Ярослав Зуев.

Охота на рэкетиров

(страница 6 из 36)

скачать книгу бесплатно

– «Бимер» на обгон пошел!.. – командирским голосом пролаял Атасов над самым ухом у Андрея. – Дави его, гада!.. Лево руля!

«Проснулся и без кофе»… – подумал Андрей, и повел рулем влево, перекрывая «семерке» дорогу. Один миг он был уверен, что машины обязательно столкнутся, но в последний момент водитель «Бимера» заблокировал колеса. Из-под колесных арок «БМВ» повалил дым, но ни вправо, ни влево иномарку не отбросило, к огромному огорчению пассажиров «Мерседеса».

– Вот, типа, что означает система «АБС» в действии, – тоном менеджера из автосалона сообщил Атасов. – Хорошая у ребят машина, типа…

Разрыв между охотниками и дичью сразу вырос до сотни метров. К сожалению, не надолго. «Бимер» ринулся в погоню и поразительно быстро сократил отрыв.

– Дурак он! – нервно прокричал Андрей. – Водитель бимеровский… Если б по тормозам не лупил – подцепил бы нас, как щепку!.. Таких бы кульбитов накрутили – мама не горюй!..

– Бабка надвое сказала! – отрезал Атасов.

И тут первая пуля щелкнула по крыше «Мерседеса», срикошетила об один из сварочных швов и с омерзительным вжиком ушла в сторону. Спина Андрея покрылась холодным потом.

– Ни-ничего себе! – взвизгнул Армеец.

– Хорошенький прием новоприбывших, – сцепил зубы Атасов. – Здорово же вы, хлопцы, их раззадорили, пока мы с Гримо спали!..

– Да мы их не трогали!.. – взвыл Бандура.

Вторая пуля прошила заднее стекло «Мерседеса», прошила переднее и улетела куда-то вперед.

– Ого, типа!..

По лобовому стеклу поползли кривые трещины, что придало ему определенное сходство с картой мегаполиса.

– Пригни башку, Гримо! – скомандовал Атасов, пытаясь затолкать бультерьера в пространство между сиденьями. Тот упирался как мог. Пули преследователей посыпались градом, куроча стойки, кроша задние фонари и багажник. Одна из них угодила в зеркало заднего вида. Зеркало лопнуло. Осколки брызнули в разные стороны. Лобовое стекло посыпалось в салон. Эдик вскрикнул и схватился за лицо. На пол падали куски обшивки крыши. Гримо завизжал.

– Ого, – повторил Атасов. На его губах заиграла улыбка, больше похожая на гримасу. – Расстрел питерских рабочих, типа?!. Не потерплю!

Атасов отказался от борьбы с ополоумевшим бультерьером и нырнул под водительское сиденье. Разогнулся через пару секунд, сжимая в руках массивную деревянную кобуру с заточенным в нее пистолетом «Стечкина».

– Раз пошла такая пьянка… – хладнокровно процедил Атасов, извлекая пистолет из кобуры.

– Осторожно, Андрюша! – крикнул Армеец, у которого все лицо было залито кровью. Метрах в двухстах перед ними по дороге неторопливо волочился большущий зерноуборочный комбайн, раскачивавшийся на ходу, как шхуна при килевой качке. Тяжелая сельскохозяйственная машина перегораживала всю полосу движения, а жернова молотилки мотылялись перед комбайном, оставляя свободными метра два встречной полосы. Назад комбайнер не смотрел. Бандура надавил клаксон. Расстояние до комбайна сокращалось с невероятной быстротой.

«БМВ» шло в каких-нибудь десяти метрах позади. Из обоих окон правого борта гремели выстрелы. Принимая во внимание скорость и качество дорожного покрытия, ни о какой прицельной стрельбе и речи быть не могло. Впрочем, дистанция была минимальной, так что снайперская точность стрелкам не требовалась. Львиная доля выпускаемых пуль все равно доставалась «Мерседесу», на глазах превращая машину в решето.

Яростно клаксоня, Андрей пошел на обгон. «Мерседес» резко подбросило – оба левых колеса выскочили на обочину встречной полосы. Справа мелькнул тяжеленный барабан зернокосилки. Едва он остался позади, как Андрей, повинуясь совершенно безотчетному импульсу, одновременно утопил в пол педали сцепления и тормоза. Шины завизжали как от боли, «Мерседес» развернулся градусов на сорок относительно осевой. Водитель «БМВ» тоже ударил по тормозам. Последствия такого решения оказались просто ужасными. Машина с душераздирающим хрустом налетела на массивные жернова комбайна. Даже не налетела, а скорее наделась на них. Кинетическая энергия иномарки была столь велика, что какое-то время «БМВ» по инерции продолжало нестись вперед. Правая передняя дверь исчезла, вслед за ней жернова подмяли под себя стойку крыши и вспороли борт автомобиля до самого заднего бампера. Правые шины «БМВ» взорвались. Стрельба из машины прекратилась. Один из стрелков погиб на месте, превратившись в бесформенную кровавую массу, второго тяжело ранило. Водителя оглушило. Четвертый член экипажа, занимавший пассажирское сиденье позади водителя, тот самый боров, что на переезде по телефону звонил, попробовал открыть дверь и выбраться наружу. Действовал боров словно лунатик.

Андрей воткнул передачу, собираясь убираться восвояси.

– Сдай-ка задом, боец! – приказал Атасов таким голосом, что у Андрея мурашки пошли по коже.

Атасов, у которого кровь капала с разбитой при экстренном торможении губы, держал пистолет «Стечкина» обеими руками. Он просунул оружие в жалкие ошметки того, что еще десяток минут назад было задним окном «Мерседеса» и дал длинную очередь по вылезшему из «БМВ» бандиту. Разинув рот, Андрей наблюдал, как все пули улеглись в цель – между лопаток борова. Тот полетел на асфальт, будто ворох старого тряпья. Атасов повел стволом влево и нажал на спусковой крючок. Водитель «БМВ» несколько раз дернулся за рулем и исчез под торпедой.

– Вот так, типа! – пролаял Атасов.

Едва отзвучало эхо выстрелов, как на дороге воцарилась тишина. Совершенно противоестественная. Ствол «Стечкина» еле заметно дымился. Комбайн стоял на месте. Мотор его заглох. В задранной над землей кабине замер механизатор. Может, проклинал тот день, когда подался в комбайнеры, может просто ждал своей участи, которая в данный момент целиком зависела от прихоти человека с пистолетом. Ствол «Стечкина» медленно двинулся кверху.

– Саня, не надо! – крикнул Андрей. Он перегнулся через сиденье и вцепился в руку Атасова. – Саня!.. Не смей!..

Атасов порывисто обернулся. Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза. Андрей с ужасом осознал, что глаза приятеля стали похожи на две бездушные стекляшки. Затем что-то изменилось, Андрей с облегчением вздохнул – лицо Атасова начало понемногу просветляться.

– Как скажешь, типа… – проскрипел Атасов. – Тогда трогай, давай!.. – Он выщелкнул обойму из «Стечкина» и полез под сиденье за боеприпасами.

Андрей локтем выдавил остатки лобового стекла, включил первую передачу. Пока Атасов перезаряжал оружие, ехали молча. Андрей держал около семидесяти, и ветер с ураганной силой гулял по салону. Армеец сидел с закрытыми глазами и прерывисто, тяжело дышал. Щеки Эдика очень здорово пострадали от осколков, но глаза были целы.

– Эдик, ты как?

– Жи-жи-вой, – прошептал Армеец.

Не успели приятели проделать и пару километров, как Бандура позвал Атасова:

– Саня… – нервы у Андрея натянулись, будто тетива лука, – Впереди фигня какая-то!..

Метрах в двухстах дорога оказалась перегороженной. Вдоль нее неподвижно застыли грейдеры, бульдозеры, экскаваторы и прочая тяжелая техника. Асфальт отсутствовал напрочь. Вместо него то тут, то там громоздились кучи щебня и песка. Невдалеке от превращенной в стройплощадку дороги размещалась пара зеленых строительных вагончиков, – штаб строительства, прорабская или что-то в этом духе. Тройка вороных джипов, припаркованных перед вагончиками, сразу бросилась в глаза Атасову и подействовала на него, как на быка – красная тряпка.

«Мерседес» проскочил мимо большого предупредительного щита, сообщавшего о производстве дорожных работ: «Внимание! Тра-ля-ля-ля… Участок перекрыт… Работы ведет СМУ номер такое-то». Сразу за щитом показался указатель, отправлявший транспорт в объезд.

– Напрямик, давай! – гаркнул Атасов и передернул затвор «Стечкина».

Андрей не сбавлял скорости. «Мерседес» сшиб несколько красных заградительных турникетов и выскочил на участок свежеуложенного асфальта.

В салон ворвался концентрированный запах раскаленного битума. «Мерседес» чудом разминулся с мощным катком и едва не влетел под тяжелый грейдер.

– Вправо давай! – заорал Атасов.

Андрей крутанул руль. Машину понесло по щебенке, словно санки по льду. С грохотом динамитной шашки лопнула двухсотлитровая бочка дизеля, которую «Мерседес» сшиб по пути, будто кеглю.

– Глаза! – взвыл Андрей, умытый соляркой с ног до головы.

– Армеец, держи баранку, твою мать! – крикнул Атасов. Но Эдик не подавал признаков жизни.

Из прорабских вагончиков высыпало человек семь-восемь.

– Саня, я ни черта не вижу! – истошно вопил Андрей.

Атасов протиснулся между подголовниками с ловкостью гремучей змеи и схватился за руль левой рукой. Выбросил правую в выбитое окно пассажирской двери и, не целясь, разрядил обойму «Стечкина».

«Мерседес» снес последний турникет, и тот полетел вверх с изяществом воздушного змея, подхваченного порывом ветра. Дорога впереди была свободна.

Атасов вел машину левой рукой. Обе его лопатки прилипли к потолку «Мерседеса». Андрей держался за лицо. Глаза нестерпимо жгло.

– Дави на педаль, солдат! – скомандовал Атасов. – Я все вижу. Только давай жми, и все будет ништяк!..

– Глаза… – стонал Андрей.

– Чепуха! – откликнулся Атасов. – Не паникуй, солдат, сейчас проморгаешься…

Около километра проехали, управляя машиной таким причудливым тандемом. Один командовал и вращал баранку, второй управлялся с педалями.

Зрение понемногу вернулось к Андрею. Атасов перелез назад. Перепуганный Гримо бросился иступлено вылизывать хозяина.

Миновали оседлавшее левую сторону дороги Лобаново. Сразу за селом параллельно трассе вновь потянулась бесконечная линия железной дороги.

– Армеец, – Атасов перезарядил оружие, – Армеец, карта Крыма у тебя?

Андрей с тревогой покосился на Эдика.

– Саня! – начал он упавшим голосом, – Саня?!.. Мне кажется… – Андрей сглотнул слюну, чувствуя подступившую дурноту.

Атасов снова полез вперед.

– Ух ты, черт! – только и нашелся Атасов, – фу ты, типа, черт! Бандура, видишь, тот проселок? Сворачивай в него и гони, не останавливаясь!

Андрей повернул, как было велено. «Мерседес» загорцевал по ухабам. В багажнике что-то звякнуло, крышка открылась на ходу. Замку пришел конец. Не снижая скорость, проехали около километра.

– Видишь лесополосу? – окликнул Андрея Атасов. Тот кивнул.

– Туда давай…

– Понял.

Подняв тучи пыли, «Мерседес» помчал вдоль лесополосы. Это была уже не дорога, а колея на краю кукурузного поля, проторенная сельскохозяйственными машинами.

– Тормози! – приказал Атасов.

Андрей направил машину в кусты. Затрещали, ломаясь ветки, листва прошелестела по бортам. Машина остановилась в скупой тени тщедушных степных деревьев. Атасов выбрался первым, кинул быстрый взгляд по сторонам:

– С дороги вроде не видно…

Андрей обогнул «Мерседес», под капотом что-то громко тикало, ругательски ругая себя за совершенно непослушные ноги. Остановился, опершись на крыло. Стрекотали кузнечики. В кустах кто-то энергично шуршал, наверное, ящерицы сводили счеты, а может копошились полевые мыши. Беззаботно трещали цикады. Покачивались на ветру бесконечные шеренги кукурузы.

– Слушай, Саня… Чего так сухо? Здесь что, дождя не было? – почему-то спросил Бандура.

– Да хрен его знает, – не оборачиваясь буркнул Атасов. Он уже склонился к Армейцу.

– Эдик? Эдик?… – Атасов расстегнул спортивную куртку Армейца. Рубашка на груди и животе Эдика лоснилась от крови. Кровь заляпала брюки Армейца и небольшой лужей скапливалась на сиденье.

«Да он же в луже своей крови плавает!..»

Андрей ухватился за дверцу – в глазах потемнело. Тем временем Атасов нащупал сонную артерию на горле Эдика.

– Живой! – выдохнул он с облегчением. Разорвал рубашку на груди товарища. Напитавшаяся кровью ткань треснула с омерзительным звуком. Кровь буквально брызнула из-под пальцев Атасова. Андрей подумал, что сейчас брякнется в обморок на сухую и пыльную траву.

Атасову было не до Андрея. Он пытался добраться до раны на груди Армейца.

– Педант чертов, – беззлобно выругался Атасов, обнаружив под разорванной рубашкой еще и бурую от крови майку.

– Эка же тебя! – скривился Атасов, когда с майкой было покончено. – Ох ты черт! Бандура! Живо тащи аптечку!

Андрей, у которого в глазах плавали темные пятна, а голос Атасова доносился издалека, словно через три слоя ватина, полез на заднее сиденье. Руки его не слушались. Как впрочем и ноги.

Дермантиновый чемоданчик аптечки оказался как минимум дважды прошит пулями. Андрей вывернул его на капот.

– Перекись цела, – Андрей зубами выдернул пробку.

– Тампон давай!

Окинув беглым взглядом две упаковки бинтов, которыми оказалась богата аптечка, Атасов, не долго думая, сбросил с себя рубашку, наступив ногой на один из рукавов, располосовал ее на чести. Быстро приготовил тампоны. Прижал первый к груди Армейца, потянул того на себя. Армеец подался вперед, безжизненный, точно кукла.

– Держи его! – скомандовал Атасов.

Андрей нашарил среди груды медикаментов на капоте флакон нашатырного спирта, вскрыл и поднес к носу. Глаза моментально полезли на лоб, зато в голове прояснилась.

– Да ты что, оглох, твою мать?! – не поворачивая головы, заорал Атасов.

Бандура оторвался от спасительного капота и, собравшись с духом, пришел на помощь товарищу. Атасов повторил операцию с входным отверстием на спине Эдика. Закрепил оба тампона лейкопластырем. Все на скорую руку.

– Помоги мне, типа.

Вдвоем они вытащили Армейца из машины, водворили обратно, теперь на заднее сиденье.

– Куртку снимай, – распорядился Атасов. Скомкал протянутую ветровку, бережно заложил под голову Эдику. Тот даже не застонал.

– Он очень быстро кровь теряет, – Атасов шагнул к капоту, сломал шейку ампулу сульфоканфокаина, набрал полный шприц и, вернувшись к Армейцу, сделал укол. Отбросил шприц в кусты и отступил на шаг. Вытянул из брюк помятую пачку «Ротманс» закурил.

– Что ты ему вколол, Саня?

– Сердце поддержать! – Атасов глубоко затянулся. – Все, Бандура. Большего я сделать не могу. Не умею, типа. – Атасов угрюмо покосился на машину. – На этой руине в Джанкой ломиться – и думать нечего. Закончится гонками с ментами, а нам только ментов сейчас не хватает.

Андрей уныло стоял, не зная, что сказать.

– Он умирает, – с горечью продолжал Атасов. Может, есть у него полчаса, а может нет. Давай, Бандура, по коням. Попробуем Эдика до больницы довезти…

Атасов отбросил сигарету и нырнул за руль:

– Гримо к себе забери.

Ломая кусты, «Мерседес» снова выехал на проселок.

* * *

– Саня, ты же не на Джанкой повернул?…

– Уймись, солдат! – рявкнул Атасов. – Не в одном Джанкое больницы есть!

Проскочили какое-то село. Десяток одноэтажных домиков беззаботно купался в зелени садов. За селом, слева и справа, насколько хватало глаз, опять потянулись бесконечные посадки кукурузы. Атасов гнал, почти не разбирая дороги. Несколько раз, совсем рядом с проселком, проглядывало русло какого-то оросительного канала.

– Саша! Ты знаешь, куда мы едем?! – выкрикнул Андрей. На зубах у него скрипела пыль, а в душу начало закрадываться скверное подозрение, что заблудились они, блин.

– На юг, – не разжимая челюстей, проскрипел Атасов. Гримо несколько раз оглушительно чихнул. Так, как это умеют делать только собаки. Армеец совершенно неподвижно лежал позади. Лицо его стало белее снега. О том, что Эдик умер, Андрею не хотелось думать. Едва коснувшись друга взглядом, он немедленно отвернулся.

Они пронеслись мимо поля, на котором копошились женщины. Вроде что-то пропалывали. Колхозницы молча проводили изрешеченую иномарку удивленными взглядами. Никто не проронил ни звука.

– Думают, опять бандиты счета сводят, – Андрей обернулся к Атасову.

– Так оно и есть, типа, – ощерился Атасов и злобно выругался.

Почти что сразу за полем раздолбанный проселок уперся в узкую дорогу с асфальтовым покрытием. Атасов свернул направо.

– Глянь что с Эдиком, – бросил он Андрею.

– Лежит…

– Пульс пощупай, кретин!

Андрей столкнул с себя Гримо, беспардонно топтавшегося по нему, наклонился к Армейцу.

– Слабый есть, – дрожащим голосом доложил Андрей. Атасов кивнул. «Мерседес» набирал скорость. Почувствовав под колесами относительно приличное покрытие, Атасов намеревался выжать из своего желтого коня все, что только возможно. Салон превратился в настоящую аэродинамическую трубу. Дышать и разговаривать стало сложно.

Минут через пятнадцать они обогнали грузовик. В кузове сидели люди. Андрей подумал, что с радостью поменялся бы с любым из них местами.

Дорога вела прямо на запад.

– Половина девятого утра! – задыхаясь, выкрикнул Андрей. Атасов в ответ кивнул.

– Справа хутор какой-то!

– Плевать на хутор, Бандура!

Еще минут через пять они оказались на «Т»-образном перекрестке. Атасов уверенно повернул на юг. Покрытие стало получше, дорога шире. В девять пятнадцать из-за горизонта выплыло крупное село. Завидев его, Атасов поднажал.

– Алексеевка, – прокричал Андрей, прочитавший черную надпись на белом дорожном указателе. – Алексеевка какая-то…

«Мерседес» замедлил бег.

– Вращай башкой по сторонам, Бандура, – отдал приказ Атасов.

«Мерседес» обогнул две попавшиеся на пути лужи. В третью все-таки влетел, подняв целый фонтан брызг. Скорость упала до полусотни.

– Не хватало задавить кого из местных жителей, – пробурчал Атасов.

– Местные все на полях, – тоном знатока откликнулся Андрей. – В такое время крестьяне работают. Тут тебе не город, Саня. А детвора в школе, должно быть…

Улица была пустынной, если не принимать в расчет пары старичков, оседлавших лавки перед калитками, да двух-трех дошкольников, резвившихся на обочине неподалеку.

– Саня, больница вроде бы!

Невысокий забор слева был сбит из посеревших от времени досок и ничем не отличался от таких же точно заборов, тянувшихся по обеим сторонам улицы. Красился в прошлом году, а то и в позапрошлом. За забором раскинулся тенистый сад, в глубине которого просматривался невзрачный одноэтажный домик. Ворота были открыты. На правой створке был прикреплен выкрашеный в синий цвет фанерный прямоугольник с красным крестом посредине.

Атасов остановил машину. Откуда-то донеслось возмущенное мычание коровы. Где-то кудахтали куры. Неподалеку забрехала собака, и судя по звуку потащила за собой длинную стальную цепь. В ответ Гримо хрипло залаял.

– Заткнись придурок! – рявкнул Атасов, включая задний ход. Сдал назад, вывернул руль и решительно заехал в ворота. Шины зашуршали по гравийной дорожке. Атасов затормозил у крыльца. Стайка кур, переполошенная внезапным вторжением, дружно кинулась на утек.

Пока Бандура хлопал ушами, Атасов скрылся в дверях сельской больницы. Андрей вылез наружу, открыл заднюю дверь и тихо позвал.

– Эдик?..

На виске Армейца пульсировала маленькая жилка.

– Эдик?

«Господи, не дай ему умереть…»

– Посторонись-ка, Бандура. – Атасов неожиданно возник за спиной. Компанию Атасову составлял пожилой сухопарый мужчина лет шестидесяти, одетый в чистый белый халат и с докторской шапочкой на голове. Облик врача довершали круглые очки с толстыми линзами, державшиеся на самом кончике носа.

– Давайте перенесем его в больницу, – сразу же распорядился врач.

– Бери за ноги, – приказал Атасов Бандуре. Влез в салон и бережно подхватил Эдика подмышки. Они с трудом вытащили Армейца из машины. Андрею показалось, что Эдик будто налился свинцом.

Уложив Армейца на носилки, они внесли его в дом. В больнице было прохладно и чисто. Доктор шел впереди, указывая дорогу. Вскоре они добрались до операционной и со всеми возможными предосторожностями переложили Армейца на большой высокий стол. Андрей отступил назад, испытывая невероятное облегчение от того, что к делу подключился настоящий медик. Состояния друга это не меняло. Пока, по крайней мере, но доктор, он доктор и есть. Не Господь Бог, ясное дело, однако же и не простой смертный. Особенно в таких случаях.

– Он будет жить? – совсем по-детски поинтересовался Андрей, рядом с врачом сразу почувствовавший себя беспомощным ребенком. Атасов, казалось, испытывал нечто подобное. Это на улице, в троллейбусе, кинотеатре, очереди за колбасой и во всех прочих местах доктор – обыкновенный человек, отсидевший некогда шесть лет за партой медицинского института и вознагражденный за проявленное упорство синим (красным) дипломом установленного законом образца. Во всех прочих местах – так оно и есть. Но, только не в операционной.

Врач нагнулся к Эдику, взялся за запястье, приподнял веко и озабоченно покачал головой.

– Доктор… – Атасов глянул на врача в упор. Голубые глаза доктора за толстыми линзами очков выглядели до странности беззащитно.

– Доктор, я прошу Вас сделать все, что только возможно. Все, что возможно. Вы понимаете?

Врач кивнул.

– Мы не можем ждать, – отрывисто проговорил Атасов. – Нам немедленно надо ехать. Но вы, доктор, сделаете для него все.

С этими словами Атасов вытащил из кармана толстую пачку долларов, перехваченную вишневой резинкой для волос.

Врач нерешительно одернул руку, но Атасов, грубовато придержав его локоть, сунул деньги в ладонь.

– Сделайте все, что в Ваших силах. И более того, – повторил он и двинулся к двери. На пороге остановился и, делая ударение на каждом слове, проговорил:

– Не стоит бежать к телефону и звонить в милицию. Это будет совершенно лишним. Помогите ему – вот все, что требуется.

Атасов вышел наружу. Андрей бросил взгляд на восковую маску, заменившую Эдику лицо, пытаясь прогнать из головы отвратительное прилагательное «прощальный», – «Не прощальный. Тревожный, печальный, грустный, многозначительный, какойугодно, только не прощальный», – и поспешил вслед за Атасовым. В коридоре Бандура разминуться с медицинской сестрой, спешившей на помощь врачу. Андрей заметил, что она милая и совсем юная. Девочка, которой куда больше к лицу белый передник старшеклассницы, нежели белый халат медсестры.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Поделиться ссылкой на выделенное