Антон Иванов.

Тайна коварной русалки

(страница 3 из 13)

скачать книгу бесплатно

– У тебя всегда просто, – вздохнула Маша.

– Ой! – снова скрылся в камышах Димка. – Идите скорее сюда!

– Раму нашел? – первой откликнулась на зов Настя.

В следующий момент она с визгом выскочила обратно.

– Мерзость какая!

– Вот и я о том же, – самодовольно проговорил Димка. – А мы, между прочим, тут все время купаемся.

– Да что там? – полюбопытствовала Маша.

– Крыса! Дохлая! – брезгливо поморщилась Настя.

– Не только дохлая, – солидно добавил Димка, – но и тухлая.

– А рамы нету? – на всякий случай осведомился Петька.

Димка, не отвечая, вновь углубился в заросли.

– Ни рам, ни русалок, ни пастушков, – чуть погодя вновь предстал перед друзьями Терминатор. – Только одна эта крыса.

– Что же мы с ней будем делать? – задумчиво проговорила Маша. – А то противно как-то, когда такое на берегу.

– Если тебе противно, – ответил Димка, – можешь ее взять с собой. А я к ней ни за что не прикоснусь.

– Если вас так волнуют проблемы экологии, – вмешался Петька, – то после придем сюда с лопатой и крысу зароем. Но сейчас нам следует заняться поисками рамы. Иначе Степаныч наверняка нас опередит.

Ребята, тщательно осматривая обильные заросли, которые тянулись по этому берегу пруда, медленно побрели вперед.

– Интересно, этот обломок рамы был все-таки от русалки или не от русалки? – спросила Настя.

– Вообще-то похож, – отвечал ей Димка.

– Если мы найдем еще хоть маленький кусок, то можно будет показать его Ниночке, – сообразил Петька. – Она-то уж должна хорошо помнить.

– Найдешь тут что-нибудь, – спотыкаясь о многочисленные коряги и кочки, ворчал Димка.

– Даже если мы ничего не найдем, – отозвалась Маша, – то Шмельков свой обломок обязательно Ниночке покажет.

– Зато если мы обнаружим еще один обломок, значит, этот тип, который чуть не утонул, каким-то образом связан с кражей в библиотеке, – убежденно сказал Командор.

– Странный тип, – пожал плечами Димка.

– Ты тоже, Димочка, будешь странным, если тебя из воды полумертвого выловят, – скривила губы в усмешке Маша.

– Ох, как же мне надоели твои идиотские шуточки, – покачал головою брат.

Петька хмыкнул:

– Вы не устали за тринадцать лет жизни все время препираться?

– У нас единство и борьба противоположностей, – иронически сощурилась Маша.

Внешне близнецы были похожи как две капли. Оба высокие, стройные, светловолосые и голубоглазые. А вот характеры – и впрямь полная противоположность. Решительная, ироничная Маша очень походила на бабушку, Анну Константиновну. Димка же, по словам очевидцев, являл собой почти точную копию деда – покойного академика Дмитрия Александровича Серебрякова. Он тоже отличался крайней рассеянностью, ворчливостью и неизбежно сокрушал все предметы, которые имели несчастье подвернуться ему под руку или оказаться на его пути. Кроме того, знаменитый биолог Серебряков, по преданиям, достаточно плохо учился в школе.

Вспоминая об этом, пожилая ученая дама Анна Константиновна говорила внуку: «Будем надеяться, что и ты, Димка, в будущем как-нибудь себя проявишь».

Впрочем, сам Терминатор считал, что и в настоящем проявляет себя достаточно ярко. Например, сейчас, бредя с друзьями вдоль берега пруда, он усиленно отрабатывал версию, каким образом в руки утопленника мог попасть кусок позолоченной рамы.

– Слушайте, – сказал Димка, – а ведь, по словам Тяпы, этот тип вроде живет в поселке архитекторов.

– Без тебя помним, – не проявила воодушевления Маша. – Мало ли в поселке архитекторов разного народа.

– Неужели не понимаешь, – продолжал брат. – Архитекторы и художники – это почти одно и то же.

– Ну, положим, не совсем, – сказал Петька.

– Может, и не совсем, но близко, – стоял на своем Терминатор. – Многие архитекторы сами живописью занимаются. И, уж во всяком случае, в ней понимают.

– Нам-то от этого что? – фыркнула Маша.

– Объясняю для тупых, – с важностью проговорил брат. – Если эта картина – ценная, то «утопленник», если он архитектор, в этом сразу разобрался.

– А ведь верно! – широко раскрыла и без того огромные зеленые глаза Настя. – Он мог зачем-нибудь случайно зайти в нашу библиотеку, там увидеть на стене «Коварную русалку» и…

– И, дождавшись удобного момента, взломал дверь, – подхватил Петька.

– Именно, – кивнул Димка.

– Вас не поймешь, – усмехнулась Маша. – То уверяете, верней, Димочка наш уверяет, что эта «Русалка» – полная чепуха. А теперь получается, что какой-то полуутопший тип из поселка архитекторов пошел из-за нее на преступление.

– Я, между прочим, ничего не утверждал, – тут же принялся спорить брат. – И вообще в живописи не очень-то секу. А этот «утопленник», например, разбирается, и картина в библиотеке чем-то показалась ему заманчивой. Конечно, если он действительно архитектор.

– И он так обрадовался, когда она у него оказалась, что пошел вместе с ней топиться в пруду! – вдруг звонко расхохоталась Настя.

– Вот это самое странное, – задумчиво произнес Петька. – И почему он держал в руках обломок рамы?

– Тут вообще очень много странностей происходит, – глянул Димка туда, где виднелся шпиль заброшенной часовни.

Друзья молча кивнули. С этой часовней и развалинами усадьбы князей Борских, которую крестьяне разграбили и сожгли в первые дни революции, у членов Тайного братства кленового листа было связано предыдущее расследование. Кроме того, согласно местной легенде, последний из князей Борских сгорел заживо во время пожара. А его тетка, княжна Вера, еще в девятнадцатом веке утопилась от несчастной любви в том самом пруду, по берегу которого сейчас шли четверо друзей. Как утверждали жители деревни Борки, призрак несчастной девушки до сих пор бродит ночами в этих местах.

– А может, это княжна затащила грабителя в воду? – шепнула Настя.

– Скажи уж лучше – русалка! – захохотал Дима. – Сошла с картины и заманила этого типа в пруд!

– И на память ему оставила только кусочек рамы, – добавил Командор.

– Тогда придется поверить Тяпе Верещинскому, что на дне Борского пруда находится картинная галерея, – с ухмылкой заметила Маша.

– Смотрите, – Петька вдруг резко нагнулся и извлек из-под куста солидный обломок рамы.

– Ух ты! – разом воскликнули остальные.

– Бежим скорей к Ниночке! – поторопила Настя. – Пускай посмотрит, та ли это рама.

– Предлагаю сперва дойти до конца пруда, – возразил Петька. – Вдруг еще что-нибудь интересное обнаружим.

И он, внимательней прежнего глядя под ноги, продолжил путь.


Степаныч тоже даром времени не терял. Используя в интересах дела родную двустволку, он сбивал прикладом камыши, а затем, опустившись на четвереньки, принимался тщательно исследовать берег. Бывший заслуженный работник органов правопорядка еще со времен учебы в школе милиции знал: любой предмет, найденный на месте преступления, может в конце концов оказаться уликой. Поэтому Степаныч, чье рвение подогревала обещанная Тяпой Верещинским премия, не брезговал никакими находками. Подобрав на берегу старую полиэтиленовую сумку, доблестный сторож поселка Красные Горы опустил в нее сперва два окурка сигарет «Мальборо», затем чей-то носок, набойку от женского каблука, детский резиновый мячик, ржавый молоток без рукоятки, не менее ржавый ключ от замка, еще несколько безымянных окурков, на одном конце которых сохранились следы губной помады. И, наконец, Степаныч обнаружил такое, что едва смог сдержать ликование. Под старой плакучей ивой лежали рубашка, брюки, носки и ботинки.


– Мужское, – тихим голосом охарактеризовал находку бывший заслуженный работник органов правопорядка. – И тонул у нас тоже мужчина.

Тут Степаныч на некоторое время задумался. Он никак не мог вспомнить, была ли на пострадавшем какая-нибудь одежда. «Вообще-то «утопленник» был какой-то весь мокрый, – вспоминал сторож. – И, кажется, даже на нем имелась майка. А ноги, по-моему, все-таки были голыми. Во всяком случае, без обуви. А вот про брюки не помню». Тут Степаныч решил взглянуть на дело с другой стороны. Если пострадавшего, к примеру, кто-нибудь скинул в воду, то он мог тонуть и одетым. А если он сам, по доброй воле, полез купаться, то, наверное, все-таки сперва разделся.

Не зная, на какой из двух версий остановиться, Степаныч снял фуражку и тщательно протер носовым платком взмокшую, коротко стриженную седую голову. Эта нехитрая манипуляция помогла ему привести мысли в порядок. Вновь нахлобучив фуражку, доблестный сторож уже твердо знал, что одежда принадлежит пострадавшему. Во-первых, вещи лежали без присмотра. А во-вторых, будь пострадавший одет, Потапу Павловичу все равно пришлось бы раздеть его. Иначе массаж груди прошел бы нерезультативно. «А если бы Потап Павлович раздел пострадавшего, – продолжал напряженные размышления сторож, – то вещи остались бы на месте происшествия. Но там ничего не осталось. Значит, здесь лежат вещи тонувшего».

С этими мыслями Степаныч начал запихивать свою находку в пластиковую сумку. Брюки и рубашка уже были там, когда из-за дерева показался огромный детина в плавках.

– Ты чего это делаешь? – схватил он оторопевшего сторожа за ворот майки с провокационной американской надписью «Я тебя люблю».

– Отстаньте! – грубо ответил Степаныч. – У меня тут работа. Я собираю вещдоки.

– Вот ты у меня сейчас узнаешь вещдоки! – и, замахнувшись, детина явно вознамерился ударить доблестного сторожа в ухо.

Бывший заслуженный работник органов правопорядка рванулся в сторону. Американская майка из Одинцова затрещала. Степаныч вырвался. Кулак детины просвистел в воздухе. Он вновь замахнулся, но доблестный сторож уже подхватил с земли родную двустволку.

– Стоять! Не двигаться! Руки вверх! – прицелился он в детину. – Десять шагов назад!

– Ты чего, дед, совсем очумел? – покорно задрав руки вверх, осведомился детина. – Сперва одежду спер, а теперь пристрелить меня хочешь? Думаешь, раз на пенсии, то тебя не посадят.

– Я не на пенсии, а при исполнении! – с угрозой в голосе сообщил Степаныч. – И вообще, шаг влево, шаг вправо считаю побегом! Огонь открою без предупреждения.

– Слушай, дед, – уже не на шутку перепугался детина. – Ты хоть для себя бы решил, стоять мне на месте или десять шагов назад?

– Отставить разговорчики! – заорал бывший заслуженный. – Отвечай, чьи это вещдоки? – и он указал сперва на пластиковую сумку, затем на стоящие под деревом ботинки.

– Мои. Чьим же им еще быть, – отозвался детина.

«Вот это удача! – пронеслось в голове у старого сыскаря. – Надо же, накрыл сообщника кражи». И, уже прикидывая в уме, на какую сумму раскошелится щедрый Потап Павлович, доблестный сторож поселка Красные Горы потребовал:

– Отвечай быстро, куда «Русалку» девали?

– Какую еще русалку? – уставился на него детина. – Ты что, дед, совсем при своем исполнении офонарел? Может, тебе к русалке еще и бабу-ягу подать?

– Бабу-ягу не надо, – не сводил с детины пронзительного и сурового взгляда Степаныч.

– Жалко! – захохотал вдруг детина. – А то у меня тут, в пруду, целых две приготовлены. Думал сам с пивом съесть, но для хорошего человека не жалко.

– Ты мне лапшу-то на уши не вешай, – вновь направил на него двустволку бывший заслуженный работник органов правопорядка. – И не таких обламывали. Отвечай, где «Коварная русалка» и зачем вы ее с сообщником украли?

– Погоди-ка, дед, погоди, – с ужасом покосился на поблескивающие под палящими солнечными лучами стволы ружья детина. – Давай-ка мы с тобой все решим по-хорошему. Ты мне сперва объясни, какая тебе нужна русалка?

– Сам знаешь какая, – хранил суровость Степаныч. – Из библиотеки.

«Ну и псих, – с ужасом подумал детина. – Видимо, он на старости лет влюбился в какую-нибудь библиотекаршу, а теперь ему затемяшилось в башку, будто я отбил. Такой и впрямь за здорово живешь пристрелит».

Лихорадочно соображая, как бы убежать, парень решил завести с «психованным дедом» беседу, очень надеясь, что тот успокоится. Степаныч, однако, не успокаивался. По-прежнему грозя детине ружьем, бывший заслуженный работник органов правопорядка требовал немедленного чистосердечного признания и выдачи похищенного.

И тут детине пришел в голову один хитроумный план.

– Ладно, дед, – вздохнул он. – Уговорил ты меня. Русалка твоя вон там. Можешь сам посмотреть, – и он ткнул пальцем в заросли камышей возле самой воды.

Бывшего заслуженного работника органов правопорядка захлестнула волна радости. И, тут же подумав, что щедрый Потап Павлович раскошелится уж никак не меньше чем на тысячу долларов, Степаныч повернулся к зарослям.

Детина мигом выхватил у сторожа из рук пакет с одеждой. Степаныч хотел вновь взять врага на мушку, но поздно. Детина с силой пихнул его. Сторож вместе с ружьем полетел в пруд.

– Стой! Стрелять буду! – попытался остановить он улепетывающего с одеждой парня.

Тут ружье потянуло Степаныча ко дну, и он чуть было не захлебнулся. На его счастье, именно в это время подоспели Петька и его друзья. Они помогли Степанычу выбраться из воды.

– Ушел, подлец! Ушел! – потрясая двустволкой, жаловался сторож.

– Кто ушел? – решил выяснить дотошный Димка.

– Неважно! – рявкнул Степаныч. – И вообще идите, откуда пришли.

– Мы, между прочим, вас из воды сейчас вытащили, – счел своим долгом напомнить Димка.

– Без вас бы как-нибудь выбрался, – не испытывал к ним благодарности сторож.

– А что это у вас в руках, Иван Степанович? – вкрадчиво осведомилась Маша.

– Сама, что ли, не видишь? Табельное оружие, – с гордостью произнес Степаныч.

– Нет, в левой руке, – уточнила Маша.

Остальные ребята тоже заметили, что Степаныч сжимает в левом кулаке обломок позолоченной рамы. Сторож с явным удивлением воззрился на собственную руку. Затем растерянно проговорил:

– Откуда у меня это взялось?

– Наверное, где-то нашли, – услужливо подсказал Петька.

– До того, как в воду упал, у меня ничего подобного не было, – честно признался Степаныч. – И впрямь не было, – с недоумением повторил он.

– Дайте-ка нам посмотреть, – потянулась к находке Настя.

– Обойдетесь, – резко отдернул руку Степаныч.

Димка в это время старательно прятал за спиной их собственную находку. Но усилия его были в данном случае совершенно излишни. Степаныч сейчас не замечал ничего вокруг. Он снова принялся напряженно анализировать ситуацию. Когда он падал в воду, рамы у него не было. Теперь она каким-то образом оказалась в его руке. Получается, что сбежавший парень не врал. Раз обломок рамы нашелся в камышах, значит, там же должна быть и украденная картина.

Тут память бывшего заслуженного работника органов правопорядка услужливо подкинула эпизод из одного детектива, который они с верной супругой Надеждой Денисовной смотрели недавно по телевизору. Там преступники украли какой-то шедевр из картинной галереи, а затем спрятали его в водонепроницаемом контейнере на дне озера. «Видимо, – продолжал размышлять Степаныч, – этот парень вместе с тем сообщником тоже сняли «Коварную русалку» с рамы, как-нибудь обезопасили от воды, а затем временно утопили в пруду».

Это открытие произвело на доблестного сторожа поселка Красные Горы столь сильное впечатление, что он, не удержавшись, воскликнул:

– Хитро придумано! Но сколько веревочке ни виться!.. В общем, попались, голубчики!

– Кто попался? Какие голубчики? – тут же накинулись на него с расспросами ребята.

– Неважно! – спохватился Степаныч. – И вообще, не мешайте. Я занят.

– Да мы вам помочь хотим, – ответил Петька.

– Знаем мы таких помощников, – не принял предложения Степаныч. «Сперва поможете, – отметил он про себя, – а потом потребуете часть премии. Нашли дурака». И он рявкнул: – Кому сказано, не мешайте работать!

Ребята поняли, что сопротивляться бессмысленно, и сделали вид, что уходят. Однако возле дамбы, где начиналась дорога к Красным Горам, Петька вдруг резко свернул в противоположную от поселка сторону.

– Сейчас подберемся к кустам с той стороны, – обратился он к друзьям. – И посмотрим, что собирается делать наш бывший заслуженный.

Никого уговаривать не пришлось. Всем было ясно, что у Степаныча есть какой-то интересный замысел.

– Слушай, Димка, – с мольбою поглядела на брата Маша. – Только ты, пожалуйста, там где-нибудь в кустах не упади.

– Я, между прочим, в ответственные моменты никогда не падаю, – заверил тот и споткнулся.

– Вот Терминатор чертов, – подхватив его на лету, прошипел коренастый Петька.

– Димочка просто хочет предупредить Степаныча, что мы никуда не ушли, – не удержалась от очередной колкости Маша. – Он у нас вежливый мальчик и не любит обманывать старших.

Терминатор уже раскрыл рот для достойной отповеди, но Петька шепнул:

– Тише вы. Лучше смотрите.

Зрелище им открылось действительно впечатляющее. Степаныч торопливо раздевался. Расшнуровав ботинки, он снял тренировочные штаны и засунул в них любимую двустволку. Затем стащил с себя майку и завернул в нее обломок рамы.

– Ну ни фига себе у Степаныча трусики, – тихо прыснула Настя.

– Это не трусики, а целое монументальное сооружение, – подхватила Маша.

Степаныч, войдя в воду, вдруг резко нырнул.

– Чего это он? – изумился Димка.

– Наверное, зажарился, – предположила Настя.

– Сейчас вынырнет – увидим, – сказала Маша.

Но сторож не выныривал.

– Слушайте, а вдруг он утонул? – заволновался Петька.

– Нет. Вот он, – заметил Димка голову Степаныча.

Степаныч и впрямь вынырнул немного правее и, отдышавшись, вновь ушел под воду.

– Кажется, он что-то ищет, – дошло до Петьки.

– Чего там найдешь? – пожал плечами Димка.

– Но Тяпа же при нем сказал, что там на дне картинная галерея! – звонко расхохоталась Настя. – А Степаныч очень уважает Тяпу. Вот и решил теперь поискать.

– А если серьезно, – разгадал Петька ход мыслей бывшего заслуженного работника органов правопорядка, – то Степаныч, по-видимому, выловив кусок рамы, решил: где она, там и картина.

– А может, действительно так и есть? – заволновалась Настя.

– Тогда считайте, мы это дело проиграли, – мигом откликнулся Петька.

– Это уж точно, – был с ним согласен Димка. – Степаныч теперь не успокоится, пока не облазит все дно этого пруда.

– Только вы мне уж поверьте, – заговорщицки подмигнул друзьям Петька. – Во-первых, я почему-то почти уверен, что картины на дне пруда нет. Иначе зачем бы жуликам оставлять поблизости обломки рамы. А во-вторых, даже если она там и есть, Степанычу ее ни за что не найти.

– Это еще почему? – удивились друзья.

– Потому, что он никогда ничего не находит даже на суше, – хранил полную невозмутимость Петька.

Степаныч, судя по все учащающимся ныркам, придерживался противоположного мнения. Голова его удалялась все дальше от ребят.

– Сейчас прочешет дно вдоль берегов, потом уйдет на глубину, – мрачно прокомментировал действия сторожа Димка.

– Пошли обедать, – посмотрела на часы Маша. – Уже почти три.

– Действительно, пора! – спохватились остальные.

– А ничего, что мы тут его одного оставим? – поглядела Настя на вынырнувшего в очередной раз Степаныча. – Вдруг он все-таки утонет.

– Такие, – выразительно произнес Димка, – не тонут.

И он первым направился к дамбе.

Дойдя до поселка, ребята разошлись по дачам. Они решили, что после обеда сразу наведаются к Ниночке и покажут ей обломок рамы. Кроме того, в библиотеку обещал приехать Шмельков, у которого тоже могли быть какие-то новости.

Ровно в четыре вся компания вошла в библиотеку.

– Вот, Ниночка, погляди, – протянул ей Петька обломок рамы.

Едва глянув, библиотекарша вскрикнула:

– Где вы это нашли?

– Возле пруда, – объяснил Петька.

– Ты лучше, Ниночка, скажи, этот обломок от той рамы или нет, – потребовал Димка.

– Конечно, от той, – кивнула Ниночка. – Или, во всяком случае, очень похожей.

– Посмотри внимательней, – попросил Димка.

– Ну, на все сто процентов я не уверена, но…

Договорить Ниночка не успела. В читальный зал с громкими криками «Свушайте! Свушайте!» влетел Павел Потапович.

– «Утопвенник» наш очнувся! – сообщил он. – Но ничего не помнит! У него повная амнезия! Вгачи говогят, его кто-то ужасно напугав!

Глава III
Уравнение со всеми неизвестными

– Как амнезия? Кто напугал? – накинулись на почтенного академика с расспросами Ниночка и ребята.

– Вы мне сперва скажите, что такое амнезия? – потребовал Димка.

– В школе, Димочка, нужно лучше учиться, – фыркнула Маша.

– Мы в школе этого не проходили, – огрызнулся брат.

– Амнезия, моводой чевовек, это потегя памяти, – прокартавил Павел Потапович. – И вообще, мне стганно, что внук таких интеввигентных вюдей, как покойный Дмитгий Авександгович Сегебгяков и ныне здгавствующая Анна Константиновна, не знает самых эвементагных свов!

– Мне тоже многое странно, – набычился Димка.

– Лучше заткнись и слушай, – наградила его тумаком в бок сестра.

– Павел Потапович, что там с нашим пострадавшим? – торопливо осведомился Петька.

– Постгадавший совсем ничего не помнит! – всплеснул пухлыми ручками почтенный академик. – Кгоме своего имени и фамивии, – внес ясность он. – А на фига нам его фамивия, – кокетливо подмигнул Павел Потапович хорошенькой Ниночке, – когда у него в шогтах нашви водитевьские пгава, а там, естественно, есть его фамивия, имя и отчество!

– Какие права? В каких шортах? – вбежал вдруг в библиотеку запыхавшийся Степаныч. – Пострадавший же был раздет.

– Не газдет, а одет, – заспорил действительный член множества академий мира. – В шогты и майку!

– Ошибаетесь, Павел Потапович, – стоял на своем бывший заслуженный работник органов правопорядка.

– Нет, это вы, вюбезнейший, ошибаетесь! – капризно топнул ногой Павел Потапович. – Между пгочим, именно мы с Тяпочкой нашви постгадавшего, и мне виднее, газдет он быв иви одет! А память у меня, между пгочим, зашибись!

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Поделиться ссылкой на выделенное