Бернард Корнуэлл.

Орел стрелка Шарпа

(страница 2 из 24)

скачать книгу бесплатно

   В армии всегда были женщины и дети, которые следовали за войсками. Каждому батальону разрешалось взять на войну за морем шестьдесят жен, но никто не мог помешать другим женщинам примкнуть к числу «официальных» спутниц; местные красотки, проститутки, прачки и портнихи – все они жили за счет армии.
   Эта девушка явно была не из их числа. От нее веяло большими деньгами и благородным происхождением; наверное, она родилась в знатной лиссабонской семье. Шарп решил, что незнакомка, скорее всего, любовница какого-нибудь богатого офицера, часть его снаряжения – вместе с великолепными лошадьми, монтонскими пистолетами, серебряными столовыми приборами и гончими, которые послушно следуют за лошадью. Шарпу было известно, что таких девушек немало и они стоят больших денег… Он снова почувствовал, как в его душе просыпается зависть.
   – О господи! – воскликнул Харпер, который по-прежнему смотрел в окно.
   – Что такое? – Шарп наклонился вперед и не поверил своим глазам.
   По площади маршировал батальон британской пехоты – такого Шарп не видел вот уже двенадцать месяцев. Год, проведенный в Португалии, превратил армию Уэлсли в кошмар из сновидений хорошего сержанта: солдатская форма выгорела и была залатана кусками коричневой ткани, столь любимой португальскими крестьянами, волосы неприлично отросли, а пуговицы и значки давно перестали блестеть. Сэра Артура Уэлсли это не беспокоило; каждый солдат должен был иметь шестьдесят пуль и ясную голову, а если его брюки стали коричневыми вместо белых, это никак не влияло на исход сражения.
   Маршировавший на площади батальон явно только что прибыл из Англии. Мундиры были ярко-алого цвета, портупея ослепительно белой, сапоги блестели так, что в них можно было смотреться, точно в зеркало, туго застегнутые гетры и – Шарп глазам своим не поверил – печально знаменитые «ошейники»: четыре дюйма жесткой, покрытой лаком черной кожи, которая сжимала шею и предназначалась для того, чтобы подбородок солдата торчал вверх под необходимым углом. Шарп уже и не помнил, когда в последний раз видел эту штуку. После начала боевых действий солдаты «теряли»
   их, а вместе с ними пропадали и ссадины, появлявшиеся на коже под подбородком.
   – По-моему, они что-то напутали – Виндзорский замок совсем в другой стороне,– заметил Харпер.
   Шарп покачал головой.
   – В это просто невозможно поверить!
   Тот, кто командовал батальоном, наверняка превратил жизнь своих солдат в ад, иначе они не выглядели бы столь блистательно после долгого пути из Англии в переполненных, вонючих кораблях и тяжелого, бесконечного марша под палящим солнцем. Оружие сверкало, снаряжение казалось новеньким, с иголочки, а лица налились кровью из-за давящих ошейников и яркого немилосердного солнца. Во главе каждой роты выступали офицеры, которые, как заметил Шарп, великолепно держались в седле.
Флаги были спрятаны в начищенные кожаные футляры и охранялись сержантами, чьи алебарды сверкали так, что на них было больно смотреть. Солдаты маршировали идеально, глядя прямо перед собой: создавалось впечатление, что это не обычный батальон, а взвод королевских гвардейцев в Виндзоре.
   – Кто это такие? – Шарп пытался вспомнить, какие полки имеют желтые значки на форме, но ему ничего не приходило в голову.
   – Южный Эссекский, – ответил Хоган.
   – Как вы сказали?
   – Южный Эссекский. Совсем новый полк. Организован недавно полковником сэром Генри Симмерсоном, кузеном генерала сэра Банестра Тарльтона.
   Шарп тихонько присвистнул. Тарльтон участвовал в американской кампании, а теперь заседал в парламенте и был злейшим военным оппонентом Уэлсли. Шарп слышал, что Тарльтон сам хотел возглавить британскую армию в Португалии и ужасно завидовал назначению более молодого генерала. Тарльтон обладал солидными связями и являлся очень опасным противником для Уэлсли, а Шарп достаточно разбирался в политике верховного командования, чтобы понимать: присутствие кузена Тарльтона в армии вряд ли доставит Уэлсли удовольствие.
   – Это он? – Шарп показал на тучного офицера, который гарцевал на серой лошади в центре батальона.
   Хоган кивнул.
   – Да, это сэр Генри Симмерсон, сохрани его Господь, а еще лучше нет.
   У полковника сэра Генри Симмерсона было красное лицо со свисающими щеками, испещренными пурпурными венами. Его глаза – Шарп даже с такого расстояния смог их разглядеть – казались маленькими и красными, а по обе стороны подозрительного, неприветливого лица торчали здоровенные уши, похожие на выступающие части лафета. «Точно свинья, взгромоздившаяся на круп лошади»,– подумал Шарп.
   – Я никогда о нем не слышал.
   – И не удивительно. Он не совершил ничего примечательного,– Хоган говорил с откровенным презрением.– Крупный землевладелец, член парламента, мировой судья и, да поможет нам Бог, полковник ополчения.– Казалось, капитан и сам удивлен резкости своих оценок.– Он не успокоится до тех пор, пока эти несчастные ребята не станут самым великолепным и самым проклятым батальоном в армии. Впрочем, я думаю, его ждут жестокие разочарования, когда он обнаружит разницу между настоящей армией и ополчением.
   Как и все офицеры регулярной армии, Хоган не слишком уважал вторую армию Британии. Ополчение использовалось исключительно на территории самой Британии, и ополченцам не приходилось по-настоящему сражаться, голодать, спать под открытым небом и дождем. Ополчение главным образом участвовало в парадах, раздуваясь от сознания собственной значимости.
   – Вообще-то жаловаться не следует,– рассмеялся Хоган.– Нам повезло, что здесь появился сэр Генри.
   – Повезло? – Шарп посмотрел на седеющего инженера.
   – О да. Сэр Генри прибыл в Абрантиш только вчера, но успел всем нам рассказать, что является грандиозным специалистом по ведению военных действий. Он еще не видел ни одного живого француза, но уже прочитал генералу лекцию о том, что нужно делать, чтобы одержать над врагом победу! – Хоган снова рассмеялся и покачал головой.– Может быть, он чему-нибудь научится. Первая же серьезная битва прочистит ему мозги.
   Лейтенант посмотрел на солдат, которые, словно заводные куклы, маршировали по площади. Медные значки на киверах сверкают в солнечных лучах, но лица лишены всякого выражения. Шарп любил армию – его дом, убежище, приютившее сироту шестнадцать лет назад,– но больше всего он любил ее за возможность снова и снова доказывать себе, что он нужен и приносит пользу. Он ворчал, возмущался поведением богачей и тех, кто обладает привилегиями, но признавал: армия помогла ему выбраться из канавы, повязала офицерский шарф. Шарп не мог представить себе никакой другой работы, которая дала бы шанс низкорожденному ублюдку, скрывавшемуся от закона, стать респектабельным и уважаемым человеком.
   Впрочем, ему повезло. Все шестнадцать лет, проведенные им в армии, продолжались непрерывные войны – во Фландрии, Индии и Португалии. Страна нуждалась в людях вроде него, которые реагировали на опасность, как азартный игрок на колоду карт. Шарп подозревал, что возненавидел бы армию мирного времени – с парадами и постоянной муштрой, мелкой завистью и бесконечным наведением блеска… Южный Эссекский как раз и был такой мирной армией, от которой лучше держаться как можно дальше.
   – Полагаю, полковник любит пороть своих солдат?
   – Порки, дополнительные парады в качестве наказания и бесконечная муштра.– Хоган поморщился. – Сэр Генри просто обожает все это. Он утверждает, что в его подчинении могут быть только самые лучшие солдаты и офицеры. И так оно и есть. Как они вам?
   – Господи спаси нас от Южного Эссекского. – Шарп мрачно рассмеялся.– Я ведь немного прошу, не так ли?
   – Боюсь, тут у вас ничего не выйдет.– Хоган улыбнулся.
   Шарп посмотрел на инженера, и внутри у него все сжалось. А тот только плечами пожал.
   – Я же говорил вам: дело обстоит не так просто. Если испанский полк идет в Вальделаказу, сэр Артур считает, что ради соблюдения дипломатических норм он должен послать и британский полк. Продемонстрировать мощь или что-то в этом роде.– Хоган взглянул на ровные ряды солдат, а потом снова на Шарпа. – Сэр Генри Симмерсон и его бравые ребята отправляются с нами.
   – Иными словами, мы должны будем подчиняться его приказам,– простонал Шарп.
   – Не совсем.– Хоган поджал губы.– Строго говоря, приказывать вам буду я.
   Слова прозвучали официально, точно инженер временно поменял профессию и превратился в адвоката. Шарп бросил на него удивленный взгляд. Могла быть только одна причина, по которой Уэлсли отдал Шарпа и его стрелков в подчинение Хогану, а не Симмерсону, и заключалась она в том, что генерал не доверяет сэру Генри.
   Шарп по-прежнему не понимал, какая может возникнуть в нем нужда; Хогана будут защищать два полных батальона – по меньшей мере, полторы тысячи человек.
   – Генерал предполагает, что нам придется встретиться с французами?
   Хоган пожал плечами.
   – Испанцы говорят, что у французов на южном берегу целый полк кавалерии, усиленный артиллерией, они с самой весны охотятся за партизанами. Уэлсли думает, что противник попытается воспрепятствовать нам.
   – Я все равно не понимаю, мы-то зачем?
   – Возможно, вы мне и не нужны.– Хоган улыбнулся.– Но на ближайший месяц не намечено никаких военных действий; французы сначала позволят нам углубиться на территорию Испании и только потом пойдут в наступление, в Вальделаказе может возникнуть заваруха. Я хочу иметь рядом кого-нибудь, кому мог бы доверять. Так… на всякий случай.
   Шарп улыбнулся. Хорошенькое дело, нянчиться с полковником ополчения, который возомнил себя всезнающим!
   – Для вас, сэр, с удовольствием.
   Хоган улыбнулся ему в ответ.
   – Кто знает? В жизни всякое бывает. Тем более что она поедет с нами.
   Шарп проследил за взглядом Хогана и увидел, что девушка, одетая во все черное, помахала рукой какому-то офицеру из Южного Эссекского. Как показалось Шарпу, блондину в безупречной форме, на коне, который, вероятно, стоил больше, чем чин самого всадника. Девушка подстегнула свою лошадь, слуга на муле последовал за ней; они присоединились к батальону, шагавшему по дороге в Каштелу-Бранку. Площадь снова опустела, пыль оседала в лучах палящего солнца, а Шарп откинулся на спинку своего стула и расхохотался.
   – Что тут смешного? – спросил Хоган.
   Шарп указал рукой, в которой держал кружку с бренди, на потрепанный мундир и рваные брюки Харпера.
   – Боюсь, сэру Генри не очень понравятся его новые союзники.
   Лицо сержанта по-прежнему оставалось мрачным.
   – Господи, спаси Ирландию.
   – Аминь.– Хоган поднял свою кружку.


   Бой барабанов был далеким и приглушенным, временами смешивался с городским шумом, но звучал настойчиво и угрожающе, и Шарп обрадовался, когда он стих. Они добрались до Каштелу-Бранку через двадцать четыре часа после Южного Эссекского. Было почти невозможно заставить мулов Хогана идти по дороге, изрезанной глубокими колеями в тех местах, где незадолго до них прошла полевая артиллерия. Теперь мулы, нагруженные бочками с порохом, запалами в промасленных тряпках, лопатами, кирками, ломами и прочим снаряжением, необходимым Хогану для взрыва моста, покорно тащились за стрелками и техниками, которые пробирались по запруженным людьми улицам к центру города.
   Когда отряд вышел на залитую ярким солнцем площадь, подозрения Шарпа на предмет барабанного боя подтвердились. Кого-то пороли. Совсем недавно. Жертвы нигде не было видно, и Шарп, глядя на стройные шеренги Южного Эссекского, вспомнил, как много лет назад пороли его самого. Невозможно забыть, скольких сил стоила ему борьба с болью, когда он старался не показать офицерам, что кнут причиняет ему страдания. Он унесет с собой в могилу шрамы от того кнута. Зато Симмерсон вряд ли понимал, какому жестокому наказанию подвергает солдат своего батальона.
   Хоган остановил лошадь в тени дворца епископа.
   – Сейчас, кажется, не совсем подходящий момент для разговора с нашим добряком полковником.
   Солдаты разбирали четыре деревянных треугольника, стоявших у дальней стены площади. Значит, наказанию подверглись четыре солдата. «О господи,– подумал Шарп, – четыре человека!»
   Хоган развернул лошадь так, что оказался спиной к батальону.
   – Я должен хорошенько запереть порох, Ричард. Иначе украдут все до крошки. Встретимся здесь же.
   Шарп кивнул.
   – Мне все равно нужна вода. Значит, через десять минут?
   Люди Шарпа, побросав оружие и ранцы, тяжело опустились на землю у стены. Настроение у стрелков резко испортилось из-за напоминания о том, какая участь могла постигнуть и их, если бы они не находились под командой Шарпа.
   Сэр Генри выехал на центр площади. Его голос зазвучал так звонко, что Шарп и стрелки прекрасно все слышали:
   – Я приказал выпороть четырех солдат, потому что другие четверо дезертировали.
   Шарп удивленно поднял голову. Дезертиры? Так быстро? Он посмотрел на батальон, на ничего не выражающие лица и подумал о том, сколько еще бравых солдат мечтают сбежать от сэра Генри Симмерсона.
   Полковник привстал на стременах.
   – Кое-кому из вас известно, как эти мерзавцы спланировали свое преступление. Кое-кто помог им. Однако вы предпочли хранить молчание, поэтому я подверг наказанию четверых солдат, чтобы вы не забывали о своем долге.
   Голос Симмерсона оказался неожиданно пронзительным, совершенно неподходящим такому огромному человеку. Держался полковник спокойно, говорил уверенно, не спеша, а потом вдруг повернулся всем телом направо, налево и взмахнул рукой, точно собирался указать на каждого солдата, находящегося под его командованием.
   – Вы будете самыми лучшими!
   Он завопил так громко, что сидевшие на ограде монастыря голуби с шумом взлетели в воздух. Шарп ждал продолжения, но его не последовало – полковник развернул лошадь и поехал прочь, а безумный крик еще долго висел над притихшей площадью.
   Шарп встретился взглядом с Харпером, и сержант пожал плечами. Что тут скажешь – лица солдат Южного Эссекского говорили о том, что Симмерсон потерпел поражение; они просто не знали, как быть лучшими. Шарп наблюдал за покидающими площадь ротами и видел на лицах солдат лишь мрачное отчаяние.
   Шарп верил в дисциплину. Солдат, дезертировавший перед лицом врага, заслуживает смерти, некоторые проступки и в самом деле должны быть наказаны поркой, а если ты попался на мародерстве, тебя повесят – законы известны всем. Лейтенант считал, что правила должны быть предельно простыми, и от своих людей требовал трех вещей. Они должны сражаться, как он – с безжалостным профессионализмом. Воровать можно лишь у врага и у мертвых, да и то если тебе грозит голодная смерть. Напиваться без разрешения запрещено. Простой кодекс, вполне понятный людям, которые оказались в армии потому, что не смогли преуспеть ни в чем другом. И кодекс этот отлично работал. За нарушение полагалось неизбежное наказание, и Шарп знал, что хотя его люди хорошо к нему относятся и охотно идут за ним в сражение, они боятся гнева своего командира, если речь идет о выполнении законов. Шарп был настоящим солдатом.
   Он пересек площадь и направился вдоль переулка в поисках фонтана и вдруг заметил лейтенанта Южного Эссекского, который ехал на своей лошади в сторону того же окутанного тенью прохода между зданиями.
   Это был тот самый офицер, который помахал рукой девушке в черном, и Шарп почувствовал необъяснимое раздражение, какую-то смутную ревность. Форма лейтенанта была великолепно скроена, кривая сабля легкой пехоты стоила больших денег, не говоря уже о превосходной черной лошади, на которой он сидел. Шарп презирал врожденное высокомерие человека, принадлежавшего к высшим кругам общества, его богатство и привилегии и злился, потому что сознавал: презрение основано на зависти.
   Шарп отошел в сторону, чтобы пропустить всадника, а затем поднял голову и приветливо кивнул. Ему показалось, что он разглядел худощавое, красивое лицо, обрамленное светлыми волосами. Шарп надеялся, что лейтенант не обратит на него внимания; он не очень-то владел искусством светской болтовни и не хотел вступать ни в какие разговоры в этом вонючем переулке; позднее его обязательно представят офицерам батальона.
   Надеждам Шарпа не суждено было сбыться. Лейтенант остановился и вперил в стрелка грозный взгляд.
   – Разве вас не учат, как положено приветствовать офицера? – Голос лейтенанта был таким же роскошным, как и его форма.
   Шарп промолчал. Он потерял свои эполеты во время зимнего сражения, поэтому светловолосый лейтенант принял его за рядового. Ничего удивительного: в переулке царил полумрак, а глядя на Шарпа с закинутым на плечо ружьем, трудно было не ошибиться. Шарп посмотрел на голубоглазое лицо и уже открыл было рот, чтобы ответить, когда лейтенант взмахнул хлыстом и ударил его по лицу.
   – Проклятье, отвечай!
   Шарп почувствовал, как его охватывает гнев, но остался стоять неподвижно, дожидаясь подходящего момента. Лейтенант снова поднял хлыст.
   – Какой батальон, какая рота?
   – Второй батальон, четвертая рота.– Шарп специально отвечал с вызовом, вспомнив дни, когда не был защищен от офицеров, похожих на этого.
   Лейтенант снова улыбнулся, хотя вряд ли его улыбку можно было назвать приятной.
   – Ты должен называть меня «сэр», разве тебе это неизвестно? Я тебя заставлю. Как зовут твоего командира?
   – Лейтенант Шарп.
   – Ах! – Лейтенант по-прежнему держал хлыст наготове.– Лейтенант Шарп, о котором нам столько говорили. Из самых низов, верно?
   Шарп кивнул, и лейтенант поудобнее перехватил хлыст.
   – Ты поэтому не говоришь «сэр»? У мистера Шарпа странные взгляды на дисциплину, не так ли? Ну, при встрече я обязательно поговорю с лейтенантом Шарпом, чтобы тебя наказали за наглость.
   Он собрался снова ударить Шарпа хлыстом. Тому некуда было отступать, но это и не входило в его намерения. Он просунул обе руки под стремя и изо всех сил дернул вверх. Хлыст застыл в воздухе, лейтенант вскрикнул, а в следующее мгновение оказался на земле, как раз в том месте, где лежала здоровенная куча навоза.
   – Вам придется постирать форму, лейтенант,– с улыбкой сказал Шарп.
   Лошадь заржала и сделала несколько шагов вперед, а разъяренный лейтенант поднялся на ноги и схватился за рукоять сабли.
   – Эй, там! – В переулок заглянул Хоган.– Я думал, мы разминулись! – Инженер подъехал к ним и весело взглянул на стрелка.– Мулы в конюшне, порох надежно заперт.– Он повернулся к незнакомому лейтенанту и приподнял шляпу.– Добрый день. Мне кажется, мы не знакомы. Меня зовут Хоган.
   – Гиббонс, сэр. Лейтенант Кристиан Гиббонс. – Лейтенант отпустил рукоять сабли.
   – Я вижу, вы уже пообщались с Шарпом.– Хоган ухмыльнулся.– Лейтенант Ричард Шарп из Девяносто пятого стрелкового полка.
   Гиббонс посмотрел на своего обидчика, и его глаза округлились – только теперь он заметил на боку у него саблю, а не штык, как у обычного солдата. Лейтенант с беспокойством заглянул Шарпу в глаза. А Хоган весело заговорил снова:
   – Вы, конечно, слышали о лейтенанте Шарпе – кто о нем не слышал! Это тот самый парень, что прикончил султана Типу. Да еще та жуткая история в Ассайе… Никто не знает, скольких он там положил. Вы сами-то знаете, Шарп? – Однако Хоган не стал дожидаться ответа и безжалостно продолжал: – Ужасный тип, наш лейтенант Шарп, одинаково хорошо владеет и саблей, и ружьем.
   Гиббонс прекрасно понял, на что намекает Хоган. Судя по всему, капитан видел, что произошло, и теперь предупреждал Гиббонса о возможном исходе дуэли.
   Лейтенант воспользовался предложенной ему помощью. Он наклонился и подобрал значок роты легкой пехоты, который валялся на земле, а потом кивнул Шарпу.
   – Моя ошибка, Шарп.
   – Я получил большое удовольствие, лейтенант.
   Хоган молча дождался, пока Гиббонс снова усядется на лошадь и уедет из переулка.
   – Вы не слишком корректно приняли его извинения.
   – Ну, он и сам был не особенно вежлив,– ответил Шарп, потирая щеку.– К тому же этот ублюдок меня ударил.
   – Что он сделал? – Хоган недоверчиво рассмеялся.
   – Ударил меня хлыстом. Иначе разве я сбросил бы его в дерьмо?
   – Нет ничего лучше налаженных, добрых отношений с собратьями-офицерами, мой дорогой Шарп. – Хоган покачал головой.– Я чувствую, мы все получим большое удовольствие, выполняя предстоящее задание. Чего он хотел?
   – Чтобы я отдал ему честь. Решил, что я рядовой.
   – Одному только Богу известно, что подумает о вас Симмерсон.– Хоган снова рассмеялся.– Пойдемте, узнаем ответ на этот вопрос.

   Их провели в комнату Симмерсона. Командир Южного Эссекского в одних штанах сидел на своей кровати. Рядом с ним на коленях стоял врач, который встревоженно поднял голову, когда вошли офицеры.
   Симмерсон нетерпеливо махнул рукой.
   – Давай побыстрее, я не могу ждать целый день!
   В руке у врача была металлическая коробочка с чем-то вроде спускового крючка на крышке. Он держал ее над предплечьем сэра Генри и пытался найти кусочек кожи, не покрытый какими-то странными одинаковыми отметинами.
   – Скарификация! – рявкнул сэр Генри, обращаясь к Хогану.– Ты делаешь себе кровопускание, капитан?
   – Нет, сэр.
   – Очень зря. От него становишься здоровее. Я считаю, что следует ввести обязательное кровопускание для солдат.– Он повернулся к врачу, который все еще ни на что не мог решиться.– Давай быстрее, идиот!
   От испуга врач нечаянно нажал на спусковой крючок, раздался резкий звук. Шарп заметил, как из дна коробочки выскочило несколько кривых острых лезвий. Врач отшатнулся назад.
   – Извините, сэр Генри. Один момент.
   Врач засунул лезвия обратно в коробочку, и только тут Шарп понял, что тот держит в руках машинку для кровопускания. Вместо старомодного скальпеля врач использовал устройство, которое считалось более быстрым и эффективным. Он прижал коробочку к руке полковника, опасливо взглянул на своего пациента и нажал курок.
   – Вот так-то лучше! – Сэр Генри закрыл глаза, и на его лице появилась блаженная улыбка.
   Струйка крови побежала по приготовленному врачом белому полотенцу.
   – Еще, Партон, еще!
   Врач покачал головой.
   – Но, сэр Генри…
   Симмерсон толкнул врача в грудь свободной рукой.
   – И не спорь со мной! Проклятье, я же сказал: еще! – Он посмотрел на Хогана.– После порки меня всегда охватывает тоска, капитан.
   – Это вполне понятно, сэр,– произнес Хоган, и Симмерсон бросил на него подозрительный взгляд.
   Коробочка щелкнула еще раз, лезвия снова вгрызлись в жирную руку, по белому полотенцу опять потекла кровь. Хоган перехватил взгляд Шарпа, в глазах которого плясали искорки; казалось, еще немного – и он расхохочется. Шарп перевел взгляд на Симмерсона, который натягивал рубашку.
   – Ты, должно быть, капитан Хоган?
   – Да, сэр,– с улыбкой кивнул Хоган.
   – А ты, черт возьми, кто такой? – Симмерсон повернулся к Шарпу.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Поделиться ссылкой на выделенное