Анна Гурова.

Дракон мелового периода

(страница 3 из 29)

скачать книгу бесплатно

   – Ой, хватит, это мы уже слышали! – вспылила я. – Просто ты хронический врун!
   Князь ничего на это не ответил. Несколько минут мы молчали. Мимо нас по небу бежали облака.
   – Знаешь, о чем я думаю? – заговорила я после долгой паузы.
   – Обо мне?
   – Ха, на этот раз не угадал! Я думаю о дереве, на котором мы сидим. Это такое место – не предназначенное для людей. Ну, то есть вообще никак. Сюда даже не залезть. Мы здесь вопреки всем законам природы. И вообще здесь все другое. Земля отсюда кажется далекой, опасной и враждебной. Верхние ветки похожи на лесных зверей, не видевших человека, – дикие, но доверчивые. Воздушное пространство, у которого свои цели и заботы, как будто отвлечется от них на минуту и присмотрится к тебе – а что это такое у нас тут появилось?
   – И что?
   – У меня, короче, такое странное чувство возникло… – Я замялась, думая, как бы поточнее выразить свои ощущения в словесной форме. – Что это место запретное. И то, что мы здесь, – это, ну, типа кощунства…
   – Нет, не то слово, – возразил Князь, секунду подумав. – Не кощунство, а скорее вызов. В мире куча запретных мест. И вообще запретных, и персонально для тебя. А тебя, как магнитом, именно в такие и тянет…
   – Как это – персонально для меня?
   – Это такое место, куда ты пока не готова попасть. Или оно вообще не для тебя. Или, наоборот, персонально тебя там поджидает враг. В общем, там тебя ждет такой вызов, с которым ты не в состоянии справиться.
   – Хе! И как я узнаю, что это место для меня запретное?
   – А на персонально запретных местах обычно персонально для тебя написано: «Не влезай – убьет». Ну, не так прямо, конечно. В завуалированной форме…
   – А если я все-таки туда попаду?
   Князь многозначительно промолчал. Я энергично пожала плечами:
   – Значит, если я вижу запретное место и захожу туда, я бросаю ему вызов. Пусть так. Но если я иду по улице и натыкаюсь на запретное место, на котором написано: «Не влезай – убьет», то это место бросает вызов мне.
   – Смотри, нарвешься…
   – Это намек?
   – Да.
   Князь указал на столп дыма над Старой Деревней:
   – Мы сейчас говорим с тобой именно об этом. Не ходи туда. Сожженная библиотека – это очень опасное место. Тебе даже не представить, настолько опасное. Почти нет шансов выйти оттуда живым. И хорошо, если просто, банально сгоришь или задохнешься…
   Я упрямо промолчала.
   – Ты ведь уже попалась, – печально сказал Князь. – Оно тебя выбрало и зацепило. Так всегда и бывает. Не ты первая.
   – Я буду очень осторожна, – сказала я, чтобы утешить его. – Ты ведь поможешь мне в случае чего?
   – Нет, – сухо сказал Князь.
Я удивилась:
   – Почему нет?
   – Не смогу.
   – Как это – не сможешь?
   – Я не имею права тебе сказать.
   – Да ты просто вредничаешь.
   – И более того, – холодно продолжал Князь. – Как только ты вступишь на территорию библиотеки, ты больше меня не увидишь и не услышишь.
   – Это что, шантаж?
   – Нет. Я тебя просто предупреждаю. Рассчитывай только на себя.
   – Да я именно этого и хочу! – рассердилась я. – А ты со своими бесполезными советами только мешаешь.
   – Тогда прощай.
   – Ну и катись отсюда.
   – Последний совет, – тяжело вздохнув, сказал Князь. – На тот случай, если ты все-таки уцелеешь в библиотеке. Когда попадешь в такое место, откуда не будет никаких выходов, произнеси слово «конец» и сделай так…
   Князь Тишины прикоснулся к стволу дерева, на котором мы стояли. Не успела я удивиться этому движению, как в дерево ударила молния.
   Я вижу и осязаю это пламя – белое, трескучее, сыплющее искрами; оно заполняет собой все небо, превращая его в огненный снегопад. Мы падаем вниз… мы горим. Горит черный плащ, горят орлиные крылья. Князь Тишины растворяется в огненных сполохах. Ну и гори, предатель. Умирая, он смеется – как всегда. Нет больше ни земли, ни неба – только белое пламя. Я ничего не вижу и не слышу, по щекам ползут слезы, и я просыпаюсь.
   Потом я долго лежала без сна, глядя, как за окнами уходит короткая белая ночь, и обдумывала сон. Сон ли это был вообще? Или это Князь выбрал такой странный способ общения? А почему именно во сне? Наяву нельзя было поговорить, что ли? Одно ясно – меня хотели предостеречь. Неужели он действительно покинет меня, если я сунусь в библиотеку? «Поздно. Все решено, – подумала я. – Завтра начинаю собирать сведения о библиотеке. А послезавтра мы с Маринкой…»
   Я незаметно уснула снова, и на этот раз приснилась пустыня. Оранжевая ребристая пустыня, окруженная черной стеной ночи, зловещей, пахнущей гарью и дымом. А посреди пустыни стоит башня из белого ракушечника. Она вызывает у меня ощущение спокойствия, мира и безопасности. Но чем ближе к горизонту, чем ближе к стене тьмы, тем сильнее проникают в сердце мрачные предчувствия. Эти предчувствия невозможно даже сформулировать. Они не имеют формы и ежесекундно меняются, как тот столб дыма за железной дорогой возле Старой Деревни. Может быть, так действует на меня темнота. Но почему мне так весело?


   На следующий день лил дождь, и поход в библиотеку пришлось отложить. Все утро я перелистывала старые газеты, выискивая статьи о пожарах, но ничего толкового мне не подвернулось. Тогда я решила заняться «аленьким цветочком» и для начала хотя бы прочитать первоисточник. Сказка обнаружилась в академическом собрании сочинений Аксакова. Я с трудом прочла ее, продираясь через архаичный язык, и глубоко задумалась. Похоже, в задании Антонины была скрыта подстава (впрочем, как всегда). В сказке имелась следующая фраза: «Во многих странах побывал купец, и видел много прекрасных цветов, но ни об одном нельзя было сказать, что краше его нет на белом свете». То есть это должен быть такой цветок, при виде которого можно сразу с уверенностью сказать: best. Лучший цветок на свете. Несравненный, идеальный. Когда до меня дошло, чего от нас хочет Антонина, я поняла, что с этим заданием мне предстоит хорошо помучиться.
   Но судьба пошла мне навстречу. Мама, придя с работы, вычитала в газете «Петербургские ведомости», что в Ботаническом саду в эти выходные намеревается расцвести уникальная лиана. Раз в год, на одну ночь, на этой лиане распускается белый фосфоресцирующий бутон неземной красоты. Цветение этой лианы – всегда небольшой праздник городского масштаба и повод для многолюдного ночного паломничества в Ботанический сад.
   – Сходим? – предложила мама.
   Раньше бы я и не подумала пойти. Эка невидаль, бутон на лиане. А теперь меня словно озарило – вот он, аленький цветочек, в готовом виде! Остается только поменять цвет с белого на красный.
   Несмотря на позднее время, очередь на вход в Ботанический сад было видно еще от метро «Чернышевская». В призрачной полутьме белой ночи безмолвный человеческий хвост, обвивающийся вокруг стеклянных оранжерей сада, выглядел жутковато и заранее вселял депрессию в посетителей. Мама ужаснулась количеству любителей живой природы, и мы чуть было не уехали обратно. Но, как выяснилось, очередь двигалась довольно быстро. Ввиду наплыва посетителей работники Ботанического сада прогоняли людей мимо бутона чуть ли не бегом. Не прошло и получаса, как мы проникли под стеклянные своды оранжереи.
   Это было все равно что оказаться посреди ночи в тропическом лесу. Звуки гасли в теплом влажном воздухе. Свет был потушен, кроны пальм казались черными на фоне белесого ночного неба. Не было слышно ничего, кроме монотонного шороха ног и звука падающих капель.
   Лиана, толстая, как анаконда, обвивалась вокруг мраморной колонны. Люди, не доходя до нее полутора метров, задерживались на несколько мгновений и поворачивали обратно с восхищенным шепотом. Должно быть, там и цвел знаменитый бутон. Я вставала на цыпочки и вытягивала шею, как могла, но не видела ничего, кроме расплывчатого белесого пятна, которое к тому же то и дело закрывали от меня спины посетителей. Наконец наступила наша очередь, и мы с мамой оказались напротив колонны. Я обшарила взглядом мрамор, но бутона не увидела. Где же он? Может, я не там ищу? Судя по растерянному виду мамы, она тоже не видела цветок. Очередь остановилась.
   – А где же ваш цветок? – обратилась мама к сотруднице оранжереи, следившей за тем, чтобы посетители не хватали бутон руками.
   Сотрудница взглянула на лиану с такой же растерянностью, как и мама.
   – Только что был тут… Неужели все-таки сорвали, мерзавцы?! Подождите секунду… Фу! Вот он!
   Сотрудница с явным облегчением показала пальцем на что-то темненькое, сарделькообразное, прилепившееся сбоку к лиане. На цветок это было похоже меньше всего.
   – А почему оно не светится? – влезла я.
   – Ой, бутон закрылся! – с удивлением сказала сотрудница. – Непонятки какие-то. Он вообще-то до рассвета должен цвести…
   Народ за моей спиной заворчал.
   – Что за кидалово? – донесся обиженный голос. – Я за цветок деньги платил!
   – Вероятно, в этом году сезон цветения уже закончился, – предположила сотрудница.
   – Ну, что же делать! – плачущим голосом сказала мама. – Пойдем, Гелечка, домой. Значит, не повезло.
   Я не двигалась с места, хотя уже подталкивали в спину. Во мне закипало бессмысленное возмущение. Я злилась на цветок. Вот угораздило же его закрыться не вовремя! Все планы сорвал! А теперь уж до следующего года не раскроется.
   – Это нечестно! – заявила я. – Тот парень правильно сказал – кидалово! Пусть деньги возвращают!
   – Гелечка! – укоризненно сказала мама. – Это же дикая природа, тут ничего нельзя предсказать. Пошли домой.
   – Нет, вы видели, какая подлость?! Я была вне себя от возмущения. «Проходите, девушка, не задерживайтесь», – буркнула сотрудница. Люди уже подпирали меня сзади. Я прошла мимо цветка, глядя на него с бессильной злостью. Кожистые лепестки были сомкнуты плотно, как челюсти варана. Я прошла шагов десять к выходу, когда над залом пронесся, как порыв ветра, дружный вздох: «Ах!!!» Оглянувшись, я заметила дрожащее светящееся белое пятно, которое тут же скрыли от меня спины посетителей. «Чтоб ты сдохла, поганая лиана!» – злобно подумала я и, скрежеща зубами, принялась проталкиваться к выходу. Теперь я догадалась – цветок закрылся специально для меня.
   Как в таких случаях образно выражается Антонина – «халявы не будет».


   Все следующее утро я занималась сбором информации. Отложив «аленький цветочек» в долгий ящик, переключила внимание на то, что интересовало меня гораздо больше, а именно – на загадочные руины библиотеки. Для начала решила пойти по самому простому пути: включила компьютер, зашла на «Яндекс» и набрала в поисковой строке слова «Старая Деревня», «пожар» и «библиотека». Среди того, что там повылезало, мое внимание привлекли следующие статьи:
   Из «Петербургский ведомостей» за 199… г. «Пожар в библиотеке».
   «Сегодня ночью в книгохранилище библиотеки Академии художеств по ул. Торфяной, д. 4, неподалеку от Серафимовского кладбища внезапно начался пожар. За считанные минуты пламя распространилось на второй и третий этажи, охватило крышу, перекинулось на близстоящие деревья, угрожая корпусам Северного завода. Приехавшему по тревоге пожарному наряду спасти здание не удалось. Что не уничтожил огонь, погубила вода: при тушении пожара книгохранилища подвалы библиотеки были полностью затоплены. Погибли более пятисот тысяч ценнейших книг и рукописей со всего мира, собранных академией более чем за двести лет существования…
   Книгохранилище было построено на спонсорские средства и открылось всего три месяца назад, причем последние книжные фонды были перевезены туда только за несколько дней до пожара. Здание было спроектировано и выстроено по последнему слову техники, с многоуровневой сигнализацией, автономной противопожарной системой и т. д. Прокуратурой Приморского района Санкт-Петербурга возбуждено уголовное дело о поджоге. Однако никаких явных свидетельств пока не имеется… Руководство академии высказало подозрение, что пожар должен был замаскировать следы крупной кражи…»
   Районная газета «Приморский курьер», 199… г.
   «Тела двух подростков, пропавших без вести 18 сентября, были найдены в развалинах бывшего книгохранилища возле Серафимовского кладбища. Судя по всему, причиной смерти было отравление угарным газом: несмотря на то что со времени пожара прошло более года, книгохранилище все еще продолжает тлеть… Председатель районной администрации приказал обнести развалины бетонным забором, чтобы подобные трагические происшествия больше не повторялись».
   200… г. 5-й канал, «Петербургские тайны»
   «А вот еще любопытный факт (ведущая берет со стола потемневший томик). Это – одна из немногочисленных книг, спасенных при пожаре в книгохранилище Академии художеств шесть лет назад. В свое время это было громкое дело, о которым вы, уважаемые зрители, уже наверняка не помните. Обратите внимание (вертит книгу перед объективом) – обложка практически цела. Теперь мы открываем книгу – видите?! Страницы сгорели! При том, что книга стояла на полке в плотном ряду других книг! Такое ощущение, что она выгорела изнутри. В других книгах мы обнаружили еще более странные вещи: прожженные извилистые ходы, как будто книга была проедена огненными червями; точечные возгорания отдельных страниц, когда другие оставались целыми… Выгорали отдельные слова, отдельные строчки… Вы понимаете, что это означает? Нам приходится сделать вывод, что причиной пожара была не неисправность проводки и не кража с поджогом, как подозревали прежде, а редчайшее явление – самовозгорание книг. Наука этот факт не подтверждает, но и не опровергает…»
   Вот оно что! Книгохранилище-то принадлежало Академии художеств, моим, так сказать, собратьям по Чистому Творчеству! Но это полностью меняло дело! Господи, что же они там такое хранили, что оно не может погаснуть уже десятый год?! Все-таки интуиция меня не обманула! Я с удвоенным вниманием принялась читать дальше.
   До обеда я просидела за компьютером, занимаясь неблагодарным делом: пыталась построить график пожарной активности библиотеки и систематизировать сведения о ней. График строился с трудом из-за огромных пробелов в данных. Своего сайта у библиотеки не было, а на сайте академии о книгохранилище в Старой Деревне упоминалось одной строкой, причем, что интересно, как о действующем. О пожаре не было ни слова. Ну лентяи, сколько ж лет они не обновляли сайт, подумала я и принялась читать дальше.
   Согласно разрозненным интернетовским статьям, библиотеку пытались потушить раз восемь в течение первого года; потом почти на год оставили в покое – либо надоело, либо она действительно погасла. Новый всплеск произошел через год, когда там задохнулись те подростки. В книгохранилище вылили целое озеро воды (не потому ли все окрестности превратились в болото?) и построили вокруг развалин забор. После этого туда никто не совался почти три года – до прошлого лета, когда группа каких-то деятелей, не то краеведов, не то эфэсбэшников, попыталась проникнуть в подвалы хранилища. Об этой попытке вскользь упоминалось в той передаче о книгах, проеденных огненными червями. Зачем туда полезли эти люди, кто они были такие и нашли ли они что-нибудь толковое, ничего не говорилось. Упоминалось только, что они не смогли спуститься глубже второго подземного этажа из-за воды и невыносимой атмосферы, отравленной дымом и миазмами гниения, и внезапно начавшегося возгорания.
   С тех пор на развалинах никто официально замечен не был.
   Картина в общих чертах получилась такая. Сразу после пожара по всем СМИ прошла невнятная информация о возгорании в библиотеке – очень коротко и в общих чертах. Книгохранилище стояло в отдалении от жилых домов, жертв при пожаре, кажется, не было (по крайней мере, трупов не нашли). Через год же, в связи с тем несчастным случаем, к библиотеке пробудился нездоровый общественный интерес. Пошли разговоры о поджоге, о краже, о замалчивании истинного объема ущерба и о человеческих жертвах. Что характерно – академия всеми силами старалась избежать огласки. Ее начальство не давало комментариев, отрицало все скандалезные догадки и твердо придерживалось версии о случайном возгорании по причине неисправной проводки. На все вопросы о сгоревших книгах академики заявляли, что ничего особенно ценного не пострадало, и всячески давали понять властям, что пожар – это их внутреннее дело. В принципе, в этом не было ничего удивительного. Даже если обычные районные художественные училища тщательно засекречивали две трети своей истинной деятельности, что уж говорить об Академии художеств.
   Вывод напрашивался смелый, но незамысловатый: мистическая неугасимость библиотеки (если не сам пожар) – дело рук самих академиков. Если рассматривать дело с такой точки зрения, находила объяснение и другая закономерность: как только в развалины кто-то пытался залезть, возникал пожар, начинал валить дым, и библиотеку принимались тушить по новой. Вопрос – что именно пытались там скрыть?
   Я откинулась на спинку кресла, очень довольная своими дедуктивными и аналитическими способностями. Ситуация понемногу прояснялась. Конечно, загадок оставалось все равно больше, чем разгадок. И среди них главные: почему загорелась библиотека, что именно там сгорело, и как мне туда забраться, не подвергаясь опасности задохнуться или сгореть заживо.
   Да, мое намерение только окрепло: я собиралась залезть в хранилище и посмотреть на него собственными глазами. Я не сомневалась, что смогу увидеть гораздо больше, чем пожарники и случайные искатели острых ощущений. Я ведь все-таки демиург. А у мастеров Чистого Творчества порой попадаются очень, очень интересные и полезные книги. Я-то знаю. Чтобы завладеть такой книгой, знающий человек может пойти на что угодно. В том числе и ограбить библиотеку… и поджечь ее…
   Закончив с поисками, я сохранила данные, поставила на папку пароль, позвонила Маринке и позвала ее гулять. Встретились мы снова у «Старой Деревни». Маринка по привычному маршруту направилась к музыкальным ларькам. Я крепко держала ее под руку и тянула к переходу, в сторону развалин, попутно взахлеб рассказывая о своих сетевых открытиях. Маринка упиралась и никакого энтузиазма не проявляла.
   – Ты представляешь?! – в сотый раз воскликнула я, заканчивая рассказ. – Правда, классно?!
   – Глупости все это, – проворчала подруга. – Пошли на Елагин, возьмем лодку и поплаваем, пока погода не испортилась.
   – Какая еще лодка? Мы же идем сейчас искать путь в развалины!
   Маринка резко остановилась:
   – Почему это «мы»? Я никуда не собираюсь. Я посмотрела на подругу с удивлением. Такое безразличие не укладывалось у меня в голове.
   – Ты что, не хочешь со мной идти?
   – Снова на ту помойку? Нет уж!
   – Даже если я попрошу?
   Маринка упрямо помотала головой. На ее лице было написано крайнее отвращение к моему предложению.
   Я стояла и молчала, не зная, что делать. Маринкина несговорчивость огорчила меня сильнее, чем можно было ожидать, но самым печальным было то, что она просто не понимала меня. Особенно сейчас, когда мне так нужна была ее компания… и, возможно, помощь.
   – Даже не зови меня в это мерзкое место, – продолжала Марина. – И сама там не шастай.
   – Да чем же оно тебе так не нравится?!
   – Не нравится, и все. У меня предчувствия. Там опасно.
   – Опасно?! – повторила я почти в отчаянии. – Ну конечно, опасно! Разумеется! А что ты ожидала – что в такую библиотеку можно лазать каждому встречному-поперечному? «Заходите, люди добрые, берите, что хотите!» Поэтому я и предлагаю: давай подстрахуемся и пойдем вместе. Вдвоем-то безопаснее! Осторожненько заберемся и все там изучим – сначала наверху, потом внизу…
   – Нет и нет!
   – Я даже не хочу, чтобы ты лезла внутрь. Мне надо, чтобы кто-нибудь постоял наверху и покараулил…
   Я продолжала уговаривать подругу и видела, что все мои старания напрасны. Это было безнадежно. Наверно, надо было оставить ее в покое, но я разозлилась не на шутку, и меня понесло.
   – Ты просто трусиха!
   – А мне наплевать, что ты обо мне думаешь.
   – Тебе вообще ничего в жизни не интересно, кроме своей «Манги», – бросала я обвинения. – Ты ограниченный человек. Через десять лет станешь жирной теткой с жирным мужем и тремя жирными детьми и тогда вспомнишь, как отказалась со мной пойти на развалины.
   – А ты застряла в детстве – все бы по помойкам лазать и на неприятности нарываться.
   – Ты уже и разговариваешь, как тетка.
   – Я вообще с тобой разговаривать не желаю!
   – Ну и не надо!
   Я развернулась и, кипя от злости, пошла к переходу. Шагов через десять я оглянулась, надеясь, что Маринка передумала и догоняет меня, но увидела только ее спину: Маринка быстро уходила в сторону метро. «Вот и все, Гелечка, – ожесточенно объявила я себе. – Давно копилось, зрело и наконец прорвалось. Больше у тебя подруги нет. Ну и не надо мне таких подруг».
   Перейдя через улицу, я свернула в заросли верб и побрела наугад, не выбирая дороги. Ноги скоро промокли, а в глазах все расплывалось от внезапно нахлынувших слез. Ну почему меня окружают сплошные предатели?! Сначала Князь, теперь – Маринка… Только вчера я считала, что быть более одинокой нельзя. Оказалось – можно.
   Блуждая в глубоких лужах среди верб, я неожиданно вышла к железной дороге и, взобравшись на высокую насыпь, дальше побрела прямо по шпалам. С насыпи было много чего видно: забор вокруг библиотеки, поднимающийся над вербами, ржавый трактор, стоящий к этому забору вплотную… Если бы Марина не бросила меня так подло, как бы нам было сейчас весело, как бы мы строили планы проникновения в развалины, рассматривая и откидывая те или иные способы! А теперь мне на все наплевать, даже на библиотеку со всеми ее зловещими тайнами.
   Забор закончился, утонул в зеленых зарослях. На смену вербам пришли тополя, потом березы, и вскоре под березами появились кресты. Похоже, я дошла до Серафимовского кладбища. Впереди, на переезде за тополями, раздавались резкие короткие звонки. Я сошла с рельсов и несколько минут простояла под насыпью, ожидая, пока пройдет электричка, а потом вытряхивая грохот из ушей. После того как электричка скрылась из виду, кладбище показалось мне еще более тихим, чем прежде. Кладбище же направило мои мысли в несколько необычную сторону. «Надо похоронить свое прошлое, – думала я, возвращаясь на рельсы. – Прежняя Геля умерла – та, которая была влюблена в Сашу Хольгера, ходила в художественное училище и дружила с Маринкой. Все ее покинули, даже дух-покровитель, Князь Тишины. Новая Геля круче, она – демиург-одиночка, мастер без школы. Она никого не любит, ничего не боится и не рассчитывает ни на кого, кроме себя. У нее нет ни друзей, ни помощников. Только она сама знает, куда идет, и никто не имеет права указывать ей».
   – Никто! – крикнула я, вспомнив сон про разговор с Князем Тишины на вершине тополя. Выкрик предназначался Князю.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное