Анна Малышева.

Каждый любит, как умеет

(страница 6 из 35)

скачать книгу бесплатно

Она позвонила глубокой ночью. Две фразы – и Андрея прошибла дрожь: «Он все-таки умер. Приезжайте ко мне срочно, встречу вас у подъезда. Подпись – Алексеева Лена». Андрей прочел сообщение и стер его. Что хуже – иметь дело с сумасшедшей бабой или с мертвым сыщиком? А может, с обоими сразу? Полчаса он вытерпел, приводя в порядок журнал. Потом пил кофе, не чувствуя, положил сахар или забыл. Ему было как-то безразлично. Пейджер жег карман. Хотелось положить эту гадость на пол и давить, давить, пока оттуда не перестанет сочиться яд. «Это чужие проблемы, а не мои! – говорил он себе. – С меня достаточно. Вполне достаточно уже того, что я украл деньги. Больше никогда не свяжусь с этой бабой». Но даже отключить пейджер он не решился. Лена прислала еще одно сообщение: «Я боюсь за себя и за вас. Это срочно и серьезно. Приезжайте. Подпись: Алексеева Лена».

Рамиль присутствовал при том, как Андрей получил это послание и прочел его.

– Назначает свидание? – завистливо спросил он. – Прямо сейчас? А у вас точно, еще ничего не было?

Андрей стер сообщение и не ответил.

– А с Наташей ты что – завязал? – с еще большей завистью спросил Рамиль. – Тебе везет на симпатичных девчонок. Одна другой лучше. Но Наташа – моложе. Ты подумай, пока не бросай ее.

Андрей молчал. Он не звонил Наташе с того самого вечера, как нашел пейджер. Прошло всего два дня – а ему казалось, что последняя встреча была давным-давно. Так давно, что он даже цвет ее глаз начал забывать.

– А если тебе назначают свидание – надо ехать, – убежденно сказал Рамиль. – Я же тебе по гроб жизни обязан! Подежурю один. Возьми мою машину, слышишь?

А может, купишь себе подержанную? За две тысячи – вполне можно.

– Это не мои деньги! – процедил Андрей.

Рамиль ничего на это не сказал. Он только попросил у Андрея номер пейджера – чтобы иметь возможность с ним связаться. Андрей на миг засомневался, но потом все же дал номер. По сравнению с присвоением чужих денег, это было детской шалостью. Он захлопнул журнал, взял у Рамиля ключи от «Тойоты» и вышел.

Лена ждала его во дворе, как обещала. Ее фигура четким силуэтом выделялась на фоне освещенного подъезда. На плече у женщины висела сумка, будто она собралась уходить и только ждала такси. Он вспомнил о пистолете, который она носила с собой, и обругал себя идиотом. Нельзя было откликаться на ее зов.

– Как вы долго! – бросилась она к Андрею. – Пойдемте скорее наверх. У меня ребенок один.

Теперь она привела его домой – в этом не было никаких сомнений. Цветастые пушистые тапочки в прихожей, косметика на подзеркальнике, запах борща. У Андрея засосало в животе – он сто лет не ел ничего подобного. Сам он готовил примитивно – умел сварить макароны и открыть консервы. Отец не готовил вообще – да он почти ничего и не ел.

– Я нашла эту гадость в почтовом ящике. – Лена тащила гостя прямо на кухню. – Час назад. Я спустилась вынести ведро и увидела открытку.

Открытка лежала на столе. Андрей, не прикасаясь к ней, рассмотрел Деда Мороза, несущего на плече наряженную елку и мешок с подарками.

«С Новым годом!» – гласила витиеватая надпись.

– Да вы переверните ее, – сказала Лена каким-то странным голосом и отвернулась.

Андрей перевернул открытку. С обратной стороны вместо послания имелась фотография, сделанная «Полароидом». На тусклом бежевом фоне был изображен мужчина. Точнее, только голова мужчины – она была снята крупным планом. Андрей увидел нездоровое, желтое лицо, отечные веки, стеклянный, погасший взгляд. В светлых волосах виднелось большое темное пятно. Фотография произвела на него жуткое впечатление, в ней было что-то ненормальное, пугающее.

– Это Олег, – сдавленно произнесла Лена. – Видите? На голове. Там дырка и кровь. Не сошла же я с ума. Я нашла его вот таким. Он мертв. Вы мне не верили, и я даже сама стала сомневаться. Ну, мало ли что – вдруг у меня крыша поехала? Вдруг у меня был бред? Меня тошнит…

Она уселась за стол и спрятала лицо в ладонях. Андрей перевернул открытку картинкой вверх. Он не хотел больше рассматривать покойника. А что это был покойник – он теперь видел и сам.

– Это кто-то шутит, – сказал он, с трудом справившись с зажигалкой. Вдохнул табачный дым и слегка пришел в себя. – Почему вам так повезло, Лена? Вы-то его не убивали?

– Я не понимаю, – она мотнула головой. – Это выглядит как шантаж, но чем меня шантажировать? Я только нашла его, только нашла и убежала. Надо было вызвать милицию, но я…

– А почему вы не вызвали? – спросил Андрей. – Вам-то чего бояться? Это Олег работал без лицензии, а не вы.

– Они начали бы выяснять, почему я с ним связалась, – всхлипнула женщина. – Они бы обязательно выяснили. А я не могу, чтобы все знали.

Андрей пожал плечами. Она подняла на него мокрые, покрасневшие глаза. Они как будто стали меньше и светлее от слез. Теперь она плакала не как киноактриса, а как простая женщина.

– Тут ведь не просто измена, не просто развод, – сказала она. Каждое слово давалось ей с трудом. Она будто переламывала себя. – Это я преступница, я! Если разобраться. Мой муж – это мой брат. В самом прямом смысле.

ГЛАВА 4

Мужчина открыл глаза первым. Ночь прошла тревожно, он почти не спал. Его нервировала непривычная обстановка, чужая квартира. Ему часто приходилось ночевать тут и раньше, но теперь он жил здесь постоянно – а это была большая разница. Он оперся на локоть и взглянул на женщину. Та лежала на спине и ровно, спокойно дышала. Темное лицо с грубоватыми, но приятными чертами. Волна черных пышных полос на подушке. Тело, рельефно выступающее из-под простыни. На какой-то миг мужчина ощутил смутное сожаление – днем она выглядела куда эффектней. Потом подступила тоска. Он выбрался из постели, прошел на кухню, сварил себе кофе – очень густой, по своему вкусу. Налил полную чашку, устроился за столом и потянулся за сигаретами.

– С ума сойти… – Ясный голос заставил его вздрогнуть. – Зачем вставать так рано?!

– Спи-спи, – нервно ответил он.

Но Маша не ушла. Она присела на корточки у стены. Вместо ночной рубашки на ней были белые трусики и маечка. Густой загар казался еще темнее по сравнению с белизной кружевного белья.

– Скучаешь по семье? – спросила она, задумчиво рассматривая плитки пола.

– Немного.

Он прихлебывал кофе и пытался справиться с тоской. «Это глупо, – уговаривал себя Толя. – Так паршиво будет только первое время. Самое страшное уже кончилось, все позади».

– Ты можешь ходить к сыну в гости, – сказала Маша. – Я не против. И деньги твои мне не нужны. Плати алименты, на здоровье. Чего ты такой скучный?

Он пожал плечами и вслух обозвал себя дураком. Она встала и засмеялась. Потом девушка сидела у него на коленях, и он чувствовал пряный запах ее кожи.

– Ты чудесно пахнешь после сна, – сказал он, закрывая глаза. – Как булочка с корицей.

Смуглые пальцы ерошили ему волосы. Маша покачивалась у него на коленях и гудела какую-то песенку. Внезапно он отдернул голову:

– Опять ты поешь эту дурь? Смени пластинку!

И Маша пообещала, что отныне будет петь что-нибудь другое. Они вернулись в спальню и легли. Город за окном только начал просыпаться. Через пару часов Москва станет пеклом, раскаленной адской топкой, откуда некуда сбежать – не поможет ни кондиционер, ни прохладный душ. Но сейчас воздух был еще чист, в нем осталась тень свежести. Кожа у Маши всегда была прохладная, и мужчина жадно целовал ее, будто всасывал эту прохладу. Ее дыхание раскалялось – она вдыхала воздух, а выдыхала пламя. Она тихонько посмеивалась, глаза сияли – женщина стала такой красивой, что он уже ни о чем не помнил и не жалел.

Через час он встал и принял душ. Колючие мелкие струйки ударили его в шею, в грудь, прогнали остатки сна. Он растерся грубым вафельным полотенцем, одел свежую рубашку, с неохотой влез в брюки – в такую жару Толя предпочел бы шорты.

– Здорово выглядишь, – Маша поцеловала его уже у порога. – Не забудь ключи, я ведь могу и выйти.

– Куда? – Он спрятал ключи в карман. – В такую жару? Сидела бы дома.

– А кушать что будем? – Она ластилась к нему, будто кошка. – Не задерживайся. Приходи скорее.

Наконец он отцепил от своей шеи ее руки. Подержал их, сжимая тонкие запястья. Она смеялась и пыталась вырваться. Потом утихла. Он вышел и услышал, как за спиной щелкают запираемые замки. Маша всегда запирала дверь с маниакальной тщательностью. Лифта в доме не было. Он побежал вниз, перепрыгивая через ступеньки, чувствуя себя мальчишкой.

Между третьим и вторым этажом он почувствовал неожиданный прилив счастья. Больше не надо скрывать, с кем живешь, не надо прятаться от собственной матери, бояться своего же ребенка… Он свободен!

Между вторым и первым этажом он споткнулся и упал. Что-то взорвалось у него в груди. Толя уцепился за перила, попытался подняться и увидел, что грудь его белой рубашки стремительно меняет цвет. Ткань стала отвратительной, липкой, алой. Ему показалось, что на площадке первого этажа с грохотом хлопнула железная дверь. Потом он увидел этого человека с пистолетом. Он видел его всего секунду, не больше. А потом уже не видел ничего.

– Толя! Толя! Господи! – дикий крик пронзил насквозь все пять этажей. Вокруг трупа стали собираться люди. Сверху донесся женский визг, прошлепали босые ноги… Маша сбегала по лестнице, зажав ключи в кулаке, придерживая на груди разлетающийся халат. Отпихнула соседей, упала на ступеньку рядом с телом любовника, обняла его, попыталась поднять. Увидев его лицо, разжала руки…

Такого звука никто из присутствующих никогда не слышал. Это был звериный вой – хриплый, долгий, отчаянный. Какая-то женщина попыталась взять Машу за руку и поднять:

– Идемте, идемте отсюда!

– Муж? – спрашивал кто-то.

Машу увели в какую-то квартиру. Усадили на диван, заставили выпить воды. Девушка держала стакан трясущимися, окровавленными руками и никак не могла сделать первый глоток. Кто-то звонил в милицию, вызывал «скорую помощь». Потом Машу отвели наверх, в ее квартиру. Там она вымыла руки, переоделась. Ее ни на миг не оставляли одну. Теперь вокруг были в основном пожилые женщины, которым не надо было идти на работу. Все остальные разбежались.

– Мы хотели пожениться… – Маша сидела за кухонным столом и время от времени начинала хрустеть пальцами. – Ой, я знала, что так все кончится! Его жена – стерва, гадюка! Она обещала ему пулю, если он ко мне уйдет! Она даже сыщика наняла, мерзавка!

Соседки слушали, затаив дыхание. Маша давно вызывала у них интерес. С тех самых пор, как поселилась в этом доме, в квартире, купленной заботливым отцом. Все знали, что девушка нигде не учится и не работает. По ночам из ее квартиры часто звучала музыка. К ней приходили гости – как мужчины, так и женщины. Иногда у нее появлялся постоянный друг, но это постоянство было относительным. Больше месяца никто с девушкой не жил. Она вызывающе, богато одевалась, ездила на новенькой «Шкоде», ни с кем во дворе не здоровалась. И вот теперь соседки осматривали ее квартиру, а сама Маша говорила без остановки – даже расспрашивать было не нужно.

– Постоянно звонила, узнала мой телефон… – жалобно говорила та. – Звонила днем и ночью. Толя говорил – не будем терпеть, давай заявим в милицию. Я не хотела. Это же наше личное дело, правда же? И потом, она ведь пока ничего не сделала… Милиции на эти звонки с угрозами наплевать! Он меня с родителями познакомил. Они так обрадовались, что он будет разводиться с этой стервой! Она им давно поперек горла встала. Она даже запрещала Толе общаться с матерью, представляете? Мы пили чай… – Маша едва справилась с нервным удушьем. – И тут явилась эта Лена и сказала, что убьет его. При свидетелях сказала. Это все слышали. Но кто же знал, а?! Я думала, она не всерьез…

Соседки даже ахать не могли. Они только качали головами и продолжали осматривать обстановку. Через десять минут в квартиру поднялся наряд милиции, и посторонних попросили выйти. Маша встревоженно встала из-за стола:

– А его… Его увезли?

И узнав, что теперь она увидит любовника только в морге, после вскрытия, Маша заплакала – впервые с того момента, как увидела труп.

* * *

Андрей заплатил женщине откровенностью за откровенность. Труднее всего было признаться, что он взял чужие деньги. Но на Лену это не произвело никакого впечатления. Она как будто и не услышала этого. Сидела, поставив локти на стол, глядя на фотографию трупа. Давно наступило утро. В кухне пахло сигаретным дымом – они всю ночь курили и довели себя до того, что один вид сигарет теперь вызывал отвращение. Время от времени женщина уходила взглянуть на ребенка. Перед рассветом Андрей тоже увидел мальчика – тот заглянул в кухню, изумленно оглядел чужого мужчину… В ребенке не было ничего ненормального – обыкновенный московский пацан, немного бледный, болезненного вида, ухоженный, в нарядной пижамке. Парню не совсем верилось в рассказ Лены. До сих пор он сомневался – в порядке ли у нее психика? Но на столе лежала фотография, и она-то уж кое-что подтверждала.

– Лен, – сказал он наконец. – В конце концов, что вы так беспокоитесь? Хорошо, его убили. Хорошо, вы там были и видели труп. Не заявили в милицию. Были его клиенткой. Это все чепуха. За это не сажают! Ведь убивали не вы? Забудьте!

– Забыть?! – Лена встала из-за стола и включила газ. – Я была там, я его видела, он назначил мне встречу открыткой! У меня был пистолет, в конце концов! А вот теперь кто-то хочет, чтобы я об этом помнила! Зачем мне прислали эту гадость?

Андрей тоже встал. Он взял фотографию и поднес ее к зажженной газовой конфорке. Лена ахнула, увидев, как загорается плотная бумага. Дождавшись, когда снимок с открыткой сгорит наполовину, Андрей бросил огненный комок в раковину из нержавейки. Там он превратился в черный ломкий пепел.

– Здесь нечем дышать, – после долгой паузы сказала женщина. – Сплошной дым. Пойдемте в комнату. Выпьем кофе и простимся.

«Меня выставляют, – понял Андрей. – Промурыжили всю ночь, обкурили, накачали кофе и просят удалиться. Ладно, уйду. Теперь уж с концами».

– Я вам благодарна за то, что вы сделали, – сказала Лена, подавая ему чашку. – Надо было сжечь эту дрянь сразу.

– Надо сделать еще кое-что, – мрачно сказал Андрей. – Избавьтесь от пистолета.

– Да? Вы думаете? – она нерешительно взглянула на него и замолчала.

Эта мысль ей явно не понравилась. Андрей не прикасался к кофе – ему уже все осточертело. Он взглянул на часы и понял, что Рамиль фактически все дежурство провел один. Конечно, за три тысячи можно дежурить и дольше, но Андрею все равно было не по себе.

– И я еще вас хочу попросить, – сказал он, поднимаясь. – Чтобы вы никому не говорили, что я был у сыщика в квартире. Не стоит. И вот ключи от его квартиры, они мне не нужны.

Вместе с ключами он хотел отдать и пейджер, но женщина упросила его не делать этого. Они все еще пререкались, когда зазвонил телефон. Лена взяла трубку и повернулась к гостю спиной. Андрей смотрел на ее белую шею с завитками рыжих волос, на воротник кремовой шелковой блузки… Он видел, как опускаются и поднимаются ее ресницы. Он смотрел и думал, что она, конечно, очень красивая, чудесно выглядит, сладко пахнет… И все-таки есть в ней что-то странное. Если не безумие, то начало безумия. И слишком много тайн. Немного позже до него дошло, что с того момента, как Лена взяла трубку, она не сказала ни слова. Она только представилась, а потом просто долго слушала, пока не положила трубку.

– Его убили, – сказала она каким-то механическим голосом.

Андрей молча следил за тем, как она ходит по комнате. Лена двигалась рывками, будто игрушка, у которой сели батарейки. Потом она наткнулась на столик с журналами и остановилась.

– Вы о ком? – спросил Андрей, когда понял, что сама она не заговорит.

Вместо ответа она бросилась в прихожую. Он пошел за ней и увидел, что она вытряхивает на подзеркальник содержимое своей сумки. Потом она так же распотрошила другую сумку, третью…

– Нет, нет! – бормотала она, вороша косметику, носовые платки, разное женское барахло.

– Что вы ищете? – Андрей видел, что она близка к истерике или к обмороку.

– Пистолет, мой пистолет! Мой «Макаров»! Олег купил мне пистолет, а теперь его нет!

– А кого убили?

– Моего мужа! Только что! – И она вдруг бросила поиски оружия, села на пуфик и зарыдала. Из своей комнаты прибежал ребенок. Он боялся чужого человека, но ему все же хватило смелости пробраться к матери и обнять ее:

– Мам, мам, ты что?

– Ничего, мой золотой! – Женщина торопливо вытерла слезы. – Ты голодный?

Мальчик отказался завтракать. Он рассматривал Андрея. Глаза у ребенка были темные и глубокие, как у матери.

– Давайте спустимся и поищем в машине, – сказал Андрей. – Понимаете меня?

Лена беспомощно развела руками:

– Мне сказали быть дома.

– Кто это вам сказал?

– Милиция. А я ничего, ничего не смогла им сказать в ответ. Как полная дура, как идиотка… Они сказали, что приедут прямо сейчас.

Андрей решительно заявил:

– Так пока не поздно, спускайтесь вниз! Чего вы ждете?! Чтобы они нашли все сами?

Они вышли во двор и вместе обыскали машину. У Лены задрожал подбородок. Она не верила своим глазам:

– Пистолета нет!

Андрей огляделся по сторонам. Во дворе было уже совсем людно. Кто-то гулял с собакой, кто-то возился с машиной, дети шли в школу… Многие пристально разглядывали сперва Андрея, потом Лену – ее все тут знали в лицо. «Еще немного, и здесь будет милиция, – подумал парень. – Зачем мне это надо?»

– Я поехал, – сказал он, стараясь не глядеть на женщину. – Мне надо на работу, Рамиль там всю ночь один.

И тут же схватился за карман – оттуда донеслись «Подмосковные вечера». Лена подняла бровь:

– Радио?

– Нет, – смутился Андрей, доставая пейджер. – Я сменил музыку, та мне надоела…

Он прочел сообщение, и ему стало дурно. О себе напоминал Виталий: «Олег! Не затягивайте дело, а то будет поздно. Свяжитесь со мной по телефону…» Далее следовал номер и подпись. Лена даже не поинтересовалась, кто прислал сообщение. Взгляд у нее был отсутствующий. Андрей попрощался с женщиной, та не ответила. Он пересек двор, сел в побитую «Тойоту» и отправился на стоянку.

Рамиль не сказал ему ни слова упрека. Он оглядел друга и заметил:

– Ну, вид у тебя довольный. Круги под глазами… Не спали?

– Нет! – рявкнул Андрей. – Разговаривали!

Тот хитро сощурился и покачал головой:

– Ладно, ладно, я не лезу в твои дела. Надеюсь, ты был на высоте.

Андрея трясло от злости. Сейчас он обзывал себя дураком, любопытным мальчишкой, который сует нос, куда не следует. Если бы он не забрал чужие деньги – Рамиль расплатился бы сам, и дело с концом! Если бы он не поднял этот проклятый пейджер – он никогда не встретил бы Лену! Жил бы спокойно, воевал с отцом, встречался с Наташей! А что он имеет сейчас? Две тысячи долларов, которые нужно отдать. Женщину, которая водит его за нос и ничуть не интересуется им, как мужчиной. Неспокойную совесть. Да еще эта проклятая расписка у Виталия! Он рассказал Рамилю о последнем сообщении на пейджере. Тот присвистнул и легкомысленно ответил:

– Забудь навсегда. Ты что – собрался с ним еще раз встречаться? Пусть он ищет этого Олега и требует бабки с него.

– Олег мертв!

– Серьезно? – Рамиль чуть притих, услышав про фотографию трупа. – Да, дела творятся темные… Значит, труп исчез, а ментов там не было? Кто же его унес? И как?

– Меня больше волнует, как быть с Виталием, – отрезал Андрей.

И тут Рамиль показал, на что он способен. Прежде всего, он попросил друга не волноваться и слушать спокойно. Напомнил ему, что у сыщика были и другие клиенты, кроме Лены и Виталия. Напомнил, что две клиентки даже посылали сыщику сообщения на пейджер. И наверняка с этих двух баб можно снять деньги.

– Ты рехнулся?! – Андрей с изумлением смотрел на него. – Рэм, ты соображаешь? Олег умер, сколько тебе говорить!

– Ну и что? – не сдался тот. – Тем более, ему бабки больше не нужны. А ты расплатишься с этим Виталием. Все-таки лучше взять деньги у богатых баб, чем у мужика.

– Рэм, Олег умер! – У Андрея просто руки опускались, – друг ничего не желал понимать. – Если мы начнем заниматься такими делами, получается, что нам выгодна его смерть! Если нас поймают за руку – обвинение готово!

Рэм призадумался и признал, что это правда. И тут же заявил:

– А если это кому-то выгодно, пусть лучше будет выгодно нам! Ты сам подумай – кто тебя за руку поймает? Труп исчез, ментов там не было. В квартиру пойдем вместе. А можем и в другом месте встречаться с клиентами. Соберем урожай и исчезнем. И никаких больше расписок, Андрюха. Хватит одной глупости.

– Рэм, если нас поймают, то сразу предъявят обвинение! Получится, что Олега убили мы, чтобы зацапать его дело и денежки! – Андрей почти выкрикнул это. Его привел в себя гудок машины, которую хозяин желал загнать на стоянку. Разговор замяли, но Андрей сторонился друга до конца дежурства.

Когда он вернулся домой, отца опять не было. В последние дни они почти не виделись. Спать не хотелось. Андрей немного прибрался, поставил вариться картошку, нарезал колбасы. Никогда он не чувствовал себя таким одиноким, как сейчас. Парень включил телевизор, открыл принесенную с собой банку пива. Держать в доме запасы алкоголя было невозможно – приходилось покупать понемногу, по мере надобности. Он смотрел какой-то старый польский фильм, когда зазвонил телефон. Это была Наташа.

– Ты уже вернулся? – хмуро спросила она. – Звоню тебе целый час.

Андрей был поражен. Чтобы она позвонила сама – такого никогда не бывало.

– Понимаешь, заработался, – оправдывался он. – Неприятности на стоянке, Рэм разбил две машины.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Поделиться ссылкой на выделенное