Бертрис Смолл.

Плутовки

(страница 3 из 38)

скачать книгу бесплатно

Она стояла смирно, пока Бесс расшнуровывала корсаж и развязывала юбки. Фэнси выступила из груды тканей, и горничная принялась распутывать ленты, на которых держались нижние юбки.

– Ложитесь в постель, мистрис, – наставляла Бесс. – Когда ванна будет готова, я вас разбужу.

– Но я не засну, – отмахнулась девушка.

– Тогда просто закройте глаза, – предложила служанка и поспешила к двери.

Интересно, какая здесь ванна? – гадала Фэнси, закрывая глаза. Дома она купалась в большой дубовой лохани. Мать всегда отстаивала частые омовения, хотя многие считали ее чересчур большой чистюлей.

Фэнси блаженно вздохнула. Сегодня все были так добры к ней. Герцог и его хорошенькая жена. Бабушка. Кузина Дайана. И Синара. Она еще не видела таких девушек, как Синара. Можно побиться об заклад, что уж Синару бы Паркер Рэндолф не одурачил! Она не вела бы себя как наивная дурочка, пыжившаяся от гордости из-за того, что поймала самого завидного в колониях жениха. Фэнси была уверена, что Синара немедленно раскусила бы Паркера.

На нее снова нахлынули воспоминания о дне свадьбы. Подвенечное платье было таким красивым, и мама подарила ей жемчужную нить! Как достойно выглядел ожидавший у алтаря Паркер!

Как все дети Кайрена и Фортейн, Фэнси получила представление о религиях отца и матери, но никто не принуждал ее к выбору. Сама она, как и Мэв, предпочитала англиканскую церковь. Старшие братья подобно отцу были католиками. Младшие заявляли, что при их кочевой жизни не до церкви, но Фэнси знала, что они просто уклоняются от посещения Божьего дома. Когда-нибудь это изменится, но не сейчас.

И церемония была чудесной, а затем гостей ждало роскошное пиршество. Наконец мать, сестра Мэв и невестки проводили ее в спальню и приготовили к приходу мужа: раздели, натянули шелковую с кружевами сорочку, благословили и вышли, оставив Фэнси в ожидании.

Слезы покатились по бледному лицу девушки.

«Я должна забыть все это, – молча поклялась она себе. – Что было, то было, ничего уж не вернешь. И ничего нельзя изменить. Паркер не любил меня. Он мертв. А мне пора начать все заново».

Боже, до чего же веки отяжелели!

Мысли девушки начали путаться. Она сама не заметила, как уснула.

Глава 2

Она долго отмокала в горячей воде, прежде чем Бесс принесла ужин, а потом уложила ее в постель, где Фэнси проспала до утра. И проснулась оттого, что чей-то горячий язычок вылизывал ей лицо, а рядом громко хихикали. Лениво приподняв веки, она увидела на постели маленького черно-рыже-белого спаниеля. Рядом стояли обе кузины.

– Доброе утро, – улыбнулась она, гладя вилявшего хвостиком пса. – И кто это?

– Это Бо. Дружок Беллы, – пояснила Синара. – Только что стал отцом троих детишек. Бабушка разрешила нам взять по одному. Любишь собак? Дайана предпочитает кошек, но все равно возьмет щеночка. Чур, я выбираю первой!

– Может, было бы учтивее предоставить это право Фэнси, поскольку она только что приехала? – предложила Дайана.

– Но я хочу кобелька, а он только один, – запротестовала Синара и тут же обратилась к Фэнси: – Ты тоже хочешь кобелька?

– Нет, можешь забирать.

Предпочитаю особ женского пола: они добрее по характеру да и гораздо смирнее.

– В таком случае вы с Сиреной можете спорить из-за оставшихся, – обрадовалась Синара. – Надеюсь, ты отдохнула. Вставай скорее, и мы покажем тебе Куинз-Молверн. Когда-то он был собственностью Короны, но старая королева нуждалась в деньгах, и наша прапрабабка купила у нее поместье. Чудесный дом, только одно крыло сгорело во время войны, которая приключилась еще до нашего рождения. Папа восстановил это крыло и сделал там великолепную столовую с мраморным бассейном, хрустальными люстрами и изумительными картинами. Бабушка предпочитает старый зал, а я обожаю столовую! Тебе она тоже понравится. Давай, Фэнси, поднимайся!

Она подхватила песика и нетерпеливо дернула за одеяло.

Фэнси рассмеялась. Она была младшим ребенком в своей семье, но, как оказалось сейчас, старше своих кузин на целый год! Все же как прекрасно снова чувствовать себя молодой и беззаботной!

Она вдруг поняла, что родители были правы. Эта ссылка в Англию – именно то, что ей нужно!

– Позовите Бесс! – попросила она кузин. Платья на обеих были очень простыми – совсем не те элегантные туалеты, что она видела вчера вечером. – Нельзя нам поехать кататься попозже? – спросила она.

– Да! – разом воскликнули девушки.

– Мне тоже так одеться? Вы ездите верхом в подобном виде? Наверняка нет, – размышляла вслух Фэнси.

– Накинь на себя что-нибудь полегче, и пойдем бродить по парку, – предложила Синара.

– А позже, перед тем как сесть в седло, можно и переодеться, – вторила Дайана.

– Бесс тебе не понадобится, – заверила Синара. – Неужели не можешь одеться сама, кузина?

Фэнси кивнула:

– Могу, конечно. Только вот не знаю, где моя одежда. Пусть Бесс хотя бы найдет подходящее платье.

– Ну конечно, – рассмеялась Дайана, показывая на шнур сонетки. – Дерни за веревочку, и Бесс появится.

Фэнси последовала совету.

– Что за остроумное изобретение! – восхитилась она. – Я должна написать о нем маме.

– Но как же вы зовете слуг у себя в колониях? – удивилась Синара.

– Наши слуги всегда на месте, когда потребуется. Они, похоже, знают, когда нужны, а если их нет, что же… приходится кричать во всю глотку, – пояснила Фэнси с лукавой усмешкой.

Обе кузины расхохотались, Синара объявила:

– Вижу, мы очень хорошо поладим, Фэнси Деверс!

В комнату вбежала запыхавшаяся Бесс.

– Что угодно, мистрис? – спросила она, приседая. – Наверное, хотите одеться? Сейчас все будет готово. А вы обе кыш отсюда! Можете подождать в гостиной, только не зарьтесь на ее завтрак. Она никуда не пойдет, пока не поест.

Девушки удалились, а Бесс показала Фэнси маленькую смежную со спальней комнатку, где ее одежда висела и лежала в обитых изнутри кедром ларях.

– Судя по виду этих двух, вам нужно что-то полегче, – заметила служанка, вынимая юбку из небеленого льна и белую рубашку. – Как, мистрис, – ахнула она, – да это же мужская сорочка!

– Мне кажется, что скромнее будет надевать с юбкой именно такую. Правда, покрой мужской, но ты сама увидишь, что она сшита специально на меня. А шнуровка здесь из шелковых лент.

Бесс хорошенько осмотрела рубашку.

– Да, она куда меньше мужской. Глядишь, мистрис, вы и заведете новую моду при дворе! – хмыкнула она.

Фэнси умылась в тазике теплой воды, натянула юбку с рубашкой, стянула на тонкой талии черный кожаный пояс и сунула босые ноги в мягкие туфельки из черной кожи. Свои длинные темные волосы она заплела в толстую косу, скрепив ее на конце яркой алой лентой, и вышла в гостиную, где Синара пожирала ее завтрак хищным взглядом.

– Ты сегодня ела? – спросила Фэнси.

Синара кивнула.

– Только я всегда голодна, – пожаловалась она. – Видишь ли, когда я была маленькой, приходилось едва ли не голодать. Это еще до того, как вернулся король. И теперь я никак не могу наесться.

– Тогда позавтракай со мной, – предложила Фэнси. – Мне никак не съесть всего, что принесла Бесс. А ты, Дайана?

– Может, кусочек яблока и немного сыра, – пробормотала та.

Девушки быстро расправились с тем, что стояло на столе, уничтожив свежеиспеченный каравай деревенского хлеба, большой кусок острого чеддера, несколько крутых яиц и целую миску яблок, запивая все это душистым горячим чаем. Фэнси уже привыкла к этому напитку и даже успела полюбить.

Когда на подносе ничего не осталось, Синара повела их показать Куинз-Молверн, ибо это был дом ее отца, и, хотя когда-нибудь перейдет к старшему брату Фредди, она все равно будет всегда считать его своим.

Перед покоями бабушки их встретили две сморщенные старушки.

– Это младшая дочь Фортейн! – громко крикнула Синара. – Ее зовут Фэнси!

Старушки улыбнулись и поклонились Фэнси.

– Это Рохана и ее сестра Торамалли, – пояснила Синара кузине, – которые служили бабушке с самого ее рождения.

– Моя мама часто поминала вас добрыми словами, – сказала Фэнси.

– Наша госпожа читала нам все письма, которые посылала твоя мать. Мы хорошо знаем тебя и сочувствуем твоим бедам, – тихо ответила Торамалли. – И я, и Рохана всегда к твоим услугам.

Фэнси нагнулась, взяла руки Торамалли и прижала сначала ко лбу, а потом к сердцу.

– Спасибо, – прошептала она.

– Ай-ай-ай, видать, тебя хорошо выучили, – одобрительно заметила Торамалли. Рохана улыбнулась и согласно закивала. – И ты не вопишь на нас, как эта дочь герцога!

– Но когда я говорю обычным тоном, вы вроде как ничего не слышите! – не стерпела упрека Синара.

– Мы слышим только то, что хотим слышать, – объяснила Рохана. – Преимущество нашего почтенного возраста, миледи.

У Синары сделалось такое изумленное лицо, что старушка невольно хмыкнула.

– Думаешь, если ты Стюарт, все должны почтительно замолкать, стоит тебе открыть рот, но это вовсе не так.

– Можно, мы покажем Фэнси комнаты бабушки? – вежливо осведомилась Дайана.

Сестры дружно закивали и открыли дверь.

– Когда-то здесь жила наша прапрабабушка, – обронила Дайана. – Та, на которую мы, говорят, похожи.

– Здесь родился мой отец! – важно объявила Синара.

– Твой отец родился в кровати, на которой сейчас спит твоя кузина из колоний, – поправила Торамалли. – В то время Куинз-Молверн не был домом нашей принцессы. Тогда здесь правили лорд Адам и мадам Скай. Ты не все знаешь, госпожа!

– Но разве король и королева не пришли навестить моего отца, когда он родился? – запротестовала Синара.

– Пришли, – подтвердила Торамалли. – Король и королева гостили тут неподалеку и приехали посмотреть на твоего папу. Очень они были довольны! Король Яков взял его у твоей матушки и даже подержал немного, но королева Анна немедленно забрала младенца и пожурила короля, что тот держит внука неправильно. Принц Генри, его отец, хотел, чтобы сыну перешли титулы лорда де Мариско, поскольку тот не имел сыновей. Однако старый король заявил, что его внуку пристало быть не графом, а герцогом. Да, я помню все, как будто это было вчера! Я сказала госпоже, что мальчик – истинный Могол, судя по тому, как громко он вопит, когда хочет настоять на своем.

– И не-совсем-царственный-Стюарт, добавила твоя бабушка. – Торамалли визгливо рассмеялась.

– Рохана и Торамалли знают множество чудесных историй о бабушке, дяде Чарли и всей наше семье, – вставила Дайана. – Обязательно попроси их рассказать. Они знают даже такое, что неизвестно твоей маме.

– У нас не так много времени до отъезда ко двору, – капризно бросила Синара.

– Мы никуда не уезжаем до декабря, – возразила Дайана. – А сейчас только сентябрь. Времени более чем достаточно.

– Но Фэнси еще должны сшить новый гардероб!

– Зачем? – удивилась Фэнси. – Я привезла из Мэриленда все свое приданое, а портные в Уильямсберге знакомы с самыми последними модами.

Синара покачала головой:

– Может, для Уильямсберга и здешних мест этого достаточно, но только не для двора! Мы должны показаться там во всем блеске: в конце концов нужно же нам сделать достойные партии!

– Только не мне! – с чувством воскликнула Фэнси. – Мне еще один муж ни к чему, нет уж, спасибо!

– Кузина, – воскликнула шокированная Синара, – тебе уже шестнадцать, а в следующем году исполнится семнадцать! Если в ближайший год не найдешь себе мужа, будешь считаться слишком старой для любого джентльмена!

– А мне все равно! – напрямик отрезала Фэнси. – Мужчинам нельзя доверять! Я узнала это по собственному горькому опыту. Если не выходить замуж, можно сохранить свободу, а свобода – вещь куда более ценная, чем любой муж!

– Боже! – ахнула Дайана, потрясенная и одновременно завороженная словами кузины.

– Умная женщина всегда может сохранить свободу, имея мужа, – заявила Синара с мудростью, неожиданной для столь юного возраста.

– Хи-хи-хи, – закудахтала Рохана. – Это кровь Моголов в ней заговорила!

– Если пришли посмотреть покои бабушки, – резко бросила Торамалли, – смотрите и уходите.

Девушки медленно зашагали сквозь анфиладу комнат. Торамалли показала им шкатулки с драгоценностями – огромной и бесценной коллекцией, находившейся во владении Жасмин. Кроме ожерелий, колец, браслетов, цепочек, брошей и серег, здесь имелись тугие мешочки с дорогими камнями. Синара повертела рукой перед носом кузины.

– Видишь мое рубиновое кольцо? Бабушка заказала его на мой последний день рождения. Позволила мне самой выбрать камень, и я нашла вот этот. Обожаю камни в форме слезы! Это рубин цвета голубиной крови. Какой глубокий цвет! Обожаю его! У тебя есть что-то подобное?

– У меня почти нет украшений, если не считать жемчугов, подаренных мамой к свадьбе. Вряд ли я когда-нибудь снова их надену: слишком тяжелые воспоминания они пробуждают.

– О, – обрадовалась Синара, – может, отдашь мне?

– Леди, вы слишком дерзки! – упрекнула Торамалли и обратилась к Фэнси: – Помни, это подарок твоей мамы, дитя мое. Храни его, и пусть каждый раз, когда берешь в руки ожерелье, оно напоминает тебе о доме и твоей дорогой матушке.

– Не попросишь – не получишь, – кисло пробормотала Синара.

– Такая вульгарная жадность не пристала молодой даме из этой семьи, – спокойно парировала Торамалли. – Теперь, когда вы посмотрели покои, бегите и покажите мистрис Фэнси остальной дом.

– Другая бы в ее годы мирно сидела у огня, – проворчала Синара, пока они спускались в зал. – Вечно нос задирает!

– Ты несправедлива, – поспешно вмешалась Дайана. – Торамалли и Рохана были рядом с бабушкой всю свою жизнь. Пусть они служанки, но не простые. С годами они превратились в нечто вроде родственников. И тоскуют по своим мужчинам, в особенности по Адали.

– Мама рассказывала про Адали, – кивнула Фэнси.

– Он уже умер, – вздохнула Дайана, – и Фергус, муж Торамалли, и его кузен Рыжий Хью, который всегда охранял бабушку. Все, кто ей служил, ушли, кроме Роханы и Торамалли.

– Им тоже давно следовало быть на том свете! – не унималась Синара. – Несмотря на возраст, глаза у них острее, чем прежде.

– И слух, кажется, тоже, – поддела кузину Фэнси.

– Пойдем. Увидишь, где все они похоронены, – жизнерадостно объявила Синара.

Они пересекли зал и вышли в сад. Фамильное кладбище раскинулось на склоне холма. Оно содержалось в образцовом порядке: трава аккуратно подстрижена, дорожки посыпаны гравием, бордюры пестреют цветами. Ничего ужасного в этом месте не было. Под деревьями даже стояли мраморные скамейки.

– Вот здесь они лежат, – показала Синара.

– Кто? – вырвалось у Фэнси.

– Наша прапрабабка Скай О’Малли и ее шестой муж, наш прапрадед Адам де Мариско, граф Ланди. С ним она прожила дольше, чем с любым из первых пяти. Они состарились вместе, но, говорят, даже в день своей смерти она сияла красотой. Бабушка клянется, что, когда мадам Скай испустила последний вздох, на лице ее играла улыбка, – объяснила Дайана.

– Бабушка обожала ее, – добавила Синара.

Этим вечером, когда все собрались в зале, Жасмин объявила внучкам:

– Завтра мы пойдем в кладовые, дорогие. Пора готовить ваш придворный гардероб. И я сама выберу из своих драгоценностей подходящие вещицы для вас.

– Ты избалуешь их, мама, – заметил герцог, впрочем, довольно снисходительным тоном.

– Разумеется, – с улыбкой согласилась Жасмин. – Ты сам знаешь, Чарли, что внуки предназначены именно для этого.

– Я вовсе не балую детей Бри, – запротестовал он.

– Только потому, что они живут в Линмуте и ты не слишком часто с ними видишься, – поддразнила Жасмин.

– Кто эта Бри? – шепотом спросила Фэнси у Синары.

– Моя старшая сводная сестра, графиня Линмут, – тихо ответила та. – Старшая дочь папы от первой жены, которая была убита во время войны. Я почти не знаю ее, потому что она живет в Девоне и, когда я родилась, была уже взрослой.

– Вот как!

До чего же большая семья! Жаль, что она не слушала материнские рассказы немного повнимательнее! И где Девон? Нужно спросить, иначе она будет выглядеть полной невеждой!

Утром девушки пришли в покои бабки, и Жасмин отвела их в кладовые, где хранилось неимоверное количество рулонов ткани. Многие были привезены в Англию еще самой Жасмин в начале века. Стены комнаты были обиты кедровыми досками. И ни одного окна, чтобы материи не выцветали на солнце. Синара жадно бегала глазами по полкам.

– Я всегда хотела попасть сюда, – призналась она, пытаясь взглядом вобрать все сокровища. Наконец она, словно обессилев от впечатлений, опустила ресницы.

– Думаю, – спокойно предложила Жасмин, – каждая должна выбрать один цвет, на оттенках которого мы создадим целый гардероб. Это сразу выделит вас среди остальных девиц, которые прибудут этой зимой ко двору. Фэнси, глубокий бирюзовый цвет оттенит твои прекрасные глаза. У него есть столько полутонов, и у тебя будут все, дорогая моя. Из драгоценностей – только алмазы, жемчуга и персидская бирюза. Ты можешь быть немного посмелее, поскольку старше возрастом и к тому же вдова. Но можно носить и лазурный цвет тоже.

Она повернулась к Синаре.

– А ты, моя гордая и жадная кошечка, будешь неотразима во всех тонах красного. Алый и винный, бордо и малиновый, с алмазами, рубинами и жемчугами. Что же до нашей милой Дайаны… ей пойдут оттенки розового и зеленый тоже, в тон глазам. У тебя будут мои изумруды, алмазы и жемчуга. В них ты станешь походить на нежный бутон.

– Может, мне следует одеться более скромно, бабушка? – встревожилась Фэнси. – Что ни говори, а я вдова.

– Чем меньше напоминать об этом несчастном мезальянсе, тем лучше! – отрезала Жасмин. – Ты не носишь траур по Паркеру Рэндолфу и тем более не скорбишь о нем. К чему лицемерить, дорогая моя девочка? Он был чудовищем!

Синара, видя такой оборот разговора, немедленно воспользовалась возможностью удовлетворить любопытство.

– А что он сделал такого, чтобы выглядеть в твоих глазах чудовищем? – с невинным видом осведомилась она.

– Разве я не запрещала тебе обсуждать трагедию кузины? – строго спросила Жасмин.

– Но ты сама о ней упомянула, – огрызнулась Синара.

– Син! – прошипела Дайана.

– Нет, Дайана, она права. Я упомянула о ней. Но имею на это право в силу своего возраста и данной мне власти. В отличие от тебя, Синара. И впредь ты станешь подчиняться мне, иначе не получишь никаких рубинов, поскольку я знаю, как страстно ты желаешь красоваться в них при дворе, – объявила Жасмин с хитрой улыбкой. Синара рассмеялась:

– Я сделаю все ради этих рубинов, бабушка, но тебе об этом, конечно, известно.

– Значит, мы поняли друг друга, не так ли, крошка?

– В этом вся беда, бабушка. Ты слишком хорошо меня понимаешь, – пожаловалась Синара с легким раздражением, которого, однако, она не посмела показать. Теперь настала очередь Жасмин смеяться.

– Временами ты так напоминаешь меня в такие же лета! – покачала она головой. – Я тоже была готова на все, чтобы поставить на своем, а моя бабушка с такой же решимостью препятствовала мне ради моего же блага. Жизнь не всегда бывает справедливой, как ты, к своему сожалению, рано или поздно обнаружишь. Пока что тебе везло, но фортуна не всегда будет так благосклонна.

– Но ты всегда была удачливой! – возразила Синара.

– Нет, – коротко бросила Жасмин. – А теперь давайте выберем ткани, из которых сошьем для вас великолепные туалеты. Фэнси, дитя мое, здесь есть изумительная парча цвета персидской бирюзы. В платье из этой ткани ты впервые посетишь двор. Поверь, у тебя будут толпы поклонников! Я всегда ощущала пристальное внимание джентльменов, когда надевала платье в цвет глаз!

– Не уверена, что мне этого хочется, – чистосердечно призналась Фэнси.

– Фэнси имеет в виду, что не желает никакого мужа, – пояснила Дайана.

– Разумеется, не хочет. Во всяком случае, пока. Но придет день, когда она встретит своего мужчину и изменит мнение. Первые два моих мужа были предательски убиты, а царственный любовник внезапно умер. Я решила, что приношу одни несчастья любящим меня мужчинам, и поэтому моему возлюбленному Джемми, деду Дайаны, пришлось два года гоняться за мной, – рассмеялась Жасмин. – Но когда он все же догнал меня… Ах…

Она улыбнулась и замолчала.

– Ах? – не удержалась Фэнси.

– Я поняла, что ошибалась, – хмыкнула Жасмин. – И когда-нибудь ты тоже осознаешь это, но пока еще не готова, что вполне понятно. А пока веселись при дворе, как все женщины твоего возраста и положения. О, смотри! Этот лазурный шелк восхитителен!

И так продолжалось весь день. Когда ткани были выбраны и аккуратно сложены в три стопки, Жасмин огляделась. Кладовая была по-прежнему забита материями.

– Они никогда не пустеют! Каждый раз по возвращении наших судов из Индии или Китая сюда приносят все новые сокровища! Все же немало осталось и тех, которые привезла я.

Несколько дней спустя из Лондона прибыл портной, которому были приданы в помощь две швеи, жившие в поместье. В молодости платья Жасмин шила молодая женщина по имени Бонни. Сейчас ее ремесло унаследовали обе внучки. Каждую девушку тщательно обмерили, и закройщик портного принялся кроить ткани, а швеи под руководством самого лондонского мастера скалывали и сшивали выкроенные куски. Потом наступало время примерок и самый ответственный этап – шитье. Когда платье было почти готово, назначалась последняя примерка, и портной каждый раз предупреждал заказчиц, чтобы не набирали ни унции лишнего веса.

Наконец все было готово. Наряды, один лучше другого, висели в кладовой в ожидании того часа, когда слуги начнут складывать их в дорожные сундуки. Швеи поместья успели закончить множество нижних юбок из шелка и фланели, сорочки с широкими пышными рукавами, корсеты на косточках, хотя девушки не особенно нуждались в них, но такова была мода. Кроме того, Синара считала, что они особенно красиво выделяют груди. Корсеты были из тонкого белого шелка, украшенные розовыми шелковыми розетками и такими же шнурками. Каждая девушка имела несколько пар панталон, отделанных кружевами, которые присылались из Франции. Не забыты были и ночные сорочки из тонкого шелка, обшитые кружевами, и шелковые чулки с затейливыми узорами и подвязками в тон.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Поделиться ссылкой на выделенное