Дэвид Брин.

Война за возвышение

(страница 10 из 52)

скачать книгу бесплатно

   Были и другие источники эмоций.
   «Захватчики», – поняла она. Они убрали свой пси-щит, высокомерно отвергая всякую возможность обороны. У нее появилось мысленное изображение легких пернатых существ, потомков какого-то нелетающего псевдоптичьего вида. На мгновение ярко высветилась картина местности, видимая глазами одного из офицеров корабля. Контакт длился всего миллисекунду, но корона Атаклены задергалась в отвращении.
   «Губру», – поняла она. Неожиданно все стало чрезвычайно реальным.
   Бенджамин ахнул.
   – Смотрите!
   Из-под широкого брюха корабля, из открывшихся отверстий, начал опускаться коричневый туман. Медленно, лениво темные испарения закрывали дно долины.
   Страх внизу сменился паникой. Атаклена прижалась к камню и обхватила голову руками, чтобы уйти от почти ощутимой ауры ужаса.
   Слишком сильно? Атаклена попыталась создать глиф мира в пространстве перед собой, отразить боль и ужас. Но все, что она создавала, мгновенно таяло, как снег под языками горячего пламени.
   – Они убивают людей и горилл! – закричал шимп на склоне и побежал вниз. Бенджамин крикнул ему вслед:
   – Петри! Вернись! Куда ты?
   – Я должен помочь! – отозвался тот. – И ты тоже! Ты ведь слышишь их крики! – И, не обращая внимания на расширяющуюся тропу, он начал спускаться по лесистому склону – самым прямым путем к клубящемуся туману и глухим крикам отчаяние.
   Оставшиеся двое шимпов вызывающе посмотрели на Бенджамина; очевидно, они думали так же.
   – Я тоже иду, – произнес один.
   Сошедшиеся от страха глаза Атаклены ныли. Что собираются делать эти глупые создания?
   – Я с тобой, – согласился второй шимп. И, несмотря на крики и проклятия Бенджамина, они оба начали спускаться в долину.
   – Немедленно остановитесь!
   Все повернулись и посмотрели на Атаклену. Даже Петри застыл, схватившись рукой за камень и мигая. Третий раз в жизни Атаклена воспользовалась Тоном Беспрекословного Приказа.
   – Прекратите глупости и немедленно вернитесь! – приказала она. Корона развевалась у нее над ушами. Тщательно отработанный человеческий акцент исчез. Она говорила на англике с сильным акцентом тимбрими, который шимпы бессчетное количество раз слышали по видео. Она могла походить на человека, но человеческий голос не в состоянии воспроизводить такие звуки.
   Клиенты землян мигали, раскрыв рты.
   – Немедленно возвращайтесь! – прошипела Атаклена.
   Шимпы поднялись по склону и остановились перед ней. Один за другим, нервно поглядывая на Бенджамина, они последовали его примеру и поклонились, сложив перед собой руки.
   Атаклена подавила собственную дрожь, чтобы казаться совершенно спокойной.
   – Не заставляйте меня снова повышать голос, – негромко сказала она. – Мы должны действовать сообща, думать хладнокровно и разработать целесообразный план.
   Неудивительно, что шимпы дрожали и смотрели на нее широко раскрытыми глазами.
Люди редко разговаривали с шимпами так безапелляционно. Возможно, шимпы и служат людям, но по земным законам они такие же граждане.
   «Мы, тимбрими, другое дело». Долг, просто долг заставил Атаклену отказаться от тотану – вызванной страхом отчужденности. Кто-то должен принять на себя ответственность, чтобы спасти жизнь этим существам.
   Туман перестал выделяться из корабля губру. Он, подобно темному пенному озеру, залил всю долину, скрыв здания на склоне. Отверстия в брюхе корабля закрылись, он начал медленно подниматься.
   – Укройтесь, – приказала Атаклена и отвела шимпов за ближайший монолит. Низкий гул двигателей корабля поднялся на октаву. Скоро они увидели корабль над камнями.
   – Зажмите уши.
   Шимпы прижались друг к другу, прикрыли уши ладонями.
   Только что корабль был здесь, в тысяче метров над долиной. В следующее мгновение, так быстро, что глаз не успевал среагировать, он исчез. Вытесненный воздух устремился внутрь, и вновь словно ударила гигантская рука, загремел гром, покатился над долиной, поднимая пыль и срывая листву с деревьев. Наконец эхо стихло. Ошеломленные шимпы долго смотрели друг на друга.
   Но вот самый старший из них, Бенджамин, встряхнулся. Отряхнул руки, схватил Петри и поставил перед Атакленой.
   Петри пристыженно смотрел в землю.
   – Прошу прощения, мэм… – сказал он. – Я… там внизу люди… и моя подруга…
   Атаклена кивнула. Нельзя быть слишком строгим с клиентами, у них ведь добрые намерения.
   – Мотивы твоего поступка похвальны. Теперь, успокоившись, мы сможем более эффективно помочь твоим патронам и друзьям.
   Она протянула руку. Казалось, шимпы ждут от галакта более покровительственного жеста. Например, похлопывания по голове. Пожав Атаклене руку, Петри застенчиво улыбнулся.
   Они прошли между камнями и посмотрели вниз. Шимпы ахнули. Коричневое облако покрыло землю, как густое грязное море, оно доходило до основания леса на склоне у их ног. Тяжелый туман имел четко очерченную верхнюю границу, едва касавшуюся корней ближайших деревьев. Они не знали, что происходит внизу, не знали даже, выжил ли там кто-нибудь.
   – Мы разделимся на две группы, – сказала Атаклена. – Роберт Онигл по-прежнему нуждается в помощи. Кто-то должен идти к нему.
   Мысль о Роберте, лежащем в полубессознательном состоянии там, где она его оставила, вызвала тревогу. Атаклена должна быть уверена, что о нем позаботятся. Она подозревала, что шимпы предпочтут идти к Роберту, чем оставаться у этой смертоносной долины. Они слишком потрясены катастрофой и не уверены в себе.
   – Бенджамин, вместе с товарищами ты сможешь найти Роберта, если я укажу направление?
   – Вы сами нас не поведете? – Бенджамин нахмурился и покачал головой.
   – Не знаю, мэм… Я считаю, вы должны идти с нами.
   Атаклена оставила Роберта возле приметного ориентира – гигантского орехового дерева у самой тропы. Любая группа без труда отыщет раненого землянина.
   Она отчетливо ощущала эмоции шимпа. Бенджамин очень хотел, чтобы представитель знаменитого народа тимбрими помог людям в долине. И тем не менее пытается увести ее.
   Внизу клубился маслянистый дым. Атаклена чувствовала присутствие внизу многих сознаний, испытывающих страх.
   – Я останусь, – твердо сказала она. – Ты сказал, что эти шимпы подготовлены как спасатели. Они найдут Роберта и помогут ему. Кто-то должен остаться и попытаться помочь тем, внизу.
   Люди могли бы возражать, спорить. Но шимпы даже не думали возражать галакту, принявшему решение. Разумные класса клиентов просто не в состоянии так поступить.
   Она чувствовала облегчение Бенджамина… и в то же время страх.
   Трое младших шимпов надели рюкзаки. Молча и серьезно двинулись меж камней на запад, время от времени нервно оглядываясь, пока не исчезли из виду.
   Атаклена больше не волновалась из-за Роберта. Но все усиливался ее страх за отца. Враг, несомненно, первый удар обрушил на Порт-Хелению.
   – Идем, Бенджамин. Посмотрим, что можно сделать для этих бедняг внизу.

   Несмотря на неожиданные и быстрые успехи в возвышении, землянам предстояла еще большая работа с неошимпанзе и неодельфинами. В обоих видах настоящие мыслители еще очень редки. По галактическим стандартам они добились большого прогресса, но земляне хотели двигаться еще быстрее. Как будто опасались, что их клиенты вырастут самостоятельно и очень быстро.
   Когда среди турсиоп или понго появлялся хороший ум, о нем тщательно заботились. Атаклена видела, что Бенджамин – один из таких превосходных образцов. Несомненно, у этого шимпа по крайней мере синяя карта воспроизводства, и он уже произвел немало детей.
   – Может, я разведаю, что там впереди, мэм? – предложил Бенджамин. – Я могу забраться на деревья и оставаться выше уровня газа. Узнаю, как обстоят дела, потом вернусь за вами.
   Атаклена чувствовала, что шимп дрожит, глядя на озеро загадочного газа. Тут он глубиной по лодыжку, но дальше достигает нескольких человеческих ростов. – Нет. Будем держаться вместе, – твердо ответила Атаклена. – Я тоже могу взбираться на деревья.
   Бенджамин осмотрел ее сверху донизу, очевидно, вспоминая рассказы о знаменитой приспособляемости тимбрими.
   – Наверно, ваш народ когда-то был лесным. Конечно, я не хочу вас обидеть. – Он осторожно и невесело улыбнулся. – Ну хорошо, мисс, пошли.
   Он быстро взобрался по ветвям ближайшего псевдодуба, обернулся вокруг ствола, спустился с другой стороны и перепрыгнул через узкий промежуток на соседнее дерево. Держась за ветвь, оглянулся и посмотрел любопытными карими глазами.
   Атаклена поняла, что ей бросили вызов. Она несколько раз глубоко вдохнула, сосредоточившись. Начались изменения, защипало в отвердевающих концах пальцев, расширилась грудь. Атаклена выдохнула, пригнулась и взлетела на псевдодуб. С некоторым трудом она движение за движением повторила маршрут шимпа.
   Бенджамин одобрительно кивнул, когда она оказалась рядом с ним. И двинулся дальше.
   Они продвигались медленно, перепрыгивая с дерева на дерево, обходя увитые лианами стволы. Несколько раз приходилось отступать и искать обход: поляны были затянуты медленно оседающим дымом. Переступая через самые высокие клубы тяжелого газа, они старались не дышать, но Атаклена тем не менее чувствовала острый маслянистый запах. Она уверяла себя, что растущий зуд, вероятно, психосоматического происхождения.
   Бенджамин продолжал незаметно поглядывать на нее. Шимп, несомненно, заметил некоторые изменения: удлинение конечностей, округлившиеся плечи, более цепкие руки. Он никак не ожидал, что галакт сможет держаться с ним наравне в переходе по деревьям.
   Конечно, он не знает, чего будет стоить ей гир-реакция. Боль уже возникла, и Атаклена знала, что это только начало.
   Лес переполняли звуки. Мимо проносились мелкие животные, убегая от чуждого дыма и запаха. Атаклена улавливала быстрый пульс их страха.
   Добравшись до вершины холма перед самым поселком, они услышали слабые крики: испуганные земляне на ощупь бродили в темном как сажа лесу.
   Карие глаза Бенджамина подсказали Атаклене, что это кричат его друзья внизу.
   – Этот газ прижимается к земле, – сказал он. – Едва поднимается над крышами зданий. Бели бы у нас было хоть одно высокое здание!
   – Тогда они бы сразу его взорвали, – заметила Атаклена. – А потом выпустили бы газ.
   – Гм. – Бенджамин кивнул. – Посмотрим, успели ли мои подруги подняться на деревья. Может, помогли забраться и людям.
   Она не говорила с Бенджамином о его тайном страхе; от нее он все равно не может его скрыть. Но все же что-то еще примешивалось к его беспокойству о людях и шимпах внизу. Словно он тревожился еще о ком-то.

   Чем дальше они углублялись в долину, тем выше нужно было забираться на деревья. Все чаще приходилось спускаться, погружаться в дымные густые клубы ногами, перебираясь с ветки на ветку. К счастью, маслянистый газ как будто рассеивался, он тяжелел и капал дождем на серую почву.
   Они увидели белые здания Центра за деревьями, и Бенджамин двинулся быстрее. Атаклена шла за ним, но уже еле поспевала за шимпом. Энзимное истощение начинало сказываться, корона раскалилась, пытаясь устранить излишек тепла. Но тело все равно перегревалось.
   «Сосредоточься», – приказала она себе, скорчившись на ветке. Атаклена согнула ноги и попробовала заглянуть за листву и ветви перед собой.
   «Вперед!»
   Она развернулась, но ее движения утратили стремительность и энергичность. Она едва сумела перескочить двухметровую брешь. Атаклена прижалась к раскачивающейся, подпрыгивающей ветви. Корона пульсировала огнем. Атаклена цеплялась за дерево чужого мира, дыша открытым ртом, неспособная двинуться, мир вокруг расплывался. «Может, это больше, чем боль гир-реакции, – подумала она. – Может, газ действует не только на землян. Он убивает меня».
   Потребовалось какое-то время, чтобы взгляд ее снова сфокусировался, и она увидела поросшую коричневой шерстью ногу с черной подошвой…
   Бенджамин, держась за ветку, стоял над нею.
   Он притронулся к щупальцам ее короны.
   – Подождите здесь и отдохните, мисс. Я посмотрю, что впереди, и сразу вернусь.
   Ветвь задрожала, и он исчез.
   Атаклена лежала неподвижно. Она могла только вслушиваться в негромкие звуки, доносившиеся со стороны Хаулеттс-Центра. После ухода крейсера губру прошел час, но по-прежнему слышались крики испуганных шимпов и странные низкие незнакомые ей голоса других животных.
   Газ рассеивался, но еще висел, даже здесь. Атаклена держала ноздри закрытыми, дышала ртом.
   «Жаль бедных землян, им приходится все время держать открытыми нос и уши, и весь мир может нападать на них». Но все же иронично отметила: землянам не нужно слушать сознанием.
   Корона постепенно охлаждалась, и Атаклена начала улавливать поток эмоций – человеческих, шимпанзе и еще одной разновидности, излучения «незнакомца», которые теперь уже знакомы ей. Проходили минуты, Атаклена чувствовала себя лучше – достаточно хорошо, чтобы проползти по ветви и добраться до ствола. Она со вздохом прижалась к грубой коре, теперь ее затопил поток шумов и эмоций.
   «Может, я и не умираю. Во всяком случае не сейчас».
   Но тут она поняла, что что-то происходит рядом с ней. Она почувствовала, что на нее смотрят – и с очень близкого расстояния! Она повернулась и резко выдохнула. С ветви дерева на нее смотрело несколько пар глаз: три пары карих и ярко-голубые.
   Если не считать, возможно, разумных полурастений кантенов, тимбрими лучше всех галактов знают людей. Тем не менее Атаклена удивленно замигала.
   Она не поняла, что видит.
   Около самого ствола сидела взрослая самка-неошимпанзе – шимми, одетая только в шорты. На руках у нее детеныш. Карие глаза матери широко распахнулись в страхе.
   Рядом с ними маленький гладкокожий человеческий ребенок в хлопчатобумажном комбинезоне. Светловолосая девочка застенчиво улыбалась Атаклене.
   Смятение Атаклены вызвало четвертое существо на этом дереве.
   Она вспомнила звуковую скульптуру неодельфина, которую отец привез на Тимбрим из своих путешествий. Это произошло сразу после того эпизода на церемонии Принятия и Выбора титлалов, когда Атаклена вела себя так странно в погасшей вулканической кальдере. Возможно, Утакалтинг хотел с помощью этой звуковой скульптуры рассеять ее дурное настроение, доказать, что земные китообразные на самом деле очаровательные существа и их не нужно бояться. Он велел ей закрыть глаза и позволить песне перекатиться через нее.
   Каким бы ни были его мотивы, результат получился противоположный.
   Слушая дикие неприрученные звуки, Атаклена неожиданно почувствовала себя погруженной в океан, в котором собирается гневная буря. И когда открыла глаза и увидела, что по-прежнему сидит в домашней гостиной, это не помогло. Впервые в жизни слух победил зрение.
   Атаклена больше никогда не слушала этот куб, вообще ничего такого странного не испытывала… пока не встретила необычный метафорический ландшафт в сознании Роберта Онигла.
   И вот она снова испытывает подобное. На первый взгляд четвертое существо на ветке напоминает очень большого шимпанзе, но корона утверждает нечто совершенно противоположное.
   Не может быть!
   Мирно и спокойно смотрели на нее карие глаза. Существо, очевидно, тяжелее всех остальных вместе взятых; оно осторожно, бережно держит на руках человеческого ребенка. Когда девочка шевелилась, огромное существо только слегка фыркало и вздыхало, не отрывая взгляда от Атаклены. В отличие от нормальных шимпанзе, у него совершенно черное лицо.
   Не обращая внимания на боль, Атаклена осторожно, чтобы не вспугнуть их, продвинулась по ветке вперед.
   – Здравствуйте, – отчетливо произнесла она на англике.
   Девочка снова улыбнулась и застенчиво зарылась головой в густую шерсть на груди своего защитника. Мать-неошимпанзе в явном страхе отшатнулась.
   Массивное существо с плоским широким лицом только дважды кивнуло и снова фыркнуло.
   Оно насквозь пропитано Потенциалом!
   Атаклене только раз приходилось встречаться с существом, находящимся на грани между животными и признанными разумными клиентами. Это очень редкое состояние в пяти галактиках: любой вновь открытый предразумный вид сразу регистрируется и отдается по лицензии в служение какой-нибудь старшей расе патронов. Атаклена поняла, что это существо далеко продвинулось по пути к разуму.
   Но ведь пропасть между животным и разумным существом невозможно преодолеть самостоятельно! Правда, некоторые земляне по-прежнему придерживаются невежественных теорий, распространенных у них до Контакта: будто бы разум может возникнуть самостоятельно, путем «эволюции». Однако галактическая наука утверждает, что этот порог можно преодолеть только с помощью другой расы, которая уже пересекла его.
   Так было от самых легендарных дней первой расы – Прародителей, миллиарды лет назад.
   Однако патронов людей так и не сумели найти. Поэтому их и называют к'чу-нон – волчата. Может, все-таки в их старой идее есть зерно истины? И если так, может, это существо тоже?..
   «Нет! Почему я сразу этого не заметила?»
   Неожиданно Атаклена поняла, что это существо не естественного происхождения. Это не сказочный гартлинг, которого просил поискать ее отец. Слишком велико семейное сходство.
   На ветке над облаком газа губру сидят близкие родственники, братья. Человек, неошимпанзе и… кто?
   Она попыталась припомнить, что рассказывал отец, о лицензии людей на их собственную планету Землю. После Контакта Институты дали землянам право поселения де-факто. Но она уверена, что сохраняются права возделывания и другие ограничения.
   И несколько земных видов перечислялось специально. Огромное животное излучает Потенциал, как… Атаклене пришла в голову метафора – маяк, горящий на соседнем дереве. Порывшись в памяти, она наконец вспомнила название.
   – Красавчик, – сказала она негромко. – Ты ведь горилла, верно?


   Большое животное мотнуло головой и фыркнуло. Мать-шимпанзе негромко заскулила и посмотрела на Атаклену с неподдельным ужасом.
   Но маленькая девочка захлопала в ладоши, предвкушая игру.
   – Рилла! Джонни рилла! Я тоже! – И она маленькими кулачками заколотила по груди. Откинула голову и испустила высокий воющий крик.
   Горилла. Атаклена удивленно смотрела на гигантское неподвижное существо, пытаясь припомнить, что ей о нем известно.
   Темные ноздри расширились, горилла принюхалась и свободной рукой быстро сделала девочке знак на языке жестов. – Джонни спрашивает, ты ли теперь будешь старшей, – сказала девочка.
   – Я надеюсь на это. Но ты выглядела очень усталой, когда перестала гнаться за Бенджамином. Он сделал что-то плохое?
   Атаклена придвинулась чуть ближе.
   – Нет, – сказала она, – Бенджамин не сделал ничего плохого. Во всяком случае с тех пор, как я его встретила… Хотя начинаю подозревать…
   Она замолчала. Ни девочка, ни горилла не поймут, что она заподозрила.
   Но взрослая шимпанзе знает, и в глазах ее страх.
   – Я Эприл, – сказала девочка. – А это Нита. Ее ребенка зовут Ча-Ча.
   Шимми дают своим детям при рождении легкие имена, потому что дети еще не умеют хорошо говорить.
   Сверкающими глазами она посмотрела на Атаклену.
   – Ты правда там… бим… тиммбимми?
   Атаклена кивнула.
   – Да, я тимбрими.
   Эприл захлопала в ладоши.
   – Ух! Здорово! Видела большой космический корабль? Он прилетел с громким гулом, и папа велел мне уходить с Джонни, а потом пошел газ, и Джонни закрыл мне рот рукой и я не могла дышать!
   Эприл состроила гримасу, изображая удушение.
   – Но когда мы поднялись на деревья, он меня отпустил. Мы встретили Ниту и Ча-Ча. – Она оглянулась на шимпов. – Наверно, Нита еще очень испугана и не может говорить.
   – А ты тоже испугалась? – спросила Атаклена.
   Эприл серьезно кивнула.
   – Да. Но мне нельзя бояться. Я ведь единственный здесь человек, я старшая и должна обо всем думать. Может, теперь ты станешь старшей? Ты настоящая тиммбимми.
   К девочке вернулась застенчивость. Она спряталась на груди у Джонни, так что виден был только один глаз, и улыбнулась Атаклене.
   Атаклена удивленно смотрела на нее. До сих пор она не понимала по-настоящему людей – на что они способны. Несмотря на то, что ее народ союзник землян, она усвоила некоторые галактические предубеждения: в волчатах есть что-то дикое, неприрученное. Многие галакты вообще сомневаются, могут ли люди быть патронами. Несомненно, губру выразили это в своем военном манифесте.
   Но этот ребенок полностью опровергает такое мнение. По закону и обычаю маленькая Эприл действительно старшая над клиентами, какой бы молодой ни была она сама. И совершенно очевидно, что она осознает свою ответственность.
   И все же Атаклена понимает, почему и Роберт, и Бенджамин не хотели приводить ее сюда. Она подавила свой праведный гнев. После того, как она подтвердит свое подозрение, она сумеет передать сообщение отцу.
   Гир-реакция постепенно сменилась тупой болью в мышцах и нервных окончаниях, и Атаклена снова почувствовала себя тимбрими.
   – Другие люди успели забраться на деревья? – спросила она.
   Джонни сделал несколько быстрых знаков руками. Эприл перевела, явно не понимая всех этих слов. – Он говорит, что несколько попытались. Но они оказались недостаточно быстрыми… Большинство просто бегало, совершая «человеческие поступки».
   Так риллы называют все действия людей, которые не понимают, – негромко пояснила она.
   Наконец заговорила мать-шимпанзе Нита.
   – Г…газ… – она глотнула. – Газ сделал людей слабыми. – Голос ее звучал еле слышно. – Кое-кто из нас, шимпов, тоже воспринял это… Но, мне кажется, риллы ничего не чувствовали.
   Вот как. Возможно, первоначальная догадка Атаклены верна. Она считала, что газ не вызывает немедленную смерть. Институт Цивилизованных Войн не одобряет массового убийства гражданского населения. Замысел губру должен быть гораздо изощреннее.
   Справа послышался треск. На ветку третьего от Атаклены дерева прыгнул шимп Бенджамин. Он обратился к Атаклене.
   – Сейчас все в порядке, мисс. Я нашел доктора Таку и доктора Шульца.
   Они хотят поговорить с вами.
   Атаклена подозвала его.
   – Сначала иди сюда, Бенджамин.
   С типичным выражением понго Бенджамин испустил долгий вздох.
   Перепрыгивая с ветки на ветку, он приблизился и увидел трех обезьян и девочку. Челюсть его отвисла, и он чуть не сорвался вниз. На лице его ясно отразилась растерянность. Он повернулся к Атаклене, облизал губы и прочистил горло.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52

Поделиться ссылкой на выделенное