Рэй Брэдбери.

Марсианские хроники

(страница 3 из 17)

скачать книгу бесплатно

Капитан нерешительно взял ключ. Он стоял, понурившись. Его товарищи не двигались с места. Казалось, из них выкачали всю их кровь, всю ракетную лихорадку. Они совершенно выдохлись.

– Ну, что еще? В чем дело? – спросил мистер Иии. – Чего вы ждете? Чего хотите? – Он подошел вплотную к капитану и, наклонив голову, снизу заглянул ему в лицо. – Выкладывайте!

– Боюсь, вы даже не в состоянии… – начал капитан. – То есть я хочу сказать… попытаться подумать о том… – Он замялся. – Мы немало потрудились, такой путь проделали, может быть, стоит, ну, что ли, пожать нам руки и сказать… ну, хотя бы: «Молодцы!» – Он смолк.

Мистер Иии небрежно сунул ему руку.

– Поздравляю! – Его губы растянулись в холодной улыбке. – Поздравляю. – Он отвернулся. – А теперь мне пора. Не забудьте про ключ.

И, не обращая на них больше никакого внимания, словно они растаяли, мистер Иии заходил по комнате, набивая какими-то бумагами маленький портфель. Это длилось не меньше пяти минут, и все это время он ни разу больше не обратился к четверке угрюмых людей, которые стояли на подкашивающихся от усталости ногах, понурив головы, с потухшими глазами.

Выходя, мистер Иии сосредоточенно разглядывал свои ногти…

В тусклом предвечернем свете они побрели по коридору. Они оказались перед большой, блестящей серебристой дверью и отперли ее серебряным ключом. Вошли, захлопнули дверь и осмотрелись кругом.

Они были в просторном, залитом солнцем зале. Мужчины и женщины сидели за столами, стояли кучками, разговаривали. Щелчок замка заставил их обернуться, и все воззрились на четверых людей, одетых в форму.

Один марсианин подошел к ним и поклонился.

– Я мистер Ууу, – представился он.

– А я – капитан Джонатан Уильямс из Нью-Йорка, с Земли, – ответил капитан без всякого энтузиазма.

Мгновенно зал точно взорвался!

Потолок задрожал от криков и возгласов. Марсиане, размахивая руками, восторженно крича, опрокидывая столы, толкая друг друга, со всех концов зала кинулись к землянам, стиснули их в объятиях, подняли всю четверку на руки. Шесть раз они пронесли их на плечах вокруг всего зала, шесть раз бегом совершили ликующий круг почета, прыгая, приплясывая, громко распевая.

Земляне до того опешили, что целую минуту молча ехали верхом на качающихся плечах, прежде чем начали смеяться и кричать друг другу:

– Вот это да! Совсем другое дело!

– Здорово! Сразу бы так! Э-гей! Ух ты! Э-э-э-эх!

Они торжествующе подмигивали друг другу, они вскинули руки, хлопая в ладоши.

– Э-гей!!!

– Ура! – вопила толпа.

Марсиане поставили землян на стол. Крики смолкли.

Капитан чуть не разрыдался.

– Спасибо вам, большое спасибо. Это замечательно…

– Расскажите о себе, – предложил мистер Ууу.

Капитан откашлялся.

Слушатели восторженно охали и ахали. Капитан представил своих товарищей, каждый из них произнес коротенькую речь, смущенно принимая громовые овации.

Мистер Ууу похлопал капитана по плечу.

– Приятно встретить здесь земляка! Я ведь тоже с Земли.

– То есть как это?

– А вот так.

Нас тут много с Земли.

– Вы? С Земли? – Капитан вытаращил глаза. – Не может этого быть! Вы что, тоже прилетели на ракете? В каком же веке начались космические полеты? – В его голосе было разочарование. – Да вы откуда, из какой страны?

– Туиэреол. Я перенесся сюда силой духа много лет назад.

– Туиэреол… – медленно выговорил капитан. – Не знаю такой страны. И что это за сила духа…

– Вот мисс Ррр, она тоже с Земли. Верно, мисс Ррр?

Мисс Ррр кивнула и как-то странно усмехнулась.

– И мистер Ююю, и мистер Щщщ, и мистер Ввв!

– А я с Юпитера, – представился один мужчина, приосанившись.

– А я с Сатурна, – ввернул другой, хитро поблескивая глазами.

– Юпитер, Сатурн… – бормотал капитан, моргая.

Стало очень тихо. Марсиане толпились вокруг космонавтов, сидели за столами, но столы были пустые, банкетом тут и не пахло. Желтые глаза горели, ниже скул залегли глубокие тени. Только тут капитан заметил, что в зале нет окон, свет словно проникал через стены. И только одна дверь. Капитан нахмурился.

– Чепуха какая-то. Где находится Туиэреол? Далеко от Америки?

– Что такое – Америка?

– Вы не слышали про Америку?! Говорите, что сами с Земли, а не знаете Америки!

Мистер Ууу сердито вздернул голову.

– Земля – сплошные моря, одни моря, больше ничего. Там нет суши. Я сам оттуда, уж я-то знаю.

– Постойте, – капитан отступил на шаг, – да вы же самый настоящий марсианин! Желтые глаза. Смуглая кожа…

– Земля сплошь покрыта джунглями, – гордо произнесла мисс Ррр. – Я из Орри, страны серебряной культуры!

Капитан переводил взгляд с одного лица на другое, с мистера Ууу на мистера Ююю, с мистера Ююю на мистера Ззз, с мистера Ззз на мистера Ннн, мистера Ххх, мистера Ббб. Он видел, как расширяются и сужаются зрачки их желтых глаз, как их взгляд становится то пристальным, то туманным. Его охватила дрожь. Наконец он повернулся к своим подчиненным и мрачно сказал:

– Вы поняли, что это такое?

– Что, капитан?

– Это вовсе не торжественная встреча, – устало произнес он. – И не импровизированный прием. И не банкет. И мы здесь не почетные гости. А они не представители марсианских властей. Посмотрите на их глаза. Прислушайтесь к их речам!

Космонавты затаили дыхание. Поблескивая белками, они медленно обозревали странный зал.

– Теперь я понимаю. – Голос капитана доносился словно издалека. – Понимаю, почему все давали нам новые адреса и отсылали к кому-нибудь другому, пока мы не встретили мистера Иии… Ну а уж он дал точный адрес и даже ключ, чтобы мы отперли дверь и захлопнули ее. Вот мы и попали…

– Куда мы попали, командир?

Плечи капитана поникли.

– В сумасшедший дом.

Наступила ночь. Тишина царила в просторном зале, озаренном тусклым сиянием светильников, скрытых в прозрачных стенах. Четверо землян сидели вокруг деревянного стола и перешептывались, сдвинув уныло поникшие головы. На полу вперемежку спали мужчины и женщины. В темных углах что-то копошилось, одинокие фигуры странно взмахивали руками. Каждые полчаса кто-нибудь из космонавтов подходил к серебристой двери и возвращался к столу.

– Бесполезно, капитан. Мы заперты надежно.

– Капитан, неужели нас приняли за сумасшедших?

– Конечно. Вот почему наше появление не вызвало бурных восторгов. Мы для них просто-напросто психически больные, каких здесь много. – Он показал на фигуры спящих. – Это же параноики, все до одного! Но как они нас встретили! Мне даже на минуту показалось, – в его глазах вспыхнул огонек и тут же потух, – что наконец-то мы дождались торжественной встречи. Эти возгласы, пение, речи… Ведь здорово было, а?..

– Сколько нас продержат здесь, командир?

– Пока мы не докажем, что мы не психи.

– Ну, это просто.

– Надеюсь, что так…

– Вы, кажется, не очень в этом уверены, капитан?

– М-да… Поглядите вон в тот угол.

Во мраке сидел на корточках мужчина. Из его рта вырвалось голубое пламя, которое приняло форму маленькой нагой женщины. Она плавно парила в воздухе, в дымке кобальтового света, что-то шепча и вздыхая.

Капитан мотнул головой в другую сторону. Там стояла женщина, с которой происходили удивительные превращения. Сперва она оказалась заключенной внутри хрустальной колонны, потом стала золотой статуей, потом – кедровым посохом и наконец обрела свой первоначальный вид.

Повсюду в полуночном зале мужчины и женщины манипулировали тонкими языками фиолетового пламени, непрерывно превращаясь и изменяясь, ибо ночь – пора тоски и метаморфоз.

– Колдовство, черная магия, – прошептал один из землян.

– Нет, галлюцинации. Они передают нам свой бред, так что мы видим их галлюцинации. Телепатия. Самовнушение и телепатия.

– Это вас и тревожит, капитан?

– Да. Если галлюцинации кажутся нам – и не только нам всем – такими реальными, если галлюцинации так убедительны и правдоподобны, неудивительно, что нас приняли за психопатов. Тот мужчина может делать маленьких женщин из голубого пламени, а вон эта женщина способна превращаться в статую; вполне естественно для нормального марсианина решить, что ракетный корабль – плод нашей больной фантазии.

Из темноты донесся вздох отчаяния.

Кругом, то вспыхивая, то исчезая, плясали голубые огоньки. Изо рта спящих мужчин вылетали чертики из красного песка. Женщины превращались в лоснящихся змей. Пахло зверьем и рептилиями.

Когда настало утро, все казались нормальными, веселыми и здоровыми. Никаких бесов, никакого пламени. Капитан со своей командой стоял у серебристой двери в надежде, что она откроется.

Мистер Ыыы появился часа через четыре. Они подозревали, что он не меньше трех часов простоял за дверью, изучая их, прежде чем войти, подозвать их к себе и провести в свой маленький кабинет.

Это был добродушный улыбающийся мужчина, если верить его маске, на которой была изображена не одна, а три разные улыбки. Впрочем, голос, звучавший из-под маски, явно принадлежал не столь уж улыбчивому психиатру.

– Ну, что вас беспокоит?

– Вы считаете нас сумасшедшими, но это не так, – сказал капитан.

– Напротив, я вовсе не считаю всех вас сумасшедшими. – Психиатр направил на капитана маленькую указку. – Только вас, уважаемый. Все остальные – вторичные галлюцинации.

Капитан хлопнул себя по колену.

– Так вот в чем дело! Вот почему мистер Иии расхохотался, когда я спросил, надо ли моим товарищам тоже подписать бланки!

– Да, мистер Иии рассказал мне об этом. – Психиатр хохотнул сквозь извилистую прорезь рта в маске. – Отличная шутка. Так о чем я говорил? Да, вторичные галлюцинации. Ко мне приходят женщины, у которых из ушей лезут змеи. После моего лечения змеи исчезают.

– Мы с радостью подвергнемся лечению. Приступайте.

Мистер Ыыы был озадачен.

– Поразительно. Мало кто соглашается на лечение. Дело в том, что оно весьма радикально.

– Ничего, валяйте, лечите! Вы сами убедитесь, что мы все здоровы.

– Разрешите сперва посмотреть ваши бумаги, все ли оформлено для лечения. – Он полистал папку. – Так… Видите ли, случаи, подобные вашему, требуют особых методов. У тех, кого вы видели в Доме, более легкая форма… Но когда дело заходит так далеко, как у вас, – с первичными, вторичными, слуховыми, обонятельными и вкусовыми галлюцинациями в сочетании с мнимыми осязательными и оптическими восприятиями, – то, будем говорить начистоту, дело обстоит плохо. Мы вынуждены прибегнуть к эвтаназии.

Капитан с ревом вскочил на ноги:

– Ну вот что, хватит нам голову морочить! Начинайте – обследуйте нас, стучите молотком по колену, выслушайте сердце, заставьте приседать, задавайте вопросы!

– Говорите на здоровье.

Капитан говорил с жаром целый час. Психиатр слушал.

– Невероятно, – задумчиво пробормотал он. – В жизни не слыхал такого детализированного фантастического бреда.

– Черт возьми, мы покажем вам наш космический корабль! – взревел капитан.

– С удовольствием посмотрю. Вы можете показать его здесь, в этой комнате?

– Конечно. Он – в вашей картотеке, на букву «К».

Мистер Ыыы внимательно посмотрел картотеку, разочарованно щелкнул языком и неторопливо закрыл ящик.

– Зачем вам понадобилось сбивать меня с толку? Тут нет никакого космического корабля.

– Разумеется, нет, кретин! Я пошутил. А теперь скажите: сумасшедшие острят?

– Иногда встречаются довольно необычные проявления юмора. Ладно, ведите меня к своей ракете. Я хочу посмотреть на нее.


Был жаркий полдень, когда они пришли к ракете.

– Та-ак. – Психиатр подошел к кораблю и постучал по корпусу. Звон был мягкий, густой. – Можно войти внутрь? – спросил он с хитрецой.

– Входите.

Мистер Ыыы вошел в корабль – и застрял там.

– Всякое бывало в моей грешной жизни, но такого… – Капитан ждал, жуя сигару. – Больше всего на свете мне хочется улететь домой и сказать там, чтобы больше не связывались с этим Марсом. Более подозрительных пентюхов…

– Сдается мне, командир, здесь вообще каждый второй – ненормальный. Немудрено, что они такие недоверчивые.

– Все равно, мне это осточертело!

Полчаса психиатр копался, щупал, выстукивал, слушал, нюхал, пробовал на вкус, наконец он вышел из корабля.

– Ну, теперь-то вы убедились! – крикнул капитан, словно глухой.

Психиатр закрыл глаза и почесал нос.

– Это самый поразительный пример мнимого восприятия и гипнотического внушения, с каким я когда-либо сталкивался. Я осмотрел вашу так называемую «ракету». – Он постучал пальцем по корпусу. – Я ее слышу – слуховая иллюзия. – Он втянул носом воздух. – Я ее обоняю. Обонятельная галлюцинация, наведенная телепатической передачей чувств. – Он поцеловал обшивку ракеты. – Я ощущаю ее вкус: вкусовая иллюзия!

Он пожал руку капитана.

– Разрешите поздравить вас! Вы – психопатический гений! Это… это просто верх совершенства! Ваша способность телепатическим путем проецировать свои психопатические фантазии на сознание других субъектов при полной сохранности силы восприятий поразительна, невероятна. Остальные наши пациенты обычно концентрируются на зрительных галлюцинациях, в лучшем случае в сочетании со слуховыми. Вы же справляетесь со всем комплексом! Ваше безумие совершенно до изумления!

– Мое безумие… – Капитан побледнел.

– Да, да, великолепное безумие! Металл, резина, гравиаторы, пища, одежда, горючее, оружие, трапы, гайки, болты, ложки – я проверил множество предметов. В жизни не видел такой сложной картины. Даже тени под койками – подо всем! Такая концентрация воли! И все-все, сколько я ни проверял, можно пощупать, понюхать, послушать, попробовать на вкус! Позвольте мне вас обнять!

Наконец он оторвался от капитана.

– Я напишу об этом монографию; она будет лучшей моей работой! В следующем месяце прочту доклад в Марсианской Академии наук! Одна ваша внешность чего стоит! Вы ухитрились изменить даже цвет глаз – вместо желтого голубой, и кожа у вас не смуглая, а розовая! А этот костюм, и пять пальцев на руках вместо шести! Подумать только – полная биологическая метаморфоза под влиянием отклонений в психике! Да еще ваши три приятеля…

Он достал маленький пистолет.

– Вы, конечно, неизлечимы. Несчастный вы, удивительный человек! Только смерть принесет вам избавление. Хотите сказать что-нибудь напоследок?

– Стойте, бога ради! Не стреляйте!

– Бедняга! Я исцелю вас от страданий, которые заставили вас вообразить эту ракету и этих троих людей. Захватывающее будет зрелище: я убиваю вас, и мгновенно исчезают и ваши друзья, и ваша ракета. Ах, какую статеечку я напишу по сегодняшним наблюдениям – «Распад невротических иллюзий»!

– Я с Земли! Меня зовут Джонатан Уильямс, а эти…

– Знаю, знаю, – ласково сказал мистер Ыыы и выстрелил.

Капитан упал с пулей в сердце. Его товарищи закричали.

Мистер Ыыы вытаращил глаза.

– Вы продолжаете существовать? Это бесподобно! Галлюцинации с персистенцией во времени и пространстве! – Он направил на них пистолет. – Ничего, я вас заставлю исчезнуть.

– Нет! – крикнули космонавты.

– Слуховая иллюзия даже после смерти больного, – деловито отметил мистер Ыыы, убивая одного за другим всех троих.

Они неподвижно лежали на песке, нисколько не изменившись.

Он толкнул их ногой. Потом постучал по корпусу ракеты.

– Она не пропала! Они не исчезли!

Он снова и снова стрелял в безжизненные тела. Потом отступил назад. Маска с застывшей улыбкой упала ему под ноги.

Выражение лица психиатра медленно изменялось. Нижняя челюсть отвисла. Пистолет выпал из ослабевшей руки. Взгляд его стал пустым, отсутствующим. Он вскинул руки вверх и повернулся кругом точно слепой. Он щупал мертвые тела, то и дело сглатывая слюну.

– Галлюцинации, – лихорадочно бормотал он. – Вкус. Зрительные образы. Запах. Звук. Ощущение.

Он махал руками, выпучив глаза. На губах выступила пена.

– Сгиньте! – завопил мистер Ыыы, обращаясь к убитым. – Сгинь! – крикнул он ракете.

Он посмотрел на свои дрожащие руки.

– Заразился, – прошептал он в отчаянии. – Перешло ко мне. Телепатия. Гипноз. Теперь и я безумен. Все виды мнимых восприятий. – На секунду он замер, потом стал непослушными пальцами искать пистолет. – Осталось только одно средство. Единственный способ заставить их сгинуть, исчезнуть.

Раздался выстрел. Мистер Ыыы упал.

Под лучами солнца лежали четыре тела. Тут же, рядом, лежал мистер Ыыы.

Ракета стояла, покосившись, на залитом солнцем пригорке, никуда не исчезая.

Когда на закате горожане нашли ракету, они долго ломали себе голову, что это такое. Никто не отгадал. Ракету продали старьевщику, который увез ее и разобрал на утиль.

Всю ночь напролет шел дождь. На следующий день было ясно и тепло.

Март 2000. Налогоплательщик

Он хотел улететь с ракетой на Марс. Рано утром он пришел к космодрому и стал кричать через проволочное ограждение людям в мундирах, что хочет на Марс. Он исправно платит налоги, его фамилия Причард, и он имеет полное право лететь на Марс. Разве он родился не здесь, не в Огайо? Разве он плохой гражданин? Так в чем же дело, почему ему нельзя лететь на Марс? Потрясая кулаками, он крикнул им, что не хочет оставаться на Земле: любой здравомыслящий человек мечтает унести ноги с Земли. Не позже чем через два года на Земле разразится атомная мировая война, и он вовсе не намерен дожидаться, когда это произойдет. Он и тысячи других, у кого есть голова на плечах, хотят на Марс. Спросите их сами! Подальше от войн и цензуры, от бюрократии и воинской повинности, от правительства, которое не дает шагу шагнуть без разрешения, подмяло под себя и науку и искусство! Можете оставаться на Земле, если хотите! Он готов отдать свою правую руку, сердце, голову, только бы улететь на Марс! Что надо сделать, где расписаться, с кем знакомство завести, чтобы попасть на ракету?

Они только смеялись в ответ из-за проволочного забора. И вовсе ему не хочется на Марс, говорили они. Разве он не знает, что Первая и Вторая экспедиции пропали, канули в небытие, что их участники, вернее всего, погибли?

Но это еще надо доказать, никто не знает этого точно, кричал он, вцепившись в проволоку. А может быть, там молочные реки и кисельные берега, может быть, капитан Йорк и капитан Уильямс просто не желают возвращаться. Ну так как – откроют ему ворота, пустят в ракету Третьей экспедиции или ему придется вламываться силой?

Они посоветовали ему заткнуться.

Он увидел, как космонавты идут к ракете.

– Подождите меня! – закричал он. – Не оставляйте меня в этом ужасном мире, я хочу улететь отсюда, скоро начнется атомная война! Не оставляйте меня на Земле!

Они силой оттащили его от ограды. Они захлопнули дверцу полицейской машины и увезли его в этот утренний час, а он прильнул к заднему окошку и за мгновение перед тем, как в облаке сиренного воя машина перемахнула через бугор, увидел багровое пламя, и услышал могучий гул, и ощутил мощное сотрясение – это серебристая ракета взмыла ввысь, оставив его на ничем не примечательной планете Земля в это ничем не примечательное утро заурядного понедельника.

Апрель 2000. Третья экспедиция

Корабль пришел из космоса. Позади остались звезды, умопомрачительные скорости, сверкающее движение и немые космические бездны. Корабль был новый; в нем жило пламя, в его металлических ячейках сидели люди; в строгом беззвучии летел он, дыша теплом, извергая огонь. Семнадцать человек было в его отсеках, включая командира. Толпа на космодроме в Огайо кричала, махала руками, подняв их к солнцу, и ракета расцвела гигантскими лепестками многокрасочного пламени и устремилась в космос – началась Третья экспедиция на Марс!

Теперь корабль с железной точностью тормозил в верхних слоях марсианской атмосферы. Он был по-прежнему воплощением красоты и мощи. Сквозь черные пучины космоса он скользил, подобно призрачному морскому чудовищу; он промчался мимо старушки Луны и ринулся в пустоты, пронзая их одну за другой. Людей в его чреве бросало, швыряло, колотило, все они по очереди переболели. Один из них умер, зато теперь оставшиеся шестнадцать, прильнув к толстым стеклам иллюминаторов, расширенными глазами глядели, как внизу под ними стремительно вращается и вырастает Марс.

– Марс! – воскликнул штурман Люстиг.

– Старина Марс! – сказал Сэмюэль Хинкстон, археолог.

– Добро, – произнес капитан Джон Блэк.

Ракета села на зеленой полянке. Чуть поодаль на той же полянке стоял олень, отлитый из чугуна. Еще дальше дремал на солнце высокий коричневый дом в викторианском стиле, с множеством всевозможных завитушек, с голубыми, розовыми, желтыми, зелеными стеклами в окнах. На террасе росла косматая герань и висели на крючках, покачиваясь взад-вперед, взад-вперед от легкого ветерка, старые качели. Башенка с ромбическими хрустальными стеклами и конической крышей венчала дом. Через широкое окно в первом этаже можно было разглядеть пюпитр с нотами под заглавием: «Прекрасный Огайо».

Вокруг ракеты на все стороны раскинулся городок, зеленый и недвижный в сиянии марсианской весны. Стояли дома, белые и из красного кирпича, стояли, клонясь от ветра, высокие клены, и могучие вязы, и каштаны. Стояли колокольни с безмолвными золотистыми колоколами.

Все это космонавты увидели в иллюминаторы. Потом они посмотрели друг на друга. И снова выглянули в иллюминаторы. И каждый ухватился за локоть соседа с таким видом, точно им вдруг стало трудно дышать. Лица их побледнели.

– Черт меня побери! – прошептал Люстиг, потирая лицо онемевшими пальцами. – Чтоб мне провалиться!

– Этого просто не может быть, – сказал Сэмюэль Хинкстон.

– Господи! – произнес командир Джон Блэк.

Химик доложил из своей рубки:

– Капитан, атмосфера разреженная. Но кислорода достаточно. Опасности никакой.

– Значит, выходим? – спросил Люстиг.

– Отставить, – сказал капитан Джон Блэк. – Надо еще разобраться, что это такое.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Поделиться ссылкой на выделенное