Ярослав Коваль.

Магия спецназначения

(страница 3 из 29)

скачать книгу бесплатно

   – Естественно, секретна. Но, во-первых, по дороге ты ничего не сможешь увидеть – повезут нас не в обычной машине, а в боевой, бронированной – сейчас в гараже иные наперечет. А во-вторых…
   – Ну да, понимаю. Если не придусь по душе, просто оттуда не выйду. Естественно.
   Шреддер и не думал отрицать. Он смешливо сощурил глаза и потянулся на диване.
   – Если передумала, я тебя задерживать не буду. Выпущу из дома, и иди куда хочешь.
   Он, конечно, не собирался этого делать, но теперь его мало заботило, догадается ли об этом девушка, прочтет ли по его лицу. Впрочем, если она говорила искренне, деваться ей все равно некуда.
   – Ты прекрасно понимаешь, что выбирать мне не из чего, – спокойно, даже безмятежно, бросила она, поднимаясь.
   – Кстати, – спохватился Эйв. – Ты бы представилась.
   – Самое время познакомиться наконец. Но ты хозяин дома, и потому начни первым.
   – Ладно. Эйв Шреддер.
   – Ты не похож на американца.
   – Я стопроцентно русский, а ты – отнюдь не первая, кто отпускает этот идиотский комментарий.
   – Не такой уж идиотский. Кстати, ты знаешь, что такое шреддер?
   – Отлично знаю, меня уже просветили. Ты-то не хочешь представиться?
   – Охотно. Кайндел.
   – Ладно, Кайндел. Кстати, тоже не самое русское имя. Язык сломаешь. Одевайся и поедем.
   – Имя ирландское, означает «Свеча». Под ним я известна в тех сообществах, у которых я обычно покупала информацию. В Алом Круге меня называли по-другому. А что до русского имени, то есть и русское.
   – Какое же?
   – Виктория. Бельская. Это обязательно?
   – Не обязательно. Ладно. Алексей Соболев. Впрочем, это тоже неважно. Поехали?
   Он не стал выводить ее на улицу. Огромный, затейливо встроенный в старое здание лифт ухнул в подвальное помещение, оказавшееся прекрасно оборудованным гаражом на два десятка больших машин. Маленьких здесь и не водилось. При виде тяжелого, стоящего на огромных колесах бронированного автомобиля, где свободно могли бы разместиться человек восемь-десять, девушка восхищенно качнула головой. Неприязнь, которую Шреддер почувствовал к ней в первый момент их знакомства, почти испарилась – он очень уважал женщин, если и не знавших толк в оружии и боевой технике, то, по крайней мере, от нее не шарахавшихся.
   Он набрал код на магнитном замке. Вынул ключ и уже без затей открыл боковую дверь.
   – Залезай, – пригласил он. – Устраивайся. Сейчас погоним.
   Откуда-то из глубин молчаливого гаража, из-за серых с черными стеклами высоких машин появился молодой парень; он на ходу натягивал кожаную куртку, такую, какие обычно носят водители-дальнобойщики.
Шофер выглядел щуплым и маленьким по сравнению с крепышом Эйвом, но зато очень подвижным и юрким. Подбежал к машине и мгновенно оказался в кабине, задорно прокручивая вокруг указательного пальца ключ зажигания.
   – Ну, что? – спросил он. – Едем? Шреддер, открывай ворота.
   – Сей секунд.
   Эйв заскочил в автомобиль почти на ходу и, захлопнув дверь, уселся рядом с Кайндел. Поколебавшись, опустил темный экран на единственное незатонированное боковое стекло. Водительское место отделял от пассажирских мест матовый плексигласовый экран, оклеенный яркими картинками. Устроившись на сиденье, которое ей указал Эйв, девушка обнаружила, что передний обзор ей тоже недоступен.
   – Извини, но так надо.
   – Я понимаю, – лениво согласилась она и мигом свернулась в кресле клубочком. – Кстати, я не спала прошлой ночью.
   Кайндел задремала почти сразу. Предыдущую ночь она провела в развалинах жилого дома, где, по всей видимости, произошла схватка доброго десятка магов, превративших дом в пустую коробку из каменных стен, лишенную крыши и этажей и фаршированную грудами мусора. В любой момент на голову могло свалиться что-нибудь тяжелое, да и ветер пронимал до костей, от него негде было спрятаться, но девушка отлично понимала, что и дома, и у родных, и у друзей ее будут искать в первую очередь.
   Да и живы ли еще ее родные? Озверевшее от настоящей, невыдуманной опасности, настоящих смертей и настоящей, ощутимой власти большинство новоявленных магов и чародеев даже не задумывалось о том, что они крушат, кого лишают жизни. В мире воцарился один-единственный закон – защищайся, если ты сильнее, умирай, если слаб. Хотелось верить, что это – ненадолго.
   Впрочем, о чем тут думать? Конечно, ненадолго. История свидетельствовала, что подобной анархии хватало самое большее на десяток лет, а потом вожжи в свои руки забирал сильный и жестокий человек, впоследствии и создававший из былой анархии самую настоящую монархию, а то и тиранию. И неважно, как она при этом называлась – суть оставалась неизменной. Таков уж закон жизни – общество из одной крайности, будто раскачиваясь на качелях, обязательно впадает в другую крайность, и чем разнузданней была анархия, тем суровее окажется тирания. Изменить здесь нельзя ничего.
   Но Кайндел относилась с безразличием к тому, что ожидает мир после взлета и падения анархии. Ведь и она существовала в этом же мире, как же иначе… Вне сомнений, тираном станет некий маг. Или сообщество магов. Единственно, чего она желала – чтоб тирания эта пошла обществу на пользу.
   А что нужно обществу? Большинство людей желают спокойно жить, иметь возможность прокормиться, завести семью, детей, заниматься любимым делом и, естественно, не бояться выйти на улицу. Последнее – обязательно. По сути, задача государства только в том и состоит, чтобы сделать жизнь своих граждан безопасной и упорядоченной, а остальные вопросы они вполне способны решать самостоятельно.
   Об ОСН она слышала многое, но по большей части такое, что убеждало девушку – эта Организация стремится создать общество, живущее по законам, какими бы неудобными они ни представлялись. Потому ОСН и нравилась Кайндел больше остальных, хотя и не казалась идеальной.
   А что может быть идеальным в мире, населенном людьми, существами отнюдь не ангельскими?
   У машины оказались отличные рессоры, ее мягко покачивало на поворотах, и даже Шреддер задремал, пристроив голову на спинку соседнего сиденья. Его разбудил грохот отодвигаемой двери – остановку он проспал, так плавно и умело парень-шофер остановил тяжелый автомобиль. Неуклюже воюя с дверью, растрепанный сорокалетний мужчина в шинели с накинутой поверх нее потертой кожаной курткой, скрывающей знаки различия, заглянул внутрь. Кивнул Шреддеру.
   – Здравия желаю, – уставные слова прозвучали совершенно не по-уставному, как-то слишком старомодно и потому немного водевильно, – господин младший офицер. На базу едете?
   – Да.
   – Кто это с вами? Новый курсант?
   – Там видно будет.
   – Но под вашу ответственность, верно? Ну, расписывайтесь, – он подсунул Эйву большую амбарную книгу, которую до этого держал под мышкой. Проснувшаяся вслед за спутником Кайндел в створе двери разглядела темную от дождя дорогу, груды опавшей листвы на обочине, край леса и угол деревянного дома, притулившегося у самой дороги. Постройка была поставлена настолько близко к проезжей части, что становилось понятно – она вряд ли жилая. «Какой-нибудь КПП», – решила она.
   Шреддер небрежно расписался в книге, поставил дату и время. Дверь захлопнулась, и машина тронулась с места.
   – У вас не приняты звания? – полюбопытствовала она.
   – Мы постарались все предельно упростить, – с деланым равнодушием и таким видом, будто инициатива исходила от него, ответил мужчина. – Боец, младший офицер, старший офицер. Все остальное остается в границах этих трех категорий и уже не столь важно. Да, есть еще курсанты.
   – Самая младшая категория…
   – Верно. Знаешь, в моменты кризисов следует стремиться к упрощению, а не наоборот. Нет времени строго подчиняться законам и правилам.
   – Полностью согласна, – она зевнула. – Еще далеко?
   – Относительно. Дальше дорога хорошая, домчимся мигом.
   – Это же, как я понимаю, Карельский перешеек, откуда здесь хорошая дорога?
   – От Организации. А в ОСН, как известно, дураков нет. Потому и дороги хороши.
   Кайндел не удержалась, фыркнула.
   Она держалась совершенно независимо и очень уверенно, будто наперед знала, что руководители Организации примут ее хорошо. В действительности девушка не сомневалась, что ее ждет длинная череда неприятностей, и обойдутся с нею, конечно же, как с пленницей. Но она не считала нужным демонстрировать свою неуверенность посторонним – это во-первых, – а во-вторых, едва ли на самом деле испытывала хоть малейший страх. В конце концов, выбора у нее не было никакого. Чувствуя силу в теории, она осознавала свою слабость в практических навыках. Здесь, в Петербурге, как, впрочем, и в других городах Кайндел вряд ли могла рассчитывать на чью-либо надежную защиту.
   Алый Круг весьма широко раскинул свои щупальца. Там, куда он не мог дотянуться, властвовали другие магические Ордена, с которыми Круг пока еще без труда мог договориться. То или иное объединение магов всегда сильнее, чем отдельно взятый маг, а Кайндел могла прибегнуть лишь к помощи того или иного друга, владеющего особым даром, но никак не целого Ордена. «Могла» потому, что в действительности не стала этого делать. И не собиралась. Это означало бы обречь друга на такую же участь, что ждала и ее саму.
   Она чувствовала себя слабой и беззащитной, несмотря на то, что могла зажечь огонь одним взглядом, и этим ее способности отнюдь не ограничивались. Ее магия по большей части была слишком тонка и изысканна, простые и мощные удары она наносить не привыкла, а потому толком и не научилась этому.
   ОСН стала для нее единственной надеждой. Правда, надежда казалась призрачной. С нею могли поступить, как с врагом, не слишком разбираясь в сути дела. Девушка надеялась только на одно – сложное положение могло заставить Организацию все-таки прислушаться к ней. А теперь выяснилось, что противники Алого Круга уверены в смерти Ночи, своего главного врага в Питере. И, значит, могут решить, что Кайндел им ни к чему.
   Автомобиль вдруг нырнул вниз, потом загрохотал по железу, и дрема сразу оставила девушку. Она выпрямилась в кресле, села ровно и лишь теперь у нее болезненно сжалось сердце. Путь назад остался в прошлом. Впрочем, он был отсечен в тот самый момент, когда Кайндел переступила порог жилого дома, принадлежащего ОСН, уже тогда она лишила себя возможности отступить. А теперь-то Эйв уже не отпустит ее, даже если она попросит его об этом. Не сможет.
   Шофер мастерски загнал машину в нужный закуток – она оценила, насколько профессионально он справился со своей задачей, наблюдая за его тенью, колеблющейся на темно-сером потолке салона. Парень закончил свой маневр эффектным поворотом руля и обернулся к пассажирам.
   – Выползайте, ребята.
   – Почему выползайте? – проворчал Эйв. – Мы ж не пили. Да и дорога не такая длинная, чтоб упиться в зюзю…
   – Для наших людей нет ничего невозможного, – расхохотался шофер. – Однажды я вез с задания группу…
   – Чью?
   – «Тайль».
   – А, Багира… Ну, и?
   – Ну вот. Они по дороге умудрились так налакаться, что по прибытии на базу из машины на своих ногах вышла только сама Багира.
   – Ну, у нее крепкая голова, – согласился Шреддер и протянул руку Кайндел. – Идем.
   Выглянув из машины, девушка, конечно, с любопытством огляделась – даже несмотря на испуг, сковавший ее душу. Впрочем, ничего необычного она не увидела. Сверху нависал бетонный потолок, казавшийся низким, потому что этот гигантских размеров гараж или ангар… как его назвать поточнее, она и не знала… словом, это, по всей видимости, подземное помещение было буквально набито машинами, причем в основном большими, рассчитанными на перевозку одного, а то и сразу двух полных воинских отделений.
   Гараж, как ни странно, имел довольно сложную форму, изобиловал углами и поворотами, и девушка догадалась – под машины отвели оставшееся свободное пространство, оборудовав его в последнюю очередь. Здесь оказалось не только огромное количество машин, но и множество людей – они возились с механизмами, проверяли детали автомобилей, от натуги дрыгали ногами – единственным, что выглядывало из-под замазанного грязью днища – или просто ходили туда-сюда. Судя по тому, с какой стремительностью и деловым видом они ходили, их вряд ли можно было заподозрить в безделье.
   Едва ноги Кайндел коснулись бетонного пола, возле машины немедленно, будто по волшебству, появился какой-то высокий офицер с жестким лицом и ничего не выражающими глазами, который показался бы девушке красивым, если б не лицо и взгляд, способные оттолкнуть самую прилипчивую девицу. Он сперва смерил взглядом Шреддера, потом его спутницу и лишь после того обратился к мужчине:
   – Кого ты привез, Эйв? Кто она такая? Кто-то из новых курсантов?
   Шреддер почему-то смутился.
   – Нет. Эта девушка обратилась ко мне за защитой.
   – С каких это пор ты привозишь нуждающихся в защите к нам на базу? – построжел офицер. Казалось, налиться большим холодом и недоброжелательством было просто невозможно, но этому человеку невозможное удалось.
   – Нет-нет, ты не понял. Она раньше служила Алому Кругу.
   – Перебежчица? – ледяной надменный и довольно грубый взгляд Кайндел постаралась бесстрастно проигнорировать, но страх поневоле вырвался наружу. – Почему не в наручниках, не под действием блокирующих заклятий?
   – Я кажусь вам столь опасным врагом? – зло осведомилась она.
   Шреддер предостерегающе сжал ее плечо.
   – Я полагаю, она может быть нам очень полезна, – объяснил он.
   – Тебе следовало сначала связаться с руководством и лишь потом тащить ее сюда. Пари держу, на маячки ты ее тоже не проверял.
   – Нет, не проверял. Но она проходила через систему защиты дома. И нигде ничего…
   – Маячки иногда делают практически незаметными. – Офицер с жестким лицом вынул откуда-то из-за пояса наручники. Можно было лишь подивиться тому, где он умудрился их прятать – выправка его отличалась безупречностью, как у настоящего кадрового военного, гимнастерка обтягивала стан, ремень прилегал плотно, и разве что иголка могла за ним уместиться. А наручники – не иголка.
   Эйв с беспокойством покосился на Кайндел. Возмущаться она почему-то не стала, наоборот, усмехнулась и немедленно протянула руки.
   – Я уверен, все решится благополучно, – сказал он ей.
   Девушка обернулась, посмотрела спокойно и кивнула. У нее, правда, было свое мнение на этот счет, но излагать его всем и каждому она не собиралась. И даже теперь, как ни странно, почти совсем не боялась.
   – Это совершенно ни к чему, – сказал, входя в комнату, добродушный на вид, казавшийся полноватым мужчина в черной гимнастерке без знаков различия.
   Впрочем, Кайндел уже поняла, что в подавляющем большинстве здесь старшие офицеры не носили никаких знаков различия. Поскольку личный состав ОСН пока еще оставался весьма скромным по своей численности, каждого старшего офицера здесь знали в лицо. И уж, тем более, отлично знали всех ее глав. А то, что беседовать с нею будет кто-то из предводителей Организации, девушка почти не сомневалась. Пленников и, тем более, перебежчиков ее уровня здесь пока еще не бывало.
   В комнате, куда Кайндел привели после долгих процедур проверки на наличие маячков и прочих мелких магических следящих заклинаний, уже ждали десять человек. Последним вошел как раз вот этот седоватый мужчина в черной гимнастерке, единственной такой среди прочих форменных одежд. Он с интересом оглядел Кайндел, потом кивнул на ее скованные руки, которые она неловко держала на коленях, и повернулся к офицеру с жестким лицом, севшему у двери.
   – Сними, Старший, – проговорил он. – Наручники совершенно ни к чему.
   – Шреддер сообщил, что девица обратилась к нему за помощью, – сказал Старший, поднимаясь с места. Взял ключ, лежавший на столе, и ловко снял с запястий девушки тяжелые стальные кольца. – Она сообщила, что раньше служила в Алом Круге.
   – Что же побудило ее оставить службу?
   Офицер равнодушным голосом почти слово в слово повторил все то, что Кайндел рассказывала Эйву. Похоже, и у того, и у другого была прекрасная память, позволявшая им неплохо запоминать чужие слова, а затем передавать их, не добавляя ничего от себя. Для седоватого мужчины за столом бойко освободили место, но он не стал к нему пробираться, оперся о столешницу и стал разглядывать девушку.
   – Вот, значит, как, – проговорил он. – Вас, мадам, значит, собратья приговорили к смерти?
   – Очень уж возвышенно звучит, – сморщилась та. Что-то забрезжило в сознании, и Кайндел показалось, будто она узнает этого человека. Подобным проблескам девушка привыкла доверять, но знала также, что торопить себя и заставлять напрягаться, пытаться как можно скорее вспомнить, выудить со дна памяти нужный осколок информации не следует. Само все получится куда быстрее и легче. – По нынешним временам главы магических Орденов привыкли просто избавляться от тех, кто представляет для них опасность или же просто неугоден.
   – А вы, сударыня, по мнению госпожи Ночи, под какую категорию подпадали?
   – Наверное, под обе, – Кайндел пожала плечами.
   – Вы действительно представляли для нее опасность?
   – Сложно сказать. Наверное, до определенной степени – да. И сейчас продолжаю представлять.
   Присутствующие в комнате зашевелились, запереглядывались, кто-то неразборчиво и на пределе слышимости заворчал, а единственная среди мужчин женщина – темноволосая эффектная брюнетка с надменным изгибом губ и презрительным взглядом – усмехнулась в лицо перебежчице и длинно затянулась сигаретой.
   – Ну, теперь вам затруднительно стать опасной для Ночи, – примирительно сказал седоватый. – А вот для Алого Круга… Допускаю, что да. Возможно, вы еще не знаете. Ночь мертва.
   – Но это не значит, что больше ее не существует.
   – Она заявила Шреддеру, будто Ночь на самом деле жива, – пояснил Старший.
   – В самом деле? – седоватый отпустил столешницу, покачался с носков на пятки. Несмотря на свою легкую полноту, он оказался весьма подвижен. – Что же, мадам, вы можете нам пояснить по этому поводу?
   – То же, что уже объясняла Эйву Шреддеру, – ответила девушка. – Ваши боевики уничтожили физическую оболочку Ночи, но не ее саму. Найти себе другую она сможет за довольно короткий срок.
   – Что за мистическая чушня? – презрительно бросила женщина с сигаретой, зажатой меж тонких пальцев.
   – Ну-ну, Багира, – осадил седоватый. – В наше время ничему уже не приходится удивляться, даже мистической чушне. Значит, сударыня, вы утверждаете… Кстати, как вас зовут? А то трудно общаться, не зная имени собеседника.
   – Кайндел.
   – Ирландское имя, – отметил он. – Ну-ну… А как вас звали в Алом Круге? Насколько я знаю, там в ходу совсем другие имена.
   – В самом Круге существуют малые образования, называемые семьями или родбми. Они объединяют в себе магов, не всегда связанных родственными узами (как в этой жизни, так и в прошлых, все идет в расчет), скорее, просто дружбой и побратимством. В семье Ночи – Доме Феникса, так она его называет – у каждого обязательно есть имя в духе ирландской традиции. В других семьях – другие традиции.
   – Вот как? – заинтересовался седоватый. – Вы относитесь к семье Ночи?
   – Весьма опосредованно. Через своего бывшего мужа. Относилась…
   – Но у вас также есть ирландское имя… Хорошо, как вас звали в Круге? Те, кто не был в курсе вашего ирландского имени?
   Кайндел поколебалась, и это колебание мигом расположило к ней собеседника. Готовность немедленно выложить перед окружающими всю подноготную настораживает, заставляет усомниться в искренности говорливого собеседника. Потому ответа седоватый оэсэновец ждал очень терпеливо. Остальные же наоборот насторожились, кое-кто подался вперед в готовности разоблачать и угрожать.
   – Аэда, – наконец ответила девушка.
   – Вот как? Знакомое имя. – Он задумался. Посмотрел на девушку с любопытством. – Да. Я определенно слышал о вас. Ну-ну. Приятно познакомиться.
   – Мне тоже, – ответила она. – Это ведь вы Удин, он же Воин, глава ОСН.
   Седоватый медленно поднял бровь.
   – Воином меня уже давно никто не называет, – проговорил он. – А откуда, Аэда, вы меня знаете?
   – Видела фотографию, даже не одну. Правда, на фотографиях вы сами на себя не похожи.
   – Алый Круг интересовался мной?
   – Конечно. Так же, как вы сами интересовались Алым Кругом.
   – Однако мне, к примеру, неизвестно настоящее имя Ночи.
   – Но оно совершенно не имеет значения.
   – Да? Ладно, вернемся к прежней теме. Мы говорили о Ночи. Вы знаете, какое тело она изберет себе теперь?
   – Да она уже избрала. Мыслимое ли дело так долго торчать в эфирном состоянии! Это неприятно. Возможно, Ночь уже успела даже освоить новое тело.
   – Кто же та несчастная?
   – Некая Шенна О’Фейд. Возможно, она вам известна.
   – О’Фейд? Госпожа О’Фейд, поборница прав животных? Она-то тут при чем?
   – Она не только боролась за права животных. Она еще очень любила усыновлять детей по всему миру. И в своих разъездах постоянно обзаводилась то одним, а то и сразу двумя отпрысками.
   – Да-да, я слышал, будто из тринадцати детей, которых она растит, лишь пятеро ее собственные, – подтвердил глава ОСН.
   – Она год назад приехала в Россию, желая усыновить русского ребенка. Очередного. И застряла здесь.
   – Вы хотите сказать, что Ночь облюбовала для себя тело Шенны О’Фейд?
   Кайндел неторопливо кивнула.
   – Вы в этом точно уверены?
   – На сто процентов я ни в чем не могу быть уверена.
   – Ты сама не видела Ночь в новом теле, как я понимаю, – кривя губы, произнесла женщина, названная главой ОСН Багирой. Имя шло ей, как нельзя лучше, – темноволосая, гибкая, томная и злая.
   – Не видела. В моем положении я вообще мало что могла видеть.
   – Тогда почему говоришь?
   – Порой не обязательно видеть, чтобы знать.
   – Любопытно. Ты пытаешься впарить нам информацию, в точности которой и сама-то не можешь быть уверена…
   – Багира! – Один сделал жест, который, видимо, был в ходу лишь здесь, в их тесном сообществе, но Кайндел его поняла. – Подожди. Если б сударыня рассказывала нам нечто обратное, расхолаживающее нашу бдительность, тогда конечно… Хорошо, если все, что вы предполагаете, верно, когда Ночь снова окажется… так скажем… в полной форме?
   Девушка пожала плечами.
   – Думаю, через год, может, быстрее. Но ее полная форма не имеет никакого значения.
   – Почему?
   – Потому что в Алом Круге она далеко не самый сильный маг. Так, из средненьких. У нее другие способности. Например, харизма, умение сплотить вокруг себя людей… Умение заставить сильных магов сражаться на своей стороне.
   – То, что в компьютерных играх именуется лидерством, – насмешливо откомментировала Багира.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное