Александр Блок.

Лирика. Поэмы

(страница 3 из 23)

скачать книгу бесплатно

* * *

За городом в полях весною воздух дышит.

Иду и трепещу в предвестии огня.

Там, знаю, впереди – морскую зыбь колышет

Дыханье сумрака – и мучает меня.


Я помню: далеко шумит, шумит столица.

Там, в сумерках весны, неугомонный зной.

О, скудные сердца! Как безнадежны лица!

Не знавшие весны тоскуют над собой.


А здесь, как память лет невинных и великих,

Из сумрака зари – неведомые лики

Вещают жизни строй и вечности огни…

Забудем дольний шум. Явись ко мне без гнева,

Закатная, Таинственная Дева,

И завтра и вчера огнем соедини.

12 июля 1901

* * *

Вечереющий день, догорая,

Отступает в ночные края.

Посещает меня, возрастая,

Неотступная Тайна моя.


Неужели и страстная дума,

Бесконечно земная волна,

Затерявшись средь здешнего шума,

Не исчерпает жизни до дна?


Неужели в холодные сферы

С неразгаданной тайной земли

Отошли и печали без меры,

И любовные сны отошли?


Умирают мои угнетенья,

Утоляются горести дня,

Только Ты одинокою тенью

Посети на закате меня.

11 июля 1901

* * *

Не жди последнего ответа,

Его в сей жизни не найти.

Но ясно чует слух поэта

Далекий гул в своем пути.


Он приклонил с вниманьем ухо,

Он жадно внемлет, чутко ждет,

И донеслось уже до слуха:

Цветет, блаженствует, растет…


Всё ближе – чаянье сильнее,

Но, ах! – волненья не снести…

И вещий падает, немея,

Заслыша близкий гул в пути.


Кругом – семья в чаду молений,

И над кладбищем – мерный звон…

Им не постигнуть сновидений,

Которых не дождался он!..

19 июля 1901

* * *

Не пой ты мне и сладостно, и нежно:

Утратил я давно с юдолью связь.

Моря души – просторны и безбрежны,

Погибнет песнь, в безбрежность удалясь.


Одни слова без песен сердцу ясны.

Лишь правдой их над сердцем процветешь.

А песни звук – докучливый и страстный —

Таит в себе невидимую ложь.


Мой юный пыл тобою же осмеян,

Покинут мной – туманы позади.

Объемли сны, какими я овеян,

Пойми сама, что будет впереди.

25 июля 1901

* * *

Не жаль мне дней ни радостных, ни знойных,

Ни лета зрелого, ни молодой весны.

Они прошли – светло и беспокойно,

И вновь придут – они землей даны.


Мне жаль, что день великий скоро минет,

Умрет едва рожденное дитя.

О, жаль мне, друг, – грядущий пыл остынет,

В прошедший мрак и в холод уходя!


Нет, хоть в конце тревожного скитанья

Найду пути, и не вздохну о дне!

Не омрачить заветного свиданья

Тому, кто здесь вздыхает обо мне.

27 июля 1901

* * *

Признак истинного чуда

В час полночной темноты —

Мглистый мрак и камней груда,

В них горишь алмазом ты.


А сама – за мглой речною

Направляешь горный бег

Ты, лазурью золотою

Просиявшая навек.

29 июля 1901.

Фабрика

* * *

Дождешься ль вечерней порой

Опять и желанья, и лодки,

Весла и огня за рекой?

Фет

Сумерки, сумерки вешние,

Хладные волны у ног,

В сердце – надежды нездешние,

Волны бегут на песок.


Отзвуки, песня далекая,

Но различить – не могу.

Плачет душа одинокая

Там, на другом берегу.


Тайна ль моя совершается,

Ты ли зовешь вдалеке?

Лодка ныряет, качается,

Что-то бежит по реке.


В сердце – надежды нездешние,

Кто-то навстречу – бегу…

Отблески, сумерки вешние,

Клики на том берегу.

16 августа 1901

* * *

Ты горишь над высокой горою,

Недоступна в Своем терему.

Я примчуся вечерней порою,

В упоеньи мечту обниму.


Ты, заслышав меня издалёка,

Свой костер разведешь ввечеру,

Стану, верный велениям Рока,

Постигать огневую игру.


И когда среди мрака снопами

Искры станут кружиться в дыму, —

Я умчусь с огневыми кругами

И настигну Тебя в терему.

18 августа 1901

* * *

Видно, дни золотые пришли.

Все деревья стоят, как в сияньи.

Ночью холодом веет с земли;

Утром белая церковь вдали

И близка и ясна очертаньем.


Всё поют и поют вдалеке,

Кто поет – не пойму; а казалось,

Будто к вечеру там, на реке —

В камышах ли, в сухой осоке —

И знакомая песнь раздавалась.


Только я не хочу узнавать.

Да и песням знакомым не верю.

Всё равно – мне певца не понять…

От себя ли скрывать

Роковую потерю?

24 августа 1901

* * *

Кругом далекая равнина,

Да толпы обгорелых пней.

Внизу – родимая долина,

И тучи стелятся над ней.


Ничто не манит за собою,

Как будто даль сама близка.

Здесь между небом и землею

Живет угрюмая тоска.


Она и днем и ночью роет

В полях песчаные бугры.

Порою жалобно завоет

И вновь умолкнет – до поры.


И всё, что будет, всё, что было, —

Холодный и бездушный прах,

Как эти камни над могилой

Любви, затерянной в полях.

25 августа 1901. Д. Ивлево

* * *

Я всё гадаю над тобою,

Но, истомленный ворожбой,

Смотрю в глаза твои порою

И вижу пламень роковой.


Или великое свершилось,

И ты хранишь завет времен

И, озаренная, укрылась

От дуновения племен?


Но я, покорствуя заране,

Знай, сохраню святой завет.

Не оставляй меня в тумане

Твоих первоначальных лет.


Лежит заклятье между нами,

Но, в постоянстве недвижим,

Скрываю родственное пламя

Под бедным обликом своим.

27 августа 1901

* * *

Нет конца лесным тропинкам.

Только встретить до звезды

Чуть заметные следы…

Внемлет слух лесным былинкам.


Всюду ясная молва

Об утраченных и близких…

По верхушкам елок низких

Перелетные слова…


Не замечу ль по былинкам

Потаенного следа…

Вот она – зажглась звезда!

Нет конца лесным тропинкам.

2 сентября 1901. Церковный лес

* * *

Мчит меня мертвая сила,

Мчит по стальному пути.

Небо уныньем затмило,

В сердце – твой голос: «Прости».


Да, и в разлуке чиста ты

И непорочно свята.

Вон огневого заката

Ясная гаснет черта.


Нет безнадежного горя!

Сердце – под гнетом труда,

А на небесном просторе —

Ты – золотая звезда.

6 сентября 1901. Почтовый поезд

ПОСВЯЩЕНИЕ

Встали надежды пророка —

Близки лазурные дни.

Пусть лучезарность востока

Скрыта в неясной тени.


Но за туманами сладко

Чуется близкий рассвет.

Мне мировая разгадка

Этот безбрежный поэт.


Здесь – голубыми мечтами

Светлый возвысился храм.

Все голубое – за Вами

И лучезарное – к Вам.

18 сентября 1901

* * *

Пройдет зима – увидишь ты

Мои равнины и болота

И скажешь: «Сколько красоты!

Какая мертвая дремота!»


Но помни, юная, в тиши

Моих равнин хранил я думы

И тщетно ждал твоей души,

Больной, мятежный и угрюмый.


Я в этом сумраке гадал,

Взирал в лицо я смерти хладной

И бесконечно долго ждал,

В туманы всматриваясь жадно.


Но мимо проходила ты, —

Среди болот хранил я думы,

И этой мертвой красоты

В душе остался след угрюмый.

21 сентября 1901

* * *

Встану я в утро туманное,

Солнце ударит в лицо.

Ты ли, подруга желанная,

Всходишь ко мне на крыльцо?


Настежь ворота тяжелые!

Ветром пахнуло в окно!

Песни такие веселые

Не раздавались давно!


С ними и в утро туманное

Солнце и ветер в лицо!

С ними подруга желанная

Всходит ко мне на крыльцо!

3 октября 1901

* * *

Снова ближе вечерние тени,

Ясный день догорает вдали.

Снова сонмы нездешних видений

Всколыхнулись – плывут – подошли.


Что же ты на великую встречу

Не вскрываешь свои глубины?

Или чуешь иного предтечу

Несомненной и близкой весны?


Чуть во мраке светильник завижу,

Поднимусь и, не глядя, лечу.

Ты ж и в сумраке, милая, ближе

К неподвижному жизни ключу.

14 октября 1901

* * *

Хранила я среди младых созвучий

Задумчивый и нежный образ дня.

Вот дунул вихрь, поднялся прах летучий,

И солнца нет, и сумрак вкруг меня.


Но в келье – май, и я живу, незрима,

Одна, в цветах, и жду другой весны.

Идите прочь – я чую серафима,

Мне чужды здесь земные ваши сны.


Идите прочь, скитальцы, дети, боги!

Я расцвету еще в последний день,

Мои мечты – священные чертоги,

Моя любовь – немеющая тень.

17 октября 1901

* * *

Скрипнула дверь. Задрожала рука.

Вышла я в улицы сонные.

Там, в поднебесьи, идут облака

Через туман озаренные.


С ними – знакомое, слышу, вослед…

Нынче ли сердце пробудится?

Новой ли, прошлой ли жизни ответ,

Вместе ли оба почудятся?


Если бы злое несли облака,

Сердце мое не дрожало бы…

Скрипнула дверь. Задрожала рука.

Слезы. И песни. И жалобы.

3 ноября 1901

* * *

Зарево белое, желтое, красное,

Крики и звон вдалеке.

Ты не обманешь, тревога напрасная,

Вижу огни на реке.


Заревом ярким и поздними криками

Ты не разрушишь мечты.

Смотрится призрак очами великими

Из-за людской суеты.


Смертью твоею натешу лишь взоры я,

Жги же свои корабли!

Вот они – тихие, светлые, скорые —

Мчатся ко мне издали.

6 ноября 1901

* * *

Я ли пишу, или ты из могилы

Выслала юность свою, —

Прежними розами призрак мне милый

Я, как тогда, обовью.


Если умру – перелетные птицы

Призрак развеют, шутя.

Скажешь и ты, разбирая страницы:

«Божье то было дитя».

21 ноября 1901

* * *

Жду я холодного дня,

Сумерек серых я жду.

Замерло сердце, звеня:

Ты говорила: «Приду, —


Жди на распутьи – вдали

Людных и ярких дорог,

Чтобы с величьем земли

Ты разлучиться не мог.


Тихо приду и замру,

Как твое сердце, звеня,

Двери тебе отопру

В сумерках зимнего дня».

21 ноября 1901

* * *

Будет день – и свершится великое,

Чую в будущем подвиг души.


Ты – другая, немая, безликая,

Притаилась, колдуешь в тиши.


Но во что обратишься – не ведаю,

И не знаешь ты, буду ли твой,


А уж Там веселятся победою

Над единой и страшной душой.

23 ноября 1901

* * *

Я долго ждал – ты вышла поздно,

Но в ожиданьи ожил дух,

Ложился сумрак, но бесслезно

Я напрягал и взор, и слух.


Когда же первый вспыхнул пламень,

И слово к небу понеслось, —

Разбился лед, последний камень

Упал, – и сердце занялось.


Ты в белой вьюге, в снежном стоне

Опять волшебницей всплыла,

И в вечном свете, в вечном звоне

Церквей смешались купола.

27 ноября 1901

* * *

Ночью вьюга снежная

Заметала след.

Розовое, нежное

Утро будит свет.


Встали зори красные,

Озаряя снег.

Яркое и страстное

Всколыхнуло брег.


Вслед за льдиной синею

В полдень я всплыву.

Деву в снежном инее

Встречу наяву.

5 декабря 1901

ВОРОЖБА

Я могуч и велик ворожбою,

Но тебя уследить – не могу.

Полечу ли в эфир за тобою —

Ты цветешь на земном берегу.

Опускаюсь в цветущие степи —

Ты уходишь в вечерний закат,

И меня оковавшие цепи

На земле одиноко бренчат.


Но моя ворожба не напрасна:

Пусть печально и страшно «вчера».

Но сегодня – и тайно и страстно

Заалело полнеба с утра.

Я провижу у дальнего края

Разгоревшейся тучи – тебя.

Ты глядишь, улыбаясь и зная,

Ты придешь, трепеща и любя.

5 декабря 1901

* * *

Недосказанной речи тревогу

Хороню до свиданья в ночи.

Окна терема – все на дорогу,

Вижу слабое пламя свечи.


Ждать ли поздней условленной встречи?

Знаю – юная сердцем в пути, —

Ароматом неведомой встречи

Сердце хочет дрожать и цвести.


В эту ночь благовонные росы,

Словно влажные страсти слова,

Тяжко лягут на мягкие косы —

Утром будет гореть голова…


Но несказанной речи тревогу

До свиданья в ночи – не уйму.

Слабый пламень глядит на дорогу,

Яркий пламень дрожит в терему.

6 декабря 1901

* * *

Молчи, как встарь, скрывая свет, —

Я ранних тайн не жду.

На мой вопрос – один ответ:

Ищи свою звезду.


Не жду я ранних тайн, поверь,

Они не мне взойдут.

Передо мной закрыта дверь

В таинственный приют.


Передо мной – суровый жар

Душевных слез и бед,

И на душе моей пожар —

Один, один ответ.


Молчи, как встарь, – я услежу

Восход моей звезды,

Но сердцу, сердцу укажу

Я поздних тайн следы.


Но первых тайн твоей весны

Другим приснится свет.

Сольются наши две волны

В горниле поздних бед.

18 декабря 1901

* * *

Вечереющий сумрак, поверь,

Мне напомнил неясный ответ.

Жду – внезапно отворится дверь,

Набежит исчезающий свет.

Словно бледные в прошлом мечты,

Мне лица сохранились черты

И отрывки неведомых слов,

Словно отклики прежних миров,

Где жила ты и, бледная, шла,

Под ресницами сумрак тая,

За тобою – живая ладья,

Словно белая лебедь, плыла,

За ладьей – огневые струи —

Беспокойные песни мои…

Им внимала задумчиво ты,

И лица сохранились черты,

И запомнилась бледная высь,

Где последние сны пронеслись.

В этой выси живу я, поверь,

Смутной памятью сумрачных лет,

Смутно помню – отворится дверь,

Набежит исчезающий свет.

20 декабря 1901

ПРИ ПОСЫЛКЕ РОЗ

Смотрел отвека бог лукавый

На эти душные цветы.

Их вековечною отравой

Дыши и упивайся ты.


С их страстной, с их истомной ленью

В младые сумерки твои

И пламенной и льстивой тенью

Войдут мечтания мои.


Неотвратимы и могучи,

И без свиданий, и без встреч,

Они тебя из душной тучи

Живою молньей будут жечь.

24 декабря 1901

НОЧЬ НА НОВЫЙ ГОД

Лежат холодные туманы,

Горят багровые костры.

Душа морозная Светланы

В мечтах таинственной игры.

Скрипнет снег – сердца займутся —

Снова тихая луна.

За воротами смеются,

Дальше – улица темна.

Дай взгляну на праздник смеха,

Вниз сойду, покрыв лицо!

Ленты красные – помеха,

Милый глянет на крыльцо…

Но туман не шелохнется,

Жду полуночной поры.

Кто-то шепчет и смеется,

И горят, горят костры…

Скрипнет снег – в морозной дали

Тихий, крадущийся свет.

Чьи-то санки пробежали…

«Ваше имя?» – Смех в ответ…

Вот поднялся вихорь снежный,

Побелело всё крыльцо…

И смеющийся, и нежный

Закрывает мне лицо…

Лежат холодные туманы,

Бледнея, крадется луна.

Душа задумчивой Светланы

Мечтой чудесной смущена…

31 декабря 1901

* * *

С. Соловьеву

Бегут неверные дневные тени.

Высок и внятен колокольный зов.

Озарены церковные ступени,

Их камень жив – и ждет твоих шагов.


Ты здесь пройдешь, холодный камень тронешь,

Одетый страшной святостью веков,

И, может быть, цветок весны уронишь

Здесь, в этой мгле, у строгих образов.


Растут невнятно розовые тени,

Высок и внятен колокольный зов,

Ложится мгла на старые ступени…

Я озарен – я жду твоих шагов.

4 января 1902

* * *

Высоко с темнотой сливается стена,

Там – светлое окно и светлое молчанье.

Ни звука у дверей, и лестница темна,

И бродит по углам знакомое дрожанье.

В дверях дрожащий свет и сумерки вокруг.

И суета и шум на улице безмерней.

Молчу и жду тебя, мой бедный, поздний друг,

Последняя мечта моей души вечерней.

11 января 1902

* * *

Там, в полусумраке собора,

В лампадном свете образа.

Живая ночь заглянет скоро

В твои бессонные глаза.


В речах о мудрости небесной

Земные чуются струи.

Там, в сводах – сумрак неизвестный,

Здесь – холод каменной скамьи.


Глубокий жар случайной встречи

Дохнул с церковной высоты

На эти дремлющие свечи,

На образа и на цветы.


И вдохновительно молчанье,

И скрыты помыслы твои,

И смутно чуется познанье

И дрожь голубки и змеи.

14 января 1902

* * *

Я укрыт до времени в приделе,

Но растут великие крыла.

Час придет – исчезнет мысль о теле,

Станет высь прозрачна и светла.


Так светла, как в день веселой встречи,

Так прозрачна, как твоя мечта.

Ты услышишь сладостные речи,

Новой силой расцветут уста.


Мы с тобой подняться не успели, —

Загорелся мой тяжелый щит.

Пусть же ныне в роковом приделе,

Одинокий, в сердце догорит.


Новый щит я подниму для встречи,

Вознесу живое сердце вновь.

Ты услышишь сладостные речи,

Ты ответишь на мою любовь.


Час придет – в холодные мятели

Даль весны заглянет, весела.

Я укрыт до времени в приделе.

Но растут всемощные крыла.

29 января 1902

* * *

Вдали мигнул огонь вечерний —

Там расступились облака.

И вновь, как прежде, между терний

Моя дорога нелегка.


Мы разошлись, вкусивши оба

Предчувствий неги и земли.

А сердце празднует до гроба

Зарю, мигнувшую вдали.


Так мимолетно перед нами

Перепорхнула жизнь – и жаль:

Всё мнится – зорь вечерних пламя

В последний раз открыло даль.

Январь 1902

* * *

Сны раздумий небывалых

Стерегут мой день.

Вот видений запоздалых

Пламенная тень.


Все лучи моей свободы

Заалели там.

Здесь снега и непогоды

Окружили храм.


Все виденья так мгновенны —

Буду ль верить им?

Но Владычицей вселенной,

Красотой неизреченной,

Я, случайный, бедный, тленный,

Может быть, любим.


Дни свиданий, дни раздумий

Стерегут в тиши…

Ждать ли пламенных безумий

Молодой души?


Иль, застывши в снежном храме,

Не открыв лица,

Встретить брачными дарами

Вестников конца?

3 февраля 1902

* * *

На весенний праздник света

Я зову родную тень.

Приходи, не жди рассвета,

Приноси с собою день!


Новый день – не тот, что бьется

С ветром в окна по весне!

Пусть без умолку смеется

Небывалый день в окне!


Мы тогда откроем двери,

И заплачем, и вздохнем,

Наши зимние потери

С легким сердцем понесем...

3 февраля 1902

* * *

Или устал ты до времени,

Просишь забвенья могил,

Сын утомленного племени,

Чуждый воинственных сил?


Ищешь ты кротости, благости,

Где ж молодые огни?

Вот и задумчивой старости

К нам придвигаются дни.


Негде укрыться от времени —

Будет и нам череда…

Бедный из бедного племени!

Ты не любил никогда!

11 февраля 1902

* * *

Для солнца возврата нет.

«Снегурочка» Островского

Сны безотчетны, ярки краски,

Я не жалею бледных звезд.

Смотри, как солнечные ласки

В лазури нежат строгий крест.


Так – этим ласкам близ заката

Он отдается, как и мы,

Затем, что Солнцу нет возврата

Из надвигающейся тьмы.


Оно зайдет, и, замирая,

Утихнем мы, погаснет крест, —

И вновь очнемся, отступая

В спокойный холод бледных звезд.

12 февраля 1902

* * *

Мы живем в старинной келье

У разлива вод.

Здесь весной кипит веселье,

И река поет.


Но в предвестие веселий,

В день весенних бурь

К нам прольется в двери келий

Светлая лазурь.


И полны заветной дрожью

Долгожданных лет,

Мы помчимся к бездорожью

В несказанный свет.

18 февраля 1902

* * *

И Дух и Невеста говорят: прииди.

Апокалипсис

Верю в Солнце Завета,

Вижу зори вдали.

Жду вселенского света

От весенней земли.


Всё дышавшее ложью

Отшатнулось, дрожа.

Предо мной – к бездорожью

Золотая межа.


Заповеданных лилий

Прохожу я леса.

Полны ангельских крылий

Надо мной небеса.


Непостижного света

Задрожали струи.

Верю в Солнце Завета,

Вижу очи Твои.

22 февраля 1902

* * *

Ты – божий день. Мои мечты —

Орлы, кричащие в лазури.

Под гневом светлой красоты

Они всечасно в вихре бури.


Стрела пронзает их сердца,

Они летят в паденьи диком…

Но и в паденьи – нет конца

Хвалам, и клёкоту, и крикам!

21 февраля 1902

* * *

Целый день передо мною,

Молодая, золотая,

Ярким солнцем залитая,

Шла Ты яркою стезею.


Так, сливаясь с милой, дальной,

Проводил я день весенний

И вечерней светлой тени

Шел навстречу, беспечальный.


Дней блаженных сновиденье —

Шла Ты чистою стезею.

О, взойди же предо мною

Не в одном воображеньи!

Февраль 1902

* * *

Успокоительны, и чудны,

И странной тайной повиты

Для нашей жизни многотрудной

Его великие мечты.


Туманы призрачные сладки —

В них отражен Великий Свет,

И все суровые загадки

Находят дерзостный ответ —


В одном луче, туман разбившем,

В одной надежде золотой,

В горячем сердце – победившем

И хлад, и сумрак гробовой.

6 марта 1902

* * *

Жизнь медленная шла, как старая гадалка,

Таинственно шепча забытые слова.

Вздыхал о чем-то я, чего-то было жалко,

Какою-то мечтой горела голова.


Остановясь на перекрестке, в поле,

Я наблюдал зубчатые леса.

Но даже здесь, под игом чуждой воли,

Казалось, тяжки были небеса.


И вспомнил я сокрытые причины

Плененья дум, плененья юных сил.

А там, вдали – зубчатые вершины

День отходящий томно золотил…


Весна, весна! Скажи, чего мне жалко?

Какой мечтой пылает голова?

Таинственно, как старая гадалка,

Мне шепчет жизнь забытые слова.

16 марта 1902

* * *

Травы спят красивые,

Полные росы.

В небе – тайно лживые

Лунные красы.


Этих трав дыхания

Нам обманный сон.

Я в твои мечтания

Страстно погружен.


Верится и чудится:

Мы – в согласном сне.

Всё, что хочешь, сбудется —

Наклонись ко мне.


Обними – и встретимся,

Спрячемся в траве,

А потом засветимся

В лунной синеве.

22 марта 1902

* * *

Мой вечер близок и безволен.

Чуть вечереют небеса, —

Несутся звуки с колоколен,

Крылатых слышу голоса.


Ты – ласковым и тонким жалом

Мои пытаешь глубины,

Слежу прозрением усталым

За вестью чуждой мне весны.


Меж нас – случайное волненье.

Случайно сладостный обман —

Меня обрек на поклоненье,

Тебя призвал из белых стран.


И в бесконечном отдаленьи

Замрут печально голоса,

Когда окутанные тенью

Мои погаснут небеса.

27 марта 1902

* * *

Я жалок в глубоком бессильи,

Но Ты всё ясней и прелестней.

Там бьются лазурные крылья,

Трепещет знакомая песня.


В порыве безумном и сладком,

В пустыне горящего гнева,

Доверюсь бездонным загадкам

Очей Твоих, Светлая Дева!


Пускай не избегну неволи,

Пускай безнадежна утрата, —

Ты здесь, в неисходной юдоли,

Безгневно взглянула когда-то!

Март 1902

* * *

Ловлю дрожащие, хладеющие руки;

Бледнеют в сумраке знакомые черты!..

Моя ты, вся моя – до завтрашней разлуки,

Мне всё равно – со мной до утра ты.

Последние слова, изнемогая,

Ты шепчешь без конца, в неизреченном сне.

И тусклая свеча, бессильно догорая,

Нас погружает в мрак, – и ты со мной, во мне…

Прошли года, и ты – моя, я знаю,

Ловлю блаженный миг, смотрю в твои черты,

И жаркие слова невнятно повторяю…

До завтра ты – моя… со мной до утра ты…

Март 1902

* * *

На темном пороге тайком

Святые шепчу имена.

Я знаю: мы в храме вдвоем,

Ты думаешь: здесь ты одна…


Я слушаю вздохи твои

В каком-то несбыточном сне…

Слова о какой-то любви…

И, боже! мечты обо мне…


Но снова кругом тишина,

И плачущий голос затих…

И снова шепчу имена

Безумно забытых святых.


Всё призрак – всё горе – всё ложь!

Дрожу, и молюсь, и шепчу…

О, если крылами взмахнешь,

С тобой навсегда улечу!..

Март 1902



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное