Барон Олшеври.

Вампиры. Из семейной хроники графов Дракула-Карди

(страница 12 из 19)

скачать книгу бесплатно

Доктор выходил из себя, не зная, как развлечь общество. Он предлагал и то, и другое; устраивал кавалькады, карты, игру на бильярде…

Он зорко следил за малейшими желаниями и нуждами гостей.

– Что с вами, – обратился он однажды к молоденькому мальчику Жоржу К., – вам что-то нужно, не стесняйтесь.

– Я бы хотел другую спальню, – стыдливо сказал мальчик.

– Почему? – осведомился доктор.

– Видите ли, моя… моя очень холодна, – сказал, краснея, Жорж.

– Холодна летом? – удивился доктор, но видя, что Жорж покраснел еще более, проговорил:

– Хорошо!

Вечером он увел Жоржа к себе в комнаты и начал расспрашивать.

– Вы не стыдитесь, мой милый, доктору, что духовнику, все можно сказать.

– Ах доктор, как я вам благодарен, но мне, право, неловко, – бормотал мальчик.

– Смелее, смелее, я курю и на вас не смотрю, – шутил доктор.

– Еще там, в деревне, в гостинице, она приходила ко мне, – начал Жорж.

– Кто она?

– Она, красавица, с черными локонами и большим гребнем.

– Ну, дальше, – поощрял доктор.

– В Охотничьем доме она опять была у меня и оставила голубой бант, вот этот. – И Жорж вынул из кармана голубой шелковый бант.

Доктор взял его и, рассмотрев, весело захохотал:

– Жорж, милый, да ведь это тот самый бант, который наш повеса Джемми преподнес вам в день осмотра замка. Припомните.

– Но я же бросил его, – пробормотал мальчик.

– Что из этого, кто-нибудь из слуг видел шутку Джемми и отнес бант в вашу комнату. У нас очень строго следят за чужими вещами, – проговорил доктор, – мистер Гарри в этих случаях неумолим.

– Не знаю… быть может… вы и правы, доктор, но…

11 Жорж замолчал.

– Ну а еще видели вы ее?

– Да, видел.

– Как, где, когда? – торопил доктор.

– Вчера, в моей спальне. Она еще похорошела и говорит, что любит меня и даст мне счастье, – совсем застыдившись, проговорил Жорж.

Доктор молчал.

– Она даже обняла меня и хотела поцеловать, но потом раздумала и спросила, зачем я ношу вот это, – и при этих словах Жорж показал черные мелкие четки с крестиком. – Это благословение бабушки: она привезла их из Рима, пояснил он. – А еще она пообещала подарить мне розу.

– А потом что было? – спросил заинтересованный доктор.

– А потом… потом я уснул, – сказал конфузливо Жорж. – Мы так много играли в этот день в лаун-теннис, и я был очень уставшим, – прибавил он.

– Знаете, Жорж, ложитесь сегодня у меня в кабинете на кушетку, на которой сидите. Спальня у меня рядом и дверей нет, а только одна портьера. Так что мы, не стесняя один другого, будем спать как бы в одной комнате.

Жорж, видимо, с радостью согласился. Приготовили постель. Доктор по обыкновению запер дверь на ключ и ушел в свою спальню.

Он, благодаря кочевой, полной приключений жизни, привык спать чутко, и вот среди ночи ему послышались шаги и подергивание двери, ключ от которой лежал на его письменном столе.

Доктор живо встал и заглянул за портьеру.

Жорж стоял у двери и старался ее открыть.

Глаза его были плотно закрыты.

– Э, да ты, голубчик, лунатик, – прошептал доктор. – Это интересно.

Жорж между тем вернулся к кушетке и лег на нее.

Доктор подошел к окну, отдернул занавесы и открыл одну половинку. Лунный свет наполнил комнату.

– Понаблюдаем! – решил доктор и уселся в кресло в своей комнате так, чтобы видеть кушетку и окно.

Жорж спал спокойно. Незаметно для себя уснул и доктор.

Рассвет застал доктора в кресле. Протерев глаза, он вспомнил приключения ночи и первым делом подошел к кушетке.

Жорж спал тихо и спокойно, на груди у него лежала свежая пунцовая роза.

Доктор взял ее, повертел и поставил в вазочку на свой письменный стол.

– Досадно, что я не видел, как он ухитрился вылезти в окно и спуститься в сад, а что он лунатик и ходит ночью – доказательство налицо, – бормотал доктор.

Доктор оделся и тогда уже начал будить Жоржа.

– А, это вы, доктор, как я рад! – Потом поискав вокруг себя, Жорж спросил: – А где же роза?

– Какая роза?., – притворился доктор непонимающим.

– Она была, дала мне розу, вот такую же, как стоит на вашем столе, и велела снять вот их. – Он указал на четки.

– Полноте, Жорж, ни розы, ни красавицы не было. Адам я вам сегодня снотворного.

«Не говорить же ему, что он лунатик!» – подумал доктор.

– А теперь нас с вами ждут к кофе. Торопитесь.

Глава 8

День прошел, как всегда.

Вечером доктор уговорил Жоржа выпить снотворное, а сам все же решил караулить.

– Интересный субъект!

Жорж быстро заснул. Отворив окно и отдернув занавесы, доктор занял свой наблюдательный пост.

Чтобы не заснуть, как вчера, он начал курить. Дремота его одолевала, а потому клубы дыма становились все гуще и гуще.

И вот ему чудится, через сизый дым, что в соседней комнате стоит женщина, с темными волосами и розами на груди.

Хорошо рассмотреть он не может, дым клубится и перемещается, закрывая фигуру.

Что это? Она у кровати Жоржа, становится на колени, целует его…

На доктора напала слабость…

Наконец он очнулся. В комнате темно, луна уже зашла.

– Черт знает, до чего докурился! До обморока, вот дурак, – шепчет он и в то же время слышит стон Жоржа.

– Вот и парня, должно быть, закурил! – и он берет спички и зажигает свечу.

Жорж лежит на кушетке и по временам тихо стонет.

Доктор наклоняется и видит на груди, на рубашке, несколько капель крови. Тут же лежит судорожно сжатая рука, в которой крепко зажат стебель алой, свежей розы.

Доктор стоит в недоумении… опять, значит, ходил, значит, обморок мой был продолжителен! – соображает он.

А кровь на рубашке, откуда она? Ну, это просто, розы имеют шипы, – решает он.

Отобрав цветок, доктор запер окно и завалился спать.

Утром Жорж встал первым. Он был бледен, слаб и как-то рассеян. На вопросы доктора отвечал нехотя и уверял, что он вполне здоров.

Во время кофе из деревни принесли известие, что ночью опять скончался один рабочий.

Джемс и Карл Иванович всполошились и тотчас же собрались идти в деревню отнести помощь. Они просили Смита выдать ту сумму, какую назначает мистер Гарри в таких случаях.

Жорж К. попросил взять его с собою. Хотя и неохотно, но Джемс дал свое согласие.

Пошли. Дорогой не говорили, шли молча, каждый занятый своей думой.

В деревне им указали, где был покойник. Старая, покосившаяся избушка, беднота была страшная и глядела из всех углов. Усопший лежал на лавке.

– Отчего он умер? – спросил Джемс, передавая денежную помощь от владельца замка.

– Не знаю, сударь, лег здоровехонек, а не встал больше! Божья воля, – отвечала, заливаясь слезами, сестра покойного.

– У вас, конечно, есть колодец, – принесите мне, пожалуйста, воды, – сказал Карл Иванович.

Женщина вышла.

В ту же минуту Джемс и Карл Иванович бросились к покойнику и приподняли ему голову.

Они оба ничего не сказали, а Жорж, о присутствии которого они забыли, заметил:

– Да у него на шее такие же ранки, как и у меня.

– Что, у вас ранки на шее? Покажите! – властно сказал Джемс, подходя к Жоржу.

Жорж поднял голову и показал две небольшие ранки с белыми краями.

Джемс и Карл Иванович побледнели хуже мертвеца, лежащего на лавке, они стояли молча, как пораженные громом.

Их заставил очнуться приход хозяйки с водой.

Не прикоснувшись даже к кувшину, они заспешили домой.

В обратном пути в замок они ловко выспросили Жоржа об его снах и о том, как ему спится в комнате доктора.

О ранках он сообщил, что заметил их сегодня утром, что они не болят, а откуда явились, он и сам не знает.

Доктора дома уже не было, он уехал с большой компанией на рыбную ловлю и довольно далеко, верст за пятнадцать.

– Вернутся не раньше ужина, – докладывал слуга.

Карл Иванович и Джемс не запирались сегодня в библиотеку, а целый день провели с Жоржем К., не оставляя его одного ни на минуту.

Вечером к обществу неожиданно присоединился и сам хозяин дома, благодаря этому ужин прошел много веселее обыкновенного.

– Когда же вы, Карл Иванович, побалуете нас продолжением сказки о вампирах? – спросил Гарри.

Карл Иванович молчал.

– Неужели так-таки и нет никакой разгадки этой истории? – продолжал хозяин.

– И охота, тебе, Гарри, вспоминать всю эту чепуху? – перебил Джемс.

– Устроил бы ты, пока лето не прошло, Венецию на озере или сельский праздник, – добавил он, желая замять разговор о вампирах.

– А потом я опять должен буду делать визиты, – благодарю тебя, – сморщился Гарри.

– А кто тебе велит приглашать знать, ты собери деревенских красавиц, – это, пожалуй, будет еще поинтереснее, – сказал Райт.

– Вот идея, так идея! – зашумела молодежь.

Посыпались проекты, предложения… Джемс не участвовал в их обсуждении – он был доволен, что отвлек внимание общества от разговоров о вампирах.

Устройство праздника решено не откладывать в долгий ящик, а воспользоваться последними лунными ночами.

Когда все расходились по спальням, Джемс попросил у доктора разрешения зайти к нему выкурить сигару.

– Мне привезли новые, и я жду твоего мнения о них, – сказал он.

– Заходи, голубчик, я даже очень рад, но курить, извини, не буду. – Вчера я докурился до обморока, а это доктору совсем не пристало.

– Как до обморока, – удивился Джемс.

– Хуже, до видений! – ответил доктор. – Надень халат и приходи, я расскажу тебе.

– Хорошо, сейчас.

Глава 9

Жорж К. мирно спит на кушетке. Доктор и Джемс тихо беседуют в соседней комнате. Огня нет.

Комната Жоржа освещена луною, так как занавесы подняты и окно открыто. У доктора же совершенно темно, и только огонек сигары, которую курит Джемс, блестит крошечной звездочкой.

Доктор, тихонько смеясь, уже успел рассказать свое «видение» и сообщил товарищу об лунатизме Жоржа, в котором он вполне убедился.

Джемс слушал молча, не спуская глаз с Жоржа.

– Ну, что же ты скажешь? – наконец спросил доктор.

– Тише, молчи, – чуть слышно прошептал Джемс.

Наступила жуткая тишина. Не прошло и пяти минут, как Джемс притронулся к руке доктора, точно приглашая быть внимательным.

На окне, ногами в сад, сидит женщина. Кто из служанок замка смеет быть такой нахальной? – думает доктор.

Красивая головка, с высоко подобранными локонами, не напоминает ни одной из них. Женщина оборачивается – положительно такое лицо не может принадлежать служанке. Как-то легко и незаметно, и ноги женщины уже в комнате.

Она встает. Пышное платье облегает стройную фигуру, на высокой груди букет алых роз.

Вот она скользнула к кушетке, положила руку на голову Жоржа, склонилась к нему, – он тихо, болезненно застонал.

Джемс вскочил и бросился в кабинет с явным намерением схватить незнакомку.

Она поднялась и пошла к нему навстречу, раскрыв объятия.

Она была ослепительно прекрасна. Впечатление портили только губы, красные, как свежая человеческая кровь.

Джемс остолбенел. Он рассчитывал преследовать, а она сама шла к нему! Еще минута, и она обнимет его, и прильнет к нему этими красными кровавыми губами…

Жутко, и нет сил тронуться с места.

Она положила руки на плечи Джемса, но вдруг отдернула и с удивлением и с почтением на прекрасном лице прошептала:

– Простите, я не знала… я бы не осмелилась…

И она, как облако, качнулась в сторону, еще мгновение, и за окном мелькнуло ее платье и растаяло в лучах месяца.

Жалобный стон Жоржа привел в себя доктора и Джемса. Они оба подошли к кушетке.

Раскинув руки и запрокинув назад голову, лежал бедный мальчик. На шее ясно виднелись кровавые ранки, из которых еще и сейчас сочилась кровь.

Доктор хотел его разбудить, но Джемс остановил его:

– Зачем? Теперь он будет спать спокойно и безопасно.

Потом он повернул Жоржа на бок и закрыл его одеялом.

– А теперь твое мнение, доктор?

– Из твоего поведения я заключаю, что и у тебя была та же галлюцинация, что и у меня, – сказал доктор. – Это очень интересное явление. Видение…

– А это тоже видение, а не действительность? – спросил насмешливо Джемс, подымая и подавая доктору измятую и сломанную под самый корешок алую розу!

Глава 10

Назавтра Джемс собрал, как он выражался, военный совет. Совет состоял из доктора, капитана Райта, Карла Ивановича и самого Джемса.

Заранее Джемс познакомил Райта с приключениями прошедшей ночи, а от него взял разрешение рассказать о видениях в Охотничьем доме.

Совет заседал в комнатах доктора и после небольшого вступления Джемса торжественно произнес.

– Теперь вопрос, что мы должны делать? Опасность грозит каждому из нас, а главное, она грозит Гарри, нашему любимому товарищу, человеку, которому мы все так много обязаны.

– Джемми, ты хватил через край, какая опасность может грозить Гарри, он не нервная женщина, чтобы испугаться привидения из тумана, – протестовал доктор.

– Какая опасность, да самая простая, – ответил Джемс, – опасность умереть.

– Что за чепуха! – бормотал доктор.

– А ты исследовал ранки на шее Жоржа К.? Отчего они по-твоему? И опасны ли? – сыпал вопросами Джемс.

– Должен сознаться, ранки довольно странные, но отнести их к области болезней, а тем более опасных, уж, извини, не могу, – сказал доктор.

– А что ты скажешь, если у умершего на балу корнета Визе, нашего работника в замке и у трех поденщиков, умерших в деревне, были такие же ранки на шее? – продолжал Джемс.

– А кто их смотрел и кто тебе об этом сказал? – спросил доктор.

– Видели эти ранки мы сами, с Карпом Ивановичем, затем мы и на деревню ходили, чтобы проверить свои наблюдения.

– Да, мистер Джемс говорит правду, – подтвердил Карл Иванович.

– Ну, а какой вывод? – спросил доктор.

– А тот, что во всех пяти случаях смерти ранки были ее причиною и не подоспей мы вовремя, бедный Жорж К. был бы также мертв.

– Помилуй, Джемми, что ты говоришь, – вскочил доктор со своего места.

– Я утверждаю, понимаешь, ут-вер-ждаю, больше. Виконт Рено, каменщик и слесарь погибли от той же причины, – серьезно сказал Джемс, – к сожалению, я не осматривал их шеи, но уверен, что ранки и там были…

Доктор озабоченно подошел к Джемсу и положил руки на голову.

– Жару нет, – прошептал он, – и пульс нормальный.

– Не бойся, голубчик, я с ума еще не сошел и не хвораю белой горячкой, – улыбнулся Джемс.

– Ну, а если ты нормален, так говори же, черт тебя возьми, в чем тут дело, не строй из нас дураков, – разозлился доктор.

– Сиди и слушай, – приказал Джемс.

– Итак, господа, у нас и в окрестности появилась смертность и очень странная: люди умирают, заметьте, молодые и здоровые, почти внезапно и единственный признак – две маленькие ранки на шее. Ранки эти, мы с Карлом Ивановичем их осматривали, кровоточивы и с белыми краями, можно сказать, точно обсосанные. Кто-то или что-то их наносит и выпивает кровь.

Доктор сердито передернул плечами.

– Теперь вопрос, кто это? – продолжал невозмутимо Джемс. – Объяснение нам надо искать в тех письмах и дневниках, что читал нам Карл Иванович в Охотничьем доме как сказки и о которых все уже давно забыли.

– Джемми, я не могу, – не выдержал доктор, – ведь знаменитый Дневник учителя – не что иное, как бред сумасшедшего, он даже сам пишет, что на него надевали смирительную рубашку.

– Хорошо, ты прав, это сумасшедший, оставим его в стороне. Обратимся к письмам, – согласился Джемс. – Если ты их так же внимательно перечтешь, как это сделали мы с Карлом Ивановичем, ты убедишься, что подобная смертность посетила уже здешний замок. И владелец замка прямо называет, что причиной были вампиры.

Доктор опять не выдержал:

– Джемми, Джемми, помилосердствуй, в наш XX век вампиры, эти средневековые сказки!

– Да, – прервал Джемс со строгим и холодным лицом. – Я утверждаю существование вампиров в наш XX век. И эти письма не средневековые сказки, а страшная, роковая действительность.

– Один раз уже поднимал я вопрос, что письма эти писаны из здешнего замка, и был отвергнут уже по одному тому, что тогда они физически не могли бы быть в замке. – Все еще защищался доктор.

– А разве ты не помнишь, что в последнем письме говорится о приезде друга в замок? – спросил Джемс. – Что для его приезда готовится лесной дом, лежащий у подножия замковой горы, и наконец, что письма найдены Карлом Ивановичем в нашем Охотничьем доме. Не прост ли вывод, что адресат привез их с собой.

Доктор был сбит с позиции и молчал.

– Я думаю, вернее я убежден, – продолжал Джемс, – что подпись Д. означает не Джеронимо, не друга, а просто Дракулу, т. е. графа Дракулу, владельца замка.

– Но ведь у нас нет каменного гроба из Америки, ты сам говорил это, – опять возразил доктор.

– Ну и дался тебе этот гроб, а второй склеп, где похоронены только отец и мать, так называемый «новый склеп», разве он не стоит американского гроба. А обрыв, откуда видно озеро, и куда доносится вечерний звон из деревни. А дамские комнаты в Охотничьем доме, приготовленные для невесты-итальянки, помнишь: прощай мечта и несколько тысяч дукатов. А наконец, японская шкатулка, разве это не та самая шкатулка римской императрицы, что Дракула купил для своей Риты. Ведь яблоко, входя в клюв птицы, открывает крышку. Это тебе может и Райт подтвердить. Спеша, сыпал фразами Джемс.

Райт усиленно молчал и курил.

Доктор, не находя поддержки, беспомощно смотрел на всех.

Молчание прервал Карл Иванович.

– В церковном архиве, – сказал он, – в книгах о похоронах эту местность два раза постигла эпидемия с большим процентом смертности, эпидемия в свое время не была определена врачами. Первый раз это было в год смерти молодой графини Дракула, а другой раз много позднее.

– Ну, а теперь, эта эпидемия наступила в третий раз, как и почему, вопрос другой, но она наступила, опасность налицо, и мы должны, мы обязаны бороться с ней, мы должны спасти Гарри, себя, да и окрестное население вправе ждать от нас помощи, – пылко говорил Джемс.

– Все это прекрасно, Джемс, но кто же враг, – спросил доктор.

– Да говорю же вам – вампиры.

– А что такое вампир? Где он? Как с ним бороться, воля твоя, Джемми, – я не понимаю, – печально произнес доктор.

Перевод книги

– Что такое вампир, дает объяснение до некоторой степени, конечно, вот эта книга о ламиях или живых мертвецах, – сказал Джемс, указывая на книгу в старинном кожаном переплете.

– А, да, это та книга, что подарил тебе Гарри, я знаю ее, – перебил Райт.

– Да, та самая. Мы с Карлом Ивановичем, по возможности, перевели ее, говорю, по возможности, так как, надо сознаться, это чертовски трудно. Она написана старым латинским языком, с кучей специальных выражений, да и толкует о предмете, для нас и так непонятном.

– Не мертвые, как она зовет их, для нас что-то необъяснимое, ненормальное. Но самое присутствие подобной книги на письменном столе владельца замка наводит на много мыслей и говорит само за себя.

– Ну, а что ты почерпнул из этой книги, – нетерпеливо перебил доктор.

– А вот сейчас, – сказал Джемс, – только повторяю, тут много нами еще не выяснено и даже не понято.

– К делу, к делу, – торопил доктор.

– Древние ламии – это такие существа, – начал Джемс, – вернее, это умершие люди, которые могут выходить из могилы, являться живым и принимать участие в жизни. В большинстве случаев вмешательство это злобное и приносит несчастье.

«Не мертвые», вампиры, – это разновидность ламий. Они также встают из гробов и сосут живых людей.

Они могут жить века и чем дольше живут, тем становятся могущественнее. С каждой засосанной жертвой сила их растет, также растут и знания.

Они могут обращаться в некоторых животных: в кошек, в летучих мышей, в змей и т. д., могут окружать себя туманом или даже обращаться в туман. Любят лунные ночи и по лунному лучу плывут, как по реке.

Зубы у них длинные, острые, пальцы тоже длинные с острыми ногтями, дающие им возможность ползти по отвесным стенам.

Чем сильнее вампир, тем он легче усыпляет свою жертву своим взглядом или прикосновением. Самый сильный человек под взглядом такого вампира делается совершенно беспомощным, никакая храбрость тут не поможет – человек засыпает против своей воли, и тогда он верная жертва вампира.

Вампир засасывает в один, в два приема, реже в три, четыре. Первый раз самый трудный: жертва боится и сопротивляется. Зато потом это легче, больной ждет и желает прихода мучителя…

Иногда вампир влюбляется и тогда засасывание идет очень тихо, он наслаждается понемногу, сберегая дольше жизнь любимого существа.

В таких случаях жертва сама становится вампиром, в других же случаях – это редкость. Любовь всегда бывает между мужчиной и женщиной; засасывать же могут без различия пола и возраста. Но замечено, что предпочтение отдается детям и молодым людям.

Вампиры предпочитают ночи, особенно лунные, могут ходить и даже сосать и днем, но это уже более сильные или же живущие давно.

Многие животные им подчиняются, но все их чуют и боятся, особенно их ненавидят лошади и собаки, эти друзья человека. Они точно угадывают в них врагов.

Самые могущественные вампиры могут управлять до известной степени, конечно, явлениями природы, как то: ветром, тучами, туманом и т. д.

Слабая сторона всех вампиров – это та, что каждый из них должен иметь свой приют и лежать в нем в виде мертвеца в продолжение известных часов.

В эти часы они, т. е. вампиры, в свою очередь, совершенно беспомощны, а потому и стараются тщательно скрывать свое убежище и даже иметь их по нескольку.

Убежище должно быть вблизи района похождений вампира, иначе он рискует, что роковой час застигнет его вдали от убежища. Заснуть же не в своем месте крайне опасно.

Старые, опытные вампиры могут вселяться в свои портреты, но это ненадолго.

При успехе в похождениях, т. е. когда жертв достаточно, вампир молодеет и хорошеет. Только красноватый отблеск глаз и яркие, алые губы портят впечатление.

Если почему-либо вампиру приходится скрываться, как бы говоря, голодать, он бледнеет, сереет, делается мало подвижен и страшно зол.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Поделиться ссылкой на выделенное