Эдгар Берроуз.

Искусственные люди Марса

(страница 2 из 13)

скачать книгу бесплатно

   Тиата-ов хмыкнул, и Ситор вернулся на свое место. Теперь мы летели в тишине, и я смог подумать о природе этих странных существ, в чьи руки я попал. Владыка летел впереди меня, а девушка – слева. Глаза мои нередко обращались к ней с симпатией, потому что она, я был в этом уверен, тоже была пленницей. Какая же жестокая судьба уготована ей! Такая ситуация тяжела и для мужчины, но насколько хуже она могла быть для женщины.
   Малагоры летели быстро и плавно. Мне казалось, что они летят со скоростью более четырехсот хаадов в зод, или шестидесяти миль в час. Они не знали усталости и летели без отдыха уже много часов. Обогнув Фандал, мы повернули на восток и примерно в полдень приблизились к большому острову, возвышавшемуся над болотом. На берегу небольшого озера стоял окруженный стенами город, над которым мы сделали круг и приземлились возле главных ворот. Во время спуска я заметил множество хижин вне стен города и предположил, что там живет довольно много народа. Однако позже я выяснил, что даже мои самые смелые предположения о количестве живущих здесь были далеки от истины.
   Когда мы приземлились, нас, троих пленников, согнали вместе, а все отрубленные в битве останки свалили в сеть и скрутили, чтобы легче было нести. Ворота открылись, и мы вошли в Морбус.
   Офицер на посту возле ворот был самый обычный человек, но его солдаты – настоящие уроды. Офицер обменялся приветствием с Ситором, задал ему несколько вопросов о нас и затем отправил носильщиков отнести их жуткий груз в лабораторию номер три. Ситор повел нас по улице, которая вела на юг от ворот. На первом перекрестке те, что несли сеть с изуродованными телами, повернули налево, и до меня донесся голос:
   – Не забывай, Вор Дай, что Тор-дур-бар твой друг, а этот Тиата-ов – только эксперимент.
   Я повернулся и увидел голову Тор-дур-бара, которая смотрела на меня сквозь сеть.
   – Я не забуду, – ответил я.
   И не покривил душой. Вряд ли я видел что-либо ужаснее этого, хотя сюда примешивалась доля любопытства: как может голова, лишенная тела, быть в чем-то мне полезной?
   Морбус отличался от всех марсианских городов, в каких я бывал. Дома в основном были без украшений, но строгость линий придавала им величественную красоту и своеобразие. Создавалось впечатление, что город был построен по единому плану, но я мог только удивляться, зачем его выстроили в самом центре Великой Тунолианской топи. Кто по доброй воле захотел жить здесь, в этой дикой глуши? И как мог такой город существовать без рынка и торговли?
   Мои размышления были прерваны. Мы подошли к глухой стене с маленькой дверью. Ситор постучал в дверь рукоятью меча. В двери открылось окошечко и появилось лицо.
   – Я Ситор, двар десятого утана, первого дара третьего батальона гвардии Джедов. Я привел пленников на Совет Семи Джедов.
   – Сколько пленников?
   – Трое: два мужчины и одна женщина.
   Дверь открылась, и Ситор втолкнул нас в нее.
Он не пошел за нами. Мы оказались в комнате охранников, где было примерно двадцать воинов-хормадов и офицер, принявший нас. Офицер был, как и остальные офицеры, нормальным красным человеком. Он спросил наши имена и занес их в книгу, так же, как и остальную информацию о нас: откуда мы прибыли, каковы наши цели и тому подобное. Именно тогда я и узнал имя девушки. Ее звали Джанай. Она прибыла из Амхора, маленького города, находящегося в семистах милях к северу от Морбуса, которым правит принц Дажль Хад, имеющий такую плохую репутацию, что о ней было известно даже в Гелиуме. Вот все, что я знал об Амхоре.
   Закончив допрос, офицер приказал одному из хормадов увести нас. Хормад отвел нас по коридору в небольшое патио, где уже было несколько красных марсиан.
   – Вы останетесь здесь, пока за вами не пришлют, – сказал хормад. – И не пытайтесь бежать.
   – Бежать! – хмуро улыбнулся Джон Картер. – Я бежал из многих городов. Сумел бы убежать и из этого. Но как убежать из Тунолианской топи? Это совсем другое дело. Еще посмотрим.
   Другие пленники, ибо они тоже были в плену, как и мы, подошли к нам. Их было пятеро.
   – Каор! – приветствовали они нас. Мы познакомились, и они засыпали нас вопросами о внешнем мире, как будто провели здесь несколько лет. Двое из них были фандалианцами, третий из Тунола, четвертый из Птарса и пятый из Дахора.
   – Для чего они держат пленников? – спросил Картер.
   – Они используют некоторых в качестве офицеров для обучения своих солдат, – объяснил Пандар, один из фандалианцев. – Тела других используют для пересадки мозга тем хормадам, которые достаточно разумны, чтобы занимать высокие посты. Тела остальных идут в лаборатории и используются как материал для проклятой работы Рас Таваса.
   – Рас Тавас? – воскликнул Владыка. – Он здесь, в Морбусе?
   – Здесь. Пленник в собственном городе, слуга тех страшилищ, которых сам создал, – ответил Ган Хад из Тунола.
   – Я не понимаю тебя, – сказал Джон Картер.
   – Когда Рас Тавас был изгнан из своей лаборатории Бобис Каном, джеддаком Тунола, – объяснил Ган Хад, – он пришел на этот остров, чтобы усовершенствовать открытие, над которым работал много лет. Это было создание человеческих существ из человеческой плоти. Он разработал культуру, в которой человеческая плоть непрерывно разрасталась, причем до таких размеров, что могла заполнить целую комнату. Однако она была бесформенной. Оставалось научиться управлять ее ростом в нужном направлении. Он экспериментировал с разными рептилиями, которые восстанавливают утраченные органы. И постепенно открыл принцип. Этот принцип он применил для управления ростом человеческой плоти на специальной культуре бактерий. Результатом его экспериментов стали хормады. Семьдесят пять процентов плоти предназначено для создания этих существ, которых Рас Тавас выращивает в огромном количестве.
   Практически у всех очень низкое умственное развитие, но некоторые достигают нормального уровня. И вот наиболее развитые решили захватить остров и основать свое королевство. Под угрозой смерти они заставили Рас Таваса продолжать создавать хормадов, так как разработали безумный план: создать армию в миллионы хормадов и завоевать весь мир. Сначала они решили захватить Фандал и Тунол, а потом – и всю планету.
   – Чудовищно, – сказал Джон Картер, – но я думаю, что они не учли, что совершенно невозможно прокормить такую армию. А этот островок не сможет прокормить даже малую часть этой армии.
   – Здесь ты не прав, – ответил Ган Хад. – Пищу для хормадов изготавливают теми же методами, что и самих хормадов, только используется другая культура клеток. Эту культуру можно перевозить в бочках вслед за армией. Так что в любое время можно произвести необходимое количество пищи для солдат. Причем в выросшей плоти животных много воды, а значит, армия не нуждается в водоснабжении.
   – Но как могут эти полудикари надеяться взять верх над хорошо обученными армиями, вооруженными новейшей техникой? – спросил я.
   – Они будут побеждать благодаря численному превосходству, крайнему бесстрашию и тому, что для того, чтобы вывести такого солдата из строя, нужно обязательно обезглавить его. Никакие другие раны ему не страшны, – ответил пандар.
   – И сколько солдат в их армии сейчас? – спросил Джон Картер.
   – На острове несколько миллионов хормадов. Их хижины разбросаны везде. Рассчитано, что на острове могут жить одновременно сто миллионов хормадов. Рас Тавас заявил, что он может посылать в год для завоевания мира два миллиона солдат с расчетом, что каждый второй будет погибать. Его завод производит хормадов в громадном количестве. Правда, некоторый процент из них чересчур деформирован и не может быть использован. Этих бедняг режут на тысячи кусков и снова помещают в резервуары с питательной средой. Там они растут быстро. За девять дней вырастает полностью сформировавшийся хормад. Далее инструкторы делают из них солдат, способных носить оружие и идти в бой.
   – Ситуация могла бы быть действительно серьезной, если бы не одно обстоятельство, – сказал Джон Картер.
   – Какое? – спросил Ган Хад.
   – Транспортировка. Как они собираются перемещать такую громадную армию?
   – Это действительно проблема. Но они уверены, что Рас Тавас решит ее. Он сейчас проводит эксперименты с выращиванием малагоров. Если ему удастся производить их в больших количествах, то проблема транспортировки будет решена. А что касается военного флота, то его ядром станут флайеры, которые они захватят при завоевании Фандала и Тунола. С последующими завоеваниями этот флот будет увеличиваться.
   Разговор был прерван появлением двух хормадов, которые внесли котел. В котле плавали куски животной плоти – весьма неаппетитное зрелище.
   Пленник из Дахора, который вызвался быть поваром, развел огонь в печи, вделанной в стену, и вскоре ужин кипел на огне.
   Я не мог даже подумать без отвращения о том, что мне придется это есть, несмотря на то, что я был зверски голоден. К тому же у меня появились сомнения, поэтому я повернулся к Ган Хаду с вопросом:
   – Не человеческая ли это плоть?
   Тот пожал плечами.
   – Вряд ли. Но этот вопрос мы стараемся не задавать себе, так как ничего другого нам не приносят.


   Джанай, девушка из Амхора, сидела поодаль. Ее положение было наиболее безотрадным: одна среди семи незнакомых мужчин в городе страшных существ. Мы, красные люди Барсума, галантная раса, однако я ничего не знал о тех пятерых, которые уже сидели здесь до нас. Пока мы с Джоном Картером были ее товарищами по несчастью, ей было нечего бояться. Я был в этом уверен, и решил сообщить ей, так как понимал, что это облегчит ее страдания. Когда я подошел к ней с намерением вступить в разговор, в патио вошел офицер, допрашивавший нас. Его сопровождали два других офицера и несколько хормадов. Они собрали нас вместе, и один из офицеров выступил вперед.
   – Неплохой отряд, – сказал он. Другой офицер пожал плечами:
   – Джеды отберут лучших из них, а то Рас Тавас постоянно ворчит, что ему доставляют плохой материал.
   – Они ведь не заберут девушку? – спросил офицер охраны.
   – Нам приказано доставить всех пленников, – ответил один из офицеров.
   – Но мне хотелось оставить девушку, – настаивал охранник.
   – Кому бы не хотелось, – засмеялся офицер. – Вот если бы она была похожа на ульсио, ты получил бы ее. Но хорошенькие девушки попадают к джедам. А эта более чем хорошенькая.
   Джанай стояла рядом со мной, и я почувствовал, как она задрожала. Повинуясь внезапному импульсу, я сжал ее руку, и на мгновение она ответила на мое пожатие, но затем выдернула руку и покраснела.
   – Я постараюсь помочь тебе, – сказал я.
   – Ты очень добр. Но никто не сможет помочь мне. Тебе все-таки легче, ведь ты – мужчина. Самое худшее, что могут сделать с тобой, это убить.
   Безобразные хормады окружили нас, и мы снова вышли на улицу через помещение для охраны. Джон Картер спросил офицера, куда нас ведут.
   – На Совет Семи Джедов, – ответил тот. – Там будет решено, что делать с вами. Некоторые из вас пойдут в резервуары с культурой. Те, кому повезет, станут офицерами в армии, как я. Конечно, это тоже перспектива не блестящая, но все же лучше, чем смерть.
   – Кто такие семеро джедов?
   – Это правители Морбуса, семь хормадов с повышенным интеллектом. Они отобрали власть у Рас Таваса. Каждый из них хотел править, но никто не смог доказать свое преимущество, и теперь они все семеро правят вместе.
   Недалеко от нашей тюрьмы возвышалось здание, возле входа в которое стоял отряд хормадов под командой двух офицеров. После коротких переговоров нас ввели в здание, провели по коридору и остановили возле большой двери под присмотром охраны. Затем дверь открылась, и мы вошли в большой зал, где было много хормадов и офицеров. В дальнем конце зала стоял помост, на котором в резных креслах сидели семь человек. Вероятно, это и были семеро джедов, но они совершенно не были похожи на хормадов. Обычные красные люди.
   Нас подвели к помосту. Джеды осмотрели нас и стали задавать те же вопросы, что и офицер охраны. Некоторые из джедов заинтересовались Джанай, и, наконец, трое из них объявили, что хотят получить ее. Тут же начался спор, который закончился голосованием, но при голосовании большинства не получил никто. И тогда было решено, что ее оставят на несколько дней и, если спорящие не придут к соглашению, девушку отдадут Рас Тавасу. После этого один из джедов обратился к нам.
   – Кто из вас будет служить в нашей армии офицером, если ему оставят жизнь? – спросил он.
   Так как альтернативой была смерть, мы все заявили, что желаем служить офицерами. Джеды кивнули.
   – Сейчас мы решим, кто из вас достоин быть офицером, – сказал джед и обратился к своему офицеру. – Выбери семь лучших воинов.
   – Похоже, будет дуэль, – с улыбкой сказал Джон Картер.
   – Уверен, что лучшего испытания для тебя не могли придумать, – ответил я.
   – И для тебя, – сказал он и повернулся к офицеру, с которым беседовал по дороге из тюрьмы: – А я думал, что все семеро джедов – хормады.
   – Они и есть хормады.
   – Но они не похожи на хормадов.
   – Рас Тавас постарался, – сказал офицер. – Возможно, вы не знаете, что Рас Тавас – крупнейший ученый Барсума.
   – Я слышал о нем очень много.
   – Все, что ты слышал, правда. Он может вытащить твой мозг и пересадить его в череп другого человека. Он делал такие операции сотни раз. Когда джеды узнали об этом, они выбрали семерых офицеров и потребовали, чтобы Рас Тавас пересадил их мозг в черепа этих офицеров. Они хотели стать красивыми.
   – А эти офицеры? – спросил я.
   – Они пошли в резервуары, вернее, их мозг. А тела достались джедам. Вот идут семь лучших воинов. Через несколько минут станет ясно, кто из вас отправится в резервуары.
   Нас вывели на середину и против нас встали хормады – огромные страшилища. Нам вручили мечи, и офицер прочел инструкцию: каждый из нас сражается с тем, кто стоит против него. И тот из нас, кто останется жив и не получит серьезной раны, будет служить офицером армии Морбуса.
   По команде офицера бойцы сошлись. И через мгновение зал наполнился звоном стали. Мы, люди Гелиума, уверены, что лучше нас в военном искусстве нет никого. А самым лучшим из лучших является Джон Картер. Так что лично у меня не было сомнений, как закончатся поединки.
   Чудовище бросилось на меня, рассчитывая на свою силу и массу. Мой противник явно желал победить меня сильнейшим ударом своего тяжелого меча, но я был достаточно опытен, чтобы не пасть жертвой такой грубой атаки. Я парировал его удар и отпрыгнул в сторону. Мой противник проскочил мимо меня; я мог нанести ему удар, но не стал этого делать, так как помнил, что эти монстры не реагируют даже на такую рану, которая для обычного человека была бы смертельной. Для того чтобы вывести хормада из боя, нужно отрубить ему обе руки или одну ногу, а самое лучшее – голову. Это, естественно, давало ему огромное преимущество надо мной, но и он не был застрахован от поражения. Так я думал в начале боя. Но вскоре уже начал в этом сомневаться. Этот тип был гораздо более сильным бойцом, чем те, которые встретились нам в первом сражении.
   Как я узнал позже, для боя с пленниками обычно выбирались самые сильные воины, обладающие сравнительно высоким интеллектом и прошедшие подготовку у красных офицеров.
   Будь он обычным человеком, я уже покончил бы с ним, но отбивать его мощные удары и в то же время выбирать момент, чтобы отрубить ему голову, было трудной задачей. Один глаз его был в углу лба и вдвое больше, чем второй. Нос оказался там, где должно быть ухо, а ухо заняло место носа. Рот у него был перекошен и из него торчали желтые клыки.
   Краем глаза я видел, как идут дела у других пленников. Один фандалианин упал, и, почти одновременно с этим, голова противника Джона Картера покатилась по полу, визжа и отчаянно ругаясь. Обезглавленное тело продолжало размахивать мечом в разные стороны. Офицеры и хормады с сетями бросились вперед, чтобы схватить его, но не успели: оно рванулось в сторону и столкнулось с моим противником, нарушив его равновесие. Этого мгновения мне оказалось достаточно. Я нанес сильный удар – и вторая голова покатилась по полу.
   Теперь уже два тела без голов метались по залу. Хормады и офицеры несколько минут ловили и связывали эти жуткие создания. К тому времени, еще два хормада валялись на полу с отрубленными ногами. Это сделали Пандар и Ган Хад. Человек из Птарса и воин из Дахора были убиты. Нас осталось только четверо. Две головы отчаянно ругали нас, пока хормады собирали части тел и уносили их прочь.
   Теперь мы снова стояли перед помостом Совета Семи Джедов, и снова они допрашивали нас, на сей раз более тщательно. Когда допрос был закончен, они пошептались между собой и обратились к нам.
   – Вы будете служить офицерами, подчиняться приказам своих начальников и выполнять все указания, полученные от Совета Семи Джедов, – сказал один из джедов. – Вы не имеете права уйти из Морбуса. Если вы будете служить верно и преданно, вы заслужите жизнь. Если же вы будете уличены в предательстве или замечены в неповиновении, вас отправят в резервуары. Таков будет ваш конец.
   Затем он повернулся ко мне и Джону Картеру.
   – Вы, люди Гелиума, будете служить в охране Лаборатории. Ваша обязанность – следить, чтобы Рас Тавас не сбежал и чтобы никто не причинил ему вреда. Мы выбрали вас по двум причинам: во-первых, вы прекрасные фехтовальщики, а во-вторых, вы из далекого Гелиума, значит, вы ничем не связаны ни с Рас Тавасом, ни с Тунолом, ни с Фандалом. Следовательно, вы будете служить только нашим интересам. Рас Тавас наверняка хочет или сбежать, или захватить власть в Морбусе. Фандал хотел бы освободить его, Тунол желал бы уничтожить его. И во всяком случае и Тунол и Фандал хотели бы выкрасть его, чтобы он не создавал для нас хормадов. Человек из Фандала и человек из Тунола будут обучать наших воинов, которые выходят из резервуаров. Совет Семи Джедов сказал, что ваш долг подчиниться, – он кивнул офицеру: – Уведи их.
   Я посмотрел на Джанай. Девушка заметила мой взгляд и улыбнулась мне. Это была храбрая улыбка сквозь слезы. Отважная улыбка человека с разбитым сердцем.
   Затем нас увели.


   Пока нас вели по коридору к выходу, в моем мозгу промелькнули события этого дня. Да, эти несколько часов сравнимы с целой жизнью. Я прошел через такие испытания, которые мне даже не могли раньше присниться. Я стал офицером армии в городе, о существовании которого даже не подозревал. Я встретил девушку из далекого Амхора и впервые в жизни влюбился. И почти сразу потерял ее. Любовь – это странное чувство. Почему она пришла ко мне именно так и именно сейчас, я не могу объяснить. Я только знаю, что полюбил Джанай и всегда буду любить ее. Я никогда не увижу ее больше и не узнаю, смогу ли добиться взаимности. Я никогда не скажу ей, что люблю ее. Вся моя последующая жизнь будет наполнена печальными мыслями о моей любви, воспоминаниями о прекрасной Джанай, и мне никуда не уйти от этой любви. Да, любовь страшное чувство.
   При пересечении главного коридора с боковыми меня и Джона Картера повели направо. Пандар и Ган Хад продолжили путь по главному коридору. Мы попрощались с друзьями и расстались. Дружба всегда быстро завязывается перед лицом опасности. Эти люди были из городов, враждебных Гелиуму, однако общая беда сблизила нас, сделала друзьями, и я не сомневался в искренности их чувств по отношению ко мне и Джону Картеру. Интересно, встретимся ли мы снова?
   Нас провели по коридору, вывели во двор, и затем мы вошли в большое здание, над входом в которое были высечены иероглифы, незнакомые мне. На Барсуме нет и двух наций, имеющих один и тот же письменный язык, хотя существует общий научный язык, понятный всем ученым Барсума. Да и разговорный язык тоже для всех один и тот же. Его понимают даже дикие зеленые люди, обитающие на дне высохших морей. Джон Картер прекрасно знал многие языки, он и сообщил мне, что надпись гласит: «Здание Лаборатории».
   Нас ввели в комнату, где было приказано подождать, пока не придет человек, которого мы должны охранять и за которым должны были следить. Офицер сказал нам, что мы должны слушаться Рас Таваса, почитать его, пока не заметим, что он решил бежать. В «Здании Лаборатории» он был царь и бог. Если он попросит нас помочь ему в работе, наша обязанность подчиниться ему. Нам стало ясно, что Совет Семи Джедов бережно охраняет Рас Таваса, хотя он является пленником, и старается сделать его жизнь как можно приятнее и легче. Я очень хотел увидеть великого ученого, о котором много слышал. Его называли Великий Ум Марса, и хотя довольно часто его талант служил неблаговидным целям, тем не менее все восхищались его великолепным искусством.
   Ему уже было за тысячу лет, и ради этого одного на него стоило посмотреть. Тысяча лет жизни это не предел для Марса, однако редко кто доживает до такого возраста, так как основой жизни была война и большинство жителей погибали. Я был уверен, что увижу не живого человека, а высохшую мумию, и недоумевал, откуда у него берутся силы для того, чтобы делать такую большую работу, которая требует полной отдачи.
   Через некоторое время офицер вернулся с весьма симпатичным юношей, который осмотрел нас так, будто мы были отребье, а он по меньшей мере бог.
   – Еще два шпиона, чтобы следить за мной, – процедил он.
   – Еще два воина, чтобы защитить тебя, Рас Тавас, – поправил офицер, который привел нас сюда.
   Значит, это и есть Рас Тавас? Я не мог поверить своим глазам. Это был молодой человек, а ведь мы, марсиане, выглядим молодо до преклонных лет, а затем угасание идет очень быстро. А в этом человеке я не видел никаких признаков старения.
   Рас Тавас продолжал унижать нас. Однако я заметил, что брови его сдвинулись, когда он взглянул на Джона Картера. Он явно старался что-то припомнить. И все же я твердо знал, что эти два человека никогда не встречались.
   Что же пытался вспомнить Рас Тавас?
   – Откуда мне знать, – вдруг рявкнул он, – что эти двое не пробрались в Морбус, чтобы убить меня? Откуда мне знать, что они не из Тунола или Фандала?
   – Они из Гелиума, – ответил офицер. И я заметил, как разгладился лоб Рас Таваса, как будто он пришел к какому-то решению.
   – Это два пантана. Они шли в Фандал наниматься на службу, – добавил офицер.
   Рас Тавас кивнул.
   – Хорошо. Они будут помогать мне в лаборатории.
   Офицер удивился.
   – Может быть, лучше, если они будут служить в охране? – спросил он. – Тогда ты сможешь к ним присмотреться и решить, не опасно ли тебе оставаться с ними наедине?
   – Я знаю, что делаю, – рявкнул Рас Тавас. – Мне не нужна ничья помощь, чтобы решать, что делать.
   Офицер вспыхнул.
   – Мне приказано просто привести сюда этих людей. Как ты их будешь использовать – не мое дело. Я просто хотел предупредить тебя.
   – Тогда выполняй приказ и думай о своих обязанностях. Я сам позабочусь о себе, – тон его был так же оскорбителен, как и слова. У меня сложилось впечатление, что он презирает тех, на кого работает.
   Офицер пожал плечами, что-то приказал хормадам, которые сопровождали нас, и вместе с ними вышел из комнаты. Рас Тавас кивнул нам.
   – Идемте со мной, – сказал он.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Поделиться ссылкой на выделенное