Бернард Корнуэлл.

Враг божий

(страница 1 из 36)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Бернард Корнуэлл
|
|  Враг божий
 -------

   Сьюзен Уотт – той единственной, кожу «Враг Божий» обязан своим появлением на свет






   «Враг Божий» – второй роман трилогии. Он рассказывает о событиях, следующих непосредственно за описанными в «Короле Зимы». В первой книге умирает Утер, король Думнонии и верховный правитель Британии. Ему наследует малолетний внук Мордред. Артур, незаконный сын Утера, назначенный одним из опекунов Мордреда, со временем становится главным регентом. Артур намерен выполнить данную Утеру клятву, чтобы Мордред, достигнув совершеннолетия, занял трон Думнонии.
   Артур также намерен принести мир воюющим королевствам бриттов. Главный враг Думнонии – Повис, но когда Артуру предлагают в жены Кайнвин, дочь повисского короля, возникает надежда на примирение. Однако Артур убегает с бесприданницей Гвиневерой. Оскорбление, нанесенное Кайнвин, приводит к многолетней войне. Артур кладет ей конец, разбив повисского короля Горфиддида в битве при Лугг Вейле. Трон Повиса переходит к Кунегласу, брату Кайнвин, который, как и Артур, хочет примирить бриттов, чтобы вместе сражаться против захватчиков-саксов.
   В «Короле Зимы», как и во «Враге Божьем», рассказ идет от лица Дерфеля, раба-сакса, воспитанного в доме Мерлина и ставшего одним из воинов Артура. Артур отправляет Дерфеля в Арморику (нынешняя Бретань), где тот ведет безнадежную войну, защищая Беноик от завоевателей-франков. Вместе с другими из Беноика в Британию бежит Ланселот, сын Беноикского короля. Артур хочет женить его на Кайнвин и посадить на трон Силурии. В Кайнвин влюблен Дерфель.
   Еще Дерфель любит Нимуэ, подругу своих детских игр, а ныне – помощницу и возлюбленную Мерлина. Мерлин – друид и возглавляет тех бриттов, которые мечтают возродить в Британии старую религию. Ради этого он ищет волшебный котел, одно из Тринадцати Сокровищ Британии. В глазах Мерлина и Нимуэ найти котел куда важнее, чем защитить земли от врагов. Мерлину противостоят христиане; один из их предводителей – епископ Сэнсам, который утратил немалую часть своего влияния, выступив против Гвиневеры. Теперь опальный Сэнсам – настоятель монастыря святого Терния на острове Инис Видрин (Гластонбери).
   «Король Зимы» заканчивается победой, которую Артур одерживает в Лугг Вейле. Власти Мордреда ничто не угрожает, все королевства южной Британии заодно, и Артур, пусть сам и не король, их бесспорный вождь.


   Агрикола – гвентский полководец, который служит королю Тевдрику.
   Ада – возлюбленная Ланселота.
   Амхар – незаконнорожденный сын Артура.
   Артур – думнонский полководец и защитник Мордреда.
   Балин – один из воинов Артура.
   Бан – бывший король Беноика (королевства в Бретани), отец Ланселота и Галахада.
   Бедвин – епископ Думнонии, главный советник короля.
   Биртиг – наследный принц, позже король Гвинедда.
   Боре – двоюродный брат Ланселота, его первый воин.
   Брохваэлъ – король Повиса в послеартуровское время.
   Галахад – принц Беноика, брат Ланселота.
   Гвенвивах – сестра Гвиневеры, принцесса Хенис Вирена.
   Гвидр – сын Артура и Гвиневеры.
   Гвилиддин – слуга Мерлина.
   Гвиневера – жена Артура.
   Горфиддид – король Повиса, убитый в Лугг Вейле, отец Кунегласа и Кайнвин.
   Гундлеус – король Силурии, убитый в Лугг Вейле.
   Дерфель Кадарн – рассказчик, сакс, воин Артура, впоследствии монах.
   Диан – младшая дочь Дерфеля.
   Динас – силурийский друид, брат-близнец Лавайна.
   Диурнах – ирландский король Ллейна (эта страна раньше называлась Хенис Вирен)
   Игрейна – королева Повиса после смерти Артура, супруга Брохваэля.
   Изольда – королева Кернова, супруга Марка.
   Порвет – друид из Повиса.
   Исса – один из копьеносцев Дерфеля, впоследствии его заместитель.
   Кадваллон – король Гвинедда.
   Кадви – мятежный правитель Иски.
   Кадок – христианский епископ, почитаемый святым, отшельник.
   Кай – друг детства Артура, теперь один из его воинов.
   Кайнвин – повисская принцесса, сестра Кунегласа, дочь Горфиддида.
   Каллин – первый воин Кернова.
   Кердик – король саксов.
   Китрин – думнонийский судья и советник.
   Кулух – двоюродный брат Артура, один из его воинов.
   Кунеглас – король Повиса, сын Горфиддида.
   Каван – заместитель Дерфеля.
   Лавайн – силурийский друид, брат-близнец Динаса.
   Ланвалъ – один из воинов Артура.
   Ланселот – изгнанный король Беноика.
   Леодеган – изгнанный король Хенис Вирена, отец Гвиневеры и Гвенвивах.
   Лигессак – бывший начальник телохранителей Мордреда, ныне в изгнании.
   Линет – бывшая любовница Дерфеля, ныне служанка Гвиневеры.
   Лохолът – незаконный сын Артура, близнец Амхара.
   Малейн – повисский друид.
   Малла – жена Саграмора, саксонка.
   Марк – король Кернова, отец Тристана.
   Маэлъгвин – монах в Динневраке.
   Мелвас – король белгов в изгнании.
   Мерлин – верховный друид Думнонии.
   Морвенна – старшая дочь Дерфеля.
   Моргана – старшая сестра Артура, одна из главных жриц Мерлина.
   Мордред – король Думнонии, сын Норвенны.
   Морфанс – один из воинов Артура, прозванный Уродливым.
   Мэуриг – наследный принц, впоследствии король Гвента.
   Набур – христианский судья в Дурноварии.
   Нимуэ – главная жрица и возлюбленная Мерлина.
   Норвенна – мать Мордреда, убитая Гундлеусом.
   Передур – сын Ланселота и Ады.
   Пирлиг – бард Дерфеля.
   Ралла – служанка Мерлина, жена Гвилиддина.
   Саграмор – нумидиец, военачальник Артура, хозяин Камней.
   Серена – вторая дочь Дерфеля.
   Скарах – жена Иссы.
   Сэнсам – епископ в Думнонии, впоследствии настоятель монастыря в Динневраке, где живет Дерфель.
   Танабурс – силурийский друид, убитый Дерфелем после битвы в Лугг Вейле.
   Тевдрик – король Гвента, отец Мэурига, впоследствии – отшельник.
   Тристан – наследный принц Кернова, сын Марка.
   Тудвал – монах-послушник в Динневраке.
   Утер – покойный верховный король Думнонии, дед Мордреда.
   Хелледд – супруга Кунегласа, королева Повиса.
   Хигвидд – слуга Артура.
   Эахерн – один из копейщиков Дерфеля.
   Эйлеанн – бывшая возлюбленная Артура, мать его сыновей-близнецов Амхара и Лохольта.
   Элейна – мать Ланселота, вдова Бала.
   Элла – король саксов.
   Эмрис – епископ Думнонии, преемник Бедвина.
   Энгус Макайрем – ирладский король Деметии, земли, прежде называемой Дифед.
   Эрке – мать Дерфеля, также называемая Энна


   Абона [1 - Названия мест, отмеченные звездочкой, упоминаются в исторических хрониках.]* – Эйвонмут, Эйвон.
   Аква Сулис* – Бат, Эйвон.
   Беноик* – захваченное франками королевство в Бретани (Арморике)
   Бодуэн* – Гарн Бодуэн, Гвинедд.
   Броселианд* – последнее королевство бриттов в Арморике.
   Бурриум* – столица Гвента.
Уск, Гвент.
   Вента* – Винчестер, Гемпшир.
   Виндокладия* – римская крепость возле Уимборн-минстер, Дорсет, Англси.
   Г леву м* – Глостер.
   Динневрак – монастырь в Повисе.
   Долфорвин* – возле Ньютауна, Поуис.
   Дом Эрмида* – возле Стрита, Сомерсет.
   Дун Кейнах – Харсфилд Бикон, возле Глостера.
   Дунум* – Ходхилл, Дорсет.
   Дурновария* – Дорчестер, Дорсет.
   Инис Видрин* – Гластонбери, Сомерсет.
   Инис Вит* – остров Уайт.
   Инис Требе – утраченная столица Беноика, гора Сен-Мишель, Бретань.
   Иска Думнонийская* – Экстер, Девон.
   Иска Силурийская* – Карлеон, Сомерсет.
   Кар Амбра – Эмсбери, Уилтшир.
   Кар Гей – столица Гвинедда. Северный Уэльс.
   Кар Кадарн – Саут-Кедбери, Сомерсет.
   Кар Свое* – столица Повиса. Карсус, Поуис.
   Каляева* – приграничная крепость, Силчестер, Гемпшир.
   Камни* – Стоунхендж.
   Ком Исаф* – возле Ньютауна, Поуис.
   Кориниум* – Сайренсчестер, Глостершир.
   Ллин Керриг Бах* – Озеро маленьких камней, ныне аэродром на о. Англси.
   Ллогр* – часть Британии, захваченная саксами, буквально «утраченные земли». На современном валлийском «Ллогр» означает «Англия».
   Луге Вейл* – Мортимерс-кросс, Херефорд и Вустер.
   Магнис* – римский форт Кенчестер, Херефорд и Вустер.
   Нидум* – Нит, Гламорган.
   Понт* – Стейнс, Суррей.
   Ратэ* – Лестер.
   Тор* – Гластонбери Тор, Сомерсет.
   Халъком* – Солком, Девон


   Сегодня я вспоминаю умерших.
   Наступил последний день старого года. Папоротник на холме побурел и пожух, вязы в долине облетели, начался забой скота. Нынче ночью – канун Самайна.
   Нынче ночью завеса между живыми и мертвыми затрепещет, поредеет и наконец исчезнет. Нынче ночью покойники пройдут по мосту-мечу. Нынче ночью они явятся из Иного мира сюда, но мы их не увидим. Они будут здесь, но мы различим лишь тени во тьме, услышим лишь шепоток ветра в безбурной ночи.
   Епископ Сэнсам, святой, настоятель нашей монашеской обители, смеется над этими верованиями. У покойников, говорит он, нет призрачных тел, они не могут пройти по мосту-мечу; покойники лежат в холодных могилах и ждут второго пришествия Господа нашего Иисуса Христа. Он говорит, усопших надо помнить и молиться за их души, однако тела их истлели. Глаза вытекли, глазницы зияют черными дырами, внутренности стали добычей червей, кости заросли плесенью. Святой уверяет, что мертвые не тревожат живых в ночь на Самайн. И все-таки даже он, уходя спать, словно бы ненароком забудет у монастырского очага хлеб и кувшин с водой.
   Я оставлю больше. Чашу с медом и кусок лососины. Скромные подношения – все, что в моих силах. Я оставлю их у очага, уйду в свою келью и буду ждать мертвых, которые посетят нынче ночью холодный дом на голом холме.
   Я буду называть их имена. Кайнвин, Гвиневера, Нимуэ, Мерлин, Ланселот, Галахад, Диан, Саграмор – список занял бы два пергамента. Их шаги не потревожат камыш на полу, не спугнут мышей, обитающих в соломенной кровле, но даже епископ Сэнсам знает, что наши кошки будут выгибать спины и шипеть из кухонных углов на тени, которые и не тени вовсе, когда те подступят к очагу принять дары, оставленные, чтобы их задобрить.
   Итак, сегодня я вспоминаю умерших.
   Теперь я стар, как когда-то Мерлин, хотя далеко не так мудр. Наверное, только мы с епископом Сэнсамом еще помним те славные времена, и я один храню о них добрую память. Быть может, уцелел кто-нибудь еще, в Ирландии или в пустынных землях к северу от Лотиана. Мне о них ничего не ведомо. Знаю одно: если они живы, то, подобно мне, ежатся от подступающей тьмы, словно кошки, которые подбираются, завидев ночные тени. Все, что мы любили, разрушено, все, что построили, уничтожено, все, посеянное нами, пожали саксы. Мы, бритты, цепляемся за гористые западные земли и твердим о мести, но нет меча, способного одолеть великую тьму. Часто, слишком часто я мечтаю оказаться среди мертвых. Епископ Сэнсам одобряет это желание; хорошо, мол, стремиться на небеса. Впрочем, я не думаю, что попаду в рай и вместе со святыми займу место одесную Отца. Я много грешил и потому страшусь ада, и все же, вопреки своей нынешней вере, надеюсь попасть в Иной мир. Там, под яблонями четырехбашенного Аннуина, ломится от яств стол, за которым собрались мои друзья. Мерлин улещивает, поучает, ворчит и насмешничает. Галахад рвется вставить словцо. Кулух, прискучив бесконечными разговорами, стянул себе лишнюю порцию мяса и думает, будто никто не заметил. И там же Кайнвин, милая Кайнвин, улаживает раздоры, посеянные Нимуэ.
   Однако я вынужден влачить земное существование. Я живу, в то время как друзья мои пируют, и, пока дышу, буду писать повесть об Артуре. Я составляю ее по просьбе королевы Игрейны, молодой супруги короля Брохваэля Повисского, покровителя нашего маленького монастыря. Игрейна хочет знать все, что я помню об Артуре. Вот почему я пишу эту повесть, хотя епископ Сэнсам не одобряет мой труд. Он говорит, что Артур был враг Божий, дьяволово семя, посему я пишу на родном саксонском, которого святой не понимает. Мы с Игрейной лжем, будто я перевожу Евангелие Господа нашего Иисуса Христа на язык врагов, и епископ то ли нам верит, то ли выжидает время, чтобы разоблачить меня и покарать.
   Я пишу каждый день. Игрейна часто приходит в монастырь помолиться Богу, чтобы Он даровал ей дитя, потом забирает пергаменты и отдает писарю Брохваэля, а тот перекладывает их на язык бриттов. Думаю, она многое меняет, подгоняя Артура под образ, который ей более по душе, но что мне за печаль? Никто не будет этого читать. Я подобен человеку, строящему плотину из глины и прутьев для защиты от грядущего наводнения. Близится тьма, в которой не останется грамотных людей. Одни саксы.
   Итак, я пишу об умерших, коротая время в ожидании встречи, когда смиренный инок брат Дерфель вновь станет лордом Дерфелем Кадарном, Дерфелем Могучим, первым воином Думнонии, лучшим другом Артура. Однако сейчас я всего лишь старый продрогший монах и пишу воспоминания единственной уцелевшей рукой. Нынче ночью канун Самайна, завтра – первый день нового года. Близится зима. У оград намело кучи опавших листьев, по стерне бродят дрозды, чайки перебрались на сушу, и дятлы собираются при полной луне. Самое время, говорит мне Игрейна, писать о былом. Она принесла новую стопку телячьих кож, бутылочку свежеприготовленных чернил и пучок перьев. Расскажи мне об Артуре, просит она, о нашей лучшей и последней надежде, о короле, который никогда не был королем, о враге Божьем и биче саксов. Расскажи об Артуре.
   Ужасен вид поля после сражения.
   Мы победили, однако в наших сердцах не было буйной радости. Мы дрожали у костров, стараясь не думать о нечисти, что бродит средь павших в Лугг Вейле. Кое-кто спал, но беспокойно – им снилась битва. Я пробудился средь ночи от воспоминания о копье, едва не вспоровшем мне живот. Исса спас меня, отбив вражеский удар краем щита, но мысль о том, что могло случиться, не отпускала. Я попытался снова заснуть и не смог, так явственно представлялось мне это копье, поэтому, усталый и замерзший, встал и закутался в плащ. Долину освещали гаснущие костры, во тьме меж огнями клубились дым и речной туман. Что-то двигалось в дыму – люди или духи, я различить не мог.
   – Не спится, Дерфель? – раздался тихий голос из дверей римского здания, где лежало тело короля Горфиддида.
   Я повернулся и увидел Артура. Он смотрел на меня.
   – Да, господин, – признал я.
   Артур двинулся между спящими воинами. Длинный белый плащ из тех, что он так любил, как будто светился во тьме. На нем не было ни грязи, ни крови; я сообразил, что Артур заранее прихватил его с собой, чтобы переодеться. Нам, остальным, было все равно, в чем мы окажемся после боя – да хоть нагишом, лишь бы живыми. Однако Артур всегда отличался чистоплотностью. Он был с непокрытой головой, волосы по-прежнему примяты там, где их сдавливал шлем.
   – Мне всегда плохо спится после сражения, по крайней мере неделю. Потом приходит блаженное забытье. – Он улыбнулся. – Я – твой должник.
   – Нет, господин, – возразил я, хотя Артур сказал правду. Мы с Саграмором весь день удерживали Лугг Вейл против несметного полчища врагов, и Артур не пришел нам на выручку. Позже подоспела помощь, а с ней и победа, но из всех его битв эта была ближе всего к поражению. Если не считать последней.
   – Я, во всяком случае, не забуду твоей услуги, – ласково проговорил Артур, – даже если ты сам о ней не помнишь. Пришло время обогатить тебя, Дерфель, тебя и твоих людей.
   Он улыбнулся и, взяв меня под локоть, повел туда, где наш разговор не беспокоил бы тревожный сон воинов, лежащих ближе к кострам. Земля была влажная, дождь заполнил водой вмятины от копыт Артуровой конницы. Интересно, подумалось мне, снится ли лошадям сражение? И еще: вздрагивают ли убитые, бредущие сейчас по мосту-мечу, от воспоминаний об ударе копьем, отправившем их души в Иной мир?
   – Гундлеус убит? – перебил мои мысли Артур.
   – Да, господин. – Король Силурии испустил дух еще до темноты, но я не видел Артура с тех пор, как Нимуэ покончила со своим врагом.
   – Я слышал его крики, – сдержанно проговорил Артур.
   – Вся Британия, наверное, их слышала, – так же сухо отвечал я. Нимуэ вырывала черную душу короля по кускам и пела, празднуя отмщение человеку, который отдал ее на поругание воинам и ослепил на один глаз.
   – Значит, Силурии нужен король, – продолжал Артур. Он поглядел в долину, туда, где в дымном мареве метались черные тени. Отблески пламени ложились на свежевыбритое лицо, подчеркивая заострившиеся черты. Не красавец и не урод, Артур обладал тем, что правильнее всего было бы назвать необычной внешностью. Лицо, длинное и скуластое, в минуты задумчивости казалось печальным, а во время разговора оживлялось внутренним пылом и быстрой улыбкой. Он был молод – всего тридцать лет; в коротко стриженных волосах еще не начала пробиваться седина.
   – Идем. – Он тронул меня за плечо и указал в долину.
   – Ты хочешь идти средь мертвых? – Я в ужасе попятился. По мне, лучше было переждать у костров, пока рассвет не прогонит нечисть.
   – Мы их убили, Дерфель, ты и я, – отвечал Артур, – так кто кого должен бояться?
   Он был совершенно чужд суевериям. Мы носили при себе амулеты и во всем видели дурные знаки; Артур двигался сквозь мир духов, как слепец.
   – Идем, – повторил он, снова трогая меня за плечо.
   Мы углубились во мрак. Не все, лежащие в тумане, были мертвы, некоторые жалобно молили о помощи, но Артур, обычно добрейший из людей, оставался глух к их стонам. Он думал о Британии.
   – Завтра я поеду на юг, – сказал он, – на встречу с Тевдриком.
   Гвентский король Тевдрик, наш союзник, отказался послать своих воинов в Лугг Вейл, ибо не верил в победу. Теперь он нагл должник – мы выиграли для него войну, однако Артур, как обычно, не помнил зла.
   – Я попрошу Тевдрика послать людей на восток, против саксов, и отправлю с ними Саграмора. Они должны удержать границу до конца зимы. Твои люди, – он быстро улыбнулся, – заслужили отдых.
   По его улыбке я понял, что отдыха не будет, и отвечал покорно:
   – Они отправятся, куда велишь.
   Я шел с опаской, страшась зыбких теней и правой рукой делая знаки от дурных сил. Порою души, разлученные с телом, не находят дороги в Иной мир и бродят по земле, разыскивая свои прежние тела и мстя убийцам. Той ночью в Лугг Вейле было много таких душ, и я их боялся; однако Артур шагал среди мертвецов беспечно, одной рукой придерживая полу плаща над мокрой травой и грязью.
   – Твои люди нужны мне в Силурии, – решительно сказал он. – Энгус Макайрем захочет ее разграбить. Его надо остановить.
   Энгус – ирландский король Деметии – во время битвы перешел на сторону Артура и тем обеспечил ему победу. За это ирландцу обещали пленников и долю богатств Силурийского королевства.
   – Пусть возьмет сто невольников, – объявил Артур, – и треть силурийской казны. Так мы договорились, хотя он все равно попытается нас обмануть.
   – Я прослежу, чтобы не обманул, господин.
   – Нет, не ты. Позволишь Галахаду повести твоих людей? Я кивнул, пряча удивление, потом спросил:
   – А что делать мне?
   – Силурия меня беспокоит, – продолжал Артур, словно не слыша вопроса. Он нахмурился. – Ею дурно управляли, Дерфель, очень дурно.
   Сказано это было с глубоким отвращением. Для всех нас дурное правление так же естественно, как снег зимою или цветы по весне, однако Артур искренне ему ужасался. Мы помним Артура легендарным воином в сияющих доспехах и с острым мечом в руке, он же хотел остаться в памяти людей добрым, честным и справедливым правителем. Меч давал ему власть, а он уступал эту власть закону.
   – Королевство незначительное, но, если не навести там порядок, хлопот с ним не оберешься. – Он думал вслух, пытаясь предугадать все препятствия, отделяющие эту ночь после боя от его мечты о мирной объединенной Британии. – Идеальным решением было бы разделить Силурию между Гвентом и Повисом.
   – А что мешает? – спросил я.
   – Я обещал ее Ланселоту, – отвечал Артур тоном, не допускающим возражений.
   Я промолчал, только тронул рукоять Хьюэлбейна, чтобы сталь защитила мою душу от порчи. Я смотрел на груды мертвых тел перед лесом, который мои люди защищали весь долгий вчерашний день.
   Много храбрецов отличилось в том бою, только не Ланселот. За все те годы, что я служил под началом Артура, за все годы знакомства с Ланселотом я никогда не видел его в боевом строю. Видел, как он преследует разбитого врага, как ведет пленных перед ликующей толпой, но никогда – в жаркой стычке двух сошедшихся щитами воинств. Изгнанный король Беноика, свергнутый прихлынувшей из Галлии ордой франков, он ни разу, насколько я знал, не обратил копье против захватчиков. И все же барды по всей Британии воспевали его доблесть. Ланселот, король без королевства, герой сотни сражений, меч бриттов, прекрасный и скорбный воитель… И всю славу добыли ему песни, не меч. Мы были врагами, и оба – друзья Артуру, поэтому жили в состоянии напряженного перемирия.
   Артур знал, как я отношусь к Ланселоту. Он тронул меня за локоть, и мы вместе двинулись на юг, к грудам мертвых тел.
   – Ланселот – союзник Думнонии. Если Ланселот будет править Силурией, мы сможем ее не опасаться. А если Ланселот женится на Кайнвин, то и Повис его поддержит.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Поделиться ссылкой на выделенное