Артем Тихомиров.

Страшила

(страница 1 из 19)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Артем Тихомиров
|
|  Страшила
 -------

 //-- 1 --// 
   Собаки устроили настоящий концерт. Округа наполнилась дурным воем. Кошки, почуяв неладное, поспешили укрыться в своих укромных местечках и оттуда зыркали горящими глазами. Странный, нелепый с виду пришелец появился с юга. Миновал перекресток и двинулся сквозь густозаселенный посад в сторону Кимизиллы. Дочки мельника, завидев путника, бросились бежать. Спрятавшись в кустах, девицы долго провожали чудище взглядом.
   Даже для этих мест, где можно было встретить много разных личностей, визит огра – а пришелец, несомненно, принадлежал к их числу – оказался неожиданностью. Самые старые жители окрестностей не помнили такого. Позже, когда пыль улеглась, посадские с удовольствием рассказывали байки о том, как храбро, лицом к лицу встретили чужака, как почуяли в нем благородное стремление помогать страждущим. Каждый из тех, кто красочно врал у камина долгими зимними вечерами, приписывал себе исключительную роль в последующих событиях. Со временем рассказы о странствующем огре превратились в легенды, а потом и в сказки, которые рассказывают детишкам на ночь.
   Действительность же, как водится, была совершенно иной. А какой, так этого не помнит теперь никто…
   Большой квадратный пришелец ехал верхом, что даже мельниковы дочки небольшого ума посчитали невероятным. При таких габаритах обычная лошадь не сумела бы выдержать огрского веса. Но лошадь не была обычной. Вез на себе огра могучий ухмыляющийся першерон неизвестной породы. Обыкновенная же кляча, бредущая позади, волокла на себе багаж визитера и его оружие с доспехами. Округу не баловали своим посещением странствующие рыцари, поэтому дочки мельника не знали, как в действительности должен выглядеть один из них. Обе девицы, откровенно говоря, вообще не были склонным задаваться вопросами. Едва огр скрылся за поворотом, они помчались рассказывать ошеломляющую новость.
   Псины уже вовсю надрывали глотки. По дворам пробежал ропот. Местные высовывали головы из-за заборов и спрашивали друг у друга, что случилось. Суматоха поднялась необыкновенная, когда огр появился на центральной улице Южного Конца. Ребятня посыпалась, словно горох, изо всех щелей. Поднялся галдеж. В огра тыкали пальцами, смеялись. Кто-то из мелкоты осмелился бросить в него огрызок яблока, за что схлопотал от мамаши по затылку.
   Огр не обращал на суматоху внимания. На его широкой физиономии застыло меланхолическое выражение. Ногтем мизинца он поковырялся в зубах и подмигнул двум эльфкам, стоящим ближе всех. Эльфки зарделись и захихикали. Собаки продолжали голосить, невзирая на проклятия со стороны хозяев. Кот, не спрятавшийся в укромное местечко, а вместо того сидящий на заборе, выгнул спину и зашипел.
В тот день местные узнали одну особенность. Не любят огров ни кошки, ни собаки.
   Самого же пришельца это ничуть не волновало. Проехав шагов сто, он свернул к таверне под названием «Игривый Окунь», принадлежащей семейству полуросликов Лаффинбугов, а именно – Оззи Лаффинбугу.
   Целая армия всполошенных коротышек выдвинулась во двор из дома. Никто не знал, что делать дальше. Гость есть гость, правила не позволяют прогнать его. Пока он не наделал всяких нехороших дел, разумеется. Огр, шептала многочисленная родня Оззи, огр явился! Смотрите!
   Огр тем временем слез с коня и потянулся. Хрустнул пальцами. Толпа полуросликов охнула и подалась назад. Потом стало тихо. Заткнулись собаки, заткнулись кошки. В воздухе, наполненном запахами трав и цветов, зазвенела муха. Зеваки толпились на улице и глазели во двор с открытыми ртами.
   – Браги! Кого я вижу?! Сколько лет, сколько зим!
   Сквозь толпу родственников протолкался сам хозяин «Игривого Окуня», розовощекий рыжий полурослик в башмаках с квадратными носами и пряжкой, начищенной до блеска.
   – Оззи? Ты? – проурчал огр. – Хм… Не думал, что встречу тебя здесь… Это хорошо. Ну, как поживаешь, муравей?
   Полурослик задрал голову кверху. Даже самый высокий из этого племени едва ли превышал ростом высоту огрова колена.
   – А ты все такой же! – произнес Оззи. – Большой, страшный и неугомонный.
   – Ну. На том и стоим. А ты что ж… Прибился к кому-то в услужение? – Браги кивнул на «Игривого Окуня».
   – Нет, что ты! Я тут хозяин. А это – мои родственники и семья. Помогают в деле.
   Полурослик важно уткнул руки в боки и зыркнул в сторону толпы себе подобных.
   – А ну! Комнату для гостя. Пива и жареной свинины! И всего прочего по высшему разряду… Коней распрячь и в конюшню.
   Огр что-то просопел. Снял шапку, почесал затылок.
   – Идем. Вижу, издалека идешь. – Оззи осмотрел одеяние великана и его сапоги. – И глотка, поди, пересохла?
   – Что верно, то верно, – громыхнул огр. – Еду четвертые сутки и ни разу за это время не видел приличного места для ночлега и хорошей жрачки.
 //-- 2 --// 
   Браги взмахнул ручищей, в которой держал жареный свиной окорок, обглоданный наполовину.
   – Недурно ты устроился, приятель. Таверна! Что ж, хорошее дело!..
   Они сидели в эркере, отделенном от общего зала, но все равно чувствовалось, что на них направлено все внимание посетителей.
   – Ага. Хорошее. Пока жаловаться не приходится. Налоги король установил вполне терпимые, так что живем. На хлеб с маслом хватает, – ответил Оззи, нянча свою кружку с пивом, которая была меньше огровой кружки раз в пять-шесть.
   – Хлеб с маслом? – хмыкнул Браги. – Должно быть, муравей, это большой кусок.
   Лаффинбуг усмехнулся.
   – Как знать. Сейчас он большой. А что будет завтра? Жизнь, брат, штука непредсказуемая…
   – Философия полуросликов? Узнаю, – сказал Браги. В его глотке забулькало пиво. Потом из той же глотки вырвалась отрыжка.
   – Надейся на лучшее, готовься к худшему… – ответил Оззи.
   – Когда-то, помнится, это сказал тебе я. Помнишь? Старое доброе время! Эх… были деньки.
   – Да, славные.
   – А где супруга твоя? Иния, так, что ли? Не видать!
   – К сестре поехала. Тише в доме стало.
   – Не думал, что ты женишься так быстро. – Огр раскусил кость, посмотрел, что там внутри, высосал мозг, бросил обломки в чан, куда швыряли объедки. – И почему ты решил осесть?
   Оззи рассмеялся, огляделся по сторонам, нет ли поблизости кого-нибудь не в меру любопытного.
   – По правде, женился я на деньгах своей суженой. Не хватало мне на открытие дела да на раскрутку, понимаешь? Подумал: ну все к лешему, где наша не пропадала! Деньги-то не пахнут, как говаривал мой папаня, открывший сеть платных туалетов в Либбентоне. Иния, кстати, оказалась ничего себе. Так что я не прогадал. И дело и при деле теперь. А ты что же? Все тот же странствующий рыцарь? – Оззи снова оглянулся. – Есть сдвиги-то в твоем вопросе?
   – Не-а. Все тот же я, как видишь! – Огр ощерил свои зубищи, сверкнул глазами и поскреб пальцами брюхо, выглядывающее из-под расстегнутой куртки козловой кожи. – Большой, страшный, неугомонный. Злой. Иногда даже, как говорят, вонючий. Все как положено. Мотаюсь взад-вперед, совершаю добрые дела, как положено странствующему рыцарю. Недавно побывал в Гихмаде. Нашел там одного чародея, но он даже не стал со мной разговаривать. Только хохотал, поганец, с вершины башни. Если бы не стояла та башня посеред города, не поленился бы ее развалить. Постоял, потом плюнул и поехал на север, в Кимизиллу, столицу Пибадура. По пути же встретил колдунью – тогда, конечно, я ни ухом ни рылом, кто она такая была – а она мне и говорит: слазишь, касатик, в пустое дерево? Под землей, ниже корней, говорит, есть сокровища несметные. Достань мне огниво, ядрена вошь. Отблагодарю, говорит, касатик. Ну я и полез как дурак. А в дупле-то кормой и застрял. Ни туда, ни сюда. Торчу, ругаюсь, задницей наружу, а колдунья осерчала. Давай орать во всю глотку. Да со злости как пальнет молнией в дерево. Только так я и освободился. Сижу, песок вытряхиваю из ушей, а она давай меня костерить! Я как-то повернулся не так, слышу, хрустнуло под боком. Гляжу, а колдунья-то преставилась. Как есть – дуба дала…
   Оззи Лаффинбуг вытащил из кармашка жилетки золоченую табакерку и сунул по понюшке в каждую ноздрю. Чихнул от души. Зажмурился.
   – Да уж. Страшный и большой! – засмеялся полурослик. – А дальше?
   – Дерево-то развалилось, а в земле лаз открылся. Вот в него я и пролез. Гляжу, там винный погреб! Странно, думаю. Это и есть несметные сокровища?
   – Ну, если вино хорошее, то…
   – Вот именно, муравей. Если! – Огр ухватился за жареный свиной бок. По знаку Оззи несколько его племянников прикатили на тележке новый бочонок ледяного пива. – Винцо оказалось никакое. Долго, видимо, хранилось в земле, уксусом стало. Тьфу!
   – Жаль, – вздохнул Оззи.
   – Нашел огниво, которое колдунья требовала. Чиркнул. Явились по чародейскому зову три собаки с золотыми глазами – и на меня кинулись. Брешут сказки! Волшебные помощники! Что за век! С каких пор они стали на новых хозяев нападать? Еле отбился я от этих псин, а огниво забросил в озеро. А больше по пути сюда ни на какие просьбы не отзывался.
   Браги нацедил себе еще пива.
   – Знатное питье, Оззи. Хорошие поставщики.
   – Да. Гномы из Грибной Пади, что за Шелькой. Владеют, хитрецы, рецептурой какой-то, ее у нас и не знают.
   – Вот почему твое дело вверх пошло, – подмигнул огр. – Так?
   – В моем деле не будешь вертеться – пойдешь по миру, – ответил, вздохнув, Оззи.
   – Как в моем, – рыгнул во весь голос Браги. – Профессия странствующего рыцаря нынче не такая доходная, надо тебе сказать. Раньше как было? Освобождаешь замок от разбойников – тебе благодарный хозяин, если его лиходеи не прирезали, от радости мешок денег отваливает. Если же, например, отец умыкнутой в полон к дракону девицы будет рад выполненной работой, тоже не обидит. Без напоминаний одаривали героя спасенные. И щедрость душевная в цене была. Галантные времена царили, сам знаешь. А теперь приходится на берегу договариваться, потому как любой прохвост норовит накормить тебя спасибами, а спасибо на хлеб не намажешь… Такому брюху, как мое, требуется нечто большее, Оззи.
   – Ясно. Странствующие рыцари переходят со своими клиентами на коммерческие отношения, – улыбнулся полурослик.
   – Вроде того, – серьезно засопел Браги. – Вот у меня специализация – спасение девиц. Благородных дам тоже. И ведь не от хорошей жизни, муравей. – Оззи хихикнул в кулак. – Но в этом и есть загвоздка, приятель. Девицы нынче через одну спасаться не желают. Вот пробиваешься к ней через полчища ворогов, упырей, побеждаешь чернокнижников и змиев огнедышащих, а в итоге?
   – Что в итоге?
   – Не хочу, говорит очередная дева, домой возвращаться. Вали, благородный рыцарь, обратно, ничего тебе тут не обломится! – Огр повел в воздухе кулаком размером с ведро. – Ух! А еще говорят – рожа ты чудовищная, монстр и невесть что! Хочу чтобы меня спасал прекрасный принц на белом коне! Вот так! Больно самостоятельные стали принцессы. Книжек еще дурацких начитаются, так вовсе с ними сладу нету!..
   – Оно и верно, – подтвердил Оззи. – Слышал я о таком. Эмансипация называется.
   – Во-во… Эм… Ам… Проклятье! Даже слово такое не выговоришь! А что вот я – не принц на белом коне? Что, разве дело в масти зверюги, на которой я езжу?
   – Хм… Не только…
   – Да какая разница, скажи мне?
   – Для них, принцесс, есть, видать.
   – Ладно. Предположим, куплю я себе на свои скромные шиши битюга белой масти, а дальше что?
   – Не знаю.
   – А то, что очередная краля найдет, к чему другому придраться! Как пить дать. Я-то, между прочим, не последних кровей. Не помню каких, но… Кхе… Словом, ты в курсе дел!
   Полурослик оглядел могучую массу плоти, именуемую Браги, и покачал головой. Конечно, он знал ситуацию огра. Знал о его бесконечных скитаниях, поисках, пробах, надеждах. Но верил ли?
   Лаффинбуг снова обратился к своей табакерке.
   Когда-то Оззи вполне доверял версии Браги. Сейчас же его одолели сомнения. Огр считал, что на самом деле он никакой не огр, а человек, которого заколдовал один сумасшедший чародей. Дескать Браги сын каких-то родовитых родителей, судьба которого повернулась вот таким печальным образом. Обычное дело. Младший отпрыск отправляется в странствия, снабженный всеми нужными рыцарскими принадлежностями, потребными для совершения подвигов. Большего семья ему предложить не в состоянии. Немало таких вот героев валандается по дорогам. Никто им не удивляется, иной же раз странствующие рыцари эти прям как заноза в заднице. Особенно когда начинают гулять да буянить.
   Разумеется, на фоне всех остальных огр являл собой исключение. Уже хотя бы тем, что не был человеком. По части же рыцарских штучек и профессиональных героических секретов, то здесь он проявлял немалую осведомленность. Странную и необычную для неотесанной деревенщины из шидамской глухомани. Кажется, в самом деле – рыцарь, при том, что видом своим больше подходит на роль чудовища, чем на благородного защитника угнетенных. Был Браги заколдованным человеком или нет, Оззи Лаффинбуг с точностью сказать не мог, но даже на Алой Книге поклялся бы: огр даст фору многим благородным господам из людей, называющих себя героями. Не прочь был великан гульнуть и состряпать пару-тройку эскапад для развеяния скуки, но когда речь заходила о профессиональном долге, тут держитесь лиходеи! Оззи довелось видеть, чего стоит Браги. Рубака из него был хоть куда. О силище и говорить не приходится.
   Огр налил себе еще пива. Полурослик подумал о том, что скажет его жена, Иния, когда узнает, какое опустошение произвел Браги в погребе. Можно по старой памяти налить приятелю кружечку другу, скажет она, но не пару бочонков же!
   Оззи вздохнул и допил свое пиво. Эх, раз жены нет, так нечего и горевать. Приедет – там видно будет. Полурослик налил себе. Друзья чокнулись.
   – А для чего ты в Кимизиллу-то приехал? – спросил Оззи, вытирая рот рукавом.
   – Хм… Поискать работку какую-никакую. Может, какой даме паладин нужен. Или что-нибудь в этом роде… Так или иначе, найдутся еще дела для странствующих рыцарей в таком тихом местечке? Да, муравей?
   Оззи взъерошил рыжую шевелюру.
   – Кхе… Кстати, о деле. Раз уж приехал, расскажу я тебе одну занятную историйку, – сказал полурослик.
   – Ну! Подошли к самому интересному? Давай, рассказывай. Я весь внимание.
   Огр откинулся на стену и вздохнул с самым довольным видом. Дверь в эркер была приоткрыта. Из общего зала доносились голоса посетителей таверны. Оззи Лаффинбуг расстегнул рубаху. Стало жарко. Пиво гномы из Грибной Пади варили и впрямь отменное.
 //-- 3 --// 
   – Было у нашего короля Ляпквиста три дочери, – начал Оззи. – Складных да ладных, как говорят знатоки и ценители, загляденье одно. Сам я, конечно, не видел ни одной, поэтому врать не стану. Долго ли коротко ли, время шло, пока не пришло к моменту, когда понадобилось выдавать двух старших, погодок, замуж. Долго Ляпквист выбирал для них женихов. Толпами шныряли здесь принцы из разных земель, но большинство, как водится, уехало ни с чем. Была у Ляпквиста нелегкая задача – сплавить дочурок подальше да не прогадать в смысле барыша. Чтобы браки эти были для него и королевства прибыльными в разных смыслах едино: политическом и финансовом. Маманя во всем этом не участвовала, потому что померла, давно померла, еще когда младшенькой было два годка всего. И не без цикуты отправилась королева к праотцам…
   – Вот оно как? Забавно.
   – Злые языки так говорят. – Оззи начертил на столешнице пивом закорючку. – Так вот. Речь-то я веду о младшей дочурке Ляпквистовой. Гундире. Любимая она у него. Ни в чем ей отказа нету, в роскоши купается, в шелках ходит, из золота ест, кушанья заморские только и признает. Души не чает Ляпквист в Гундире. Любой каприз – пожалуйте, будет выполнен.
   – Капризная? – спросил огр. – Обычно такие… хм… не отличаются долготерпением… В особенности в неге и холе когда пребывают с малолетства…
   – Вот-вот, угадал! В народе слухи ходят, что совсем от рук отбилась наша Гундира. Свихнулась, я думаю, от всяческой роскоши и вседозволенности. Пятнадцать годков ей исполнилось, а она уже пресытилась всем на свете. Нет ничего такого, чего она не видала, представь только, Браги.
   Огр кивнул, подцепив с только что принесенного деревянного блюда вилкой жареного рябчика. Захрустел им, отправив целиком в рот.
   – А что же две первые принцессы-то?
   – Вышли замуж и уехали. Сделал им Ляпквист хорошие партии. И для себя – чтоб подальше. А я думаю, что дело не в самом короле, а в Гундире. Именно она не хотела терпеть рядом с собой сестер, желала единолично отцовой любовью пользоваться. Безраздельно, так сказать.
   – Бывает.
   – А недавно новый бзик у нее случился. У Гундиры. То ли окончательно повернулась принцесса, то ли какой-нибудь чародей подшутил, никто не знает. Но только Гундира совсем невесела стала. Сидит. Бычится.
   – Как это?
   – Ну, как тебе объяснить. Ничего ее не радует. Ничего не в состоянии даже рассмешить. Чуть что – в слезы. У нас ее даже Несмеяной прозвали, – сказал Оззи.
   – И что же король?
   – Вот уже два месяца кряду пытается вылечить свою ненаглядную кровиночку. – Полурослик понизил голос. – Если хочешь мое мнение, то здесь единственное верное средство – розгой по голому заду. Да так, чтоб месяц сидеть не смогла! Совсем избаловалась. Нервы тянет из Ляпквиста, глумится над придворными, издевается. Истерики закатывает по малейшему поводу. Слухи бродят в народе, Браги. Ничего Ляпквисту утаить не удается.
   Огр ухмыльнулся. Такая зловещая гримаса испугала бы, пожалуй, и дракона.
   – До сих пор, значит, не рассмешили?
   – Не-а. Со всех земель в Пибадур съезжались всевозможные увеселители. Передвижные цирки, труппы бродячих комедиантов, просто психи-одиночки, факиры, чародеи, колдуньи. И все без толку. Несмеяна всех гнала.
   – А может, это заклятье? – предположил Браги.
   – И так думали. Собрал однажды Ляпквист всех самых маститых волшебников Пибадура и еще многих из окрестностей и устроил совет. Чего, значит, делать с Гундирой. Большую награду пообещал, если у кого из них получится. – Лаффинбуг вцепился зубками в рябчика. Гномское пиво пробуждало аппетит. – Пока не получилось. Ох и много чокнутых побывало, говорят, во дворце. Тьма! Были и настоящие смехуны. Действительно дело свое знали. Но представь: весь тронный зал, рыцари, придворные, графья, бароны, чародеи и хрен знает кто еще, покатываются со смеху. Сам король под трон укатился, главный советник заикаться уже начал, наиглавнейший повар чуть не окочурился – так хохотал, а ей хоть бы хны! Сидит Несмеяна, что твоя туча мрачная. Ни гу-гу. Губу нижнюю выпятила, сопли пузырем, слезы текут. Представил? Такие вот дела-делишки у нас в королевстве. Визжит и стучит ногами, требуя выгнать всех комедиантов взашей. Так и тянется эта волынка. Уже поток желающих рассмешить принцессу на убыль пошел. Никому не хочется зазря трудиться.
   – А награда? Чего король обещает в случае рассме… если принцесса рассмеется?
   – Хм… Насколько мне помнится, награда состоит в том, чтобы исполнить любое желание счастливчика. Поначалу Ляпквист обещал тысячу золотых, потом мешок, потом замок и земли… А потом плюнул. Посчитал, что тот, кому повезет, пускай выберет себе подарок сам. – Полурослик успел захмелеть. – Мое же мнение таково: все бесполезно. Когда-нибудь это само пройдет. Блажь это. Блажь и больше ничего. Нет на свете ребенка, которого избаловали бы больше, чем Гундиру! Самое же верное и радикальное средство – розга. Да потом на хлеб и воду. На недельку. Никаких тебе заморских кушаний, ванн с лавандой и розовыми лепестками. Если не поймет, то повторить воспитательную беседу, повторять много раз, пока дурь не выйдет! Вообще, Ляпквист сам виноват. Теперь вот расхлебывает кашу, которую заварил.
   – Замуж ее король не собирается отдавать? – спросил огр. – Сватались?
   – Нет еще. Не сватались. Вот король объявит, тогда и пойдут сваты…
   – Красивая, принцесса-то?
   – Ну… Говорят, да. Для некоторых все они красивые. Если же какую-нибудь клуню нарядить в платье с золотом и жемчугами, причесать и накрасить, то обязательно покрасивеет.
   – А что говорили волшебники, знаешь?
   – Говорили, что нету никакого заклятия на Гундире. И лекари всяческие поддакнули. Просто…. Знаешь, слово какое-то употребили… Де… при… зея…
   – Чего?
   – Депризея…
   – Депрессия, – поправил огр.
   – О! Точно! Она самая!
   – Два месяца – долго.
   – Да свихнулась Гундира. Ничего и говорить. Уверен депрессию эту розга тоже хорошо лечит, – сказал полурослик.
   – Как знать. Слыхал я о нескольких таких случаях. Не такая уж и редкость. Принцесса – существо противоречивое, нежное. Подходы к ней всегда разные. Несмеяна… Хм.
   – Розга! Хлеб и вода! – Полурослик стукнул кулачком по столу.
   – Может, тебе сходить во дворец и предложить такой способ решения? – захохотал Браги.
   – А что?… Может, и пойду!
   – Сиди уж, муравей. Другое мне скажи: являлись ли во дворец огры?
   Оззи задумался, нахмурил лоб.
   – Нет. Всякие были, но огров не одного. Ты что же, хочешь попробовать?
   – Не знаю… Подумать надо.
   – Вряд ли получится, – сказал Оззи, махнув рукой. – Мастера своего дела пытались да всем на дверь указали. В лучшем случае. Некоторые, по желанию принцессы, получили по шее да весьма крепко. Смекаешь?
   – Не впервой.
   – Плюнь! Я тебе другое расскажу. То, что по твоей части…
   – Веселая жизнь в тихом королевстве, – усмехнулся Браги, вытирая грязные руки о живот. – Что ж, если пошла такая пьянка, давай. Повесели старого друга.
   – Милях в пятидесяти отсюда есть заброшенный замок. Лет сто стоит пустым после того, как вся баронская семейка перемерла там. Отчего дали дуба барон и его отпрыски, никто толком не знает. Но место считается нехорошим. Болтают всякие дурни, что проклял барона некий чернокнижник, чтоб ему пусто. Ну да не о том речь. Неподалеку от замка проходит очень важная для здешних краев торговая дорога. На юго-восток, в Дарграм. По ней и соль везут с Асланских Копей и кожи из Виммера, и воск из Лазбарии. Много всего, одним словом. И никак, понимаешь, не объехать тот проклятущий замок, все мимо него. В прежние времена, насколько я знаю, барон дань взимал с проезжих, небольшую, так, вполне терпимую. А заодно охранял путь от разбойников. Польза, значит, была. Теперь чудовище поселилось в том замке. Самое что ни на есть. Проглотом зовется. Нападает на караваны торговые, утаскивает кого ни попадя к себе в логово мерзкое и там сжирает.
   – Людоед, значит?
   – Ну! И людоед, и эльфоед, и гномоед, и полуросликоед… Все ему едино, уроду.
   Огр потер руки.
   – Забавно.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Поделиться ссылкой на выделенное