Бернард Корнуэлл.

Золото стрелка Шарпа

(страница 3 из 21)

скачать книгу бесплатно



   За час между уходом из штаб-квартиры Веллингтона и возвращением в нее Шарп перебрал уйму донкихотских ответов на загадку, подброшенную ему генералом. Неужели новое оружие? Что-нибудь вроде ракеты британского полковника Конгрейва, которая у всех на слуху, но которую мало кто видел воочию? Или того похлеще: возможно, разведенная Жозефина тайно обратилась к англичанам с просьбой об убежище, под чужой личиной перебралась в Испанию и готова стать фигурой в большой политической игре?
   Он все еще гадал, входя в просторный вестибюль штаба, где его поджидала сдержанно-официальная комиссия с несчастным лейтенантом Эйрисом на фланге, который ровным счетом ничего не понимал в происходящем.
   Приторно-вежливый молодой майор улыбнулся Шарпу, как дорогому и долгожданному гостю.
   – А вот и капитан Шарп! Вы знакомы с начальником полиции, встречались с лейтенантом Эйрисом, а это – полковник Уильяме. Джентльмены? – Майор изящно махнул рукой, будто приглашал их расположиться поудобнее и выпить бокальчик шерри.
   Открыть заседание, видимо, было поручено полковнику Уильямсу – толстяку с рыхлым лицом в красных венах.
   – Позор, Шарп! Позор!
   Взгляд Шарпа повис в доле дюйма над головой Уильямса. Капитан заставлял себя не моргать. Обычно такой взгляд легко сбивал начальство с толку, сработало и сейчас. Уильяме стушевался под неотрывным взглядом и беспомощно махнул рукой в сторону лейтенанта Эйриса.
   – Вы подорвали его авторитет, злоупотребили властью. Позор!
   – Так точно, сэр. Я прошу прощения.
   – Что?
   Внезапная уступчивость Шарпа явно озадачила Уильямса. Лейтенант Эйрис ежился от смущения, а начальнику полиции, видимо, хотелось скорее покончить с этим делом. Уильяме кашлянул, прочищая горло, – должно быть, все-таки решил преподать урок.
   – Вы признаете за собой вину?
   – Так точно, сэр. Незаслуженное оскорбление, сэр. Стыд и позор, сэр. Я приношу искренние извинения, сэр, и молю не судить меня слишком строго. Уверен, лейтенант Эйрис не стал бы этого делать.
   Улыбка, возникшая вдруг на лице Шарпа, заставила Эйриса вздрогнуть и торопливо закивать.
   – Так точно, сэр. Так точно.
   Уильяме резко обернулся к растерянному лейтенанту.
   – Почему – не стал бы судить? Что вы имеете в виду, Шарп? Или мы чего-то не знаем?
   Начальник полиции вздохнул и шаркнул сапогом.
   – Джентльмены, по-моему, мы добились своей цели. Я не вижу смысла продолжать этот разговор. К тому же у меня дела. – Он взглянул на Шарпа: – Капитан, спасибо, что попросили прощения. Честь имеем.
   Когда они выходили, Шарп слышал, как полковник Уильяме допрашивает Эйриса: почему это он не стал бы судить Шарпа слишком строго?
   Стрелок позволил себе слабую ухмылку, которая расползлась в широкую улыбку, едва опять отворилась дверь и в вестибюль вошел Майкл Хоган.
Невысокий ирландец тщательно закрыл за собой дверь и улыбнулся Шарпу.
   – Вполне пристойный исход, как я и ожидал. Ну, Ричард, как поживаете?
   Не скрывая радости, они пожали друг другу руки. Шарп лишний раз убедился, что судьба балует Хогана. Инженер попал в штаб Веллингтона и стал быстро расти в чинах. Он говорил на португальском и испанском и вдобавок отличался редким здравомыслием. При виде его элегантного нового мундира у Шарпа брови полезли на лоб.
   – И что же вы тут делаете?
   – Да так, то да се. – Хоган ухмыльнулся, помолчал и вдруг оглушительно чихнул.
   – Христос и святой Патрик! Проклятый «ирландский мерзавец».
   На лице Шарпа отразилась недоумение, и Хоган показал табакерку.
   – Тут днем с огнем не сыщешь шотландского «рэппи», вот и приходится нюхать «ирландский мерзавец». Точно картечью по ноздрям, ей-богу!
   – Бросайте.
   Хоган рассмеялся.
   – Пробовал – не выходит. – Глаза ирландца увлажнились, его снова подмывало чихнуть. – Боже правый!
   – Так чем вы занимаетесь?
   Хоган стер со щеки слезу.
   – Не скажу, что очень уж многим, Ричард. Выясняю кое-что – ну, насчет врага. И карты черчу. Мы это называем разведкой, но едва ли это словечко тут годится. Просто кое-что вынюхиваем про наших приятелей. Еще у меня кое-какие дела в Лиссабоне. – Он с неодобрительном видом махнул рукой. – Но об этом не стоит.
   Лиссабон. Там Жозефина. Хогану это пришло в голову одновременно с Шарпом; маленький ирландец улыбнулся и ответил на невысказанный вопрос:
   – Да, у нее все хорошо.
   Жозефина. Та, которую Шарп так недолго любил. Та, ради которой он убивал. Та, которая бросила его, предпочтя кавалерийского офицера. Шарп все еще вспоминал немногие ночи, проведенные с ней. Но сейчас не время для таких воспоминаний. Он выбросил их из головы, а из сердца – ревность к капитану Клоду Харди, и переменил тему:
   – Так что же это за диво, которое я должен принести генералу?
   Хоган откинулся на спинку кресла.
   – «Nervos belli, pecuniam infinitam».
   – Вы же знаете, я по-испански не понимаю.
   Хоган вежливо улыбнулся.
   – Латынь, Ричард, латынь. В вашем образовании постыдные прорехи. Это слова Цицерона: «Сила войны – громадные деньги».
   – Деньги?
   – Если точнее, золото. Ведра золота. Чертовски огромные суммы, дорогой Ричард. И они нам нужны. Не просто нужны, а до зарезу. Без них… – Он не закончил фразу, лишь пожал плечами.
   – Вы шутите!
   Хоган аккуратно зажег новую свечу – за окнами быстро смеркалось – и спокойно ответил:
   – Хотел бы. У нас деньги на исходе. Можете не верить, но это так. В этом году военный бюджет – восемьдесят пять миллионов фунтов. Представляете? И он уже исчерпан.
   – Исчерпан?
   Хоган опять пожал плечами.
   – Проклятые англичане, новое правительство в Лондоне требует отчета. Мы оплачиваем все расходы португальцев, вооружаем половину испанского народа, и теперь нам нужны деньги. – Он подчеркнул слово «нам». – Пожалуй, можно назвать это камнем преткновения. Нам очень скоро понадобится большая сумма. В самые ближайшие дни. Мы бы могли выжать их из Лондона месяца за два, но они нужны сейчас.
   – А если их не будет?
   – Если их не будет, Ричард, то французы войдут в Лиссабон, и тогда даже все золото мира нас не спасет. – Майор улыбнулся. – Так что ступайте и добудьте денег.
   – Добыть денег. – Шарп улыбнулся, глядя на ирландца. – Как? Украсть?
   – Лучше скажем – занять. – Инженер говорил вполне серьезно.
   Шарп промолчал, и Хоган вздохнул, снова откидываясь на спинку кресла.
   – Сложность, Ричард, в том, что золото, так сказать, принадлежит испанскому правительству.
   – Что значит – так сказать?
   Хоган пожал плечами.
   – А кто знает, где сейчас испанское правительство? В Мадриде с французами? Или в Кадисе?
   – А где золото? В Париже?
   Хоган вымученно улыбнулся.
   – Ну, не так далеко. В двух днях пути. – На его лице появилась строгость, в голосе – назидательность. – Сегодня в ночь выступаете на Альмейду. Переправу через Коа держит Шестидесятый, там вас ждут. В Альмейде найдете майора Керси. Дальше – под его началом. Мы рассчитываем, что вы управитесь за неделю. Если понадобится помощь, то это все, что мы можем вам дать.
   Майор придвинул к Шарпу по столу лист бумаги.
   «Капитан Шарп действует по моему прямому приказу. Всем офицерам союзных армий надлежит оказывать капитану Шарпу содействие».
   Подписано было просто: «Веллингтон».
   – Тут ни слова про золото. – Шарп надеялся, что встреча с Хоганом прольет свет на его миссию, но загадок только прибавилось.
   – Мы не сочли разумным сообщать каждому встречному-поперечному про гору золота, которая плачет по хозяину. Ни к чему будить в людях алчность. Или вы не согласны?
   Вокруг горящих свеч описывал безумные круги мотылек. В городе лаяли собаки, за стеной штаба топтались в стойлах кони.
   – Гора – это сколько?
   – Керси скажет. Можно унести.
   – Боже всемогущий! Вы мне хоть что-нибудь объясните?
   Хоган улыбнулся.
   – Кое-что, но немногое. – Он расположился в кресле поуютнее, сомкнул пальцы на затылке. – Туго нам сейчас, Ричард. Это не наша вина. Нужны пушки, люди, кони, порох, – да все на свете. Враг копит силы, нас теперь может спасти только чудо. И это чудо – деньги.
   – Спасти? Как?
   – Не могу сказать. – Хоган вздохнул – было видно, что ему неприятно утаивать правду от верного друга. – Ричард, мы кое-что держим в секрете, и так должно быть впредь. – Он махнул рукой, не позволяя Шарпу возразить. – Черт побери, это самый важный секрет за всю мою карьеру, и мы не хотим, чтобы кто-нибудь его узнал. Но вам потом откроем, обещаю. Да и всем. А пока вы должны знать одно: нужно добыть золото. Плату за секрет.

   Они выступили в полночь. Хоган помахал на прощанье рукой, и теперь, в предрассветный час, когда небо на востоке светлело, рота легкой пехоты поднималась вдоль ложа реки Коа к городу-крепости Альмейда. С высокого узкого моста, что перекинулся через реку, им помахали едва различимые солдаты заставы, и Шарпу в те минуты казалось, будто он шагает в неизвестность.
   С реки дорога зигзагами взбиралась по склону холма. Над тропой нависали иззубренные скалы, наползающий рассвет освещал дикую пустошь, полускрытую туманом с реки. Люди молчали – берегли дыхание на крутом подъеме.
   Примерно в миле впереди лежала Альмейда – остров свободы на французской территории. Гарнизон там был португальский, командовали им британские офицеры, а окрестности находились в руках французов. Шарп знал: скоро французам придется осадить Альмейду, пробить знаменитые стены, хлынуть в пролом и утопить остров в крови. Чтобы затем спокойно наступать на Лиссабон.
   На мосту часовые энергично топали ногами и махали руками, указывая на темные холмы.
   – Со вчерашнего дня – ни одного патруля. Везет вам, ребята.
   Рота легкой пехоты не боялась французов. Она бы пошла хоть на Париж, если бы Ричард Шарп приказал. Ему верили слепо, знали, что он не оставит в беде. И улыбались, когда он объяснял, что идти предстоит мимо вражеских патрулей, через Коа, через Агеду, а после – тем же путем – обратно. Однако в голосе Шарпа было что-то не так. Никто не сказал ни слова, но все понимали, что капитан встревожен. Во всяком случае, Харпер понимал. По дороге, ведущей к Коа – все еще скользкой от дождя, – он шагал рядом с Шарпом.
   – Какие-то сложности, сэр?
   – Никаких.
   Шарп ответил резко, чтобы оборвать разговор. Ему вспоминались последние слова Хогана. Шарп и так и сяк пробовал вытянуть из упрямого инженера правду.
   – Почему мы? Работенка в самый раз для кавалерии.
   Хоган кивнул.
   – Кавалерия пробовала – никакого толку. Керси говорит, местность не годится для конницы.
   – А для французской годится?
   Опять усталый кивок.
   – Керси говорит, у вас все получится.
   Чувствовалось, у Хогана что-то вертится на языке.
   – Но вы в этом не уверены?
   Хоган развел руками.
   – Надо было вытащить золото несколько дней назад. Теперь с каждым днем все больше риска.
   В комнате повисла тишина. Мотылек обжег крылышки и затрепыхался на столе. Шарп протянул руку и раздавил его.
   – Сомневаетесь, что мы добьемся успеха!
   Это не было вопросом. Это было утверждением.
   Взгляд Хогана оторвался от мертвого мотылька.
   – Сомневаюсь.
   – Значит, война проиграна?
   Хоган кивнул. Шарп смахнул мотылька на пол.
   – Генерал говорит, у него есть еще козыри в рукаве. Это не единственная надежда. – У Хогана был усталый взгляд.
   – Еще бы он так не говорил. – Шарп встал. – Так какого лешего вы не пошлете три чертова полка? Четыре? Пошлите чертову армию! Бейте наверняка.
   – Слишком далеко, Ричард. За Альмейдой нет дорог. Если поднимем шум, французы туда наведаются раньше нас. Без боя через две реки полкам не перебраться, вдобавок у неприятеля численное превосходство. Нет. Мы посылаем вас.
   И вот Шарп поднимается в гору по частым петлям приграничной дороги, поглядывая на туманный горизонт – не выдаст ли себя враг блеском обнаженной сабли – и понимая, что его отправили на безнадежное дело. Оставалось лишь надеяться, что у майора Керси, который поджидает роту в Альмейде, веры в успех побольше.
   Впрочем, Хоган не слишком уверенно отзывался о майоре. Шарп, заметив это, решил испробовать новый подход:
   – Он что, ненадежен?
   Хоган отрицательно покачал головой.
   – Нет, Ричард. Он из лучших. Из самых лучших. Но увы, для такого дела нам нужен не совсем такой человек.
   Пояснить инженер отказался. Керси, сказал он Шарпу, – офицер разведки. Такие, как он, в полном боевом облачении прорываются на быстрых конях в неприятельский тыл и создают поток разведданных – переправляют захваченных партизанами французских нарочных, карты местности… Именно Керси обнаружил золото, сообщил Хоган, и только Керси знает его точное местонахождение. Годится Керси или нет, но он – единственный ключ к успеху.
   На высокой излучине восточного берега Коа дорога выпрямлялась. Вдали заря очерчивала силуэт Альмейды, северной португальской крепости. Город, возведенный на холме, господствовал над многими квадратными милями местности; холм перерастал в громадную выпуклость кафедрального собора и был окружен плотным кольцом замков. За этими надменными монументальными сооружениями расстелился черепичный ковер, кое-где просеченный улочками, и так – до самых крепостных стен.
   В ранний час с такого расстояния цитадель с четырьмя громадными башнями и грозными бойницами выглядела внушительно, но Шарп знал, что высокие укрепления давно отжили свой век и теперь вся надежда – на низкие земляные валы. Их мрачно-серый узор проглядывал даже вдали от города. Да, французам не позавидуешь. Им придется наступать по открытой местности, прорываться через лабиринт рвов и стен, созданных по всем правилам фортификационной науки. Продольный огонь десятков замаскированных батарей, непрерывный дождь картечи и шрапнели между длинными гладкими лучами «звезды» – фортеции английских инженеров. Альмейдские укрепления обновили всего семь лет назад, и теперь ненужный старый замок с завистью взирает на неприметное современное гранитное чудище, изобилующее приманками и смертельными капканами.
   Вблизи оборона выглядела не столь уж грозно, но это было иллюзией. Времена высоких отвесных стен отошли в былое, лучшие современные крепости окружались гладкими валами – к одному из них и подходила легкая пехота. Склон был так полог, что даже калека мог подняться по нему, не задохнувшись. Валы предназначались для ядер и пуль осаждающего противника – те рикошетом перелетали через укрепления, а затем атакующая пехота, взбираясь на невинные травянистые склоны, встречала гибельные ловушки. На гребне вала скрывался глубокий ров, а за ним стояла гранитная стена, а со стены рыгали пламенем орудия. Даже если враг одолеет эту стену, за ней окажется вторая, а за второй – третья, и Шарп был рад, что не его армия накапливает силы для штурма этой крепости. Но он понимал: англичанам подобных атак не избежать. Прежде чем убраться из Испании, французы будут цепко удерживать такие вот города.
   Защитники португальской твердыни выглядели под стать своим укреплениям. Рота легкой пехоты прошла через первые ворота, углубилась в туннель, там дважды повернула направо под первой массивной стеной, и наконец Шарп увидел португальцев. Зрелище радовало глаз: эти люди ничем не напоминали сброд, который называл себя испанской армией. Держались они солидно, уверенно. Видимо, знали себе цену и не боялись скорого французского натиска на огромную гранитную звезду.
   В это время дня на горбатых улицах было мало гражданских, и Шарпу казалось, будто Альмейда ждет, затаив дыхание, какого-то великого события. Все говорило о том, что она подготовилась основательно: пушки на внутренних стенах, тюки с провиантом, складированные на двориках. Да, крепость ждала, запасясь всем необходимым. Ее недаром называли парадной дверью Португалии; Массена понадобится вся его лисья хитрость, вся его сила, чтобы отворить ее.
   Бригадир Кокс – англичанин, командующий гарнизоном, – выбрал для своего штаба вершину холма, однако Шарп разыскал его не там, а на главной площади. Бригадир наблюдал за солдатами, которые вкатывали в двери собора бочки с порохом. Шарп отдал ему честь; долговязый подтянутый Кокс ответил тем же.
   – Рад познакомиться, Шарп. Большая честь. Наслышан о Талавере.
   – Благодарю вас, сэр. – Шарп поглядел на бочки, исчезающие в сумраке собора. – Похоже, вы готовитесь всерьез.
   Кокс кивнул с довольным видом.
   – Да, Шарп, всерьез. Загрузились по планшир, можно ставить паруса. – Он указал подбородком на храм. – А это наша крюйт-камера. – Заметив недоумение на лице Шарпа, бригадир рассмеялся: – Лучшая португальская крепость – и негде укрыть огнеприпасы. Можете себе представить? Хорошо хоть этот собор сгодился. Стены как у Виндзорского замка, а крипты будто казематы. Да нет, Шарп, я не жалуюсь. Пушек хватает, припасов – вволю. Задержим лягушатников месяца на два. – Он пристально посмотрел на выцветший зеленый китель капитана. – Впрочем, лучшие стрелки нам не помеха.
   Шарпу живо вообразилось, как его роту отправляют на земляные работы, и он поспешил сменить тему:
   – Сэр, мне приказано доложить о прибытии майору Керси.
   – А! Нашему разведчику! Он сейчас ближе всех к Богу. – Кокс опять рассмеялся.
   – Простите, сэр? – не понял Шарп.
   – На верхушке замка. Это где телеграф, заблудиться невозможно. В замке вашим ребятам можно позавтракать.
   – Спасибо, сэр.
   По спиральной лестнице Шарп поднялся на дозорную башню к мачте. Выйдя под лучи раннего солнца, он понял, что подразумевал Кокс под близостью к Богу. За деревянным телеграфом с четырьмя неподвижными пузырями – точь-в-точь как над штабом Веллингтона в Келорико – виднелся невысокий человек, стоявший на коленях перед морским телескопом. Рядом лежала Библия.
   Шарп кашлянул, и невысокий офицер открыл сверкающий глаз.
   – Да?
   – Шарп, сэр. Южный Эссекский.
   Керси кивнул, закрыл глаз и вернулся к молитве. Теперь его губы шевелились вдвое быстрее прежнего. Закончив, майор глубоко вздохнул, улыбнулся небесам так, будто хорошо исполнил свой долг, и повернулся к Шарпу с неожиданно свирепым выражением на лице.
   – Керси. – Кавалерист встал, клацнув шпорами о камень. Он был на фут ниже Шарпа, но, по всей видимости, нехватку роста восполняла кромвельская пылкость и прямота. – Рад познакомиться, Шарп. – У майора оказался грубый голос, в коем не звучало никакой радости. – Конечно, слыхал о Талавере. Хорошая работа.
   – Благодарю вас, сэр. – Шарп хмыкнул про себя: Керси расщедрился на похвалу с таким видом, будто собственноручно захватил дюжину, если не две, французских «орлов» и теперь решил подбодрить зеленого новобранца.
   Майор закрыл Библию.
   – Шарп, вы молитесь?
   – Нет, сэр.
   – Христианин?
   Странно слышать такие вопросы, когда решается судьба целой кампании, но Шарпу доводилось встречать офицеров, бравших с собой на войну веру, как запасное оружие.
   – Думаю, да, сэр.
   Керси фыркнул.
   – А вы не думайте! Вы или причащены крови агнца, или нет. Ладно, об этом после поговорим.
   – Да, сэр. Тут и впрямь надо кое-что решить, сэр.
   Керси метнул в Шарпа обжигающий взгляд, но решил не спорить.
   – Рад, что вы здесь, Шарп. Можно выходить. Знаете, что будем делать? – Не дожидаясь ответа, он сказал: – За день дойдем до Касатехады, заберем золото, доставим к британской передовой, а что дальше – нас не касается. Ясно?
   – Никак нет, сэр.
   Керси уже направился к винтовой лестнице, но, услышав эти слова, остановился и круто повернулся к стрелку. В черном длинном плаще майор смахивал на злобную летучую мышь.
   – Что вам непонятно?
   – Где золото, кому принадлежит, как забрать, куда доставить, что известно противнику, почему мы, а не кавалерия. А самое главное, сэр, зачем оно понадобилось.
   – Зачем понадобилось? – озадаченно переспросил Керси. – Зачем понадобилось? Не ваше дело, Шарп.
   – Теперь ясно, сэр.
   – Зачем понадобилось! – кипятился Керси, отходя к зубчатой стене. – Это испанское золото. Пускай с ним делают что захотят. Покупают новые дурацкие статуи для римской церкви. Если захотят. Но не захотят. – Он заперхал; Шарп в первый момент испугался, а затем понял, что майор смеется. – Купят пушки, Шарп. Чтобы французов бить.
   – А я думал, сэр, золото – для нас. Для англичан.
   «Точно собака кашляет», – подумал Шарп, слушая хохот майора. Керси аж присел, держась за живот.
   – Простите, Шарп. Для нас? Что за странная идея? Это испанское золото, испанцы его и получат. А мы – ни гроша. Еще чего! Мы только доставим его в целости и сохранности в Лиссабон, а оттуда корабль его величества перевезет золото в Кадис. – Керси снова залаял-заперхал, повторяя визгливо: – Для нас! Для нас!
   Шарп рассудил: не время и не место втолковывать майору, что он ошибается. Неважно, что этот Керси думает, главное – переправить золото через реку Коа.
   – Сэр, где оно сейчас?
   – Я же сказал. В Касатехаде. – Веселость уступила место злости – видимо, Керси решил, что Шарп заподозрил его в нежелании делиться драгоценными сведениями. Но он тут же сменил гнев на милость, уселся на краю смотровой площадки и, вороша страницы Библии, сказал: – Золото – испанское. Правительство отправило его в Саламанку как жалованье армии. Армию разбили, припоминаете? И теперь у испанцев проблема. Уйма деньжищ у черта на рогах, где раньше были свои, а нынче кишмя кишат французы. К счастью, нашелся добрый человек. Он припрятал золото, а я предложил выход.
   – Корабль его величества?
   – Именно. Мы возвратим сокровища правительству в Кадисе.
   – А кто этот «добрый человек», сэр?
   – Добрый человек? А, Цезарь Морено. Он отличный парень, Шарп. Вожак партизанской шайки. Вывез золото из Саламанки.
   – Сколько, сэр?
   – Шестнадцать тысяч монет.
   Шарпу эта цифра не сказала ни о чем. Знать бы, сколько весит монета.
   – А почему Морено сам не перевезет его через границу?
   Керси пригладил седые усы, передернулся под долгополым плащом – вероятно, ему не по вкусу пришелся вопрос и он решал, стоит ли продолжать разговор. Потом вновь опалил Шарпа яростным взглядом и вздохнул.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Поделиться ссылкой на выделенное