Терри Брукс.

Песнь Шаннары

(страница 9 из 46)

скачать книгу бесплатно

С искаженным лицом седт ерзал под своими путами. Еще час, ну, быть может, два – и он наконец вырвется и устремится в погоню за теми, кто так его оскорбил. И пойдет за ними уже до конца.

Темная тень упала на Спилка, и он невольно вздрогнул. Прямо перед ним стояла черная фигура в широком плаще с капюшоном – творение смерти, выступившее из ночи. Гнома до костей пробрал холод.

– Господин! – хрипло прошептал он.

Но темная фигура не ответила, не шевельнулась. Она просто стояла и смотрела. Седт заговорил, захлебываясь словами, – так спешил он все объяснить. Он рассказал обо всем: о незнакомце в черном, о предательстве Слантера и о побеге долинца с магическим голосом. Его мускулистое тело ужом извивалось под веревками, и слова не могли скрыть страх, подступающий к самому горлу.

– Я старался, хозяин! Я старался! Освободи меня! Пожалуйста, освободи меня!

Голос его оборвался, и всхлип растворился в безмолвии. Голова упала на грудь, тело тряслось от беззвучных рыданий. Еще мгновение черная тень стояла над ним неподвижно. Потом рука в черной перчатке медленно опустилась на голову гнома, и вспыхнул красный огонь. Спилк вскрикнул. Только раз.

Фигура в черном убрала руку, повернулась и растворилась в ночи. Ни единый звук не отметил ее ухода.

На пустой поляне то, что секунду назад было Спилком, безвольно обмякло под путами. И только отражение звезд мерцало в широко раскрытых, но не видящих больше глазах.

Глава 9

Близился рассвет. Небо над гигантским хребтом Драконьих Зубов из чернильно-синего стало серым; луна и звезды уже бледнели, восточный горизонт мерцал.

Алланон не сводил потемневших глаз с возвышающейся стены гор: обрывающиеся в пропасть утесы, вершины, уткнувшиеся в небо, – голый камень, подточенный ветром и временем. Наткнувшись на глубокую расщелину в скалах, взгляд друида стал тревожным. Там внизу Сланцевая долина – преддверие запретного Зала королей, убежища душ умерших. Он плотнее запахнул черный плащ. Какая-то неизбывная тоска тенью легла на лицо Алланона. Россыпь черных камней, сверкающих как темное зеркало, тянулась вниз, к самому дну долины, подобно широкой дороге. Дороге к озеру. Его воды, тусклые, зеленовато-черные, колыхались неспешной рябью в пустынной, первозданной тишине, будто кто-то лениво помешивал колдовское варево в гигантском котле.

«Отец», – беззвучно прошептал друид.

Внезапный скрип сапог по камням отвлек его, и Алланон вспомнил, что он не один. Его спутники выступили из тени между валунами и встали рядом. Молча они смотрели вниз, на бесплодную каменистую долину.

– Это она? – коротко спросил Рон Лих.

Алланон кивнул. Подозрительность звучала в голосе горца и отражалась в его глазах. Слишком явная. Он даже не попытался скрыть ее.

– Сланцевая долина, – тихо сказал друид и направился вниз по усыпанному камнями склону. – Нам надо торопиться.

В глазах Брин читались те же подозрительность и недоверие, хотя она и старалась этого не показывать.

Кто бы ни шел с Алланоном, настороженность оставалась. И подозрения. Так было всегда. С Ши Омсфордом и Фликом, когда друид вел их на поиски меча Шаннары. С Вилом Омсфордом и Амбель, когда он отправил их к Источнику Огненной крови. Что ж, возможно, он сам виноват. Доверие надо заслужить, а для этого прежде всего самому надлежит вести себя честно и быть искренним. А он никогда таким не был – просто не мог быть. Он хранитель тайн, и эти тайны нельзя разделить ни с кем. Он должен всегда скрывать правду, потому что правду поведать нельзя: тот, кому это нужно, должен все выяснить сам. Истина, доверенная друиду, должна быть сокрыта до поры, иначе она потеряет свое могущество. Могущество истинной правды, добытой как награда за долгий путь. Сам он прошел этот путь…

Алланон на мгновение обернулся – удостовериться, идут ли за ним его спутники, – и вновь обратил все внимание на россыпь блестящих камней под ногами. Он мог бы сложить с себя миссию хранителя, открыть этим детям все, что он знает об их судьбе, выдать им все секреты, и пусть все идет по-другому.

Мог бы… Но друид знал, что никогда этого не сделает. Он отвечал перед высшим законом существования. В этом была его жизнь и его долг. И если тем самым он заслужил их недоверие, что ж, пусть так. Горько, но ничего не поделаешь. Это неизбежная плата.

«Но я так устал, – вдруг подумал он. – Отец, я так устал».

Спустившись на дно долины, Алланон остановился. Горец и девушка встали чуть позади, и ему пришлось обернуться к ним. Друид торжественно поднял руку и указал на темные воды озера.

– Преисподняя, – почти шепотом произнес он. – Отец ждет меня там, и я должен идти к нему. Вы останетесь здесь. Пока я не позову, не сходите с этого места. Что бы ни случилось, ни шагу вперед. Кроме нас троих, здесь только мертвые.

Его спутники промолчали. Они только кивнули и с тревогой уставились на беззвучно бурлящие воды. Еще мгновение друид смотрел на их лица, потом повернулся и направился к озеру.

Странное чувство ожидания или, может быть, предвкушения охватило его, чувство, которое возникает обычно в конце долгого пути. И так было всегда. Каждый раз, когда Алланон приходил сюда, у него возникало это странное ощущение. Как будто он вернулся домой. Когда-то домом друидов был Паранор. Но друиды давно исчезли. Алланон остался последним. И здесь, в долине, он себя чувствовал дома. Не в Башне – здесь. Здесь все начиналось и заканчивалось. И каждый раз он возвращался сюда после странствий по Четырем землям. Возвращался, чтобы погрузиться в волшебный сон, обновляющий жизнь, когда смертное тело балансирует на границе двух миров – мира земного и мира потустороннего. Здесь эти миры соприкасались. Перекресток в вечности, откуда ему, Алланону, иногда удавалось приблизиться ко всему, что было и что еще только будет. Но самое главное: здесь отец.

Изгнанник, запертый в пустоте, будто в ловушке, в ожидании избавления! Его отец!

Алланон заставил себя не думать об этом. На мгновение он поднял глаза к бледному небу – на востоке едва теплился рассвет – и вновь обратил взор к озеру. Когда-то, много лет назад, он приходил сюда с Ши Омсфордом, Фликом – его сводным братом – и с остальными, кто пошел с долинцем на поиски меча. Тогда им было предсказано, что одного они потеряют. Так и случилось – возле Морщины Дракона Ши смыло горной рекой. Друид помнил недоверие, с которым все относились к нему. И все-таки он любил Ши. И Флика. И Вила Омсфорда. Ши был ему почти как сын – мог бы быть его сыном, если бы друид мог иметь детей. Вил Омсфорд же был скорее соратником и товарищем, разделившим с друидом ответственность за возрождение Элькрис и спасение эльфов.

Лицо Алланона посуровело. И вот теперь Брин, девушка, чья сила в несколько раз превосходит все то, чем обладали ее отец и прадед. Кем она станет для него?

Он подошел к самому краю воды и там остановился, глядя в бездонную глубину. Потом очень медленно поднял руки к небу, и его напряженное тело стало излучать магическую силу – воды озера беспокойно задрожали. И завертелись черным вихрем, все быстрее, быстрее. И, словно вскипев, с шипением и брызгами пены устремились ввысь. Долина вздрогнула и затряслась, будто пробудившись от долгого сна – глубокого, без сновидений. Из темных глубин Преисподней вырвался крик. Хриплый и ужасный.

«Иди ко мне, – беззвучно взывал друид, – освободись и иди ко мне».

Жуткий крик стал настолько пронзительным, что, казалось, уже дрожал на границе слуха: души, приговоренные к миру забвения, рвались из своих оков, взывали об избавлении. Вопли заполнили собой всю долину. В ней словно стало темнее. Но тусклые воды, распыленные брызгами, шипели теперь с облегчением.


«Иди же!»

Из клубящихся темных вод поднялся дух Бремена, прозрачно-серый на фоне ночного неба, в облике старика, изможденного и согбенного. Поднялся и застыл лицом к Алланону. Друид медленно опустил руки и закутался в плащ. Холодно. Он поднял голову и встретился взглядом с пустыми, невидящими глазами отца.

«Я пришел».

И тогда дух поднял костлявые руки. Хотя эти руки к нему даже не притронулись, Алланон всем своим существом ощутил леденящее объятие. Будто прикосновение смерти. Исполненный боли, голос отца прорвался к нему:

– ВЕК КОНЧАЕТСЯ. КРУГ ЗАМКНУЛСЯ.

Холод добрался до самого сердца, и оно заледенело. Поток слов захлестнул Алланона. Слов, сплетенных между собой и затянутых как узлы на веревках. И все-таки он разобрал их все, каждое – четко, до боли. В безмолвном отчаянии он слушал, испытывая невыразимый ужас, потому что теперь до конца осознал: случится то, чему суждено случиться.

И в черных суровых глазах стояли слезы.


В пугающе странном молчании Брин Омсфорд и Рон Лих стояли там, где оставил их друид, и наблюдали, как из вод Преисподней поднимается дух Бремена. Не какой-то блуждающий ветер принес этот холод. Нет, ветра не было. Но все застыло с приходом призрака. Они видели, как дух встал перед Алланоном и раскинул руки, словно хотел обнять его и унести с собой в черные воды. Они не слышали слов – вопли, рвущиеся из озера, заглушали все. Под ногами дрожали камни. Если бы было возможно, Брин и Рон бежали бы отсюда без оглядки. Им обоим казалось, что сама смерть выбралась на поверхность земли и подступает к ним.

Но внезапно все кончилось. Дух Бремена медленно опустился обратно – в темные воды. В последнем отчаянном всплеске рванулись крики и рассеялись в тишине. Озеро вспенилось в последний раз, и все стало тихо, как прежде, – только мелкая рябь бежала по воде.

На востоке краешек солнца уже показался над острым кряжем Драконьих Зубов; серебристо-серый свет просочился сквозь бледнеющую тень ночи.

Брин и Рон резко выдохнули; рука девушки нашла руку горца и крепко сжала. У самой кромки воды Алланон упал на колени и склонил голову.

– Рон! – хрипло шепнула Брин и рванулась вперед. Но горец удержал ее, ведь друид велел им оставаться на месте. Брин раздраженно вырвала руку. Рону ничего не оставалось, как бежать вслед за ней.

Вдвоем они склонились над Алланоном. Глаза его были закрыты, лицо пугало мертвенной бледностью. Брин коснулась его руки – рука была холодна как лед. Казалось, друид пребывает в глубоком оцепенении. Девушка неуверенно поглядела на Рона. Тот только пожал плечами. Но, не обращая на него внимания, Брин уже обхватила руками плечи друида и легонько трясла его.

– Алланон.

Он открыл потемневшие глаза. Взгляды их встретились. Неизбывная боль стояла в его глазах, ужасная, всепоглощающая.

А еще там был страх. Испугавшись, девушка резко отпрянула. И тут же все это пропало, как и не было. Теперь глаза Алланона горели гневом.

– Я же сказал вам: не двигайтесь с места. – Он рывком поднялся на ноги.

Но его ярость не испугала Брин.

– Что произошло, Алланон? Что ты увидел?

Мгновение он молчал, рассеянно глядя на тускло-зеленую воду. Потом медленно покачал головой и прошептал:

– Отец.

Брин взглянула на Рона. Тот нахмурился.

Девушка робко потянула друида за рукав.

– Что он тебе сказал?

Бездонные черные глаза встретили ее взгляд.

– Что у нас мало времени, девочка. Что за нами уже идет охота, и так будет до самого конца. Что конец предрешен. Но отец не открыл мне, каким он будет. Он только сказал, что конец настанет и что ты его увидишь. А еще он сказал, что ты – та, кто спасает и разрушает.

Брин удивленно взглянула на него.

– А как это понимать, Алланон?

Он покачал головой.

– Я не знаю.

– Хороша помощь. – Рон насупился и, отвернувшись, уставился на вершины гор.

Брин не сводила с друида глаз. Это не все.

– А что он еще говорил, Алланон?

И снова друид покачал головой.

– Ничего. Это все.

Но он солгал! Брин поняла это сразу. Она чувствовала, что между ними, Алланоном и Бременом, произошло что-то такое темное и ужасное, о чем друид никогда не расскажет. Эта мысль испугала ее. Значит, и она тоже, как папа и прадедушка, должна стать слепым орудием в достижении цели, ей неизвестной и непонятной.

И вдруг вернулась еще одна мысль: «Та, кто спасает и разрушает». Она. Брин. Так сказал дух. Но как такое может быть?

– Он сказал мне еще одно, – внезапно заговорил друид, но Брин знала: это не то. То, что друид хочет скрыть, будет скрыто. – Паранор в руках мордов. Они сломали запоры и прорвались сквозь магическую защиту, которая охраняла проходы. Две ночи назад Паранор пал. И теперь морды рыщут по залам Башни, разыскивая летописи друидов, хранящие тайны древних. У мордов уже есть немалая сила, но, если они найдут наши книги… их могущество возрастет. – Он пристально всмотрелся в лица притихших Рона и Брин. – А они найдут, если сейчас их не остановить. Этого не должно случиться.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что остановим их мы? – вдруг спросил Рон.

Глаза Алланона превратились в щелки.

– Больше некому.

– И сколько их там? – разъярился горец.

– Дюжина мордов и отряд гномов.

– И мы должны им помешать? – Рон подумал, что он ослышался. – Ты, я и Брин? Втроем? И как, ты думаешь, мы это осуществим?

В глазах Алланона вспыхнул внезапный гнев. Рон Лих почувствовал, что зашел слишком далеко. Но теперь уже ничего не поделаешь, придется держаться. Друид почти вплотную подступил к горцу.

– Принц Лиха, ты с самого начала сомневался во мне, – произнес Алланон. – Я старался не обращать внимания, потому что ты пошел с Брин как ее защитник. Но теперь довольно. Хватит! Мне надоели твое постоянное недовольство и сомнения по поводу моих целей и средств. Да что говорить. Ты ведь заранее настроен против, что бы я ни сказал!

Рон старался произносить слова как можно тверже:

– Я не настроен против тебя. Но я – за Брин. И если что, я всегда на ее стороне, друид.

– Да будет так! – едва ли не прорычал Алланон и вдруг выхватил меч Лиха из потертых ножен, которые горец по традиции носил за спиной.

Рон побелел, уверенный, что сейчас его убьют; Брин с криком рванулась вперед, но друид удержал ее свободной рукой.

– Отойди, девочка. Это наше с ним дело. – Тяжелый, пронзительный взгляд впился в лицо принца Лиха. – Защитишь ли ты ее, горец, как мог бы я сам? Принял бы ты в себя силу, будь это возможно, равную моей?

Лицо Рона горело решимостью, которая стерла страх.

– Да.

Алланон кивнул.

– Тогда я дам тебе эту силу.

Он положил ладонь на плечо горца и подвел его к самому краю озера. Там друид отдал ему меч и указал на зеленые мутные воды.

– Опусти клинок в воду, принц Лиха, – повелел друид. – Но смотри, чтобы ни капли не попало на руку и рукоять. Вода не должна коснуться тебя. Для живой плоти это смерть.

Рон Лих неуверенно смотрел на него.

– Делай, как я сказал! – выдохнул Алланон.

Рон сжал зубы. Медленно он опустил клинок в дрожащие воды озера. Меч вошел так легко, словно здесь, у самого берега, не было дна. Словно прямо отсюда обрывалась пропасть. Когда клинок коснулся воды, она забурлила и зашипела, как кислота, разъедающая металл. Рон не на шутку перепугался, но рука его не дрогнула. Он твердо держал свой меч.

– Хватит, – сказал наконец друид. – Вынимай.

Рон медленно поднял меч. Клинок, когда-то отполированный до блеска, теперь стал черным; вода Преисподней струилась по всей его длине, обвивая клинок словно живая.

– Рон! – в ужасе прошептала Брин.

Горец держал меч перед собой, отведя его подальше, и не сводил глаз с воды, закрывшей собою металл.

– А теперь держи крепче. – Алланон вскинул руку. – Держи крепче, принц Лиха!

Синий огонь рванулся из пальцев друида ослепительным тонким лучом. Он пробежал по клинку, раскаляя его и сплавляя металл и воду воедино. Синий огонь стал уже белым, но странно: жар не шел дальше клинка – рукоять оставалась прохладной. Рон Лих отвел глаза, но меч держал крепко.

Через мгновение все закончилось, огонь иссяк, друид опустил руку. Рон Лих взглянул на свой меч, черный и сверкающий, как зеркальная гладь. Острый как бритва, даже на вид.

– Смотри внимательнее, принц Лиха, – проговорил Алланон.

Теперь подошла и Брин. Они оба уставились в черное зеркало – поверхность клинка. В глубинах металла медленно переливались пятна зеленоватого света.

Алланон подступил ближе.

– Это магия жизни и смерти, слитых воедино. И эта сила теперь твоя, горец. Ты теперь за нее отвечаешь, ты, защитник Брин Омсфорд. У тебя есть сила, равная моей. Меч даст ее тебе.

– Как? – тихо спросил Рон.

– Как всякий меч – он разрушает, и он отражает удары. Но разрушает не плоть и отражает не удары камня и железа, а магическую силу. Черную силу мордов. Отраженная или разрушенная, она не сможет причинить тебе вред. Ты на себя очень многое принял, принц Лиха. Ты станешь щитом этой девушки. До конца. Ты хотел быть хранителем, и я сделал тебя им.

– Но почему… почему ты мне дал?.. – Рон заикался.

Но друид повернулся и направился прочь. Рон ошалело глядел ему вслед.

– Это нечестно, Алланон! – прокричала Брин. Что он сделал с Роном?! Не помня себя, она рванулась за друидом. – Какое право?..

Она не успела закончить. Все вокруг будто взорвалось, и девушка, покачнувшись, упала на землю. Клубящийся алый огонь охватил Алланона, и он скрылся в пламени.


Все тело болело и ныло. Из последних сил Джайр Омсфорд сделал еще один шаг и вышел из сумрака ночи в рассвет – угрюмый туман и полумрак. Чернота и деревья разом отступили, как будто невидимый гигант сорвал занавес тьмы и настал новый день. Он был пустым и безбрежным, мир утонул в бездонных глубинах тумана. Ярдах в пятидесяти от того места, где стоял теперь Джайр, начинался туман и кончалось все остальное. Долинец сонно глядел на унылый сухостой и зеленоватые лужи, что простирались на этих пятидесяти ярдах между ним и туманом, и никак не мог сообразить, что же это такое.

– Где мы? – пробормотал он.

– Туманная топь, – ответил Слантер.

Долинец невидящим взглядом уставился на гнома. Тот смотрел на него так же устало.

– Слишком близко мы вышли – к самой трясине. Придется теперь обходить.

Джайр кивнул, пытаясь сосредоточиться. Черный и бесшумный, у него за спиной возник Гарет Джакс. Равнодушным взглядом он скользнул по лицу долинца и посмотрел на болота. Потом Мастер боя молча кивнул Слантеру, и гном повернул обратно. Джайр поплелся следом; странно, в глазах Гарета Джакса не было и тени усталости.

Всю ночь они шли сквозь лабиринт Черных дубов. Долинец почти ничего не помнил. Так, какие-то обрывки: тьма, безмолвие и усталость. Только решимость помогала ему держаться на ногах. Силы давно иссякли. Даже страх отступил. И мысль о возможной погоне. Похоже, долинец спал прямо на ходу. Впрочем, какое там спал? Они только шли… шли…

Сильная рука оттащила Джайра от края трясины.

– Смотри, куда идешь, долинец. – Это был Гарет Джакс.

Джайр пробормотал что-то бессвязное и тут же споткнулся.

– Да ты погляди, он едва жив, – услышал он голос Слантера.

Юноша протер кулаками глаза. Слантер прав. Уже нет никаких сил. Больше не сделать ни шагу.

Но все-таки сделал. Он пробирался на ощупь сквозь туман и серый сумрак. Впереди маячила смутная фигура Слантера. Где-то рядом был Гарет Джакс. Джайр давно потерял ощущение времени. Казалось, уже много часов бредут они вдоль болота. Долинец сознавал только, что еще каким-то чудом держится на ногах и идет вперед. И каждый новый шаг дается все труднее. И все-таки он шел.

И вдруг…

– Проклятье! – пробормотал Слантер, и в тот же миг все болото, казалось, взорвалось изнутри.

Вода и склизкая тина рванулись вверх, обдав долинца зловонными брызгами. Рев вспорол утреннюю тишину, хриплый и пронзительный одновременно, и нечто громадное нависло над Джайром.

– Туманный призрак! – завопил Слантер.

Невольно Джайр отшатнулся и только потом увидел: огромный зверь, настоящее чудище. Тело монстра под слоем тины и болотной слизи было покрыто чешуей. Казалось, его морда – это одна зубастая ощеренная пасть. Когтистые лапы тянулись прямо к долинцу. Джайр рванулся было бежать, но ноги будто вросли в землю и отказывались повиноваться. Тень чудовища уже закрыла собою серую мглу. Оно было совсем близко. Джайр чувствовал зловоние его пасти.

И тут что-то швырнуло долинца на землю; лапа чудовища пронеслась над ним в какой-нибудь паре дюймов. Словно сквозь пелену, Джайр видел, как Слантер взмахнул мечом. Теперь гном стоял там, где еще секунду назад был долинец, и на него надвигался Туманный призрак. Да, меч, конечно, не самое подходящее оружие на этот случай. Один взмах лапы, и чудище выбило клинок из рук гнома. И в тот же миг вторая лапа впилась когтями в тело Слантера.

– Слантер! – закричал Джайр, пытаясь подняться на ноги.

Но Гарет Джакс опередил его. Неуловимой тенью он рванулся вперед и, всадив черный посох в разверстую пасть чудища, пропихнул его поглубже в глотку. Обитатель трясин взревел от боли. Челюсти его сомкнулись, перекусывая дерево пополам. Чудище бросило гнома на землю и обеими лапами принялось выдергивать из горла обломки палки.

И снова Мастер боя бросился на него, теперь с мечом. Не успел Джайр и глазом моргнуть, Гарет Джакс уже всадил меч под нижнюю челюсть чудовища. Хлынула черная кровь. Джакс отпрянул. На этот раз рана была серьезной. Чудовище скорчилось от боли, потом пошатнулось и через секунду пропало во тьме и тумане.

Слантер пытался встать. Его трясло. Но Гарет Джакс почему-то решил поднять Джайра. Долинец восхищенно смотрел на него. С каким-то даже благоговением.

– Я никогда не видел… чтобы так быстро… двигались! – выдохнул он в три приема.

Гарет Джакс будто не слышал. Он сгреб юношу за воротник и потащил под деревья. Слантер поднялся и поспешил следом.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46

Поделиться ссылкой на выделенное