Борис Долинго.

Игры третьего рода

(страница 3 из 48)

скачать книгу бесплатно

   Странный феномен, прозванный «Барьером», возникший, как уверяли выжившие очевидцы, практически в момент первого удара, отсёк северо-запад и северо-восток областного центра от места службы Гончарова, а потому майор, да и любой другой, мог лишь гадать, что происходит там, с другой стороны упавшего на землю неба.
   С этой же стороны примерно на полкилометра от самого Барьера не выдержал почти ни один дом, и в черте города там простиралась полоса завалов, почти как на картинках из пособий по гражданской обороне, демонстрировавших последствия ударной волны после ядерного взрыва. К счастью, никаких иных поражающих факторов, например радиоактивного заражения местности, в данном случае не наблюдалось.
   Вообще свойства Барьера оставались совершенно необъяснимыми даже в отношении простых, казалось, вещей. Часто Гончаров слышал высказывания, насколько, мол, им повезло, что Белоярская АЭС, располагавшаяся не слишком далеко от города, не попала в этот квадрат. Ведь наверняка при таком толчке на станции могла начаться утечка радиоактивности, если не более серьёзная авария. А на практике даже на станции Мезенское, откуда до АЭС оставалось всего километров десять по прямой, никакого повышения радиационного фона не отмечалось. То ли аварии на станции, к счастью, всё-таки не случилось, то ли Барьер не пропускал радиацию так же, как он не пропускал свет, радиоволны или дым, хотя ветер дул через него, похоже, свободно, и облака, когда они проплывали сверху, выливали на землю дождь, как обычно, без помех.
   – Ну а ты где обитаешь, Фёдор? – поинтересовался Гончаров. – Куда прибился? Как-то пропал с глаз долой вскоре после Катастрофы.
   – Да вот такие пироги, товарищ майор: я же тут вроде как фермером заделался! Семью в деревню почти сразу же вывез, а потом и сам туда окончательно подался.
   Фёдор поведал Гончарову, что устроился в Кадниково, где у его матери имелся добротный дом со всеми нужными надворными постройками. Исмагилов развернул приличное хозяйство, заимел несколько коров и лошадей, дальновидно предвидя в самом скором будущем полное исчезновение горючего.
   В общем, дела у него шли неплохо, хотя многое приходилось делать уже почти по старинке – без моторов и электричества. Впрочем, расторопный Фёдор нашёл где-то даже брошенный бензовоз с почти полной цистерной солярки, так что ему одному хватило бы её надолго. Иногда, правда, появлялись мародёры, но, к счастью, небольшими отрядами, до недавнего времени совершенно неорганизованными, и совместно с соседями удавалось отстреливаться – оружием новоиспечённый фермер тоже запасся.
   Вчера Фёдор, который уже давно махнул рукой на власть и дальше своих крестьянских забот не высовывался, привёз кое-что на продажу на городской рынок. Загреб его так называемый «отряд охраны порядка» за отказ добровольно сдать продукты в пользу князя Лобстера. За препирательства Исмагилов на месте получил три месяца принудительных работ – возможно, повезло, что не просто пулю в лоб.
   – Чего он сейчас добиться-то хочет? – сказал Федя, имея в виду Главаря банды.
   – Как чего? – ухмыльнулся сам себе в темноте Гончаров. – Неограниченной власти, как и большинство подонков.
   – Я слышал, что он говорил, будто прежнее правительство не хотело вывести народ в большой мир, а он, мол, это сделает.
   – Ага, как же, козёл он хренов! – со злой иронией заметил Гончаров.
   В передней стенке фургона открылось окошко, и противный, надтреснутый голос посоветовал:
   – Вы, суки, базар-то фильтруйте! А то пущу в расход и потом скажу Князю, что при попытке к бегству.
   В свете, просачивавшемся из кабины водителя, Гончаров постарался ещё раз рассмотреть, кто сидел вместе с ним в кузове.
Справа маячило лицо Исмагилова, сейчас заросшее бородой, а прямо напротив притулился немолодой уже, как показалось, мужчина в какой-то полувоенной куртке. Он поднял голову, встретился глазами с Гончаровым и почти сразу же отвёл взгляд.
   – А что же я такого сказал? – наивно поинтересовался Гончаров у охранника. – Я вашему хозяину прямо говорил, что дурак он и что людям врёт: под Барьер не подкопаться. Ты хоть на секунду прикинь: это же явно инопланетяне какие-то сделали, и дурацкий подкоп никак не поможет.
   – А вот Князь и покажет этим инопланетянам, а заодно и всяким мудакам вроде вас! – Охранник хохотнул как бы для поддержания собственного духа. – В общем, я сказал: не гоните туфту и не наезжайте на Князя, понятно?
   – Да бог с ним, не будем, – пообещал Гончаров. – А ты прямо за своего атамана готов костьми лечь. Что, будешь гранату нам кидать, если не перестанем твоего «князя» ругать, как в одном фильме обещали, или иначе наказывать станешь?
   Парень несколько секунд всматривался в полумрак кузова, выставив через окошко острый нос, за который Гончарову очень хотелось его схватить, и сказал, как сплюнул:
   – Гранату кидать не буду, но вот прикладом тебе по зубам с удовольствием садану. А зубных врачей сейчас мало осталось – без фикс походишь! – И он захохотал, довольный собственной шуткой.
   – Уймись, Олежка, – донёсся голос человека, сидевшего рядом с водителем, и Гончаров узнал Черноскутова. – Балаболишь без дела.
   – Слушай, – почти примирительно спросил Гончаров, – скажи хоть, куда нас точно сейчас везут?
   – Куда ж ещё, – почти удивился остроносый Олежка, – на станцию, потом к Яме. А ты что, лох, решил, что тебя на машине прямиком туда повезут? Горючее на тебя жечь, мясо?
   – Понял, спасибо, кость, – совершенно серьёзным голосом сказал Гончаров, прозрачно намекая на испитой вид парня, который во времен оные вполне сошёл бы за завзятого наркомана.
   – Чего-чего? – настороженно-угрожающе поинтересовался Олежка.
   – Костя, говорю, – спокойно сказал Гончаров. – Мне послышалось, тебя Костей зовут?
   – Я Олег, понял, в натуре? Тебе чё, объяснить надо?! – Парень изобразил движение, словно собирался впрыгнуть внутрь фургона и разобраться с Гончаровым.
   – Уймись, тебе говорят, – повторил Черноскутов.
   Олежка ещё несколько секунд сверлил Гончарова глазками, но, в конце концов, убрался, захлопнул окошко, и снова стало совсем темно.
   – Зря вы их заводите, товарищ майор, – сказал шёпотом Фёдор.
   – Да пошёл он, тварь! – Гончаров только сильнее упёрся ногами в пол.
   Из-за плохих дорог от здания правительства до станции грузовик трясся целых полчаса, объезжая кое-где так и не расчищенные до конца завалы и перебираясь через выбоины в асфальте. Рытьё подкопа, задуманного Лобстером, развернулось у разрушенного и давно заброшенного посёлка Полеводство. Сейчас с железнодорожной станции Уктус, находившейся ещё в черте города, туда возила людей мотодрезина, переделанная под питание дровами.
   На платформе всех под дулами автоматов перегрузили в вагончик-скотовоз, в котором после наглухо закрытого кузова казалось намного светлее. Майор оценил состояние людей, оказавшихся вместе с ним «на этапе» – все, кроме Фёдора и одного мужчины, того, что сидел в фургоне напротив Гончарова, выглядели понурыми и явно сломленными ситуацией.
   Этот давешний мужчина и тут устроился рядом – при нормальном свете майор смог хорошо его рассмотреть. Высокий шатен, чуть вытянутое лицо, но с правильными чертами, серые живые глаза, и внешне достаточно крепкий: такой «подельник» мог быть полезен. Сейчас Гончаров увидел, что на самом деле мужчина куда моложе: несмотря на глубокие морщины на лбу и у глаз, он вряд ли старше сорока.
   Александр дождался, пока охрана задвинет дверь вагона, после чего исследовал запоры на ней, а также лючки в крыше и маленькие оконца под потолком. Окончательно поняв, что пока выбраться не удастся, он сел на не слишком чистую солому.
   Наконец, дрезина, надсадно вздрогнув, поволокла вагон в сторону места принудительных работ.
   – А чего, вы тоже думаете, что это всё-таки инопланетяне, товарищ майор? – подал голос Исмагилов, продолжая прерванную тему.
   – Знаешь, Федя, – сказал Гончаров вместо ответа на всем уже давным-давно надоевший вопрос, на который ответа ни у кого и быть не могло, – что ты всё заладил: «товарищ майор», «товарищ майор»?! Давай запросто, на «ты»!
   – Да как-то… – немного замялся Фёдор.
   – Все «как-то» остались в прошлой жизни, – вздохнул Гончаров. – Будь проще.
   – Да уж. – Фёдор тряхнул патлатой головой и негромко сказал: – Ну ладно… Но всё-таки интересно, кто мог это устроить?
   – Что – это? – не понял майор, уже думая о своём.
   – Да Барьер, будь он неладен.
   Гончаров хмыкнул:
   – Одно могу сказать – не заморские наши враги и не чеченские террористы.
   – Ага, – со значением молвил Федя, словно такое подтверждение факта неземного происхождения Барьера его успокоило.
   Сероглазый шатен, севший рядом с Гончаровым, шумно вздохнул.
   – Если это работа инопланетян, то почему больше четырёх лет никто из них не объявился? – подал он голос. – Не находите, что слишком странная попытка установить контакт?
   – Это в каком смысле – установить контакт? – удивился Фёдор.
   Мужчина секунду-другую смотрел на Исмагилова, а потом пояснил без тени иронии:
   – Ну так говорят про взаимодействие с инопланетянами: «установить контакт».
   – Да уж, – с готовностью подтвердил Федя, – взаимодействие вроде как налицо.
   Гончаров невесело усмехнулся.
   – Получается, – продолжал Исмагилов, – нас заперли, как в большой клетке, и как курей держат…
   – Почему вы думаете, что как курей? – мужчина говорил вполне серьёзно, и лишь в глазах его Гончаров уловил смешинку. – Нас ведь не откармливают!
   – Вот это точно, – согласился Фёдор. – Не откармливают: столько народу вообще перемёрло!
   – Возможно, задача именно такая: чтобы умерло как можно больше людей и экономика не могла нормально существовать, – предположил мужчина.
   – Но я так понимаю, – сказал Федя, и Гончаров не мог не признать обоснованность доводов бывшего шофёра, – что те, кто смогли поставить стенки, которые ни танком не прошибёшь, ни на самолёте не перелетишь, могли бы всех нас и просто передушить, как тех же самых курей. А почему тогда они этого не сделали сразу?
   – Вполне вероятно, задача иная, – задумчиво сказал молчавший до сих пор Гончаров.
   – Но какая ж такая задача? – не унимался Фёдор.
   – Ты меня спрашиваешь? – Майор с сарказмом покосился на Исмагилова. – Хотел бы я увидеть человека, который знает, почёму всё произошло.
   – Да, – согласился мужчина, – из людей таковые вряд ли найдутся.
   – Слушайте, давайте с вами хоть познакомимся, – предложил Гончаров.
   – Простите, – спохватился собеседник, – не представился, – Домашников, Пётр Борисович. В прошлом сотрудник лаборатории физической химии Академии наук, а последние годы работал инженером на «Химмаше».
   Они пожали друг другу руки.
   – Давайте тоже на «ты», если не возражаете, – предложил мужчина. – Как в одной песенке: «Для простоты, для красоты, прошу со мною быть на „ты“…»
   – Не возражаю, – усмехнулся майор.
   – Ну тогда и со мной тоже на «ты», – с готовностью протянул ладонь Фёдор. – А ты, Пётр, как тут оказался?
   – Что касается вашего, то есть, пардон, твоего вопроса, – поправился Домашников, – так я и жил в этой части города. Всё квартиру хотел поменять поближе к центру, но не успел. Хотя, как я думаю, с той стороны всё очень похоже.
   – Значит, у вас хоть семья тут с вами?
   – Была. – Инженер нахмурился. – Жена погибла сразу. Глупо так: всего-то пласт штукатурки со стены отвалился – и в висок. А дочка в первый год от чего-то типа кишечной инфекции умерла.
   – Прости, – сказал Гончаров.
   – Да ну что ты! Разве я один такой, у кого кто-то погиб или умер?
   Они немного помолчали.
   – Значит, ты тоже считаешь, что по ту сторону Барьера ситуация аналогичная? – спросил Гончаров.
   – Да, не сомневаюсь, – кивнул инженер. – Есть, конечно, гипотезы, что мы, мол, находимся на неком, изолированном кем-то куске земной поверхности или нас выбросило в какое-то параллельное пространство…
   – Ну уж это, прости, ты что-то загнул, – пробурчал майор.
   – Да нет, теоретически-то вполне возможное событие – соприкосновение двух параллельных пространств и кусок нашего может обменяться с куском какого-то другого.
   – Как так? – сделал круглые глаза Фёдор.
   – Повторяю, теоретически может такое быть, может, – заверил Пётр. – Не читали книжку – «Робинзоны космоса»? Франсис Карсак ещё в прошлом веке описал нечто подобное. Хотя это и фантастика, но гипотеза вполне правдоподобная.
   – Нет, не читал, – покачал головой Гончаров. – Фантастику года за три до Катастрофы стал почитывать вместе с сыном, но эту книжку не читал.
   – Так это же – фантастика! – несколько разочарованно сказал Фёдор.
   – А небо, отгородившее нас от остального мира – это что? – поинтересовался Гончаров.
   – Ну… – начал Исмагилов и тут же признался, усмехаясь: – Не знаю!
   – Но всё-таки, я почти уверен, что в нашем случае произошло иное, – продолжал Домашников. – Во-первых, при переносе куска пространства разрушений случилось бы куда больше, и мы, вообще, вряд ли остались в живых, а во-вторых, и самое главное – наличие Барьера. Если бы нас перекинуло в какой-то параллельный мир, то мы оказались бы просто куском земной поверхности среди инопланетного ландшафта. А мы Барьером изолированы!
   – А это не может быть, например, каким-то свойством этого самого другого пространства, что ли? – спросил майор, тоже демонстрируя определённую способность выдвигать гипотезы. – Что мы про подобные штуки вообще знаем?!
   – Конечно, почти ничего не знаем, – слабо улыбнулся Пётр. – Но есть один момент, на мой взгляд, говорящий за целенаправленное искусственное вмешательство – сама форма Барьера. Замеры же формы делали!
   Гончаров, как человек, сам участвовавший в подготовке и сопровождении той экспедиции, знал про измерение формы Барьера. Тогда, в первый год, когда стало ясно, что связь с «внешним» миром отсутствует, люди сразу же предприняли попытку установить общую картину происшедшего.
   Горючего оставалось пока в достатке, никто не думал серьёзно, что они могли оказаться в абсолютно закрытой зоне, отрезанной от остального мира. Поэтому спешно сложившееся из остатков старой районной администрации руководство снарядило экспедицию для проверки, как далеко простирается странное образование, пропускающее сквозь себя чистый воздух, дождь и облака, но не позволявшее проходить никаким живым существам или машинам.
   Телефонная и мобильная связь везде оказалась нарушена, электроснабжение тоже – в этой части города оставались одни генерирующие подстанции нескольких заводов. Связь была возможна только с помощью радиостанций с автономным питанием. Однако таких нашлось немного, в основном у военных, милиции и спасателей МЧС. Из других городов и посёлков приходили противоречивые сообщения, однако стало понятно, что вдали от странной «небесной стены», упиравшейся в землю, катаклизм сопровождался не слишком сильными толчками. В свою очередь, последняя ударная волна, пришедшая сверху, ощущалась везде одинаково, но разрушений вызвала мало.
   Экспедиция на нескольких бронемашинах и военных вездеходах двинулась вдоль Барьера. Она столкнулась местами с бандами мародёров, с некими личностями, пытавшимися срочно установить свой местный порядок, сожгла много горючего и, в конце концов, обошла всю Зону по периметру, которая оказалась, насколько выяснили, практически идеальным квадратом.
   Зона ограничивалась Барьером и сверху – выше пятисот метров не удавалось подняться ни одному из оставшихся летательных аппаратов. Два вертолёта из аэропорта Кольцово, которые снарядили для первых полётов, натолкнулись на невидимую преграду, не фиксировавшуюся радарами, сломали лопасти и разбились. Удивительно, но, судя по посадкам нескольких самолётов в первый час после прихода ударных волн, верхняя «крышка» Зоны закрылась не одновременно с возникновением боковых Барьеров, а позже.
   – Ну и?… – спросил Гончаров. – Что следует из формы Зоны?
   – Безусловно, то, что она искусственная. Но, понятно, ничего нельзя сказать до тех пор, пока не произойдёт настоящий контакт третьего рода, если только с нами не играют, как в кошки-мышки, – развёл руками инженер.
   – Как ты сказал? – наморщил лоб майор, которому словосочетание почему-то показалось знакомым: то ли кино с похожим названием когда-то видел, то ли у Алёшки какая-то книжка фантастическая была. – Контакт третьего рода?
   – Контакт третьего рода – термин из науки о неопознанных летающих объектах. Означает контакт с представителями иного разума с вещественными подтверждениями их деятельности.
   – Судя по твоим же словам, сам Барьер – куда уж более чем вещественное подтверждение. Но понять мы всё равно ничего не можем!
   – И, главное, ничего сделать-то не можем, – очень к месту вставил Федя.
   – Это уж точно, – подтвердил Гончаров.
   Домашников молча развёл руками.
   Мотодрезина долго волочила вагон, колёса которого заунывно постукивали на стыках рельсов, и наконец дотянула его до лагеря. Перед новоиспечёнными зэками предстал начальник – толстопузый и какой-то сальный мужик по фамилии Симак. Тут же, выбрав одну женщину помоложе, он приказал её увести.
   – Ну что, быдло, – ухмыляясь, начал начальник, – поздравляю с прибытием. Тут вам не халява, придётся поработать. Запомните: лентяев не потерплю – прикажу шлёпнуть, и дело с концом!
   Он говорил долго и нудно, стараясь подавить заключённых угрозами и страхом полной зависимости от его воли. Люди, переминаясь с ноги на ногу, покорно слушали разглагольствования бандита.
   Потом всех также долго и нудно переписывали в грязноватую амбарную книгу. Уже почти смеркалось, когда пленников втолкнули в чудом сохранившийся бетонный пакгауз на окраине разрушенного посёлка. Недалеко от этого места имелась большая пустошь, обзора ничто не закрывало, и отсюда хорошо просматривался сам Барьер.
   С первого взгляда, особенно в сумерках, могло показаться, что здесь ничего странного нет. Но при свете дня сразу же выделялась основная нелепость пейзажа: визуально Барьер представлял собой продолжение неба, расстилавшегося над головой, которое вдруг резко загибалось вниз, соединяясь с землёй. Впечатление неимоверно усиливалось, когда по небу плыли облака.
   Феномен впечатлял, делая горизонт неожиданно близким. Но дойти до такого горизонта не представлялось возможным: примерно метров за тридцать до края видимого участка земли движение останавливала невидимая преграда. Руками она ощущалась как сгустившийся в упругую резину воздух: пешком не пройти, а машины лишь надсадно выли моторами и рвали колёсами землю. Не пролетали через эту преграду даже снаряды артиллерийских орудий – просто взрывались или сгорали.
   Впрочем, сейчас Гончарову приходилось рассматривать не столько мало различимый в слабом свете Барьер, сколько место своего заточения. В пакгаузе на высоте почти в два человеческих роста в стене находились окошки, забранные решётками. Стёкла, естественно, давным-давно отсутствовали, но это, в совокупности с горевшим внутри примитивным масляным светильником, позволяло в слабом свете с улицы лучше видеть людей, свезённых новой властью на рытьё подкопа, или попросту Ямы.
   Кроме новоприбывших вместе с майором в пакгаузе содержалось ещё человек сорок, которых уже загнали сюда на ночь – Лобстер резво начал выполнение бредового проекта подкопа под Барьер. Люди были грязны и изнурены, многие с кровавыми мозолями на руках и ногах. Все жались к окнам, поскольку в дальнем углу имелось отхожее место, представлявшее собой простое углубление в земле, прикрытое досками, куда ходили по большой и малой нужде все – и немногочисленные женщины тоже. С учётом жары, запах стоял соответствующий, так что отсутствие стёкол в данной ситуации немного помогало терпеть вонь.
   Рассчитывать на измученных людей для осуществления своего плана Гончаров счёл вряд ли разумным – оставалось полагаться на мужиков, которые прибыли с ним. Но в любом случае следовало как можно скорее постараться реализовать побег: несколько дней таких работ в сочетании с плохой кормёжкой – и не только его спутники, но и он сам, несмотря на отличные физические данные, будут мало на что пригодны.
   – Как бы то ни было, – пробормотал Гончаров, ни к кому особо не обращаясь, – надо устраиваться и здесь.
   Не дожидаясь ответа, майор выбрал участок пола почище и улёгся, подложив под голову свёрнутую куртку. Его товарищи по несчастью также молча последовали примеру наметившегося лидера группы.
   Довольно долго никто не мог уснуть, слушая периодически доносившийся снаружи хохот расслаблявшихся после «трудового дня» охранников. Часа через два в сарай впихнули давешнюю женщину – еле передвигавшую ноги и совершенно пьяную. Она, что-то бормоча, упала у дверей и почти сразу заснула.
   – Сволочи! – сказал Исмагилов и поднялся одновременно с Гончаровым.
   Вместе с ним они переложили женщину с голой земли на солому. В неверном свете масляной коптилки майор заметил на её лице синяки.
   – Давайте-ка, братцы, всё-таки отдохнём, пока есть возможность, – почти ласково посоветовал Гончаров товарищам по несчастью.


   На следующий день их подняли в шесть и повели умываться к ряду наскоро прибитых на длинную доску умывальников: эпидемии даже бандитов научили, что следует соблюдать хотя бы минимальную гигиену. Завтрак состоял из миски разваренной пшеничной крупы без соли и кружки какой-то травяной бурды, заменявшей чай. Хлеба не полагалось.
   – Райская пища, по крайней мере горячая! – Гончаров вполне искренне постарался приободрить всех. – Могло быть куда хуже.
   После приёма так называемой пищи им выдали лопаты, кирки, носилки и под конвоем группы автоматчиков погнали к котловану, находившемуся на расстоянии метров четырёхсот от пакгауза-барака.
   Территория лагеря была совершенно не обустроена: ни колючей проволоки, ни забора – только пакгауз да несколько вагончиков для охраны вместе с наскоро сварганенной баней.
   Такое положение вещей безусловно играло на руку Гончарову. Впрочем, он и не думал, что бандиты устроят здесь классический концентрационный лагерь. Майор был уверен, что действия Лобстера по организации принудительных работ для подкопа под Барьер, скорее всего, направлены на устрашение оставшегося в городе населения.
   Но в любом случае, даже если Главарь действительно думал, что подкоп осуществим, очень скоро станет понятна тщетность затеи. Правда, Гончарову совсем не хотелось сгинуть до времени, пока понимание осенит Лобстера, а посему он не намеревался задерживаться на принудительных работах долго.
   При свете дня Александр ещё раз осмотрелся, пытаясь вспомнить, что он знает про прилегающую местность. По сторонам от развалин станционного посёлка тянулась пустошь с редкими кустарниками и деревьями. Близкий горизонт, очерчиваемый Барьером, представал во всей красе.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48

Поделиться ссылкой на выделенное