Бернард Корнуэлл.

Триумф стрелка Шарпа

(страница 6 из 29)

скачать книгу бесплатно

   – Насколько нам известно, он присоединился к армии Скиндии. Но сведений о нем крайне мало. – Полковник уже рассказал спутнику, что пытался выследить предателя после того, как тот увел с собой целую роту сипаев, но тут пришло страшное известие из Чазалгаона. Маккандлесс, державший путь на север, в армию Уэлсли, наткнулся в донесении на знакомое имя и, развернувшись, поспешил в Серингапатам. Одновременно он отправил нескольких агентов на розыски Додда. – Встретиться с ними мы должны завтра или, самое позднее, послезавтра.
   Дождь не прекращался, но и не усиливался. Из-под копыт на бока лошадей и сапоги и белые штаны Шарпа летели брызги и комья грязи. Он испытал уже все мыслимые способы верховой езды – сползал набок, подавался назад и наклонялся вперед, – ничего не помогало. Симпатии к лошадям Шарп не питал никогда, теперь он проникся к ним стойкой ненавистью.
   – Хотелось бы мне, сэр, повстречаться еще разок с этим лейтенантом Доддом, – проронил Шарп, когда они проезжали небольшую рощицу.
   – Будьте с ним поосторожнее, – предупредил полковник. – За ним закрепилась определенная репутация.
   – Чем же он прославился, сэр?
   – Тем, что умеет драться. Способный офицер. Я с ним, разумеется, не знаком, но мне о нем рассказывали. Служил на севере, по большей части в Калькутте, и там же сделал себе имя. Первым поднялся на стену в Панхапуре. Стена вроде бы так себе, скорее кактусовые заросли, но сипаи отстали от командира на добрых пять минут, а Додд за это время уложил с дюжину врагов. Высок, силен, отлично владеет саблей и прекрасный стрелок. Короче говоря, убийца.
   – Если он так хорош, сэр, то почему дальше лейтенанта не пошел?
   Полковник вздохнул.
   – Такие уж в Компании порядки. В королевской армии человек может купить патент и подняться выше, в Компании устроено по-другому. Там даже за хорошую службу не повышают. Все определяется порядком старшинства. Чтобы пойти выше, приходится ждать, пока кого-то убьют. Другого пути нет.
   – И Додд ждал, сэр?
   – Долго ждал. Сейчас ему сорок, и сомневаюсь, что ему удалось бы стать капитаном к пятидесяти.
   – Поэтому он и сбежал?
   – Сбежал он из-за убийства. Утверждал, что его обманул ювелир. Ювелира избили. Да так, что бедняга помер. Додда, конечно, отдали под трибунал. Приговорили лишить жалованья на шесть месяцев. Подумайте только, шесть месяцев без жалованья! Это же все равно, что разрешить убийство! Уэлсли распорядился изгнать его из армии, предать гражданскому суду и приговорить к смерти. Вот Додд и сбежал. – Полковник помолчал. – Я бы и рад был сказать, что мы преследуем его за убийство, но это не так. Мы охотимся за ним, потому что он склонил к дезертирству свою роту. Гниль, если пошла, остановить трудно, поэтому нужно показать всем сипаям, что измена наказуема.
   Уже смеркалось, когда дождь наконец прекратился.
К тому времени Шарп думал только о том, как бы не закричать от боли. Внезапно из-за холма показалась группа всадников, по виду силладаров, наемников, предложивших свои услуги британской армии. Сержант предусмотрительно направил коня к обочине – связываться с вооруженными до зубов людьми было бы глупо, – но старший небольшого отряда, приблизившись, приветственно поднял руку.
   – Полковник! – крикнул он.
   – Севаджи! – отозвался Маккандлесс и, пришпорив скакуна, поскакал навстречу индийцам.
   – Есть новости? – спросил шотландец, пожимая руку Севаджи.
   Индиец кивнул.
   – Тот, кого вы ищете, полковник, в Ахмаднагаре. Принял полк Мейзерса.
   Довольный собой, он улыбнулся, показав испачканные чем-то красным зубы. Это был молодой еще человек, носивший обноски незнакомой Шарпу зеленой формы: мундир с европейскими эполетами и серебряными цепями, перевязь с саблей и кушак из белого шелка с бурыми пятнами засохшей крови.
   – Сержант Шарп, будьте знакомы – Сьюд Севаджи.
   Шарп сдержанно кивнул.
   – Сахиб, – сказал он, инстинктивно угадав во всаднике человека не простого звания.
   – Сержант видел лейтенанта Додда и может его опознать, – объяснил Маккандлесс. – Важно не ошибиться и взять того, кто нам нужен.
   – Убейте всех европейцев, – предложил Севаджи, – и тогда наверняка не ошибетесь.
   Шарпу не показалось, что индиец шутит.
   – Я хочу взять его живым, – раздраженно ответил шотландец. – Должно восторжествовать правосудие. Или вам удобнее считать, что британский офицер может до смерти забить человека и избежать наказания?
   – Люди именно так и считают, – беззаботно ответил Севаджи, – но раз уж вы столь щепетильны, пусть будет по-вашему – возьмем мистера Додда живым.
   Небольшой отряд из полудюжины грозного вида воинов, вооруженных чем попало, от луков до пик, вытянулись за шотландцем.
   – Сьюд Севаджи – маратх, – пояснил Маккандлесс, обращаясь к сержанту.
   – Из тех, кого вы называли романтическими, сэр?
   – Романтическими? – удивленно повторил Севаджи, впервые, похоже, слышавший это слово.
   – Главное, что он на нашей стороне, – ответил полковник.
   – Нет, нет, – поспешил вмешаться индиец. – Я против Бени Сингха и, пока он жив, помогаю врагам моего врага.
   – А почему он ваш враг, сэр? – поинтересовался Шарп. – Прошу извинить за любопытство.
   Севаджи осторожно, как фетиш, погладил эфес сабли.
   – Потому что он убил моего отца.
   – Надеюсь, сэр, вы посчитаетесь с ублюдком.
   – Шарп! – Маккандлесс укоризненно покачал головой.
   Индиец рассмеялся.
   – Мой отец командовал одной из бригад раджи Берара. Великий был воин, сержант. А Бени Сингх ему завидовал. Однажды он пригласил моего отца на пир и подсыпал ему яду. Это случилось три года назад. Моя мать покончила с собой, мой младший брат служит Бени Сингху, а моя сестра у него в наложницах. Они тоже умрут.
   – А вы, сэр? – спросил Шарп. – Вам удалось спастись?
   – Я в то время служил в кавалерии Ост-Индской компании, – ответил Севаджи. – Отец считал, что врага нужно знать, поэтому отправил меня в Мадрас.
   – Где мы и познакомились, – бесцеремонно прервал излияния индийца Маккандлесс. – И теперь Севаджи служит мне.
   – Только потому, – объяснил Севаджи, – что благодаря британским штыкам я смогу отомстить Бени Сингху, а заодно получу награду за Додда. Четыре тысячи двести рупий, не так ли?
   – Только если мы возьмем его живым, – строго напомнил полковник. – Сумма может быть увеличена, когда Совет директоров узнает о том, что он совершил в Чазалгаоне.
   – Подумать только, я едва не поймал его, – вздохнул индиец и рассказал, как проник со своими людьми в Ахмаднагар, выдав себя за верных Скиндии бриндарри.
   – Бриндарри? – переспросил Шарп.
   – Примерно то же, что и силладары, – отозвался Маккандлесс. – Конные наемники. – Он повернулся к Севаджи. – И что, видели Додда?
   – Только слышал, полковник. Близко подойти не удалось. Он держал речь перед полком, расписывал, как они погонят вас, британцев, из Индии.
   Маккандлесс усмехнулся.
   – Пусть считает себя счастливчиком, если сумеет скрыться из Ахмаднагара! Почему он вообще остался в городе?
   – Может быть, чтобы дать Полману шанс провести контратаку? – предположил Севаджи. – Несколько дней назад его бригада все еще находилась вблизи Ахмаднагара.
   – Всего одна бригада, сэр? – Шарп скептически покачал головой. – Одной слишком мало, чтобы разбить Уэлсли.
   Индиец задумчиво посмотрел на британца.
   – Хотите знать мое мнение, сержант? Полман – лучший пехотный военачальник из всех, что состоят на службе у местных правителей. Не проиграл ни одного сражения, а его компу, на мой взгляд, лучшая пехотная армия во всей Индии. Численно она уже превосходит армию Уэлсли, а если Скиндия подтянет другие свои полки, соотношение сил достигнет три к одному. Если же он дождется подхода войск раджи Берара, оно составит десять к одному.
   – Тогда почему мы собираемся его атаковать?
   – Потому что рассчитываем победить, – твердо сказал Маккандлесс. – Такова воля Господня.
   – Потому что, сержант, – сказал Севаджи, – вы, британцы, воображаете себя непобедимыми. Но вам еще не приходилось драться с маратхами. Ваша крохотная армия идет на север с полной уверенностью в успехе, а на самом деле вы – мышь, дразнящая слона.
   – Та еще мышка, – усмехнулся Маккандлесс.
   – Тот еще слон, – мягко возразил Севаджи. – Мы – маратхи и, если бы не воевали друг с другом, владели бы всей Индией.
   – Вы еще не видели шотландскую пехоту, – стоял на своем полковник, – а у Уэлсли два шотландских батальона. И не забывайте про армию Стивенсона, она неподалеку. – Каждая из двух вторгшихся в пределы Маратхской конфедерации армий имела собственного командующего, но общее руководство осуществлял Уэлсли. – Думаю, мышка еще преподнесет вам парочку сюрпризов.
   Переночевали в деревне. К северу, за горизонтом, по небу разливался багровый отсвет тысяч костров, признак того, что британская армия уже недалеко, на расстоянии одного короткого перехода. Маккандлесс договорился со старостой деревни насчет ночлега и продуктов и неодобрительно покачал головой, когда Севаджи добавил к ужину кувшин крепкого местного арака. Индиец сделал вид, что не замечает нахмуренных бровей, и направился в таверну.
   – Этот человек воюет только из-за денег, Шарп, как и все наемники, – осуждающе заметил Маккандлесс.
   – И еще ради мести, сэр, – отозвался сержант.
   – Да, он жаждет мести, и я дам ему возможность отомстить, но только потом он повернет оружие против нас. – Полковник устало потер глаза. – Тем не менее пока Севаджи нам полезен. Вот только полной уверенности у меня нет...
   – Вы имеете в виду войну, сэр?
   Шотландец покачал головой.
   – Войну мы выиграем. Их численное превосходство значения не имеет – мы победим в любом случае. Нет, Шарп, меня беспокоит Додд.
   – Мы поймаем его, сэр.
   Некоторое время шотландец молчал. На столе коптила масляная лампа, привлекая огромных крылатых тварей, и в ее тусклом свете лицо полковника казалось еще более бледным, чем обычно.
   – Я никогда не верил в сверхъестественное, Шарп, – наконец сказал он. – Только в Провидение Господне. Некоторые мои соотечественники утверждают, что видят и слышат знаки и знамения. Говорят о лисах, воющих у дома накануне смерти, или о тюленях, выходящих на берег, когда кто-то пропадает в море. Я никогда не придавал таким вещам никакого значения. Обычные предрассудки, языческие вымыслы. Но когда я думаю о Додде, мне делается не по себе. – Полковник покачал головой. – Наверное, это возраст.
   – Вы еще не стары, сэр.
   Маккандлесс улыбнулся.
   – Мне шестьдесят три. Я бы уже лет десять назад ушел на покой, если бы Господь не нашел мне применение. Но вот теперь Компания, похоже, не уверена в том, что я на что-то годен. Они предлагают мне пенсию, и я не могу их винить. Содержание полковника обходится Компании недешево. – Он грустно посмотрел на Шарпа. – Вы, сержант, сражаетесь за короля и свою страну, а я дерусь и умру за интересы держателей акций.
   – От вас они не откажутся, сэр, – попытался обнадежить полковника Шарп. – Им просто не найти вам замену.
   – Уже нашли, – негромко сказал Маккандлесс. – Если не они, то Уэлсли. У него есть теперь начальник разведки, и Компания это знает. Мне дали понять, что я «не вписываюсь в штатное расписание». – Он пожал плечами. – Хотят отпустить на вольные хлеба. Это поручение последнее, Шарп. Им очень нужен лейтенант Уильям Додд. А мне почему-то мнится, что встречи с ним я не переживу.
   – Вам нечего бояться, сэр, пока я рядом.
   – Да, Шарп, поэтому я вас и взял, – признался старый полковник. – Он моложе, сильнее и лучше дерется, так что без вас мне не обойтись. Как вы деретесь, я видел в Серингапатаме. Сомневаюсь, что Додд устоит против вас.
   – Не устоит, сэр, – мрачно подтвердил Шарп. – И о вас я позабочусь. Вам ничто не угрожает.
   – На все воля Господа.
   Теперь уже Шарп улыбнулся.
   – Как говорится, сэр, Бог помогает тем, кто сам себе помогает. Мы справимся, сэр. И вас я в обиду не дам.
   – Надеюсь, что вы правы. Более того, молюсь за то, чтобы вы оказались правы.
   Впереди у них был Ахмаднагар, где ждал их Додд и где должна была начаться новая война Шарпа.


   В полевой лагерь сэра Артура Уэлсли маленький отряд полковника Маккандлесса прибыл после полудня следующего дня. Утром их на протяжении нескольких миль сопровождали вражеские конники. Несколько раз они приближались, словно провоцируя людей Севаджи вступить в схватку, но полковник держал индийцев, что называется, на коротком поводке, а потом британский патруль вынудил преследователей отступить. Всадники в синих мундирах оказались из 19-го драгунского полка, и их капитан, отогнав врага, рыскавшего у дороги в надежде поживиться отставшей тыловой повозкой, бодро помахал Маккандлессу, давая понять, что путь свободен.
   Еще через четыре часа полковник, поднявшись на невысокий холм, увидел внизу развернутые армейские колонны, а дальше, в пяти милях за ними, красные в лучах заходящего солнца стены Ахмаднагара. С высотки и форт, и стены выглядели единым сооружением, огромной красной крепостью с грозными, неприступными бастионами. Шарп вытер рукавом мокрое от пота лицо.
   – Смотрится внушительно, сэр, – заметил он, кивая в сторону крепости.
   – Стена и впрямь достаточно мощная, – ответил Маккандлесс, – но рва нет, гласиса нет и внешних укреплений тоже. Думаю, нам хватит трех дней, чтобы проделать брешь.
   – А потом бросить несчастных на смерть, – добавил Севаджи.
   – Им за это платят, – сухо возразил шотландец.
   Прилегающая к лагерю территория кишела людьми и животными. Для обеспечения кормом одного только кавалерийского коня требовалось два вооруженных серпами лашкара. Центр лагеря представлял собой вытоптанное пространство с загонами для быков и прочей тягловой и вьючной живности. Водоносы-пуккали тянулись с ведрами к громадной, обложенной дерном цистерне. За колючей изгородью отдыхали под бдительной охраной пушкарей шесть слонов, рядом размещался артиллерийский парк с двадцатью шестью орудиями, а еще дальше визжали дети, тявкали собачонки и сновали женщины, жены сипаев, собиравшие конские лепешки для вечернего костра. Последнюю часть пути отряд проделал через расположение 78-го шотландского батальона, солдаты которого, бурно приветствуя Маккандлесса, осыпали издевательскими шуточками его спутника.
   – Эй, сержант, хочешь посмотреть, как дерутся настоящие мужчины?
   – Ты когда в последний раз нюхал порох? – огрызнулся Шарп.
   – Что здесь делает Овсяная Лепешка?
   – Приехал преподать тебе урок.
   – Урок? Чего? Как сковороду поворачивать?
   – Там, откуда я приехал, этим занимаются те, что в юбках.
   – Хватит, Шарп, – оборвал его Маккандлесс, сам с гордостью носивший килт и уверявший, что в условиях Индии эта одежда гораздо удобнее бриджей и всего прочего. – Нам еще нужно засвидетельствовать почтение генералу. – С этими словами полковник повернул к большим палаткам в центре лагеря.
   Сержант не видел своего бывшего командира более двух лет и сильно сомневался, что генерал-майор Артур Уэлсли встретит его дружелюбнее, чем полковник Уэлсли. Сэр Артур всегда был человеком сдержанным, даже холодным, скупым на похвалы и страшным в выражении недовольства, и Шарп, всегда чувствовавший себя в его присутствии неловко, предпочел отстать от полковника, который, спешившись, направился к командующему.
   Генерал стоял у коновязи и, судя по всему, пребывал не в лучшем расположении духа. Ординарец в синем с желтым мундире 19-го драгунского полка держал за уздечку статного белого жеребца, и Уэлсли, поглаживая коня, выговаривал что-то сбившимся в кучку адъютантам. Присутствие здесь же группы старших офицеров, полковников и майоров, позволяло предположить, что проходившее в палатке заседание военного совета было прервано сообщением о некоем недомогании скакуна. Животное явно страдало, о чем свидетельствовали сотрясавшая его дрожь, мечущийся взгляд и пузырящаяся на губах то ли пена, то ли слюна.
   Уэлсли повернулся навстречу подошедшим Маккандлессу и Севаджи.
   – Можете пустить кровь коню, полковник?
   – Могу ткнуть ножом, если это поможет, – ответил шотландец.
   – В том-то и дело, что не поможет, черт побери! – раздраженно бросил Уэлсли. – Я не хочу, чтобы его зарезали, хочу лишь, чтобы ему пустили кровь! Где коновал?
   – Его ищут, сэр, – робко ответил один из адъютантов.
   – Так найдите побыстрее и доставьте сюда! Успокойся, мальчик, успокойся! – Последние три слова, произнесенные совсем иным, мягким тоном, были адресованы заржавшему жеребцу. – У него жар, – пояснил Уэлсли. – Если не пустить кровь, он умрет.
   Подбежавший кузнец робко протянул генералу ланцет и деревянный молоток.
   – Что вы их мне суете! – взорвался генерал. – Я не мастер пускать лошадям кровь! – Он бросил взгляд на адъютантов, потом посмотрел на сгрудившихся у палатки офицеров. – Неужели никто не знает, как это делается?
   В голосе Уэлсли проскользнули умоляющие нотки. Все эти люди годами жили рядом с лошадьми и уверяли, что любят их, однако никто из них понятия не имел, как пустить кровь четвероногому другу, – такого рода работу всегда доверяли кому-то из слуг. Наконец какой-то майор-шотландец выступил вперед, заявив, что дело простое и он, пожалуй, справится. Стащив мундир, офицер взял инструменты и подошел к дрожащему жеребцу. Приставив острие ланцета к шее животного, майор поднял молоток.
   – Не так! – вырвалось у Шарпа. – Вы его убьете! – С десяток зрителей повернулись к нему. Майор с заметным облегчением опустил руку. – Вы неправильно поставили лезвие, сэр, – объяснил Шарп. – Его надо направить вдоль вены, сэр, а не поперек.
   Став объектом всеобщего внимания и чувствуя на себе взгляд генерала, сержант смутился и даже покраснел, но отступать было поздно.
   Уэлсли нахмурился.
   – Можете пустить ему кровь?
   – Ездить на них я не умею, сэр, но, как пустить кровь, знаю. Работал на постоялом дворе, – добавил Шарп, как будто такого объяснения было достаточно.
   – Вам раньше приходилось это делать? – строго вопросил Уэлсли. Увидев знакомое лицо, он, похоже, нисколько не удивился – проблема с конем отодвинула на второй план все прочие беспокойства. – Опыт есть?
   – Опыт есть, сэр, – уверенно ответил Шарп, что вполне соответствовало действительности. Другое дело, что пускать кровь приходилось деревенским лошадкам неопределенной породы, а здесь перед ним стоял чистокровный белый жеребец.
   – Ну так приступайте, – сказал генерал. – Не стойте – делайте что-нибудь, черт возьми!
   Шарп взял у майора инструменты. Ланцет походил на непривычного вида перочинный нож с десятком лезвий в медном корпусе. Два из них имели форму крюка, остальные напоминали плоские ложки. Шарп остановил выбор на «ложке» среднего размера, провел пальцем по острию, убрал остальные и подступил к лошади.
   – Держи покрепче, – предупредил он драгуна-ординарца.
   – Имей в виду, сержант, малыш у нас с норовом, – негромко, чтобы не навлечь на свою голову упреков генерала, сказал солдат.
   – Тогда держи очень крепко. – Шарп провел ладонью по шее жеребца, нащупывая яремную вену.
   – Сколько вы собираетесь выпустить крови? – нетерпеливо спросил Уэлсли.
   – Столько, сколько потребуется, сэр, – ответил сержант. Вообще-то, он и сам не знал, сколько надо выпустить крови. Главное – чтобы подействовало. Жеребец нервничал и вырывался. Шарп посмотрел на генерала. – Успокойте его, сэр. Погладьте. Дайте ему понять, что еще не конец света.
   Уэлсли отстранил ординарца.
   – Все в порядке, Диомед, – прошептал он, наклоняясь к уху лошади. – Все будет хорошо. Мы тебе поможем. Ну же, сержант.
   Шарп нащупал наконец вену, приставил к ней острие ланцета и поднял деревянную колотушку – пробить толстую конскую шкуру не так-то легко, а сделать это требовалось с одного удара.
   – Все хорошо, малыш, – пробормотал сержант. – Ты почти ничего и не почувствуешь. Просто укол, как укус комара. – Коротко размахнувшись, он ударил колотушкой по тупому концу ланцета.
   Лезвие прошло шерсть, шкуру и плоть и проткнуло вену. Жеребец вскинулся, но Шарп, ожидавший такой реакции, удержал ланцет на месте, хотя из раны уже хлынула на кивер теплая кровь.
   – Держите его! – бросил он Уэлсли, и генерал послушно, словно привык получать приказы от сержанта, пригнул своему любимцу голову. – Вот так... хорошо... так и держите, сэр, – приговаривал Шарп, поворачивая лезвие, чтобы расширить разрез. Кровь выходила толчками, сбегала по белой шее, струилась по рукаву красного мундира и, стекая на землю, собиралась лужицей у ног.
   Диомед еще дрожал, но Шарп уже чувствовал, что конь успокаивается. Он уменьшил давление на ланцет, а потом, когда жеребец перестал дрожать, вынул инструмент из раны. Правый рукав мундира пропитался кровью.
   Шарп плюнул на пальцы левой, чистой руки и протер едва заметный прокол на шее скакуна.
   – Думаю, сэр, жить будет, но добавить в пойло немного имбирного пива не помешает. – Этот урок он тоже постиг на постоялом дворе.
   Уэлсли еще раз погладил коня по шелковистой шее, и Диомед, словно утратив вдруг интерес к устроенной вокруг него суматохе, опустил голову и принялся пощипывать травку. Генерал довольно улыбнулся – от недавнего плохого настроения не осталось и следа.
   – Премного вам обязан, Шарп, – сказал он, передавая ординарцу уздечку. – Честное слово, я у вас в долгу. Отличная работа. Впервые такое вижу. – Опустив руку в карман, сэр Артур выудил хайдери и протянул монету Шарпу. – Держите, сержант. Прекрасно справились.
   – Спасибо, сэр.
   Золотой хайдери – щедрое вознаграждение.
   – Вы только полюбуйтесь на этого красавца! – Генерал повернулся к офицерам. – Хорош, а? Подарок.
   – Весьма дорогой, – сухо заметил Маккандлесс.
   – Ценный, – поправил шотландца командующий. – Бедняга Эштон отписал его мне по завещанию. Вы ведь знали Эштона, полковник?
   – Конечно, сэр. – Генри Эштон был командиром 12-го Суффолкского полка, он умер через несколько дней после дуэли, получив пулю в печень.
   – Жаль, разумеется, но подарок есть подарок, не отказываться ведь, верно? Чистокровный арабский рысак, так-то, полковник.
   Немалая порция чистой арабской крови засыхала сейчас на мундире Шарпа, но генерал слишком радовался благополучному исходу дела, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Сержант впервые видел Уэлсли в столь прекрасном расположении духа. Понаблюдав со счастливой улыбкой за безмятежно пощипывающим скудную зелень Диомедом, он приказал ординарцу выгулять скакуна и, будто лишь теперь заметив столпившихся вокруг офицеров, внезапно посерьезнел, скрыв чувства под привычной маской бесстрастия.
   – Премного вам обязан, Шарп, – повторил он и, повернувшись, шагнул к палатке. – Маккандлесс, зайдите! Расскажете последние новости.
   Полковник кивнул Севаджи, приглашая индийца следовать за собой. Офицеры и адъютанты потянулись за ними. Шарп остался, выглядывая, чем бы вытереть перепачканные кровью руки.
   – Молодцом, сержант, – усмехнулся ординарец. – Ты хоть знаешь, что спас лошадку за шестьсот гиней?


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное