – Будем читать.
   – Молодой человек, – сказал профессор Малатеста Иван Трофимович. – Если вам хочется почитать, взгляните на стену.
   На стене, на белом экране, была видна черепашья спина: ее панцирь был похож на дыню с заостренными концами. Очень смутно, расплывшимися буквами, наискосок панциря было выцарапано вот что:
   «Спасите, мы попали в пленъ к пиратамъ, насъ замуровали в пещере».
   – И все? – спросил Пашка.
   – Совершенно все, – ответила Магдалина.
   – А почему так плохо видно?
   – Молодой человек, надпись была сделана по крайней мере двести лет назад. Черепаха тогда была еще молодой. Она выросла с тех пор в три раза. Еще чудо, что мы смогли угадать и восстановить надпись.
   – С чего вы решили, что двести? – спросил Пашка. – Я этого не наблюдаю!
   – Пашка, ты посмотри на слово «пленъ», – сказала Алиса.
   – Смотрю и вижу элементарную ошибку, – сказал Пашка. – Слово плен пишется без твердого знака.
   – После революции 1917 года! – произнес профессор Малатеста.
   – Я это и хотел сказать, – буркнул Пашка, для которого признать свою ошибку – катастрофа.
   – А когда выцарапана надпись? – спросила Алиса.
   – Дети, помолчите, – рассердился профессор. – Неужели вы не видите, что люди работают?
   Черепаха медленно развернулась и поплыла к профессору, загребая толстыми чешуйчатыми лапами с когтями на концах.
   Голова у нее заканчивалась большим костяным клювом, а глаза были маленькими, неподвижными, но очень внимательными.
   – Она разумная? – шепотом спросила Алиса у Магдалины.
   – Для себя самой она достаточно разумная, – сказала Магда, – а вообще-то не очень умная. Плавает, кушает и откладывает яйца в песок.
   – Надо бы мне с ней всерьез поговорить, – сказал Пашка. – Что она ест? Капусту?
   – Ты лучше у меня спроси, – сказала Магдалина, – а вдруг черепаха уже в чем-то созналась?
   – Когда это случилось? – спросил Пашка. – Для меня это важно.
   – Конечно, важно, – улыбнулся профессор, который слышал этот разговор. – Но нам удалось узнать.
   – Без меня? – удивился Пашка.
   Он не просто нахал, подумала Алиса. Он – искренний нахал. Он думает, что поступает правильно, что он хорошо воспитан и никогда в жизни не вел себя нахально.
   Ему легко жить на свете, потому что он не сомневается в своих талантах, смелости и даже остроумии.
   – К сожалению, – сказала Магдалина, – мы тебя не дождались.
   – А как вам удалось это сделать?
   Профессор обернулся к Алисе, будто хотел сказать: «Этот мальчик все и без меня знает, а вот тебе, Алиса, может быть интересно».
   – Панцирь черепахи – как ствол дерева, – произнес он. – Пока черепаха живет, он растет, на него нарастают все новые и новые слои костной ткани. Мы смоделировали на компьютере ситуацию, когда эту надпись выцарапали. Затем точно вычислили срок, прошедший с того времени. Ты меня понимаешь?
   Алиса кивнула, а Пашка сказал:
   – Это и ежу понятно. А у меня был вариант попроще, но гениальней.
   – Поделись с нами, – попросил профессор.
   – Мы заглядываем в мозг черепахи и изучаем ее язык.
   – Черепахи молчат! – вмешалась Магдалина.
   – Те-ле-па-ти-чески! – воскликнул Пашка. – И так же телепатически спрашиваем: а сколько лет назад на тебе выцарапали надпись?
   – А она качает головой и показывает тебе язык! – сказала Алиса.
   Пашка обиделся и замолчал. Он не придумал еще, что же делать с черепахой, если она не захочет с ним разговаривать.
   – Извините, что вас перебили, – обратилась Алиса к профессору. – Так когда сделана эта надпись?
   – В 1852 году, – сказал профессор.
   – Четверть тысячелетия назад! – сказала Магдалина. – И пленники погибли.
   – А что мы еще знаем? – спросила Алиса.
   – Если ты заглянешь вместе со мной в лабораторию, – сказал профессор, – то увидишь, где это произошло.
   Конечно же, Алиса побежала за длинноногим профессором Малатестой в лабораторию, а через три секунды за ними бросился Пашка. Он не желал оставаться в стороне от событий.
   В лаборатории профессор подвел Алису к экрану, исчерченному разноцветными полосками.
   – Каждая полоска, – сказал он, – соответствует тому или иному элементу или минералу, а ширина полоски показывает, сколько его в веществе, то есть в микрочастицах, которые остались в процарапанных углублениях. Кстати, надпись вырезали гвоздем, медным гвоздем.
   – А разве бывают медные гвозди? – спросил Пашка.
   – Раньше их использовали в море, – сказал профессор, – медь порой долговечней железа.
   – Но ведь черепаха потом плавала, загорала на берегу, – сказал Пашка, – уж точно, все частицы смылись.
   – Все – это слишком громкое слово. Всегда что-то остается. Вопрос лишь в том, как его отыскать.
   – И что же вы нашли?
   – Не буду сейчас забивать ваши светлые головки специальными терминами и знаниями, но нам удалось найти место на Земле, где минералы встречаются именно в таком сочетании.
   – Быстрей, профессор! – прикрикнул на Малатесту Пашка. – Нам бы там побывать.
   – Зачем, если не секрет? – спросил профессор.
   – Неужели вам непонятно? – Пашка окинул присутствующих презрительным взором. – Это же пиратская пещера!
   – И что? – спросила Магдалина.
   Алиса хорошо знала Пашку Гераскина. И уже догадалась, куда катятся шарики и ролики в его беспокойной головке.
   Но пускай он сам скажет. А он не сказал – он прокричал, протрубил, прогудел как труба:
   – В пиратской пещере лежат пиратские сокровища! Дайте мне координаты, и мы их достанем!
   – Пашенька, – сказала Алиса. – Мне кажется, что ты забыл о главном.
   – Я никогда ни о чем главном не забываю. И если я забыл, значит, оно не главное.
   – В 1852 году кто-то выцарапал на панцире черепахи русские слова.
   – А что в этом удивительного? Ведь не башкирские и не мордовские.
   – Я вас не понял, – произнес профессор.
   – Все так понятно! Ни Башкирия, ни Мордовия не имеют выхода к морю. А Россия имеет.
   – Скажите, пожалуйста, – попросила Алиса, – а где была та пещера?
   Профессор включил экран и показал почти в центре Тихого океана точку небольшого острова.
   – Остров Хуан де Пальма, – прочел Пашка. – Я там не был. Но вот тут, – и он показал на остров Пасхи, – я был, и не раз. А это всего в тысяче миль. Возьму флаер и долечу за два часа.
   – Никуда ты один не полетишь. Во-первых, этот остров – заповедник. А во-вторых, ты не знаешь, где там находится пещера.
   – Найду, он же маленький!
   – Не такой уж маленький для одинокого мальчика. Двенадцать квадратных миль скал и кустарника, болот и водопадов.
   – А как же тогда быть? – удивился Пашка. Он-то думал, что вот-вот увидит сундуки с золотыми дублонами.
   – Если очень хочется, – сказал профессор, – то присоединяйся к нам. Мы вылетаем на Хуан де Пальму через шестнадцать минут.
   – Что же вы раньше молчали! – рассердился Пашка. – Мне надо еще камеру взять и свою старую надежную лопату.
   – Нет, нам еще лопат не хватало! – воскликнула Магдалина, и все засмеялись.
   Кроме Пашки, который открыл записную книжку и уставился в ее экранчик.


   Долетели туда на институтском флаере с посадкой в Кито, это город в Перу. Там взяли на борт молодого робота Фернандо из службы заповедника. Робот был разговорчивым, он целый час рассказывал о фауне острова Хуан де Пальма, но, оказалось, не подозревал, что на острове есть пещера.
   Зато морских черепах, точно таких же, как старушка с надписью на панцире, у берегов острова встречается немало, объяснил он. Только обычно не такие большие. Да и надписи на панцирях встречаются. Даже сейчас порой заберется в заповедник турист, увидит, как по берегу топает такая черепаха, достанет ножик и давай себе царапать!
   – Может, и ваша надпись, – сказал молодой робот, – фальшивка. Какой-нибудь турист захотел пошутить, вот и пошутил.
   – Вы не правы, – вежливо возразил профессор Малатеста. – Анализ показывает, что надписи двести пятьдесят лет.
   – Это ничего не доказывает, – сказал робот-сотрудник. – Ведь двести пятьдесят лет назад тоже туристы встречались!
   Ассистент профессора по геологической разведке, бирманский аспирант Маунг Маунг Маунг первым выбрался из флаера и принялся настраивать «дыроискатель». Этот несложный аппарат ищет в земле пустое место. Пещеру, яму или нечто подобное.
   Остальные поели бутербродов.
   Природа вокруг была такая чудесная, что у всех сразу разыгрался аппетит.
   С зеленой, поросшей травой и кактусами площадки над обрывом был виден океан на много миль вокруг. Над океаном летали чайки и альбатросы. По краям лужайки сидели игуаны и сухопутные жабы, приоткрыв рты в надежде, что их угостят чем-нибудь экзотическим, то есть таким блюдом, которого в островном магазинчике и сроду не бывало.
   Впрочем, это шутка, потому что на острове и магазинчика сроду не бывало.
   Все жевали бутерброды, кроме молодого робота Фернандо, который не любил бутербродов, а также ассистента Маунг Маунг Маунга, который пробирался сквозь лианы и колючки, глядя на экран своего «дыроискателя».
   И вдруг издалека, за километр, донесся торжествующий клич ассистента:
   – Эврика! Есть пещера!
   Конечно, все побежали на призыв ассистента.
   Он стоял над обрывом.
   На экране «дыроискателя» было видно темное пятно, похожее на дохлого осьминога.
   – А как же туда добраться? – спросила Магдалина.
   – Это не моя проблема, – сказал Маунг Маунг Маунг. – Я нашел пещеру, а вы в нее идите.
   Он был увлеченным молодым человеком и собирал коллекцию пещер. Он даже свой отпуск проводил в каких-то горах и пустынях, не отрывая взора от карманного «дыроискателя».
   Если верить «дыроискателю», то одна из «ножек» пещеры соединялась с морем под обрывом. Чего и следовало ожидать, иначе как бы туда попала морская черепаха?
   Пришлось забираться во флаер и летать над обрывом и пляжем, чтобы отыскать вход в подземелье.
   Но и там его не было.
   – Значит, вход в пещеру глубоко под водой, – сказала Магдалина. Она была еще очень юной и маленькой ростом, многие не верили, что она уже научный сотрудник трех институтов и собирается в ближайшем будущем перестать спать, чтобы в это время поработать еще в четвертом институте. – А раз вход в пещеру под водой, я намерена нырнуть и отыскать, – добавила она.
   – Я лучше тебя ныряю, – сказал Пашка.
   Честно говоря, он уже всем надоел.
   – Я вице-чемпионка мира по нырянию без акваланга, – скромно сказала Магдалина. – Мой рекорд двести тридцать метров. А твой, Пашенька?
   – А я не мерил, – быстро ответил Пашка.
   – Жалко, – сказала Магда, – вот прибор показывает, что вход в пещеру находится на глубине шестидесяти метров. Нырнем?
   – Нет, – сказал Пашка. – И не потому, что я испугался, а потому, что пиратам трудно затаскивать сокровища в пиратскую пещеру на такой глубине.
   Пашка был прав, все с ним согласились, и профессор спросил у своего ассистента:
   – Может, поищем другой вход в пещеру с вершины скалы?
   Они вскарабкались по тропинкам, протоптанным горными козами, на вершину горы, венчавшей остров. Стало жарко, только большие ящерицы гордо грелись на камнях, подняв головы в зеленых коронах. Две синие птицы вились над головами путников, наверное, отводили от гнезда, а потом забыли, где их гнездо.
   Время от времени ассистент включал свой «дыроискатель», и все начинали глядеть на экран, спорить и давать друг другу советы.
   И все-таки в конце концов приборы и ум людей победили.
   Вход в пещеру отыскался. Но не на вершине, а в глубокой расщелине, по которой к нему можно было подняться от моря, где как раз притаилась маленькая бухточка. Его заметил зоркий робот.
   – Ура! – крикнул Пашка. – Я нашел пиратские сокровища!
   Хотя до этого было еще далеко.
   Видно, много лет никто не приходил к пещере. Вход в нее – просто дыра в камнях – зарос кустарником, и его завалило сучьями.
   Хорошо еще, что у молодого робота из заповедника зрение куда лучше человеческого.
   Они все вместе расчистили дыру. Пашка все требовал, чтобы ему дали веревку – чтобы спуститься вниз.
   Но оказалось, что колодец, ведущий в пещеру, был очень глубоким. Когда кинули вниз камень, то пришлось сосчитать до десяти, прежде чем он ударился о пол пещеры.
   И конечно же, Пашке никто не разрешил спускаться первым.
   А Пашка знал, что не разрешат, и поэтому смело устроил скандал на весь мир – чуть ли не прыгнул вниз без веревки.
   Подлетел флаер, с него пустили мини-подъемник – кресло на тросе.
   Первым спустился молодой робот Фернандо. Он укрепил на голове обруч с телекамерой, и поэтому все видели, как он пролетал мимо стен, поросших белесой травой, мимо мокрых камней и ручейков, срывающихся со стены.
   И вот он на дне пещеры.
   Пол завален сучьями, песком, землей, скелетами крыс и ящериц…
   Пока в пещеру спускались остальные – ведь всем хочется приключений! – молодой робот Фернандо пошел по широкому ходу в глубь пещеры.
   Вскоре к нему присоединились остальные.
   Широкий коридор, с потолка которого свисали похожие на серые морковки сталактиты, вывел их в небольшой, почти круглый зал; посреди него было небольшое озеро.
   В этом подземелье кто-то когда-то был.
   Вот валяются кучкой свинцовые пули, а рядом истлевшая куртка из грубой ткани, медная монета с дыркой в середине – профессор сразу сказал, что она китайская.
   – Смотрите! – закричала Алиса.
   Она догадалась глянуть на стену и увидела, что вся стена исписана. Видно, этой пещерой пользовались долго и много людей. Магда и молодой робот Фернандо наперегонки читали и сразу переводили надписи. Оказалось, что они были сделаны по-английски, по-французски, по-испански и даже по-китайски.
   Надписи были однообразными. Похожими на те, что оставляют глупые туристы на пирамидах и стенах храмов: «Я тут был. Васген». Или: «Мы приехали сюда с попутным ветром. Неразлучные друзья из «Кровавого Скелета»«, «Джон кривая борода», «Мистер Вистер», «Анна Болейн».
   А дальше:
   «Я вернусь сюда за моей долей. Сильвестр Брокгауз».
   И ниже:
   «Опоздал на сто лет, крошка! Я все уже забрал. Андрю Эфрон».
   «Бойся ревущих сороковых. Там мы потеряли «Штучку Веронику»«.
   «Питер Кривой – стукач. Работает на английскую разведку».
   Эта надпись была сделана китайскими иероглифами.
   И так далее, и прочее.
   Вдруг Пашка завопил так, что Алиса испугалась, как бы потолок пещеры не обрушился:
   – Вот они! Здесь!
   Все фонари и фонарики повернулись на голос Пашки.
   У самого пола неровными кривыми буквами было написано:
   «Если не спасемся, сообщите в Бычки Таврической губернии Марии Скакун и в Краков. Денис. Яна…»
   – Не успели дописать, – сказал молодой робот Фернандо.
   – Но их здесь нет! – сказала Алиса.
   – Они нырнули в озеро и не выплыли, – сказал Пашка.
   Алиса прошла с Магдой дальше, по узкому ходу, который вел под углом наверх, но потом упирался в тупик.
   Там они увидели разбитые ящики, доски, человеческий череп, несколько звеньев якорной цепи… Пашку они звать не стали, а робот Фернандо сам пришел и сказал:
   – Мы организуем экспедицию, а потом будем водить сюда туристов, правильно?
   Алиса не ответила.
   Ей было грустно.
   Она представила себе, как Денис и Яна сидят в темноте и ждут смерти. И никто не сможет прийти к ним на помощь. Даже узнают об их горькой судьбе люди только через двести пятьдесят лет.
   А когда все выбрались на поверхность, Магдалина сказала Алисе, словно угадав ее мысли:
   – Они все равно давным-давно умерли, даже если и выбрались на свободу.
   – Но ведь не так! Не в пещере! Не от голода и жажды! Не в темноте!
   Магда пожала плечами:
   – Наверное, они выбрались оттуда. Иначе мы их… кости бы нашли.
   А Пашка подошел к ним и сказал:
   – Я голову ломаю – где же сокровища?
   – Сокровища оттуда унесли, – сказала Алиса.
   – Обидно, – сказал Пашка. – Зря летали.
   – Нет, не зря, – ответила Алиса.


   В тот же день, к вечеру, об этом приключении почти все забыли. У всех свои дела, даже у черепахи, которую выпустили в океан недалеко от берега острова Хуан де Пальма.
   А у Алисы из головы не шли слова незнакомого ей Дениса, который мучился в той пещере двести пятьдесят лет назад.
   Да, конечно, Магда, как всегда, права. И Денис и Яна давным-давно умерли. Но ведь есть для человека разница: погибать в пещере, или в камере пыток, или дома, среди внуков, или, наконец, в бою, с саблей в руке.
   Правда, Алиса не собиралась погибать с саблей в руке, она вообще не собиралась погибать в ближайшие сто лет.
   Но если ты примешь точку зрения Магды, то лучше не помогать попавшим в беду. Все равно они в конце концов все помрут.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3

Поделиться ссылкой на выделенное