Андрей Смирнов.

Рыцарь

(страница 4 из 33)

скачать книгу бесплатно



   …Когда я пришел в себя, то обнаружил, что лежу на полу рядом с перевернутой табуреткой. Надо мной стояли какие-то люди. Горбатая старуха, толстяк и чудно одетая девка. Толстяк орал на старуху, старуха верещала в ответ, девка пыталась вклиниться между ними.
   Я приподнялся на локте. Увидев, что я зашевелился, эта троица перестала вопить и уставилась на меня.
   «Бред, – подумал я. – Этого не может быть».
   Я сглотнул. Я глядел на них и не мог поверить…
   Наверное, в какой-то момент взгляд у меня стал совсем диким, потому что женщины в страхе отшатнулись, а толстяк пробормотал: «Матерь Божья…»
   – Вашу мать, – растерянно пробормотал я по-русски. – Средневековье…
   То есть я попытался выговорить – вышла белиберда. Я запаниковал. Я что, по-русски разучился разговаривать?.. Я же прекрасно все помню! Я, Леонид Маляров, а не этот… сьер Андрэ…
   Я попробовал еще раз. По-русски.
   Получилось что-то вроде: «Ах-с ти-и ооп ффашшу…»
   Такое ощущение, что шепелявый иностранец в первый раз попытался заговорить по-русски. Но я же не иностранец! Я коренной россиянин!..
   …Между тем издаваемые мной чудовищные звуки вызвали весьма бурный эффект. Старуха отступила на два шага. Девка испуганно икнула. Тибо… Мой слуга Тибо разразился новым потоком ругательств.
   – Ах вы чертовы шлюхи! – заорал он. – Вы что с моим господином сделали?!! А?! А ну давайте быстро возвращайте все как было!
   И схватился за топор.
   И тут я понял: это не глюк и не сон. Не бывает настолько достоверных снов.
   И если я не вмешаюсь, мой слуга в следующую секунду начнет кромсать бабку топором.
   – Стоять, Тибо!!! – взревел я.
   Поскольку на этот раз я не пытался себя контролировать, сказано это было на языке, который теперь, видимо, стал для меня родным. То бишь на французском. Средневековом французском.
   Подействовало. Тибо остановил молодецкий замах и уставился на меня с нескрываемой радостью.
   – Ваша милость! Так с вами все в порядке?
   – Все нормально, – я оттащил его от женщин, – они мне очень помогли.
   – Так вы все вспомнили?
   – Эээ… – Все, что я имел, это кое-какие практические навыки сьера Андрэ и способность говорить на его языке. Более ничего! – Оставайся тут, мне надо отлучиться.
   Именно так. Подумать. И отлить заодно.
   Снаружи стояла полнейшая темень. Средневековье, блин! Целые века до электричества.
   Пахло навозом. Где-то неподалеку брехала собака. У изгороди переступали и пофыркивали наши кони.
   Что же со мной произошло?
   Так, прежде всего – спокойно.
Надо понять, что случилось.
   Я помнил субботний вечер. Помнил, как мы со Светкой шли из гостей. Вспомнил этих двух козлов в машине… Вспомнил выстрел… Ну я хорош! Так лохануться…
   И тут меня вдруг обожгла одна мысль… одна мелкая такая мыслишка… Так они, что, получается, убили меня, что ли?..
   Бред. Что значит «убили»? Вот он я – стою, гляжу по сторонам, ни черта в происходящем не понимаю…
   …и нахожусь при этом в чужом теле.
   Вот последнее – относительно чужого тела – я осознавал очень четко. Даже если забыть о том отражении, которое я видел в герардовском трактире. Ощущение, что моя бренная душа сменила место жительства, происходило исключительно изнутри.
   Во-первых, изъяснялся я теперь по-французски. Во-вторых, я стал иначе воспринимать мир. Слух стал острее. Запахи различал куда лучше, чем раньше. И тело стало другим. Оно и раньше было не хилым, но сейчас в нем чувствовалась настоящая сила. При том что оно стало как-то гибче, послушней. Это трудно описать… Я вдруг понял, что спокойно могу подкинуть килограммов сто или разогнуть подкову. Я был даже уверен, что уже их разгибал.
   И мечом, который болтался… Нет, не болтался – очень удобно и уютно покоился у моего бедра, я умею орудовать. Умею и люблю.
   Вжик! Не успел я подумать, а меч уже был у меня в руке. Выпад, отход… Ничего себе! Я даже двигаться стал по-другому. И дистанцию чувствовал иначе… А это простое действие: взмахнуть мечом, доставило мне ни с чем не сравнимое удовольствие. Блин! Я был уверен, что могу рубить и колоть этой железной фиговиной хоть два часа кряду. Без устали. С кайфом.
   Но все-таки как я здесь оказался? И куда делся сам сьер Андрэ?
   Ни в чудеса, ни в жизнь после смерти, ни в переселение душ я никогда не верил. Раньше не верил.
   А может, все это – мой бред, фантазия? Может, лежу я под капельницей, с пулей, застрявшей в черепе, и глючу, что я – не я, а благородный рыцарь сьер Андрэ де Монгель…
   Луна выглянула из-за туч. За моей спиной – дом ведьмы Рихо. У плетня – лошади. Подальше чернел лес. Под ногами – жирная грязь. Какие-то росточки, огород… Кажется, я стоптал ведьмину грядку. Нехорошо получилось… С точки зрения Леньки Малярова. Сьеру де Монгелю на грядки начхать.
   Стрекотали сверчки, шумел ветер в кронах деревьев. И запахи… а что запахи? Обычные запахи ночного леса. Если исходить из того, что все вокруг не плод моего больного воображения, что тогда, а?
   Я попытался думать о Светке. Вспомнить, какая у нее грудь, какая родинка на бедре. Как она бормочет, закрыв глаза: «Ленька, ну Ленька…»
   Абсолютно никаких чувств. То есть как будто о постороннем человеке. А ведь у нас была такая романтическая любовь… Была? Или будет? Или Светка – тоже плод воображения?
   Я постоял под порывами ночного ветра еще минут десять. Ничего умного в голову не приходило. Ясно одно: о том, кто я есть, трепаться не стоит. Не то даже мой верный Тибо сочтет, что я окончательно спятил.
   Значит, надо вести себя тихо и дальше старательно изображать полную амнезию. В родовое имение Монгелей возвращаться нельзя ни в коем случае. Тибо-то простоват, а вот папаша Андрэ и его брат могут оказаться посообразительней. И хрен его знает, какие у моего Андрэ взаимоотношения с родней? Может, он не просто так из дому свалил?
   Итак, что я знаю о Франции века эдак двенадцатого-тринадцатого? Ливонские рыцари… Нет, это поближе к России, к Новгороду, вроде. Жанна д’Арк? Людовики всякие… Филипп Красивый. Тамплиеры. Это я Дрюона читал. Но в упор не помню, какой там век. Крестовый поход… В котором я побывал. А когда он был? И который?
   Еще через десять минут я понял, что, строго говоря, не знаю ровным счетом ничего. По крайней мере – ничего полезного для жизни. Ну, допустим, вроде бы был в Германии какой-то Фридрих. Ну, был во Франции какой-то Филипп. А Испания состояла из четырех королевств: Леона, Кастилии, Арагона, Наварры. Еще там жили мавры, которые постоянно воевали с христианами. А христиане, соответственно, постоянно воевали с маврами. Первый Крестовый поход произошел в… А вот не помню. Но точно помню, что их было несколько.
   Надо будет спросить у Тибо…
   Что еще? Англия? Робин Гуд. Благородный король Ричард Львиное Сердце и его подлый брат принц Джон. Ну хорошо, допустим. И как же вся эта информация поможет мне в моей новой жизни? Да никак. Да и кого это волнует, кто за рубежом король. Меня, к примеру, волновало, что в Ираке правит какой-нибудь Саддам?
   Что же касается информации о самой Франции, то она сводилась к следующему:
   а) Париж – столица Франции;
   б) в Париже есть Лувр;
   в) Эйфелева башня также находится в Париже;
   г) французы едят лягушек;
   д) француженки изобрели минет…
   Ну-ну… А Иван Грозный – рентген. «Я вас всех, блядей, насквозь вижу!»
   Наполеон Бонапарт против трех мушкетеров.
   Да и во Франции ли мы сейчас? Тибо болтал о каком-то Лангедоке и о Провансе. И где этот хренов Прованс? Я уже знаю, что мы – франки. И что франков здесь не любят. А если в средневековье кого не любят, то… Здешнее правосудие – в лице епископа – я уже видел.
   Значит, так: рыцарь Андрэ ехал в Тулузу. Сражаться с еретиками. Значит, и мы поедем в Тулузу. Насчет еретиков – разберемся. Не одни же мы с Тибо подвиглись на это дело. Наверняка где-то ошиваются такие же «благочестивые католики». Присоединиться к ним, посмотреть, что к чему. Освоиться, получить хоть какое-то представление о здешних обычаях… странствующих рыцарей.
   Странствующий рыцарь… Ланцелот Озерный! Ну залетел так залетел!.. По уши в говне… И как обратно в свое время выбираться – совершенно непонятно.
   Я выматерился вполголоса. Ни к кому конкретно не обращаясь. Отвел душу. Потом глубоко вздохнул и вернулся в дом ведьмы Рихо…
   …Все были на месте. Никто не растворился в воздухе. Никто никого не убил. Когда я чертыхнулся, споткнувшись в сенях об оставленные там седла, рваная лоскутная занавеска мигом отодвинулась в сторону, и в сени проникла толика света. Оказалось, что это мой слуга поспешил проявить заботу о своем господине.
   – Темно тут, ваша милость, – доверительно сообщил Тибо.
   – Да уж…
   Пригнувшись (под низким потолком, не сгибаясь, свободно могла расхаживать разве что горбатая ведьма Рихо), я вошел в комнату. Сел на табуретку поближе к огню. Тибо устроился на лавке.
   Тут оказалось, что все присутствующие смотрят на меня. Видимо, мне следовало что-то сказать.
   Я сцепил кончики пальцев, посмотрел в пол. Подумал.
   – Память ко мне не вернулась, – сообщил я собравшимся. – Видимо, Господь Бог так захотел. Но кое-что я о себе понял… Так что все равно спасибо вам… эээ… госпожа Рихо.
   У Тибо вытянулось лицо. Девушка ахнула. Ведьма довольно закудахтала.
   Когда Рихо прекратила смеяться, я услышал:
   – Вот уж не думала, что когда-нибудь доживу до того, чтоб благородный франкский рыцарь меня госпожой назвал!
   Тут я сделал еще одно открытие. Надо было говорить то, что само собой приходило на язык, а не то, что, как мне казалось, следовало сказать – то есть казалось мне, Леониду Малярову!
   К примеру, фраза о Господе Боге ввернулась как-то сама собой. А вот вся благодарность, которую мог позволить себе сьер Андрэ по отношению к деревенской знахарке, заключалась бы в словах: «Спасибо тебе, добрая женщина».
   Вывод: впредь больше доверять рефлексам и бессознательным навыкам сьера Андрэ. И меньше – собственным представлениям о вежливости.
   – Шучу, – сказал я и зевнул: – Переночуем у вас.
   – Где изволите, благородный господин? На лавке? Али с Жанной на сеновале? – Старуха ткнула локтем в бок девке и захихикала.
   Я поглядел на Жанну. Та выглядела смущенной. Если ее умыть…
   Я снова зевнул и решил:
   – На лавке.
   – Ну, как знаешь, как знаешь, господин рыцарь…
   Я долго не мог заснуть. Пытался свыкнуться с мыслью о том, что мне теперь предстоит жить в мире ведьм, еретиков, индульгенций и рыцарей.
   Дотлевали угли в очаге. В углу что-то шуршало и попискивало. Наверное, это мыши. Рядом похрапывал Тибо. Душновато здесь…
 //-- * * * --// 
   …Мне снился странный сон. Очень четкий и яркий. Мне снилось, будто я стою в высоком зале, своды которого поддерживают мощные тяжелые колонны. В зале царит полумрак. Воздух холоден и душен.
   Впереди – возвышение, на котором – нечто. Вокруг – люди в рясах.
   Я иду…
 //-- * * * --// 
   …Проснулся я позже всех. Жанна куда-то ушла. Тибо тоже не было видно. Рихо хлопотала по хозяйству.
   В комнате было почти светло. Во-первых, благодаря единственному окну в правой стене, которое сейчас было открыто. Во-вторых, вследствие открытой входной двери и поднятой лоскутной занавески.
   Я еще раз зевнул.
   – А где Тибо? – спросил я ведьму.
   – Во дворе. Скоро придет.
   Через минуту в дом ввалился Тибо. В руках он держал груду свеженаколотых дров.
   – Доброе утро, господин Андрэ.
   – Ага…
   Пока я умывался у колодца, Тибо и ведьма разожгли очаг и повесили над огнем котелок.
   Я побродил вокруг дома, полюбовался окрестностями. Издалека поглядел на крестьян, бредущих куда-то по своим делам. Съемочную группу бы сюда… Классный фильм получился бы про какого-нибудь Айвенго. Или про Робин Гуда.
   Вернулся в дом. Как раз сготовилась каша. Тибо снял с огня котелок и утвердил его посреди стола. Из многих пучков травы, развешанных под потолком, ведьма сняла три. Два положила на стол, а один, с большими крупными листьями, бросила в кашу. Тибо извлек из наших сумок лук, сухари, пару колбас – все то, чем мы запаслись еще у месье Герарда.
   Ведьма выглянула в окно. Раздраженно покачала головой.
   – Где же шляется эта вертихвостка?.. Только за смертью ее и посылать…
   Как только мы уселись за стол, появилась Жанна. Принесла кувшинчик молока.
   Завтракали молча. Только Рихо время от времени подтрунивала над девушкой. Жанна не обращала на бабкину болтовню внимания.
   Мне нужно было поговорить с ведьмой, но так, чтобы Тибо не слышал. Поэтому я отослал его седлать лошадей, а сам остался в доме. На Жанну я решил не обращать внимания.
   – Мне нужно кое о чем спросить.
   Рихо села поближе, сложила морщинистые руки на коленях и насмешливо поглядела на меня своими черными, как смоль, глазами.
   Неужели она догадывается, что я – не сьер Андрэ?..
   – Ну что ж, спрашивай, господин рыцарь.
   – Скажи-ка мне, Рихо, ты вчера ничего не увидела… во мне?
   Старуха враз переменилась лицом.
   – Значит… Значит, это и вправду вы, сеньор.
   – Не понял тебя?
   – Сеньор… – с легким упреком покачала головой ведьма. – Уж мне-то вы могли бы довериться.
   Довериться? За кого она меня принимает? Тут краем глаза я заметил, как смотрит на меня Жанна: глаза широко распахнуты, рот полуоткрыт…
   Неприятно мне стало от этого взгляда. И понимающая ухмылочка старухи Рихо тоже мне совершенно не понравилась.
   Было ясно, что если старуха и увидела в моих мозгах что-то необычное, то истолковала она это сообразно своим собственным представлениям.
   Сказать ей, что она ошибается и принимает меня за кого-то другого? Но, кажется, к неизвестному «сеньору» она относится вполне благожелательно. А как она отнесется к Леониду Малярову из Санкт-Петербурга?.. Лучше не рисковать. Надо попробовать как-нибудь вызнать, кто же такой этот «сеньор», и быстро свалить, пока Рихо не разобрала подмены.
   Я кашлянул. Изображая задумчивость, покачался на табуретке:
   – И это все, что ты хочешь мне сказать?
   – Сеньор, – пробормотала Рихо, пряча глаза, – скажите прежде, что вы хотите узнать…
   Я вспомнил какую-то кинокомедию про Ленина, которую смотрел в своей прошлой жизни.
   – Много ли тут наших? – спросил я заговорщиским голосом.
   Старуха коротко глянула на меня и снова потупилась.
   – Немного, – ответила она, – как это ни странно, сеньор, немного.
   – Почему? – строго осведомился я.
   – Не знаю, сеньор. Вроде бы и многие Его слуги прогнаны, и иноверцев спокойно терпят, и даже некоторые из нас открыто живут, а все равно наших почти что и нет… Понимаете, сеньор, – продолжила ведьма, беспокойно перебирая руками передник, – тут они больше о земных делах думают, чем о вещах незримых. Радуются жизни, как могут. Больше о любви земной помышляют, чем о Силе, Истине или Ненависти. А дворяне – с теми совсем беда: ничто их, кроме любви и чести своей рыцарской, не беспокоит. Кое-кто вроде б и наш – но больше на словах, чем на деле, сеньор! А большинство – ну чистые выдумщики! Выдумали себе какого-то невидимого Бога, который никаких свойств не имеет, и молятся ему. Я вот думаю: здорово было бы их с католиками перессорить. Так, чтоб друг друга за глотки взяли и не расцепились бы, пока б и те и другие не передохли. Тогда, полагаю, богатый урожай вы б могли собрать, сеньор.
   …Я слушал и не понимал: за кого меня принимает эта ведьма? За главу какой-то секты, что ли? Сделав значительное лицо, я сказал:
   – Я подумаю над этим. Буду держать связь, – добавил строго. – А ты смотри тут…
   Поскольку через деревню проходила только одна дорога, а возвращаться в Эжль мы не собирались, то и вопроса, в какую сторону ехать, не возникло.
   Итак, наши кони неторопливо трусили куда-то на запад. За кого меня приняла ведьма – это пусть останется на ее совести, а вот с Тибо и так следовало провести Серьезный Разговор.
   – Расскажи-ка мне еще раз, Тибо, зачем мы поехали в эту страну.
   Тибо искоса глянул на меня:
   – Господин мой, вы захотели – мы и поехали.
   – Это понятно. А вот почему я захотел сюда поехать?
   Тибо поерзал в седле. Потом решил, что, видимо, дешевле будет сказать правду.
   – Ну, значит… Жили мы в Марселе. Вы там все за баронессой де Винье ухаживали. Всяческие стихи ей сочиняли. Другого ее ухажера раз как-то сильно побили… До смерти. А тут как раз новая булла вышла. Ну вы и поехали.
   – Какая булла? Про еретиков?
   – Ну да.
   – И где эти еретики живут?
   – Да везде! Весь Лангедок ими кишмя кишит, как муравейник.
   Чтобы хоть что-то понять, я попытался применить логику:
   – А в Тулузе, значит, собирается христианская армия, чтобы идти воевать с этими еретиками?..
   Тибо сделал большие глаза:
   – Да нет, что вы!.. Тулуза – это и есть главный еретический город.
   – И что, мы вдвоем с тобой собирались его штурмовать? – с сарказмом спросил я. Когда же наконец этот мерзавец признается, куда мы на самом деле ехали? Где должна была собраться христианская армия, собирающаяся штурмануть город Тулузу?
   Но все оказалось гораздо веселее.
   – Зачем же нам ее штурмовать? – удивился Тибо. – Тут уж и без нас не раз и не два пытались с графством Тулузским повоевать. Только без толку это все. Ну захватят пару замков на границе. Ну сожгут кого-нибудь. Остальные местные, конечно, сразу же истинными католиками оказываются. А как уйдет с той земли армия – снова священников сгоняют или же втихую ереси своей предаются. Или придет какой-нибудь местный сеньор – вроде графа Раймонда – и выгонит всех крестоносцев обратно.
   Я молчал, чувствуя себя полным дураком.
   – Слушай, Тибо, давай по порядку. С Лангедоком несколько раз воевали, так? В войне с обеих сторон участвовало довольно много людей, но никакой пользы это не принесло. Так?
   – Так.
   – Тогда зачем мы сейчас едем в Тулузу?
   – Ересь искоренять.
   – Вдвоем?
   – Ах вот вы о чем толкуете… – сказал Тибо. – Так ведь вы ж иначе решили действовать. В самое сердце ересь поразить решили.
   – И каким же, интересно знать, образом? Я что, собирался заделаться проповедником?
   – Вовсе нет. Вы собирались вызвать графа Раймонда на поединок.
   – Кого я собирался вызвать на поединок?
   – Графа Раймонда. Ну, графа Тулузского. Главного лангедокского сеньора.
   Нет слов.
   – Ты что, хочешь сказать, я собирался заявиться в столицу его страны для того, чтобы вызвать его самого на дуэль?!
   – Ну да, – ответил Тибо. – Вы когда еще в Марселе про эту буллу услышали, сказали: с корня надо начинать истреблять это непотребство. А кто главные еретики? Известно кто – Раймонд Тулузский, де Фуа и Роже Везьерский. Зря их, что ли, от Церкви отлучили? Они – сеньоры тутошние, значит, по их наущению вся эта ересь и распространяется. Об этом и в булле сказано было. Ну, вы и поехали, чтоб главного еретика на поединок вызвать и попранную честь Святой Церкви Апостольской защитить.
   – Ах вот как…
   Повисла длинная пауза.
   – Скажи, Тибо, – промолвил я, когда новая порция информации худо-бедно утряслась в моей голове, – вот предположим, приехали мы в Тулузу. Добрались до этого Раймонда. Я вызываю его на поединок… Что помешало бы проклятому еретику графу Раймонду рассмеяться мне в лицо и приказать своим слугам схватить нас обоих и мигом отправить на эшафот?
   – В общем-то, конечно, может и так выйти, – рассудительно заметил Тибо, – но, с другой стороны, говорят, что граф Раймонд – человек благородный. О куртуазии там всяческой понятие имеет. Так что вряд ли приказал бы он вас хватать.
   – И что, он вышел бы со мной на поединок?
   Тибо пожал плечами:
   – Сам-то вряд ли. Да у него в вассалах добрых рыцарей хватает. Кто-нибудь из них обязательно бы вышел против вас.
   – Хорошо. Предположим, я побеждаю этого человека. Что дальше?
   Тибо почесал затылок.
   – Не знаю, – честно признался мой слуга. – Тут уж вы своими планами со мной не делились.
   – Ну а ты сам-то как думаешь, что дальше было бы?
   – Да ничего бы не было! Если б вы понравились Раймонду – пригласил бы он вас погостить у него при дворе. Если б не понравились – то не пригласил бы. Тогда б мы еще куда-нибудь поехали бы.
   – Дальше с ересью бороться?
   – Ну да!
   – А теперь объясни мне, какое все это имеет отношение к искоренению ереси? В чем заключался бы смысл этой поездки и поединка с Тулузским графом?
   Тибо наградил меня взглядом, полным незаслуженной обиды:
   – Вот и я вам раньше говорил: зачем нам в эту Тулузу ехать? Жили бы себе в Марселе… Воспевали красоту госпожи баронессы в стихах, ну и все прочее… А я там одну кухарочку… Жили бы себе и горя не знали!.. Да только как я вам про это заикнулся, так вы же меня и побить изволили.
   Снова повисла пауза.
   – Тибо, – наконец сказал я, – мы не поедем в Тулузу.
   Тибо одобрительно кивнул:
   – Вот это хорошо, господин Андрэ. Спасибо.
   И спросил с надеждой:
   – Значит, в Марсель вернемся?
   – Не исключено. Но позже.
   Тибо тяжело вздохнул.
 //-- * * * --// 
   Мы миновали пару деревушек, а ближе к полдню остановились перекусить и дать отдых лошадям.
   Тибо вдруг хлопнул себя ладонью по лбу и с сожалением посмотрел на моего Принца.
   – Что такое?
   – Да забыл я совсем про одно дело, которое надо еще было в Эжле сделать.
   – Ты это о чем?
   – Да про щит ваш забыл.
   Я посмотрел в сторону лошадей. К седлу Принца был приторочен выпуклый, суженный внизу прямоугольник в кожаном чехле. Раньше я как-то не задумывался над предназначением сего предмета: не до того было. Видимо, это и был щит.
   – А что с ним такое?
   – Ремень отлетел. Надо было сходить к кузнецу, заклепать, а я и забыл.
   Я попытался вспомнить все, что знал о средневековых рыцарях. Вспомнил фильм «Айвенго». Еще раз взглянул на лошадей.
   – А что – копья у меня разве нет?
   Тибо покачал головой:


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Поделиться ссылкой на выделенное