Николай Басов.

Экспансия

(страница 2 из 24)

скачать книгу бесплатно

   – Что же делать? – спросила Баяпошка. И повернулась к Ростику. Все-таки она очень красивая, решил он. Особенно когда вот так смотрит, у нее даже глаза немного косят, и пресловутая прядка падает на лицо.
   – Просто скажите, зачем приехали, – проговорил наконец Рост.
   – Возникла одна идея… Вернее, идей как таковых не много, но вот проблем, которые мы хотели бы… – Перегуда не мог не усмехнуться. – Представить на твое рассмотрение, действительно хватает. Но выделяются две.
   – По нашим данным, пауки очень уж здорово размножились за последние годы, что-то с этим следует делать, – высказался Ким. – И еще немало беспокойств нам стали доставлять пленные пурпурные. Они тоже усиленно размножаются, а вот дела, чтобы им поручить, нет. Так как ты теперь у нас эксперт по пурпурным, хотелось бы узнать – нет ли какого-нибудь заветного средства, которое ты вынес оттуда. – Он неопределенно мотнул головой в сторону леса, хотя Вагос находился совсем в другом направлении, где-то на юго-юго-востоке, или, может быть, на юге. – Чтобы с ними справиться, конечно.
   – Что ты вообще по этому поводу думаешь? – добавил советник Председателя.
   – Пауков вы оставили в их природной среде, они не могли не размножиться. А что касается пурпурных, так их вообще, кажется, приватизировали, если я правильно произношу это слово.
   – Что ты имеешь в виду?
   – Галя Бородина, присвоив алюминиевый завод, кажется, в нагрузку получила и поселение пленных губисков… Или я ошибаюсь?
   – Те времена давно прошли, – махнул намасленными пальцами Ким.
   – А завод остановили, – добавил Перегуда, – за ненадобностью. У нас и прежде потребности в металле были невелики, теперь же… Об этом никто, кроме тебя, и не вспоминает. Своих «залежей» на вагоноремонтном заводе хватит еще лет на тридцать.
   Снова сидели молча. Рост понимал, что не прав, что плохо принимает гостей, которые, в общем, его друзья, но… поделать ничего не мог. Вернее, не собирался ничего делать.
   – Как можно выйти из положения? – спросила Баяпошка. Теперь она тоже не отрывалась от тарелки, почему-то чувствовала себя виноватой. Хотя Ростик знал – никто ни в чем не виноват, особенно она.
   – Что вас конкретно волнует в пурпурных? Я слышал, они все-таки понемногу встраиваются в наше хозяйство?
   – Встраиваются, разумеется, вот только… – Перегуда почесал за ухом, при этом вид у него стал озабоченный. – Их много, больше сорока тысяч оказалось, когда их захватили. Какая-то часть из них сбежала через лес дваров. Мы рассчитывали, что уйдет половина… не стрелять же их на самом-то деле? Но уйти решились всего несколько сот, может быть, тысяча наиболее решительных.
   Или наиболее зависимых от той подпитки, которую оказывают в их цивилизации несупены и чегетазуры, подумал Ростик.
Так тоже бывает – смелость из-за слабости, хотя, конечно, кто его знает?
   – Помнишь, мы как-то видели, что к нашим дварам прилетают за кующимся деревом целые орды пурпурных с проходящих мимо кораблей? – спросил Ким, снова принимаясь за еду.
   Рост помнил, но никак не отреагировал на эту вставку.
   – Сейчас за счет детей их не меньше стало, а больше. Из них, по нашим прикидкам, тысяч пять-семь обретаются в Боловске. Они там организовали вполне успешную коммуну, занимаются строительством, торгуют брикетированным торфом, их п'токи, самые здоровые и послушные, сотрудничают с заводом. Потом…
   – Кто ими управляет? – спросил Рост. – Кто у них верховодит?
   – В том-то и дело, что они самоорганизовались. И кто в их иерархии какую позицию занимает, мы не знаем.
   – Это твое мнение, или так Герундий, наша славная милиция, докладывает?
   – Герман пытался навербовать среди пурпурных кое-какую агентуру, – невесело хмыкнул Ким. – Кончилось тем, что нескольких вербовщиков серьезно побили, а всех, кто как бы дал согласие на сотрудничество, из города вымело, словно помелом. Их не убили, но есть данные, что они оказались в другом месте и в другом качестве. По крайней мере мы так думаем.
   – Сейчас вы совсем не контролируете пурпурных в городе? Или есть еще попытки что-то предпринять?
   – Расскажи ему про банды, – попросила Баяпошка.
   – Тут все просто. Лет семь или чуть больше назад в городе завелись бандиты из пурпурных. Черт его знает, как они дошли до такой жизни, но, в общем… Ходили, многое узнавали и грабили дома. А потом их всех выловили, причем в пару недель, скорее всего, выдали свои, которые решили жить и работать в Боловске. После того как из них организовали штрафные роты, так сказать, и отправили к Бабурину, где они протянули не дольше двух лет, никакого бытового криминала с их стороны не наблюдалось.
   – Все погибли? – ровным тоном спросил Ростик.
   – Не все, я слышала, три-четыре десятка все еще у него работают, как-то выжили, – отозвалась Баяпошка.
   – Как их использовали?
   – Наземными разведчиками «алмазных звезд».
   Да, это было серьезно. «Алмазными звездами» назывались такие животные, которые отравляли все вокруг себя на многие годы. По-настоящему отыскать их и выжить после этого можно было, только если разведка производилась с воздуха, все остальные варианты отпадали. Использовать пурпурных против них на земле, по сути, было запланированным убийством.
   – Сейчас их держат как первый, самый внешний заслон против диких пернатиков и бакумуров. Тоже не сахар, но по крайней мере считается, что они свой долг обществу заплатили. К ним даже время от времени пополнение удается забросить, просятся из большого лагеря.
   Баяпошка высказала все это, отвернувшись, все-таки ей было жалко даже тех безалаберных или наиболее неумелых из губисков, от которых пришлось избавляться таким вот образом. А может, она подозревала, как всякий эмпат, что, обрекая на смерть таким образом несколько сот пурпурных, люди, возможно, гораздо больший вред наносили себе. Ведь нельзя убивать и не нести за это никакой кары, хотя бы психологически.
   – С уголовниками разобрались, что остальные?
   – Еще почти десять тысяч примкнули к Еве Бахтияровой на Бумажном холме. Шляются вдоль Цветной речки, гонят спирт, формуют бумагу, выжимают масла, которые необходимы для машин. С этими, кажется, все обстоит самым благополучным образом. – Перегуда вдруг потер глаза, и Ростик вспомнил этот жест у Рымолова, первого Председателя Боловска, которого он пробовал сместить, за что и поплатился, хотя тот и сам довольно быстро рухнул. – Также весьма успешным оказался опыт Мурата, которого, кажется, еще ты сослал в Перевальскую крепость, по использованию пурпурных для доставки в город торфа. Они отлично наладили это дело, и, по последним сведениям, там почти двенадцать тысяч тех, кто этим занимается. Они даже проложили дорогу от Перевала в Боловск и не без успеха разводят волов, с которыми приехали к нам аймихо. – Он уставился на Ростика так, что мигом стало понятно, какое давление оказывала на него вся неясность ситуации с пурпурными. – Ты пойми, мы не знаем, что происходит с остальными пятнадцатью тысячами. Они находятся на том же месте, где мы их поселили, остались практически военнопленными. Они там почти город построили, ведь от борыма им тоже нужно отбиваться. – Перегуда отвел взгляд, посуровел. – Они развели небольшие фермы, что тоже неплохо, если сами себя прокармливают… Ну, часть, допустим, получает продукты, одежду и кое-какие вещи из города, от перевозчиков и от тех, кто работает у Бахтияровой. Их, предположим, отпустили, так сказать, на заработки. Но не все же на нас работают… И еще, у них явственно создается какая-то структура, причем жесткая, способная оказать на нас воздействие, даже способная к сопротивлению нам, если им это будет необходимо.
   – Почему ими всерьез не занимались прежде?
   – Не знаю, – Перегуда поскучнел, но этот вопрос необходимо было задать. – Может, ждали, что вот-вот прилетит кто-нибудь от пурпурных и предложит их перевезти куда-нибудь. Все-таки они – их граждане.
   Рост вспомнил, что верхушку Валламахиси, того плавающего города, на котором почти все эти пурпурные были захвачены, расформировали с понижением. Конечно, тем было не до пленных, оставшихся у людей, они пытались спасти остатки своих кораблей и своего влияния.
   – А потом… Они полезны, очень полезны для города. Без них мы бы не знали, что и делать, рук-то для самых необходимых работ не хватает. И одними бакумурами тут не обойтись. А пурпурные могут быть весьма трудолюбивы, если… Не принимать в расчет, что они были врагами.
   – Я вот чего не понимаю, почему они не идут в фермеры какие-нибудь, хотя бы батрачить, если сами в сельском хозяйстве не очень?.. – даже не спросила, а констатировала Баяпошка. – Там-то рук точно не хватает. Любой толковый работник будет сыт и при деле.
   – Батрачество, как мы считаем, прочно захватили бакумуры, – отозвался Ким. – У них это лучше получается. И на свободе, и живет привычным образом, и в то же время, как ты сказала, сыт со всей семьей. – И добавил нехотя: – Они даже пробуют уже свои хозяйства организовывать, вот только… Торговать в городе позволено только людям.
   – В городе бакумуров много осталось?
   – Тоже немало. – Чем дольше Перегуда объяснял, тем менее уверенным и спокойным выглядел. – После твоего нововведения, чтобы устроить для бакумурчиков школы, считай, появилась у волосатиков почти интеллигенция. Только они все равно не дотягивают… Слишком мы с ними разные.
   Или слишком цивилизованные, подумал Ростик и решился. Сосредоточился, чтобы понять, как будет развиваться эта ситуация и каким образом человечеству разумнее всего поступить. С ходу ничего не придумывалось, никаких особых порывов предвидения на него не снисходило.
   – Значит, дело в том, чтобы разобраться с этими пятнадцатью или чуть больше тысячами губисков, которые занимаются непонятно чем. – Он ждал. В сознании что-то брезжило, но очень неопределенно. – И вы хотите, чтобы с этой проблемой повозился я.
   – Ты получишь любую разумную поддержку города, – осторожно сказал Перегуда. Видимо, боялся обещать слишком много или полагал, что Рост непременно затребует такое, чего ему и предоставить не сумеют.
   – У тебя есть представление, как взяться за дело? – так же выжидательно спросила Баяпошка.
   Вообще-то, Рост уже кое-что придумал, причем рассудком, а не таинственно-мистическим образом. Вот только говорить об этом с бухты-барахты не хотелось, он к этому просто не был приучен.
   – Вообще-то, я бы их не трогал. Они не мешают, все ваши опасения вызваны скорее непониманием, нежели реальной угрозой.
   – Их число сравнимо с числом жителей Боловска. – Напряжение не покидало Перегуду.
   – Все равно мне кажется, что динамика роста людского населения куда выше, чем у пурпурных. Если и растет их численность, то только у тех, кого можно считать послушными и даже необходимыми Боловску, всей нашей цивилизации. – Рост чуть усмехнулся, глядя, как прищурился Ким. – Я их знаю, они… плохие любовники.
   – Ты поконкретней, пожалуйста, – все-таки проговорил Ким, расцепив зубы.
   – Я бы на вашем месте совместил обе задачи, которые вы тут упомянули. Во-первых, попробовал ограничить зону обитания пауков и, во-вторых, сделал бы это силами тех пурпурных, которым обещал… Ну, не знаю, например, собственный город, свою делянку, где они могут жить уже не под влиянием человечества.
   – Почему? – не слишком определенно спросила Баяпошка. Но Рост ее понял.
   – Сами же признаете… Вернее, подозреваете, что у них сложилась какая-никакая, но действенная структура общества. Пока ее не затрагивают, она поддерживает сосуществование наших рас. И на весьма приемлемых условиях, насколько я понял.
   – Да не так все! – почти рявкнул Ким. – А если они?..
   – Понимаю, – мягко отозвался Ростик. Ким сразу умолк. Зато заговорила Баяпошка:
   – А как можно ограничить пауков?
   – На краю их пустынь следует высадить траву ихну, – просто сказал Ростик. – И сделать это отлично могут пурпурные.
   – Пауков ограничивают только двары.
   – Когда двары узнают, что речь идет об этой самой траве, они пойдут на все, может быть, даже на прямую вооруженную поддержку. Потому что там, где есть эта трава, растут их деревья.
   Баяпошка понимала больше, чем остальные. Все-таки она была аймихо, у нее был такой пласт знаний об этом мире, которого, вероятно, не было даже у Ростика. Конечно, для этого ее сюда и заслали, улыбнулся Рост про себя. Своего рода советником при советнике. Интересно, кому это пришло в голову? Кому-то в высшей степени разумному, может, Сатклихо? Или сам Дондик до такой степени поднаторел в интригах? Впрочем, он всегда был непрост, и его прежняя работа обязывала, и сам он имел к тому склонность.
   – Тут нет этой травы, – осторожно пояснила Баяпош-хо. Повернулась к Росту. – Как мы ее достанем? Может, у дваров?
   – У них тоже нет. Пока я тут «устраивал» мангустов, пока общался с лесовиками чуть не по поводу каждого из… котят, мне многое стало известно.
   – Тогда что ты предлагаешь? – Ким определенно привык задавать этот вопрос. Он у него слился во что-то маловразумительное. Или он действительно изрядно нервничал, хотя даже движения рук этого не выдавали.
   – Нужно попытаться ее раздобыть, – сказал Ростик. – Может быть, отправиться к ближайшей суше… К тому острову, что находится на севере от нашего залива. Там есть цивилизация, у них почти наверняка имеются образцы этой культуры. Оттуда треугольники прилетали, и вообще…
   – Мы до нее на нашем топливе добраться, конечно, сможем, но вернуться… – Ким постучал кулаком по столу, раздумывая. – Задача трудная. Риск слишком велик, потому мы до сих пор и не решались.
   – Здесь нужны технические средства, я в них мало смыслю, – спокойно отреагировал Ростик. – К тому же, мне кажется, тогда, возможно, решится и проблема переполненности Боловска пурпурными… Как бы сама собой.
   – То есть ты предлагаешь их туда сбагрить? – Ким определенно был в своем амплуа.
   – Или даже продать, все-таки в их цивилизации существует рабство. – Рост чуть вздохнул, этот разговор требовал от него немалого напряжения, может быть, этического. – Да, сначала нужно предложить кому-нибудь их выкупить, выплатить Боловску, так сказать, контрибуцию или, возможно, плату за переправку пурпурных через море.
   – Через море нас не пустят викрамы. И наши, из залива, за что-то на людей разозлились, – отозвался Перегуда. – Но если с ними все-таки еще возможно договориться, то… Нет, океанские викрамы, кажется, даже местных торговцев не пускают. Наши наблюдатели докладывали о спаде активности в том направлении.
   – Тоже – техническая проблема, – твердо отозвался Ростик.
   Перегуда посидел, насупившись, но не составляло труда понять, что он доволен. Вот только не хочет, чтобы Рост это почувствовал. Наконец Ким чуть подрагивающим от облегчения голосом произнес:
   – А что? В целом план как план. – И резко повернулся к Росту. – Вот и начинай его разворачивать.
   – Как я уже сказал, – добавил Перегуда, – поддержку мы тебе обеспечим. Любую, только попроси.
   Рост не удержался и хмыкнул. Он-то отлично представлял себе, каково это – «только попроси». Ни хрена не дадут, как до дела дойдет. И людей пожалеют, тем более что почти все его старые приятели, на которых он мог положиться, уже при постах, и с них их никаким калачом не сманишь. Да и ресурсов у города тоже не ахти какая прорва.
   – Борис Михалыч, – проговорил Рост, старательно модулируя голос, – я писал в своей книге, что мне нежелательно поручать сколько-нибудь ответственное задание. Во мне может быть еще не одна «закладка» чегетазуров… В итоге окажется, что именно я являюсь той самой угрозой для всех нас, а никакие не пленные пурпурные, которые сидят в своем лагере и стараются, чтобы их лишний раз даже с воздуха не разглядели. Я…
   – Об этом позволь судить нам, – сухо возразил Перегуда.
   – Вот как? Мое мнение вас, естественно, не интересует?
   – Рост. – Ким даже руку положил ему на плечо. – Соглашайся, а? Ведь можно попробовать.
   Рост набрал в легкие побольше воздуха. Ч-черт, если бы он увидел в своем предвидении, что он этим занимается успешно и весело… Тогда бы, конечно, можно и согласиться. Даже если и не слишком успешно… Все-таки и ему поднадоело сиднем сидеть, изображая, что он занят высокими размышлениями, когда даже Росе понятно, что ничем он особенным не занят, чуть ли не дезертировал, если называть вещи своими именами.
   Но если его опасения имеют под собой почву? А они определенно возникли не просто так… Что тогда?
   – Значит, так, – проговорил он, вздохнув. – Надо подумать. И если уж соглашусь, тогда, разумеется, нужно не пробовать, а делать. Или не стоит и начинать.


   Пару дней гости оставались в Храме, гуляли вдоль моря, почти всегда втроем. Рост слегка злился, потому что эти их променады лишили его привычного места, где он чувствовал себя лучше всего, – на той песчаной косе, где когда-то, сразу после прибытия, купалась молодежь аймихо.
   «Вот я уже и стал думать о тех днях в выражениях, выдающих возраст, – невесело размышлял он. – Подумать только – молодежь, привычное место… И для чего? Для ничего – вот как».
   К нему отчего-то все чаще стала приклеиваться Роса. Остальная поросль как жила своей жизнью, так и осталась сама по себе. Рост дочку гнал, не сердито, но с претензией на решительность. Она чем-то вмешивалась в его видимость размышлений, и это было сейчас не ко времени.
   Иногда он поневоле обращал на гостей внимание. Видел, что они недовольны, Перегуда всегда насуплен, Ким размахивает руками, как ветряная мельница, Баяпошка ходит в очень строгом платье, которое стянула, кажется, у сестры. И всегда чуть отворачивается от своих спутников. А то и вообще отстает, рассматривая море.
   Как-то под вечер, когда Рост очень поздно ужинал, чтобы опять-таки остаться, может, только с Винрадкой, Кирлан, Винторуком и кем-нибудь из всегда незаметных аглоров, в большой зал из спален, где обитало гостившее начальство, спустилась Баяпошка. Она была слегка растрепана, чего за ней отроду, кажется, не водилось. Видимо, переживала.
   Посмотрела на Роста, окинула тихим взглядом бакумуров, и те сами собой утекли из комнаты, как вода. Винрадка повздыхала, видимо, уже знала, о чем пойдет речь, и тоже ушла в спальню. Рост, по своему обыкновению, молчал, хотя был же у него повод – он все-таки жевал.
   – Завтра мы улетаем, – оповестила Баяпошка. Ростик сдержанно кивнул, она продолжила: – Хотелось бы знать твой ответ.
   – Ответа не будет.
   – Почему? – Оказывается, она была к этому готова.
   Рост пожал плечами. Что ей ответить? Что он все равно убежден, что не должен заниматься никаким делом здесь, в Боловске? Так они его не в город зовут, а предлагают заниматься самым что ни на есть «внешним» делом, без всяких возможных пересечений даже с начальством, организовать это нетрудно. Или высказаться в том смысле, что ему на все нынешние проблемы человечества наплевать? Это будет неправдой, ему было дело до всего, что он мог бы узнать, просто… Он не умел это правильно выразить, как-то разучился быть выразительным.
   – Они предложили мне быть при тебе на связи, – сказала Баяпошка. – Надеются, если ты останешься как был – сам по себе, – может, все же согласишься.
   – Мне с тобой будет только труднее.
   – Понимаю, – прошептала она. – Хорошо, пусть так. Тогда я пришлю… Можно прислать кого-нибудь, кто не вызывает у тебя всяких грустных ощущений.
   – У меня нет грустных ощущений. Я теперь могу только радоваться или… Ничего не ощущать.
   – В том-то и дело, – Баяпошка отвернулась, она так и осталась на ногах, даже не присела. – Рост, ты нам нужен.
   – Слабый довод.
   – Только ты, – она и не собиралась его слушать, – можешь с этим хоть как-то справиться. И не наделаешь ошибок. – Она подождала, может, он что-нибудь ответит, но он не собирался. – Они почему-то считают, что ты злишься, потому что отстал за эти годы в развитии… Вернее, в карьере. – Она хмыкнула почти безнадежно. – Я пыталась объяснить, что ты развивался так, как никто бы другой не сумел, даже там, а может быть, именно там… Что это для тебя важнее, чем карьера, что любой предлагаемый тебе пост не имеет никакого значения, но они не верят. Толкуют, что предложить тебе большего не могут. Только это – шеф операции по удалению пурпурных.
   – Надо же, чего только люди не выдумают от глупости, – буркнул он, дожевав фасоль с рыбой. Взялся за квас, сваренный Кирлан из дикого боярышника, заросли которого были непроходимы со стороны леса, оказывается, он не только на сидр годился.
   Баяпошка его сканировала, почти откровенно пыталась что-то выискать. Он даже хотел поежиться, но решил и этого не делать. А то она еще с полчаса будет тут разговаривать… На деле – сама с собой.
   Поутру гости улетели, причем Баяпошка все-таки что-то такое про себя решила. Скорее всего, зря, подумал Ростик, и с этим настроением пошел к морю. На этот раз даже Роса осталась дома, видимо, тоже что-то почувствовала.
   А Рост уверился, сидя на камешках, по которым за последние несколько дней даже немного соскучился, что все-таки он молодец. Отказался, отбился от гостей, отбоярился от предложений, какими бы интересными они внешне ни казались. Да, он молодец, с этим приходилось только согласится.
   И вдруг он очнулся, солнце выключилось, получалось, он так и просидел на берегу весь день. И как это у него вышло? Может, он уже настолько сумасшедший из-за всяких передряг с мозгами, что не контролирует течение времени? Рост поднялся, тело, как после самых свирепых сеансов Баяпошки, ощущалось как чужое, очень хотелось пить или есть… Да, есть тоже хотелось, но меньше.
   Он пошагал в темноте к Храму. «Чем же я занимался? – думал он. – Что это было? Чего теперь ожидать от себя, если даже не помнишь, как и почему прошел день?»
   Лежа в кровати с открытыми глазами, рассматривая слабый огонек ночной масляной лампы, он опять попробовал подумать, что это было. Винрадка на эту ночь тоже пришла. Она устроилась у мужа на плече и дышала во сне так, что мир начинал казаться едва ли не справедливым. Рост сосредоточился, еще и еще крепче, еще сильнее… Нет, просто он нагоняет напряжение, а никаких полезных идей при этом появиться не может.
   И лишь когда он проснулся, то понял – вчера он вызывал Фоп-фалла. И этот «думающий водоросль» настолько серьезно его закрепостил, что у Роста и своих мыслей не осталось за весь вчерашний день. Так, кстати, было с первопоселенцами Одессы, когда Фоп только появился. Ох, и напугал же он всех тогда. Вот и теперь, кажется, Ростика тоже напугал. А ведь он знал Фопа, знал, на что тот способен, и было время, когда они почти осмысленно разговаривали… Стоп, вот оно что! Они о чем-то говорили. Хотя оставалось неясным, о чем же именно?
   Еще пара дней выдалась довольно горячих, нужно было лущить фасоль, очередную часть урожая, которую приволокли с поля сборщики – Ждо и с полдюжины детей Винторука, которые за время отсутствия Ростика вымахали почти во взрослых бакумуров. Конечно, Рост мог бы отказаться, никто бы его не стал упрекать за безделье – мало ли о чем он думает? Но ему показалось, что нехитрый ручной труд будет сейчас самым полезным для него занятием.
   И вдруг среди ночи он услышал вызов. Резкий, даже какой-то грубый, от чего отвык за четыре года мирного и спокойного житья. Он быстро собрался, Винрадка с Ждо тоже его почувствовали. Ждо даже попыталась составить Росту компанию, но более тонкая Винрадка ее не пустила.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Поделиться ссылкой на выделенное