Андрей Смирнов.

Дары волшебства

(страница 2 из 33)

скачать книгу бесплатно

   Чтобы освободить место напротив, Дэвиду пришлось переложить кипу книг, которая там лежала, на пол.
   – Вот, – Идэль протянула ему лист бумаги, сложенный несколько раз. – Выбирай.
   Дэвид стал разворачивать бумагу… Ого! Лист оказался довольно большим. Он полностью был исчиркан какими-то квадратиками, цифрами и именами. Все имена связывались между собой прямыми линиями… Нет, не везде прямыми. Были и прерывистые.
   «И что все это значит?» – подумал Дэвид.
   – Что выбирать? – спросил он.
   Взгляд у Идэль сделался недовольным. Как будто он ляпнул какую-то глупость.
   – Как это «что»? – раздраженно бросила принцесса. – Своего предка, конечно.
   Дэвид посмотрел в верхнюю часть рисунка. Все линии, в конечном итоге, сводились к одному, особо крупному квадратику, в котором стояло имя «Гельмор кен Саутит». Чуть ниже – даты рождения, коронации и смерти.
   Что-то начало проясняться. Это генеалогическое древо высокорожденных. Опустив взгляд в нижнюю часть листа, Дэвид некоторое время искал там имя Идэль. Нашел не сразу.
   Он сложил рисунок вдвое и посмотрел на принцессу.
   – Какого еще предка? Мы ведь вчера выяснили, что дело вовсе не в этом. Ты сама мне рассказывала… о каком-то философе, который придумал, как обмануть Источник и об этих… – Он на несколько секунд задумался. Имен вспомнить так и не удалось. – Ну, про этих ваших Ромео и Джульетту. Или ты все-таки думаешь, что дело в крови?.. Нет, конечно, можно в принципе допустить, что кто-то из ваших посетил мой мир и является моим отдаленным предком, но… Но по-моему, эта вероятность настолько исчезающе мала, что даже не стоит принимать ее во внимание. Брось, дело не в этом…
   – Ты что, идиот? – тихо спросила Идэль. – Ты вообще слушал, что я вчера тебе рассказывала или нет? Или ты еще не успел проснуться? Ну так просыпайся и начинай наконец думать головой…
   – А в чем дело? – обиделся Дэвид. С его точки зрения, Идэль совершенно не следовало так с ним разговаривать. Хорошее, просто замечательное настроение было с утра – и вот на тебе, она умудрилась его испортить.
   – Ты совсем не помнишь, что я рассказывала про Октольда и Нимру?
   – О! Точно. Я никак не мог вспомнить, как их звали…
   – А ты помнишь, что началось после того, как было объявлено, что Нимра – самая обычная девушка, да еще и атта – прошла Круг?
   Дэвид почесал затылок. Да, что-то такое там было…
   – Но ведь в конце концов все устаканилось.
   – Только потому, что другие не прошли. И все уверились в том, что в Нимре тоже течет кровь Гельмора. Теоретически она может течь в любом кильбренийце. Но если мы завтра объявим, что ты, пришелец из другого потока миров, прошел Круг, твой хладный труп – и мой, кстати, тоже – образуется тут еще раньше, чем мы определимся с датой свадьбы.
Человек, который прошел посвящение, не являясь при этом потомком Гельмора, ставит под удар всю систему. Я не хочу, чтобы Вомфад – или главы кланов на экстренном совещании – решили устранить нас как угрозу потенциальному благополучию всех высокорожденных. Так что перестань молоть чепуху и выбирай себе предка.
   Дэвид перевел взгляд на генеалогическое древо. В словах Идэль был резон, но…
   – А если кто-нибудь захочет проверить? Отправится в мой мир, изучит информационные поля…
   – Надеюсь, ты никому здесь не говорил, из какого именно ты мира? – спросила Идэль. – Нет? Вот и не говори. А на все вопросы отвечай уклончиво и прозрачно намекай при этом, что не станешь ничего сообщать о родном мире, поскольку тебя беспокоит безопасность друзей и родных. Они это проглотят. Использовать дорогих человеку людей для шантажа – вполне в духе нашей семьи. Так что и необходимая осторожность в связи с этим вполне понятна.
   – Ну хорошо… – Дэвид развернул лист. – А кого выбирать-то? Честно говоря, я теряюсь… Может, назваться внебрачным сыном Джейбрина? Или, если я стану твоим внучатым дядюшкой, это осложнит наш брак?..
   – Нет, ты точно кретин. Назваться сыном приора, лигейсаном с преимущественным правом претендовать на приорат? Учитывая, что у нас сейчас творится? Да, так ты легко обеспечишь себе интересную и насыщенную жизнь. Жаль только, что недолгую…
   – Хм. Пожалуй, я погорячился. Тогда кого выбрать в предки?
   – Не знаю, – Идэль опять уткнулась в книгу. – Сама над этим уже час думаю…
   Дэвид задумчиво стал разглядывать генеалогическое древо. Какая разница, кого выбрать? Все равно он понятия не имел, чем занимались все эти люди и какую память о себе оставили… Огромное множество имен и дат решительно ничего ему не говорило. Тевеид, Сьётсар, Ессераг, Фольёрк…
   Затем…
   Что-то изменилось. Имена не были незнакомыми. Он вдруг понял, что знает про этих людей если не все, то очень многое…
   Фольёрк был соперником Асгана, сына Кион. После того, как верховная жрица Ёрри ушла из большой политики, претором – то есть предводителем, главой клана – стал ее сын. Фольёрк возглавлял другую партию внутри клана: возвышение жрицы им не слишком-то нравилось и прошло уже достаточно много времени, чтобы все забыли о том, что именно она спасла всех от тирании Меддиля. Позже Асган стал приором, а Фольёрк утверждал, что этот пост несовместим с ролью главы клана. К новой системе управления перешли не так давно, и многие законы еще только обкатывались, поэтому претензии Фольёрка вызвали определенный резонанс. Его поддержали те, кто хотел свалить Асгана: приор, оторванный от собственного клана, утратил бы всякую опору. Асган проигнорировал претензии кузена. Во время покушения, жертвой которого должен был стать приор, погиб его старший сын Моллион. И вот здесь богиня продемонстрировала свое могущество: пожалуй, это единственный случай за всю историю, когда удалось вернуть к жизни высокорожденного. Кион, избранница богини, воскресила своего внука. Но это, конечно, уже не могло остановить внутриклановой войны. Раздорами воспользовался секонд Урейнг, дабы…
   Дэвид остановил поток мыслей и попытался вспомнить, откуда ему все это известно. Каждое имя, к которому он приглядывался, в какой-то момент вдруг оживало и начинало рассказывать ему свою историю. Какие-то рассказы были совсем маленькими, другие – большими, в них появлялись новые имена, и они тоже имели свою историю… Откуда он все это знает? Ах, да. Он ведь позаимствовал память у двоих людей из этого мира: один из них был лакеем, а второй – смотрителем архивов. Уж конечно, архивариус должен быть хорошо осведомлен относительно местной истории…
   Дэвид стал изучать рисунок более внимательно. Самые разнообразные сведения так и посыпались на него. От обилия информации начала пухнуть голова. Но он все равно не мог выбрать.
   Разглядывая генеалогическое древо, он заметил одно имя… Первая часть имени ему ничего не сказала, но вот вторая – удивила, и сильно.
   Джорейна кен Апрей. Кен Апрей – нимриано-хеллаэнская семья, и с этой семьей Дэвид был знаком очень близко… Откуда-то из глубин памяти всплыло еще одно воспоминание, принадлежавшее уже не слуге и не архивариусу, а ему самому. Когда он только познакомил Лайлу и Идэль, Лайла сказала нечто странное: в Кильбрене, мол, живут их родственники. Теперь становилось ясным, каких именно родственников она имела в виду.
   Со времен Джорейны прошло три тысячи лет – срок, который перестает казаться большим, если принять во внимание, что жизнь как хеллаэнских аристократов, так и кильбренийских высокорожденных, может запросто перешагнуть за тысячелетний рубеж.
   Из памяти архивариуса относительно Джорейны удалось выцедить следующую информацию:
   Джорейна, еще довольно юная и любопытная особа, путешествуя по мирам, встретила юношу – кильбренийского графа Страйбнара, принадлежавшего к одной из младших семей высокорожденных. Это была слабая и небогатая ветвь, зависимая от более сильного клана. Но Джорейну не интересовала власть – она просто влюбилась в молодого и симпатичного графа. Замуж за него она так и не вышла, однако прожила в Кильбрене более десяти лет и даже родила сына. Со временем, однако, такая жизнь ей наскучила и она стала пропадать в своих путешествиях – чем дальше, тем чаще и дольше. Архивариусу Лижану было неизвестно, как в итоге сложилась судьба Джорейны – соответственно, это осталось неизвестным и для Дэвида Брендома. Сын Джорейны, Ниртог, воспитывался в Кильбрене своим отцом. У него оказался весьма сильный магический Дар – что совсем неудивительно, учитывая, кровь каких двух семей в нем соединилась. Хотя и Джорейна, и Страйбнар тяготели к светлому волшебству (Свет, Жизнь) и к природной магии (Огонь, Вода, Земля, Воздух и прочие нейтральные стихии), Ниртог, уже с юности, увлекся темной стороной Искусства. Он стал одним из самых могущественных чернокнижников, когда-либо появлявшихся в Кильбрене. Он не стремился быть лидером, но ему пришлось им стать, когда Сьётсар активно занялся укреплением королевской власти. Прошло не так много времени с тех пор, как закончилась Катастрофа, и кильбренийцы, в период хаоса вынужденно превратившиеся в кочевников, опять вернулись в города. Многие знания о предшествующей эпохе были утрачены, элита перемешалась с простолюдинами, и не всегда удавалось разобраться, кто именно из вождей драчливых полудиких племен ведет свое происхождение от Гельмора кен Саутита, а кто – нет. Волшебство в установлении истины помочь не могло, поскольку информационные поля мира во время Катастрофы подверглись такой же деформации, как и все остальное. Проверить это можно было только одним способом, и множество людей погибло, не сумев совладать с энергиями восстановленного Круга. Поскольку испытать удачу мог любой желающий, в скором времени возникла новая элита, довольно разношерстная по своему составу. Из этой среды был выдвинут Тевеид – вождь одного из самых крупных племен, один из тех немногих, что были способны представить убедительный список предков, восходивших к власть имущим до Катастрофы. Тевеид вел свою родословную сразу и от Чандайна, и от Бирайне – лидеров двух партий, чья долгая вражда прекратилась лишь с появлением кен Церультов и последовавшими тяжелыми временами. Выбранный королем, Тевеид, конечно, стремился как можно больше возвысить и укрепить свою власть. На место феодалов, происходивших от племенных вождей и доказавших свою «голубую кровь» испытанием в Круге, со временем должны были стать доверенными лицми короля. Сын Тевеида, Сьётсар, продолжил эту политику, прибегая к насильственным мерам значительно чаще отца: его власть уже была достаточно крепкой, чтобы он мог себе это позволить. Кильбрен вступил в период внутренних войн. Новый Айтэль, королевство Сьётсара, быстро рос, покоряя одну провинцию за другой. Формального признания власти короля было уже недостаточно, он требовал службы – которую желали нести далеко не все потомки независимых клановых вождей. Если Тевеид действовал не спеша и предпочитал добиваться своих целей мирными путями, то репрессивные методы Сьётсара уже в скором времени породили множество недовольных. Часть знати бежала из растущего Айтэля, другие – те, до кого еще не дотянулась карающая десница королевской власти, – заключали союзы, намереваясь силой отстаивать свои права. Их всех и возглавил чернокнижник Ниртог. На западе он создал свое собственное королевство С’Арагбан, и успешно противостоял всем попыткам Сьётсара покорить эту область. В конце концов, беглецы были оставлены в покое… на какое-то время. Ниртогу наследовал его правнук, Лурегэн. Он был убит Меддилем, а королевство С’Арагбан превращено в герцогство. Меддиль не успел уничтожить всех потомков Ниртога – его самого свергла Кион. Так образовался клан Ниртог, включавший в себя великое множество младших семей – потомков всех тех, кто некогда последовал за молодым чернокнижником. Много лет спустя, при герцоге Рисмайне, с’арагбанцы попытались вернуть себе независимость. Восстание подавили, основная линия наследования была практически истреблена и власть в клане перешла к боковой ветви.
   Для того чтобы обозначить принадлежность к какой-либо семье внутри клана, в Кильбрене использовали слово «ита», ставя его перед именем того, к кому восходила данная ветвь. Ита – буквально значит «ребенок», «потомок». К примеру, выражение «ита-Берайни» обозначало всех потомков Берайни, а «ита-Риттайн» именовались все, происходившие от первой жены Джейбрина. В свою очередь выражение «ита-Джейбрин» обозначало бы всех потомков Джейбрина как от его первой жены, так и от второй.
   Обе ветви клана Ниртог – и та, которую лишили власти, и та, которую власть обрела, восходили к Томьеру – внучатому племяннику второго и последнего с’арагбанского короля Лурегэна. Первая линия шла от сына Томьера, Ларгата. Ларгат правил С’Арагбаном почти тысячу лет и приобрел огромное влияние в стране. Его сыну Ромольду не хватило лишь полшага для того, чтобы получить приорат. Ромольд был убит, а его наследник Рисмайн обвинил в смерти отца приора и объявил о выходе С’Арагбанского герцогства из состава Айтэля. Результатом этого стала война, смерть самого Рисмайна и переход власти в клане к другой ветви потомков Томьера, происходивших от его дочери Мейгры. Именно тогда Хаграйд, и поныне являющийся главой клана, получил свою власть. Между тем, потомки Ларгата не были истреблены полностью. Помимо сына Ромольда, у Ларгата была дочь Жерейн. При уничтожении партии сепаратистов, возглавляемых Рисмайном, практически все наследники Жерейн, примкнувшие к восставшим, также были истреблены – но не все. Хотя ита-Мейгра вместе со своим лидером Хаграйдом безраздельно властвовали над С’Арагбаном, ита-Жерейн со временем смогли подняться из пыли. Конечно, Хаграйд прилагал все усилия для того, чтобы не дать им возвыситься. Периодическое появление трупов и бесследные исчезновения людей как с одной, так и с другой стороны не были редкостью.
   Новое возвышение ита-Жерейн связано с именем Джейбрина, который, сам являясь праправнуком Хаграйда, был весьма озабочен претензиями своего прапрадедушки на верховную власть. Руководствуясь принципом «разделяй и властвуй», Джейбрин способствовал потомкам Жерейн в возвращении некоторой части их земель и всячески оберегал их от произвола главы клана. Хаграйду, конечно, все это не нравилось, но ничего поделать он не мог. Джейбрин не хотел его падения, но не желал и чрезмерного усиления главы клана Ниртог. Пока Хаграйд был занят неурядицами в своем собственном клане, Джейбрин мог не опасаться того, что его претензии на приорат станут чрезмерно серьезными.
   Любопытно во всем этом, что мать Идэль, Налли, происходила как раз из семьи ита-Жерейн. По существу, этот союз гарантировал второй семье с’арагбанского клана определенную неприкосновенность, что, в условиях усиливающегося давления со стороны Хаграйда, было совсем не лишним.
   …Дэвид потряс головой. Надо перестать увлекаться деталями и сосредоточиться на главном. Таких историй из генеалогического древа память архивариуса Лижана могла извлечь еще очень, очень много.
   – На мой взгляд, – сообщила Идэль, – есть два варианта. Либо приписать тебя к одной из боковых ветвей клана Кион. С таким расчетом, чтобы земли того, кому ты наследуешь, были включены в мои владения или во владения Фольгорма. Это будет проще всего. Ты сразу получишь свою территорию…
   – А она мне нужна?
   – Конечно, нужна. Ты же высокорожденный. У меня большое герцогство и чуточку земли выделить своему супругу будет нетрудно… тем более, что эта земля никуда от меня не уйдет. – Идэль усмехнулась.
   – А второй вариант?
   – Забудь. Давай сначала рассмотрим первый. Мне кажется, так будет лучше всего.
   – Лучше? Ну, если не считать того, что я получаюсь этаким жигало…
   – Об этом стоило думать тогда, когда ты делал предложение принцессе, – назидательно сообщила Идэль. – А теперь поздно.
   – Почему поздно?
   – Потому что я уже согласилась. Попробуй только пойти на попятный. – Она погрозила Дэвиду кулаком.
   Землянин рассмеялся.
   – И все-таки, – сказал он чуть позже, – я бы хотел узнать второй вариант.
   Идэль вздохнула и несколько секунд рассматривала его, колеблясь – говорить или нет? Она не сомневалась, что второй вариант понравится Дэвиду гораздо больше. Но этот вариант не нравился ей.
   – Либо можем выбрать в качестве твоего предка кого-нибудь из другого клана.
   «Потрясающе, – подумал Дэвид. – Либо наш клан, либо любой из трех оставшихся. Ну просто поразительное богатство выбора…»
   – А с какой целью? – спросил он.
   «Он все еще не понимает…» – тоскливо подумала Идэль. Ей не хотелось ничего объяснять. Вместе с тем она чувствовала, что должна это сделать. Она сама поставила условие, при котором станет рассматривать Дэвида как равного игрока на поле. Как ни странно, Дэвид сумел это условие выполнить. Он выжил в Рунном Круге и действительно стал равен любому из высокорожденных. О временах, когда она давала ему дозированную информацию и просто использовала его как самого доверенного из своих людей, теперь следовало забыть. Он изменился, стал кем-то большим, чем был. Не просто ее помощником, а самостоятельной единицей на поле внутрисемейных интриг. И этого теперь уже никак не изменить.
   – Появление нового высокорожденного, – начала Идэль, ощущая себя при этом так, как будто ей приходилось не говорить, а ворочать камни, – это целое событие. Тем более – того, кто в ближайшее время должен будет стать мужем самой первой по статусу наследницы Джейбрина. Многие люди проявят к тебе интерес. Если ты будешь объявлен как наследник кого-то из другого дома, гарантирую – этот дом приложит все усилия для того, чтобы включить тебя в свою партию.
   – Как способ влияния на тебя?
   Идэль кивнула:
   – Совершенно верно.
   – Ну, а нам-то зачем это нужно?.. – Дэвид поднял руку. – Нет, подожди, попробую сам догадаться. Влияние – это всегда двухсторонняя штука, верно? Меня будут рассматривать как способ повлиять на тебя и на твою партию… но ведь и для ита-Риттайн я могу быть таким рычагом влияния на тот клан.
   – Я сильно сомневаюсь, что ты сможешь повлиять на какую-то партию в ближайшие десять… а скорее всего, и сто лет, – Идэль улыбнулась.
   – Кто знает.
   – Конечно, все возможно, но будем реалистами. Ты по натуре не интриган и не лидер.
   – Зато я могу быть шпионом.
   Идэль кивнула.
   – Я не надеюсь таким образом получить какие-то сверхважные секреты, но, по крайней мере, мы будем в курсе, что они замышляют.
   – Ну что ж, – сказал Дэвид. – Эта идея выглядит намного лучше, чем первое предложение.
   «Как я и думала…» – вздохнула Идэль. Она уже пожалела, что вообще упомянула о втором варианте.
   – Теперь нужно определиться с семьей, – жизнерадостно сказал Дэвид. – Какие варианты? Может, заодно обрисуешь текущую расстановку сил? Раньше ты мне почти ничего не рассказывала, приходилось все выяснять какими-то окольными путями…
   – Подробности потом. Сейчас мы решаем другой вопрос.
   – Тогда тебе придется решать его самой. А я просто соглашусь с твоим мнением. – Он постарался, чтобы в голосе не было и тени упрека. Затевать очередной бессмысленный спор Дэвиду совершенно не хотелось. Он и вправду был готов согласиться с ее решением. Но при этом ему все-таки хотелось бы понимать логику происходящего.
   – Ну хорошо, – сдалась Идэль. – У нас четыре явные партии, которые группируются вокруг четырех лидеров, намеренных выставить свои кандидатуры на пост приора. Это Ксейдзан, Кетрав, Шераган и Хаграйд.
   – Но ведь…
   – Да, Шерагана с нами больше нет. Но это не станет концом партии, которая формировалась вокруг него. Полагаю, теперь нас возглавит Вомфад.
   – Хм. Учитывая то немногое, что ты мне рассказывала, Вомфад подходит на роль лидера куда больше, чем Шераган.
   Идэль скривилась. Она ничего не говорила Дэвиду о разговоре с Кетравом. Но слишком уж многое указывало на то, что Кетрав не лгал, утверждая, что Вомфад с самого начала намеревался использовать Шерагана как подставное лицо.
   – Значит, четыре возможных кандидата, – произнес Дэвид, блуждая взглядом по генеалогическому древу. – И двое из них – из дома Кион… А почему Аминор никого не выставляют?
   – Они слишком слабы. После Селазара всегда играли вторую скрипку. Вопрос лишь в том, при ком они будут играть вторую скрипку на этот раз.
   – А есть сомнения?
   – Конечно, – Идэль усмехнулась. – Вдруг они все-таки обиделись на ту мою старую выходку.
   Дэвид усмехнулся в ответ, покачал головой, но ничего не сказал. Радовало лишь то, что Эркат, несостоявшийся жених Идэль, вряд ли имел хоть сколько-нибудь значимое влияние в клане. Он был еще очень молод, и – если впечатление Дэвида, видевшего Эрката только один раз, во время доклада об исчезновении Севегала, верно – этот юноша не отличался твердостью характера. С другой стороны, история с пажом могла огорчить его дедушку Самилера, главу клана.
   – Может, мне стоит поискать предка среди аминорцев? – предложил Дэвид. – Если они в сомнениях, чью сторону выбрать, это может стать аргументом в пользу вашей партии.
   – Нет, – покачала головой Идэль. – Вряд ли. Вообще отвлекись от мыслей на что-то повлиять. Это тебе не по плечу. Во всяком случае, в ближайшие годы. Лучше гарантированно решить скромную задачу, чем замахнуться на что-то значительное и не преуспеть.
   – Ну хорошо. Тогда скажи мне сама, информация о ком нам наиболее необходима? Об ита-Берайни?
   – Да, но в их число тебе входить точно не следует. Они ведь все потомки Джейбрина. Если ты будешь претендовать на титул лигейсан, это вызовет огромные проблемы. Я ведь уже говорила. В этом случае будет организована очень тщательная проверка, кто ты и откуда. А нам это совсем не нужно.
   – Ну хорошо. Вычитаем Кион и Аминор. Остаются два дома. Какой посоветуешь?
   Идэль набрала воздуха в грудь. Выдохнула и решительно сказала:
   – Гэал. Хаграйду вряд ли что-то светит. Его обошел Джейбрин и обходили раньше. Нет, он в этой гонке последний, на кого бы я поставила. А вот на Гэал опираются сразу двое: Ксейдзан и Кетрав. Поэтому иметь там своего человека вдвое важнее, чем где-либо еще.
   – Ну, Гэал так Гэал, – Дэвид пожал плечами. – Кстати, а разве то, что двое используют один и тот же дом в качестве опоры, не делает их партии слабее? Это похоже на внутренний конфликт.
   – Будет здорово, если так. Но пока Ксейдзан и Кетрав – союзники. Да, сейчас, до выборов, оба ведут деятельность по привлечению сторонников. Но когда соберется сенат, думаю, они договорятся. Если лидировать будет кто-то другой – договорятся точно. Для них обоих, безусловно, лучше, если приорат получит один из них, чем Вомфад или Хаграйд.
   – То есть в итоге эти две партии будут поддерживать кого-то одного?
   – Да, скорее всего. Я думаю, сейчас они просто пытаются выяснить, кто лучший.
   Дэвид посмотрел на рисунок. Лидер ита-Берайни приходился главе Гэал праправнуком… Кетраву было больше восьмидесяти лет, Ксейдзану – восемьсот. Но имел ли в данном случае возраст какое-то значение? Даже при таких длинных сроках жизни, восьмидесяти лет вполне достаточно для достижения зрелости.
   Зрелости Дара, способностей, политической карьеры…
   – Здесь много имен, – сказал Дэвид, не отрывая глаз от древа.
   – На самом деле, не так уж много, – закрыв свою здоровенную книжку, Идэль встала и подошла к Дэвиду сзади. Книгу она положила на стол – Дэвид, скосив глаза, прочел название: «Дом Кион: младшие семьи. Полный список членов дома с перечнем их владений». Значит, она все-таки надеялась, что он согласится на безопасный вариант. Надеялась в этой здоровенной книге отыскать хоть что-то, что помогло бы ей убедить Дэвида его принять…


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Поделиться ссылкой на выделенное