Кир Булычев.

Возвышение Удалова

(страница 1 из 3)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Кир Булычев
|
|  Возвышение Удалова
 -------

   Корнелий Удалов шел полем, отягощенный ведром с грибами. Грибы были незавидные, большей частью сыроежки и даже валуи, два подберезовика, один белый, но червивый, найденный на тропинке, где он лежал ножкой кверху – видно, какой-то более удачливый грибник нашел его, разочаровался и выбросил. Человек, который ходил по грибы, а несет домой банальную мелочь, склонен размышлять о тщете жизни и о том, что время бежит слишком быстро, а мы так и не научились тратить его с пользой. Он понимает, что ему уже за сорок, а главного в жизни еще не сделано и даже не выяснено, что в жизни главное. Такого человека обязательно начинают преследовать оводы и кусать комары, его печет солнце, а на лысину ему прыгают кузнечики. Конечно, неплохо бы идти лесом, но человеку обязательно надо пересечь клеверное поле, тяжелое и рыхлое после недавнего дождя. И поэтому человек мечтает о тени, о квасе в холодильнике и думает о том, что никогда больше не пойдет в лес…
   И в этот момент раздался грохот, потрясший всю Вселенную, заставивший сжаться листья на деревьях и замолкнуть певчих птиц. Нечто громадное, сверкающее, окутанное паром и неземным огнем рухнуло точно посреди поля и оказалось шаром из обугленного металла. Шар достигал четырех метров в диаметре и, очевидно, был космическим кораблем – либо советским, либо американским, либо неземного происхождения.
   Пока Удалов стоял неподвижно, размышляя о превратностях судьбы и радуясь тому, что эта чушка не упала ему на голову, в шаре открылся люк, и из него поочередно вышли три инопланетных пришельца, отличительной чертой которых было наличие трех ног. Пришельцы повертели зелеными головами, оглядывая местность, и, никого не заметив, побежали к лесу.
   – Стойте! – закричал Удалов. – Стойте! Я не причиню вам зла! Я ваш брат по разуму!
   Однако пришельцы либо не захотели, либо не смогли понять успокаивающих слов Удалова. Они мчались к лесу так, что только магнитные подковки сверкали на их каблуках.
   Удалов испугался, лег на землю и немного полежал, прижав щеку к траве. Он решил, что пришельцы сбежали потому, что их корабль сейчас взорвется. Удалов лежал и ни о чем не думал, а корабль все не взрывался и стоял посреди поля с открытой дверью.
   Уставши ждать смерти, Удалов поднялся, смахнул с колен цветы клевера и раздавленных муравьев и медленно направился к инопланетному кораблю. В нем пробудился дух исследователя.
   Перед дверью он задержался и спросил:
   – Здесь кто остался, чтобы войти со мной в контакт?
   Нельзя сказать, что он ожидал ответа, – спросил только для того, чтобы проявить вежливость.
   Ответа не последовало.
Удалов поставил на землю ведро с грибами и вошел в космический корабль. Внутри было полутемно, и Удалову пришлось с минуту привыкать к полумраку. Потом он разглядел приборы и руль, которым управлялся корабль, а также койки космонавтов и их личные вещи, забытые в ходе бегства. Удалов присел на стульчик и задумался, что же делать дальше. Видно, придется идти в город и сообщить о космическом корабле куда надо.
   По кораблю, где в тесноте и неудобстве жили космонавты, были разбросаны детали одежды, посуда и всякие мелочи. Удалов нашел там голубую каскетку с кометой вместо звездочки и примерил ее. Каскетка пришлась впору. И когда Удалов заглянул в зеркальце, висевшее над рулем, собственный вид ему очень понравился. Затем он поднял с койки хороший инопланетный бинокль и выглянул наружу, чтобы проверить его силу. Бинокль оказался сильным. В него Удалов увидел, как к кораблю, подпрыгивая на кочках, несется зеленый «газик», в котором сидят люди в штатском. Когда «газик» подъехал поближе, Удалов узнал среди пассажиров автомашины лично товарища Батыева, председателя гуслярского исполкома, в просторечье главгора.
   Удалов приветственно поднял руку. Машина затормозила, и пассажиры вышли из нее, пораженные редким зрелищем. Они надеялись, что упавший космический корабль – наш, советский, и они смогут первыми, раньше партии и правительства, прижать к своей груди смелых космонавтов. Но на корабле не было опознавательных знаков, и по форме он был подозрительным.
   И тут приехавшие увидели, что в двери корабля стоит человек в голубой не нашей каскеточке с изображением кометы и с большим иностранным биноклем на груди. Человек этот был невысокого роста, плотный, и весь его остальной костюм изобличал в нем местного жителя – грибника или рыболова.
   – Пупыкин, ты что здесь делаешь? – спросил заместитель Батыева по имени Семен Карась.
   Он хотел сказать «Удалов», потому что был давно знаком с Корнелием Ивановичем, но в растерянности назвал его именем директора бани Пупыкина, который ничем на Удалова не был похож.
   – Пупыкин? – спросил человек в сером пиджаке, которого Удалов уже встречал на совещаниях. Он достал синюю книжечку и записал в нее несколько слов.
   От леса бежали деревенские дети с полевыми цветами и кричали:
   – Слава космонавтам!
   – Я не Пупыкин, – сказал Удалов.
   – Он не Пупыкин? – спросил человек в сером пиджаке.
   – Постыдились бы, товарищи, – сказал Батыев. – Внешнее сходство не должно вводить в заблуждение.
   – Я и сам вижу, что не Пупыкин, – сказал Карась. – Я против света смотрел.
   – Откуда будете? – спросил Батыев.
   Он не получил ответа, потому что Удалов был растерян и молчал. Молчание Удалова смутило Батыева. Человек в сером пиджаке снова достал из кармана синюю книжку, раскрыл ее и спросил на иностранном языке:
   – Ар ю американ? [1 - Вы американец?]
   Не дождавшись ответа, он задал другой вопрос:
   – Вот из йор таск? Ар ю э спай? [2 - Какое у вас задание? Вы шпион?]
   – Здравствуйте, коли не шутите, – сказал Удалов, спрыгивая на землю и протягивая руку товарищам из горисполкома. – Не узнали, что ли? Удалов я, из стройконторы. Корнелий Иванович Удалов.
   Его слова были заглушены звонкими криками пионеров и школьников, которые приветствовали космического героя.
   Сквозь детские голоса до Удалова, отличавшегося острым слухом, донеслись слова человека в сером пиджаке, сказанные на ухо Батыеву:
   – Допускаю, что он может быть из КНР. Там производят опыты. Нельзя спускать с него глаз. Ясно?
   Батыев отступил на шаг. Он смотрел на Удалова с неприязнью.
   Удалов надвинулся на Батыева, и тот отступил еще на шаг. Удалов повернулся к Семе Карасю, но между ними втиснулась группа школьников, которые нагрузили Удалова букетами цветов, а один из детей защелкал аппаратом, фотографируя прибытие Удалова из космоса.
   Человек в сером пиджаке неуловимым движением протянул руку к мальчику с фотоаппаратом и изъял камеру. Мальчик было заплакал, но человек в сером пиджаке сказал строго:
   – Аппарат получишь обратно. Мамку пришлешь, ясно?
   Мальчик пошел через поле к лесу, одинокий и грустный, но никто из его товарищей не заметил этой маленькой трагедии. Не заметил и Удалов, который пытался в этот момент пробиться сквозь букеты к Семену Карасю и кричал ему:
   – Не Пупыкин я, не Пупыкин! Пупыкин в бане, а я Удалов!
   – Я и сам вижу, что не Пупыкин, – сознался Карась. – Какой ты Пупыкин? Пупыкин же в бане. Он и ростом выше.
   – А Удалов? – спросил Корнелий Иванович.
   – Удалов стройконторой заведует, – сказал Семен Иванович. – Какой ты Удалов?.. Удалов ростом пониже будет.
   Батыеву надоело ждать на ветру.
   – Попрошу в машину, – сказал он. – Разрешите… подвиньтесь… вот сюда… попрошу…
   Человек в сером пиджаке выяснил, кто из детей отличники учебы и поведения, и составил из них охрану космического корабля.
   Удалова посадили между человеком в сером пиджаке и самим товарищем Батыевым, и соседи сильно сжали Удалова локтями. Карась сидел рядом с шофером.
   – Трогай, – сказал Батыев шоферу.
   – А грибы мои? – спросил Удалов.
   – Грибы?
   – Ведро тут стояло, с грибами. Сыроежки, правда…
   Человек в сером пиджаке изогнулся, рука его странным образом вытянулась метра на три, быстрыми движениями обшарила землю, не задевая при этом детей, и нашла ведро с грибами. Но Удалову ведро не отдали, поставили рядом с шофером.
   Машина взвыла и поскакала по кочкам. Дети кричали вслед: «Слава героям-космонавтам!» – и расходились по местам, чтобы охранять корабль. Те же, кто плохо учился или плохо вел себя в школе, остались в стороне и смотрели на корабль издали.
   Пока «газик» несся к городу, гудя и разгоняя встречный транспорт, человек в сером пиджаке достал из кармана ножичек и начал тихо перепиливать ремешок, на котором висел бинокль. В это время товарищ Батыев по договоренности с ним отвлекал внимание Удалова, показывая ему окрестности и делясь успехами.
   – Поглядите налево, – говорил он. – Вы видите богатые колхозные поля, засеянные злаками и овощами. Несмотря на неблагоприятные климатические условия, мы в этом году намерены перевыполнить планы по производству кукурузы на силос, а также по откорму крупного рогатого скота. Некоторые отдельные враги ставят под сомнение возможности нашего района в деле производства бобовых. Но поглядите направо…
   – Ш-шшш, – сказал человек в сером, – направо смотреть нельзя.
   Удалов знал, что направо смотреть можно, потому что там строилось здание свинарника под его, Удалова, руководством. Но человек в сером, наверное, не знал, что это здание свинарника, а потому на всякий случай запретил смотреть. Его можно было понять. Сегодня ты свинарник, а завтра – объект.
   – Можно, – сказал Удалов. – Смотрите, это свинарник.
   Тут же человек в сером свободной рукой вежливо, но энергично прикрыл Удалову рот.
   Так они и ехали дальше. Человек в сером пилил ремешок и, когда уставал, обыскивал карманы Удалова со своей стороны. Батыев достал из кармана газету и начал читать Удалову статью о международном положении, медленно, но верно произнося отдельные длинные и трудные слова. Жесткая ладонь человека в сером на всякий случай лежала на губах Удалова, и потому тот не мог сказать Батыеву, что эту статью он уже читал и, хоть очень благодарен за внимание, предпочел бы послушать про спорт.
   – Куда его? – спросил Батыев, когда машина въехала в город. – К вам?
   – Ни в коем случае, – сказал человек в сером. – Все будет официально. Может быть, его на наших менять будем. Может, из Москвы позвонят. К тебе поместим.
   – Ко мне нельзя, – возразил Батыев. – Я номенклатура.
   – Тогда к товарищу Карасю, – не стал спорить тот, что был в сером пиджаке. С ним тоже не спорили.
   Удалова провели в кабинет Карася. Они быстро шли коридором, впереди Карась, за ним Удалов, сзади человек в сером, который не оставлял попыток перепилить ремешок, а совсем сзади милиционер Селькин, которого взяли с площади.


   Секретарша Карася Мария Пахомовна, давнишняя приятельница удаловской жены Ксении, увидела это шествие, но не разобралась в его значении.
   – Корнелий Иванович, здравствуй, – сказала она. – Грибов набрал?
   Ведро с грибами осталось в машине под охраной шофера, но Удалов все равно ответил женщине открыто и прямо, как всегда всем отвечал.
   – Какие там грибы! – сказал он. – Одни сыроежки. Правда, три белых.
   Он забыл, что белый был один и тот червивый. Человек в сером подтолкнул Удалова в спину, а милиционеру велел остаться возле Марии Пахомовны. Уже скрываясь в двери кабинета, он обернулся и сказал:
   – Он такой же Удалов, как ты курица. Понятно?
   – Нет, – сказала секретарша.
   – Потом поговорим, – сказал человек в сером. – Понятно?
   – Нет! – воскликнула бедная женщина. – Корнелий Иванович, что происходит?
   Карась зашипел как змея.
   Хлопнула обитая черной кожей дверь, и они остались в кабинете втроем.
   – Вот так, – сказал человек в сером, подходя поближе к Карасю и говоря шепотом, чтобы Удалов не слышал. – Неизвестно, может быть, он знает русский язык. Поэтому нужна осторожность…
   – Знаю язык, знаю, – вмешался Удалов, который все слышал.
   – Не перебивайте, – сказал ему человек в сером и принялся вновь шептать на ухо Карасю: – Их обучают нашему языку. Так что в его присутствии ни-ни. Я уже дал указание осмотреть его корабль. Думаю, его сбили наши славные соколы из хозяйства Пантелеенко. Теперь вы будете его отвлекать. Поговорите с ним, а я пойду на связь.
   Серый человек испарился, будто его и не было. Удалов мог бы поклясться, что дверь он не открывал и к окну не приближался. Сеня Карась был несколько смущен обществом Удалова и начал листать англо-русский разговорник, разыскивая ка кое-то нужное выражение.
   – Семен, – сказал Удалов, когда они остались одни, – не узнаешь ты меня разве?
   Карась наконец нашел нужное выражение и произнес:
   – Ду ю лайк аур кантри? [3 - Вам нравится наша страна?]
   – Этого я не понимаю, – сказал Удалов. – Это я забыл. Раньше знал иностранные языки, потом забыл.
   Карась Удалова понял и испугался. Он был мужчиной некрупным, но полным в животе и чем-то похож на Удалова.
   – Нравится ли вам пребывание в нашей стране?
   – Если ты, Семен, – сказал удрученно Удалов, – все еще думаешь, что я китаец, то ошибаешься, потому что я русский и живу на Пушкинской, дом шестнадцать. А если мое слово меньше значит, чем слова вашего товарища, с которым я раньше почти не встречался, то мне это обидно.
   – Его к нам из области перевели. – Карась осекся, взял себя в руки, вспомнил, что не имеет права иностранному космонавту выдавать внутренние тайны, и схватился за разговорник. – Вот из йор нейм? – спросил он и на всякий случай перевел: – Как ваше имя?
   – Удалов мое имя, – ответил устало Корнелий Иванович.
   – Знаю, – сказал Карась с некоторым раздражением, какое испытывает руководитель, сталкиваясь с тупостью подчиненного. – Знаем. А на самом деле как?
   – Допрашивать меня не здесь надо, – возразил Удалов. – Хотя оснований для этого не вижу. Ведро мое видел? С грибами? Вот я за грибами и шел. А тут корабль упал. Я в него зашел, шапочку взял, а вы приехали. Ну в чем я виноват перед народом и правительством?
   – А он куда делся? – строго спросил Карась.
   – Кто?
   – Который сначала прилетел?
   – Которые там были, на трех ножках, в лес сбежали.
   – Почему же это они в лес сбежали? Тебя испугались?
   – Может, и меня, но вряд ли. Так ты, Семен, лучше бы ловил настоящих пришельцев, чем известного работника городского хозяйства брать в плен и возить под охраной.
   – Понимаешь, Удалов, какое дело… – ответил Карась, как бы признавая этим, что и Удалов имеет право на существование. – Ты не представляешь, какой хитрости достигают наши идеологические противники. Для них прикинуться моим знакомым соседом Удаловым ничего не стоит.
   – А где же тогда Удалов?
   – Чего пристал – где да где? Нет Удалова! Закопали. Может, ты сам и закапывал!
   – Это сам себя, что ли?
   – Давай не будем притворяться, а?
   – Я тебе это припомню. Ты лейку вчера просил? Черта с два теперь получишь.
   – А ты не грози. Мне твоя вдова даст.
   Тут за дверью послышался страшный шум и грохот ломающейся мебели.
   – Ни с места! – взвизгнул Карась, прижав тяжелым животом Удалова к письменному столу и взяв в руку массивную пепельницу.
   Дверь распахнулась, и в кабинет ворвалась Ксения Удалова с дымящейся кастрюлей в одной руке и паспортом в другой. Весть о том, что Удалова взяли, настигла ее на кухне, и, не выпуская из рук кастрюли, она схватила паспорт Корнелия, сунула туда свидетельство о браке и побежала в горисполком.
   – За что взяли? – крикнула она с порога. – Ничего он не сделал, а если чего натворил, то по незнанию. Отпустите, умоляю вас и заклинаю последними словами!
   Карась оробел, стал отступать, но тут в открытую дверь быстрыми шагами вошел человек в сером пиджаке и остановил Ксению такими словами:
   – Гражданка Удалова, вы можете утверждать, что этот иностранный космический агент был раньше вашим мужем?
   – Как так? – удивилась Ксения. – Вот его паспорт.
   – Я не про паспорт. Уверены ли вы, что этот человек некоторое время проживал в вашей семье под видом вашего мужа? Это может иметь важное значение на суде.
   – Ты ему, Ксюша, не отвечай, – сказал Удалов, освобождаясь от хватки Карася. – Он тебя на провокацию берет.
   – Так он в паспорте прописан. С давних лет. Ребенок у нас есть, – сказала Ксения.
   – А какие у него особые приметы? – поинтересовался человек в сером.
   – Какие? Ну, лысый он, чавкает, когда щи ест…
   – Это не приметы.
   – А какие приметы?
   – Родинки, шрамы и пятна на коже. Где, как, когда?
   – Родинки? – удивилась Ксения. – Родинки есть…
   – Ксюша! – предупредил Удалов.
   – Вспомнила! Конечно, родинка есть, только место у нее не очень хорошее.
   – Ксюша!
   – Вы можете сказать мне это по секрету, – сказал человек в сером костюме. – На ухо. Вот сюда.
   – Можно, Корнелий?
   – Говори, – махнул рукой Удалов. – Все говори. Только чтобы этот кошмар скорее кончился.
   Вошел милиционер с ящиком, из которого торчали разноцветные прутья и свисали волосы проводов.
   – По вашему указанию, – доложил он, – сняты все секретные навигационные приборы нарушителя воздушного пространства. Приборы извлечены с помощью молотка и отвертки.
   Милиционера звали Пилипенкой, он жил в Красноармейском переулке, за углом от Пушкинской, и конечно же знал Удалова, поэтому поздоровался и сказал, ставя ящик на стол перед Карасем:
   – Как хорошо, Корнелий, что я тебя встретил!
   – Чего уж тут хорошего…
   – Я не шучу. Я по делу. Ты же обещал поделиться по части опыта работы в народной дружине с нашей молодежью из речного техникума. Никакой сознательности у тебя нет!
   – Уж и не знаю… – вздохнул Удалов, бросив неуверенный взгляд на типа в сером пиджаке.
   – Я понимаю, что ты занят, – сказал Пилипенко, неправильно истолковав уклончивый ответ соседа. – Мы все занятые.
   Тут человеку в сером надоело ждать, когда друзья наговорятся, и он раздраженно заметил:
   – Занятый, так проходи, не мешай работать.
   – А чего это вы себе со мной позволяете? – удивился милиционер, который был человеком независимым и даже смелым. В прошлом году он один обезоружил двух преступников, при ехавших в Гусляр на гастроли из Лебедяни.
   – А то и позволяю. Выйди отсюда!
   Милиционер возмущенно вышел. Вся спина его выражала возмущение.
   Убедившись, что свидетелей не осталось, человек в сером подозвал к себе жестом Ксению и прошептал:
   – Говорите мне на ухо.
   – А чего говорить-то? – смутилась Ксения.
   – Докладывайте шепотом о месте, форме и размере родимого пятна у вашего супруга.
   Ксения густо покраснела и сказала:
   – На этой…
   – На какой этой?
   – На букву «я»…
   – Говори, Ксюша, говори! – подбодрил ее Удалов.
   – Так ты сам знаешь, вот и говори!
   – Стоп, стоп, стоп, стоп! – закричал человек в сером. – Без подсказок! Будете подсказывать, удалю с поля!
   Карась не удержался и захихикал – ему эта ситуация показалась очень смешной.
   – Задержанный! – обратился человек в сером к Удалову. – Следовать за мной.
   Он широким жестом распахнул дверцу пузатого шкафа, в котором хранились вымпелы, значки, памятные медали и труды классиков марксизма.
   – А ну, заходи за дверь, чтобы никто не видел!
   Удалов зашел.
   – А теперь раздевайся! – велел человек в сером.
   Удалов решил было сопротивляться, но передумал – угаданная родинка может его спасти. Он зашел за дверь, распустил ремень и спустил брюки.
   Человек в сером пиджаке взял за руку Ксению, провел ее за дверь шкафа и сказал:
   – Ну, показывайте.
   Карась заглянул через дверцу шкафа сверху, но Ксения замахнулась на него кастрюлей, из которой почти весь суп уже вылился, чтобы не подглядывал.
   – Пусть трусы снимет, – сказала она. – Сними, Корнюша, не стесняйся. Тут все свои.
   Корнелий спустил трусы, и человек в сером пиджаке нагнулся, чтобы разглядеть родинку в указанном месте. Родинки не было.
   – Вчера еще была, – удивилась Ксения.
   – Ясно, – сказал человек в сером пиджаке. – Одевайся. Этого мы и ожидали. Ваш брат всегда попадается на мелочах. Небось не думал твой шеф, что мы брюки с тебя снимем!
   – Погоди, – сказал Удалов, все еще находясь в позе пингвина, который разглядывает своего детеныша, укрывшегося у него между лап для спасения от жгучего мороза Антарктиды. – Должна быть.
   Человек в сером пиджаке пронзил Ксению взглядом и произнес с гипнотизирующей силой:
   – Вы, гражданка, у своего мужа видели родинку. А у этого родинки нет. А кстати, вы у своего мужа когда-нибудь видели такую фуражку с таким гербом?
   И он указал на голубую каскетку с изображением кометы, которую Корнелий забыл снять в помещении, хоть и был человеком воспитанным.
   И тогда Ксения залилась горькими слезами и сказала:
   – Но он такой похожий!
   – Ксения!
   – Не приближайтесь к ней! Если вы – это вы, то где родинка?
   – Ксюша, может, ты не там посмотрела? – молил Удалов. – Мне же не видно в таком месте!
   Карась крепко схватил Удалова за руки, чтобы он не прибегнул к секретным приемам джиу-джитсу.
   – Спасибо вам, вы наш человек, – сказал человек в сером пиджаке, крепко пожимая руку Ксении и выталкивая ее в прихожую.
   – Может, я плохо посмотрела, – сказала Ксения. – Может, я стороной тела ошиблась?
   – Все ясно, все ясно, не давайте себя запутать. Нет у него родинки ни с какой стороны.
   И он стал подталкивать Ксению к двери.
   – Ксения, заботься о ребенке! – крикнул Удалов вслед жене. Он был на нее не в обиде.
   Ксения плакала. Человек в сером пиджаке все-таки выставил ее за дверь, где она присоединилась к милиционеру и Марии Пахомовне. Те встретили ее сочувственно, и Мария Пахомовна сказала:
   – А как замаскировался, стервец!


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3

Поделиться ссылкой на выделенное